Глава II

Дополнительные симптомы

Это не часто, что основные симптомы так заметно выставлены, чтобы вызвать пациента в больницу в психиатрической больнице. Это прежде всего аксессуар явления, которые делают его сохранение дома невозможно, или это они, которые делают психоз проявляется и дать повод требовать психиатрической помощи. Эти симптомы аксессуаров

95

may be present throughout the whole course of the disease, or only in entirely arbitrary periods of the illness. It is they which give the external stamp to the disease picture so that prior to Kraepelin's work, it was believed that separate diseases could be defined and delimited exclusively according to these symptoms and their grouping.

The best known among them are the hallucinations and delusions. Apart from these, the disturbances of memory function and the changes in personality have received relatively much leas consideration. Speech, script, and a number of physical functions are often changed in an irregular but typical way. Following Kahlbaum, a special group of phenomena has been gathered together under the name of catatonic symptoms. All of these disturbances can be either transitory or of long duration. Besides all this, however, there are definite acute symptom complexes which consist of the above mentioned symptoms, as well as of other phenomena, and which have led to the impression that they are independent acute psychoses. For us they are only episodes or exacerbations in the long drawn-out course of the disease

(a) Hallucinations, Delusions, and Illusions

In hospitalized schizophrenics it is mainly the delusions and particularly the hallucinations which stand in the forefront of the picture. 1 The complaints of the patients, the peculiarities of their behavior, agitation and seclusion, ecstasies, despairs, and outbreaks of anger—all these phenomena are usually related to, if not direct consequences of, the delusions and hallucinations.

Characteristic of schizophrenic hallucinations is the preference for the auditory sphere and for the sphere of the body sensations. Almost every schizophrenic who is hospitalized hears “voices,” occasionally or continually. Almost equally as frequent are the delusions and illusions which are related to the different body organs. Tactile hallucinations are relatively rare, although occasionally the patients do complain of a sensation of animals, particularly, of snakes on or in their skin. Hallucinations of being abused, beaten, burnt, or of having electrical currents passed through their bodies may have a tactile component. If we take into account the number of patients who complain about them, it would seem that hallucinations of smell and taste fall into a third important class. Visual hallucinations and illusions are not frequent in lucid patients but they do appear in acute hallucinatory excitements and in clouded states. As far as the other senses are concerned, illusions take a decidedly secondary place to the hallucinations. As far as taste goes, it

1. Concerning the paresthesias, see under physical symptoms.

95

могут присутствовать в течение всего течения заболевания, или только в совсем произвольных периодов болезни. Это те, которые дают внешний печать на картинке заболевания, так что до работы Крепелина, считалось, что отдельные заболевания могут быть определены и разграничены исключительно в соответствии с этими симптомами и их группировки.

Самый известный из них галлюцинации и бред. Наряду с этим, нарушениях функции памяти и изменения в личности получили относительно много Лис рассмотрения. Речь, сценарий, и количество физических функций часто меняются в нерегулярном, но обычным способом. После Кальбаума, специальная группа явлений была собрана вместе под именем кататонии симптомов. Все эти нарушений могут быть временными или продолжительным. Помимо всего этого, однако, есть определенные острые симптомов комплексы, которые состоят из вышеупомянутых признаков, а также других явлений, и которые привели к впечатлению, что они являются независимыми острые психозы. Для нас они являются лишь эпизоды или обострений затянувшейся течения заболевания

() Галлюцинации, бред, и Иллюзии

У госпитализированных больных шизофренией это в основном бред и, в частности галлюцинации, которые стоят в первых рядах на картинке. 1 Жалобы больных, особенности их поведения, агитации и уединения, восторг, отчаяние, и вспышки гнева-все эти явления, как правило, связаны, если не прямым последствиям, заблуждения и галлюцинации.

Характеристика больных шизофренией галлюцинации является предпочтение слуховой сфере и в сфере ощущений тела. Почти каждый шизофреник, который госпитализирован слышит "голоса", время от времени или постоянно. Почти столь же часты бред и иллюзии, которые связаны с различными органами тела. Тактильные галлюцинации встречаются сравнительно редко, хотя иногда пациенты жалуются на ощущение животных, в частности, змей или в их коже. Галлюцинации злоупотребляют, избивали, сожжены, или с электрическими токами, передаваемые через свои органы могут иметь тактильные компонент. Если мы примем во внимание количество пациентов, которые жалуются на них, казалось бы, что галлюцинации обоняния и вкуса попадают в третьей важном классе. Зрительные галлюцинации и иллюзии не часто в ясные пациентов, но они появляются при острых галлюцинаторных волнений и в туманных государств. Что касается других чувств, то, иллюзии взять решительно второстепенное место в галлюцинациях. Насколько вкус идет, это

1. В отношении парестезии, см под физические симптомы.

96

is very difficult to decide whether they are illusions or hallucinations in view of the fact that they occur mostly while eating. In the present state of our knowledge it is equally irrelevant whether the common misinterpretations of the kinesthetic senses are to be considered as illusions or hallucinations.

The content of schizophrenic hallucinations can be furnished by anything which the normal person perceives and to this can be added all the sensations which the diseased psyche is able to invent.

The patients hear blowing, rustling, humming, rattling, shooting, thundering, music, crying, laughing, whispering, talking. They can see individual objects, landscapes, animals, human beings, and every other possible ‘figure. They smell and taste pleasant and unpleasant things, whatever may affect these senses. They feel things, animals, and people, and are struck by rain-drops, fire, sticks. They experience all tortures, as well as every pleasurable sensation which the sense organs can transmit.

In reality, however, the major bulk of the hallucinations which we can observe restricts itself to a far smaller selection. It is most exceptional that a schizophrenic hallucinates an entire sermon or drama, or that he finds a piece of hallucinated bread in his coffee, or that he sees common, everyday landscapes. Music is rarely heard. 2 Neither are very common nor very complicated events and experiences easily hallucinated by our patients. Complicated ones do not occur because very few of these people are capable of high attainments since the peculiar condition of their associative processes restricts their abilities. Simple everyday events are not hallucinated obviously because those have no great significance for the hallucinating psyche which hypostatizes primarily affectively charged thoughts in hallucinations.

The usual occurrence is that the “voices” threaten, curse, criticize and console in short sentences or abrupt words; that the persecutor or heavenly figures, certain kinds of animals, fire or water and also some desired or hoped for situation are hallucinated: paradise, hell, a castle, a robber’s cave is seen; that ambrosia or some frequently mentioned poison or a vile substance is tasted in food; that a poisonous vapor or a wonderfully glorious perfume surrounds the patient. They feel the passion of love or all kinds of torture that can be affected by physical means on their abused bodies.

It is in this way that they express ever the same wishes, hopes and fears. The ambitious hear that power and money are going to be

2. Not so long ago one of our female patients heard singing. Her paranoid husband had predicted great things for her and himself. They would then be escorted by a crowd of people to the accompaniment of solemn songs.

96

Очень трудно решить, являются ли они иллюзии или галлюцинации в связи с тем, что они происходят в основном во время еды. При нынешнем состоянии наших знаний не менее значения, являются ли общие неправильное толкование кинестетических чувств должны рассматриваться как иллюзии или галлюцинации.

Содержание шизофренией галлюцинации могут быть представлены по всему, что нормальный человек воспринимает и это может быть добавлен все ощущения, которые больной психики способны придумать.

Пациенты услышать дует, шурша, напевая, гремя, стрельба, громоподобный, музыку, плач, смех, шепот, говорить. Они могут видеть отдельные объекты, пейзажи, животных, человека, и все другие возможные "фигуру. Они вкус и запах приятные, так и неприятные вещи, все, что может повлиять на эти чувства. Они чувствуют себя вещи, животных и людей, и ударил дождевой капли, огонь, палками. Они испытывают все пытки, а также все приятные ощущения, которые органы чувств могут передавать.

В действительности, однако, основная масса галлюцинаций, которые мы можем наблюдать ограничивает себя в гораздо меньшей отбора. Это наиболее исключительное, что шизофреник галлюцинации весь проповедь или драмы, или что он находит кусок галлюцинации хлеба в кофе, или что он видит общие, повседневные пейзажи. Музыка редко слышал. 2 Не очень часто, ни очень сложные события и переживания легко галлюцинации нашими пациентами. Сложные те не происходят, потому что очень немногие из этих людей способны высокими достижениями с своеобразная состояние их ассоциативных процессов ограничивает их возможности. Простые повседневные события не галлюцинации, очевидно, потому, что те не имеют большое значение для галлюцинации психики, которые гипостазирует в первую очередь эмоционально заряженные мысли в галлюцинации.

Обычным явлением является то, что «голоса» угрожают, проклятие, критиковать и консоли короткими фразами или резких слов; что преследователь или небесные фигуры, некоторые виды животных, огня или воды, а также некоторые желательные или надеялись на ситуации галлюцинации: рай, ад, замок, пещеры грабителя видно; что амброзия или некоторые часто упоминается яд или подлым вещество на вкус в пище; что ядовитые пары или чудесно славный дух окружает пациента. Они чувствуют страсть любви или все виды пыток, которые могут быть затронуты физических средств на их насилию органов.

Именно в этом случае, что они выражают либо и те же желания, надежды и страхи. Амбициозный слышать, что власть и деньги будет

2. Не так давно один из наших пациенток услышал пение. Ее параноиком муж предсказал большие вещи для нее и себя. Они будут затем в сопровождении толпы людей под аккомпанемент торжественной песни.

97

offered them, but certain signs also disclose the maneuvers of their opponents. The confined patient hears voices that promise him impending freedom, and others describing his "imprisonment” as eternal.

The hallucinations of the individual senses reveal many interesting peculiarities. The elementary auditory hallucinations are relatively rare. However, they too have a reference to the patient: rustling sounds mean danger; shooting is done either for their salvation or to their detriment. Yet there are a few cases in which such akoasmata have no more significance than would a ringing in the ears to the healthy person. However, it is questionable whether these phenomena really merit the name of “hallucinations.”

The most common auditory hallucination is that of speech. The “voices” of our patients embody all their strivings and fears, and their entire transformed relationship to the external world. The “voices” are the means by which the megalomaniac realizes his wishes, the religiously preoccupied achieves his communication with God and the Angels; the depressed are threatened with every kind of catastrophe; the persecuted cursed night and day. For the patient as for his attendant the “voices” become, above all, the representatives of the pathological or hostile powers. The voices not only speak to the patient; but they pass electricity through his body, beat him, paralyze him, take his thoughts away. They are often hypostatized, either as people, or in other very bizarre ways. For example, a patient claims that a "voice" is perched above each of his ears. One voice is a little larger than the other but both are about the size of a walnut, and they consist of nothing else but a large, ugly mouth.

Threats and curses form the main and most common content of these “voices.” Day and night they come from everywhere—from the walls, from above and below, from the cellar and the roof, from heaven and from hell, from near and far. The patients can also hear their relatives and liberators arriving, and the doctors refusing them admission, imprisoning and torturing them. While the patient is eating, he bean a voice saying, “Each mouthful is stolen.” If he drop something, he hears, “If only your foot had been chopped off.”

The voices are very often contradictory. At one time, they may be against the patient (when he is thinking of God, they deny His existence); then they may contradict themselves. (A patient had an abscess; she hears the voices say, “Blood-poisoning,” and then “A good recovery.” During menstruation an elderly spinster heard, “Period, but it should be a change!”; and then she heard, "Spring change.") The roles of pro and con are often taken over by voices of different people. The voice of his daughter tells a patient: “He is going to be burned alive"; while

97

предложил им, но некоторые признаки также раскрыть маневры своих оппонентов. Ограничивается пациент слышит голоса, которые обещают ему надвигающейся свободы и других о его "лишение свободы", как вечна.

Галлюцинации отдельных чувств выявить многие интересные особенности. Элементарные слуховые галлюцинации встречаются сравнительно редко. Тем не менее, они тоже есть ссылка на пациента: шелест звучит означает опасность; съемка ведется либо для их спасения или в их пользу. Тем не менее, есть несколько случаев, в которых такие akoasmata, нет большее значение, чем это звон в ушах здоровому человеку. Однако, сомнительно, действительно ли эти явления заслуживают имя "галлюцинации".

Наиболее распространенным слуховые галлюцинации, что слова. "Голоса" наших пациентов воплотить все свои стремления и страхи, и всю свою изменению отношений с внешним миром. "Голоса" являются средством, с помощью которого страдает манией величия понимает, что его пожелания, скрупулезно заняты достигает его общение с Богом и Ангелами; депрессии грозит всякого рода катастрофы; Преследуемый проклят день и ночь. Для пациента, как и для его сопровождающего "голоса" стали, прежде всего, представители патологических или враждебных сил. Голоса не только говорить с пациентом; но они проходят электричество через его тело, избили его, парализовать его, принять его мысли. Они часто гипостазировали, либо как человек, или в других очень странным образом. Например, пациент утверждает, что "голос" расположенный над каждым из его ушей. Один голос немного больше, чем другой, но оба размером с грецкий орех, и они состоят из ничего, но большой, уродливый рот.

Угрозы и проклятия составляют основную и наиболее распространенную содержание этих "голосов". День и ночь они приходят отовсюду, от стен, сверху и снизу, из погреба и крышей, с небес, и от ада, из ближнего и дальнего , Пациенты могут также услышать их родственников и освободителей, прибывающих, и врачи отказываются их признанию, заключение в тюрьму и пытать их. В то время как пациент ест, он фасоль голос, говорящий: "Каждый глоток украден." Если он бросить что-то, он слышит: "Если только ваша нога была отрубили».

Голоса очень часто противоречат друг другу. В свое время, они могут быть против пациента (когда он думает о Боге, они отрицают Его существование); то они могут сами себе противоречат. (Пациент имел нарыв, она слышит голоса говорят: "заражение крови", а затем "хорошее восстановление." Во время менструации пожилых старая дева слышал, "Период, но она должна быть перемена!", А затем она услышала , "Весна изменение.") Роль за и против часто берутся за голосами разных людей. Голос его дочери говорит пациенту: "Он собирается быть сожжены заживо", в то время

98

his mother’s voice says, "He will not be burned.” Besides their persecutors, the patients often hear the voice of some protector. At other times the same voice will amuse itself by driving the patient to utter despair in that they approve of his intentions, or order him to make a certain purchase and then berate him for doing so. The voices command him to go bathing and then jeer at him for obeying. The attendants, the doctors, policemen, "the voices,” in general, like to criticize his thoughts, behavior and actions. While getting, ready in the morning a patient hears, "Now she is combing her hair,” “Now she is getting dressed;” sometimes in a nagging tone, sometimes scornfully, sometimes with critical comments.

Also, the voice may forbid the patient to do what he was just thinking of doing. At times, the hallucinatory voices represent sound criticism of his delusional thoughts and pathological drives. For this type of voices, the patients find special terms, such as “voices of conscience,” or “nagging devil,” to indicate the negative aspect. The voices of conscience may criticize an intention even before it has come into the patient’s awareness. An intelligent paranoid who came from the Swiss canton of Thurgau harbored hostile feelings toward his personal attendant. As the latter stepped into his room the voice said in a most reproachful tone, “There you have it, a Thurgauer beats up a perfectly decent private attendant!”

Perceptions can also be transposed into voices without the patient being at all aware of it. In that event the voices become prophetic; a patient hears, “Now someone is coming down the hall with a bucket of water”; then the door opens and the prophecy is fulfilled. Other prophecies are nothing but the patient’s own desires and fears: God’s voice tells him that tomorrow the hospital and all the doctors will be destroyed by a great catastrophe, and that he himself will be elevated to high rank.

Sometimes the voices merely state what the patient does and thinks, clearly analogous to the symptom called “naming.” In the usual symptom of “naming,” the idea of a perceived object is converted into “action” words; here into acoustic representations. We also find that a patient will look at a picture and hear the voice say, “This is a marriage ceremony.” The voices literally “name” the object seen.

Frequently we find in dementia praecox the phenomenon of the patient’s thoughts becoming audible. (It is sometimes misleadingly called “double-thinking”). The patients hear their own thoughts expressed in gentle whisperings or in unbearably loud tones. “The telephone lines take up all my thoughts.” Illusions may also sometimes embody the momentary thought. “Whatever I think, the bells ring it out, the wheels creak it, the dogs bark it, the birds sing it; such a thing

98

голос его матери, говорит: "Он не будет сожжен." Кроме того, их преследователей, больные часто слышим голос какой-то защиты. В других случаях тот же голос будет тешить себя при движении пациента отчаяния в том, что они одобряют его намерений или заказать ему сделать определенный покупку, а затем ругать его за это. Голоса повелел ему купаться, а затем насмехаются над ним за соблюдение. Обслуживающий персонал, врачи, полицейские, "на взгляды", в общем, как в критиковать его мысли, поведение и действия. Хотя получить, готов к утру больной слышит: "Теперь она расчесывает волосы", "Теперь она одевается;" иногда в нытье тона, иногда с презрением, иногда с критических замечаний.

Кроме того, голос может запретить пациенту делать то, что он только что думал делать. Время от времени, галлюцинаторные голоса представляют здравая критика его бредовых мыслей и патологических дисков. Для этого типа голоса, пациенты найти специальные термины, такие как «голоса совести», или «нытье дьявола", чтобы указать негативный аспект. Голоса совести могут критиковать намерение еще до того, пришел в сознание пациента. Умный параноик, который пришел из швейцарского кантона Тургау питал враждебные чувства по отношению к своей личной оператору. Как последний вошел в свою комнату, сказал голос в самом укоризненно тоном, "Там у вас есть, Thurgauer избивает совершенно приличную частную оператору!"

Восприятие также могут быть перенесены в голосов, не пациент, будучи вообще знают об этом. В этом случае голоса стали пророческими; Пациент слышит: "Теперь кто-то спускается в зал с ведром воды"; то дверь открывается, и пророчество исполнилось. Другие пророчества не что иное, как собственных желаний и страхов пациента: голос Божий говорит ему, что завтра в больницу и все врачи будут уничтожены в великой катастрофы, и что он сам будет возведен высокого ранга.

Иногда голоса лишь констатировать, что пациент делает и думает, очевидно, аналогично симптом под названием "имен". В обычном симптом "именования", идея воспринимаемого объекта преобразуется в «действие» слов; здесь в акустических представлений. Мы также считаем, что пациент будет посмотреть на картину и услышать голос говорят: "Это церемония бракосочетания." Голоса буквально "имя" объект видели.

Часто мы находим в раннее слабоумие явление мыслей пациента становится слышимым. (Это иногда ошибочно называют "дважды мышление"). Пациенты услышать их собственные мысли выражены в нежных шепот или в невыносимо громкими тонах. "Телефонных линий принимать все мои мысли." Иллюзии могут также иногда воплотить мгновенное мысль. "Все, что я думаю, что колокола звонят его, то и колеса скрипят его, собаки лают его, птицы поют; такие, что

99

has never happened before in this whole world.” Then again, when a patient speaks, his thoughts can be hallucinatorily echoed: “When I say something, it seems as if I hear it being repeated in the distance” (666, p. 260). “When I stop speaking, then the voices repeat what I have just said.” This phenomenon appears especially frequently, although not exclusively, in reading and in writing.

As a rule, other hallucinations mix with this “thought-echoing."

A hebephrenic patient complains that everything that he says is repeated as he says it; an old woman comments on all he says; a man reads aloud what the patient writes; another man is discussing him with a woman.

The voices may also reveal information about themselves. They tell who they are, what they look like, where they are, etc., but this is an infrequent occurrence. The patients usually know all this already or do not seem to be very interested in it. One of our patients first heard the voice and then was told from whom the voice was coming.

The patient’s own confusion often finds its expression in the voices. Often several voices talk at once so that the patient cannot follow them. Often enough what the voices say, is such a mix-up that the patient is unable to grasp it. Frequently he hears confused or incomprehensible utterances.

As a rule, however, the patients hear short sentences or single words which in themselves need not always make sense. It is the patient who usually imputes some meaning to the words or sentences. Except as a complication of alcoholism, the patients rarely hear consistent or long speeches. Much more frequent are thought-dialogues, be it with God, a protector or a persecutor. Often enough, the voices take on some special peculiarity. They speak extraordinarily slowly, scanning, riming or in rhythms; or they speak in foreign tongues, etc.

Besides being localized in the near or far surroundings, the voices are often localized within the body, mostly for obvious reasons. The mother speaks in the heart or in the ears of the patient; familiar voices are preferably localized in the heart or the chest. Many times, however, the whole body will be intoning, “You rascal,” “You whore.” A polyp may be the occasion for localizing the voices in the nose. An intestinal disturbance brings them into connection with the abdomen; heavy breathing or belching establish a connection with the corresponding organs. In cases of sexual complexes, the penis, the urine in the bladder, or the nose utter obscene words. A really or imaginarily gravid patient will hear her child or children speaking inside her womb. One of our patients has a girl in his left hand (with which he masturbates) who speaks to him when he places his hand on his ear.

The basis for localization is not always discoverable. As when a

99

никогда не происходило прежде в целом мире "Опять же, когда пациент говорит, его мысли могут быть hallucinatorily повторил:". Когда я говорю что-то, кажется, как будто я слышу это повторяется на расстоянии "(666, стр 260. ). "Когда я перестану говорить, то голоса повторить то, что я только что сказал." Это явление особенно часто, хотя и не исключительно, в чтении и в письменной форме.

Как правило, другие галлюцинации смешать с этой "мысли-эхо».

Гебефренический пациент жалуется, что все, что он говорит повторяется, как он говорит, что это; Старуха комментирует все, что он говорит; Мужчина читает вслух то, что пишет больной; другой человек обсуждает его с женщиной.

Голоса могут также раскрыть информацию о себе. Они говорят, кто они, что они похожи, где они находятся, и т.д., но это редко явление. Пациенты, как правило, все это знаете уже, или, кажется, не очень заинтересованы в этом. Один из наших пациентов впервые услышал голос, а затем сказали, от которого шел голос.

Собственный путаница пациента часто находит свое выражение в голосах. Часто несколько голосов поговорить сразу, так что пациент не может следовать за ними. Достаточно часто то, что говорят голоса, такое путаница, что пациент не в состоянии понять. Часто он слышит путать или непонятные высказывания.

Как правило, однако, пациенты слышать короткие фразы или отдельные слова, которые сами по себе не всегда должны иметь смысл. Это пациент, который, как правило, приписывает какой-то смысл слов или фраз. Кроме как осложнение алкоголизма, пациенты редко слышим совместимые или длинных речей. Гораздо более частые, как полагают-диалоги, будь то с Богом, защитника или преследователя. Достаточно часто, голоса взять на какой-то особой специфики. Они говорят чрезвычайно медленно, сканирование, riming или в ритмах; или они говорят на иностранных языках и т.д.

Помимо того, что локализуется в ближайшей или удаленной местности, голоса часто локализуются в теле, в основном, по понятным причинам. Мать говорит в сердце или в ушах пациента; знакомые голоса предпочтительно локализуется в области сердца или груди. Много раз, однако, все тело будет интонирования, «Ты негодяй", "шлюха". Полип может быть поводом для локализации голоса в нос. Кишечного нарушение приводит их в связи с живота; тяжелое дыхание или отрыжка установить соединение с соответствующими органами. В случаях сексуальных комплексов, полового члена, мочи в мочевом пузыре, или нос произносить нецензурные слова. Действительно или мысленно беременных пациент будет слышать своего ребенка или детей, говорящих в ее утробе. Один из наших пациентов есть девушка в левой руке (с которой он мастурбирует), который говорит ему, когда он кладет руку на ухо.

Основанием для локализации не всегда видимости. Как и при

100

patient hears only his leg talking or when the voices come from various places under the skin, and constantly call out: “Don’t let me out,” “Don’t cut it open.” It must be an extraordinary sensation that moves a patient to this description: "Particularly the last word was wound around my head, as it were, for several minutes.” (Kraepelin), or “The heart-voices have grown to my body in ring-shaped form,” or “I receive many voices and in such a fashion that it seems they rain down on me.” A patient describes a definite category of her voices “as if you were colliding with a sound, like a blow on your nerves.” Another, reprimanding kind of “voice” is described “as peculiarly crooked, but not as if it were bellowing, and it makes a black linear drawing appear on one's face; that is black lines like decorations.”

Occasionally, the voices are not localized in the body but in the clothing. One of our hebephrenics was constantly shaking “little talking-imps” out of her skirts. In another patient the voices seem to meet crosswise over her shoulders. Also inanimate objects may speak. The lemonade speaks; the patient's name is heard coming from a glass of milk. The furniture speaks to him. How little hallucinations differ from illusions is illustrated by the fact that, when it is quiet, the patients hear voices coming from any odd comer, but when real noises come up, they are at once localized at their source.

Magnan found that, when good or bad voices are differently localized, the “good” voices come from above, the “bad” ones from below. This constellation is not at all rare and corresponds to our religious concepts. However, we can hardly establish it as a rule because there are far too many exceptions. The same significance can be attached to what a patient tells us: that on the quiet wards he hears the voices as from above; while on the disturbed wards he hears the voices coming from below. He particularly fears the voices coming from below.

Frequently the two parties concerned with the patient may be divided between the two sides of the patient’s body. In particular, the auditory hallucinations are usually pleasant “in one ear,” and unpleasant in the other. However, I could not always find a definite preference of the good voices for the right side which some authors report. Nevertheless, one of our patients spoke symbolically of the Holy Ghost in his right ear and the snake in his left one.

Sometimes, the voices are localized in one side only. Often, but not always, this phenomenon may be caused by a diseased condition of the ear so that an illusionary interpretation of ear buzzing or ringing may be involved.

The hallucinations of bodily sensations present such kaleidoscopic multiplicity that no description could possibly do justice to them.

100

Пациент слышит только его ноги разговор или когда голоса доносятся из разных мест под кожей, и постоянно взывать: ". Не позволяйте мне", "Ничего не вырезано его открытым" Это должно быть экстраординарным ощущение, что движется Пациент к этому описанию: "Особенно последнее слово мотался вокруг моей головы, как это было, в течение нескольких минут." (Крепелин), или "сердце-голоса выросли до моего тела в форме кольца форме", или "я получить много голосов и таким образом, что кажется, что они сыпались на меня. "пациент описывает определенную категорию своих голосов", как если бы вы были столкновения со звуком, как удар по нервы. "Другой, выговор вид "Голос" описывается "как странно криво, но не как если бы он был рев, и это делает черный линейный рисунок появляется на лице, то есть черные линии, как украшения."

Иногда голоса не локализованы в теле, но в одежде. Один из наших hebephrenics постоянно встряхивая "маленькие выговаривает бесов" из ее юбки. В другом больного голоса, кажется, для удовлетворения крест-накрест по плечам. Также неодушевленные объекты могут говорить. Лимонад говорит; имя пациента доносится из стакана молока. Мебель говорит с ним. Как мало галлюцинации отличаются от иллюзий свидетельствует тот факт, что, когда это тихо, пациенты слышат голоса, приходящие из любой нечетной встречному, но когда реальные шумы появляются, они сразу локализованной в их источнике.

Маньян обнаружили, что, когда хорошие или плохие голоса по-разному локализованы, "хорошие" голоса доносятся сверху, "плохих" снизу. Это созвездие вовсе не редки и соответствует нашим религиозным понятиям. Тем не менее, вряд ли мы можем установить его, как правило, потому что есть слишком много исключений. Же значение может быть присоединен к тому, что пациент говорит нам: что на тихих подопечных он слышит голоса, как сверху; в то время как на нарушенных подопечных он слышит голоса, идущим снизу. Он, в частности боится голоса, идущим снизу.

Часто эти два, связанные с пациентом стороны могут быть разделены между двумя сторонами тела пациента. В частности, слуховые галлюцинации, как правило, приятным "в одно ухо», и неприятным в другом. Тем не менее, я не всегда мог найти определенное предпочтение из хороших голосов для правой стороны, которая сообщит некоторые авторы. Тем не менее, один из наших пациентов говорили символически Святого Духа в его правое ухо и змея в его левой.

Иногда голоса локализованы только в одну сторону. Часто, но не всегда, это явление может быть вызвано болезненного состояния уха, так что иллюзорным толкование уха жужжание или звон могут быть вовлечены.

Галлюцинации телесных ощущений настоящее время такое калейдоскопической кратность, что ни одно описание не могли бы сделать правосудие к ним.

101

Any organ can be the seat of the most severe pain. The scalp can become so sensitive that the slightest touch of the hair may produce terrible pain. 3 Every bone in the body may ache. The patients are beaten and burnt; they are pierced by red-hot needles, daggers or spears; their arms are being wrenched out; their heads are being bent backwards; their legs are being made smaller; their eyes are being pulled out so that in the mirror it looks like they are entirely out of their sockets; their head is being squeezed together; their bodies have become like accordions, being pulled out and then again pressed together. They have ice inside their heads; they have been put in a refrigerator. Boiling oil is felt inside their bodies; their skin is full of stones. Their eyes flicker, as do their brains. They are being plucked as one pulls horsehair out of a mattress. A cartridge ball rolls around in a spiral inside their skull from base to vertex. There is a feeling in their stomach as if their food was not retained; they feel bloated. Their lungs are stretched as if a stout man were being drawn through the body from the genitals through the abdomen into the chest. They feel heart-beats in their navels. The heart-beat is at times slow; sometimes it is speeded up. Their respiration is hampered, their urine drawn off or blocked. Any and every organ has been removed, cut-up, tom to pieces, inverted. One testicle is swollen. The nerves, the muscles, various organs are being tightened.

Also bodily sensations unknown to the normal person appear in great numbers. When someone is nice to one of our paranoids, then he feels “touched delicately.” If someone is mean to him, “he is struck a blow.” He feels it not on his skin, but rather more in his head; it then spreads through the entire body, changing the patient’s posture.

Illusions and hallucinations of the kinesthetic senses or the vestibular organs are usually in the background of the clinical picture. Yet the patients may firmly believe that they are carrying out certain actions, whereas in reality they are lying still in bed or standing motionless against a wall. Obviously then these organs must be participating in the hallucinatory activity. In dream-like states we note the patients making uncoordinated movements, almost like epileptics while they themselves believe that they are lighting for their lives or participating in some love-scene. Under certain conditions, they believe that they are being carried from one place to another, that they are being tossed in the air or stood on their heads. It may also happen that patients believe that one of their limbs is in motion, whereas objectively nothing is to be noted. A paranoid feels his head and shoulders moving but he believes

3. Probably analogous to the exacerbation of "voices" while some noise is going on.

101

Любой орган может быть место наиболее сильной боли. Головы может стать настолько чувствительны, что малейшее прикосновение волос может привести к страшную боль. 3 каждая кость в теле может болеть. Пациенты избили и сожгли; они пронизаны раскаленными иглами, кинжалы или копья; Их руки срыва из; их головы изгибается назад; их ноги делаются меньшего размера; их глаза тянут так, что в зеркале, похоже, они полностью из их гнезд; их голова зажата вместе; их тела стали как аккордеонов, время вытащил, а затем снова нажать вместе. Они имеют льда внутри головы; они были поставить в холодильник. Кипящее масло ощущается внутри их тел; их кожа полна камней. Их глаза мерцания, как и их мозги. Их сорвал, как один тянет конским волосом из матраса. Патрон шарового катается по спирали внутри их черепа от основания до вершины. Существует чувство в желудке, как будто их пища не была сохранена; они чувствуют себя раздутой. Их легкие растягиваются, как если бы толстяк в настоящее время разрабатываются через тело из половых органов через брюшную полость в груди. Они чувствуют сердечные ритмы в своих пупков. Сердце биения порой медленных; иногда ускоряется. Их дыхание затруднено, их моча отводится или их. Любой и каждый орган был удален, нарезанные, Том на куски, перевернутый. Одно яичко опухает. Нервы, мышцы, различные органы затягивают.

Также телесные ощущения, неизвестные нормального человека появляются в большом количестве. Когда кто-то хорошо с одним из наших параноиков, то он чувствует себя "коснулся деликатно." Если кто-то значат для него ", он нанес удар." Он чувствует это не на своей коже, а скорее в его голове; это затем распространяется по всему телу, меняя позы пациента.

Иллюзии и галлюцинации кинестетических чувств или вестибулярные органы, как правило, на фоне клинической картины. Тем не менее, пациенты могут твердо верю, что они выполняют определенные действия, в то время как на самом деле они лежат еще в постели или стоя неподвижно в стену. Очевидно, то эти органы должны принимать участие в галлюцинаторный деятельности. В сказочными государств отметим, пациенты делая разрозненные движения, почти как эпилептиков, а сами считают, что они освещения для их жизни или участие в какой-то любви-сцены. При определенных условиях, они считают, что они ведутся с одного места на другое, что их бросили в воздухе или стояли на головах. Может случиться, что пациенты считают, что один из их конечностей во время движения, в то время как объективно нет ничего, чтобы отметить. Параноик считает, что его голова и плечи движутся, однако он считает,

2. Возможно, аналогичное обострения "голоса", а какой-то шум, что происходит.

102

they belong to a hallucinated person. Similarly, a patient says (526), “When the voices wag their tongues, I feel it in my own mouth.” More rarely the patients feel the words as motor writing in or on their hands (38. p. 153).

