Глава III

Воздух, которым мы дышим, производит также некоторое изменение в жизненных духах.

Вторая общая причина изменений, происходящих в жизненных духах, — воздух, которым мы дышим. Ибо, хотя он и не производит сразу такого заметного действия, как млечный сок, однако со временем он делает то же, что делают соки кушаний в более короткое время. Этот воздух из ветвей дыхательного горла проходит в ветви легочной артерии (artere veineuse); здесь он смешивается с кровью и стремится в сердце, и, сообразно своему собственному состоянию и состоянию' крови, он производит весьма значительные изменения в жизненных духах, а следовательно, в способности воображения.

Я знаю, есть лица, которые не верят, что воздух смешивается с кровью в легких и в сердце, потому что они не могут увидеть своими глазами в ветвях дыхательного горла и легочной артерии тех путей, по которым проходит воздух. Но деятельность разума не должна останавливаться там, где прекращается деятельность чувств;

он может проникнуть в область, для них непроницаемую, заняться тем, что им недоступно. Не подлежит спору, что некоторые частицы крови постоянно переходят из ветвей легочной артерии в ветви дыхательного горла; запах и влажность дыхания достаточно подтверждают это; между тем, пути этого перехода не видимы. Почему же и тонкие частицы воздуха не могут переходить из ветвей дыхательного горла в легочную артерию, хотя мы и не видим путей этого перехода? Ведь, наконец, через невидимые поры артерий и кожи испаряется из тела гораздо больше влаги, чем выделяется другими

 

142

НИКОЛАЙ МАЛЬБРАНШ

путями; и даже находятся в природе такие маленькие тела, которые свободно проходят в поры самых твердых металлов: иначе ведь эти поры закрылись бы.

Правда, плотные и негладкие частицы воздуха не могут проникнуть через обыкновенные поры тела, и даже вода, хотя она и весьма плотна, может пройти там, где такие частицы воздуха задерживаются. Но здесь идет речь не об этих самых плотных частях воздуха;

они, как кажется, довольно бесполезны для брожения крови. Здесь говорится о самых маленьких подвижных частицах, у которых очень немного отростков, могущих их задержать, потому что они, видимо, наиболее содействуют брожению крови.

Однако я мог бы утверждать, на основании свидетельства Силь-виуса (Silvius), что даже самый плотный воздух проходит из дыхательного горла в сердце; ведь он уверяет, что сам видел это, благодаря искусству Сваммердама. Ибо разумнее верить человеку, который говорит о том, что видел, чем тысяче других, говорящих на ветер. Итак, несомненно, самые тонкие частицы воздуха, которым мы дышим, входят в наше сердце; они поддерживают в нем вместе с кровью и млечным соком ту теплоту, которая сообщает жизнь и движения нашему телу, а, сообразно своим различным качествам, они производят большие изменения в брожении крови и в жизненных духах.

В истинности этого постоянно убеждает нас различный нрав и различный склад ума людей, живущих в различных странах. У гасконцев, например, воображение гораздо живее, чем у нормандцев. Жители Руана, Диеппа и Пикардии отличаются друг от друга и еще больше от нижненормандцев, хотя и находятся в близком с ними соседстве. Люди же, живущие в странах, более отдаленных одна от другой, обнаруживают еще более поразительную разницу между собою, как например итальянцы и фламандцы или голландцы. Наконец, существуют местности, славившиеся во все времена мудростью своих обитателей, как Фемана (Theman) и Афины,' и другие славящиеся их глупостью, как Фивы, Абдеры и некоторые другие.

Athenis tenue coelum, ex quo acutiores etiam putantur Attici;

crassum Thebis. (Cic., De fato).

Abderitanae pectora plebis habes. (Mart).

Boeotum in crasso jurares aere natum. (Hor).