Сознание обязанности достижения заданного результата – второй психологический признак труда

Труд – это деятельность по обязательному заданию. Но сама по себе идея обязательности не специфична для труда. Например, обязательность соблюдения правил игры совершенно четко осознается дошкольниками. Дети придирчиво реагируют на несоответствие поведения кого-либо из участников ролевой игры правилам игрового действия. Если они играют, скажем, в «железную дорогу», то, пока «поезд идет» (дети сидят гуськом на стульчиках и пыхтят-фырчат), никто не должен выходить на «станцию». Сознание обязательности и, следовательно, мобилизация волевых усилий могут характеризовать и деятельность по реализации чисто личных, в том числе эгоистических или даже асоциальных, замыслов.

Деятельность становится трудом тогда, когда имеется не только сама идея обязательности, но и внешние формы общественной фиксации целей деятельности и общественного одобрения этих целей. Для детей, подростков носителями социально значимых целей деятельности выступают представители старших поколений (старшие члены семьи, учителя и другие организаторы деятельности), а также сверстники.

Владение внешними и внутренними средствами деятельности - третий психологический признак труда

Использование орудий, орудийного оснащения – общий признак самых разных видов деятельности человека: и игры, и учения, и труда. Орудийные действия широко и разнообразно представлены у ребенка уже в дошкольном возрасте. Даже человекообразные обезьяны, как известно, используют предметы для овладения недоступной приманкой. Например, шимпанзе может подгрести палкой банан, до которого ей трудно дотянуться. Наблюдаются даже зачатки изготовления таких средств человекообразными обезьянами - составление из двух коротких палок одной длинной, если одна втыкается в другую.

Своеобразие труда как специфически человеческой деятельности состоит в том, что его орудия, средства оказываются предметом особого внимания, интереса более или менее широких общностей людей и в связи с этим очень живучи в историческом плане. Они становятся предметом культивирования и, следовательно, культуры народов.

Если иметь в виду определенного, конкретного трудящегося человека, то его деятельность с тем большим основанием может быть отнесена к труду, чем лучше он ориентирован в орудийных средствах и правилах их применения, чем лучше он владеет этими средствами, чем более творчески он к ним относится (придумывает и изготовляет свои инструменты, приспособления, дополнения к нам).

Чтобы деятельность стала трудом (той деятельностью, которая создала человека, выделив его из животного мира, и которая продолжает его ваять), недостаточно, чтобы человек взял в руки каменный топор, сварочную горелку или встал к пульту технологического комплекса. В труде предполагается и нечто незримое, недоступное простому внешнему наблюдению - знание возможностей и ограничений, вариантов применения орудий труда и, следовательно, способность делать соответствующие выборы (или знание, что существует один - единственный вариант или способ применения орудия, что мало вероятно).

Мастер своего дела не просто знает, но и любит свои инструменты, даже одухотворяет их. Существует обширный мир признаков средств труда, который может быть открыт человеку в большей или меньшей степени. В зависимости от этого его деятельность в большей или меньшей степени становится подлинным трудом, занимающим и развивающим ум, характер, чувства.