The kinesthetic delusions of the organs of speech are the most common. The patients believe they are speaking, whereas objectively they are not. 4 Of course, one cannot offhand connect the auditory hallucinations with hallucinations of the muscle-senses of the organs of speech. However, kinesthetic hallucinations do deserve more thorough study. 5

Among schizophrenic body hallucinations, the sexual ones are by far the most frequent and the most important. All the raptures and joys of normal and abnormal sexual satisfaction are experienced by these patients, but even more frequently every obscene and disgusting practice which the most extravagant fantasy can conjure up. Male patients have their semen drawn off; painful erections are stimulated. Then again, they are made impotent. Their internal and external genital organs are burned, cut, twisted. The women patients are raped and injured in the most devilish ways; they are forced to have intercourse with animals, etc., etc. Often the sexual sensations are concealed not only from the observer, but also from the patient himself. Stabbing, cramp-like pains or similar sensations of female patients are very frequently displaced, primarily to the chest, whereas it can be established by judicious questioning or, even better, by allowing the patient to speak freely, that these phenomena really are located in the genitalia. It is not rare to find that this is not merely an euphemism but that there really is a displacement of genital sensations to other parts of the body, especially to the heart; in men, at times, to the nose; in women, to the mouth. Indeed, even the genital “voices" later undergo such migrations. A hebephrenic with a powerful masturbation complex for a long time heard his penis say, “Bird-song, bird-song.” Later the voice was heard innocuously in his right ear. Very often sexual hallucinations are disguised with regard to their content. Being electrolyzed or burned usually has a sexual significance. One of our patients complained about rocking-horses in her bed whose thrusts she could feel. Careful examination revealed that those were really sensations of coition which, however, had most certainly been metamorphosized, even for the patient herself, into rocking-horses. Actually, in spite of the symbolic meaning of many such hallucinations, the majority of them correspond to real sensations and are not only

4. Dumont de Monteux (Ballet 38, p. 148) termed this chique nerveuse; that is, a

patient feels the muscularly hallucinated words as foreign bodies in his own mouth.

5. Cramer (133) overrated the importance and frequency of kinesthetic hallucinations.

102

они принадлежат к галлюцинации человека. Кроме того, пациент говорит (526), ​​"Когда голоса вилять своим языком, я чувствую, что в моей рот." Реже пациенты чувствуют себя слова в качестве моторного письменной форме или на руках (38. стр. 153).

Кинестетического бред органов речи являются наиболее распространенными. Пациенты считают, что они говорят, в то время как объективно они таковыми не являются. 4 Конечно, никто не может навскидку подключить слуховые галлюцинации с галлюцинациями мышечного чувств органов речи. Тем не менее, кинестетические галлюцинации заслуживаешь более тщательное изучение. 5

Среди больных шизофренией галлюцинации тела, сексуальные них являются на сегодняшний день наиболее частым и самым важным. Все восторги и радости нормального и аномального сексуального удовлетворения переживаются этих пациентов, но даже чаще, все непристойные и отвратительные действия, которые наиболее экстравагантным фантазия может вызвать в воображении. Мужской пациентов их сперма сливают; болезненные эрекции стимулируются. Опять же, они сделаны импотентом. Их внутренние и внешние органы половых сожжены, вырезать, скрученные. Женщины-пациенты подвергаются изнасилованию и пострадавших в самых дьявольских способов; они вынуждены иметь общение с животными, и т.д., и т.д. Часто сексуальные ощущения скрытой не только от наблюдателя, но и от самого пациента. Stabbing, судороги-болей или аналогичные ощущения у женщин очень часто смещается, в первую очередь в грудь, в то время как это может быть установлено путем разумного допроса или, еще лучше, позволяя пациенту свободно говорить, что эти явления действительно находятся в гениталии. Это не редкость, чтобы найти, что это не просто эвфемизм, но что действительно есть смещение половых ощущений в другие части тела, особенно к сердцу; у мужчин, порой, носа; у женщин, рот. В самом деле, даже половые "голоса" позже пройти такие миграции. Гебефренический с мощным мастурбации комплекса для долгое время слышал, что его пенис сказать, "Птица-песня, птица-песня." Позже послышался голос безобидно в правом ухе. Очень часто сексуальные галлюцинации маскируются в связи с их содержанием. Будучи электролизу или сожжены, как правило, имеет сексуальные значение. Один из наших пациентов жаловались Кресло-лошади в постели которого толчки она могла чувствовать. Тщательное изучение показало, что те действительно были ощущения полового акта которые, однако, безусловно, были metamorphosized, даже для самой пациентки, в кресле-лошадей. На самом деле, несмотря на символическое значение многих таких галлюцинаций, большинство из них соответствуют реальным ощущениям и не только

4. Дюмон-де-Моне (. Балет 38, стр 148) назвал это Chique nerveuse; то есть,

Пациент чувствует мышечно галлюцинаторные слова, как инородных тел в его собственных уст.

5. Крамер (133) переоценивать важность и частоту кинестетических галлюцинации.

103

simulated by the metaphoric expressions of the patients. Certainly the figurative meaning of some words is applied much more frequently in connection with body hallucinations than in the descriptions of delusions of any other sense. In a few cases, being burned does not have any sensual significance. When a patient states that she is “choked" until she utters certain words, it can be established by closer scrutiny that “being choked” is the figurative expression for the compulsion to say those very words.

The body hallucinations have a special tendency to appear as reflex-hallucinations. They often appear in the form of definite attacks. Then they give the impression of abortive catatonic attacks. “It begins in the feet like a cramp, passes up the body to the arms and itches; passes into the belly and rumbles; then it gets to the heart—tears, pulls, and then goes into the throat till one almost chokes. Then it stops. Often it goes up into the head and then I am completely lost.” 6 Such attacks often enough are of a clearly sexual nature. A few patients spontaneously admit that they are accompanied by sexual feelings which may have a pleasant or unpleasant character at different times. In others we can conclude that such is the case from disguised hints in their statements or from other indications.

Visual hallucinations in a state of lucid consciousness are comparatively rare. When they occur in such a state, they may assume the character of pseudo-hallucinations proper, inasmuch as they are recognized as hallucinations. Far more frequently they appear to the patient as real “pictures” or “images” but not as real objects.

The following examples came from patients chronically ill but lucid. Phenomena such as light, fog, darkness, etc., are among the most frequent hallucinations. A patient sees before her eyes fog and clouds, “that darken her face and her thoughts.” Geometric figures are also seen. A patient constantly sees before him a pair of white eyes, another sees heads all around him. People float around him in the air, some of whom appear joyful, while others are crying. “Angels no bigger than wasps,” fly around the patient. A hebephrenic sees hands appear whose bearers remain invisible. Ghosts of different colors float around the patient, slip into her through her arms or legs. Another, sees elephants and other animals, even people, passing in and out of her chest. One patient sees two-storied, multi-colored wagons drawn by two horses pass under her abdominal skin from left to right, then out from under her right arm, continuing their way on the street.

Visions of animals are not very frequent where alcoholism is not

6. Transition to the catatonic attack.

103

моделируется метафорических выражений пациентов. Конечно переносном смысле некоторых слов применяется гораздо чаще, в связи с галлюцинациями тела, чем в описаниях манией любой другой смысл. В некоторых случаях, сжигается не имеет никакого чувственного значение. Когда пациент утверждает, что она "душили", пока она не произносит некоторые слова, может быть установлена ​​более внимательном рассмотрении, что "душат" является образное выражение для принуждения, чтобы сказать те самые слова.

Галлюцинации тела имеют особую тенденцию появляться как рефлекторно-галлюцинации. Они часто появляются в виде определенных атак. Тогда они дают впечатление неудачных кататоническими атак. "Это начинается в ногах, как судороги, проходит вверх по телу к рукам и чешется; проходит в чрево и грохочет; затем он попадает в сердце-слезами, тянет, а затем идет в горло до одного почти задыхается. Тогда он останавливается. Часто она идет вверх в голову и тогда я полностью потерял. "6 Такие атаки часто достаточно носят явно сексуального характера. Несколько пациентов спонтанно признать, что они сопровождаются сексуальными чувствами, которые могут иметь приятный или неприятный характер в разное время. В других, мы можем сделать вывод, что такое корпус из замаскированных намеков в своих заявлениях или других признаков.

Зрительные галлюцинации в состоянии ясного сознания сравнительно редки. Когда они встречаются в таком состоянии, они могут приобретать характер псевдо-галлюцинаций собственных, поскольку они признаны как галлюцинации. Гораздо более часто они появляются на пациента, как реальных «картинках» или «образов», но не как реальные объекты.

Следующие примеры от пациентов с хроническими заболеваниями, но ясным. Такие явления, как свет, туман, темнота, и т.д., являются одними из наиболее частых галлюцинаций. Пациент видит перед глазами туман и облака ", то темнеют ее лицо и свои мысли." Геометрические фигуры также видели. Пациент постоянно видит перед собой пару белых глаз, другой видит головы все вокруг него. Люди плавают вокруг него в воздухе, некоторые из которых появляются радостные, в то время как другие плачут. "Ангелы не больше, чем ос," летать вокруг пациента. Гебефренический видит руки появляются которого носители остаются невидимыми. Призраки разных цветов плавать вокруг пациента, проскользнуть в нее через ее руки или ноги. Другой, видит слонов и других животных, даже людей, проходящих в и из ее груди. Один пациент видит двухэтажный, разноцветные вагоны, запряженной двумя лошадьми проходят под ее кожу живота слева направо, затем из-под правой руке, продолжая свой путь на улице.

Видения животных не очень часто, где алкоголизм не

6. Переход к кататонии атаки.

104

a co-determinant of the symptoms. However, animals such as snakes, elephants, horses, dogs, appear quite frequently with sexual connotations, although they are more often felt rather than seen. A patient saw how her bones were turned into a dog.

Outside of acute twilight states, whole scenes are rarely hallucinated. But in such states they are quite common, vivified by hallucinations of the other senses. A depressed hebephrenic saw, in broad daylight, a flock of sheep unaccompanied by a shepherd against an unknown landscape. Three corpses lie there in specific positions, and at the same time the patient’s mother is present in the scene to protect him. Blankets are seen lying on a neighbor's roof; the neighbor’s house is on fire; a snake is winding around the nightlight; a man is being decapitated continuously ; people—men and women—sit around the light. The cousins of a young catatonic girl are beating each other, much to the enjoyment of the patient, then they stand on their heads. Above the woman-doctor’s head a group of people are standing; in the front row are the good ones, in the back row the evil ones, among them her parents (whom the patient fears for good reasons). The heavens stand open; the angels and the saints and God Himself communicate with the patient. The appearance of frightful figures from Hell are very common. Robbers threaten the patient. Words in all sorts of lettering occur quite often, even whole sentences. Sometimes the writing appears very suddenly, as the embodiment of any odd notion. Thus a paranoid suddenly saw the word, “poison” in the air at the very moment when the attendant made him take his medicine. Also, perfectly conscious thoughts or the very sermon that is being listened to can be seen written in various letters and signs: “Thoughts-becoming-visible.” (Halbey)

The relation of the visual hallucinations to the actual environment is very variable. Often the hallucinations are simply fitted into the surroundings. People are seen standing above the doctor’s head; others are seen walking through the room like real people. Sometimes the patient is struck by the deviation of his experiences from the common course of events. Visions are seen in which people become transparent while the real surroundings remain visible behind them. Objects may appear in particularly sharp or very vague contours. At night a patient sees a man and a woman against the distant wood ‘‘as sharply and as clearly as if they were cut out.” Figures are “radiated" toward the patient; they disappear when he opens his eyes. At other times, visions arc only seen with his eyes open. In contrast to the “voices,” the visions are only exceptionally conceived of as representatives of the “whole ghostly host.” Visual images are then seen as not only moving about, but they also produce noises and actions.

104

совместно определитель симптомов. Тем не менее, такие животные, как змеи, слоны, лошади, собаки, появляются довольно часто с сексуальным подтекстом, хотя они чаще скорее почувствовал, чем видел. Пациент видел, как ее кости превратились в собак.

Вне острых сумеречных состояниях, целые сцены редко галлюцинации. Но в таких государствах они вполне обычны, оживленная галлюцинации других чувств. Депрессии гебефренический пила, средь бела дня, стадо овец без сопровождения пастуха против неизвестного ландшафта. Три трупы лежать в определенных положениях, и в то же время мать пациента присутствует в сцене, чтобы защитить его. Одеяла видел, лежа на крыше соседа; дом соседа горит; Змея намотки вокруг ночника; человек в настоящее время обезглавили постоянно; люди-мужчины и женщины-сидеть вокруг света. Кузены молодого кататоническом девушки бьют друг друга, много к наслаждению пациента, то они стоят на головах. Над головой женщины-врача группа людей стоят; в первом ряду это хорошие, в заднем ряду злые, среди них родители (к которому пациент опасения по уважительным причинам). Небеса стоять с открытым; ангелы и святые и Сам Бог общаться с пациентом. Появление страшных фигур из Ада очень распространенным явлением. Грабители угрожать пациенту. Слова в разного рода надписи встречаются довольно часто, даже целые предложения. Иногда написание появляется очень неожиданно, как воплощение любого нечетного понятия. Таким образом, параноидальная вдруг увидел слово "яд" в воздухе в тот момент, когда служитель сделал его принять его лекарство. Кроме того, вполне сознательные мысли или очень проповедь, что в настоящее время слушал можно увидеть написано в различных букв и знаков: ". Мысли становление видимыми» (Halbey)

Отношение визуальных галлюцинаций реальной среде очень изменчива. Часто галлюцинации просто вставляются в окрестностях. Люди видели, стоя над головой врача; другие видели ходить по комнате, как реальных людей. Иногда пациент ударил по отклонению его опыта от общей ход событий. Видения видны, в которых люди становятся прозрачными, а реальные окружение остаются видимыми позади них. Объекты могут появиться в частности острыми или очень смутные контуры. Ночью пациент видит человек и женщина против далекого дерева '', как резко и так же ясно, как если бы они были вырезаны "Цифры" излучается "к пациенту;.. Они исчезают, когда он открывает глаза В других случаях, видения дуги только видел с открытыми глазами. В отличие от "голоса", видения только в порядке исключения задуман как представителей «всего призрачной хозяина." Визуальные образы затем рассматривается не только передвигаться, но они также производят звуки и действия.

105

The schizophrenic hallucinations of taste and smell have no special characteristics. The patients taste sperm, blood, feces, and all sorts of poison in their food. Soap is tasted in the noodles; grease in the coffee. Something dusty and something bitter in taste is blown toward them. Bad smells and poisons are forced into their mouths so that they have no other recourse than to stuff their mouths full of wool or rags, till they turn blue. “The meat stinks as if a golden egg had been squashed on it.” The room smells of corpses, of chloroform, of tar, of "snake-sweat.” The bed smells bad; it has been soiled by onion skins and tobacco. One patient smells his own masturbation. In ecstatic conditions, all sorts of pleasant odors appear. A female patient smells a heavenly taste in her mouth and nose when she attends the service of a certain minister.

Tactile hallucinations are rare and when they do make their appearance are rather vague, especially when one compares them with those accompanying delirium tremens.

Occasionally little animals are felt crawling all over the patients' bodies, particularly snakes, but also other small animals. A female patient lies “in a bed of ants or snakes.” Hallucinated objects are also grasped, pushed away, etc.

Illusions of the lower senses are not easily separated with any degree of certainty from hallucinations, and we will not discuss them at this point. Of far greater importance are the auditory illusions. Everything which can be perceived hallucinatorily can also appear as an illusion.

In general, every noise, every sound which is able to stimulate the acoustic nerve can give rise to illusions. It is especially important to note that the spoken word can also very often be illusionally misinterpreted. The patient can interpret the most casual remarks, greetings, or conversations with other patients in the sense of his delusions. Occasionally, it is only the localization of a perception which is altered. Thus a patient heard the actual conversation of a neighbor as coming from her own chest.

Visual illusions assume the greatest significance. One can hope to manipulate oneself properly in one’s environment only if the latter is comprehended visually to a certain extent. A completely delirious patient who hallucinates away his entire surroundings and substitutes his own imaginings for the real is relatively rare in schizophrenia. In the long run a patient who is still capable of acting cannot maintain visual hallucinations, but only illusions, and of these only those which can come to some compromise with reality. The patient by means of his illusions may see palaces or prisons instead of a hospital ward. He may even be able to stick to this kind of illusion without serious consequences. How-

105

Шизофреник галлюцинации вкуса и запаха не имеют особые характеристики. Пациенты вкус спермы, крови, кала и всевозможные яда в пище. Мыло попробовать в лапшу; Смазка в кофе. Что-то пыльно и то горькое на вкус перегорел к ним. Неприятные запахи и ядовитые вещества вынуждены в рот так, что они не имеют никакого другого выхода, чем набивают рты, полные шерсти или ветошью, пока они не станут синими. "Мясо воняет, как будто золотое яйцо было сжато на нем." Номер пахнет трупами, хлороформа, дегтя, из кровати плохо пахнет "Змея-пота."; Она была загрязнена на луковой шелухе и табака. Один пациент пахнет свою собственную мастурбацию. В экстатических условиях, появляются всякие приятные запахи. Пациентка пахнет небесное вкус во рту и носу, когда она посещает службу определенного министра.

Тактильные галлюцинации редки, и когда они делают свою внешность весьма неопределенны, особенно если сравнить их с теми, сопровождающих белой горячки.

Иногда маленькие животные чувствовали себя ползать по всему органов пациентов, в частности змей, но и других мелких животных. Пациентка лежит "на кровати муравьев или змеи." Галлюцинации объекты также захваченные, оттолкнул, и т.д.

Иллюзии нижних чувств не легко отделяется с любой степенью уверенности от галлюцинаций, и мы не будем обсуждать их в этой точке. Гораздо большее значение имеют слуховые иллюзии. Все, что может быть воспринято hallucinatorily может также появиться как иллюзия.

В общем, каждый шум, каждый звук, который способен стимулировать слухового нерва может привести к иллюзии. Это особенно важно отметить, что сказанное слово может также очень часто illusionally неправильно. Пациент может интерпретировать самые случайные замечания, приветствия, или разговоры с другими пациентами в смысле его заблуждений. Иногда, это только локализация восприятия, который изменяется. Таким образом, пациент слышал текущая беседа соседа как исходящий от ее собственной груди.

Зрительные иллюзии считать, наибольшее значение. Можно надеяться, манипулировать себя должным образом в своей среде, если последняя осмысливается визуально в некоторой степени. Полностью бреду пациент, который галлюцинации от целые свое окружение и заменяет свои грезы за действительное относительно редко у больных шизофренией. В долгосрочной перспективе пациент, который до сих пор способны действовать не может поддерживать зрительные галлюцинации, но только иллюзии, и из них только те, которые могут прийти к какому-компромисса с реальностью. Пациент с помощью своих иллюзий можете увидеть дворцы и тюрьмы вместо больничной палате. Он может даже быть в состоянии придерживаться этого рода иллюзии без серьезных последствий. Как-

106

ever, if he should see a door instead of a window, he runs the risk of breaking his neck in a fall.

One patient sees everything as colored red; another sees everything as white. The attendant looks like a Negro; the street lights look like the eye of a ghost. The coffee cups begin to jump. One individual sees two heads on everybody; another sees all small objects, such as keys, fingers, and the like as double, and on every page of the Bible she finds the name of the doctor to whom she has transferred her love. A patient thrashes another because the latter stood in front of the window so that the patient was prevented from reading the very important words formed by the iron bars. The doctors appear as devils. Everyone around appears to be white and dancing about. Each night different figures are substituted. Two men in long shirts appear; the patient beckons to one of them. It turns out to be the woman patient H. Ward mates change their faces the very moment that one looks at them. Men and objects may change their size mainly in the sense that they appear larger than normal or that they become larger and larger before the very eyes of the patient in a terrifying manner. Objects can also become smaller but this is rarer. One catatonic saw people upside down, on their heads.

Frequently, there is simply a feeling of “strangeness.” Everything seems to be different from what it used to be for the patient. The world, the trees recede. The sleeves of the coat seem much longer, the hair of a fur seem of a different color. A factory-worker sees a grass-hopper and becomes very disturbed and excited at the sight of this very strange and unknown animal. It appears to a hebephrenic as if the farmers in the fields were not really working but merely going through the gestures. 7

Combinations of hallucinations and illusions of the various senses appear quite regularly in twilight states and in acute hallucinatory, excited states. The patients believe themselves to be in a certain place; they are in a robber’s cave. The attendants are robbers and murderers who wish to torture them. The beds are torture tools. Whatever the patients perceive corresponds to these imaginings; or they are in Heaven and see, hear, feel and taste all the joys of Paradise. However, even in comparatively lucid hallucinating patients, these combinations of delusions, illusions and hallucinations are not at all rare, particularly the combinations of disturbances of the two main senses—the auditory and the body-sensations. Patients overhear discussions and plans of how they are to be tortured. They also feel the consequences of these influences on their bodies, etc. Often, even in very composed patients.

7. Cf. pp. 197-205.

106

когда-либо, если он увидит дверь вместо окна, он рискует сломать себе шею при падении.

Один пациент видит все, как окрашена в красный; другие видят все, как белый. Дежурный выглядит как негр; уличные фонари похожи на глаза призрака. Кофейные чашки начинают прыгать. Один человек видит две головы на всех; другой видит все мелкие предметы, такие как ключи, пальцы, и вроде как двойной, и на каждой странице Библии она находит имя врача, которому она передала свою любовь. Пациент избивает другого, потому что последний стоял перед окном, так что пациент был предотвращен от чтения очень важные слова, образованные железными прутьями. Врачи появляются как черти. Все вокруг кажется, быть белым и танцевать о. Каждую ночь разные цифры будут заменены. Двое мужчин в длинных рубашках появляются; Пациент манит к одному из них. Оказывается, быть женщиной пациентов H. соседям по палате изменить их лица в тот момент, что один смотрит на них. Мужчины и объекты могут изменять их размер в основном в том смысле, что они кажутся больше, чем обычно, или что они становятся все больше и больше, на глазах пациента в ужасающем образом. Объекты могут также стать меньше, но это реже. Один кататоническая видел людей с ног на голову, на их головах.

Часто, есть просто ощущение "странности". Все, кажется, будет отличаться от того, что это было для пациента. Мир, деревья отступать. Рукава пальто, кажется, гораздо больше, волосы из меха, кажется, другого цвета. Завод-работник видит травой бункер и становится очень обеспокоены и взволнованы при виде этого очень странного и неизвестного животного. Похоже, гебефренический, как если бы фермеры в полях не очень работает, но только проходя через жесты. 7

Комбинации галлюцинаций и иллюзий различных смыслах появляются довольно регулярно в сумеречных состояниях и при острых галлюцинаторных, возбужденных состояний. Пациенты считают себя в определенном месте; они находятся в пещере грабителя. Обслуживающий персонал грабители и убийцы, которые хотят, чтобы мучить их. Кровати инструменты пыток. Какими бы ни были пациенты воспринимают соответствует этим воображения; или они на небе и видеть, слышать, чувствовать и вкусить все радости рая. Тем не менее, даже в сравнительно ясные больных галлюцинации, эти комбинации бред, иллюзии и галлюцинации вовсе не редкость, особенно комбинации нарушений двух основных чувств, слуховые и тело-ощущений. Пациенты подслушать переговоры и планы о том, как они будут подвергнуты пыткам. Они также считают, последствия этих воздействий на их телах, и т.д. Часто, даже в очень составленных пациентов.

6. См стр. 197-205.

107

all the various senses may be involved at the same time.

A paranoid who was always able to work gave the following description. He feels that his occiput is movable, as if he could swing it open like a flap. He feels his head has been moved over to the right or to the left. He sees heads everywhere—small, large, moving, motionless ones; some are black, reddish, or transparent, and some opaque. He mostly smells unpleasant odors—gasoline, ammonia, the bad odors from mouth and ears. He complains of a taste which is like “disappointment and anger (i. e. bitter).” While reading he hears comments made about the orthography. He hears that he is going to be beaten, and feels the blow. He hears words coming from a piece of wood which is being sawn; feels something hanging from his head, perhaps a watery goiter. One side of his chest is protruding. Something moves in his throat. The small of his back hurts. He feels a bone sticking out of his leg and sees it in “water-colors” as he is taking his bath. There is a foreign body in his scrotum. H*s penis is slimy and enlarged. Voices come out of his larynx and move toward the back of his head. They squeeze his head out of shape; twist his mouth and eyes. He detects a voice in his left nostril. He is being controlled by voices, this “is stimulating but should be over by now.”

The release of hallucinations: As in other diseases, so too in schizophrenia, the hallucinations are most likely to occur when the patients are left to themselves. 8 Distraction reduces them, the loneliness and quiet of the cell favors them. Darkness multiplies the visions but the difference between night and day which we see in alcoholics, seniles, and fevers is not as pronounced in this disease. Nevertheless, the rule has numerous exceptions. Some patients are most bothered by their voices precisely when they are working. An irritating condition of any organ, inflammations, overloaded stomach, intestinal tension, bronchial secretions can release body hallucinations. Also, real noises can help produce the “voices” which in the majority of cases cannot be considered as illusions. The patients will stop up their ears, not only to be able to hear the voices better but also, conversely, in order not to hear them. Electrical stimulation of the acoustic nerve can call forth “voices.” 9 Electrical stimulation of the head can also stop them. 10

Even accidental factors can influence the hallucinations and illusions. The patients often obtain peace as long as certain preconditions which they deem essential have not come into play. A paranoid was much surprised that one could make the other patients talk about him even

8. This happens frequently in under-staffed hospitals.

9. Chvosteck.

10. Fischer (221).

107

все различные органы чувств могут быть вовлечены в то же время.

Параноик, который всегда был в состоянии работы дал следующее описание. Он чувствует, что его затылок подвижный, как если бы он мог повернуть ее, как лоскут. Он чувствует, что его голова была подошел к правой или к левой стороне. Он видит руководители всюду маленькие, большие, перемещение, неподвижные те; некоторые из них черный, красноватый оттенок, или прозрачные, а некоторые непрозрачные. Он в основном пахнет неприятные запахи-бензин, аммиак, плохие запахи изо рта и ушей. Он жалуется на вкус, который является, как "разочарование и гнев (то есть горький)." Во время чтения он слышит замечания по поводу орфографии. Он слышит, что он собирается бить, и чувствует себя удар. Он слышит слова, идущие из куска дерева, находящегося пиломатериалов; чувствует что-то висит у него из головы, возможно водянистой зоба. Одна сторона его груди торчит. Что-то движется в горле. Небольшой его болит спина. Он чувствует, кости, торчащие из его ноги и видит его в "акварель", как он принимает ванну. Существует инородное тело в его мошонку. H * с пенис слизистый и дополненное. Голоса выйти из гортани и двигаться по направлению к задней части головы. Они сжала его голову из формы; крутить рот и глаза. Он обнаруживает голос в его левую ноздрю. Он находится под контролем голосов, это "стимулирует, но должно быть более теперь."

Релиз галлюцинаций: Как и при других заболеваниях, так же при шизофрении, галлюцинации, скорее всего, происходят, когда пациенты сами себе. 8 Отвлечение уменьшает их, одиночество и спокойствие в клетке способствует их. Тьма умножает видение, но разница между днем ​​и ночью, которую мы видим у алкоголиков, seniles и лихорадки не столь выраженным, при этом заболевании. Тем не менее, правила есть многочисленные исключения. Некоторые пациенты наиболее беспокоит их голоса именно тогда, когда они работают. Раздражает состояние любого органа, воспалений, перегруженный желудок, кишечной напряженности, бронхиальной секреции может выпустить галлюцинации тела. Кроме того, настоящие шумы могут помочь произвести «голоса», которые в большинстве случаев не могут быть рассмотрены как иллюзии. Пациенты будут затыкать уши, чтобы не только быть в состоянии услышать голоса лучше, но также, наоборот, для того, чтобы не слышать их. Электрическая стимуляция слухового нерва может вызвать "голоса". 9 Электрическая стимуляция головки также может остановить их. 10

Даже случайные факторы могут влиять на галлюцинации и иллюзии. Пациенты часто обрести покой, пока определенных предпосылок, которые они считают необходимым не вступают в игру. Параноик был очень удивлен, что можно было бы сделать другие пациенты говорить о нем даже

8. Это часто случается при укомплектованы больницы.

9. Chvosteck.

10. Фишер (221).

108

when they kept their lips closed. If no other patient was in his neighborhood, he heard no voices. A patient best heard voices, which were localized in his heart, when she placed her hands over her heart. Many are able to stop the voices by all sorts of magical and ceremonial rites or by means of utterances such as, “Oh, yes that is so.” Sometimes yelling or talking helps to stop them. Very frequently the hallucinations set in when the person who is involved in the delusion appears on the scene. Many patients hear their voices or feel themselves “electricalized,” choked, etc., the very moment the doctor steps into the ward. They feel in their breasts the turning of the key in the door-lock. They feel themselves “knitted in,” "spooned up,” when someone near them knits or eats. The appearance of a certain woman attendant just takes their breath away. Then again, the hallucination is stimulated through another sense organ (reflex-hallucinations). A patient had hallucinations of smell when she was subjected to certain visual impressions. One of Pfister’s patients, while she was being tube-fed, heard that the tube had just been used to irrigate the vagina of an unclean patient. A catatonic detected the smell of a corpse whenever he saw someone get pale. As a patient was cutting the meat on her plate, one of her neighbors sitting at the table believed she was being cut up, felt the pain, and fainted. Even hallucinatory “naming” can be conceived as a sort of reflex-hallucination. Whenever one of our patients saw a ship he also heard, “The ship, the ship.”

In a certain sense, many schizophrenic hallucinations are dependent on the will. True, it is rather rare that the patient can arbitrarily see or hear what he desires. On the other hand, very often the voices will reveal information about definite complexes of the patient. The patients hold a sort of conversation with their voices or turn to the voices when they cannot answer a question posed by the physician. If attention is concentrated on the voices (or at least turned away from other things), then the voices are better perceived by the patient. Yet they will often overcome the patient in the midst of other thoughts. It can happen that taking notice will obliterate the hallucination. For the most part, however, the hallucinations draw attention to themselves. Or to express it differently, the pathological process consists not only in the pseudo-perception proper (the hallucination) but also in the directing of attention to this same pseudo-perception. Thus it is already a sign of improvement when patients succeed in “taking command” of the hallucinations; that is, when they are able to withdraw their attention from the hallucination. Only exceptionally can they be suppressed completely. A paranoid who had a “mummified feeling" (dry and shrinking feeling) which started in the feet and rose up to his head was

108

когда они держали их губы сомкнулись. Если ни один другой пациент не был в своем районе, он не слышал голоса. Пациент лучше всего слышат голоса, которые были локализованы в его сердце, когда она положила руки на ее сердце. Многие из них в состоянии остановить голоса всевозможными магическими и церемониальных обрядов или с помощью высказываний, таких как: "О, да это так." Иногда кричать или говорить помогает остановить их. Очень часто галлюцинации наступает, когда человек, который участвует в заблуждение появляется на сцену. Многие пациенты слышат их голоса или чувствовать себя "electricalized," душили и т.д., в тот момент, врач шаги в палату. Они чувствуют себя в груди поворот ключа в дверном замке. Они чувствуют себя "трикотаж в", "ложкой до", когда кто-то рядом с ними вяжет или ест. Появление одна женщина сопутствующих просто берет их дыхание. Потом снова галлюцинация стимулируется через другой орган чувств (рефлекторно-галлюцинации) . Пациент имел галлюцинации обоняния, когда она подвергалась определенных визуальных впечатлений. Один из пациентов Пфистер, в то время она была быть трубка кормили, слышал, что трубка была только что используются для орошения влагалища нечистого пациента. кататоническая обнаружены запах трупа, когда он увидел кого-то получить бледно. Как пациент резал мясо на тарелку, один из ее соседей, сидя за столом верил, что она в настоящее время сократить до, почувствовал боль, и упала в обморок. Даже галлюцинациями "называя" может быть задуман как своего рода рефлекторной галлюцинации. Всякий раз, когда один из наших пациентов увидел корабль, он также слышал ", корабль, корабль».

В определенном смысле, многие шизофреники галлюцинации зависят от воли. Правда, это скорее редкое, что пациент может произвольно увидеть или услышать то, что он хочет. С другой стороны, очень часто голоса будет раскрыть информацию о конкретных комплексов пациенту. Пациенты провести своего рода беседы с их голосами или обратиться к голосам, когда они не могут ответить на вопрос, поставленный врачом. Если внимание сосредоточено на голоса (или, по крайней мере, отвернулся от других вещей), то голоса лучше воспринимаются пациентом. Тем не менее, они часто преодолеть пациента в разгар другими мыслями. Это может случиться, что, принимая уведомление будет уничтожить галлюцинации. По большей части, однако, галлюцинации привлекать к себе внимание. Или, чтобы выразить это по-другому, патологический процесс состоит не только в псевдо-восприятия правильной (галлюцинации), но также и в режиссуре внимания к этой же псевдо-восприятия. Таким образом, это уже признак улучшения состояния, когда пациенты добиться успеха в "принимая команду" галлюцинаций; то есть, когда они в состоянии вывести их внимание от галлюцинаций. Лишь в исключительных случаях они могут быть подавлены полностью. Параноик, который был "мумифицированные чувство" (сухой и сокращение чувство), которая началась в ногах и встал на его голове была

109

at least able to stop this feeling at the level of his chest.

Also, of course, all internal and external influences which in general aggravate the disease act as agents provocateurs of the hallucinations: unpleasant affects, particularly excitements, alcohol, exacerbations of the disease-process, etc.

In two cases, I observed auditory hallucinations appear only when the patients were recumbent. Brierre de Boismont mentions a case in which inclining of the head provoked the voices (blood-pressure changes in the head?). Temperate or intemperate use of alcohol will often provoke hallucinations of all sorts.

In schizophrenics, the four main characteristics of hallucinations: intensity, distinctness, projection, and reality-value, are entirely independent of each other. Each one can vary within maximal limits without affecting the others.

Intensity. Almost anything can be hallucinatorily perceived and the intensity can vary from the slightest whisper to the most terrifying thunderous voice; from slightly abnormal body-sensations to the most unbearable sensation of being torn asunder, burned or electrocuted; from the most delicate haze to blinding light. The intensity does not necessarily have any relationship to the obsessive attention which the patients turn on them although, ceteris paribus, intense hallucinations will enforce attention more easily. Yet at times even the slightest, barely or not at all comprehensible whisper will preoccupy the patient more than the loudest (hallucinated) shouting. In any case, intensity, obsessive attentiveness, and distinctness of projection to the outside, all have the common quality of frequently increasing or decreasing with the oscillations of the disease.

