4. Государственно-правовая доктрина евразийства н. Н. Алексеева

Алексеев Николай Николаевич (1879–1964 гг.), правовед и философ, разработал евразийскую концепцию государства и права. В годы Гражданской войны Алексеев – активный участник Белого движения. После поражения генерала Врангеля он вынужден был эмигрировать за границу

Основные произведения: Государственно-правовая сторона евразийского учения развита им в работе «На путях к будущей России», статьях «Русский народ и государство», «Евразийцы и государство», «Обязанность и право» и др. Обоснование своей концепции Алексеев подыскивал в русской истории, параллельно утверждая свое, евразийское, ее понимание. «Вся наша история и есть прежде всего борьба с Азией, приспособление к Азии и ассимиляция Азии».

Государство и право. В идеологической сфере его воззрения выразились в устойчивом убеждении о наличии двух различных типов культур: восточной и западной. Анализируя различные виды правоотношений, Алексеев пришел к выводу, что их необходимо разделить на два вида: органические и внешние, механические. Последние наиболее характерны для правовых культур государств Западной Европы, что связано с определенным и вполне конкретным правопониманием и правовой психологией западных народов. Право в этом случае рационализируется и утрачивает органическую связь с нравственностью и нравственным идеалом. Напротив, в органических отношениях традиционных культур Востока, где превалирует нравственное начало, речь идет о праве как способе достижения социальной справедливости, социальной правды. Русский народ, считал Алексеев, имеет какую-то свою собственную интуицию политического мира, отличную от воззрений западных народов и в то же время не вполне сходную с воззрениями народов чисто восточных.

Идеальная форма государства. Конструируя идеальную модель будущего евразийского государства, Алексеев стремился исходить из реального состояния России после большевистской революции. Освобождение России от коммунизма, считал Алексеев, будет не полным отрицанием Советского государства, а дальнейшим развитием содержащихся в нем положительных элементов, соединенных с еще более высокими потенциями государственно-правового развития, заложенными в историческом опыте России.

Алексеев считал, что организующим принципом русской государственности выступала идея самодержавной монархии, впервые получившая последовательное обоснование в концепции Иосифа Волоцкого и его последователей (иосифлян) в конце XV – начале XVI в. Иосифлянство развило и отстаивало идею о государстве как о проекции небесного. Альтернативу иосифлянству составляло современное ему нестяжательство – учение Нила Сорского и других заволжских старцев. В нем Алексеев усматривал идею «православной правовой монархии». Еще одним направлением политической мысли была идея диктатуры, воплощенная в сочинениях Ивана Пересветова (сер XVI в.) и политической практике сочинениях Ивана Грозного. Четвертым политическим направлением было казачество. Казацкий идеал, по оценке Алексеева, как раз и возобладал в России в ходе революции 1917 г. Наконец, пятым направлением русской политической традиции были анархические учения некоторых сект русского раскола.

Сила советского государства заключается в том, что оно своею целью поставило решительную борьбу с капитализмом, объявило себя, таким образом, некоторым «государством правды» и заставило многих поверить» в это.

Алексеев был убежден, что большевистский строй обречен на гибель. «Не может быть никакого сомнения, что рано или поздно русский народ придет к полному сознанию, что «правда» советского государства превратилась в «кривду» коммунистической системы». Но победить коммунизм окажется способна только такая политическая сила, которая сумела бы предложить народу иной, не коммунистический и не капиталистический идеал «государства правды». Алексеев считал, что после падения большевизма возвращение к капитализму может на какое-то время показаться лучшей альтернативой, но даже в этом случае «русский народ примет капиталистическую систему условно, не веря в нее и не считая ее праведной.

Он также предсказал и возможность распада СССР в результате курса на искусственное «нациестроительство»: «Коммунистическая политика словно всеми силами стремится сделать реальною ту невероятную возможность, что... отдельные, входящие в состав России народы, разрушат и Россию и интернационализм и, так как они сами едва ли способны к самостоятельному государственному бытию, то придет некто третий, не русский и не интернационалист, который и превратит их землю в свою колонию».

Как считал Алексеев, «возобладавшие в 1917 году идеи демократии, диктатуры и социальной справедливости как-то должны остаться и стать основами будущего периода русской истории. Но они должны быть исправлены и преображены. Будущее принадлежит православному правовому государству, которое сумеет сочетать твердую власть (начало диктатуры) с народоправством (начало вольницы) и со служением социальной правде». В качестве основной формулы будущей российской государственности Алексеев предложил «Россию с Советами, но без коммунизма».

Евразийцы характеризовали свое идеальное государство как идеократическое, отличая его от государства доктринального, каковым является СССР.

С учениями о демотии и идеократии тесно связана разработка еще одного аспекта политико-правовой доктрины евразийства гарантийного государства. Такое государство, в понятиях евразийцев, «обеспечивает осуществление некоторых постоянных целей и задач... является государством с положительной миссией». Гарантийное государство противопоставлялось государству релятивистическому, то есть не ставящему перед собой никаких положительных задач. К последнему типу принадлежит большинство современных демократий.

