Поди-ка поработай в такое пекло!

В одной деревне жил большущий лентяй. Целыми днями валялся он на лежанке да подремывал, а семья его билась в горькой нужде, чуть не помирала с голоду.

– Будет тебе бока-то отлеживать, – сказала ему как-то жена, – вставай натаскай хоть дров – вишь, какая зима на дворе, не погибать же нам от холода. Небось руки-то не отвалятся!

– Да чего ты привязалась, баба, – отбрехнулся лентяй, – дай хоть тепла дождаться. Уж я не забуду, как пробедовал зиму, целые вороха натаскаю.

С грехом пополам пережила семья зиму. Прошла весна, настало лето, и жена снова приступила к лентяю:

– Вот и пришла пора подумать о дровах, пошевелись, не упусти срока.

Лентяй ничего на это не ответил, только перевернулся с боку на бок.

А жена опять свое:

– Будет тебе спать-то, – говорит, – не то опять зимой насидимся в холоде.

– Да что ты, рехнулась, матушка! Поди-ка поработай в такое пекло! По мне так любая стужа лучше, – нехотя пробормотал лентяй, сладко зевнул, потянулся и захрапел во все носовые завертки.

Перевод М. Гржендзица.

Преданный муж и изменница жена

Жили-были муж и жена. И дали они друг другу клятву, что тот из них, кому суждено пережить другого, никогда не вступит в новый брак, будет всю жизнь чтить память покойного и состарится во вдовстве.

Жена клялась:

– Я любила тебя при жизни, буду любить и после смерти. Если потеряю тебя, никогда больше замуж не пойду.

Такую же клятву дал и муж.

Случилось так, что жену вскорости прибрал бог. Муж похоронил ее по закону и обычаю, справил пышные поминки и, убитый горем, дни и ночи проводил на ее могиле в плаче и стенаниях.

Однажды какой-то прохожий спросил его, по ком он так сокрушается, и, узнав о его несчастье, посоветовал:

– Попроси бога, пусть он вдвое сократит твои дни, а за это вернет к жизни твою жену.

Горемычный муж внял совету странника и попросил бога воскресить жену. Не успел он закончить своей молитвы, как жена его ожила и восстала из могилы. Обрадовались муж и жена и весело пошли домой.

В пути муж остановился и говорит:

– Уж целую неделю, как ты умерла, я ни минуты не спал. Посиди тут на этом камне, а я хоть чуточку сосну.

Лег он на траву, положил голову к жене на колени и тут же уснул.

В это самое время мимо проезжал какой-то богато разодетый всадник. Женщина ему с первого взгляда приглянулась, и он крикнул ей:

– Что это за собачья голова лежит у тебя на коленях? Вставай-ка лучше да поедем со мной. Станешь моей женой будешь жить в холе да в роскоши. Разве что птичьего молока тебе недостанет.

Женщина переложила голову мужа на камень, подсела на коня впереди всадника и была такова.

Через часок-другой муж проснулся, и что же увидели его глаза! Жены нет как нет, а сам он лежит головой на голом камне.

Обидно ему стало, поднялся он и пошел на поиски. Ходит, ищет, а жены и след давно простыл.

Пришел он в одну деревню. Идет мимо каменного двухэтажного дома, и показалось ему, будто на балконе сидит жена. Пригляделся получше – так и есть, она! Только женщина, как приметила бывшего своего мужа, мигом юркнула в комнаты. А он решил: никуда отсюда не пойду, дождусь утра. Не признала она меня, должно быть, а то бы сразу пошла за мной – не камень же у нее вместо сердца, знает, что я за нее полжизни отдал.

Кликнул он хозяина, попросился на ночлег. Тот пригласил его в дом, усадил за стол. Одно невдомек мужу – что это жена глаз не кажет, даже на стол не вышла накрыть.

Пришло утро. Женщина снова не вышла. Тогда обманутый муж решил идти жаловаться царю.

Царь призвал к себе всех троих, поставил женщину лицом к лицу перед двумя мужчинами и спрашивает:

– Кто из них твой муж, и с кем ты хочешь жить под одним кровом?

Женщина указала рукой в сторону первого мужа и ответила с раздражением:

– Этого человека я и в глаза никогда не видела. Не идти же мне замуж за первого встречного! Мало, что я ему приглянулась!

Разгневался царь и велел казнить обманутого мужа как бессовестного лгуна.

Обреченный на смерть попросил у царя разрешения сказать несколько слов. Царь снизошел к его просьбе.

– Я этой женщине отдал полжизни, – воскликнул бедняга, – а она не желает меня даже признавать. Покарай же ее, всевышний, за ее коварство, отними у нее те годы, которые я, любя, ей уступил!

Не успел он произнести последние слова, как обманщица снопом рухнула наземь.

Перевод М. Гржендзица.