Distinctness. At times all perceptions are of an obtrusive clarity and vividness. Then again, the patients will hear only a rustle or a confused murmur; or they will see only something nebulous, vague forms, which they more or less unconsciously designate as specific figures. A patient could not understand any of the words of the voices but understood from the confusing sound that she was going to be killed. Two patients of Pfersdorff (560, p. 741) heard cursing in French, although they did not understand French. “The words themselves are not clearly understood, but the meaning is” (ibid. p. 743). Thus, patients frequently do not tell us literally what they have heard but rather express themselves in general phrases. “The neighbors are full of hate and envy toward me.” “There were public sneers and jeers.” The patient detected “a disgusting smell of vipers.” To the objection that she did not even know what a viper smelled like, she retorted: “One could also say morphine.” The subjective effect of the hallucinatory

109

по крайней мере, в состоянии остановить это чувство на уровне груди.

Кроме того, конечно, все внутренние и внешние факторы, которые в целом усугубляют действие болезни, как провокаторов галлюцинаций: неприятно влияет, в частности, волнения, алкоголь, обострения болезненного процесса и т.д.

В двух случаях, я заметил, слуховые галлюцинации появляются только тогда, когда пациенты были лежачие. Brierre де Boismont упоминает случай, в котором наклоняя головы спровоцировал голосов (изменения артериальное давление в голове?). Умеренный или неумеренного употребления алкоголя часто провоцируют галлюцинации всех видов.

В шизофреников, четыре основные характеристики галлюцинации: интенсивности, определенности, проекции и реальной ценности, полностью независимы друг от друга. Каждый может варьироваться в пределах максимальных пределов, не затрагивая другие.

Интенсивность. Почти все, что может быть hallucinatorily воспринимается и интенсивность может варьироваться от малейшего шепота к самым страшным громовым голосом; от слабо аномальных теле-ощущений до самых невыносимых ощущений разрывается на части, сожжены или электрическим током; от самых тонких туман ослепляющего света. Интенсивность не обязательно имеет никакого отношения к навязчивым вниманием, которое пациенты обращать на них хотя, при прочих равных условиях, интенсивные галлюцинации будет применять внимание более легко. Тем не менее, время от времени даже малейшего, едва или вообще не понятен шепот будет занимать пациента более чем громче (галлюцинации) крики. В любом случае, интенсивности, обсессивно внимательность, и отчетливостью проекции на внешней стороне, у всех есть общее качество часто увеличивая или уменьшая с колебаниями заболевания.

Определенность. Порой все восприятия носят навязчивый ясности и четкости. Опять же, пациенты будут слышать только шорох или запутанную шум; или они будут видеть только то, туманные и расплывчатые формы, которую они более или менее бессознательно назначить в качестве конкретных цифр. Пациент не мог понять, какой-либо из слов голосов, но понял из запутанной звук, который она собирается быть убит. Два больных Pfersdorff (560, стр. 741) услышал ругань на французском языке, хотя они и не понимают по-французски. "Сами слова не понятны, но смысл" (Там же. Стр. 743). Таким образом, пациенты часто не говорят нам буквально то, что они слышали, но, скорее выразить себя в общих фраз. "Соседи полны ненависти и зависти ко мне." "Были общественные насмешки и насмешки." Пациент обнаружил "отвратительный запах гадюк." На возражение, что она даже не знает, что гадюка пахло, она ответила : "Можно было бы также сказать, морфин." субъективного влияния галлюцинациями

110

experience is in no way encroached upon by such vagueness. The patients believe in their interpretations which they take for perceptions.

The situation with regard to projection is most remarkable. Many hallucinations are projected outward exactly as are real perceptions and cannot be differentiated subjectively from them. The hallucinations of organ sensations apparently occupy a very special position. For these hallucinations, the body becomes what one otherwise considers the external world. As a rule, one is able to distinguish them easily enough from mere paresthesias which appear in other diseases because they parallel the hallucinations of the other senses in every respect. The hallucinations are not conceived of as sensations indicating some abnormality of the body. The hallucinator does not have a burning or stabbing pain but he is being burned or stabbed. Thus, at least, the causal factor is completely projected to the outside. In the case of combined sensory hallucinations, these body sensations constitute an element equivalent to all other hallucinatory components.

On the other hand, many patients do differentiate between what they really see and hear and that which is "imposed” upon them. Nevertheless, even they are frequently inclined to attribute reality to the content of these hallucinations. It is quite usual that these patients although they make such distinctions, will still consider many other kinds of hallucinations as real sense perceptions.

Furthermore, there are any number of transitions from normal images to sensory hallucination of the utmost sensory distinctness.

Although auditory hallucinations are a matter of great preoccupation, even intelligent patients are not always sure that they are actually hearing the voices or whether they are only compelled to think them. There are “such vivid thoughts” which are called “voices” by the patients. At other times they are “audible thoughts,” or “soundless voices.” These are two expressions which may perhaps mean the same thing and certainly signify very closely related phenomena. One of our schizophrenics maintained that he did not actually hear words but that he felt as if his own voice spoke them (transition to hallucinations of muscle sensations of the organs of speech), yet the words seemed “louder” to him when he made some bodily effort. Another patient had no real voices any more but “only some peculiar goods on his lips.” Another has the voices at times “in his memory,” at other times “behind his ears.” The independence from real sensations was very emphatically expressed by Koeppe’s patient: “I could be stone deaf and still hear the voices." Sometimes it appears to the patients “as if they heard,” which does not prevent them from opening the window a hundred times a day in obedience to such commands, or from making a special journey

110

опыт ни в коем случае посягнули на такой неопределенности. Пациенты верят в их интерпретации, которые они принимают для восприятия.

Ситуация с проекцией самое примечательное. Многие галлюцинации проецируются наружу точно так же как и реальное восприятие и не может быть дифференцированы субъективно от них. Галлюцинации органа ощущений, видимо, занимают совершенно особое место. Для этих галлюцинаций, тело становится то, что один в противном случае считает внешний мир. Как правило, человек способен отличить их довольно легко из простых парестезии, которые появляются в других болезней, потому что они параллельно галлюцинации других чувств во всех отношениях. Галлюцинации были задуманы не как ощущения, указывающие некоторую ненормальность организма. Hallucinator не есть жгучее или колоть боль, но он сжигается или ножом. Таким образом, по крайней мере, причинным фактором полностью проецируется на внешней стороне. В случае комбинированных сенсорных галлюцинаций, эти ощущения тела представляют собой элемент, эквивалентный всех других галлюцинаторно компонентов.

С другой стороны, многие пациенты различие между тем, что они на самом деле видеть и слышать, и то, что "ввел" на них. Тем не менее, даже они часто склонны приписывать реальности, чтобы содержание этих галлюцинаций. Вполне обычно, что эти пациенты хотя они делают такие различия, будет по-прежнему считают многие другие виды галлюцинаций, как в реальном чувственных восприятий.

Кроме того, любое количество переходов от нормальных изображений для сенсорных галлюцинаций крайне сенсорной отчетливостью.

Хотя слуховые галлюцинации вызывает серьезную озабоченность, даже разумные пациенты не всегда уверен, что они на самом деле слышит голоса, или же они только вынуждены думать их. Есть "такие яркие мысли", которые называются «голоса» пациентами. В других случаях они являются "звуковые мысли", или "беззвучные голоса." Эти два выражения, которые, может быть, означает то же самое, и, конечно, означают очень тесно связанные явления. Один из наших больных шизофренией утверждал, что он на самом деле не слышать слова, но что он чувствовал, как будто его собственный голос произнес их (переход к галлюцинациям мышечных ощущений органов речи), но слова, казалось, "громче" к нему, когда он сделал некоторые телесное усилие. Другой пациент имел никакого реального тембры больше, но "только на некоторые интересные товары на губах." Еще есть голоса порой "В память", в других случаях "за уши". Независимость от реальных ощущений была очень решительно выражается Пациент Koeppe в: ". Я мог бы быть глухим и до сих пор слышу голоса" Иногда кажется, для пациентов ", как если бы они услышали," что не мешает им открыть окно сто раз в день в послушании таких команд, или от принятия специального путешествие

111

to the Rhine to jump in. The latter patient described the feeling: “It was as if someone pointed his finger at me and said, ‘Go and drown yourself.’ It is as if we were speaking to each other. I don’t hear it in my ears,

I have the feeling in my breast. Yet it seems as if I heard a sound.” At times one meets with a very noteworthy expression: the voices “Seemed to me as if my ears breathed them out,” or as if “Someone was talking to me from inside my ear." It would appear that these patients have a certain feeling that the voices come from inside. A patient disclosed that previously he was being spoken to from the “outside,” into his ear.

In order to hear this, he had to take up a “special position in relation to the ear.” The same patient “also heard a twitching in his legs.” During the examination it (the leg) said: “Be silent or something like that.” Thus it would appear that here the twitch of the leg released the thought (or expressed it?) that it were better if he kept silent. The patient believed he heard this thought in his leg. The acoustic component is so vague, however, that the patient cannot say at all by which words this thought was expressed. Phonemes may well come closest to actual perceptions inasmuch as “They are not at all real voices but merely reproductions of the voices of dead relatives.”

These examples are far from exhausting the possible nuances of the projection of auditory hallucinations. Two main classes in general are differentiated by the patients: the voices which come from the outside like ordinary ones—and those projected into their own bodies which have hardly any sensory components and are mainly designated as inner voices (Baillarger’s psychic hallucinations).

Therefore, the latter are less hallucinations of perceptions than hallucinations of conceptions. The pathological process of these borderline phenomena is more closely related to conception than to perception.

There are relatively few gradations of the projections of visual hallucinations. In general, here the patients recognize the abnormal more easily than in the phoneme. They see whole regiments “before their eyes;” living acquaintances are made to float in the air “in semblance to the real.” The visions are “like shadows,” “like an illusion.” All sorts of things are “produced” at night for the patient. For example, a Negro catatonic had “seen everything filled with green snakes.” But she had not really seen them; it was only “as if they were there.” Visions can also originate in the sense-organs, as the trousseau and children in the following account by a young woman. “Think of it. Papa, I have become a child prodigy. Many things come out of my lovely blue eyes, e.g., bed sheets, smoothly ironed pillows and quilts of soft feathers (white or colored), bedsteads, commodes, baskets, thread, stockings of all colors, clothes from the plainest to the most elegant; and finally.

111

в Рейн, чтобы перейти в последний пациент описал ощущение: "Это было, как если бы кто-то указал на меня пальцем и сказал:" Иди и утонуть. Это как если бы мы говорили друг с другом. Я не слышу это в моих ушах,

У меня есть ощущение в моей груди. Тем не менее, кажется, как будто я услышал звук "Порой встречается с очень примечательным выражением: голоса". Мне показалось, что мои уши вдохнул их, "или, как если бы" Кто-то говорил мне изнутри моего уха. "Казалось бы, что эти пациенты имеют определенное чувство, что голоса доносятся изнутри. Пациент сообщил, что ранее он был со мною разговаривали с" вне ", в его ухо.

Для того, чтобы услышать это, он должен был занять тот же самый пациент "также заслушал подергивание в ногах." В ходе экспертизы (нога) сказал: "особое положение по отношению к уху.": "Молчи или что-то как это. "Таким образом, создается впечатление, что здесь подергивание ногой выпустила мысль (или выразил это?), что было бы лучше, если бы он промолчал. Пациент считает, что он услышал эту мысль в его ногу. Акустическая составляющая настолько расплывчаты, однако, что пациент не может сказать, вообще, по словам которого была выражена эта мысль. Фонем вполне может прийти ближе к реальным восприятием, поскольку "они не все реальные голоса, а лишь репродукции голосов умерших родственников."

Эти примеры далеко не исчерпывают возможные нюансы проекции слуховых галлюцинаций. Два основных класса в целом различаются по пациентов: Голоса, которые приходят извне, как обычные-и тех, которые прогнозировались в их собственных телах, которые практически не имеют никаких чувств компоненты и, главным образом, назначенные в качестве внутренние голоса (психических галлюцинаций Baillarger в).

Таким образом, последний становится все меньше галлюцинации восприятия, чем галлюцинации концепций. Патологический процесс этих пограничных явлений более тесно связаны с концепцией, чем восприятия.

Есть относительно немного градации проекций зрительных галлюцинаций. В общем, здесь пациенты признают ненормальным более легко, чем в фонемы. Они видят целые полки "перед их глазами;" живые знакомые сделали, чтобы плавать в воздухе видения ", как тени," "как иллюзия" Все виды вещей ", производимые" на "в подобие к реальному.". ночь для пациента. Например, негр кататоническая «видел все, наполненный зелеными змеями." Но она на самом деле не видел их; это было только "как если бы они были там." Видения могут также происходить в органах чувств, как приданое и детей в следующий счет молодой женщины. "Подумайте об этом. Папа, я стал вундеркиндом. Многие вещи приходят из моих прекрасных голубых глаз, например, простыни, плавно гладить подушки и одеяла мягких перьев (белый или цветной), каркасы, комоды, корзины, резьбой, чулки всех цветов, одежды из ясных для самых элегантных ; и окончательно.

112

people fly out, fortunately not naked but completely dressed. . .

In the case of smell, taste, and tactile hallucinations, the differences in projection become even less distinct. Still, even in such cases we get every type of transitional form from image to perception.

Extra-campine hallucinations show a very peculiar localization which up to now have only been observed with any degree of certainty in the visual spheres, as far as schizophrenics are concerned. (These are hallucinations or visions outside the visual field.)

An intelligent hebephrenic, while we were talking to him, suddenly saw the devil standing behind him; and it was so clear and vivid that he could draw it for us. He declared, in response to our objections, that he just had the gift of seeing through the back of his head what was behind him. When he overheard us speak of “imaginings,” he protested vehemently that these were no imaginings but an actual ability to see these things. 11 In this way, the patient sees whole landscapes and the like. Indeed, many patients cannot escape their frightening visions, although the latter do not change their localizations in space The patients try to turn their backs on the visions; they crawl under the mattress, but still see the horrible sight before the window. Others do not seem to consider their unusual visual capacity as anything out of the ordinary. It must certainly be considered an extra-campine hallucination when a patient sees heads which make faces at him right through the floor which he is quite aware is opaque. It must he a transition from simple imaginings to the extra-campine hallucinations of smell when a patient “feels” (not smells) behind his head that he emanates a peculiar odor.

The localization of hallucinations to another person is a partial effect of transitivism. Many schizophrenics not only believe that everyone around them can hear the “voices” as well as they do, but they also believe that even people far away can perceive them. From this it is but a short step to transitive hallucinations in which the patient assumes that a third person can hear the voices while the patient himself receives the information in a mysterious manner. (Seglas called the phenomenon in which patients believe their thoughts are heard by others, “echo de la pensee.”) Sometimes the patient “imposes them on the third party,” inasmuch as he can arbitrarily think something which the third party must hear.

In the visual sphere we have the same case when the attendant must “see" something which the patient has in mind. This phenomenon shows

11. It is not a question here as Krcapelin (Psychiatry I, p. 225) states of vivid visual images “which do not, by any means, have the character of sensory perceptions,” but of phenomena which intelligent patients who are able to discuss this problem equate with perceptions.

112

люди летают из, к счастью, не голая, но полностью одета. , ,

В случае запаха, вкуса и тактильных галлюцинаций, различия в проекции становятся еще менее различны. Тем не менее, даже в таких случаях мы получаем каждый тип переходной формы от изображения к восприятию.

Extra-Campine галлюцинации показать весьма своеобразную локализацию, которые до сих пор наблюдались только с какой-либо степенью уверенности в изобразительном сферах, насколько шизофреники беспокоит. (Это галлюцинации или видения вне поля зрения).

Умный гебефренический, в то время как мы говорили с ним, вдруг увидел дьявола, который стоял позади него; и это было так ясно и ярко, что он может сделать это за нас. Он заявил, в ответ на наши возражения, что он просто имел дар видеть через затылок, что было у него за спиной. Когда он услышал нас говорить о "фантазиях", запротестовал он яростно, что это были не грезы, но фактическая способность видеть эти вещи. 11 Таким образом, пациент видит целые ландшафты и тому подобное. Действительно, многие пациенты не могут избежать их пугающие видения, хотя последний не меняют своих локализации в пространстве Пациенты пытаются отвернуться от видения; они ползают под матрасом, но все-таки увидеть ужасное зрелище перед окном. Другие, кажется, не считают, что их необычный визуальный потенциал в качестве нибудь из ряда вон выходящее. Это, безусловно, должны быть рассмотрены особо Campine галлюцинации, когда пациент видит головы, которые делают лица на него прямо через этаж, который он вполне осознает непрозрачна. Он должен он переход от простых мечтаний для экстра-Campine галлюцинации обоняния, когда пациент «чувствует» (не пахнет) за голову, что он исходит специфический запах.

Локализация галлюцинаций другого человека частичный эффект transitivism. Многие шизофреники не только верить, что все вокруг них можно услышать "голос", а также они делают, но они также считают, что даже люди, далекие от отеля можно воспринимать их. Отсюда рукой подать к переходным галлюцинации, в которых пациент предполагает, что третье лицо может слышать голоса, а сам пациент получает информацию в таинственным образом. (Seglas называется явление, при котором пациенты считают, что их мысли были услышаны другими, "эхо-де-ла-Pensee.") Иногда пациент "накладывает их на третье лицо", поскольку он может произвольно думаю, то, что третья сторона должна услышать.

В сфере визуального нас есть самый случай, когда дежурный должен "видеть" то, что пациент имеет в виду. Это явление показывает,

11. Это не вопрос здесь, как Krcapelin (психиатрии I, стр. 225) состояний ярких наглядных образов », которые не любыми средствами, имеют характер чувственных восприятий", но таких явлений, которые умные пациентов, которые способны обсудить эту проблему приравнивают с восприятием.

113

a gradual transition to the notion, widespread among schizophrenics, that everyone knows their thoughts.

For the most part, the reality value of hallucinations is as great as that of real perceptions, or even greater. Whenever reality and hallucinations conflict, it is usually the latter which are considered as real.

If one doubts the reality of the patient’s hallucinations, we usually get the following retort: “If that is not a real voice then I can just as well say that even you are not now really talking to me.” When the patients do differentiate the voices from what the healthy call reality, it is usually by means of characteristics which have nothing to do with normal projection: a certain kind of content, an unusual place of origin, the invisibility of the originator of the voices and similar points indicate to the patient that he has to do with something out of the ordinary. Olfactory and taste hallucinations are also, as a rule, not recognized as such; whereas visual hallucinations, which constantly collide with real visual images, are easily appreciated as something extraordinary. This does not mean, however, that they are recognized as sensory hallucinations. A photographer seems to show the patient “pictures which are not quite properly in the here and now,” like angels, God, etc. Nevertheless, she insisted that she had really looked into Heaven through a glass. This is the usual situation. The voices are conversations of other people, although they originate in one’s own ears. A patient explained the origin of the phonemes as analogous to the rustle we hear when we place a shell to our ear; yet, he believed in the reality of the sounds he heard. In agitated or twilight states the crudest contradictions with reality are only rarely appreciated. Even visual hallucinations are interpretatively adapted to the illusion, or the patient lives in two worlds visually without bringing them into any relation with each other.

In the visual sphere, Kandinsky’s “true” pseudo-hallucinations are among the most frequently seen. These are visions which are distinct, and completely projected to the outside, but are recognized as hallucinations by the patients. They are distinguished from the ordinary hallucinations by the patients’ critical attitude towards them rather than by any special property of sensory experience. They appear to occur less frequently in schizophrenics than do other types of hallucinations. 12

In this place we may also mention negative hallucinations (Lowen-feld's “systematic anaesthesia”). They appear to be rare unless one includes the factor mentioned under “blocking,” namely, the phenomenon

12. Hagen's pseudo-hallucinations are a vague concept and include "psychic hallucinations.

113

постепенный переход к понятию, широко распространено среди шизофреников, что каждый знает их мысли.

По большей части, значение реальность галлюцинаций так велика, как у реальных представлений, или даже больше. Всякий раз, когда реальность и галлюцинации конфликт, как правило, последний, который рассматривается как реальная.

Если сомневается в реальности галлюцинаций пациента, мы обычно получаем следующую реплику: "Если это не реальный голос, то я могу также сказать, что даже вы не сейчас действительно говорить со мной." Когда пациенты дифференцировать голоса с какого здорового называем реальностью, как правило, с помощью характеристик, которые не имеют ничего общего с нормальной проекции: определенный вид содержания, необычное место происхождения, невидимость составителя голосов и аналогичных пунктов указать пациента, что он должен сделать что-то из ряда вон. Обонятельные и вкусовые галлюцинации также, как правило, не признаются в качестве таковых; в то время как зрительные галлюцинации, которые постоянно сталкиваются с реальными визуальных образов, которые легко оценить, как что-то экстраординарное. Это не означает, однако, что они признаются в качестве сенсорных галлюцинаций. Фотограф, кажется, показывает пациента »картины, которые не совсем правильно в здесь и сейчас", как ангелы, Бог, и т.д. Тем не менее, она настаивала на том, что она действительно выглядела на небо через стекла. Это обычная ситуация. Голоса идут разговоры других людей, хотя они происходят в собственных ушах. Пациент объяснил происхождение фонем по аналогии с шелестом мы слышим, когда мы помещаем оболочку для нашего уха; Тем не менее, он верил в реальность звуки, которые он слышал. В возбужденных или сумеречных состояниях самые грубые противоречия с реальностью лишь в редких случаях оценены. Даже визуальные галлюцинации interpretatively адаптированы к иллюзии, или пациент живет в двух мирах визуально без приведения их в какой-либо связи друг с другом.

В сфере визуального, "настоящие" псевдо-галлюцинации Кандинского среди наиболее часто видели. Это видение, отличные, и полностью проецируется на улице, но признаются как галлюцинации со стороны пациентов. Они отличаются от обычных галлюцинаций критическое отношение пациентов к ним, а не какими-то особыми собственности чувственного опыта. Они, кажется, встречаются реже у больных шизофренией, чем другие типы галлюцинаций. 12

В этом месте мы можем также назвать отрицательные галлюцинации ("систематическое анестезия" Ловеном-Фельд в). Они возникают редко, если только не включает в себя указанного фактора в разделе "блокировки", а именно, явление

Псевдо-галлюцинации 12. Хаген являются расплывчатое понятие и включают в себя "психические галлюцинации.

114

in which the patient will suddenly no longer see or hear what goes on about him whether it be definite incidents or just everything around him.

One of Jörger’s (p. 52) patients constantly believed himself neglected by the attendant during the dishing out of the food. He then prayed and saw his portion of meat grow larger and larger and the portions of the others got smaller and smaller till there was nothing more to be seen on their plates. Schreber relates that more than once in broad daylight he had observed his attendant “melting away,” that is he saw him disappear gradually until his bed was empty. According to the description, this was a negative hallucination or possibly perhaps the disappearance of the positively hallucinated attendant.

The subjective conception of the hallucinations is very variable. As a rule the patients ascribe the voices to people talking or to apparatuses; the visions, to real people or “projected pictures”; the smell and taste hallucinations to contamination of the air or food; and the body hallucinations to physical or chemical influences. In some cases the patients recognize the pathological nature of their hallucinations; particularly, the connection with or origin from their own thoughts are more or less known to many patients.

They “do not have voices, only thoughts which other people do not have”; or “instead of thoughts, they have voices; all their thoughts suddenly become voices.” The indistinctness of the acousuc component may be expressed in the following sentence: “The voices are unlike spoken voices but are as if thought." Another patient who had heard the voice of Jesus Christ expressed himself thus: “When a person is filled with the Spirit of God then he knows well enough what he has to do. It is not exactly a mere voice; it is rather—(blocking)—through the Spirit. One doesn’t really notice it; and one can’t describe it either. However, I feel the Spirit here in my heart. Then it goes up into the brain, and then one calls it thoughts. When it is in the heart, one calls it plans, images, ideas, which can be brought to fulfillment.”

Concerning the manner in which the hallucinations arise, the patients have all kinds of notions. Where, as usual, they are ascribed to people, or apparatus in the external world, the matter is very simple. In that event, there are persons in the same room, behind doors, in secret corridors in the walls, in the attic, in an inaccessible cellar; or in these same places, the most devilish, modem, technical apparatus ever invented has been put up and is used to speak from a distance, to project pictures, to name, to electrocute. By means of an “aero-telephone, the latest invention," a patient heard people going down to the cellar and stealing things from her.

114

в котором пациент не внезапно больше не видеть и не слышать то, что происходит на о нем, будь то определенные инциденты или просто все вокруг него.

Один из Jörger в (р. 52) пациентов постоянно считал себя пренебрегают вытекающими во время раздачей пищи. Затем он молился и увидел, что его порция мяса растут все больше и больше, и части других получили меньше и меньше, пока там был больше ничего не было видно на тарелках. Schreber рассказывает, что не раз средь бела дня он наблюдал своего слугу "тает", то есть он видел, как он постепенно исчезают, пока его кровать не была пуста. По описанию, это был отрицательный галлюцинация или, возможно, может быть, исчезновение положительно галлюцинации оператору.

Субъективная концепция галлюцинации очень изменчива. Как правило, пациенты приписывают голоса людей, говорящих или к аппаратам; видения, к реальным людям или «проецируемого изображения"; запах и вкус галлюцинации загрязнения воздуха или продуктов питания; и галлюцинации тела физического или химического воздействия. В некоторых случаях пациенты признают патологический характер их галлюцинациями; В частности, соединение с или происхождения от своих собственных мыслей более или менее известны многим пациентам.

Они "не имеют голоса, только мысли, которые другие люди не имеют"; или "вместо мыслей, они имеют голоса; все их мысли вдруг стали голоса "невнятность компонента acousuc может быть выражена в следующем предложении:". Голоса в отличие от разговорных голосов, но так, как будто думал "Другой пациент, который услышал голос Иисуса Христа высказался таким образом.: "Когда человек наполнен Духом Бога, то он хорошо знает, что он должен сделать, это не совсем просто голос;. это rather- (блокирование) -Через Духа человек не замечал его.; и никто не может описать его либо. Тем не менее, я чувствую, что Дух здесь, в моем сердце. Тогда она идет вверх в мозг, а затем каждый называет его мысли. Когда он находится в самом центре, один называет это планирует, изображения, идеи , которые могут быть привлечены к выполнению ".

Что касается того, каким образом возникают галлюцинации, больные имеют все виды понятий. Где, как обычно, они приписывают людям или аппарат во внешнем мире, независимо от того, является очень простой. В этом случае, есть люди, в той же комнате, за дверями, в тайне коридоров в стенах, на чердаке, в недоступном подвале; или в этих же местах, наиболее дьявольская, модем, технический аппарат когда-либо изобретенных был поставлен и принято говорить на расстоянии, чтобы проецировать изображения, на имя, на электрическом. Посредством "аэро-телефон, последнее изобретение," пациент слышал, как люди, идущие вниз в подвал и воровство вещей из нее.

115

Often no resort is made to any such explanations. Patients will hear the voices of absent people without even thinking about the strangeness of the phenomenon: "After all, the voices may be here.”

Another patient seemed surprised only that he had to speak so loudly in order to be heard by his (absent) relatives, whereas he could hear them even when they spoke quite softly. Others have such "keen ears” that they can hear people speaking all around them. Whenever a certain patient read about famous men, she would afterwards, by a special favor of God, see these same men. "Everyone has some special talent or gift. I have the gift of being able to hear things.” This same patient also “heard” pictures; that is, he designated his visions with (he more familiar acoustic expression. Yet another patient had the news of her husband’s death “blown” into her ear. The voices were taken from the mind of a friend and forwarded to the patient in the institution. Another patient had voices which belonged to other people who spoke through him, using his throat and chest. Ziehen(840, p. 34) found a most peculiar idea in a patient. She believed that the buzzing in her ears from which she had suffered even before her illness was, now that she was sick, "contaminated by the voices.”

The thoughts of one of our hebephrenics were being guessed before he even had a chance to speak. He also had a certain power of attraction by which he drew others to himself and which drew him to others. If he thought about a question, he at once “drew” an answer or he “drew” the voices. The bread told him who had baked it. This was due to a “nervous fluid” which all people had on their hands. They transfer it onto objects and so the answer comes to him. Others could hear things by means of “nervous tension;” or they “hear by perspective.” Such phrases, which are original designations rather than explanations, are heard commonly enough. “The talking machine is going all the time." The patient is “wired for sound.” He is at “war.” The last two expressions designate hallucinations of all senses.

In spite of the fact that many schizophrenics constantly complain about the annoyance occasioned by their hallucinations, it is not always easy to obtain exact information as to the content of their hallucinations. Above all, we daily meet the answer: "You know more about it than I do.” Also, it is plausible that the patients find it “too stupid" to give information about matters which, in their opinion, the questioner knows more about than they do themselves. Indeed, he may even himself have produced them. However, there are still other obstacles. Sometimes it appears as if the patients were too embarrassed to talk. Often they openly admit that they are afraid to reveal their experiences because these will be considered pathological and they themselves will be judged “crazy." One pa-

115

Часто не курорт не сделал каких-либо таких разъяснений. Пациенты будут слышать голоса отсутствующих людей, даже не думая о странностях этого явления: "В конце концов, голоса могут быть здесь."

Другой пациент, казалось, удивился только, что он должен был говорить так громко, чтобы быть услышанным его (отсутствует) родственников, в то время как он мог слышать их, даже если они говорили довольно тихо. Другие имеют такие «острые уши", что они могут услышать людей, разговаривающих все вокруг них. Всякий раз, когда определенный пациент читал о знаменитых людей, она бы после этого, по особой милости Божией, видеть эти же самые люди. "Каждый человек имеет некоторый особый талант или дар , У меня есть дар быть в состоянии услышать вещи "Это же пациент также" услышал "картинки.; то есть, он назначил его видения с (он более привычной акустической выражения. Еще один пациент имел известие о смерти мужа "взорвали" ей на ухо. Голоса были взяты из ума другу и направлены для пациента в учреждении . Другой пациент голоса, которые принадлежали к другим людям, которые говорили через него, используя его горло и грудь. Ziehen (840, стр. 34) обнаружили наиболее своеобразных идею у пациента. Она считает, что шум в ушах, из которого она была пострадали еще до ее болезнь, теперь, когда она была больна, "загрязнены голосов."

Мысли одного из наших hebephrenics были догадаться, прежде чем он даже был шанс поговорить. Он также имел определенный силу притяжения, с помощью которого он обратил других к себе и которые привели его в других. Если он думал о вопрос, он сразу "обратил" ответ, или он "обратил" голоса. Хлеб сказал ему, кто испекла его. Это было из-за "нервного флюида», где все люди были на руках. Они переносят его на объекты и так ответ приходит к нему. Другие могут слышать то, с помощью "нервного напряжения", или они ". Услышать перспективой" Такие фразы, которые являются оригинальными обозначения, а не объяснения, которые услышал достаточно часто. "Говорящей машины будет все время." Пациент "озвучивание". Он находится в "войне". Последние два выражения обозначают галлюцинации всех смыслах.

Несмотря на то, что многие шизофреники постоянно жалуются на раздражение, причиненный их галлюцинациями, это не всегда легко получить точную информацию по содержанию своих галлюцинаций. Прежде всего, мы ежедневно встречаться ответ: ". Вы знаете больше об этом, чем я" Кроме того, вполне вероятно, что пациенты считают "слишком глуп", чтобы дать информацию о вопросах, которые, по их мнению, спрашивающий знает больше о чем они сами. В самом деле, он может даже сам дали их. Тем не менее, есть еще и другие препятствия. Иногда кажется, как будто пациенты были слишком смущен, чтобы говорить. Часто они открыто признают, что они боятся раскрыть свои переживания, потому что это будет рассматриваться как патологическая и они сами будут судить "ума". Один PA-

116

patient would quite promptly give an answer which might not be very clear. Upon the question, “What did the voices say?” he would suddenly assume a different facial expression, lower his head, and move his chair back and forth, as if he were turning and twisting under intense pressure.

“I will say nothing about voices, of such things one does not talk.” At times, the reluctance to talk about the voices is obviously of a sexual nature. Especially women act bashfully when they are asked about hallucinations which, for the inexperienced observer as well as for the patients themselves do not have anything sexual about them. However, it is certain that many patients can only give inadequate or no information at all about their hallucinations. In recent cases, even more than in older ones, we can daily observe generalized or partial “blockings” when the patient is asked about the content of his sensory hallucinations and delusions.

Older patients are often very well aware that the hallucinations slip away from their memory. “When the voices leave me, then I don’t know anything about them any more. I can only tell about them when I am actually hearing them. The voices are so transitory.” A patient excitedly curses his voices; they are saying things which he would never even dare to think. Asked what they say, he does not know what to reply. Frequently one first obtains information about the voices by using leading questions which are then verified by the details obtained. Very often the introduction to an examination concerning hallucinations goes something like this: What do the voices say? “Nothing.” Do they reproach you? " "Yes.”

Appearance and transformations of hallucinations. In some cases the hallucinations slip into the patient’s consciousness almost entirely unnoticed. Certain thoughts continue to become more vivid till they assume a sensory character; or it all starts with a very gentle, vague whisper which was at first scarcely noticed. A patient feels her thoughts dividing. “It began to talk loudly as if it were inside the brain.” In rare cases, the hallucinations first appear as the ordinary dream; then they appear in the hypnagogic state; then finally in the full waking state. Often, however, the patient will be struck right at the start by single audible calls which exercise a powerful effect on his mental state. Just as they come, they may again disappear, only to reappear sooner or later. In acutely agitated states of all types hallucinations are frequent, but like delusions they may easily outlast the acute episode. Often they come and go with the variations in mood or the undulations of the disease. They may come and go in accordance with the occupations, domicile, surrounding people, etc. Many patients do not have for decades a single waking moment free of hallucinations. The special content may be accidentally determined. A paranoid, at the beginning of his illness, had a quarrel with someone. The

116

пациент будет достаточно оперативно дать ответ, который может быть не очень ясно. По вопросу: «Что голоса говорят?», Он вдруг предположить, другое выражение лица, опустить голову и шевелить стул назад и вперед, как будто он токарных и скручивания под сильным давлением.

