69. Вера и истина. Разные типы обоснования веры и знания.

ВЕРА - глубинная общечеловеческая универсалия культуры, фиксирующая комплексный феномен индивидуального и массового сознания, включающий в себя такие аспекты, как гносеологический (принятие в качестве истинного тезиса, не доказанного с достоверностью или принципиально недоказуемого), психологический (осознание и переживание содержания данного тезиса в качестве ценности, решимость придерживаться его вопреки жизненным обстоятельствам и сомнениям, выступающая глубоким мотивационным фактором личной жизненной стратегии - вплоть до самоотречения: "верю" как "верую") и религиозный (при отнесении содержания объекта веры к сфере сверхъестественного). Вера - вероисповедание, закон, исповедание, религия, верованье, убеждение, правоверие, православие, ересь; доверие, кредит, уверенность.Веры: христианство, иудейство (Моисеево вероисповедание, иудаизм, еврейство, жидовство), ислам (мусульманство, магометанство), буддизм, парсизм, ламаизм, браманизм, фетишизм, язычество. Исповедания христианские: православное, католическое, протестантское (лютеранское, реформатское, англиканское). У каждой церкви (исповедания) свои обряды.

Возникает вопрос, как соотносятся вера и знание в научном познании? Надо отличать религиозную и обычную веру, основанную на обобщенном практическом опыте людей. Первая определяется как верность Богу и последовательное практическое осуществление в жизни религиозных идей, ценностей и норм и не имеет (практически) гносеологического значения. Второй тип веры состоит в психологической уверенности в правильности содержания высказывания. Эта вера играет важную роль, как в обыденной жизни, так и в научном познании. Разновидности такой веры: от уверенности в чём либо до жизненных убеждений.Такая вера - неотъемлемый компонент практической деятельности. Вера помогает на всех уровнях познания: эмпирическом, теоретическом, технической разработки. Гипотеза опирается на веру, поскольку есть много вариантов объяснения явлений. Разработка теории тоже может натолкнуться на альтернативные подходы, вера позволяет осуществить учёному выбор.

Вера учёного есть средоточие опыта, знаний и опирается на историю науки. К тому же она корректируется научным сообществом. Научное сообщество ничего не принимает на веру. Аргументация верой исключается из стиля научного мышления. Методическое сомнение, организованная критика не допускают в науки недостаточно аргументированных идей. Сама проблема взаимоотношения знания и веры имеет давнюю историю. Особенно активно она обсуждалась в средневековой схоластике.

Так, Тертуллиан активно выступал против разума провозглашая "Верую, потому что абсурдно" Августин Блаженный - познать разумом то, что принято верой. Более компромиссна Формула Ансельма Кентерберийского: "Верю и понимаю". Фома Аквинский говорил о гармонии веры и знания при приоритете веры Ф. Бекон выдвинул лозунг "Знание - сила", в котором утверждает силу разума. Уже в начале XX века католическая церковь полагала, что расхождения веры и разума нет, так как все знания произошли от бога.

Под научной (исследовательской) программой в философии науки понимается философская характеристика предмета, метода и основных принципов познания в определенной области научного знания. В области социально-гуманитарного знания понятия научной программы и парадигмы предельно сближаются по своему содержанию и могут рассматриваться как тождественные. В этом отношении научная программа отличается как от философского направления, так и от конкретных научных теорий, объясняющих лишь часть фактов в данной предметной области.

Натуралистическая исследовательская программа в социально-гуманитарных науках формировалась под влиянием естествознания и строится, во-первых, на признании тождества их предметов или принципиального единства их методов. Согласно ему, социальные факты объективны в той же мере, как и материальные вещи, из чего следует:

- возможность применить процедуру их подведения под «охватывающий закон», а также структурно-функциональный (системный) анализ;

- ориентация на проникновение, прежде всего, в сущность социальных явлений и процессов.

особенностью натурализма в обществознании является использование объяснения, прежде всего причинного, как универсального познавательного приема. В этом случае, как и в науках о природе, «одно сущее в своем фактическом проявлении объясняется из другого сущего», а дедуктивный метод оказывается основным в мышлении исследователя. Если из общих посылок можно вывести множество частных следствий, объясняющих конкретные социальные явления, то столь же характерна для натурализма обратная операция: стремление к редукции всего многообразия социальной или человеческой реальности к одному основанию (биологическому или географическому, механическому или органическому).

Развитие естественных, социально-гуманитарных, технических наук и их взаимодействие с обществом, а также рост университетов, престижа образования дали старт процессу, который получил название «онаучивание общества». Оно состояло в том, что донаучные и вненаучные представления людей стали пополняться и вытесняться теми, которые пришли вместе с наукой и обрели обыденность в своем употреблении. Онаучивание вело к повышению уровня рациональности в достижении целей, в улучшении жизни людей, в увеличении населения и его благосостояния. Вместе с тем оно разрушало множество иллюзий и ставило вопрос о том, что может и чего не может наука.

