Западная Европа
Среди западноевропейских ученых также нет единства в определении АТР (см. таблицу 2), из которого они, правда, почти единодушно исключают Южную Азию и Монголию. Последнюю они, видимо, как и многие другие, рассматривали как одну из республик СССР.
Западные немцы ничем не обосновывают свое понимание границ региона. Они, например, авторы одной из работ, просто констатируют, что <<термин "азиатско-тихоокеанский растущий регион" означает Австралию, Новую Зеландию, Японию и ЮВА: Гонконг, Сингапур, Южную Корею, Тайвань и страны АСЕАН>>77 (13 стран), а Г. Гильберт, разбирая экономическое сотрудничество в АТР через призму АТЭС, называет те страны, которые входят в эту организацию.78
Японские и немецкие авторы одной совместной книги, оговаривая возможность определения региона "различными способами", сами определяют его в "узком" и "широком" смыслах на основе "принципа сотрудничества"79. Правда, один из немецких авторов, В. Краус далее "углубляет" этот принцип, утверждая, что в регионе "уже существует интенсивная фактическая интеграция"80 - очень важная позиция, к которой я еще вернусь.
Д. Дракакис-Смит, хотя и указывает на то, что "Тихоокеанская Азия простирается от Бирмы через Новую Гвинею до Японии", однако исключает из нее Японию как наиболее развитую страну, поскольку "термин Тихоокеанская Азия" в его книге используется только для "развивающихся стран".81
Особого внимания требует Г. Сегал - автор многих работ, посвященных Тихоокеанскому региону, что особенно интересно, роли и месту Советского Союза в Тихом океане. В отличие от многих он прекрасно отдает себе отчет в трудности определения границ региона, оговаривая необходимость трех уровней анализа: культурно-идеологический, военный (проблемы безопасности) и экономический82. В рамках последнего крайне важно, по его мнению, выявить и степень экономической интеграции.83 Однако включение тех или иных стран или субрегионов в АТР у него не имеет никакого отношения к последующему анализу предложенных тем. К примеру, если следовать его же рассуждениям о культуре как связующем звене Тихоокеанского бассейна, то вряд ли туда попали бы одновременно США, Китай, Япония, СССР, Индокитай и Латинская Америка - страны и субрегионы с крайне различными культурами. Говорить же об экономической интеграции, например, между Тувалу и Канадой, а их вместе с Россией было бы не меньшим абсурдом.
Любопытно, что, написав целую книгу о Тихоокеанском регионе, в конце, в своих выводах, Сегал приходит к следующим заключениям. Во-первых, Тихоокеанское экономическое сообщество как идея канула в прошлое. С чем нельзя не согласиться. Во-вторых, взаимозависимость стран в Тихоокеанском регионе вряд ли станет главной тенденцией в будущем. В-третьих, успех Тихоокеанских государств будет связан не столько "со своим местом в регионе, сколько своими возможностями играть глобальную роль"84. Вряд ли все государства способны играть глобальную роль, но в принципе сама идея правильна в том смысле, что экономическое развитие многих стран в большей степени будет определяться их активностью за пределами Тихоокеанского региона.
Выводы Сегала я мог бы рассматривать как приговор Тихоокеанскому региону как целостности в мировой политике. Непонятно только в этой связи, на каком основании сам Сегал говорит об этом регионе, включив туда 40 государств?