Утопический социализм в России. – с. 401-402 Из воспоминаний с.Ф. Ковалика о «хождении в народ» 1874 г.

Весною 1874 года молодежь, приинявшая программу движения, отправлялась по железным дорогам из центров в провинцию. У каждого молодого человека можно было найти в кармане или за голенищем фальшивый паспорт на имя какого-нибудь крестьянина или мещанина, а в узелке поддевку или вообще крестьянскую одежду, если она уже не была на плечах пассажира, и несколько революционных книг и брошюр.

Из Петербурга революционеры двинулись одни на родину или места, где у них имелись какие-нибудь случайные связи другие – большинство – на Волгу, где они ожидали найти наиболее благоприятную почву для революционной деятельности, третьи – меньшая часть – направились на юг, преимущественно Киев, четвертые, наконец, считали нужным предварительно заехать в разные губернские города, где имелись революционные кружки, с которыми предполагалось установить связи, или представлялся какой-нибудь случай для пропаганды (…)

Таким образом, летом 1874 года революционеры рассыпались по всему обширному пространству Европейской России (...) Кавказа и самых северных губерний (...)

Летучая пропаганда по самому существу своему не могла иметь задачей не только последовательного просвещения народа, но и систематического его революционизирования – она стремилась внести революционное брожение в широкие слои населения. Пропагандист не считал потерянным временем, если ему удавалось возбудить в своих случайных собеседниках – крестьянах или рабочих – какую-нибудь отдельную революционную мысль или даже только усилить существующее у них недовольство своим положением. (... )

Оседлая пропаганда велась также в большинстве случаев лицами, не имеющими определенных занятий. (…) Сравнительно немногие из оседлых пропагандистов имели определенную профессию, занимая должности учителей и фельдшеров. К оседлым пропагандистам следует присоединить также небольшое число учителей, не вошедших окончательно в революционную партию, но сочувствующих ей и распространявших между крестьянами революционные книги.

Оседлая пропаганда по существу своему должна была вестись более осторожно и медленно, чем летучая. Пропагандист заводил знакомство среди ближайших крестьян или рабочих (…) мало-помалу начинал беседовать с ними на революционные темы и давать и для прочтения или в собственность разные революционные книги. Эти последние в оседлой пропаганде играли гораздо большую роль, чем в летучей. Кроме того, оседлые пропагандисты не отказывались также от пропаганды среди лиц, принадлежавших к сельской интеллигенции. (...)

Ковалик, С.Ф. Революционное движение 70-х годе и процесс 193·х. – М., 1928. – С. 133-138.

Из программы «Земли и воля» (1876-1879)

Конечный политический и экономический наш идеал – анархии и коллек­тивизм.

Но (…) мы суживаем наши требования до реально осуществимых в бли­жайшем будущем, т.е. до народных требований, каковы они есть в данную минуту (...).

(…) «Земля и воля» служившая девизом стольких народных движений, (...) – эта формула, по нашему мнению, и теперь служит наилучшим выражением народных взглядов на владение землею и устройство своего общежития (…)

Само собою разумеется, что эта формула может быть воплощена в жизнь только путем насильственного переворота, и притом возможно скорейшего, так как развитие капитализма и все большее и большее проникновение в народную жизнь (…) разных язв буржуазной цивилизации угрожают· разрушением общины и большим или меньшим искажением народного миросозерцании по вышеуказанным вопросам. (…)

Из предыдущего вытекают две главные общие задачи, на которые должно быть устремлено все внимание русской социально-революционной партии:

1) помочь организоваться элементам недовольства в народе и слиться с существующими уже народными организациями революционного характера, агитацией же усилить интенсивность этого недовольства, и

2) ослабить, расшатать, т.е. дезорганизовать силу государства (…)

Отсюда таковы наши ближайшие практические задачи.

А. Часть организаторская

а) Тесная и стройная организация уже готовых революционеров (…) как из среды интеллигенции, так и из среды (…) рабочих.

б) Сближение и даже слияние с враждебными правительству сектами рели­гиозно-революционноro характера (…)

в) Заведение возможно более широких и прочных связей в местностях, где недовольство наиболее заострено (…)

г) Привлечение на свою сторону по временам появляющихся в разных местах разбойничьих шаек типа понизовой вольницы.

д) Заведение сношений и связей в центрах скопления промышленных рабочих – заводских и фабричных.

Деятельность людей, взявшихся за исполнение этих пунктов, должна заключаться в видах заострения и обобщения народных стремлений, в агитации в самом широком смысле этого слова, начиная с легального протеста против местных властей и кончая вооруженным восстанием, т.е. бунтом (...)

е) Пропаганда и агитация в университетских центрах (…)

ж) Заведение связей с либералами с целью их эксплуатации в свою пользу.

з) Пропаганда наших идей и агитация литературою, издание собственного органа и распространение листков зажигательного характера (…)

Б. Часть дезорганизаторская

а) Заведение связей и своей организации в войсках, и главным образом среди офицерства.

б) Привлечение на свою сторону лиц, служащих в тех или других правительственных учреждениях.

в) Систематическое истребление наиболее вредных или выдающихся лиц из правительства и вообще людей, которыми держится тот или другой ненавистный нам порядок.

Революционное народничество 70-х годов XIX в. – Т.2. – М.-Л., 1965. – С. 30-33.