Вопрос об ответственности ученых или науки в целом ставится в тех случаях, когда возникает опасность, что научные решения не гарантируют положительного социального результата. В большей степени это относится к таким наукам, как экономика, социология, юриспруденция, чьи концепции могут быть положены в основу решений, предлагающих социальные технологии для практического изменения общественных состояний, и в меньшей степени — к гуманитарному знанию, осуществляющему консультативно-регулятивную роль. В любом случае ответственность трактуется как вина за неоптимальный результат.

Источником методологической установки, ориентированной на всезнание и всемогущество, является онтологизация идеально чистых, «истинных» объектов науки, отождествление научных моделей с реальностью. Попытка навязать реальному объекту свойства идеально чистого, оперирование с реальным объектом как с идеальным рождает убеждение в том, что все, препятствующее этому процессу, есть следствие теоретических ошибок. Признать, что могут существовать объективные противоречия, объективные интересы, мешающие реализации теории, что реальный объект способен создавать такие преграды теории, которые не могут быть учтены до опыта во всем объеме, с таких позиций невозможно. Иными словами, непротиворечивость абстрактных теорий подменяется непротиворечивостью реальных объектов, а противоречия реальных процессов истолковываются как недостаток теории, ее неспособность их преодолеть. Эта позиция получила у нас широкое распространение. Исходя из этого, ведется поиск таких абстракций, которые бы преодолевали объективные противоречия. Абстракции как таковые, безусловно, могут быть найдены, но при соприкосновении с действительностью они неизбежно распадаются, теории раздираются на части, противоречащие друг другу. В действительности наука может сделать лишь то, к чему общество уже готово.

Непонимание этого ведет к фетишизации самой науки, связанной с убеждением, что наука все может, если только захочет, с убеждением, что любой объект может быть изменен в любом желаемом направлении. Наука никогда не претендовала на всезнание. Напротив, ей присуща роль разрушителя мнимого всезнания и фиктивной уверенности. Многие западные ученые также отмечают эту функцию науки «расколдовывать мир». Используя науку по образу обыденного сознания, мир с ее помощью заколдовывается вновь. Задача же социального теоретика на сегодняшний день состоит не только в производстве нового знания, доставляющего новые возможности, но и в разрушении фиктивных ожиданий обыденного сознания от сферы управления. Эта очистительная, в том числе и самоочистительная, работа — неотъемлемая черта ответственности ученого, за которой уже следует задача поисков возможного, той реальной пользы, которую он может принести.

Итак, важнейшими функциями социальных наук является критика действительности и ее проблематизация. Вопрос же о том, что позитивного для развития общества может дать наука не снимается этими утверждениями, а требует более дифференцированнoro подхода (применительно к разным областям знаний) и серьезных обсуждений. Многие ожидания от наук об обществе не оправдываются как раз потому, что остается неизвестным, чего следует ожидать от тех или иных наук. Только разрушая мнимое всезнание, наука может осуществить свою функцию производства нового знания. Хайек сравнивал рынок с наукой, где не просто производится новое знание, а производится незапланированно, неожиданно, посредством открытия того, что нельзя было предположить до его осуществления. Это неожиданно произведенное знание вторгается в общество в его самом драматическом процессе — процессе развития. В частности, развитие знания способствует смене индустриального общества на информационное, которое еще более усиливает роль знания в обществе, в экономике, приводя к возникновению «новой экономики», основанной на научном знании. Нарастание роли знания в обществе стало характеризоваться термином «общество знания». В этом обществе отсутствие необходимого знания является фактором риска. Производство знания, причем знания как научного, так вненаучного, является условием существования общества.

В целом социально-гуманитарные науки могут играть значительную роль в преобразовании общества. Так, немецкое послевоенное «чудо» следствие применения идей немецких экономистов, японское послевоенное «чудо» — следствие реализации проекта японских социологов. Идеи английского социолога Гидденса и немцкого философа Хабермаса подготовили политику новых лейбористов в Англии и Шредера в Германии. В «обществах знания» экспертные оценки ученых должны предсказывать риски и пути их уменьшения. В этом состоит значение основополагающих социальных исследований. Для предотвращения техногенных, политических и других рисков социальные инновации должны действовать технологическим, политическим и пр. инструментами.

71.Основные исследовательские программы соц.- гумм. Наук (антинатуралистическая)

Антинатуралистическая (культуроцентристская) исследовательская программа в социально-гуманитарных науках сформировалась на рубеже XIX—XX вв., когда наряду с физической и психической действительностью философы стали выделять особую онтологическую реальность — культуру. Культура стала рассматриваться «как формирование человека и общественных связей, как продукт истории и сама история, как самоосуществление человека, в ходе которого меняется его собственная природа». Такое изменение взгляда на культуру получало все большее распространение по мере того, как в ходе прогресса цивилизации природа все больше подвергается антропогенному воздействию и становится элементом человеческой среды.