"Я ничего не скажу о голосах, о таких вещах человек не говорят." Время от времени, нежелание говорить о голосах, очевидно, сексуального характера. Особенно женщины действовать стыдливо, когда они спрашивают о галлюцинациях, которые для неопытного наблюдателя, а также для самих пациентов не имеют ничего сексуального о них. Тем не менее, он уверен, что многие пациенты могут дать только или недостаточно информации вообще о своих галлюцинаций. В последние случаях, даже больше, чем в старых, мы можем ежедневно наблюдать обобщенные или частичные "блокировок", когда пациента просят о содержании его сенсорных галлюцинаций и бреда.

Пожилые пациенты часто очень хорошо знают, что галлюцинации ускользнуть от их памяти. "Когда голоса оставить меня, то я ничего не знаю о них знают больше. Я могу только сказать о них, когда я на самом деле их слуха. Голоса так преходяще "пациент взволнованно проклинает его голоса.; они говорят вещи, которые он никогда не будет даже смели и думать. Отвечая на вопрос, что они говорят, что он не знает, что ответить. Часто один первый получает информацию о голосах, используя наводящие вопросы, которые затем проверены с помощью деталей, полученных. Очень часто введение в экзамен, касающийся галлюцинации идет что-то вроде этого: Что сказать голоса? "Ничего." У упрекают вас? "" Да. "

Внешний вид и преобразования галлюцинаций. В некоторых случаях галлюцинации проскользнуть в сознание пациента практически полностью незамеченным. Некоторые мысли по-прежнему становятся более яркими, пока они не предполагают сенсорный характер; или все это начинается с очень нежной, смутное шепот, который был сначала едва заметили. Пациент чувствует, что ее мысли разделение. ". Он начал говорить громко, как если бы это было в мозгу" В редких случаях, галлюцинации появляются сначала в качестве обычного сна; затем они появляются в гипнотические состояния; Затем, наконец, в состоянии полного бодрствования. Часто, однако, пациент будет поражен в самом начале одиночными звуковых вызовов, которые осуществляют мощное влияние на его психическое состояние. Так же, как они приходят, они могут снова исчезнуть, только чтобы появиться рано или поздно. В остро волновали состояний всех типов галлюцинаций являются частыми, но, как бредом они могут легко пережить острый эпизод. Часто они приходят и уходят с изменениями в настроении или неровности заболевания. Они могут приходить и уходить в соответствии с занятий, места жительства, окружающих людей и т.д. Многие пациенты не имеют в течение многих десятилетий один момент бодрствования, свободной от галлюцинаций. Специальный контент может быть случайно определяется. Параноик, в начале своей болезни, поссорилась с кем-то.

117

curse words uttered during that altercation persisted for many years as hallucinations. In general, schizophrenic hallucinations are very prone to become stereotyped. 13 Complex ones become simple. Finally, they may be reduced to one word or one inarticulate sound which confirms his delusions to the patient.

The attitudes toward the hallucinations show the greatest variability. Many patients, particularly in acute phases, react to them as if they were real, and therefore appear externally as completely “crazy.” On the other extreme, some patients do not seem to concern themselves about them, whether out of sly self-control or out of plain indifference. Often the patient struggles not only against the content of the hallucinations, but also against the inroads into his personality. They discover and employ defenses which may vary from apparently reasonable measures (like stuffing their ears) to those which can only be partially understood by normal people, comprising the most senseless buffooneries and cabbalistic exorcisms. Others again will indulge in their hallucinations partly as an outlet for their hostility, partly because they are obviously pleasant. (“Doctor, I have such nice dreams.”) Often the partial splitting of the psyche permits the patient to enjoy, during the period of hallucinating, a normal centripetal as well as centrifugal contact with the outer world (even in Bostroem's precise psychological perception experiments).

(b) Delusions

In delusions everything which one wishes and fears may find its level of expression; and as far as can be judged by the present state of our knowledge, many other things, perhaps even everything which can be experienced or thought. Yet even here, certain types of delusions and even certain minor traits recur in all patients with a remarkable degree of regularity.

The persecutory delusion is the most frequently met of all the well-known types of delusional content. “There is no kind of human corruption by which one has not sinned against me," said one of our paranoids. These patients are driven from their jobs by calumny and, particularly, by every kind of nasty chicanery. They are assigned expecially hard work; their materials are ruined, all kinds of defamatory or otherwise injurious insinuations are made against them. Before a patient entered a village, his visit would be heralded and he would then be berated by all the people. They wanted to send him to Siberia, to enslave him. Two whores lived across the street from him; and each time that he sat down to his meal they called out such disgusting things that he could put noth-

13. Schreber, p. 36.

117

нецензурные слова, сказанные в тот ссоры сохраняется в течение многих лет, как галлюцинации. В общем, шизофренические галлюцинации очень склонны стать стереотипным. 13 сложных стать просто. И, наконец, они могут быть сведены к одному слову или один нечленораздельным звука, который подтверждает его бред пациенту.

Отношение к галлюцинациям показать наибольшую изменчивость. Многие пациенты, особенно в острой фазе, реагируют на них, как если бы они были реальными, и, следовательно, появляются наружно в виде полностью "ума". С другой стороны, некоторые пациенты, кажется, не заботиться о них, то ли из хитрой самоконтроля или из простой безразличия. Часто пациент борется не только в связи с содержанием галлюцинаций, но также и против посягательств в его личности. Они обнаруживают и используют возражения, которые могут отличаться от по-видимому, разумные меры (например, набивая свои уши), чтобы те, которые могут быть частично понятны только нормальные люди, включающий в себя самый бессмысленные балаганами и каббалистический заклинания. Другие же будут заниматься их галлюцинациями частично в качестве выхода их враждебности, отчасти потому, что они, очевидно, приятно. ("Доктор, у меня такие хорошие сны.") Часто частичное расщепление психики позволяет пациенту пользоваться, в период галлюцинации, нормально центростремительной, а также центробежной контакт с внешним миром (даже в точном психологическом восприятии Bostroem в Эксперименты).

(б) Заблуждения

В бредом все, что кто-то хочет и опасения могут найти свой уровень выражения; и, насколько можно судить по современному состоянию наших знаний, многих других вещей, возможно, даже все, что может быть пережито или мысли. Тем не менее, даже здесь, некоторые виды заблуждений и даже некоторых незначительных признаков повторяются у всех пациентов с замечательной степени регулярности.

Бред преследования является наиболее часто встречались всех известных типов бредового содержания. "Там нет вид коррупции человека, по которым не согрешил против меня", сказал один из наших параноиков. Эти пациенты вынуждены покинуть свои рабочие места клеветы и, в частности, путем всякого рода неприятных придирок. Они предназначены специально на тяжелую работу ;.. Их материалы разрушена, все виды клеветнических или иным вредным инсинуаций сделаны против них, прежде чем пациент вошли в селение, его визит будет возвестил, и он будет затем ругал всех людей, которых они хотели отправить его в Сибирь, . поработить его две шлюхи жил через дорогу от него, и каждый раз, когда он сел за едой они называли такие отвратительные вещи, которые он мог бы поставить речь вообще

13. Schreber, стр. 36.

118

nothing into his mouth. He has been robbed. The attendants and other patients wear his clothing. He is used as a lavatory.

Schizophrenics in a more lucid state consider themselves to be the victims of a certain “gang of murderers” with whom the patients connect every difficulty they encounter. The Freemasons, the Jesuits, the “black Jews,” their fellow-employees, mind-readers, “spiritualists,” enemies invented ad hoc, are constantly straining every effort to annihilate or at least torture and frighten the patients. Wherever the patients find themselves they are exposed to these hostile forces, be it that their enemies in person pursue the patient from place to place and hide in the walls, in the next room, in the cellar, in the very air; be it that these hostile forces observe and note his every action and thought by means of “mountain-mirrors,” or by electrical instruments and influence him by means of mysterious apparatus and magic. They make the voices; they cause him every conceivable, unbearable sensation. They cause him to go stiff, deprive him of his thoughts or make him think certain thoughts. One woman patient cannot go to the lavatory any more because there she is watched, not only through the walls but from the bottom of the toilet bowl as well. Her last confinement was watched by the whole neighborhood.

A schizophrenic rarely tries to obtain clear ideas as to how his enemies accomplish all this, and he does not even have the desire to know. “It is just so", and with this he appears to be quite satisfied. Often words will satisfy the need for causal explanation. He is talked to by means of “secret-signs” or by means of “the gangster charm”. He may also think in terms of magic: when his name is spoken, then his strength is drawn from him.

Rather than being concerned about the technique of the tortures, the patient seeks more often to find some reason as to why so much trouble is being taken to do all this to him. There are people who are jealous of him, who fear his commercial or sexual competition, or who out of meanness, out of pleasure in torturing, out of inquisitiveness or for some other private purposes, use him for experiments.

The bodily “influencing” constitutes an especially unbearable torture for these patients. The physician stabs their eyes with a “knife-voice”. They are dissected, beaten, electrocuted; their brain is sawn to pieces, their muscles are stiffened. A constantly operating machine has been installed in their heads. Someone has injected something in their tear-ducts. Their eyes have been exchanged for those of old women. They are put to sleep. A woman patient is told that her flesh would make delicious veal chops, which are then devoured by wolves. Their sexual organs are cut off and exhibited in a neighboring city. Their intestines

118

ничего в рот. Он был ограблен. Обслуживающий персонал и других пациентов носить его одежду. Он используется в качестве туалета.

ШИЗОФРЕНИКИ в более наглядном состоянии считают себя жертвами некой "банды убийц", с которыми пациенты связывают все трудности с которыми они сталкиваются. Масоны, иезуиты, "черные евреи", их коллеги-сотрудники, ум-читатели, "спиритуалисты," враги придумали специальный, постоянно напрягая все усилия, чтобы уничтожить или, по крайней мере, пытки и пугать пациентов. Там, где пациенты считают себя они подвергаются воздействию этих враждебных сил, будь то, что их враги лично проводить пациенту с места на место и спрятать в стенах, в соседней комнате, в подвале, в самом воздухе; будь то, что эти враждебные силы наблюдать и отметить его каждое действие и думал, с помощью «горных зеркал", или с помощью электрических инструментов и влиять на него с помощью таинственного аппарата и магии. Они делают голоса; они причинить ему все мыслимые невыносимое ощущение. Они заставляют ходить жесткой, лишить его мысли или заставить его думать определенные мысли. Одна женщина пациент не может сходить в туалет больше, потому что там она наблюдала, не только через стены, а из нижней части унитаза, а также. Ее последний заключение наблюдали всю округу.

Шизофреник редко пытается получить четкое представление о том, как его враги выполнить все это, и он даже не имеют желания знать. "Это просто так", и с этим он, кажется, вполне устраивает. Часто слова удовлетворить потребность в причинного объяснения. Он говорил с помощью «тайных-знаков" или с помощью "гангстерского очарования". Он может также думать в терминах магии: когда его имя произносится, то его сила обращается от него.

Вместо того, чтобы быть обеспокоенным технике пыток, пациент стремится чаще, чтобы найти какую-нибудь причину, почему так много неприятностей везут все это делать с ним. Есть люди, которые завидуют ему, которые боятся его коммерческой или сексуальной конкуренции, или кто из подлости, от удовольствия мучить, из любопытства или для некоторых других частных целей, использовать его для экспериментов.

Телесное ", влияющим" представляет особенно невыносимой пыткой для этих пациентов. Врач колет глаза с "ножом голос". Они расчленены, избивали, применяли электрошок; их мозг распиленные на куски, их мышцы застыл. Постоянно действующая машина была установлена ​​в их головах. Кто-то вводится что-то в их слезоточивым протоков. Их глаза были обменены на тех старых женщин. Они положили спать. Женщина пациент сказал, что ее плоть будет готовить вкусные телячьи отбивные, которые затем съедят волки. Их половые органы отрезаны и выставлены в соседнем городе. Их кишечник

119

have been twisted. Elephants and all sorts of beasts inhabit their bodies. A patient has human beings in her fingers who want to kill her and drink her blood. The patient’s health and beauty is taken away to be given to someone else.

The delusion of being poisoned is also a very common one. Poison has been put into the patient’s food, the air, the water, in the wash-basin, the clothes. It is injected into them from afar, through the mouth and other body orifices. The patient was given “first rate hydrochloric acid, hair-bread, and urine to eat”. Besides the poison, all sorts of utterly disgusting ingredients are mixed in his food. The soup was made with footbath water; liquid manure is pumped into his stomach.

The notion of being poisoned is often generalized. The patient is “cursed”. “If one can speak by means of audible thoughts, then one is cursed—the curse is something that is tacked on a person, something entirely inexplicable. It has been thought to be a poison composed of human and animal carcasses, but that is, of course, a great Vatican secret. One thing is certain, a body can be terribly tortured by it. They speak the ‘thought-language’ without moving their lips. By means of the curse, one can listen in. It is the powerful interrogation-curse, the gangster-curse.”

Delusions of persecution are easily extended to include other people, particularly the patient’s relatives. The relatives are incarcerated in the hospital, tortured in every way, even murdered. If the patient remains here “more than one year and 87 weeks,” his father will have a leg torn off.

The delusion of grandeur concerns itself very little with either facts, feasibility or the conceivability of the fulfillment of human desires.

Certainly, often enough things sound fairly plausible. The patient has a talent for mathematics; he will fill in the gaps of his education and become a great mathematician. His father has a fine business and he will soon be rich. A prominent lady is in love with him; she sends him a box of cigars every day. However, for the most part this thirst for grandeur of some kind transcends all bounds. The patient has “as much money as there are snow-flakes on the ground.” He is going to be King of England. A palace of gold and precious stones is being built for him. The Lord is his only master. He has cured all these poor souls in the hospital. He must have “Three strokes of luck”. First to go riding with Mr. Oscar. Secondly, to be Mr. Oscar’s valet. Thirdly, everything in the whole world stands at the beck and call of himself and Mr. Oscar. All these ideas stem from the same patient and illustrate how each and every desire is considered as fulfilled, even though it has already been implicitly fulfilled by a preceding one. In another patient there is just the glimmer of

119

были скручены. Слоны и всякие звери обитают их тела. Пациент имеет человеческие существа в пальцах, которые хотят убить ее и пить ее кровь. Здоровье и красота пациента увезли уделять кому-то другому.

Бред травят также очень распространенным. Яд был введен в пищу пациента, воздуха, воды, в умывальник, одежду. Он вводится в них издалека, через рот и другие отверстия тела. Пациент был дан "первый курс соляной кислоты, фен, хлеб и мочи, чтобы поесть". Кроме того, яд, все виды отвратительно ингредиенты смешивают в еде. Суп был сделан с ванночка воды; жидкий навоз перекачивается в животе.

Понятие отравления часто обобщить. Пациент "проклят". "Если можно говорить с помощью звуковых мыслей, то проклят-проклятие это то, что нападут на человека, чем-то совершенно необъяснимым. Это время считалось, что яд состоит из человеческих и животных туш, но это, конечно, большая тайна Ватикана. Одно можно сказать наверняка, тело может быть страшно пытали его. Они говорят «мыслью-язык» не двигая губами. С помощью проклятия, можно слушать в. Это мощный допрос, проклятие, гангстер-проклятие ".

Бред преследования легко расширена, чтобы включить других людей, особенно родственников пациента. Родственники заключенных в больнице, пытали во всех отношениях, даже убивают. Если пациент остается здесь "более чем на один год и 87 недель," отец будет нога оторвана.

Мания величия касается себе очень мало либо фактов, целесообразности или мыслимости выполнения желаний человека.

Конечно, довольно часто вещи звучат довольно правдоподобно. Пациент имеет талант к математике; он будет заполнить пробелы своего образования и становятся великим математиком. Его отец имеет прекрасный бизнес, и он скоро будет богат. Видные дамы в любви с ним; она посылает ему коробку сигар каждый день. Тем не менее, по большей части это жажда величия какого-то превосходит все границы. Пациент имеет "столько денег, сколько есть снежные хлопья на земле." Он собирается стать королем Англии. Дворец из золота и драгоценных камней строятся для него. Господь является его единственным хозяином. Он устранит все эти бедные души в больнице. Он должен иметь "три удара удачи". Во-первых, чтобы кататься с г-ном Оскаром. Во-вторых, быть камердинер господина Оскара. В-третьих, все во всем мире стоит на побегушках о себе и г-н Оскар. Все эти идеи проистекают из того же пациента, и показано, как каждый желание считается выполненным, даже если он уже неявно выполнены предыдущего. В другом пациента есть только проблеск

120

proof by argument when he claims that “since he is the Lord, all the gold and silver in the world is at his disposal’’. The patients take no trouble at all about thinking these ideas through. They can be simultaneously or alternately not only the King of Britain, but Britannia herself. Another patient is the Austrian emperor, the Pope, and the Bavarian crown-prince, and at the very same time is married to a sow (really thought of as an animal, too). In some cases, the megalomania is, in a way, concealed; a patient believes her foster-daughter to be Snow White; i. e. she herself is a queen. The patient’s intelligence is remarkable. The patient “didn’t lead his class in school as much as he really deserved”. He is also the inventor or discoverer of all the machines and inventions made in the last fifty years. (That he is only twenty years old himself, does not seem to disturb him even after the discrepancy is pointed out). He is going to invent “a perpetual motion machine”, “become a soldier and conquer the world”. He also possesses a remedy against spinal cord diseases. He can fly; and refuses food because he receives manna from heaven.

In the religious sphere, the patient is a prophet or even God; and as such he has brought to the earth all the carriages in which men now ride. A woman patient “is Christ and the Lord of the World.” She is the “Highest Good” and at the same time speaks in the “name of the Highest Good”. She is the Savior’s Housekeeper, the Bride of Christ, “the five-hundredth Messiah, God’s Golden Book and must be rewarded”. The patient is like God at least inasmuch as everything which she even dares to think comes to pass at once. In women, these religious, grandiose ideas usually have an erotic character. Rarely is it simply a sublimation of sexual love in religious ideas. More frequently, there is a condensation of vague religious ideas in certain definite forms. The Lord or Savior to whom the patient is related or with whom she identifies is usually characterized by certain traits of a real man who had played some part in the patient's life. In men, religious ideas mainly represent the wish for spiritual power. Yet the “Queen of Heaven" or the “Lord’s Angels” may also be thought of as mistresses or as a harem, respectively. 14

Occasionally, providence merely plays the part of a friend in need: the patient's dead mother will help her escape on a certain night, from the hospital by means of a special heavenly dispensation; or the religious ideas may have, in women, an even more cosmic character. An illiterate seamstress “is in league with the comet of prophecy”. There are strange powers, both evil and good, floating around in the air. An idealistically

14. Poets have been aware of theae phenomena for a long time. Thus, in Gottfried Keller's "Ursula," Saint Gabriel becomes the lover and is at the same time the son, of Ursula. The venerated teacher in HmhihIJs Ihmmelfahn by Gerhart Hauptmann becomes the Savior.

120

Доказательство аргументом, когда он утверждает, что "так как он Господа, все золото и серебро в мире в своем распоряжении ''. Пациенты не несем никакой проблемы вообще о мышлении эти идеи. Они могут быть одновременно или поочередно не только король Британии, но и сама Британия. Другой пациент австрийский император, папа и баварское краун-принц, и в то же самое время женат на Соу (на самом деле думал, как животного, тоже). В некоторых случаях, мания величия есть, в некотором смысле, скрытое; Пациент считает, что ее приемного дочь, чтобы быть Белоснежка; я. е. она сама королева. Интеллект пациента замечательно. Пациент "не приведет свой класс в школе столько, сколько он действительно заслужил". Он также изобретателем или первооткрыватель всех машин и изобретений, сделанных за последние пятьдесят лет. (То, что он всего лишь двадцать лет сам, кажется, не беспокоит его, даже после того, как несоответствие указал). Он собирается изобретать "вечный двигатель", "стать солдатом и покорить мир". Он также обладает средством против заболеваний позвоночника мозга. Он может летать; и отказывается от еды, потому что он получает манну с небес.

В религиозной сфере, пациент пророк, или даже Бог; и как таковой он привел к земле все вагоны, в которых люди сейчас ездят. Женщина-пациент, "Христос и Господь Мира." Она "высшего блага" и в то же время говорит «имя высшего блага". Она Спасителя Домработница, Невеста Христа, "пятисотый Мессия, Божий Золотая книга и должна быть вознаграждена". Пациент как Бог, по крайней мере, поскольку все, что она даже осмеливается думать сбывается сразу. У женщин, эти религиозные, грандиозные идеи, как правило, имеют эротический характер. Редко это просто сублимация сексуальной любви в религиозных идей. Чаще, есть конденсация смутные религиозные идеи в некоторых определенных формах. Господь или Спаситель, к которому пациент связана и с кем она идентифицирует, как правило, характеризуется определенными чертами реального человека, который играл определенную роль в жизни пациента. У мужчин, религиозные идеи в основном представляют собой пожелание духовной силы. Тем не менее, "Царица Небесная" или "Ангелы Господни», также могут рассматриваться как любовниц или как гарем, соответственно. 14

Иногда провидение просто играет роль Друг в беде: покойная мать пациента поможет ей сбежать на определенном ночь, из больницы с помощью специального небесного устроения; или религиозные идеи могут иметь, у женщин, еще более космический характер. Неграмотный швея "в лиге с кометой пророчества". Есть странные силы, как добро и зло, плавающие в воздухе. Идеалистически

14. Поэты были осведомлены о theae явлений в течение долгого времени. Таким образом, в Готфрид Келлер "Урсула", Санкт-Габриэль становится любовником и в то же время сын, Урсулы. Почитается учителем в HmhihIJs Ihmmelfahn по Герхарт Гауптман становится Спасителя.

121

inclined patient is influenced by the powers of good. After his death he will become a spiritual and free-floating force, while the unclean, impure individual is destined to become merely a physical one.”

Various complexes could all be satisfied simultaneously, if the patient “were given four things: God, Spirit, Devil and Exorcism, that is more than any man ever possessed”; or: “All the world’s murderers wait for me; they cannot die without me." (The patient had unsuccessfully attempted suicide.) “I have more brains than any other man. All Kings pay me tribute and none can do anything to me.” (The patient is committed for trial.) “I was not born but have always existed.” One patient calls himself Solog Carl Napoleon I., because he is accompanied by Sociology. As such he is also infallible and every wish is fulfilled at once. If we refuse to release him then “every misfortune, like a wellfunctioning volcano, Venusberg, will pour itself on the hospital.” The dreamed-of greatness is very often, objectively, not nearly as desirable, great, or important as it appears to the patients; or it may be expressed so queerly that it merely gives the impression of ridiculousness. A hebephrenic is “Deus” and can live for two days on bread and water and on the third day on nothing at all. For one prophet among our patients, a brilliant star arose which led him from his bed to the toilet and back again three times. Besides that, he had the power to absolve others from their sins. A mathematics professor had to build bridges with the power God,1 God,2 God,8 etc. A schizophrenic was able to save a lady from sickness by masturbating while thinking of her, and so forth.

Usually the delusions of grandeur are combined with the delusions of persecution. Often this is already demonstrated by the fact that two parties or powers are concerned with the patient—one for, and one against him. More often the great man stands alone because a certain gang uses every possible means to prevent him from obtaining the recognition and fame that is rightly his.

During sleep his most valuable inventions are stolen, right out of his head. A hospital attendant robbed an invention from his body by touching him. He is constantly being irritated or even sent away to hamper the carrying out of his ideas. The patient is of such immense importance that in retaining him in the hospital the very source of life is being extinguished; the “sparkling organisms,” which he has in his eyes are being annihilated.

Erotic aspirations express themselves in innumerable delusions of being loved or defiled. The erotic delusions consist mostly of a mixture of grandiose and persecutory ideas. When a female schizophrenic establishes a delusion, the sexual component is hardly ever absent Indeed, it is usually prominent, although it is often disguised or concealed under what

121

склонны пациент находится под воздействием сил добра. После его смерти он станет духовным и свободно плавающий сила, в то время как нечистый, нечистый индивидуальный суждено стать лишь физическая ".

Различные комплексы все они могут быть выполнены одновременно, если пациент "дали четыре вещи: Бога, дух, дьявол и экзорцизм, то есть больше, чем любой человек когда-либо обладал"; или: "Все убийцы в мире жди меня; они не могут умереть без меня. "(пациент безуспешно пытался покончить жизнь самоубийством.)" У меня есть еще мозги, чем любой другой человек. Все Kings платить мне дань, и никто ничего не может сделать для меня. "(пациент предан суду.)" Я не родился, но существовали всегда. "Один пациент называет себя Solog Карл Наполеона I, потому что он сопровождается социологии. Как таковой, он также непогрешимым и каждое желание выполняется сразу. Если мы отказываемся отпустить то он" каждый несчастье, как хорошо функционирующей вулкана, Venusberg, выльется себя от больницы "мечтало о величии очень часто, объективно, не столь желательно, большой, или важно, как кажется пациентов;., или он может быть выражена так странно, что она просто дает впечатление нелепости. гебефренический является "Deus" и может жить в течение двух дней на хлебе и воде и на третий день на вообще ничего. Для одного пророка среди наших пациентов, яркая звезда возникла которое привело его от кровати к туалету и обратно три раза. Кроме того, он имел право освобождать других от их грехов. Профессор математики пришлось строить мосты с властью Бога, 1 Бога, 2 Бога, 8 и т.д. шизофреник удалось спасти даму от болезни, мастурбируя, думая о ней, и так далее.

Обычно мания величия в сочетании с бредом преследования. Часто это уже свидетельствует тот факт, что обе стороны или державах с пациентом, по одному на, и один против него. Чаще великий человек стоит особняком, потому что уверен, банда использует все возможные средства, чтобы предотвратить его от получения признание и известность, что по праву его.

Во время сна его наиболее ценных изобретений были украдены, прямо из его головы. Санитар ограбили изобретение от его тела, прикоснувшись к ним. Он постоянно раздражаясь или даже отослал препятствовать проведению его идей. Пациент имеет такой огромной важности, что в сохранении его в больнице очень источник жизни в настоящее время потушен; в "игристые организмы", которые он имеет в его глазах, уничтожаются.

Эротические стремления выразить себя в бесчисленных заблуждений быть любимым или осквернены. Эротические бред в основном состоят из смеси грандиозных и преследования идей. Когда женщина шизофреник устанавливает заблуждение, сексуальные компоненты вряд ли когда-либо отсутствует самом деле, это, как правило, заметным, хотя это часто маскируется или скрыты под что

122

appears to be religious or hypochondriacal delusional content. With women it is mainly a question of marrying into a higher social class and not only of love itself. In men frequently other strivings are in the foreground. Yet also here, as a rule, we meet erotic factors, whenever the patient’s delusions can be analyzed.

A working woman would like to marry her employer. The latter is in love with her but is so “oppressed” by S. (the residence of his real fiancee) that her lover cannot get near her. A male patient believes that every woman, who strikes his fancy, is in love with him. He seeks out certain amusement places, in the firm conviction that his adored one can be found there. Women give birth to 150 children every night. A sterile woman was examined as to her pelvic organs by a doctor and a policeman, both admiring her “talents”. A love-sick young woman had to hold the world all night long, and it was terribly tiring; yet, as long as there were chaste women, the world would not be lost or destroyed. A love-sick schizophrenic believes that a young girl, whom he has not seen since his schooldays or whom he perhaps saw only once from a distance, is in love with him. He climbed into a princess’ carriage and kissed her. Though he is completely lucid, he expects the Queen of Holland will come into his hospital bed which he has decorated with flowers for this occasion.

Very often the beloved one becomes the persecutor. Women especially are defiled or raped by those with whom they are more or less in love. Female patients who accuse the hospital doctors of having committed all sorts of immoral attacks upon them show an erotic attachment to the self-same physicians. In one case I saw the opposite happen; the hospital doctor who was first considered an enemy became the beloved.

Another form of negatively expressed erotic delusion is that of jealousy which, however, is not too frequent in schizophrenics unless complicated by alcoholism, and which may have still other roots.

In severe chronic cases and during transitory cloudy states, the sexual wishes of the patients are more or less completely fulfilled. They ore united with their beloved, have had so many children by him, etc.

Delusions of inferiority may assume the form of those of poverty and sinfulness. They usually belong to an intercurrent melancholic depression inasmuch as they were induced during such an episode and occasionally retained later. The delusions then have the same content as other melancholias, except that schizophrenia often tinges them with its own peculiar coloring of contradiction, incompleteness and senselessness.

The patient has robbed and murdered through negligence; has been the cause of the death of a relative; has sinned against the Holy Ghost. God has withdrawn from the patient through his belly. A republican Swiss “has committed the horrible crime of lese-majesty”.

122

по-видимому, религиозной или ипохондрического бредовые содержание. С женщинами это в основном вопрос о женитьбе на более высокий социальный класс, а не только сама любовь. У мужчин часто другие устремления на переднем плане. Тем не менее, и здесь, как правило, мы встречаемся эротические факторы, всякий раз, когда бред пациента могут быть проанализированы.

Работающая женщина хотела выйти замуж за своего работодателя. Последнее в нее влюблен, но так "задавлены" S. (резиденции его реальной невесте), что ее возлюбленный не может получить рядом с ней. Пациент считает, что каждая женщина, которая поражает его воображение, в него влюбилась. Он ищет определенные места развлечений, в твердой уверенности, что его обожаемая можно найти там. Женщины рожают до 150 детей каждый вечер. Стерильный женщина рассматривается как ее органов малого таза у врача и милиционера, и любуясь ее "таланты". Влюбленный молодой женщине пришлось держать мир всю ночь напролет, и это было ужасно утомительно; Тем не менее, до тех пор, как были целомудренные женщины, мир не будут потеряны или уничтожены. Влюбленный шизофреник считает, что молодая девушка, которую он не видел, так как его школьные или кого он, возможно, видел только один раз на расстоянии, в любви с ним. Он забрался в принцессы перевозки и поцеловал ее. Хотя он совершенно ясным, что он ожидает, королева Голландии вступает в больничной койке, которую он украшен цветами для этого случая.

Очень часто возлюбленный становится преследователем. Женщины особенно осквернены или изнасиловал тех, с кем они более или менее в любви. Пациентки, которые обвиняют врачей больницы в совершении всевозможные аморальные нападений на них показывают эротику привязанность к самостоятельной же врачей. В одном случае я видел напротив произойдет; врач больницы, который был впервые рассмотрен враг стал любимой.

Другой формой негативно выраженной эротической заблуждение в том, что ревности, которые, однако, не слишком часто у больных шизофренией, если не осложняется алкоголизма, и которые могут быть еще и другие корни.

В тяжелых хронических случаях и во время переходных пасмурные государств, сексуальные пожелания пациентов более или менее полностью выполнены. Они руды соединяется с их возлюбленные, их было так много от него детей, и т.д.

Заблуждения неполноценности может принять форму тех бедности и греховности. Они, как правило, относятся к интеркуррентным меланхолической депрессией, поскольку они были вызваны во время такого эпизода, а иногда и сохранили позже. Заблуждения то имеют одинаковое содержание, как и другие melancholias, за исключением того, что шизофрения часто окрашивает их своей своеобразной окраской противоречия, неполноты и бессмысленности.

Пациент ограбил и убил по неосторожности; была причиной смерти родственника; согрешил против Святого Духа. Бог отказался от пациента через его живот. Республиканский швейцарский "совершил ужасное преступление в оскорблении величества".

123

Occasionally we find false self-accusations based on what could as well be called memory distortions as delusional ideas. A hebephrenic saw an epileptic girl fall down in one of her convulsive attacks. He accused himself of trying to rape her; she fell during the struggle. Another became ill at the time that several fires broke out in his village. He was at first fearful that other fires would ensue. He then conceived the idea that he, himself, must start one. Finally, he accused himself of having set fire to a certain house (which turned out to be wholly intact).

The hypochondriacal ideas are of far greater importance in these patients. In many cases, particularly in the mild ones, they completely dominate the picture. A patient, bedridden for many years, complains of terrible pains which are caused mainly by outside influences. She has had a relapse because she had remained out of bed for twenty minutes instead of only her customary five minutes; or because the unloading of potatoes had caused such a racket. The use of a bit of iodine ointment provokes a host of long-persisting complaints. The patient gets “blood cramps”. Others feel themselves weak, their spirit escapes, they will never survive the day. There is a growth in their heads. Their bones have turned liquid; their hearts have turned to stone. (Change from the originally symbolic to the literal meaning.) They cannot be drowned since only their heads are alive, and all the rest of the body is dead. The patient’s wife must not use eggs in cooking, otherwise he will grow feathers. Hair is growing down his back. He has no nose anymore; he has become a rubber ball. His genitals are gone; they were destroyed by fire. His spinal marrow runs out in his sperm.

The patient’s very person is also changed in the sense of the delusional complexes. A hebephrenic H. is “son of the financier G., that is Napoleon’’. Why he is currently called H. is very puzzling to him. The catatonic K. is not named K. any more, but M. because he wants to marry M.’s daughter. Often the patients believe themselves dead. One of them has been dead three times before which does not prevent him from prophesying his imminent death and at the same time making suicidal attempts. The living and the dead, the original and the delusional personalities can exist side by side in these people. The patient is “dead and yet living”. “He is in two worlds.” “He was frozen in a bathtub, yet is still here.” A young woman (who in her delusion believed herself married to a minister) “can be switched around; at times, she is a virgin maid, at other times a married woman”. She finds this fact rather strange.

