Межгосударственная экономическая интеграция в азиатско-тихоокеанском регионе

Начиная с 80-х годов XX века Азиатско-тихоокеанский регион (АТР) привлекает к себе большое внимание специалистов как зона наиболее динамичного экономического роста. Опережая другие регионы мира по темпам роста, в том числе в технологически передовых отраслях, наряду со стремительным усилением международной конкурентоспособности значительной группы стран, АТР дает основания рассмотреть, какова здесь роль международных интеграционных процессов, насколькомежгосударственная экономическая интеграция способствовала экономическому развитию стран региона, росту потребления и производства и т.д.

Экономический потенциал этого региона является основой его выбора в качестве приоритетного направления внешнеэкономической политики США. Не имея возможности победить западноевропейских, а тем более японских конкурентов в экономии на издержках производства (вследствие известной дороговизны своей рабочей силы), США прилагают немалые дипломатические усилия по созданию полноценной зоны интеграционного взаимодействия с сегодняшними конкурентами в гигантском регионе, в котором проживает 40% населения Земли и уже сейчас производится половина общемирового валового продукта. На эти же страны приходится 40 % объема всей мировой торговли, а к 2000 г., по прогнозу специалистов, этот наиболее динамично развивающийся регион мира будет производить уже не менее 60 % глобального ВНП и охватывать до 50 % мировой торговли. Именно сюда начиная со следующего десятилетия переместится основной финансовый и инвестиционный центр мира, а сами страны азиатско- тихоокеанского бассейна, по выражению экономических обозревателей западной прессы, превратятся в «локомотив» всей мировой экономики.

Здесь, особенно в азиатской части региона, все последние годы стабильно фиксируются самые высокие в мире темпы экономического роста. Так, четыре знаменитых «азиатских тигра», или «дракона» (Южная Корея, Гонконг, Тайвань и Сингапур), в среднем обеспечивают экономический рост на 6,4% в год, из них Сингапур вырвался вперед с 10% роста в 1994 г. Претендующая на статус «тигра» Малайзия, по прогнозам специалистов, даст в 1995 году 8,5-процентный рост ВВП - прежде всего за счет ускоренного роста обрабатывающей промышленности и экспорта. Среднегодовые темпыроста в Индонезии - 5-7%, Таиланда - 8%. Темпы экономического роста Китая - 9% в среднем за последние 13 лет, в том числе за последние 2 года - 10-12%. Наконец, аналитики не без оснований отводят видное место среди «азиатских драконов» XXI в. Вьетнаму, находившемуся до недавних пор в фактической блокаде, но вставшему на путь серьезных экономических преобразований и демонстрирующему ныне темпы роста по 8-10% в год.

Вовлечь эти бурно развивающиеся страны в орбиту хозяйственного влияния США если не собственной чисто экономической мощью, то силой и притягательностью выдвигаемых глобальных и геостратегических идей - суть глобальных интеграционных планов нынешней американской администрации в Азиатско-тихоокеанском регионе. И она не склонна медлить на этом направлении. В ноябре 1993 года в американском городе Сиэтле прошла первая встреча руководителей и высокопоставленных представителей 14 стран региона, на которой, несмотря на идеологические различия и наличие острой взаимной конкуренции, была достигнута договоренность о дальнейшем взаимодействии и намечен ряд первоочередных мер по наполнению реальным содержанием деятельности этого форума, который еще раньше получил наименование организации Азиатско-тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС). В середине ноября 1994 года в индонезийском городе Боготе прошла вторая встреча в рамках АТЭС, собравшая глав государств и правительств уже 18 стран региона. На ней обсуждались планы поистине эпохального значения: к 2020 г. намечено образовать крупнейшую в мире зону свободной торговли - без таможен и внутренних барьеров.

При этом развитые страны-члены АТЭС взяли на себя как бы «повышенные обязательства» - снять взаимные барьеры и ограничения на 10 лет раньше, уже к 2010 г. Намечены первые конкретные шаги в этомнаправлении, символизирующие добрую волю участников АТЭС, несмотря на, казалось бы, непримиримые противоречия между США и Японией.

Серьезность намерений США основательно закрепиться в этом регионе подтверждается, например, фактом продления раз за разом (сроком на год) режима наибольшего благоприятствования Китаю, которое производит своим указом американский президент, несмотря на жесткую критику внутри страны со стороны оппозиции и собственных «претензий» в части «соблюдения прав человека в КНР», а также наличие постоянного дефицита в торговле с этой страной.

Итак, по мнению многих аналитиков из стран ЕС, а также других государств (в том числе российских исследователей), налицо замысел разработчиков нового главного геостратегического направления американской политики: во-первых, победить конкурентов из Евросоюза посредством постепенного объединения усилий и средств с такими же конкурентами, но из другого региона, и тем самым обеспечить себе ведущее место в мировой экономике XXI в. Страны Евросоюза хорошо осознают, какие угрозы их глобальному положению в мировом хозяйстве несет американская экспансия в новые регионы.

Британская печать отмечала в этой связи, что официальные представители администрации США уже позволяли себе публично называть Евросоюз «человеком вчерашнего дня в мировой экономике», что, естественно, выдает вполне определенные стратегические планы и подходы Вашингтона. Во-вторых, речь идет о попытках глобального перераспределения ролей во всем мировом хозяйстве, и действия США в этом направлении могут надолго определить основной вектор всей мировой политики как ближайшего, так и отдаленного будущего.

Можно предположить, что США продолжат ориентироваться на мировое лидерство посредством всеобщего перераспределения ролей, устоявшихся зон и сфер влияния в мировом хозяйстве и геополитике. Не исключено, что мир стоит на пороге всеобщей борьбы за второй глобальный (после первой и второй империалистических войн) передел рынков. Будет ли этот второй передел - в отличие от первого - мирным, и насколько мирным, опять же зависит от всеобщего баланса сил в современном мире, и важнейшую роль в этой борьбе сыграют уже не военные (хотя и их роль, конечно, будет велика), а интеграционные экономические союзы.