14. Позитивизм и его разновидности.

Сегодня ясно, что ни безбрежный оптимизм, ни безысходный пессимизм в оценке влияния научно-технического прогресса на ход истории не могут быть приняты. Установление оптимального места и роли НТП в жизни общества сегодня и в обозримой перспективе остается в наши дни одной из центральных задач философии, поскольку от характера решения этой задачи во многом зависит быть или не быть земной цивилизации.

Мы подошли к одному из основных направлений философии нашего столетия – к позитивизму, хотя истоки его уходят в сравнительно далекое прошлое. Сам термин "позитивизм" происходит от лат. positivus – положительный. Современный позитивизм или неопозитивизм представляет собой третью разновидность, а точнее – третью волну позитивизма.

Появление первой связано с именами французского философа О. Конта (1798 – 1857) и англичан Д.С. Милля (1806 – 1873) и Г. Спенсера (1820 – 1903). Вторая историческая разновидность позитивизма связана с работами австрийского физика и философа Э. Маха (1838 – 1916), швейцарского философа и психолога Р. Авенариуса (1843 – 1896) и представлена махизмом или эмпириокритицизмом. Наконец, третья волна позитивизма – неопозитивизм и постпозитивизм, истоки которого относятся к началу ХХ в., а эволюция продолжается вплоть до настоящего времени. Основы неопозитивизма были заложены в трудах Б. Рассела (1872 – 1970) и Венского кружка в нача-ле 20-х гг. В него входили М. Шлик (1882 – 1936), Р. Карнап (1891 – 1970), О. Нейрат (1882 – 1945) и другие.

При всем различии в понимании целей и задач позитивистской философии на разных этапах ее развития, она с первых шагов и вплоть до современного периода отличалась и определенными общими чертами. Во-первых, позитивизм всегда претендовал на роль философии науки. Другой общей чертой позитивизма было и остается отрицание самостоятельного значения традиционной философии со всей ее проблематикой, объявление всего ее содержания метафизикой, а основных положений – псевдопроблемами. Больше того, неопозитивизм начал свой путь с призыва: "Философию за борт!" Что же касается собственного понимания философии позитивизмом, то оно началось с незамысловатого признания: наука сама себе философия и поэтому следует ограничиться частно-научным знанием.

Наука трактовалась на всех этапах позитивизмом таким образом, что она имеет дело только с явлениями, опытом, ощущениями и не может претендовать на выход за их пределы, в непознаваемую сущность вещей. В то же время в отличие от махизма, который свел философию к теории познания, неопозитивизм устами одного из своих основателей Л. Витгенштейна (1889 – 1951) обвинил махистов в увлечении запретной метафизикой и провозгласил, что главная задача философии – не выработка теории и даже не решение мировоззренческих и методологических проблем, а деятельность, состоящая в логическом анализе языка науки и его очищении от всякой метафизики.

Неопозитивизм в своем развитии прошел ряд этапов. Первоначально он выступил в виде логического позитивизма. Научное знание, как утверждают логические позитивисты, включает два вида высказываний. Первый – аналитические или логико-математические, которые тавтологичны и не несут нового познавательного содержания. Это предложения типа: "сумма углов треугольника равна 2d", "все металлы электропроводны". Второй тип высказываний – эмпирические, синтетические, которые несут новые знания и фиксируют данные опыта. Например, "этот ключ железный"; "стрелка прибора сдвинулась на 3 деления".

Все остальные высказывания логическими позитивистами трактуются как бессмысленные (типа: "красный розовый синий высокий жизнь"). К числу последних неопозитивизм относит высказывания обо всем, находящемся за пределами опыта (о материи вне опыта, о сознании и т.д.). Неопозитивисты считают, что эти предложения метафизичны, поскольку они не опираются на опыт и не могут быть сведены к данным опыта. На этом основании и отвергается неопозитивизмом традиционная философия.

Второй принцип логического позитивизма – принцип редукционизма, т.е. возможности сведения теоретических положений науки к элементарным эмпирическим высказываниям.

Третье исходное положение логического позитивизма: наше знание относится не к объективному миру, а к "наблюдениям", "опыту" либо к высказываниям о них. По сути дела, неопозитивисты продолжают линию Юма. Это еще одна причина, по которой неопозитивизм отвергает традиционную философию, так как она выходит за пределы опыта, т.е. признает, если говорить о материализме, реальное существование объективного мира. Неопозитивизм же урезает мир до схемы "субъект и его опыт".

Итак, по мнению неопозитивизма наука сводится к эмпирическим высказываниям и логическим выводам из этих высказываний по правилам логики. Но перед логическими позитивистами встал вопрос о способах проверки истинности эмпирических высказываний. Так возникла проблема верификации (проверки) эмпирических высказываний. Принцип верификации эмпирических высказываний сводится к сравнению этих высказываний с опытными данными. Например: высказывание "этот ключ железный" мы проверяем с помощью магнита.

Но оказалось, что сам принцип верификации невозможно свести, редуцировать к непосредственному опыту. Он, по классификации неопозитивистов, попал в число высказываний, лишенных смысла, т.е. высказываний "метафизических". Далее, выяснилось, что важнейшие теоретические положения науки, ее законы не могут быть редуцированы, сведены к элементарным эмпирическим высказываниям, а значит, и проверены, не говоря уже о высказываниях, касающихся прошлого и будущего. Не спасла логический позитивизм и замена принципа верификации принципом верифицируемости, т.е. возможности проверить опытом, равно как и замена последнего принципом фальсифицируемости знания, иными словами, опровержения утверждения опытными данными, не согласными с ним. Так, нам пришлось бы отказаться от тезиса "все вороны черны", если бы обнаружился в опыте хотя бы один белый ворон. Однако и этот принцип оказался "метафизическим", т.е. не сводимым к опыту, так как фальсифицируемость и верифицируемость логически эквивалентны.

Таким образом, в поисках оснований проверки и отбора истинных научных эмпирических высказываний неопозитивизм потерпел неудачу. Но главное, конечно, даже не в этом, а в том, что, во-первых, высказывания следует сравнивать не с ощущениями субъекта, а с объективной реальностью, а во-вторых, оказались бесплодными попытки все содержание теории свести к чувственным данным; не нашел подтверждения и принцип редукционизма. В итоге логический позитивизм обнаружил ряд своих слабостей и отступил, а неопозитивизм в 30-е гг. принял облик семантической философии. При этом академическая семантика сосредоточила свое внимание на формально-логическом анализе языка науки, который стал рассматриваться как логическая конструкция, построенная в соответствии с определенными логическими правилами того языка, который используется для построения данной теории. Это был поиск принципов построения идеального языка с однозначными словами, обеспечивающего логическую структуру науки. При этом выбор правил выведения заключения, как утверждал Р. Карнап, может быть произвольным. Главное, чтобы логическая система была внутренне непротиворечива.

Таким образом, логические основы построения теории стали рассматриваться как результат конвенции, соглашения ученых. Опасность такого подхода в том, что наука теряет объективную основу и превращается в произвольную конструкцию, об объективной истинности которой не может быть и речи.