The delusion of being possessed is very commonly seen a specific type of “double personality." Nowadays we rarely see it in its ancient religious form or sense. Instead of the Devil, God may be the commanding spirit; or “God has hurled a spirit at the patient’s head. His spirit is

123

Иногда мы находим ложные самообвинений, основанные на то, что могло бы также назвать искажения памяти, как бредовые идеи. Гебефренический видел эпилептический девушка упасть в одном из своих судорожных припадков. Он обвинял себя в попытке изнасиловать ее; она упала во время борьбы. Другой заболел в тот момент, несколько пожары в своей деревне. Он был сначала боялся, что другие пожары возникли бы. Затем он зародилась мысль, что он сам должен начать один. Наконец, он сам обвиняемый в поджоге в одном доме (который, оказалось, был полностью нетронутыми).

В ипохондрические идеи гораздо большее значение в этих больных. Во многих случаях, особенно в мягких них, они полностью доминируют в картину. Пациент, прикован к постели в течение многих лет, жалуется на сильные боли, которые вызваны, главным образом, внешних влияний. Она была рецидив, потому что она осталась с постели в течение двадцати минут, а не только ее обычных пяти минут; или потому, что разгрузка картофеля вызвало такую ​​ракетку. Использование немного йода мази провоцирует множество давно упорно жалоб. Пациент получает "судороги кровь". Другие чувствуют себя слабыми, их дух уходит, они никогда не будут выживать день. Существует рост в их головах. Их кости превратились жидкости; их сердца окаменели. (Переход от первоначально символично буквальном смысле). Они не могут быть утонул, так как только их головы живы, и все остальные части тела мертв. Жена пациента не должны использовать яйца в кулинарии, в противном случае он будет расти перья. Волосы растут по его спине. Он не имеет нос больше; он стал резиновый мяч. Его гениталии ушли; они были уничтожены огнем. Его спинной мозг работает в своей спермой.

Тот человек, пациента также изменяется в том смысле, бредовых комплексов. Гебефренический H. является "сыном финансиста Дж, то есть Наполеона. Почему он в настоящее время называется H. очень озадачивает к нему. Кататоническая К. не назвал К. больше, но М. потому, что он хочет жениться на дочери О. М.. Часто пациенты считают себя мертвым. Один из них был мертв три раза, прежде чем, что не мешает ему пророчествовать его неминуемой смерти и в то же время, делая убийственные попытки. Живые и мертвые, оригинальный и бредовые личности могут существовать бок о бок в этих людях. Пациент "мертвых и еще живых". "Он находится в двух мирах." "Он был заморожен в ванне, но все еще здесь" молодая женщина (которая, в свою заблуждения считала себя замужем за министром) "может быть включен вокруг.; время от времени, она девственница горничной, в других случаях замужняя женщина ". Она считает, что это то, довольно странно.

Бред одержимости очень часто видели конкретный тип В настоящее время мы редко видим его в древней религиозной форме или чувство Вместо дьявола, Бог может быть командир дух "двойной личности.";. Или "Бог бросил дух на голове пациента. Его дух

124

then possessed.”. Now and then the patient’s sex appears altered delusion-ally. The male patient may feel himself at times, or even continually, a woman, or vice-versa. Even to-day we still see transformations into animals, but this is not often maintained in states of full lucidity. A catatonic feels himself to be a frog with a cold clammy skin. Of two other catatonics, one believed for a long period that she was a dog and often barked like one; the other insisted she was a shark. In the two cases, the meaning of the delusion is obvious — a symbolic degradation of the personality.

The patients may even come to consider themselves inanimate objects. A patient is a box. He used to be a drawing in a book, but he finally got away and came to the hospital. He is a machine.

Other people may be transformed. Demented people often find in the hospital a host of old friends and schoolmates who, as far as we know, are of no importance to the patient; or they may find people who play a role in their other delusions. The doctor really is the sweetheart, Mr. So-and-So. A ward mate is King William. A woman patient is tenderly embraced as “daughter." Often, particularly in cases of inconsequential confusion of persons, the delusion may be released by some vague resemblance. Sometimes there is complete absence of any points of reference. Frequently the patient considers his entire environment as transformed, “shammed.” We also find that people’s characteristics and station in life are being changed. The patient’s sister has become engaged. The doctor is divorced from his wife and the nurse becomes a man in disguise. The patient’s late mother continues living as a bull in his stable.

If a patient says the doctor is Count N., this confusion of persons should not be understood in the sense of a normal individual confusing persons. Patients will assume the presence of real or imaginary people in accordance with the momentary situation. A woman patient wishes to strike me because 1 am her acquaintance, Mr. R. When I protest, she says, “Don’t come here as R. Come at least as O. or P.” (“No, I prefer to come as M.”) “You can’t possibly be that person. He is an angel, a god. ...” A patient is very rude to a lady visitor. However, the patient claims that while she certainly cursed that woman, it was not aimed at her personally and should not be held against the patient.

Many other delusions cannot easily be classified under the usual categories. It may be closely related to a persecution delusion when a patient “belongs to an association where people are cut to pieces alive”. Another paranoid, while sawing wood, saws apart marriages and double beds. Without any further reason, a patient prophesied “fire and floods”. Patients also feel persecuted when it begins to rain each time they speak of weather; when a dog begins to bark whenever they do a certain thing.

124

то обладал. ". Теперь и потом секс пациента появляется изменены бред-союзника. Пациент может чувствовать себя время от времени, или даже постоянно, женщину, или наоборот. Даже в день мы все еще видим превращения в животных, но это не часто поддерживается в государствах полной ясности. Кататоническая чувствует себя лягушка с холодной липкой кожей. Из двух других catatonics, один считается, в течение длительного периода, что она была собака, и часто лаял, как один; Другое настоял, чтобы она была акула. В обоих случаях, значение заблуждения очевидна - символический деградация личности.

Пациенты могут даже прийти в себя считают неодушевленные предметы. Пациент окно. Он используется, чтобы быть рисунок в книге, но он, наконец, получил прочь и пришел в больницу. Он машина.

Другие люди могут быть преобразованы. Demented люди часто находят в больнице целый ряд старых друзей и одноклассников, которые, насколько нам известно, не имеют никакого значения для пациента; или они могут найти людей, которые играют важную роль в других своих заблуждений. Врач действительно дорогая, г-н такой-то и то-то. Уорд помощник короля Уильяма. Женщина-пациент, нежно обнял, как "дочь". Часто, особенно в тех случаях, несущественных путаницы лиц, заблуждение, может быть освобожден некоторое отдаленное сходство. Иногда есть полное отсутствие каких-либо ориентиров. Часто пациент считает всю окружающую его среду как преображается, "shammed." Мы также считаем, что характеристики и положение в жизни людей меняются. сестра пациента стала заниматься. Врач развелся со своей женой, и медсестра становится человек в масках. покойная мать пациента продолжает жить как бык в своей конюшне.

Если пациент говорит доктор граф Н., эта путаница лиц, не следует понимать в том смысле, нормального индивидуума запутанных человек. Пациенты будут предполагать наличие реальных или мнимых людей в соответствии с сиюминутной ситуации. Женщина пациент хочет ударить меня потому, 1 утра ее знакомый, г-н Р. Когда я протестую, говорит она, "Не придут сюда, как Р. Приходите по крайней мере, О. или P." ("Нет, я предпочитаю прийти, как М. ")" Вы не можете быть, чтобы человек. Он ангел, бог. ... "Пациент очень грубо посетителя леди. Тем не менее, пациент утверждает, что, хотя она, конечно, проклинал эту женщину, она была направлена ​​не на нее лично и не должны проводиться против пациента.

Многие другие заблуждения не могут быть легко классифицированы в соответствии с обычными категориями. Это может быть тесно связано с преследованием заблуждения, когда пациент "относится к ассоциации, где люди режутся на куски живых". Еще параноик, в то время как распиловки древесины, пилы, кроме браков и двуспальные кровати. Без каких-либо дальнейших причине пациент пророчествовал "Огонь и наводнения". Пациенты также, что вас преследуют, когда начинается дождь каждый раз они говорят о погоде; когда собака начинает лаять, когда они делать определенные вещи.

125

or when everyone else in the room begins to write whenever they do. This latter occurrence was ascribed to “sub terranean influences”.

The following notes have the appearance of megalomania: ‘Trees can be reconstituted from old furniture by treating the ashes with electric current.” A patient “sleeps concentratedly” thirty years in a single night; he is in two places at the same time, in his own home and in a previously visited health resort. In the hospital an attendant is the transformed woman attendant of an earlier period of hospitalization. The patient intends "to dig a hole in the ground and then ride down it on the spade and come out on the other side of the globe”. A confused catatonic refuses to swallow because each time that she does so, she swallows the whole world. A paranoid makes notes on all the foreign language quotations which appear in the newspapers in order to analyze and interpret them “by means of mental powers”. While sewing, a religiously preoccupied hebephrenic pulls the Holy Ghost out with her needle. While drinking water, a patient swallows the other patient’s devil. While cutting up beans in the kitchen, she breaks the Lord’s Prayer. A paranoid believes potatoes to be evil; blackbirds are evil animals (in a religious sense). He maintains that he masters many foreign languages perfectly but knows only a few words of two of them.

The creation of a second world is expressed in the delusion of a Russian patient for whom an identical duplicate “Russian Burgholzli” had been erected. Something similar is expressed when Burgholzli is conceived as submersible, being at times above, at other times below the earth.

A patient who had just masturbated refused to shake hands with the doctor because it might cause children to be bom in the women’s ward. Another has to prevent his family from thinking. A third complains that the doctor pulled his intestines out of his mouth and made another human being out of them. A fourth finds it very sad that so much water runs down the toilet.

The Nature of the Delusions. The delusions of schizophrenics do not necessarily represent a logical unity. Unconnected or even mutually contradictory ideas can be maintained simultaneously or appear one after the other within a short interval of time. Even related delusions are not easily combined into a logical system. Details are not connected logically even in those instances where they contain a common denominator such as persecutions by a secret society. They constitute an amorphous mass of delusional ideas, a “delusional chaos” as Schuele phrased it. There are exceptions, however, in the rare cases of paranoids whose intelligence is relatively well preserved. Furthermore, it must not be forgotten that each delusion possesses its own logical fallacies, and that the claims of each observer vary greatly in that many assume complete systematization

125

или когда все остальные в комнате начинает писать всякий раз, когда они делают. Это последнее появление было приписано «под terranean влияний».

Следующие примечания имеют вид мании величия: "Деревья могут быть восстановлены из старой мебели, рассматривая пепел электрическим током" пациент "спит сосредоточенно" тридцать лет в одну ночь;. он находится в двух местах в то же время, в своем собственном доме и в ранее посетил курорт. В больнице оператор не превращается женщина служитель раннего периода госпитализации. Пациент намерен "копать яму в земле, а затем ехать по ней на лопату и выйти на другой стороне земного шара". Смущен кататоническая отказывается глотать, потому что каждый раз, когда она этого не делает, она глотает весь мир . параноиком делает пометки на всех предложений иностранного языка, которые появляются в газетах, чтобы анализировать и интерпретировать их "с помощью умственных способностей". В то время как шитье, религиозно заняты гебефренический тянет Святого Духа с ее иглой. В то время как питьевой воды , пациент глотает дьявол другого пациента, одновременно резать бобы на кухне, она ломает Молитву Господню параноик считает, картофель злом;... дрозды злые животные (в религиозном смысле) Он утверждает, что мастера много иностранных языков отлично, но знает только несколько слов из двух из них.

Создание второй мировой выражается в заблуждение российской пациента, для которых идентично дубликат "Русский Бургхельцли" был возведен. Нечто подобное выражается, когда Бургхельцли задуман как погружные, будучи порой выше, в других случаях под землей.

Пациент, который только что мастурбировал отказался пожать руку с врачом, потому что это может привести к детям быть родившихся в женской палате. Еще есть, чтобы предотвратить его семью от мысли. Третий жалуется, что врач вытащил его внутренности изо рта и сделал другое человеческое существо из них. Четвертый считает, что очень печально, что так много воды стекает в унитаз.

Характер заблуждений. Бредовые идеи шизофреников не обязательно представляют собой логический единство. Несоединенные или даже противоречат друг другу идеи могут одновременно поддерживать или появляются один за другим в течение короткого промежутка времени. Даже родственные бред не легко объединяются в логическую систему. Подробности не связаны логически даже в тех случаях, когда они содержат общий знаменатель, таких как преследованиях со стороны тайного общества. Они представляют собой аморфную массу бредовых идей, "бредовой хаоса», как Schuele выразился. Есть исключения, однако в редких случаях параноиков, чей разум относительно хорошо сохранились. Кроме того, не следует забывать, что каждый бред имеет свои логические ошибки, и что претензии каждого наблюдателя сильно различаются, что многие предполагают полную систематизацию

126

where others find nothing of the kind. In our opinion, one should speak of a logical system only when everything is developed into a logical construction on the basis of several erroneous premises. 15 In this sense schizophrenic delusional ideas are hardly ever systematized. Rather, they are usually characterized by contradictions and infeasibilities. A hebephrenic, for some time, considered himself to be dead and buried; a negro had cut off his head; he had seen his own head lying at his feet. A patient’s woman attendant is simultaneously her brother, sister, and a third person as well.

As a matter of fact the contradictions with reality are, for the most part, hardly noted at all. An able-bodied hebephrenic is very dissatisfied with us because we do not deliver to him the many shipments which arrive for him. True, they are addressed to different names, but still they are definitely for him. Another hebephrenic patient believes himself to be Mr. S., the owner of a large factory; the only thing he lacked was the naevus (which the real owner of the factory had on his face). The patient decided he would make the naevus “in effigy” and then he would really be Mr. S.

Not only do delusion and reality exist consecutively in various states of lucidity, but they can also exist simultaneously in conditions of full consciousness where one would expect that they would be mutually exclusive. A gentleman looks at a woman patient: “Then I knew that he was the teacher, although in fact he is not.” A catatonic’s bed is a polar bear. “I lay on it and it seemed like a bed, but it was nevertheless a polar bear.” A hebephrenic writes: “The forms are nothing but the above-mentioned personalities (doctors, etc. etc.); and they must cease being in the same way in which they originated.” Here we note that the “forms” must cease but not the real people identified with them. “One or two rubber dolls” (which were created by an incubus) are identified with the beloved one who completely dominates the patient.

Many of the ideas are quite vague and indefinite. A schizophrenic does not care whether he is Pope or king. A claim for $100,000 can be identical for him with one for $10. The poisoned patient had noticed that someone put a brown powder in his soup. But during the discussion about it, he says that it may have been a liquid. “The chef put it in the food.” (“We don’t have a chef.”) “The cook, then.” (“The cook doesn’t know about you.”) “It is done on the ward, and each gets what is meant for him.” A very vague idea is concealed behind the precise words, “a brown powder”. A paranoid tells us: “I have something like a doublehead in me. Inside it is as if I were Christ or the Apostles on the Mount of

I5. Certainly erroneous premises are continuously produced in most cases. Thus, pathological self-references can support the further development of a delusional system tor decades.

126

там, где другие не найдете ничего подобного. На наш взгляд, следует говорить о логической системы только тогда, когда все развивается в логическом построении на основе нескольких ошибочных помещений. 15 В этом смысле шизофреник бредовых идей вряд ли когда-нибудь систематизированы. Скорее всего, они, как правило, характерны противоречия и infeasibilities. Гебефренический, в течение некоторого времени, считал себя мертвым и похоронили; негр отрезал голову; он видел собственную голову, лежа на ноги. Женщина дежурный Пациент одновременно ее брат, сестра, и третье лицо, а также.

На самом деле противоречия с реальностью, по большей части, практически не отмечено вообще. Трудоспособное гебефренический очень недовольны нами, потому что мы не поставляем к ним много партий, которые поступают к нему. Правда, они обращены к разным имен, но все же они, безусловно, для него. Еще гебефренический пациент считает себя г-н С., владелец крупной фабрики; Единственное, что он не хватало невус (который настоящий владелец завода было на его лице). Пациент решил, что он хотел бы сделать невус "чучело", а затем он будет действительно г-н С.

Мало того, что иллюзии и реальность существует последовательно в различных государствах ясности, но они также могут существовать одновременно в условиях полной сознания, где можно было бы ожидать, что они будут взаимоисключающими. Джентльмен смотрит на женщину с пациентом: "Тогда я понял, что он был учителем, хотя на самом деле это не так." Кровать в бессознательное является белый медведь. "Я лежал на ней, и она, казалось, как кровать, но это было, тем не менее полярный медведь." Гебефренический пишет: "Формы не что иное, как вышеупомянутые личности (врачи и т.д. и т.п.); и они должны перестать быть таким же образом, в котором они возникли. "Здесь мы отметим, что« формы »должны прекратить, но не реальных людей, выявленных с ними. "Один или два резиновых кукол» (которые были созданы с помощью Incubus) отождествляются с любимым человеком, который полностью доминирует пациента.

Многие из идей, расплывчаты и неопределенны. Шизофреник не заботится ли он папа или король. Претензии на $ 100 000 могут быть одинаковыми для него одного для $ 10. Отравлен пациент заметил, что кто-то положил коричневый порошок в его суп. Но в ходе обсуждения об этом, он говорит, что это, возможно, было жидким. "Шеф-повар положил его в пищу." ("Мы не имеем шеф-повара.") "Повар, тогда." ("Повар не знает о вас.") "Это делается в палате, и каждый получает то, что предназначено для него. "очень смутное представление скрывается за точным словам,« коричневого порошка ". Параноик говорит нам: "Я что-то вроде doublehead в меня. Внутри это как если бы я был Христос или апостолы на горе

I5. Конечно ошибочные помещения постоянно производится в большинстве случаев. Таким образом, патологические самостоятельно ссылки могут поддерживать дальнейшее развитие бредовой системы Tor десятилетий.

127

Olives. Twenty-six Apostles on the Mount of Olives are in my arms. In my head I have a tile given me by Kaiser Wilhelm." A hebephrenic goes to the railway station to meet “somebody”. Another orders “12 thick law books.”

Often various ideas will be combined in an entirely obscure arrangement. “Yet France is right. I was suddenly told in France that there is no Trinity, 4 men made God. It is only now that I recognize this as being correct and that is why I want to be released on April 24".

The ideas can remain quite fragmentary. A hebephrenic, who for years was capable of acting as the head of a pharmacy, believed that he had invented a moving picture camera. Yet all he knew about this invention was “that the respective motor elements were arranged in the form of a right angle.” White lice were thrown into a patient’s bed; and then a big black louse was tossed into her bed. She cannot describe the latter insect but includes it among the white lice. Frequently, the delusion seems senseless without being so, principally, because the patients employ inadequate symbolic or otherwise bizarre expressions. When a patient says she is the “Cranes of Ibykus", she does not always mean it in the literal sense of the normal person.What she really means is that she is “free and innocent of blame or blemish.” Therefore she ought to be “free”—that is, not confined in the hospital.

Personality and Delusion. The splitting of the personality is never more strikingly expressed than in the relation of the delusions to the remainder of the psyche. Parts of that total complex which we call the ego, the “self,” always remain alien to the delusions. This constellation accounts for the fact that the non-affected part of the ego may disbelieve and even criticize the delusions; on the other hand, the incorrigibility and senselessness of the delusions are precisely due to the fact that many associations contradictory to the delusional are simply not brought into any logical connection with it.

Thus under certain conditions the patients can laugh and joke about ideas in which at other occasions they firmly believe. This usually happens when megalomanic ideas are involved. But I have even witnessed a patient’s hearty laughter over his own delusion of persecution without the latter being corrected. Sometimes an idea which had just been expressed emphatically, may be toned down again in the next sentence. (“It was not so bad.”)

A hebephrenic made fun of himself because he, the Lord, walked between two doctors and yet did not know how to get out of the hospital. While he was a patient in another hospital, he used to make the weather, right after tea time. Here in this institution, nothing seemed to happen after coffee-time. A “King of the Whole World" himself

127

Оливки. Двадцать шесть апостолов на горе Елеонской в ​​моих объятиях. В моей голове я плитка дал мне кайзера Вильгельма. "Гебефренический идет к железнодорожной станции, чтобы встретить" кого-то ". Еще заказов" 12 толстых книг закона ".

Часто различные идеи будут объединены в совершенно непонятной организации. "Тем не менее, Франция является правильным. Я вдруг сказал во Франции, что нет Троица, 4 мужчины сделали Бог. Это только теперь, когда я понимаю, это как правильно, и именно поэтому я хочу, чтобы быть освобожден 24 апреля ».

Идеи могут оставаться весьма фрагментарный характер. Гебефренический, которые в течение многих лет был способен действовать в качестве главы аптеки, считал, что он изобрел движущаяся картинка камеры. Тем не менее, все, что он знал об этом изобретении, "что соответствующие элементы двигателя были организованы в форме прямого угла." Белые вши были брошены в постели пациента; а затем большая черная тля была брошена в ее постели. Она не может описать последний насекомое, но включает его среди белых вшей. Часто заблуждение кажется бессмысленным, не будучи так, в основном, потому, что пациенты используют неадекватные символические или иным странные выражения. Когда пациент говорит, что она является "Журавли Ibykus", она не всегда означает его в буквальном смысле нормальной person.What она на самом деле означает, что она является "свободной и невинной вины или порока". Поэтому она должна быть "свободным", то есть, не ограничивается в больнице.

Личность и заблуждения. Расщепление личности никогда не ярче выражена, чем в отношении заблуждений к остальной части психики. Части этой общей комплекс, который мы называем эго, "я", всегда остаются чужды заблуждений. Это созвездие объясняет тот факт, что незатрагиваемая часть эго может поверит и даже критиковать заблуждения; С другой стороны, некорректируемостью и бессмысленность бреда в точности из-за того, что многие объединения противоречит бредовое просто не приводят в любой логической связи с ним.

Таким образом, при определенных условиях пациенты могут смеяться и шутить об идеях, в которых в других случаях они твердо верят. Это обычно происходит, когда речь идет о megalomanic идеи. Но я даже был свидетелем сердечный смех пациента над своим мания преследования без последнем корректируется. Иногда идея, которая только что была выражена решительно, может быть снижено снова в следующем предложении. ("Это было не так плохо.")

Гебефренический высмеивали себя, потому что он, Господи, мимо двух врачей и пока не знают, как выйти из больницы. В то время как он был терпелив в другую больницу, он использовал, чтобы сделать погоду, сразу после чаепития. Здесь, в этом учреждении, казалось, ничего не произойдет после кофе-времени. "Король всего мира" сам

128

asked the question “whether all this did not sound rather fantastic.”

There are many intermediate stages between delusion and conscious fantasies, particularly in acute states. Forel’s patient. Miss L. S., gave one of the best descriptions of this phenomenon. “Bordering on the true delusional idea yet definitely distinct from it, there existed another condition throughout the entire course: half-driven by an inspiration, half-aware and half-willing, I created for myself a role which I carried on playing and reciting. I became so enwrapped in, so completely absorbed by, this role that I acted in accordance with it, without precisely believing that I was identical with the persons portrayed. Sure enough in all this, there were many gradations from the borderline of the delusional idea, perhaps from the delusion itself, to the merely exuberant or excited mood; all this happened while I was completely clear as to myself and to my surroundings or, at least, so it seemed to me.”

However, attempts at criticism are usually quite ineffective. Frequently, the patients are unable to escape the compelling force of the delusional ideas even when they themselves feel a need to overcome them. A catatonic notified the court that his illness had been diagnosed as paranoia and the apparitions as hallucinations. “Be that as it may,” the patient asserted, “there are still sufficient reasons to proceed against this gang.” It was pointed out to a hebephrenic, who had interpreted a slash in a valuable painting as an injury to herself, that this was not serious. “Naturally, it does not necessarily mean that it is serious but, I only want to know why it was done to me.”

Not infrequently the delusions are split off from the personality in such a way that they appear to the patient as a product not of his own mental activity, but rather as the resultant of the workings of another psyche. The delusional ideas are “suggested,” “manufactured”; yet, he believes them.

However, the associative isolation of the delusions is most obvious in its relation to the affectivity. The content may be in contradiction with the actual mood of the patient. The delusional content may correspond, in the same individual at the same time or at successive times, to positive or negative affects. Often the patient connects completely inadequate or no feelings at all with the delusion. Megalomanic ideas may be accompanied by an expression of despair. Tales about the most horrible persecutions are related with perfect indifference; indeed sometimes even with a smile. Or the affect may show marked variability. Thus a nurse deplored her golden spine. Later she sang happily, “I have a golden spine.”

Since the whole personality need not be involved in the delusion, and since the affects, and with them the drives do not have to corres-

128

на вопрос "является ли все это не звучало, а фантастика."

Есть много промежуточных стадий между заблуждения и сознательных фантазий, особенно в острых состояниях. Пациент Фореля. Мисс LS, дал один из лучших описаний этого явления. "Граничащей с истинной бредовой идеи еще точно отличается от него, существовало еще одно условие на протяжении всего курса: половина приводом от вдохновения, наполовину знают, наполовину готов, я создал для себя роль, которую я нес играть и читать , Я стал настолько enwrapped в, так полностью поглощается, этой роли, что я действовал в соответствии с ним, не точно, полагая, что я был идентичен с лицами, изображенными. Конечно во всем этом было много градаций от границы с бредовой идеей, возможно, из самого заблуждения, к просто буйный или приподнятом настроении; все это произошло, когда я был совсем ясно, как к себе и к моим окружением или, по крайней мере, так мне показалось ".

Тем не менее, попытки критики, как правило, довольно неэффективным. Часто пациенты не в состоянии избежать убедительные силу бредовых идей, даже если они сами чувствуют необходимость их преодоления. Кататоническая уведомил суд, что его болезнь была диагностирована как паранойя и явлений как галлюцинации. "Как бы то ни было," пациент утверждал: "Есть еще достаточных оснований возбуждать дела против этой банды." Было отмечено, в гебефренический, который интерпретируется косую черту в ценные картины как повреждение себе, что это не серьезно. "Естественно, это не обязательно означает, что это серьезно, но, я только хочу знать, почему это было сделано для меня."

Нередко в заблуждения отделилась от личности таким образом, что они появляются на пациента как продукт не по своей умственной деятельности, но, скорее, как равнодействующая работой другого психики. Бредовой идеи "предложил", "изготовлен"; Тем не менее, он считает, что их.

Тем не менее, ассоциативная изоляция заблуждений является наиболее очевидным в его отношении к эмоциональности. Содержание может находиться в противоречии с фактическим настроение пациента. Бредовое содержание может соответствовать, в той же особи, в то же время или в последовательные моменты времени, чтобы положительное или отрицательное влияние. Часто пациент соединяет полностью или недостаточно чувства на всех с заблуждением. Megalomanic идеи могут сопровождаться выражением отчаяния. Рассказы о самых страшных гонений связаны с совершенным безразличием; Действительно, иногда даже с улыбкой. Или влияет может показать заметное изменчивость. Таким образом, медсестра выразил сожаление по поводу ее золотой позвоночник. Позже она пела счастливо ", у меня есть золотой позвоночника."

Поскольку все личности нет необходимости участвовать в заблуждение, и так как влияет, и с ними диски не должны соот

129

pond to the delusion, it follows that the reaction to the delusion is frequently also inadequate. One can almost say that those actions which would follow on the basis of logic from the delusional premises are the very ones which are met with rather infrequently.

Certainly we see the persecuted patients busily cursing and complaining as they move about the hospital wards. They attack their supposed persecutors physically or with legal complaints. They seek to escape their tormentors by constant change of residence or by means of elaborate precautions or various magical practices. Occasionally, the erotomanic ones even take steps to get closer to the beloved object. A woman patient went to the theater every night for two years in order to speak to her fancied bridegroom who did not know her at all. Grapho-manic authors write as much as they are able to, and often even have as much of this material printed as their circumstances will permit. However, in comparison to the number and duration of the delusions, acts which would correspond to them in terms of normal logic are rather rare.

The apathy and the lack of interest extend to the delusions not only in the “end-state," but quite often even from their onset. One of our hebephrenic patients had long felt persecuted; but at first he was not quite sure and therefore could not act accordingly; later on he “no longer paid so much attention” to the needling, “since he felt quite sure that he was being persecuted.”

Kings and Emperors, Popes, and Redeemers engage, for the most part, in quite banal work, provided they still have any energy at all for activity. This is true not only of patients in institutions, but also of those who are completely free. None of our generals has ever attempted to act in accordance with his imaginary rank and station.

Some persecuted patients are subject merely to an occasional, quite unavailing bout of cursing; or they will commit some foolish prank and will then withdraw from those around them; but for decades they will omit all purposeful activity which according to common experience would bring them some peace and rest. Their reactions are thoroughly autistic, and unconcerned with reality.

Frequently, they behave in accordance with the trends of their delusions but without the least adaptation to reality, which they may otherwise still take into consideration. The persecuted patient may slap some passerby who is not at all involved in the patient's delusions. The sinner most earnestly demands that he be killed, without paying attention to the obvious objection that such an act would land the doctors in prison. A pious paranoid wanted to seat himself on a red hot stove and pass wind in order to drive out the evil spirit inside rite stove.

The splitting of the psyche into several souls always leads to the

129

пруд в заблуждение, следует, что реакция на заблуждения часто также недостаточно. Можно даже сказать, что те действия, которые следует выполнить следующие на основе логики от бредовых помещений те самые, которые встречаются с довольно редко.

Конечно, мы видим преследуемые пациентов деловито проклиная и жаловаться, как они двигаются о больничных палатах. Они нападают на своих предполагаемых преследователей физически или с юридическими жалоб. Они стремятся вырваться из своих мучителей постоянной смены места жительства или с помощью сложных мер предосторожности или различных магических практик. Иногда для эротомании те даже принять меры, чтобы стать ближе к любимому объекту. Женщина-пациент, ходили в театр каждый вечер в течение двух лет для того, чтобы поговорить с ней воображаемой жениха, который не знал ее вовсе. Grapho-маниакально авторы пишут столько, сколько они могут, и часто даже столько, сколько этого материала печатной их жизненных обстоятельств позволят. Тем не менее, по сравнению с количеством и продолжительностью заблуждений, акты, которые соответствовали бы их с точки зрения нормальной логики, встречаются довольно редко.

Апатия и отсутствие интереса распространяется на заблуждений не только в «конечного состояния", но довольно часто даже от их начала Один из наших гебефреническую пациентов давно чувствовал преследованиям;. Но поначалу он не был уверен, и, следовательно, мог не не действовать соответствующим образом, а в дальнейшем он "больше не выплачивается столько внимания" к пункция, "так как он был совершенно уверен, что он подвергался преследованиям."

Короли и императоры, папы, и Спасители заниматься, по большей части, в довольно банальной работы, при условии, что они по-прежнему никакой энергии вообще для деятельности. Это касается не только больных в учреждениях, но и тех, кто совершенно бесплатно. Ни один из наших генералов никогда не пытался действовать в соответствии с его мнимой ранга и станции.

Некоторые преследуемые больные подлежат лишь изредка, достаточно бесполезной бой проклятия; или они будут совершать некоторые глупую шутку, а затем выйдет из тех, кто вокруг них; а на десятилетия они будут опускать всю целенаправленную деятельность, которая в соответствии с общим опытом принесет им покой и отдых. Их реакция тщательно аутизмом, и равнодушен к реальности.

Часто они ведут себя в соответствии с тенденциями их заблуждений, но без малейшего адаптации к реальности, которую они в противном случае могут еще принять во внимание. Преследовали пациент может хлопнуть некоторые прохожего, который вообще не участвуют в заблуждениях пациента. Грешник самым серьезным образом требует, чтобы он был убит, не обращая внимания на очевидное возражение, что такая акт приземлится врачей в тюрьме. Благочестивый параноиком хотел усесться на раскаленной плите и передать ветер для того, чтобы вытеснить злой дух внутри обряда печи.

Расщепление психики на несколько душ всегда приводит к

130

greatest inconsistencies. A persecuted patient, upon release from the institution, took leave, movingly and with real emotion, of her chief tormentor who had so often wanted to kill her. The patients will confidently hand us their letters to be forwarded, in which they accuse us of the most atrocious crimes, as well as of constantly defrauding them of their mail. They curse us in the strongest terms as their poisoners, only to ask us in the very next moment to examine them for some minor ailment, or to ask for a cigarette.

Often the measures which they take as a consequence of their delusions are as illogical as the delusions themselves. They invent all sorts of magic, which does not stop at the most senseless or disgusting. The most bizarre behavior and words are used as “conjurations” to protect them against hostile influences.

At times one can partly understand the connection between reaction and delusion, even though it cannot be justified by normal reason.

A young woman was in love with a coffee merchant. Therefore, she was mocked (hallucinatorily) by the word, “coffee”; and as a result she forthwith refused to drink coffee.

In many cases, particularly in the acute agitated states, we do not find any relationship between delusion and behavior. Thus, a catatonic suddenly begins to scream, “ I am God, I am God,” strikes blindly and wildly about him and wants to ram his head through the wall.

Origin and Fate of the Delusions. The acute states are the cradle of a great many delusions. Delusions can originate, in known ways, during melancholic and manic mood disturbances; and these delusions correspond to the affect because the latter inhibits any contradictory associations and deprives them of their value. In the schizophrenic confusional states, there arises an apparently wild chaos of false notions which the patients believe in. Both kinds of ideas can survive their nascent state. They then continue to exist as “residual delusions” (Neisser), without any affective and intellectual connections, in the “secondary” stages of the disease.

The genesis of the delusions of the confusional state can only be uncovered by thorough analysis. It is somewhat easier to trace these origins in the chronic conditions than in the acute states; and it is in these chronic conditions that we first find some logical forms which may sometimes also be demonstrated in the acute confusional states.

Some delusions arise from those already existing in the patients. The unrecognized prince can, logically, look upon his parents as merely his foster-parents. But such conclusions are certainly not always drawn bv the schizophrenic.

Other elaborations are unsuccessful attempts at an explanation of

130

Наибольшие расхождения. Преследовали пациент, после освобождения из учреждения, взял отпуск, трогательно и с реальной эмоции, ее главного мучителя, который так часто хотел убить ее. Пациенты будут Уверенно стороны нам свои письма, которые будут направлены, в которых они обвиняют нас в самых ужасных преступлений, а также постоянно обманывает их от почты. Они проклинают нас в самых сильных выражениях, как и их отравителей, только обратиться к нам в следующий момент, чтобы изучить их, за исключением незначительного недомогания, или попросить сигарету.

