Опытность пастыря в перенесении скорбей и значение ее для возрождения паствы

Обычное переживание тяжких скорбей пастырем и его умение кротко и спокойно их терпеть в высшей степени поучительно для пасомых. Много переживший руководитель словесного стада в состоянии быть истинным утешителем пасомых. Сам искушен быв, может и искушаемым помочь,– проникновенно говорит о Спасителе апостол Павел (ср.: Евр. 2, 18).Такими искуснейшими миротворцами были все великие пастыри Церкви, например в древности святители Иоанн Златоуст, Василий Великий, Григорий Богослов и другие, а в наше время хотя бы отец Иоанн Кронштадтский. Они неотразимо убеждали слушателей быть равнодушными к мирским благам, легко переносить материальную скудость и сильнее всего бояться одного греха. "Священники Господни!– пишет отец Иоанн Кронштадтский в своем дневнике.– Сумейте утешением веры обратить ложе печали страдальца-христианина в ложе радости, сумейте сделать его из несчастнейшего, по его мнению, человека – человеком счастливейшим в мире, уверьте его, что, вмале быв наказан, он будет великими облагодетельствован (ср.: Прем. 3, 5) по смерти: и вы будете друзьями человечества, Ангелами Утешителями, органами Духа Утешителя" [1].Пред Крестными страданиями Господь Спаситель отметил обратившимся к Нему эллинам, что Сын Человеческий прославится не за чудеса, вызывающие часто непрочную легковерную славу, а за страдания. Когда Я вознесен буду от земли на Крест,– тогда всех привлеку к Себе (ср.: Ин. 12, 32),– сказал Он о пути Своего прославления.И для всякого доброго имеются христоподражательные условия, при наличии которых руководимые доверяют искренности его идеалов и подчиняются его авторитету невзирая на свой эгоизм. Сюда принадлежит, во-первых, упомянутое выше смирение, или тихое, кроткое проявление самоотвержения, и яркая форма самоотвержения – прямые страдания по любви к душам. Пастырь добрый,– по слову Спасителя,– душу свою полагает за овец, ибо нет больше той любви, как если кто душу свою положит за друзей своих (ср.: Ин. 10, 11; 15, 13). Пастырские страдания способны привлечь к страдальцу даже недругов, если они крайне не ожесточат своего сердца.Это подтверждается наблюдениями над общечеловеческой психологией. В человеческом обществе имеет широкую распространенность вера в глубокое значение страдания. Здесь уважаемы всеми даже враги, ведущие искреннюю принципиальную борьбу за свои интересы. Страдания и кровь (ср.: Евр. 9, 22) органически связывают людей на почве мщения, ненависти и тем более любви.Эта мысль раскрыта апостолом Павлом в девятой главе Послания к Евреям, где читаем: При завещании необходимо, чтобы последовала смерть завещателя… почему и первый завет был утвержден не без крови (ср.: Евр. 9, 16, 18). Потому и Христос, Первосвященник будущих благ… со Своею Кровию однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление (ср.: Евр. 9, 11–12). Кровь Христова была лишь самым могучим последним звеном в общей цепи страданий Искупителя, привязавшим к Небесной скинии уверовавших в Него. Подобно этому и кровь мучеников, как справедливо подметил Тертуллиан, становилась семенем христиан [2]. И доселе ко Христу притягивает, безразлично всех обращающихся к Нему, Крест Его, выразитель Божественной любви.Ввиду сказанного понятно, насколько закрепляют дело Христово пастырские скорби во имя Спасителя, насколько могуче возбуждают они любовь к христианству даже лиц, ему враждебных. "Пусть тебя гонят,– говорит преподобный Исаак Сирин пастырю,– ты не гони; пусть тебя распинают, ты не распинай; пусть тебя обижают, ты не обижай; пусть на тебя клевещут, ты не клевещи" [3]."Такова наша жизнь,– замечает Златоуст,– таково свойство апостольского призвания, чтобы переносить бесчисленные бедствия. Яко на сие лежим,– говорит . Что такое – на сие лежим? Как съестные припасы предназначены для того, чтобы идти в продажу, так и апостольская жизнь для того, чтобы подвергаться поношению, терпеть всякое зло, никогда не успокаиваться, никогда не иметь облегчения" [4].По возвращении из первой ссылки Златоуст, описывая воспламенение к нему любви добродетельной паствы, красочно говорит: "Прежде любили меня мои, а теперь почитают и иудеи; думали удалить меня от моих и привлекли ко мне чужих… Прежде наполнялась одна только церковь, а теперь и площадь стала церковию… Что мне говорить? Где сеять?.. Где мне созидать? Храм переполнен, сети мои разрываются от множества рыб… Видите, как истинно то, что я всегда говорил вам, то есть кто мужественно переносит искушение, тот собирает от него и великие плоды" [5].И эти плоды, добавим от себя, возрастут везде, где только посеяны будут пастырские скорби. Зерно если не умрет, то и не оживет (ср.: 1 Кор. 15, 36). Вследствие сказанного пастырь не только не должен бежать скорбей или роптать на них, но радостно терпеть их с верой в помощь Божию и с уверенностью в их спасительную необходимость. Ему можно надеяться на вкушение плодов страдания еще на земле, в момент переживаний.Трудящемуся земледельцу,– внушает апостол Павел тотчас после речи о пастырских скорбях,– первому должно вкусить от плодов. Разумей, что я говорю. Да даст тебе Господь разумение во всем (2 Тим. 2, 6–7). Чем больше пастырь будет сострадать пасомым, тем более он будет желать утоления жажды из чаши состраждущей любви и все счастье свое будет полагать в кресте. Таково было служение Пастыреначальника Господа. Таковы были вселенские пастыри. Таким был известный всем отец Иоанн Кронштадтский. Он с воссияния солнца выходил на дело свое и на делание свое до вечера (ср.: Пс. 103, 22–23), неся непрерывный, но радостотворный крест состраждущей любви до заката своих дней. Такими будем и мы, заурядные пастыри, но не забытые и любимые Христом Спасителем. Прав. Иоанн Кронштадтский. Полн. собр. соч. Т. 4. С. 8. ^ «Plures efficimur quoties metimur a vobis, semen est sanguis Christianorum» (Quintus Septimius Florens Tertullianus. Apologeticus. Cap. 50 // Opera… omnia. Parisiis, 1616. T. 1. P. 81). В переводе с латинского языка: «Нас становится больше по мере того, как вы уничтожаете нас: кровь христиан есть семя».– Примеч. ред. ^ Цит. по: Игум. Тихон (Ципляковский). Святое, высокое служение иерея Божия… С. 207. ^ Свт. Иоанн Златоуст. Творения. Т. 3. С. 543. ^ Там же. С. 455, 456, 456. ^