. Антинатурализм подчеркивает, во-первых, созданный, сконструированный характер социальной реальности. В центре социального и гуманитарного анализа оказывается субъект, его мотивы, ценности, идеалы, выбор и предпочтения. Во-вторых, в содержание социальной реальности, как объекта изучения, включаются теперь не только глубинные, устойчивые сущностные черты и свойства человека, общества, культуры, но и разнообразные проявления повседневности: «естественные» (самоочевидные) условия человеческой жизнедеятельности, мир здравого смысла, банальностей быта, разговорной речи, предрассудков и стереотипов. В-третьих, культуроцентризм подчеркивает подвижный, текучий, динамичный характер социальной реальности: она всегда множественна, открыта, незавершенна. Отсюда внимание социального познания к плюрализму культур, форм собственности, хозяйства и организаций, культур, ориентации сознания и поведения. Наряду с закономерным, типичным предметом анализа становится случайное, маргинальное, отклоняющееся от норм и стандартов.

Антинатуралистическая исслед программа не столь явным образом, как натурал, опирается на частные н, ибо общественные н, на кот она могла бы опереться, сами в существенной мере формируются той или иной исслед программой. И все же можно фиксировать присущую культурцентризму ориентацию на антропологию, ист, искус и н об искус, культурологию, псих, но в гораздо большей мере — на развитие этих н под влиянием культурц ориентации. Открытие культуры как особой реальности не разрывает связей чел с природой. Это одна из причин, в силу кот антинатуралистческая исслед программа не упраздняет натуралистическу программу.

В силу сказанного натуралистическая исследовательская программа Modern распространяться и на такой объект изучения, как сама культура. Способ натурализации культуры состоит в расс ее не как самоосуществления чел, в ходе кот меняется он сам и его соц связи, а как дея-ти, источник активности кот лежит в инд устремлениях абстрактного индивида. Абстрактный индивид есть продукт натурал редукции культуры. Натурализация культуры состоит также в превращении ее из процесса в объект, состояние, лишь результат дея-ти, воплощение активности природного существа.

Первоначально антинатуралистическая культурцентристская программа формировалась только применительно к обществознанию. Она, по существу, указала на границы натуралистической программы. Натур и антинатурал программы направлены на изучение одного и того же объекта, но в соответствии со своей методологией (исслед программой) они превращают в свой предмет исходно разные части этого объекта: натурализм позволяет изучить «жесткий каркас», «скелет», взаимодействие частей соц системы, антинатурализм — «мягкие ткани» общества, вплоть до того, чтобы построить ист без героев (школа Анналов), соц — без общества.

Обе исслед программы следует признать основными в методологии соц-гум н. Они явл системообразующими факторами обществознания, определяющими видение его специфики и его методов При этом культурцентристская исслед программа более многообразна в плане филх предпосылок, чем натуралистическая. Известно ее проявление как уникальной программы н о культуре и истории, идущей от Г. Риккерта и В. Виндельбанда, как герменевтической программы. Сущ феноменологический вариант этой программы, более близкий к платоновскому идеализму. Максима феноменологии, по определению Апеля, состоит в том, что «бытие не редуцируемо к сущему», «мир» — к «тому, что происходит внутри мира», «смысл» или «сущность» — к «фактам». Здесь наблюдается огромное влияние феноменологии Э. Гуссерля, приведшее к распространению феноменологического метода в соц.А. Щюцем, П. Бергером, его применению в пед, псих и психиатрии. Феноменология предстает как антитеза натурализму, в том числе в форме психологизма. Нем фил К.О. Апель и Ю. Хабермас сформулировали коммуникативную исслед программу, истоки кот лежат в переработке кантовской теории познания Ч. Пирсом. В этой программе бесконечно открытое к комм общество, неограниченное и критическое коммуникативное сообщество предстают как трансцендентальная предпосылка соц-гум н. Хабермас и другие фил выделяют проект модерна, кот считают незавершенным, подчеркивают его нормативную значимость, что делает фил классику методологическим инструментом соц п. Им противостоит проект постмодерна (Ф. Лиотар и др.) с присущими ему плюрализмом и микроконтекстами. Фил выступает матерью всех н, характерна именно для культурцентристских программ соц-гум знания. Это представляет многообразие связей фил направлений совр менности с конкретными н, междисциплинарность, значимое контекста, направленность на трансляцию и понимание смыслов,

В XX в. противоречие двух исслед программ — натурал и антинат — явилось одним из источников движения методологического знания, а также самих н. Эти программы следует признать осн в методологии обществознания. Они являются системообразующими факторами обшествознания, определяющими видение его специфики и его методов. В соц, исторической, экономической и юридической н, психологии, филологии, культурологии могут применяться обе программы: натуралистическая, пытающаяся построить эти н по типу естест, ориентировать их на поиск закономерностей, объяснение и исключение оценки; и антинатурал, в кот намеренно подчеркивается присутствие субъекта в предмете познания и значимость его ценностных ориентации.