Часто те меры, которые они принимают, как следствие их заблуждений являются же нелогично, как самих заблуждений. Они придумывают всякие магии, которая не останавливается на наиболее бессмысленным или отвратительным. Самое странное поведение и слова, которые используются как "заклинания", чтобы защитить их от враждебных влияний.

Порой можно частично понять связь между реакцией и заблуждения, даже если он не может быть оправдано нормальной причине.

Молодая женщина была влюблена в кофе купца. Таким образом, она была издевались (hallucinatorily) словом, "кофе"; и в результате она немедленно отказался пить кофе.

Во многих случаях, особенно в острых возбужденных состояниях, мы не находим никакой связи между заблуждением и поведения. Таким образом, кататоническая вдруг начинает кричать, "Я Бог, я Бог," удары вслепую и дико него и хочет таранить голову через стену.

Происхождение и судьба заблуждения. Острые состояния колыбель великого множества заблуждений. Бред может происходить в известных способах, при меланхолической и маниакальных нарушений настроения; и эти заблуждения соответствуют влияет, потому что последний ингибирует любые противоречивые ассоциации и лишает их стоимости. В шизофренией состояния спутанности, возникает кажущееся дикий хаос ложных понятий, которые пациенты верят в. Оба вида идей может пережить их зачаточном состоянии. Затем они продолжают существовать как «остаточных заблуждений" (Нейсера), без каких-либо эмоциональных и интеллектуальных связей, в «вторичных» стадиях заболевания.

Генезис заблуждений спутанности государства может быть раскрыт только путем тщательного анализа. Это несколько легче проследить эти истоки в хронических условиях, чем при острых состояниях; и именно в этих хронических заболеваний, что мы сначала найти некоторые логические формы, которые иногда также быть продемонстрирована в острых состояния спутанности.

Некоторые бредовые идеи возникают из уже существующих у пациентов. Непризнанная принц может, по логике, смотреть на своих родителей, как только его приемных родителей. Но такие выводы, конечно, не всегда обращается б.в. шизофреником.

Другие разработок неудачные попытки объяснения

131

delusional relationships. Thus we have the delusion of being transparent because everyone knows the patient’s thoughts.

Naturally, the thousands of peculiar experiences which the patient has gone through provide innumerable occasions for similar “explanation-delusions.” But the patient’s lack of need for logical thought is likewise reflected by the relative rarity of ideas of such origin. Thus the “transformation” of delusions of persecution into delusions of greatness (megalomania) is not nearly as frequent as many authorities seem to think. I have never seen cases corresponding completely to such a description (Kelp agrees with me). To the healthy mind, it appears to be quite plausible or even necessary that an individual, who has been so strenuously persecuted, must also be worthy of such an effort, but this is not a necessary conclusion for the schizophrenic. In general, megalomania can be as primary as a delusion of persecution. For the most part both forms are combined in the same patient right from the start; only their quantitative relationships change.

In the severe clinical conditions of this disease, the delusions have the tendency to spread. A patient is being poisoned; the water of the lake where he lives is consequently also poisoned. A young Protestant’s I engagement was broken because his fiancee was a Catholic. He now I believes himself to be persecuted by her and hence also by the Catholic I attendants on his ward; and then by all the attendants. A worker is accused by a discharged employee of being a spy; soon after he believes that everyone in his group also takes him for a spy; finally, this includes everybody, even his brothers. A woman insists she is persecuted by a certain gentleman; then by all men, and finally even by women. Love, too, can thus be transferred to more and more people. An old maid is in love with one of her superiors. In the hospital, she is in love with the ward physician of the moment. She is sufficiently lucid about this impersonal sort of love to be able to write to one of her so-called lovers: “Thus I will remain true to you until I know another.”

Sometimes this generalization takes the form of obscuring the distinction between the patient’s identity and that of other persons; even the difference between people and abstract ideas is wiped out. The hebephrenic who heard the voices of “singing birds” knew that his own masturbation was thus being referred to; he himself was the “singing bird.” Later he also heard the word in other connections; then the “bird-song" wanted to kill him, and was the essence of his persecution delusion. A catatonic has lightning-like thoughts which appear very strange to her. Later, she connects this idea with her feeling of being transparent: the flashes of lightning read her eyes and thus steal her thoughts.

131

бредовые отношения. Таким образом, у нас есть заблуждение быть прозрачным, поскольку каждый знает, мысли пациента.

Естественно, тысячи своеобразных переживаний, которые пациент прошел обеспечить бесчисленные поводы для подобных "объяснение: заблуждений." Но отсутствие у пациента потребности к логическому мышлению аналогичным образом отражается на относительной редкости идей такого происхождения. Таким образом, "трансформация" мании преследования в бредовых идей величия (мания величия) далеко не так часто, как многие органы, кажется, думают. Я никогда не видел случаи, соответствующие полностью таком описании (водоросли со мной согласен). Для здорового ума, это, кажется, вполне правдоподобно или даже необходимо, чтобы индивид, который был так усиленно преследуют, также должны быть достойными таких усилий, но это не необходимо заключение на шизофреником. В общем, мания величия может быть как основным, как мания преследования. По большей части обе формы объединены в одной и той же правой пациента с самого начала; только их количественные соотношения меняются.

В тяжелых клинических условиях этой болезни, бред имеет тенденцию к распространению. Пациент был отравлен; Вода в озере , где он живет, следовательно, также отравлен. Я вовлечение молодого протестантского была сломана, потому что его невеста была католичкой. Он теперь я считает себя преследуется по ней и, следовательно, также обслуживающего персонала Католик по его подопечного; а затем всеми обслуживающего персонала. Работник обвиняется в разряженном сотрудника в шпионаже; вскоре после того, считает, что каждый в своей группе также принимает его за шпиона; наконец, это включает в себя все, даже его братья. Женщина настаивает, что она преследует некий господин; то все люди, и, наконец, даже женщин. Любовь тоже можно, таким образом, передается все больше и больше людей. Старая дева влюблена в одного из своих начальников. В больнице, она находится в любви с прихода врача в данный момент. Она достаточно ясным об этом безличный вид любви, чтобы иметь возможность написать одному из своих так называемых любителей: "Таким образом, я останусь верна тебе, пока я не знаю, другой."

Иногда это обобщение принимает форму скрывая различия между идентичности пациента и у других лиц; даже разница между людьми и абстрактных идей будет уничтожена. Гебефренический, кто слышал голоса «поющих птиц" знал, что его собственная мастурбация, таким образом, идет речь; сам он был "певчая птичка". Позже он также слышал слово в других соединений; .., то "птица-песня" хотел убить его, и был Суть его преследования заблуждения кататоническая имеет молниеносной мысли, которые появляются очень странно с ней Позже она соединяет эту идею с ее чувством является прозрачным: вспышки молнии прочитать ее глаза и, таким образом, украсть ее мысли..........

132

In the above instances, the spreading of the delusion may be attributed to simple analogizing or to a generalization of the idea involved. Whoever fears a Catholic may finally fear all Catholics, and then all people. In accordance with the schizophrenic modes of association, however, all kinds of inner and outer experiences may have adhered to the delusional idea, without having either a logical or an affective connection with it. A patient hears voices through “electric wires and gas-lamps”; originally the gas-lamps had nothing to do with the voices, but seem to represent an obvious association to “electric wires.” A religious patient feels persecuted and expects help. He notices a woman walking up and down the railroad station platform. Delusion: The woman has been sent by heaven to save him. A catatonic woman had known her physician’s wife before she fell ill. The patient was worried about her release and the cost of her hospitalization. Delusion: The doctor’s wife must pay for her; and if she had not known the doctor’s wife, she would not have had to remain in the hospital.

Many times mere analogy forms the basis of the connection. A patient is bound; therefore he is Christ. He curses the police and thus considers himself the last of the Bourbons. A ward-mate in the next bed also berates the police; therefore the latter is also a Bourbon.

However, the connection may be quite incomprehensible to the healthy person. The doctor accidentally touches the patient’s nose during an eye examination: the patient rises and solemnly declares that this “was a sign from God indicating that he was chosen to be His son.” —

A hebephrenic presented with a piece of chocolate sees some letters printed on it: they are aimed at her. . . “She does not know what the letters are or what they mean. She could certainly have found out but was so angered that she immediately scratched the words out.” This disposition to delusions—the predilection for interpreting everything that happens — is constantly present. It may be attached to any accidental event. Even such pseudo-connections as the following do not invalidate this statement. “In front of my window there stands a lamp-post like the one we have home; thus once again I find something very peculiar here.” When such logical constructs no longer have any real connection with the ego and its wishes, they appear more like a game than delusional ideas. They can hardly be distinguished from similar productions of the manic: the doctor is the “optician” because he wears glasses; he wears on his finger the “Ring of the Nibelungs.”

Such analogies can be meant seriously, even when they are directed to the patient’s own personality. One of our hebephrenics identified himself with all kinds of things (“I am elder-bush,” “I am an old umbrella”) yet we could not establish symbolizations or similar processes.

132

В приведенных выше случаях, распространения заблуждения могут быть отнесены к простым аналогию или к обобщению идеи участие. Тот, кто боится католиком может, наконец, бояться все католики, а потом все люди. В соответствии с шизофренией режимов объединения, однако, все виды внутренних и наружных опыта может присоединились к бредовой идее, без либо логическое или аффективного связь с ним. Пациент слышит голоса через «электрических проводов и газовых ламп"; Первоначально газовые фонари не имеет ничего общего с голосами, но, кажется, представляют собой очевидную ассоциацию с "электрических проводов." религиозный пациент чувствует себя преследуемым и ожидает помощи. Он замечает женщина, ходить вверх и вниз по платформе железнодорожной станции. Заблуждение: женщина была отправлена ​​на небеса, чтобы спасти его. Кататоническая женщина знала жену своего врача, прежде чем она заболела. Пациент был обеспокоен ее освобождения и стоимости ее госпитализации. Заблуждение: Жена доктора должны платить за нее; и если бы она не знала жену врача, она бы не была оставаться в больнице.

Много раз лишь аналогии лежит в основе связи. Пациент границу; Поэтому он Христос. Он проклинает полицию и, таким образом, считает себя последним из династии Бурбонов. Уорд-мат в соседней кровати и ругает полицию; поэтому последняя также Бурбон.

Тем не менее, соединение может быть совершенно непонятно для здорового человека. Врач случайно коснется нос пациента во время проверки зрения: больной встает и торжественно заявляет, что это ". Был знак от Бога о том, что он был выбран, чтобы быть Его сын" -

Гебефренический представлены в шоколаде видит некоторые буквы, напечатанные на ней: они направлены на нее. , , "Она не знает, что буквы или то, что они означают. Она могла, конечно, узнал, но был так возмущен, что она сразу же царапается слова из "Такое расположение бред-за пристрастия к интерпретации все, что происходит -. Постоянно присутствует. Это может быть присоединен к любому случайного события. Даже такие псевдо-соединения, как в следующем не нарушают это заявление. "Перед моим окном там стоит фонарный столб, как тот, который мы имеем дома; Таким образом, еще раз найти что-то очень своеобразное здесь. "Когда такие логические конструкции больше не имеют никакого реального отношения к эго и его желаний, они выглядят более похоже на игру, чем бредовыми идеями. Они вряд ли можно отличить от аналогичных производств маниакально: врач "Оптик", потому что он носит очки; он носит на пальце "Кольцо Нибелунгов".

Такие аналогии можно означало серьезно, даже когда они направлены на собственной личности пациента. Один из наших hebephrenics отождествлял себя со всеми видами вещей ("Я старший куст", "Я старый зонтик"), но мы не могли установить символизации или аналогичные процессы.

133

A paranoid had once misunderstood the proper name of the village where he had asked the parson for help. In spite of repeated proof to the contrary she persisted in the use of her own distorted name of the village. These delusions are unrelated to the patients’ ego. The false conception of the village name has become delusional only because it accidentally became linked to a delusional idea. The “eccentric delusional ideas” which have no direct connection with the patient’s complexes arise in the same way.

Since some authors (e.g., Specht) have denied the occurrence of such delusional ideas, a few more examples may be offered. A hebephrenic occupies herself with heraldy. (In our part of the country it is, naturally, Allemanic heraldy.) During the Russo-Japanese War he developed the notion that the noble Japanese were of Allemanic ancestry, without bringing these ideas into any recognizable connection with his own complexes. A woman patient heard a rumbling noise: the Prince of France (who otherwise played no particular role in her ideas) has been murdered. A hebephrenic who was not concerned with the Boers in his delusional ideas, maintained one day that Cronje had been murdered. A patient declares that a ward-mate had been robbed. Another insists that one of his ward-mates has some money in the bank. These statements are made without any discernible relation to the patients’ own preoccupations. Now, one could say that such ideas are not delusions but rather errors. However, in that case one gives both ideas new ad hoc limits.

Of course, a number of delusional ideas appear to be formed like errors inasmuch as conclusions are drawn from inadequate premises. As a paranoid passes by, someone spits; hence that person wishes to show his contempt for the paranoid. A patient sometimes wakes up with a headache; therefore, she must have been beaten during the night. The far too broad conclusions reached by analogy also belong to this category.

If such false conclusions are to generate delusions, the concurrence of affective factors is of course necessary. Therefore we usually find them in the following form. The patient refers a perception, on the basis of inadequate logical reasons, to a complex which happens to be in the foreground of his interest at the time. The delusions of reference (“pathological self-reference”) can be seen in their crassest form in schizophrenia. A child passes in front of the patient; he protests, "I am not the father of this child.” Everybody is in the street because of him; each gesture of these people has some significance for him; newspaper advertisements refer to him; the storm was made especially for him; the edition of Goethe’s works in the hospital library is full of hints

133

Параноидальный когда-то неправильно надлежащего название деревни, где он просил пастора за помощью. Несмотря на неоднократные доказательства противного она упорно в использовании своей искаженной названия села. Эти заблуждения не имеют отношения к эго пациента. Ложное представление имени деревни стала бредовые только потому, что случайно оказались связанными с бредовой идеей. «Эксцентрический бредовые идеи", которые не имеют прямой связи с комплексами пациента возникают таким же образом.

Поскольку некоторые авторы (например, шпехтовость) отрицали появление таких бредовых идей, еще несколько примеров могут быть предложены. Гебефренический занимает себя с heraldy. (В нашей части страны это, естественно, Allemanic heraldy.) Во время русско-японской войны он разработал понятие, что благородные японцы из Allemanic происхождения, без чего эти идеи в любой узнаваемый связи с его собственными комплексами. Пациентка услышала грохот шум: принц Франции (которые в противном случае не играет никакой особой роли в ее идей) был убит. Гебефренический, кто не был связан с бурами в его бредовых идей, поддерживается один день, что Cronje был убит. Пациент заявляет, что отделение-помощник был ограблен. Другой утверждает, что один из его прихожан товарищей имеет определенную сумму денег в банке. Эти заявления были сделаны без какого-либо заметного отношению к собственным забот пациентов. Теперь, можно сказать, что такие идеи не бред, но, скорее ошибки. Однако, в этом случае один дает Обе идеи новые ограничения одноранговой сети.

Конечно, количество бредовых идей по всей видимости, формируется как ошибки, поскольку выводы неадекватных помещений. Как параноик проходит мимо, кто-то плюет; следовательно, человек хочет, чтобы показать свое презрение к параноиком. Пациент иногда просыпается с головной болью; Поэтому, она, должно быть, был избит в течение ночи. В слишком широкие выводы по аналогии также относятся к этой категории.

Если такие ложные выводы для создания иллюзии, совпадение аффективных факторов, конечно, необходимо. Поэтому мы, как правило, найти их в следующем виде. Пациент относится восприятие, на основе неадекватных логических причин, в комплексе, который, случается, на переднем плане его интересов в то время. Заблуждения полномочий ("патологическая ссылка на саму") можно увидеть в их самых грубых форме шизофрении. Ребенок проходит перед пациента; он протестует: «Я не отец этого ребенка." Все находится на улице из-за него, каждый жест этих людей имеет какое-то значение для него; объявления в газетах, обратитесь к ним, буря была сделана специально для него; издание работ Гете в больничной библиотеке полно намеков

134

at him and has been falsified for his sake. A still fairly lucid naturalist rejoices that the small infusoria wave to him when he looks at them through the microscope. During a meal, a catatonic is asked by his sister whether he wants some more bread; in a wild rage, he wants to stab her because she thus referred to his unemployed status (in German his “breadlessness”). In this example, it is quite clear that the releasing factor was not the entirely harmless and matter-of-fact reference to the ego, but the reference to the emotionally charged complex of the patient.

In the usual discussion of the genesis of delusions, aside from the delusions of reference, suspiciousness is considered an important source of delusional ideas. It is then regarded as a still undirected persecutory delusion which only later assumes a more definite form. One of our women patients writes: “Above all, I experience any friendliness as unpleasant. Suspicion always arises in me and I harbor it against everyone and everything.” Another expresses it even more emphatically: “One cannot trust one’s own shirt.” The feeling of discomfort in all situations which is so often present may arouse varying degrees of mistrust. (“The very walls of my house want to devour me.”) At the start of the disease, megalomaniacs usually have great hopes and great ambitions in a general, undefined and vague way. Yet in spite of all this, I would not like to establish as a principle the development of delusions from indefinite “feelings.” Indefinite ideas and pathological intellectual feelings can appear any time in the later course of the disease (the above examples of suspiciousness come from older patients) and are rather common during periods of remission.

On the other hand, the sudden appearance of sharply formulated ideas may be the first perceptible symptoms of the disease. Likewise, delusions will often develop from the definite toward the indefinite and vague. A catatonic woman patient believed during the period of her puberty that she had been engaged to a physician. Later she claimed to be the daughter of two other physicians and to have wanted to study medicine; subsequently she thought of herself as the owner of the hospital and of the Polytechnic Institute. Behind these thoughts, we can still detect the idea that she desires to marry a physician.

We cannot yet formulate any laws pertaining to the development of schizophrenic delusion. Certain possibilities may lie in the direction of wish-formation. A man who had always been avid for money and honors wants to marry a rich girl and make the family very happy. Therefore, he must divorce his wife and sacrifice his child (in the literal sense). Then he becomes Jesus, then God, finally possessor of the Hapsburg and Kyburg fortresses.

During his first attack of illness, a scientist directs great battles and

134

на него и был подделан ради него. Еще довольно ясное натуралист радуется, что малые инфузории помахать ему, когда он смотрит на них под микроскопом. Во время трапезы, кататоническая просят его сестра хочет ли он больше хлеба; в диком гневе, он хочет убить ее, потому что она, таким образом, называют его статуса безработного (на немецком его "breadlessness"). В этом примере, это совершенно ясно, что рилизинг-фактор не был полностью безвредны и ни в чем не факт, ссылка на эго, но ссылка на эмоционально заряженный комплекс пациента.

В обычном обсуждения генезиса бредовых идей, в стороне от заблуждений ведения подозрительность считается важным источником бредовых идей. Затем рассматривается как еще неориентированных Бред преследования, которые лишь позднее приобретает более определенную форму. Один из наших больных женщин пишет: "Прежде всего, я испытываю никакого удобство как неприятно. Подозрение возникает всегда во мне, и я их носителями против всех и всего "Другой выражает его еще более решительно:". Не могу доверять собственной рубашке "чувство дискомфорта в любых ситуациях, которые так часто присутствуют, могут вызвать различные степени недоверия.. ("Сами стены моего дома хотят поглотить меня.") В начале заболевания, страдающие манией величия, как правило, имеют большие надежды и большие амбиции в общем, не определено и смутно. Тем не менее, несмотря на все это, я не хотел бы, чтобы признать в качестве принципа развития бреда от неопределенных "чувства". Неопределенные идеи и патологические интеллектуальные чувства могут появиться в любое время в последующем течении заболевания (приведенные выше примеры подозрительности приходят от пожилых пациентов) и довольно часто в периоды ремиссии.

С другой стороны, внезапное появление резко сформулированных идей могут быть первые заметные признаки болезни. Точно так же, бред часто развиваются из определенного к неопределенным и расплывчатым. Кататоническая пациентка верил в период ее полового созревания, что она была помолвлена ​​с врачом. Позже она заявила, чтобы быть дочерью двух других врачей и хотел, чтобы изучать медицину; Впоследствии она думала о себе как владелец больницы и Политехнического института. За этими мыслями, мы все еще можем обнаружить идею, что она желает выйти замуж за врача.

Мы пока не можем сформулировать какие-либо законы, связанные с развитием шизофренического бреда. Некоторые возможности могут лежать в направлении пожеланий формирования. Человек, который всегда был жадный к деньгам и отличием хочет жениться на богатой девушке и сделать семья очень счастлива. Таким образом, он должен развестись со своей женой и принести в жертву своего ребенка (в прямом смысле). Тогда он становится Иисус, Бог, наконец, обладатель крепостей Габсбургов и Кибург.

Во время своего первого приступа болезни, ученый направляет большие бои и

135

makes great inventions to honor his beloved. During his second episode of illness some years after, his heart tells him that his beloved one is not married (incorrect, in fact). A certain clerk has great aspirations. A lady treats him kindly, he wants to marry her; at the time the Queen of the Netherlands figured prominently in the news; the Queen also wants to marry him. He regards his wife, who refuses to divorce him, as unfaithful to him; she wants to poison and libel him. In this case, we see the simultaneous formation of the wish and the delusion of persecution developing from the obstacles to its fulfilment.

Women frequently have delusions, first of being loved, then of getting married and finally of being pregnant. Many of them even have children by their imaginary lovers. This sort of development may take only a few weeks in twilight states, but years in more lucid cases. If the adored person is a cleric, the delusion will be further elaborated in a religious direction.

The forms of expression in which the delusional idea becomes conscious are exceedingly variable. They often appear as logical conclusions and in such cases do not differ normally from the results of healthy thinking. But quite frequently, the delusions seem to emerge “primor-dially” from the unconscious in their complete and finished form. They are simply here, without any conscious reflection and without the patient being able to say how they got into his psyche. These ideas may have the subjective quality of newness or even strangeness, or the patient may have accepted them as a matter of course as if he had never thought in any other way. Between these two extremes we frequently see the entire scale of intermediate degrees. “Those who understand only now” are particularly often found among the paranoid patients.

Even this mechanism does not necessarily always yield sharply defined delusional ideas. The delusions can appear in the form of “hunches,” “intuitions,” etc., which can persist permanently in their indefinite forms.

Most delusions become conscious in the form of sensory deceptions. Third persons reveal to the patient the conclusions of his unconscious false logic to which he subsequently may also attach explanatory delusional ideas. This state of affairs is not different in principle from memory-falsifications which introduce new material, whether those be illusions or hallucinations of memory.

At times, the whole conscious personality in a more or less altered condition of consciousness participates in building the delusion. In addition to the usual delirious confusional states, there are other states in which the patients appear lucid but have “dreamings,” or as one of our patients put it, “day-dreams." The patients’ relation to these phenomena

135

делает великие изобретения в честь своей возлюбленной. Во время своего второго эпизода болезни несколько лет после его сердце говорит ему, что его возлюбленная не состоит в браке (неверно, на самом деле). Уверен чиновник имеет большие устремления. Леди относится к нему ласково, он хочет жениться на ней; в то время королева Нидерландов видное место в новостях; Кроме того, королева хочет выйти за него замуж. Он считает свою жену, которая отказывается развестись с ним, как ему неверна; она хочет, чтобы отравить и клевета его. В этом случае, мы видим одновременное образование желанию и мания преследования, развивающиеся из препятствий на пути его выполнения.

Женщины часто имеют заблуждения, в первую быть любимым, то выйти замуж и, наконец, будучи беременной. Многие из них даже имеют детей от их мнимых любовников. Такой путь развития может занять только несколько недель в сумеречных состояниях, но годы в более ясных случаях. Если обожаемый человек священнослужитель, заблуждение будет доработан в религиозного направления.

Формы выражения, в котором бредовые идеи осознающего чрезвычайно изменчивы. Они часто появляются как логические выводы, и в таких случаях обычно не отличаются от результатов здорового мышления. Но довольно часто, бред, кажется, появляются "Приморский-диально" из сознания в их полной и готовом виде. Они просто здесь, без какого-либо сознательного отражения и без пациента будучи в состоянии сказать, как они попали в его психике. Эти идеи могут иметь субъективное качество новизны или даже странности, или пациент, возможно, приняли их как нечто само собой разумеющееся, как будто он никогда не думал, что в любой другой форме. Между этими двумя крайностями мы часто видим всю шкалу промежуточных степеней. "Те, кто сейчас понимаю только" особенно часто встречается среди параноидальных пациентов.

Даже этот механизм не обязательно всегда дают резко очерченные бредовые идеи. Бредовые идеи могут появиться в виде «озарений», «интуиции» и т.д., которые могут сохраняться на постоянной основе в своих неопределенных форм.

Большинство бред стать сознательным в виде сенсорных обманов. Третьи лица выявить у пациента выводы бессознательном ложной логики, в которой он впоследствии может также приложить пояснительные бредовые идеи. Такое положение дел не отличается в принципе от памяти-фальсификациях, которые вводят новый материал, будь то те, иллюзиями или галлюцинациями памяти.

Время от времени, вся сознательная личность в более или менее измененном состоянии сознания участвует в создании иллюзии. В дополнение к обычным бредом состояния спутанности, есть и другие государства, в которых пациенты появляются осознанные, но имеют "Дриминги", или как один из наших пациентов выразился, "сны наяву". Ношению пациентов к этим явлениям

136

is objective to the extent that they are aware of something special taking place, though they generally believe in the contents of the “dreams." The patients will also complain a little about these states. Often the development of the delusion occurs in the form of the ordinary dream. A patient, whom we had observed for many years, elaborated her delusional fable only in dreams. She knew it, but believed in it nonetheless.

A well-educated, employable, and socially adaptable patient complained one morning that I had gotten her with child while she was asleep and that I had cut it out of her arm. She knew very well that she had seen this in a dream but, nevertheless, clung to the idea. I attempted to make her understand that I was not responsible for what she dreamt, and that in reality I had not been with her during the night. My persuasiveness failed, however, when she asked me in turn, “Then why do you come in the dream?”—A teacher, in financial difficulties, awoke one night quite happy. He related that he had dreamed that his salary had been increased; this delusion persisted and marked the start of a very severe illness. A catatonic patient “has dreams, and when she awakes everything remains just as she had dreamed.” Many patients experience the same persecutions in their dreams as in their waking state; paranoid patients like to interpret this as a result of their having been put to sleep so that experiments might be performed on them. Not infrequently, hallucinations in dreams and in the waking state can no longer be kept apart.

The latter situation may also be observed in the analysis of dreams which should be carried out according to the same rules as with the non-psychotic patients. One of our paranoid patients had, over a prolonged period of time, quite undisguised wish-fulfilment dreams. If something unpleasant happened to her (rebuttal of her erotic aspirations, etc.), she would promptly dream the following night about the opposite, and would then maintain this as a delusion. 14

Occasionally the dreams may carry over into twilight state. A catatonic patient dreamed for two nights that she had a fight with her husband, who was in reality a very brutal man. During the dream, she talked aloud and stared with wide-open eyes. Similar attacks then occured first when she went to bed, and finally also in daytime.

The delusion may, of course, also change under the influence of various internal and external circumstances. Needless to say, the delusions vary with the severity of the disease (by which not merely the anatomic and physiological disease process is meant). The delusions often elaborate themselves in episodic thrusts, even when no acute attacks seem to occur.

16. Cf. The relation of schizophrenia to dreams.

136

объективное до такой степени, что они знают о чем-то особенным, происходящих, хотя они, как правило верят в содержимом "мечты." Пациенты также жалуются немного об этих состояний. Часто развитие заблуждение происходит в форме обычный сон. Пациент, которого мы наблюдали в течение многих лет, разработанная ее бредовые басни только в мечтах. Она знала это, но верил в это, тем не менее.

Хорошо образованных, трудоспособного и социально адаптированы пациент жаловался однажды утром, что я получил ее с ребенком, пока она спала, и что я вырезал ее руки. Она очень хорошо знала, что она видела это во сне, но, тем не менее, цеплялся за идею. Я попытался дать ей понять, что я не был ответственен за то, что она мечтала, и что на самом деле я не был с ней в течение ночи. Мой убедительность не удалось, однако, когда она спросила меня, в свою очередь, "Тогда почему ты пришел во сне?" - Учитель, финансовые трудности, проснулся однажды ночью вполне устраивает. Он рассказал, что он мечтал, что его зарплата была увеличена; Это заблуждение сохраняется и положило начало очень тяжелой болезни. Кататоническая пациент "есть мечты, и когда она просыпается все остается так же, как она мечтала." Многие пациенты испытывают те же гонения в своих мечтах, как в их состоянии бодрствования; параноидальных пациентов бы интерпретировать это как результат, что они были усыпили, так что эксперименты могут быть выполнены на них. Не редко, галлюцинации во сне и в бодрствующем состоянии не может больше держался в стороне.

Последняя ситуация может наблюдаться и при анализе сновидений, которые должны быть выполнены в соответствии с теми же правилами, что и с не-психотических пациентов. Один из наших параноидальных пациентов имели, в течение длительного периода времени, вполне откровенные исполнение желаний мечты. Если что-то неприятное случилось с ней (опровержение ее эротических стремлений, и т.д.), она быстро мечтать следующую ночь об обратном, а затем будет поддерживать это как заблуждение. 14

Иногда сны могут перенести в сумеречном состоянии. Кататоническая пациент мечтал в течение двух ночей, что она поругалась с мужем, который в действительности был очень жестоким человеком. Во сне она говорила вслух и посмотрел с широко раскрытыми глазами. Похожие атаки, то произошло первое, когда она пошла спать, и, наконец, также и в дневное время.

Бред может, конечно, также изменяется под влиянием различных внутренних и внешних обстоятельств. Само собой разумеется, бред варьировать в зависимости от тяжести заболевания (с помощью которых не только процесс анатомической и физиологической заболевание означает). Бредовые идеи часто вдавался себя в эпизодических направлений, даже при отсутствии острые приступы, кажется, не происходит.

16. См Отношение шизофренией мечты.

137

Often, but not always, the delusions vary parallelling the (primary) mood changes. The patient who is the Queen, in a manic phase, becomes the Queen of Night or Hell in a melancholic phase. The infinitely long tunnel through the earth seen in a state of anxiety becomes, during the euphoric mood, the patient’s technical invention. Yet such transformations are not as frequent as one would expect. For the most part, other delusions appear in the foreground with the changes of mood: the despairing sinner not only turns into a prophet, but also into a happy lover, an inventor, etc.

Delusions connected with certain localities, and people are often abandoned for some time following a change in environment. Indeed, new surroundings may be regarded at first as protective instead of as persecutory. Sometimes the delusions are simply transferred; the new ward-physician is the same persecutor or beloved as the previous doctor. In other cases, particularly where the persecutors are completely imaginary, a change of place will hardly influence the delusional ideas.

The Duration of Delusions. As “morbid notions” delusions may last a few seconds; as “fixed ideas” they may persist for a life-time. In chronic forms with only slight disturbances of intelligence, long duration is the rule, while ideas developed during acute attacks often fade away simultaneously with the acute state. A moderately ill patient who had been able to stay out of a hospital until past her climacteric had had a revelation in her twentieth year to the effect that if she remained a virgin for another thirty years, she would receive 20,000 francs. At the end of the thirty years, she went to a bank to collect the money.

Many delusions recede into the background as a result of losing their emotional valence by being monotonously repeated. They then gradually cease to influence the patient’s behavior. They recede similarly when the patients lose interest in the delusion. The patients do not correct their ideas, but simply do not think about them anymore. This process is often the beginning of the frequent “forgetting” of delusions. However, in special situations, these ideas may be brought back into consciousness by way of an appropriate association. Sometimes they may be as clear and complete as ever. At other times, they may be as vague as a blurred memory in a healthy person. Sometimes this obscurity of the old delusion constitutes the way in which the delusional ideas gradually sink into oblivion.

It is very doubtful whether schizophrenic delusions may ever be completely corrected, unlike the errors of the healthy mind or the delusions of the manic-depressive psychosis. As yet I have seen no schizophrenic who after his “cure” was completely objective about his delusions. Either the patients dismiss them lightly without real associa-

137

Часто, но не всегда, бред варьируются Параллельное изменения (первичный) настроения. Пациент, который Королева, в маниакальной фазе, становится королевой ночи или в аду в меланхоличной фазы. Бесконечно длинный туннель через землю видели в состоянии тревоги будет, в течение эйфории настроение, технической изобретения пациента. Тем не менее, такие преобразования не так часто, как можно было бы ожидать. По большей части, другие иллюзии появляются на переднем плане с изменениями настроения: отчаянный грешник не только превращается в пророка, но и в счастливую любовника, изобретатель и т.д.

Заблуждения, связанные с отдельных местностях, и люди часто бросают в течение некоторого времени после изменения в окружающей среде. Действительно, новое окружение можно рассматривать в первую очередь как защитная, а не как преследования. Иногда бред просто переведены; новое отделение-врач же преследователем или любимой, как и предыдущий врач. В других случаях, особенно там, где преследователи полностью мнимая, изменение места вряд ли повлияет на бредовые идеи.

Продолжительность заблуждений. Как "болезненных представлений" бред может длиться несколько секунд; как "фиксированных идей", они могут сохраняться в течение срока службы. При хронических формах с незначительными нарушениями интеллекта, длительность является правилом, а идеи, разработанные в ходе острых приступов часто исчезают одновременно с острого заболевания. Умеренно болен пациент, который был в состоянии остаться из больницы, пока мимо нее климакса имел откровение, в ее двадцатом году о том, что если она оставалась девственницей еще тридцать лет, она будет получать 20 000 франков. В конце тридцать лет, она пошла в банк, чтобы собрать деньги.

