А.С. Хомяков об особенностях исторического пути России

(…) перед Западом мы имеем выгоды неисчислимые. На нашей пер­воначальной истории не лежит пятно завоевания. Кровь и вражда не служили ос­нованием государству русскому, и деды не завещали внукам преданий ненависти и мщения. Церковь (...) никогда не утрачивала чистоты своей жизни внутренней и не проповедывала детям своим уроков неправосудия и насилия. (…) мы будем подвигаться вперед смело и безошибочно, занимая слу­чайные открытия Запада, но придавая им смысл более глубокий или открывая в них те человеческие начала, которые для Запада остались тайными (…) Тогда, в просвещенных и стройных размерах, в оригинальной красоте общества, соединяющего патриархальность быта областного с глубоким смыслом государства, представляющего нравственное и христианское лицо, воскреснет древняя Русь, но уже сознающая себя, а не случайная, полная сил живых и орга­нических, а не колеблющаяся вечно между бытием и смертью.

Хомяков, А.С. Сочинения. – Т. III. – М., 1914. – С. 20-23.

Н.Я. Данилевский об отношениях Европы и России

(…) Европа не признает нас своими. Она видит в России и в славянах вооб­ще нечто ей чуждое, а вместе с тем такое, что не может служить для нее простым материалом, из которого она могла бы извлекать свои выгоды, как извлекает из Китая, Индии, Африки, большей части Америки и т.д. Европа видит поэтому в Руси, в славянстве не чуждое только, но и враждебное начало. (…) Русский в глазах их может претендовать на достоинство человека только тогда, когда потерял уже свой национальный облик.

Принадлежит ли (…) Россия к Европе? К сожалению или к удо­вольствию, к счастью или к несчастью – нет, не принадлежит. Она не питалась ни одним из тех корней, которыми всасывала Европа, которые почерпали пищу из глубины германского духа (...) она не причастна ни европейскому добру, ни евро­пейскому злу (...)

(...) Быть носителем и распространителем европейской цивилизации на Вос­токе, – вот она, та возвышенная роль, которая досталась нам в удел, роль, в кото­рой родная Европа будет нам сочувствовать, содействовать своими благослове­ниями, (...) к великому услаждению и умилению наших гуманитарных прогресси­стов. С Богом – отправляйтесь на Восток! (...) Средняя Азия – вот ваше место (...) Нам ни с какого боку туда не пробраться, да и пожива плохая. Ну так там и есть ваша священная историческая миссия, – вот что говорит Европа, а за нею и наши европейцы.

(…) Духовное и политическое здоровье характеризуют русский народ и рус­ское государство, между тем как Европа – в духовном отношении – изжила уже то узкое религиозное понятие, которым она заменила вселенскую истину (…) в политическом же отно­шении – дошла до непримиримого противоречия между требованиями (…) личной свободы и (…) распределением собственности. Если, однако, мы вглядимся в русскую жизнь, то скоро увидим, что и ее здоровье – неполное.

После Петра наступили царствования, в которых правящие государством лица относились к России уже не с двойственным характером ненависти и любви, а с одною лишь ненавистью, с одним презрением (...)

Вследствие изменения форм быта русский народ раскололся на два слоя (…) Низший слой остался русским, высший сделался европейским (...) Но высшее, бо­лее богатое и образованное, сословие всегда имеет притягательное влияние на низшие, которые невольно стремятся с ним сообразоваться, уподобиться высше­му, сколько возможно. Поэтому в понятии народа невольно слагается представ­ление, что свое русское есть (...) нечто худшее, низшее (...)

Однако же при соседстве с Европою, при граничной линии, соприкасаю­щейся с Европой на тысячи верст, совершенная отдельность России от Европы немыслима (...) Если она не может и не должна быть в интимной, родственной связи с Европой (...) если, с другой стороны, она не хочет стать в положение подчиненности к Европе (…) ей ничего не остается как войти в свою настоящую, этнографическими и историческими условиями предназначен­ную роль и служить противовесом не тому или другому европейскому государст­ву, а Европе вообще, в ее целости и общности. (…)

Данилевский, Н.Я. Россия и Европа. – М., 1991. – С. 23-25, 44-63, 254-268, 274-275, 400-402.