5. Сорокин Питирим Александрович (1889–1968 гг.), русский социолог, юрист и культуролог. В 1906 г. Сорокин вступил в партию социалистов-революционеров и активно участвовал в распространении революционных идей. В годы Первой мировой войны выступал как «оборонец», резко критикуя «пораженцев». Решающее влияние на его воззрения оказали идеи О. Конта и Г. Спенсера. После Февральской революции Сорокин редактировал газету «Воля народа» (орган правых эсеров), был личным секретарем А. Ф. Керенского, депутатом Учредительного собрания. В эмиграции Сорокин написал труды, принесшие ему мировое признание, – «Социальная мобильность», «Современная социологическая теория», «Основные черты русской нации в двадцатом столетии» и др. В 1931 г. Сорокин основал социологический факультет в Гарвардском университете и возглавлял его до 1942 г. Среди учеников Сорокина – крупнейшие американские социологи Р. Мертон, Т. Парсонс и др.

Сорокин рассматривал исторический процесс как циклическую смену основных типов культуры, в основе которых – интегрированная сфера ценностей, символов. Утверждая, что современная культура переживает общий кризис, ученый связывал его с развитием материализма и науки и выход видел в развитии религиозной «идеалистической» культуры. Он различал три основных вида социокультурных суперсистем, сменяющих друг друга и охватывающих одновременно много обществ, – идеациональную, идеалистическую и чувственную. В основе каждой суперсистемы лежит господствующая система истин, создающая своеобразное мировоззрение, имеющее свою философию и религию, представления о нравственности и о «святости», свою литературу и искусство, свою экономику и политику.

К идеациональному типу культуры, помимо хорошо знакомого Сорокину русского типа, он относил раннесредневековую культуру христианского Запада (с VI по XIII в.), а к идеалистическому – великую культуру эпохи Возрождения. Кризис современной культуры, лишенной абсолютных идеалов, то есть веры в Бога, и устремленной к чувственному наслаждению и потребительству, П. Сорокин связывал с развитием материалистической идеологии и экспериментальной науки в ущерб духовным ценностям, что довольно четко ощущается многими людьми в сегодняшнем «расколдованном» мире. Будучи человеком верующим, Сорокин видел выход из нынешнего кризиса в неизбежном восстановлении «идеациональной» культуры с ее абсолютными религиозными идеалами.

Как социолог, искавший в фактах общественной жизни объяснения многим явлениям культуры, Сорокин был одним из создателей теорий социальной мобильности и социальной стратификации. Согласно первой в высокоразвитом обществе постоянно происходит движение отдельных людей и групп из одного слоя в другой, с низшего социального уровня в высший, и наоборот. В этом случае говорят о восходящей или нисходящей вертикальной мобильности, однако есть и мобильность горизонтальная, то есть передвижение индивидов на одном и том же социальном уровне, например при смене места жительства или характера работы. Различают также интергенерациональную (между поколениями) и интрагенерациональную (внутри поколения) мобильность. Понятие социальной мобильности характеризует степень цивилизованности, открытости или закрытости, свободы и демократизма того или иного общества и является важным показателем уровня его культуры.

Теория социальной стратификации рассматривает общество не как жесткую и антагонистическую классовую структуру, а как живую систему многочисленных взаимопроникающих общественных слоев, выделяемых по признакам образования, обеспеченности, психологии, бытовых условий, возраста, пола и находящихся в со стоянии не борьбы, а равновесия и сотрудничества.

6. Струве Петр Бернгардович (1870–1944 гг.) В студенческие годы он увлекался марксизмом и играл активную роль в марксистских кружках. В 1890-е годы Струве был ведущим теоретиком русского «легального марксизма». Его работа «Критические заметки к вопросу об экономическом развитии России» (1894) оказала серьезное влияние на развитие марксизма в России. В начале 1900-х годов взгляды Струве претерпели эволюцию в сторону либерализма: он участвовал в создании Конституционно демократической партии (кадетов), был избран членом II Государственной думы (1907) от этой партии. Манифест 17 октября 1905 г. Струве характеризовал как «незыблемый краеугольный камень нового государственного строя». В философском плане Струве эволюционировал к идеализму и религиозной метафизике, принял участие в издании сборников «Проблемы идеализма» (1902), «Вехи» (1909), «Из глубины» (1918) и работе петербургского Религиозно-философского общества. Струве писал: «Русская революция оказалась национальным банкротством и мировым позором». Выход из создавшегося положения Струве видел в возрождении национальной идеи как организующей силы при воссоздании государства. Борьбу с большевиками Струве считал главным делом своей жизни. В 1920 г. Струве эмигрировал.

Еще в своей главной книге марксистского периода «Критические заметки к вопросу об экономическом развитии России» Струве отрицал необходимость и неизбежность пролетарской революции и неизбежность отмирания государства при будущем общественном строе. Неприятие всяческой революционности и интеллектуальное почтение к государству и государственности характерно для дальнейшего творческого пути Струве

Безусловная автономия личности означает, что личность наделена естественными или абсолютными правами.

Абсолютность естественных прав состоит в том, что они не могут быть отчуждаемы со стороны государства. Государственная власть должна быть ограничена в своих полномочиях, и ограничена именно этими правами личности. Желательно, чтобы естественные права были прописаны в конституции.

Идеальным воплощением такого положения для Струве является государственное устройство США, где гражданин, ссылаясь на свое конституционное право, может подать в суд на любой государственный орган и любое постановление государственного органа может быть по решению суда отменено.

Государственный «организм», по Струве, не только разумен, но и сверхразумен, мистичен; его основная историческая функция – упорядочение социальных процессов, установление в обществе своеобразной «культурной дисциплины». Для Струве понимание и признание исключительного значения государства вполне совместимы с либеральными ценностями: сильное государство в сочетании с либеральной идеологией способно обеспечить социально-экономическое и культурное процветание науки.