Многие заблуждения отступают на задний план в результате теряют эмоциональную валентность, будучи монотонно повторяется. Затем они постепенно перестают влиять на поведение пациента. Они отступают так же, когда больные теряют интерес к заблуждению. Пациенты не исправить свои идеи, но просто не думать о них больше. Этот процесс часто начало частых «забыв» заблуждений. Тем не менее, в особых ситуациях, эти идеи могут быть возвращены в сознание путем соответствующего объединения. Иногда они могут быть ясно и полно, как никогда. В других случаях, они могут быть туманная, как размытым памяти у здорового человека. Иногда это мрак старого заблуждения является способ, в котором бредовые идеи постепенно канут в Лету.

Это очень сомнительно, шизофренические бред может когда-либо быть полностью исправлены, в отличие от ошибок здорового ума или заблуждений маниакально-депрессивным психозом. Как же я не видел не шизофреник, который после его "лечения" был полностью объективным о своих заблуждениях. Либо пациенты уволить их слегка без реального связанным с этим

138

tions or they are still emotionally charged; sometimes the patients even produce thoughts which are only understandable if it is assumed that the delusions still retain some reality for these patients even though consciously they may reject them. Thus Riklin’s (612) patient, Karl B., insisted that his imaginary bride had no further significance for him, but he thought it “outrageous" that she should now appear to him as an ordinary servant girl. Sometimes the manner in which the delusion is declared to be senseless shows that in a way it is still alive; e.g., this correction is often made in the manner of a lesson learned by rote.

One of our patients, who for many years had been the Lord and had corrected this idea, nevertheless continued to write “The Lord" after his name. A professor dedicated an outstanding scientific work to his delusional mistress.

The continued existence of apparently abandoned delusions is also proved by the fact that such ideas formed in an earlier attack are as a rule taken up again in subsequent exacerbations as if nothing had happened in the meantime. Not infrequently they prove immediately upon their reappearance, to be further elaborated, so that it is probable that they have not only been active, but have continued to grow in the subconscious.

There is of course, no proof that a schizophrenic delusion can never be entirely corrected. However, the above experiences make it quite probable that such an idea always continues to lead a sort of existence in some comer of the psyche. Indeed, we see in the normal also that some ideas (religious or political), which were previously charged with emotion but were fully corrected by reason, never completely lose their influence on the individual and may completely dominate the psyche again in old age and ante mortem.

(c) The Accessory Memory Disturbances

We already mentioned the peculiar capacity of many schizophrenics to register more details than a normal person under identical circumstances. But there is also a hyperfunction of memory in the sense that during (an acute or chronic) delirium old memories going back to the earliest childhood emerge or obtrude themselves in all their freshness. In the latter case, one may almost speak of “a compulsion to remember.” These often very detailed reminiscences may seem indifferent to the patient; very often, however, they are clearly related to a complex and can then be altered in die sense of a memory-illusion. They may disappear just as suddenly as they appeared, or they may take permanent possession of die psyche. Such memories may also express themselves as hallucina-

138

Доны или они по-прежнему эмоционально; Иногда пациенты даже производить мысли, которые только понятным, если предположить, что бред по-прежнему сохраняют некоторую реальность для этих пациентов, хотя сознательно они могут отвергнуть их. Таким образом, (612) пациент Riklin, Карл Б., настаивал, что его мнимая невеста не было еще большее значение для него, но он подумал, что "возмутительно", что она должна появиться к нему как обычный служанки. Иногда манера, в которой заблуждение объявляется бессмысленные показывает, что в некотором смысле это все еще жив; например, эта поправка часто сделанные в манере урока заученные.

Один из наших пациентов, которые в течение многих лет были Господа и исправил эту идею, тем не менее, продолжал писать "Господь" после его имени. Профессор посвятил выдающиеся научные работы в своей бредовой хозяйки.

Дальнейшее существование, по-видимому заброшенных заблуждений подтверждается также тем, что такие идеи, образуемые в предыдущей атаке, как правило, принимаются снова в последующих обострений, как будто ничего не случилось за это время. Не редко они оказываются сразу после их повторного появления, чтобы быть более подробно, так что вполне вероятно, что они были не только активны, но продолжают расти в подсознании.

Там не является, конечно, не доказательство того, что шизофреник заблуждение никогда не может быть полностью устранена. Тем не менее, приведенные выше опыты делают вполне вероятным, что такая идея всегда продолжает вести своего рода существование в какой-то углу психики. В самом деле, мы видим в нормальное также, что некоторые идеи (религиозных или политических), которые ранее были предъявлены обвинения в эмоциях, а полностью исправлены по причине, никогда полностью не потерять свое влияние на человека и может полностью доминировать на психику снова в старости и анте Вскрытие.

(C) Аксессуар памяти Нарушения

Мы уже упоминали о своеобразной способности многих шизофреников, чтобы зарегистрировать более подробную информацию, чем у нормального человека при одинаковых обстоятельствах. Но есть и гиперфункция памяти в том смысле, что во время (острое или хроническое) бред старые воспоминания возвращаясь к раннего детства появляются или навязывать себя во всей своей свежести. В последнем случае можно почти говорить об этих часто очень подробные воспоминания могут казаться равнодушной к пациенту "принуждение, чтобы помнить."; Очень часто, однако, они четко относится к комплексу, и может быть изменен в экструзионной смысле памяти-иллюзии. Они могут исчезнуть так же внезапно, как и появились, или они могут взять на себя постоянную владение штампа психики. Такие воспоминания могут также проявляться и как галлюцинации

139

tions instead of as thoughts and the patient once more sees and hears his earlier experiences, at times, with great fidelity. Something similar may be observed from one attack of illness to another. In periods of remission, the contents of a past delirium may remain completely forgotten for many years, only to reappear during a later episode of the disease. During her first attack, one of our patients had given a preacher her Bible; twenty years later, in a second attack, she sent him a bill for 50 francs for it.

There is a special kind of memory operation, in which a patient is so powerfully reminded of an earlier situation by some external event that he can, at least psychically, recreate it. One of our patients had changed clinically, so that we had to consider her now as catatonic rather than, as previously, paranoid. Visited by the physician who had cared for her during her paranoid phase, she temporarily altered her behavior completely to that exhibited in the earlier paranoid phase.

In some cases, memories from childhood emerge in a more or less connected fashion. These may then induce the patient to behave accordingly. Such an infantilized patient began to deposit her feces on a piece of paper and then to take the paper to the lavatory, just as she had done as a child.

Much more important than the hypermnesias are the memory gaps or lacunae. Acute agitated episodes often leave behind them a markedly poor memory for the events of that period. However, the most frequent memory gaps or lapses arise through blockings. Just as in the healthy, only to an infinitely greater degree, events which are in contradiction to the wishes of the moment or those which for some other reason are not willingly recalled are blocked, sometimes forever, sometimes only in specific constellations. The tendency of blocks to become generalized, may delete events which are often but barely related to the original unpleasant feeling.

When the agitated state begins to subside, the patients particularly like to forget their own acts of violence, or to regard them as mere consequences of preventive measures taken against the patient. These measures, harmless and necessary as they may have been, in turn appear to the patients as gross abuse. The splitting power of the complexes has already been mentioned in relation to hallucinations. However, the entire hallucinatory excitement, together with a portion of the external events, may also be forgotten in this way. The patient may become aware of this in the following manner: “Now I am happy again and don’t get excited anymore, because after a few minutes I have already forgotten what I said.” Such affectively determined memory disturbances may also assume the form of anterograde amnesia.

139

ции, а не как мысли и пациент снова видит и слышит его предыдущий опыт, порой, с большим верности. Нечто подобное можно наблюдать из одного приступа болезни в другую. В периоды ремиссии, содержание в прошлом бред может оставаться совершенно забыл в течение многих лет, чтобы вновь появиться во время последующего эпизода заболевания. Во время своего первого нападения, один из наших пациентов дал проповедника свою Библию; Двадцать лет спустя, во второй атаке, она послала ему счет за 50 франков за него.

Существует особый вид работы с памятью, в которой пациент так сильно напомнило ранее ситуации каким-то внешним событием, что он может, по крайней мере физически, воссоздать его. Один из наших пациентов не изменилось клинически, так что нам пришлось рассмотреть ее сейчас, как кататоническая, а не, как и ранее, параноиком. Посетили врача, который заботился о ней во время ее параноидной фазе, она временно изменены ее поведение полностью, проявляемым в предыдущем параноидальной фазе.

В некоторых случаях, воспоминания из детства появляются в более или менее подключенном стиле. Они могут затем вызвать пациента вести себя соответствующим образом. Такое незрелая, инфантильная пациент начал вносить свои фекалии на листе бумаги, а затем взять бумагу в туалете, так же, как она сделала, как ребенок.

Гораздо более важным, чем hypermnesias являются провалы в памяти или пробелы. Острые взволнованные эпизоды часто оставляют после себя заметно плохая память на события этого периода. Тем не менее, наиболее частые провалы в памяти или упущения возникают вследствие блокирования. Так же, как в здоровой, только бесконечно большей степени, события, которые находятся в противоречии с пожеланиями момент или те, которые по какой-то другой причине не охотно вспоминали заблокированы, иногда навсегда, иногда только в определенных созвездий. Тенденция блоков, чтобы стать обобщается, может удалять события, которые часто, но едва связаны с первоначальными неприятное чувство.

Когда возбужденном состоянии начинает спадать, пациенты особенно хотелось бы забыть свои собственные акты насилия или рассматривать их как простые последствия профилактических мер, принятых в отношении пациента. Эти меры, безобидные и необходимо, поскольку они, возможно, были, в свою очередь, по-видимому, у пациентов, как грубые злоупотребления. Сила колки комплексов уже упоминалось в связи с галлюцинациями. Тем не менее, вся галлюцинаторно возбуждение, вместе с частью внешних событий, а также может быть забыта таким образом. Пациент может стать известно об этом следующим образом: "Теперь я счастлив снова и не волнуйтесь больше, потому что через несколько минут я уже забыл, что я сказал." Такие аффективно определенные нарушения памяти могут также принять форму из антероградной амнезии.

140

After acute and agitated phases of the disease we frequently encounter an amnesia varying widely in intensity and extent. 17 Sometimes the patients sense these lacunae and are then disposed to ascribe them to hypnosis or some other influence. Often the period they have lived through will also seem much shorter to them; or they will believe that repeated experiences, such as doctor’s visits, took place only once. Normal persons frequently cannot reproduce their dreams; in the same way, patients frequently may be incapable of recalling spontaneously their deliriums. However, the memories may emerge when they encounter something similar or when one can give them a cue. Such amnesias are not fixed, but may change. One of our catatonics, who had awakened from a twilight state, was at times unable to remember the entire episode, while at other times he could remember nothing at all. Inconsistency of memory is not rare; thus a catatonic would remember nothing about her agitated episode except an injection that had been given her; but of that she even knew the exact date. After states of “double orientation’’ both sets of events are remembered even though they are not always simultaneously accessible. One of our severest catatonics mistook his parents for demons and treated them accordingly. Upon improvement, however, he knew precisely when his parents had visited and what they had said.

It is not easy to test the memory during the acute attack itself. Where there is no real “confusion” present, one can often see that the memory has remained fairly good, although falsifications in the direction of the delusions frequently becloud recall. I have only once seen a clear case of anterograde amnesia which was not determined by complexes; it was observed in a hebephrenic who was also mildly alcoholic. She arrived at the hospital considerably agitated, was moderately clouded, and would forget most of the events of the immediately preceding days. She displaced to the day before an extensive examination which had taken place the day of her arrival at the hospital.

Paramnesias are especially frequent in schizophrenia; memory illusions often constitute the main material for the construction of delusions in paranoids. The entire previous life of the patient may be changed in his memory in terms of his complex.

A visitor appeared so aristocratic to the patient that he could only be a delegate from the Emperor. The patient was now being poisoned, exactly as he had been poisoned as a child. The patients constantly reproach us that we had recently promised them their release, whereas in reality we had said just the opposite. A patient insisted his long dead mother had told him certain things which in reality had been said by the

17. See below: memory for acute attacks.

140

После острых тревожных и фазах заболевания мы часто сталкиваемся с амнезией широко варьирует по интенсивности и степени. 17 Иногда пациенты ощущают эти пробелы, а затем утилизировать приписывать их к гипнозу или какой-либо другой влияния. Часто период они пережили также, кажется, намного короче к ним; или они будут верить, что повторные опыты, такие как посещение врача, состоялся только один раз. Нормальные человек часто не может воспроизвести свои мечты; таким же образом, пациенты часто могут быть не в состоянии вспомнить самопроизвольно их делирии. Тем не менее, воспоминания могут возникать, когда они сталкиваются с что-то подобное, или когда можно дать им подсказку. Такие амнезии не являются фиксированными, но может измениться. Один из наших catatonics, которые, пробудившись от сумеречного состояния, порой не в состоянии вспомнить весь эпизод, в то время как в других случаях он не мог вспомнить, вообще ничего. Несоответствие памяти не редки; Таким образом, кататоническая не вспомнит о ней ничего взволнованным эпизоде, за исключением инъекции, которые были признаны ее; но, что она даже знала точную дату. После государств "двойной ориентации '' оба набора событий запоминаются, даже если они не всегда одновременно доступны. Один из наших суровых catatonics принял его родителей демонов и относились к ним соответственно. При улучшении, однако, он точно знал, когда посетил его родители и что они сказали.

Это не легко проверить память во самой острого приступа. Там, где нет никакого реального "путаница" присутствует, часто можно видеть, что память осталась довольно хорошо, хотя фальсификации в направлении заблуждений часто замутнить отзыв. Я только один раз видел явный случай антероградной амнезии, которая не была определена комплексов; было отмечено, в гебефреническую, который был также мягко алкоголик. Она приехала в больницу значительно возбужден, умеренно заволокло, и забыли бы большинство событиях, непосредственно предшествовавших дней. Она смещается в сутки до обширное исследование, которое было проведено в день ее прибытия в больницу.

Paramnesias особенно часты при шизофрении; иллюзии памяти зачастую являются основным материалом для строительства заблуждений в параноиков. Вся предыдущая жизнь пациента может быть изменена в его памяти с точки зрения его комплекса.

Посетитель оказался настолько аристократично пациенту, что он мог быть только представитель от императора. Пациент теперь травят, точно так, как он был отравлен, как ребенок. Пациенты постоянно упрекают нас, что мы недавно обещал им об их освобождении, в то время как в действительности мы сказали прямо противоположное. Пациент настаивает, что его давно умерла мать сказала ему некоторые вещи, которые на самом деле было сказано

17. См ниже: память для острых атак.

141

preacher at her funeral. Frequently things are interchanged because they are equivalent in terms of the complexes. A patient became her daughter’s imminent unhappiness. For weeks afterwards, she was inconsolable because she believed she had slandered her daughter (a complex of sexual jealousy of her daughter who had just become engaged). Another patient was very annoyed with herself over her hearty appetite; some months later, she was convinced that during that time she had been unable to eat. A patient with an otherwise excellent memory sang the psalm “The Lord Is My Shepherd.” However, on the following day, she thought she had sung “On the Meadow There Ain’t no Sin.” Transitive memory illusions and other falsifications of personal relations are also frequent. Forel’s patient, L. S., thought that she had been continually transferred from one bed to another, whereas in reality it was she who constantly changed her bed against everyone’s will. The frequent false complaints of the patients that they were being agitated and attacked while they were quite peaceful are not all based on hallucinations.

Many patients find all their thoughts in print. They invented the story which they have just read, and even long ago told it to their brother. They have invented everything, and have painted certain famous pictures 600 years ago. This sort of paramnesia 18 is not at all rare in schizophrenia, and is not clearly distinguishable from the memory falsifications based on identification. For a long period of time, one of our hebephrenics believed that he had experienced exactly one year before everything that was happening. “The very same visitor in exactly the same clothes was here one year ago today and said the same things.” Another patient maintained upon admission that he had already been in this hospital once before, only he was not sure for how long. Then he suddenly remembered that he had been here twice before, once in 1893 for 10 minutes, and in 1895, overnight. However, this is not an insane asylum but the naval barracks. He also claimed that he already knew the doctor, which shows the negligible difference between many mis identifications of persons and memory falsifications based on identification.

The frequent phenomenon of actual experiences appearing to the patient as having been foretold for a specified time constitutes only a slight deviation from the abovementioned mechanism. Whatever is experienced may appear to the patient to have been foretold, be it by others or by himself. The latter seems the more common.

Real memory hallucinations are very frequent. It suddenly comes to the patient’s mind that he has experienced this or that, at this or that time. Usually, he clings as firmly to this idea as if it were a true memory;

18. A. Marie called this phenomenon "deja fait," and compared it with "deja vu" and "deja voulu."

141

проповедник на ее похоронах. Часто все меняются местами, так как они эквивалентны с точки зрения комплексов. Пациент стал неизбежным несчастьем дочери. В течение нескольких недель после этого она был безутешен, потому что она полагала, что она оклеветала ее дочь (комплекс сексуальной ревности своей дочери, которая только что обручилась). Другой пациент был очень раздражен с собой на ее аппетитом; несколько месяцев спустя, она была убеждена, что в течение этого времени она была не в состоянии съесть. Пациент с иным прекрасной памятью пел псалом "Господь мой пастырь." Тем не менее, на следующий день, она думала, что она поется "На лугу Там Разве не грех." Иллюзии памяти и переходные другие фальсификации личных отношения также часто. Пациент Фореля, LS, думал, что она была постоянно переносится из одной постели в другую, в то время как на самом деле именно она постоянно меняла свою кровать против воли каждого. Частые ложные жалобы больных, что они были взволнованным и напали, когда они были довольно мирными, не все они основаны на галлюцинации.

Многие пациенты считают все свои мысли в печати. Они изобрели историю, которую они только что прочитали, и даже давно рассказал ее брата своего. Они изобрели все, и нарисовали некоторые известные картины 600 лет назад. Этот вид paramnesia 18 вовсе не редкость при шизофрении, и не явно отличается от фальсификаций памяти на основе идентификации. В течение длительного периода времени, один из наших hebephrenics Считается, что он испытал ровно за год до всего, что происходит. "Сам же посетитель точно в той же одежде был здесь один год назад, и сказал, что одно и то же". Другой пациент сохраняется при поступлении, что он уже был в этой больнице один раз, только он не был уверен, как долго. Потом он вдруг вспомнил, что он был здесь дважды, прежде чем один раз в 1893 в течение 10 минут, и в 1895 году, в течение ночи. Тем не менее, это не сумасшедший дом, но военно-морские казармы. Он также утверждал, что он уже знал врача, который показывает незначительное различие между многими неправильной идентификации лиц и фальсификаций памяти на основе идентификации.

Частое явление практическим опытом, возникающих у пациента, как то, было предсказано в течение определенного времени представляет собой лишь небольшое отклонение от вышеуказанного механизма. То, что пережил могут появляться пациента, что было предсказано, будь то другим или сам по себе. Последнее представляется более распространенным явлением.

Галлюцинации реальной памяти очень часты. Вдруг приходит на ум пациента, которые он испытал то или это, в то или иное время. Обычно он держится твердо к этой идее, как если бы это было правдой памяти;

18. А. Мари назвал это явление "дежа свершившимся", и сравнил его с "дежа вю" и "дежа voulu."

142

as long as there is no essential improvement it continues even more firmly. A patient, who told us how her small son ran out of the house and was brought back, afterwards maintained that he had been run over. In response to our remonstrances, she then said that she did not know whether she meant that the boy was dead or alive. Delbruck mentions a patient with memory hallucinations who had written a veritable Odyssey of adventures all of which had taken place only in his memory: he was placed naked in a cage and exhibited in all the inns of the town; he was forced to perform acrobatics on church steeples and was then thrown off them. Finally, these adventures were extended all over the earth and into space. Delusions of reference can also express themselves as memory illusions and falsifications. The patient had read public notices in the newspaper that he was to come to our hospital. In most cases, the memory falsification, like the hallucinations and delusions, is related to an emotionally charged thought. Thus a patient, who was dissatisfied with his wife, suddenly thought that he had once told the attendant that he wanted to poison his wife and marry someone else. Another patient had once seen a young girl in a field. He then confessed to his minister that he had raped the girl, which was not true.

Sometimes it occurs to the patients that they had not previously thought of the imaginary event. They then seek an explanation for it: the patient had received a letter stating that in a certain place a million francs are deposited for her; then she was allegedly put to sleep so that afterwards she remembered nothing; when later it again comes to her mind, the letter has been stolen from her.

Kraepelin thought that such memory falsifications only occurred in conditions of clouded consciousness and in a state of impaired capacity for criticism. This contradicts my own experience. The patient who had those fantastic adventures was at the same time an excellent office worker. After ten years’ duration of his severe condition, during which he was completely dominated by his memory illusions and falsifications, he could again do the relatively complicated work of a salesman. He has now been at it for about 8 years.

Negative hallucinations also can be observed quite often. They are differentiated from simple exclusion in that the patients suddenly become conscious of the fact that an event has not occurred. The patient begins abruptly to curse that he has only seen his doctor once to-day, although the latter was with the patient about seven different times during the course of the day; or the patient complains that all the ward patients except himself were offered cigarettes. In reality he has at that very moment finished smoking.

Until now, in contrast to the views of some authors, I have not

142

тех пор, пока нет существенное улучшение продолжается еще более твердо. Пациент, который рассказал нам, как ее маленький сын выбежал из дома и был доставлен обратно, после чего утверждал, что он совершен наезд. В ответ на наши протесты, она тогда сказала, что она не знала, означало ли она, что мальчик был живым или мертвым. Дельбрюк упоминает пациента с галлюцинациями памяти, который написал настоящую Одиссею приключений все из которых имели место лишь в его памяти: он был помещен голым в клетке и показал во всех гостиницах города; он был вынужден выполнять акробатические трюки на церковных колоколен, а затем сбросили их. Наконец, эти приключения были расширены по всей земле и в космосе. Бред ведения можем выразить себя иллюзиями памяти и фальсификаций. Пациент читал публичные заявления в газете, что он должен был прийти к нам в больницу. В большинстве случаев, фальсификация памяти, как галлюцинации и бред, связано с эмоционально заряженной мысли. Таким образом, пациент, который был недоволен своей женой, вдруг подумал, что он как-то сказал дежурному, что он хотел отравить свою жену и жениться на другой. Другой пациент когда-то видел молодую девушку в поле. Затем он признался своему министру, что он изнасиловал девочку, которая не соответствует действительности.

Иногда это происходит с пациентами, что они не были ранее считались мнимой события. Затем они ищут объяснения этого: пациент получил письмо о том, что в определенном месте миллиона франков на хранение для нее; Затем она якобы усыпили, чтобы после этого она ничего не помнит; Когда позже он снова к ней приходит, письмо было похищено у нее.

Крепелин считал, что такие фальсификации памяти произошло только в условиях облачным сознании и в состоянии нарушенного способности к критике. Это противоречит моему собственному опыту. Пациент, который имел эти фантастические приключения в то же время отлично служащего. После десятилетний период его тяжелом состоянии, во время которого он был полностью во власти своих иллюзий памяти и фальсификаций, он мог снова сделать относительно сложную работу продавцом. В настоящее время он был в ней около 8 лет.

Отрицательные галлюцинации могут также наблюдаться довольно часто. Они отличаются от простого исключения в том, что пациенты вдруг осознать тот факт, что событие не произошло. Пациент начинает резко ругать, что он видел только своего врача один раз, чтобы сегодня, хотя последний был с пациентом о семи различных раз в течение дня; или пациент жалуется, что все прихода пациентов, кроме самого были предложены сигареты. На самом деле он имеет в этот самый момент закончил курить.

До сих пор, в отличие от мнения некоторых авторов, я не имею

143

observed confabulation as it appears in organic cases; e.g., memory hallucinations which fill in memory gaps which at first appear at a (usually externally) given moment and mostly adapt themselves to such an occasion; indeed, their content may be influenced in accordance with it. The case cited by Neisser (519a) could not be fully observed, but it was certainly not a question of confabulation, but rather of an ordinary memory hallucination.

On the other hand, we may see some pseudologia phantastica in the sense of a hysteriform wish-formation. If it is very pronounced and accompanied by unimpaired consciousness, it almost always indicates a complication.

(d) The Person

The ego may undergo the most manifold alterations. Loss of the feeling of activity and, particularly, the inability to direct one’s thoughts robs the ego of some essential components. The process of association travels along unusual pathways. Everything may seem different; one’s own person as well as the external world, and indeed usually in a completely unclear manner, so that the patient hardly knows any more how to orient himself either inwardly or outwardly. Parasthesias of bodily sensations may further complicate the auto-psychic orientation. Thus it may happen that a very intelligent patient needs hours of strenuous inner effort “to find her own ego for a few brief moments.” The patients “can’t catch up with themselves”; they “have lost their individual self.” A certain patient had to look continually for his own body. Since any part of the ego may split off and, on the other hand, since entirely alien concepts may be attached to it, the patients become “depersonalized.” The person “loses his boundaries in time and space.” The patients may identify themselves with some other person, even with inanimate objects, with a chair, with Switzerland ; 19 conversely, they may lose all connection with themselves. Single emotionally charged ideas or drives attain a certain degree of autonomy so that the personality falls to pieces. These fragments can then exist side by side and alternately dominate the main part of the personality, the conscious part of the patient. However, the patient may also become a definitely different person from a certain moment onwards.

Thus the patient may not only permanently feel himself to be the Emperor but he may also have lost his entire past. To be sure, he usually still knows what he has formerly experienced, but he ascribes it to another person; he himself has not experienced it. His past is an entirely different one, usually not very clearly reconstructed.

19. Such identifications ate at times thought of in the literal sense, and at ocher times symbolically or in some other unreal sense.

143

Наблюдаемый болтовня, как он появляется в органических случаев; галлюцинации, например, память, заполняющие пробелы памяти, которые, на первый взгляд на (обычно внешне) данный момент и в основном приспосабливаться к такому случаю; В самом деле, их содержание может зависеть в соответствии с ним. Дело цитируется Нейсером (519A), не может быть полностью соблюдены, но это было, конечно, не идет о выдумка, а обычного галлюцинации памяти.

С другой стороны, мы можем увидеть некоторые pseudologia phantastica в смысле hysteriform пожеланий формирования. Если очень выражены и сопровождаются незатронутым сознания, это почти всегда указывает на осложнение.

(D) Лицо,

Эго может пройти самые разнообразные изменения. Потеря чувства деятельности, и особенно неспособность направить свои мысли лишает эго некоторых основных компонентов. Процесс объединения движется вдоль необычных путей. Все может показаться различны; свое собственное лицо, а также внешний мир, и в самом деле, как правило, в совершенно неясной манере, так что пациент вряд ли знает больше, как ориентировать себя либо внутрь или наружу. Parasthesias телесных ощущений может еще больше осложнить авто-психической ориентации. Таким образом, может случиться, что очень умный пациент нуждается часов напряженной внутренней усилий Пациенты "не может догнать себя" ", чтобы найти ее собственное эго на несколько коротких мгновений."; они "потеряли свою индивидуальную сущность." конкретного пациента пришлось искать постоянно его собственного тела. С любой части эго может разделить с и, с другой стороны, так как совершенно чуждо концепции могут быть присоединены к нему, пациенты становятся "обезличенной". Человек "теряет свои границы во времени и пространстве». Пациенты могут идентифицировать себя с какой-то другой человек, даже с неодушевленными предметами, со стулом, со Швейцарией; 19, наоборот, они могут потерять всякую связь с собой. Холост эмоционально заряженные идеи или диски достичь определенную степень автономии, так что личность распадается на части. Эти фрагменты могут затем существовать бок о бок и поочередно доминируют основную часть личности, сознательной части пациента. Тем не менее, пациент может также стать, безусловно, отличается человек от какой-то момент года.

Таким образом, пациент может не только постоянно чувствовать себя император, но он также может потерять всю свою прошлое. Чтобы быть уверенным, что он, как правило, до сих пор знает, что он ранее испытывал, но он приписывает его другому лицу; он сам не испытал его. Его прошлое совсем иначе, как правило, не очень ясно реконструирован.

19. Такие идентификации ели порой думали в буквальном смысле, и в охры раз символически или в какой-либо другой нереальной смысле.

144

A Swiss citizen, J. H., employed in a Paris business firm £., came to the Charenton Hospital in 1877. He no longer knew who he was; once he even signed himself as Midhat Pasha. He thought he had been born in 1870 in Charenton and had not eaten in seven years. While there, he had been “pinched from his chest to his feet, and down his back to his ankles, because he was a triple organism.” A certain J. H. was indeed employed by the firm E. and placed by them in the Montparnasse Almshouse. There he was thrown on a bed and sustained a head injury. Mr. E. notified J. H.’s brother; the latter had, by mistake carried off the patient instead of the real J. H., and thus it was that the patient lived under this name in the Rheinau Hospital. Such was this patient’s conception. He had distributed his life experience between two personalities and to complete one of these (his present one) he invented a few facts (such as the birth in Charenton, the name of Midhat Pasha, etc.). A certain Mrs. S. who was brought in from police detention, was not Mrs. S.; the real Mrs. S. was at home, working in the vineyard according to the patient.

Naturally such patients must speak of themselves in one of their two versions or they may speak in the third person of the other two. This sort of reference is here not merely an unusual or awkward figure of speech such as we may find in mental defectives or in children, but is the expression of a real alteration in personality. But even when such a splitting cannot be demonstrated, a patient may speak of himself only in die third person. Usually he designates himself by one of his several names. I do not know yet quite how these cases are to be understood. 20 One of our chronic catatonics persistently spoke of herself in the second person singular.

In general, a complete alteration of personality is associated with severe degrees of so-called dementia.

In milder cases, the patients are at one time an imaginary person, at another the real one. The imaginary personality may always be the same one or it may assume different forms. Some of these patients are at any one time so consistently and completely the one personality or the other, that they do not even think of the other person when they assume the part of one; the person whom they represent at the moment is considered as the natural one. Other patients may become conscious of the change. A woman patient may be “switched, from a virgin to a married woman.” Another woman is “a man named Bauman, and then again myself.” For the most part, the different conceptions are mixed up in an irregular way, occasionally even in the very same sentence.

The delusion of sex transformation also alters the personality.

20. I am, of course, not including those cases where there is simply the use of a figure of speech.

144

Гражданин Швейцарии, JH, занятых в Париж торговая фирма Е, пришли в больницу Charenton в 1877 году уже не знал, кто он такой; Однажды он даже подписал себя как Мидхат-паша. Он думал, что он родился в 1870 году в Шарантоне и ничего не ел в течение семи лет. Находясь там, он был "зажат у него из груди на ноги, и вниз по его спине по щиколотку, потому что он был в три раза организм." Уверен, JH действительно работают фирмой Э. и размещенная ими в квартале Монпарнас богадельни , Там он был брошен на кровати и получил травму головы. Г-н Е. уведомление брата Дж Х. в; Последнее было по ошибке унес пациент вместо реальной JH, и, таким образом, это было то, что пациент жил под этим именем в больнице Rheinau. Такова была концепция этого пациента. Он раздал жизненный опыт между двумя личностями и завершить один из них (его настоящее один), он изобрел несколько фактов (например, как рождение в Шарантоне, имя Мидхат-паша, и т.д.). Уверен г-жа С., который привезли из полицейского задержания, а не миссис S .; реальный миссис С. был у себя дома, работая на винограднике в зависимости от пациента.

Естественно, что такие пациенты должны говорить о себе в одном из своих двух версиях, или они могут говорить в третьем лице двух других. Такого рода ссылки здесь не просто необычным или неловко фигура речи, такие, как мы, возможно, найти в умственно отсталых или у детей, но выражение реального изменения в личности. Но даже если такое разделение не может быть доказано, пациент может говорить о себе только в штампа третьего лица. Обычно он называет себя одним из его нескольких имен. Я еще не знаю, как эти случаи должны быть понятны. 20 Один из наших хронических catatonics настойчиво говорил о себе во втором лице единственного числа.

В общем, полное изменение личности связана с тяжелой степени так называемой деменции.

В более легких случаях больные одновременно воображаемым собеседником на другом реальной. Мнимая личность всегда может быть тот же самый, или она может принимать различные формы. Некоторые из этих пациентов в любой момент времени, так последовательно и полностью одной личности или друга, что они даже не думают о другом человеке, когда они берут на себя часть одного; человек, которого они представляют в настоящее время рассматривается как естественной. Другие пациенты могут осознать изменения. Женщина пациент может быть "включен, от девы к замужней женщине." Другая женщина является "человек по имени Баумана, а затем снова себя." По большей части, создаются концепции смешалось в нерегулярным образом, иногда даже в том же предложении.

Заблуждение секс трансформации также изменяет личность.

20. Я, конечно, не в том числе тех случаях, когда есть просто использование фигуры речи.

145

The lack of a sense of reality may also extend to the personality itself. A patient "is not really herself, she is merely a reflection of herself.” Another finds it quite remarkable that “Often she is not here, and yet is here."

Not infrequently, a part of the personality detaches itself and is then attached to another person (transitivism). 21 Whatever the patient does or hallucinates, is an experience of another person.

A patient often claimed that she had holes in her hands and was halfblind; now she maintains the attendant also has holes in her hands and is half-blind. Many patients believe their relatives are mentally ill; or, even more frequently, they believe them at last to have been committed to the mental institution; or these relatives are receiving electro-therapy like themselves. A patient strikes himself twenty times, thinking that he is striking his enemies. Another patient screams, but thinks that it is his neighbor who is screaming. A third one speaks in a confused way but accuses the doctor of being unable to express himself clearly; her eye glasses do not fit, so she says to him: “What awfully silly glasses you are wearing!” Frequently the patients will blame their surroundings or attendants for what they themselves have done. A patient hits the attendant on the head and screams, “Oh, my poor little head!” Another seeing the attendant, calls out, “There goes the maid with the lantern. I am the maid with the lantern.”

There is a slight difference when the patient believes that other people have taken and are using his name. There is a transitivistic component in that very common answer to a given question: “I didn't ask you.” It may be considered as a kind of semi-transitivism when a patient is not quite clear as to whether people or his hallucinations influence him, or whether he influences them; indeed, he does not care which way it works; the direction of his actions from himself or to himself, and hence the persons involved, is not clearly distinguished.

A hebephrenic thinks that whatever he does (for example, scratching his face) is being done by another person; it is always a person whom he happens to see at the moment. During such activity he feels he is that person, though he may not be quite sure.

In this instance, there was not only an act “transitively” displaced onto another person, but that person was reflexively incorporated in the patient. Such cases of appersonation sometimes occur without the transitivistic phenomena. The patient believes he is going through the actions or experiences of another person.

A woman was taking care of her husband who was ill with intestinal

21. A patient of L. Binswanger claimed that other people possessed certain parts bis personality. This is a preliminary stage of transitivism.

145

Отсутствие чувства реальности может также распространяться на самой личности. Пациент "на самом деле не она сама, она просто отражение себя." Другой считает весьма примечательно, что "Часто она не здесь, и еще здесь."

Нередки случаи, когда часть личности отделяется и затем прикрепляется к другому лицу (transitivism). 21 Независимо от пациента делает или галлюцинации, это опыт другого человека.

Пациент часто утверждали, что она была отверстий в руках и был halfblind; теперь она поддерживает дежурный также имеет отверстия в ее руках, и наполовину ослеп. Многие пациенты считают, что их родственники психически больны; или, что еще чаще, они считают, их, наконец, были совершены в психиатрическую больницу; или эти родственники получают электро-терапия, как они сами. Пациент ударяет себя по двадцать раз, думая, что он поражает своих врагов. Другой пациент кричит, но считает, что это его сосед, который кричит. Третий говорит смутно, но обвиняет врача будучи не в состоянии выразить себя четко; ее очки не подходят, так что она говорит ему: "Что ужасно глупо очки вы носите" Часто пациенты будут обвинять своё окружение или обслуживающий персонал за то, что они сами сделали. Пациент парад дежурного по голове и кричит: "О, бедная моя голова!" Другой видя Бортпроводник, кричит, "Там идет уборка с фонарем. Я горничная с фонарем ".

Существует небольшая разница, когда пациент считает, что другие люди взяли и используют его имя. Существует transitivistic компонент в этом очень распространенный ответ на данный вопрос: "Я не прошу вас." Это можно рассматривать как своего рода полу-transitivism, когда пациент не совсем ясно, как к людям или его галлюцинации, влияют ли его, или он воздействует на них ли; В самом деле, он не заботится, каким образом она работает; Направление свои поступки с самого себя или к себе, и, следовательно лиц, участвующих, не четко выделяются.

Гебефренический считает, что все, что он делает (например, почесывая лицо), что делается другого лица; это всегда человек, которого он случайно видит в данный момент. Во время такой деятельности он чувствует, что он в том, что человек, хотя он может быть не совсем уверен.

В этом случае, не было не только акт "транзитивно" перемещенных на другого человека, но человек был рефлекторно включены в пациента. Такие случаи appersonation иногда происходят без transitivistic явлений. Пациент считает, что он переживает действий или переживаний другого человека.

Женщина заботится о муже, который был болен кишечника

21. Больной Л. Бинсвангер утверждает, что другие люди обладают определенным частям бис личность. Это предварительный этап transitivism.

146

cancer, and came to believe she had the same malady. A patient’s neighbor died; the patient thinks that he himself has died and covers his face with the sheet. Particularly frequently, the patient has done things which just happened or which others have done (sentiment du deja fait, etc., cf. accessory memory disturbances). During a thunderstorm, the patient believes he, not God, is punishing his persecutors. Things seen may likewise be appersonated: the chief attendant holds a black-bordered letter in his hands, hence the patient’s hands become completely black.

The above instance of appersonation was favored by this patient’s obsessive thoughts of sin and death. In general, the splitting of the personality takes place, essentially, in accordance with its affective complexes. The hallucinated persons are indeed never anything but personified and projected fragments of his own personality; the patient’s various personalities (Emperor, Mother of God) represent nothing else.

Often, however, these relationships are more complicated. A female patient adores both a music teacher ( a woman) and a minister. Occasionally she identifies with both. 22 In her hallucinations the patient obtains sexual satisfaction from the minister. But occasionally, she sees the music teacher and the minister in a sexual embrace, and this arouses tremendous excitement in herself. Thus she has projected both her wishes, to be the teacher and to marry the minister, by means of her transidvisdc hallucinations. Marie (p. 45) reports a case in which after an alteradon of the personality, the discarded personality became the hallucinated persecutor.

Personality transformations during twilight states need no special description. Less attention has been paid to similar changes occurring during the frequent fits of rage. The patient, with whom one has just had a pleasant talk, suddenly becomes agitated, says what otherwise he does not believe, and distorts his logic entirely in terms of his anger. He is an entirely different person, only to return shordy to his former state. The affectively charged fantasy may, conversely, turn a nega-tivistic, irritated creature at least temporarily into a social person. I address a sulking patient as a bride and woman (not as my bride or woman); this reminds her of her delusionally fulfilled hopes and she responds to my greeting with a friendly handshake and begins to chat with me. Similarly, autistically preoccupied patients may become accessible during a visit or by an allusion to a complex, etc. These patients may change toward the same person, from one moment to the next, and this switch of personality is entirely internal. The patient may rage

22. The same thing occurs very frequently in the dreams of normal people. Cf.

Kraffts - Ebing patient who could only love women who limp and could not resist the impulse to imitate such women.

146

рак, и пришел к выводу, что она была такая же болезнь. Соседом пациента умерли; Пациент думает, что он сам умер, и закрывает лицо с листа. Особенно часто, пациент сделал вещи, которые только что произошло, или которые сделали другие (настроения дю дежа свершившимся, и т.д., нарушения ср аксессуар памяти). Во время грозы, пациент считает, что он не бог, а наказывает его преследователей. Вещи видели также может быть appersonated: главный служитель имеет черный каймой письмо в руках, значит, руки пациента становятся совершенно черными.

Выше пример appersonation высказалось в поддержку навязчивых мыслей этого пациента греха и смерти. В общем, расщепление личности происходит, по существу, в соответствии с его аффективных комплексов. В галлюцинаторные человек действительно никогда ничего, но олицетворял и прогнозируемые фрагменты своей личности; различные личности пациента (император, Матерь Божия) не представляют ничего.

Часто, однако, эти отношения являются более сложными. Пациентка обожает как учитель музыки (женщина) и министра. Время от времени она идентифицирует себя с обоих. 22 В своих галлюцинаций больной получает сексуальное удовлетворение от министра. Но иногда, она видит учителя музыки и министр в любовных объятиях, и это вызывает огромное волнение в себе. Таким образом, она прогнозирует, как ее желания, быть учителем и жениться на министра, с помощью ее transidvisdc галлюцинации. Мари (стр. 45) сообщает о случае, в котором после alteradon личности, отбрасывается личность стала галлюцинации гонитель.

Личность превращений при сумеречных состояниях не нуждаются в специальной описание. Меньше внимания уделялось подобных изменений, происходящих во время частых приступов ярости. Пациент, с которым только что был приятный разговор, вдруг становится взволнованным, говорит, что в противном случае он не верит, и полностью искажает его логику с точки зрения его гнева. Он совсем другой человек, только чтобы вернуться shordy его в прежнее состояние. Аффективно заряженных фантазия может, наоборот, превратить Нега-релятивистского, раздраженную существо, по крайней мере временно в социальной личности. Я обращаюсь к дуется пациента, как невесту, и женщина (не в качестве моего жениха или женщины); это напоминает ей о ее delusionally отработавших надежде, и она реагирует на мое приветствие с дружественным рукопожатием и начинает общаться со мной. Кроме того, autistically озабоченные пациенты могут стать доступными во время визита или намек на комплекс и т.д. Эти пациенты могут смещаться в сторону и тем же лицом, от одного момента к другому, и этот переключатель личности является полностью внутренней. Пациент может бушевать

22. То же самое происходит очень часто в снах нормальных людей. См

Kraffts - Эбингом пациента, который может любить только женщин, которые не двигалась и не могла сопротивляться импульс для имитации таких женщин.

147

at his wife only to embrace her in the very next moment as his dear one and to beg her "to save his life.”

In a few cases the “other” personality is marked by the use of different speech and voice. The patient converses normally with his doctor, but intermittently lapses into confused neologisms and a strange tone of voice, or whispers asides to his “ voices " In such cases the changes of personality may occur every few seconds. Some patients may be constantly preoccupied with their hallucinations during conversation or reading; they may answer them softly, and yet have simultaneously as exact a perception of reality as an attentive normal person. For example, the patients may retain in detail a story read to them. Thus we have here two different personalities operating side by side, each one fully attentive. However, they probably are never completely separated from each other since one may communicate with both. Personality too has its “multiple bookkeeping.” In conversation, a patient may completely ignore or misunderstand any of our arguments and yet interpret them correctly at some later time.

(e) Speech and Writing

In the mildly sick patient, linguistic expression as such is, for the most part, normal. These patients express their normal or pathological ideas, orally and in writing, in the same way as the normal person. However, in the cases in our care, more or less marked abnormalities are frequently present.

Blocking, poverty of ideas, incoherence, clouding, delusions, and emotional anomalies are expressed in the language of the patients. However, the abnormality does not lie in the language itself, but rather in its content.

The impulse to speak has frequently undergone a change. Many patients talk a great deal, often indeed continuously. For the most part, they do not thereby want to convey anything to, or communicate with their environment. Their thoughts are transformed into speech, without relation to the environment. Or such a relation may be entirely one-sided, as when a patient asks a question which is somewhat suited to his interlocutor but shows no need for an answer; he gives us no time for one, nor does he listen. The presence of a person often serves as a stimulus to mere speech activity, not as a motive for saying something. Many patients are constantly uttering chains of words; they talk but do not say anything. 23

23. Speech, like any other activity, may proceed automatically or compulsively. In such cases its content is usually also pathological; coprolalia, for example, is not infrequent

147

на жену только, чтобы обнять ее в следующий момент, как его дорогой друг и прошу ее ", чтобы спасти свою жизнь."

В некоторых случаях "друга" личность характеризуется использованием различных речи и голоса. Пациент беседует как правило, с его врачом, но с перерывами впадает в запутанных неологизмов и странно тон голоса, или шепчет Резервы на его «голоса» в таких случаях изменения личности могут происходить каждые несколько секунд. Некоторые пациенты могут быть постоянно заняты своими галлюцинации во время разговора или чтения;.. они могут ответить на них мягко, и в то же обладающие одновременно как точная восприятия реальности, как внимательный нормального человека, например, пациенты могут сохранять подробно историю, чтобы читать их Таким образом, мы имеем здесь две разные личности Операционная бок о бок, каждый полностью внимательный. Однако, они, вероятно, никогда не полностью отделены друг от друга, так как можно общаться с обоими. Личность тоже имеет свою "Несколько бухгалтерского учета." В беседе, пациент может полностью игнорировать, или неправильно истолковать любой из наших Аргументы и еще интерпретировать их правильно через некоторое время.

(Е) устной и письменной речи

В слегка больного пациента, языковой выражение как таковой, по большей части, нормально. Эти пациенты выражают свои нормальные или патологические идеи, в устной и письменной форме, так же, как нормальный человек. Тем не менее, в тех случаях, в нашей помощи, более или менее выраженные нарушения часто присутствуют.

Блокирование, бедность идей, несогласованность, помутнение, бред, и эмоциональных аномалий выражаются на языке пациентов. Тем не менее, ненормальность не в самом языке, а в его содержании.

Импульс говорить часто претерпели изменения. Многие пациенты много говорят, часто действительно непрерывно. По большей части, они при этом не хотите передать что-либо, или общаться с окружающей их средой. Их мысли превращаются в слова, без связи с окружающей средой. Или такое отношение может быть полностью односторонним, так как при пациент задает вопрос, который несколько подходит к своему собеседнику, но не показывает необходимость ответа; он не дает нам времени для одной, ни он слушает. Присутствие лица, часто служит стимулом для простого речевой деятельности, а не в качестве мотива что-то говорил. Многие пациенты постоянно произнося цепи слов; они говорят, но ничего не сказал. 23

23. Речь, как и любой другой деятельности, может происходить автоматически или принудительно. В таких случаях его содержание обычно также патологическое; Копролалия, например, нередки случаи,

148

Conversely, there are other patients who will not talk at all (mutism).

Some will not write, no matter how great the opportunity. From some we may obtain only oral answers; from others, only written ones; and from still others, no answer at all. Between oral and written mutism and constant chattering and scribbling any intermediate symptom may be encountered.

Mutism is a common accompanying symptom of stuporous states, but it also appears in other combinations. Even patients fully capable of work may long remain mute. In the severe forms of illness this is a frequent symptom, sometimes transitory, sometimes lasting for decades.

The behavior of such individuals on being spoken to may vary greatly.

Some do not react at all, as if they had not noticed anything. In others the facial expression, particularly, their gaze may show us, intentionally or unintentionally, that they have heard us. Blushing and other signs of affect prove their comprehension. Some patients often faintly move their lips, without uttering a sound. In acute states, we find that mute patients may answer by means of gestures or writing. Indeed, they may thus spontaneously express their wishes. Mostly, however, mute patients are at the same time negativistic. Mutism is never absolute, even though some patients do not utter a sound for years. Most patients do speak now and then; they are more likely to curse; sometimes they sing.

The motor side of speech is generally intact. True disturbances of articulation do not form part of the picture of schizophrenia. General blocking may naturally also affect the function of speech. This function, however, possesses a certain autonomy. Any disturbance of it may be more intense — or more commonly — milder than that of total motility. Speech may also be the only function which remains entirely normal or which may be inhibited or blocked.

The form of linguistic expression may show every imaginable abnormality, or be absolutely correct. We often find very convincing ways of speaking in intelligent individuals. At times, I was unable to convince all of my audience attending clinical demonstrations of the pathology of such severely schizophrenic logic. Thus a catatonic engineering student had had to be tube-fed; he justified his refusal of food in a brilliant speech, saying that he had seen a ward-mate conduct himself so stupidly while being tube-fed that his mental disease was immediately obvious. Our student’s completely normal behavior during his tube-feeding was the proof of his own perfect mental health.

The intonation in the patients’ speech is often peculiar. In particular, there is often an absence, exaggeration or misplacement of modulation. Speech may be abnormally loud, abnormally soft, too rapid, or too slow.

Thus one patient speaks in a falsetto voice, another mumbles, a third

148

С другой стороны, есть и другие пациенты, которые не будут говорить на всех (мутизм).

Некоторые не писать не буду, независимо от того, насколько велика возможность. От некоторых мы можем получить только устные ответы; от других, только письменные,; и из третьих, нет ответа вообще. Между устной и письменной мутизм и постоянной болтовни и писанины любое промежуточное симптом может встречаться.

Мутизм является общим симптомом сопровождающих ступора состояний, но она также появляется в других комбинациях. Даже пациенты полностью трудоспособным может долго оставаться немым. В тяжелых формах болезни это частый симптом, иногда преходящи, иногда длится на протяжении десятилетий.

Поведение таких лиц на котором говорят в может сильно различаться.

Некоторые не реагируют вообще, как если бы они ничего не заметили. В других выражение лица, особенно, их взгляд может показать нам, намеренно или ненамеренно, что они услышали нас. Покраснение и другие признаки аффекта доказать их понимание. Некоторые пациенты часто слабо шевелят губами, не произнося ни звука. В острых состояниях, мы находим, что немые пациенты могут ответить с помощью жестов или письменной форме. В самом деле, они могут, таким образом, спонтанно выразить свои пожелания. В основном, однако, немые пациенты в то же время негативизма. Мутизм никогда не является абсолютным, хотя некоторые пациенты не издал ни звука в течение многих лет. Большинство пациентов сейчас говорить, а затем; они, скорее всего, прокляну; иногда они поют.

Двигатель сторона речи, как правило, без изменений. Правда нарушения артикуляции не образуют часть картины шизофрении. Общая блокировка, естественно, может также влиять на функции речи. Эта функция, однако, обладает некоторой автономии. Любое воздействие может быть более интенсивным - или чаще - мягче, чем у общей подвижности. Речь также может быть единственной функцией, которая остается полностью нормальным или которые могут быть подавлены или их.

Форма языкового выражения может показать все мыслимые ненормальность, или быть абсолютно правильно. Мы часто находим весьма убедительные способы выступая в интеллектуальных физических лиц. Время от времени, я был не в состоянии убедить всех моих слушателей, посещающих клинические демонстрации патологии такого строго шизофренического логики. Таким образом кататоническая студент инженерного факультета пришлось бы трубка кормили; он оправдывал свой отказ от пищи в блестящей речью, заявив, что он видел кают-мат вести себя так глупо, будучи трубка кормили, что его психическое заболевание было сразу видно. Полностью нормальное поведение нашего студента во время его трубки кормления был доказательством его собственной совершенной психического здоровья.

Интонация в речи больных часто своеобразно. В частности, часто отсутствие, преувеличение или смещение модуляции. Речь может быть аномально громко, аномально мягкий, слишком быстро, или слишком медленно.

Таким образом, один пациент говорит фальцетом, еще бормочет, третий

149

grunts. A catatonic speaks in precisely the same fashion during inspiration as during expiration, another has no intonation at all. Sometimes, the voice will change with the set of ideas: the patient will talk to his hallucinations or to his imagined persecutors in quite a different tone than the one he employs in speaking to real people. When the patients think of themselves as different persons, they utilize a correspondingly different tone of voice. One of our patients spoke with the voice of the child who wanted to emerge through the patient’s mouth.

When specific “persons” speak through the patients, in various cases of automatic speech, each “person” has his own specific voice and distinct manner of speech. The latter may also vary in accordance with the complexes involved. A catatonic woman ordinarily employs the German usually spoken in Zurich. However, when discussing her illness, she always used the St. Gall dialect; speaking of her husband, she would lapse into vulgarisms and curses; on the subject of America (which was connected with her aspirations), she would change to an educated, polite manner of speech. The constant use of diminutives, and other anomalies of speech and writing, often appear only when the patient’s complexes are touched. A hebephrenic speaks and writes quite normally in neutral situations but when his complexes are involved, his expressions become vague and hard to understand; he begins to stutter, his lips tremble. A catatonic woman formed neologisms only when, for external or internal reasons, she became agitated.

Corresponding to an absence of affect on the one hand, and a tendency to exaggerated mimicry on the other, speech too will sometimes express too much or too little. Often speech will sound peculiarly inappropriate in relation to its content. The patients may say cheerful things in a sorrowful tone, and vice versa. Occasionally their speech sounds remote, similar to that of healthy people in their sleep.

Some of the anomalies of speech really belong in the category of mannerisms. Other abnormalities may be classed with the stereotypies, such as verbigeration, and the insertion of a long hui-sound between pairs of words (which we have seen in one case).

Often one gets the impression that the connection between concept and linguistic expression has loosened. Strikingly enough, there need not be any correlation between the degree of this disturbance and the rest of the association disturbances or the level of what we call intelligence. There are patients who are capable of expressing themselves very correctly, yet their intellectual faculties are extremely reduced and conversely, there are those who cannot utter a single intelligible sentence, but are still able to perform relatively complicated work such as distributing laundry. Thus in schizophrenia too, linguistic confusion is to be

149

хрюкает. Кататоническая говорит точно таким же образом, как при вдохе в течение срока, еще не имеет интонации вообще. Иногда голос будет меняться с множеством идей: пациент будет поговорить с его галлюцинациями или его воображаемых преследователей совсем в другом тоне, чем тот, который он использует в разговоре с реальных людей. Когда пациенты думают о себе как разных людей, они используют соответственно иную тональность голоса. Один из наших пациентов говорили с голосом ребенка, который хотел выйти через рот пациента.

При использовании специальных "лица" говорить через пациентов, в различных случаях автоматического речи, каждый "человек" имеет свою собственную специфическую голос и отличный способ речи. Последнее может также варьироваться в соответствии с комплексов, участвующих. Кататоническая женщина обычно использует немецкий обычно говорят в Цюрихе. Тем не менее, при обсуждении ее болезнь, она всегда диалект Санкт-Галлен; говоря о муже, она впадает в вульгаризмами и проклятий; на тему Америки (что было связано с ее стремлениями), она изменилась бы образованным, вежливым тоном речи. Постоянное использование уменьшительные и другие аномалии устной и письменной речи, часто появляются только тогда, когда комплексы пациента коснулся. Гебефренический говорит и пишет вполне нормально в нейтральных ситуациях, но когда речь идет о его комплексы, его выражения стать нечетким и трудно понять; он начинает заикаться, его губы дрожат. Кататоническая женщина образуются неологизмы только тогда, когда для внешних или внутренних причин, она заволновались.

В соответствии с отсутствием аффекта, с одной стороны, и склонностью к преувеличенной мимикой, с другой, речь тоже иногда выражают слишком много или слишком мало. Часто речь будет звучать странно неуместным по отношению к его содержанию. Пациенты могут сказать, веселые вещи в скорбном тоне, и наоборот. Иногда звучит дистанционного их речь, подобно тому, здоровых людей во время сна.

Некоторые из аномалий речи действительно принадлежат к категории манеры. Другие нарушения могут быть классифицированы с стереотипии, таких как verbigeration, а также включить длинного Хуэй-звука между парами слов (которые мы видели в одном случае).

Часто создается впечатление, что связь между концепцией и языкового выражения ослабил. Поразительно, что там не должно быть никакого корреляция между степенью этого нарушения и остальных нарушений ассоциации или уровня, что мы называем интеллектом. Есть пациенты, которые способны очень правильно выразить себя, но все же их интеллектуальные способности чрезвычайно уменьшается, а, наоборот, есть те, кто не может выговорить ни одного внятного предложения, но все еще в состоянии выполнить относительно сложные работы, такие как распространение белье. Таким образом, при шизофрении тоже лингвистической путаницы должна быть

150

distinguished from conceptual confusion, although both may sometimes be found together. Particularly noteworthy are those instances where the patient can express himself clearly only in writing, or only orally, and his productions in the opposite form of expression are confused. For many years one of our hebephrenic patients could talk only about the simplest matters; however, he was still capable of writing good letters.

In such cases the patient does not simply let himself drift, or alternately pulls himself together; rather his attitude changes according to the circumstances.

Krafft-Ebing’s postulate that words lose their meaning until there remain mere chains of word-husks, is valid only for the verbigerative speech productions. The striking words and phrases used by our patients can hardly be looked upon as empty shells but rather as shells which conceal a content different from the usual. Forel’s patient described the phenomenon very well:

“I used some words in order to express a concept entirely different from the usual one. Thus, I blithely employed the word mangy to mean gallant. If I could not immediately find an appropriate word to express the rapid flow of ideas, I would seek release in self-invented ones, as for example, wuttas for doves."

According to our present point of view, the distortions of speech in schizophrenia are not to be differentiated from those which occur in dreams. Unfortunately however, the fundamental work of Kraepelin (398) does not yet lend itself to classification, since the two sets of experiences—that of subjective dream observation and that of objective experience with schizophrenia—are still too incomplete for adequate comparative evaluation. In the following, I can contribute only a few indications arrived at by observation of schizophrenic speech disturbances.

For the most part, words are so used as to designate an idea which is similar to the desired one, or one which has some common components or determinants. Thus, bureau is used to mean grandfather clock which is relatively easy to understand from the external similarity of both pieces of furniture; an hour for grandfather clock because of the relation of the clock to the hours of the day (Masselon). We may understand likewise the use of the word potato for starch.

Sometimes the figures of speech misuse the principle of pars pro toto, in such a way that its least essential component is selected to represent the total concept. For example, a shoe is called “something used to dance in" (Masselon).

It is more understandable that a patient, instead of asking for his release, asks for a “change of work”; or when another patient calls all his persecutors and ideas of persecution “shapes,” although both of

150

отличается от путаницы понятий, хотя и может иногда находиться вместе. Особого внимания заслуживают те случаи, когда пациент может выразить себя четко только в письменной форме, или только в устной форме, и его произведения в противоположном формы выражения путают. На протяжении многих лет одним из наших гебефреническую пациентов может говорить только о самых простых вопросах; Однако, он все еще был способен писать хорошие письма.

В таких случаях пациент не просто позволил себе плыть по течению, или, альтернативно, тянет себя в руки; а его отношение меняется в зависимости от обстоятельств.

Постулат Крафт-Эбингом о том, что слова теряют свой смысл до тех пор, пока остаются только цепочки слов-лузги, действительны только для verbigerative речи производств. Поразительная слова и фразы, используемые нашими пациентами вряд ли можно рассматривать как пустые оболочки, а так как оболочки, скрывают содержание, отличное от обычного. Пациент Фореля описал явление очень хорошо:

"Я использовал некоторые слова, чтобы выразить концепцию полностью отличается от обычной. Таким образом, я беспечно употребила слово паршивый означает галантным. Если бы я не мог сразу найти подходящее слово, чтобы выразить быстрый поток идей, я бы требовать освобождения в собственных изобрели те, как например, wuttas для голуби ».

В соответствии с современными точки зрения, искажения речи при шизофрении не следует отличать от тех, которые происходят во сне. Но, к сожалению, фундаментальный труд Крепелин (398) еще не поддается классификации, так как двух наборов переживаний-что из субъективного наблюдения мечты и объективной опыт с шизофренией-прежнему слишком неполными для адекватного сравнительной оценки. В дальнейшем, я могу только способствовать несколько указаний, к которым пришел наблюдения шизофренией нарушениями речи.

По большей части, слова, так как используется для обозначения понятия, который аналогичен желаемой один или один, который имеет некоторые общие компоненты или детерминанты. Таким образом, бюро используется для обозначения напольные часы, которые относительно легко понять из внешнего сходства обоих предметов мебели; час для часов с маятником из-за отношения часы на время суток (Masselon). Мы можем понять также использование слова картофеля крахмала.

Иногда фигуры речи неправильного принципа Pars про тотализатор, таким образом, что его не менее важным компонентом выбирают так, чтобы представить полную концепцию. Например, обуви называется "что-то танцевал в" (Masselon).

Это более понятно, что пациент, вместо того, чтобы просить о его освобождении, просит «смены работы"; или когда другой пациент призывает всех своих преследователей и идеи преследования "формы", хотя оба

151

these do not appear to him only as visions. Very striking as an indication of the extent of the schizophrenic disturbance is the phrase, “the attendant’s child-system,” used by a patient to say that the attendant was not at his disposal when he needed him, but would, instead, change the patient’s bedding to indicate that the latter was as incontinent as a small child. Two ideas which may be subsumed under one overall concept may be used interchangeably particularly when they are abstract. Thus a patient says that he is being “subjected to rape,” although his confinement in a mental hospital constitutes a different kind of violation of his person.

To a large extent, inappropriate figures of speech are employed, particularly the word, murder which recurs constantly for all forms of torment and in the most varied combinations. In many cases, however, it is obvious that the patients are apt to forget that they are using a figure of speech. Their concept of being tormented is so overwhelming that they can only express it by such a word as murder-, in certain situations they actually believe they have been murdered. Naturally they prefer to use emphatic words in their accusations, while de-emphasis is employed defensively. However senseless such phrases as “I was the patience of Christ” may appear, they have their normal analogue e.g., in “I am the Truth and the Life!”

Frequently, the similarity of concepts which leads to the interchange of words is an extremely tenuous one and involves thought processes which have no connection with the idea being expressed. Thus, a patient “owns a branch office of God," which means that she has the right to coin money. Equally far-fetched is the analogy used by a patient who complains that she is not “selling”; she thus identifies amorous with business activity.

Where the similarity of concepts is closer, a more intelligible, if daring, imagery appears; for example, “vaccination while being mounted" used by a female, and “to perform holy vaccination” used by a male patient, both to designate coitus. Another example is “Who has hammered this deep hatred into me?” or “Mr. S. has been promenading in figures of speech" which means that Mr. S. was mentioned during a conversation. The expression, “We shall long have been guests of the crematorium," i.e., dead, is indeed quite highbrow.

Sometimes the similarity is not in the concepts but rather in the words. This can result in dull plays on words; thus when a patient is “among burghers," meaning that he is in the Burgholzli hospital.

The schizophrenic construction of new word combinations is of course well-known. They are, indeed, partly comprehensible but only rarely concur with the usual rules of the language.

151

они не кажутся ему только как видения. Очень яркий как признак степени шизофренического возмущения фраза, "ребенок-система помощника, в" используется пациентом, чтобы сказать, что операторы не был в его распоряжении, когда он нуждался в нем, но будет, вместо этого, изменить постельное белье пациента, чтобы указать, что последний был недержанием, как маленький ребенок. Две идеи, которые могут отнести к одной общей концепции могут быть использованы взаимозаменяемо в частности, когда они абстрактные. Таким образом, пациент говорит, что он в настоящее время "подвергаются изнасилованию", хотя его заключение в психиатрическую больницу представляет собой различные виды нарушения его личности.

В значительной степени, используются неподходящие фигуры речи, в частности, слова, убийства, которое повторяется постоянно для всех форм мучений и в самых разнообразных сочетаниях. Во многих случаях, однако, очевидно, что пациенты склонны забывать, что они используют фигуру речи. Их концепция мучают является настолько огромным, что они могут только выразить его таким словом, как murder-, в определенных ситуациях они на самом деле считают, что они были убиты. Естественно, они предпочитают использовать решительные слова в своих обвинениях, а де-акцент используется в обороне. Однако бессмысленные такие фразы, как "я был терпение Христа" может появиться, у них обычного аналогового например, в "Я есмь Истина и Жизнь!"

Часто, сходство понятий, что приводит к перестановке слов чрезвычайно слабыми один и включает в себя мыслительные процессы, которые имеют никакой связи с идеей не выражается. . Таким образом, пациент "имеет филиал Бога", что означает, что она имеет право чеканить деньги поровну надуманным является аналогия используется пациентом, который жалуется, что она не "продавать", таким образом она идентифицирует влюбчивый с деловой активности.

Где сходство понятий ближе, понятнее, если смелый, появляется образность; Например, "вакцинации, будучи установлен", используемый женщиной, и "выполнить священную вакцинации", используемый пациента мужского пола, и для обозначения полового акта. Еще одним примером является "Кто молотком эту глубокую ненависть в меня?" или "Mr. С. был прогуливался фигур речи ", что означает, что г-н С. было отмечено во время разговора. Выражение «Мы будем долго были гостями крематория", то есть, мертвые, действительно довольно высоколобых.

Иногда сходство не в понятиях, а в словах. Это может привести к унылых игра слов; Таким образом, когда пациент находится "среди бюргеров," это означает, что он находится в больнице Бургхольцли.

Шизофреник строительство новых словосочетаний, конечно, хорошо известны. Они, действительно, отчасти понятным, но лишь в редких случаях совпадают с обычными правилами языка.

152

"Lie - truths” — that is, lies which we present as the truth, is a pleonasm. A patient "writes the nativity Luise Muller; she was at that time Muller-like,” which means that her maiden name was Muller. Another patient is “be - millioned,” that is, she had received millions. A third patient is “enchambered by winter.” A paranoid says “he-was-rightly” confined, that is, the person who had him committed said that he was right in doing so. The basis of these constructions may be onomatopoeic: a hebephrenic has "hurricanes” in her throat, that is, she clears her throat with a sound like that word.

A mass of neologisms must be constructed by the patients to designate new concepts for which our language is not suited. Particularly the hallucinations, the persecutions and everything connected with them must be characterized with one word by the constantly preoccupied patients. Thus to “snortie” means to talk through the walls. One of Jung’s patients called her neologisms “power words”; she spoke of “double-polytechnic” which for her meant the very essence of all her skills as well as of the accompanying rewards. 24 A patient spits “cage-weather juice”; that is she must expectorate so much because she is full of cage-weather, i. e., she is locked up. The sister of a woman physician extends the concept of “colleague” to her family relations: She is “the doctor’s colleague through her sister.” The phrase, “The Prince of Wales is in today’s ego of the uncle” expresses a thought impossible for a healthy mind, that the uncle has been transformed into the Prince of Wales. (“He has not become the Prince, but has actually developed the Prince’s personality.”)

New expressions are also coined by way of condensation. However, one must distinguish between concept condensation which fuses several ideas and expresses them by one single word, and verbal condensation which fuses various expressions, whether these words designate the same concept, or whether the combination of words also corresponds to a combination of ideas. The contraction of different words to designate the same idea is indeed frequently seen in the slips of the tongue of normal persons. 25

A special confusion is introduced into speech by the fact that ideas designated by correctly chosen words are distorted by the structure of the sentence. Also, in the construction and use of neologisms patients

24. Many such neologisms designate a very complex idea, or even pathological experience extended over long periods of time. For this reason, they have been called ellipses, and have been considered as a sign of long-established illness. The latter notion it not quite correct; patients may construct such concepts and words even at the start of their psychosis.

25. In children's essays, condensations are a frequent error, particularly as picturesque hgures of speech.

152

"Ложь - истины» - то есть, лжи, которую мы представляем, как правда, плеоназмом пациент "пишет Рождества Луиза Мюллер;. она была в то время Мюллер-как ", что означает, что ее девичья фамилия была Мюллер. Другой пациент "быть - millioned", то есть, она получила миллионы. Третий пациент "enchambered к зиме." Параноиком говорит "он-был справедливо" ограничивается, то есть человек, который его совершил сказал, что он был прав в этом. Основой этих конструкций может быть звукоподражательное: гебефренический имеет "ураганы" в горле, то есть, она прочищает горло со звуком, как этого слова.

Масса неологизмов должны быть построены на больных для обозначения новых понятий, для которых наш язык не подходит. В частности, галлюцинации, гонения и все связанные с ними, должны характеризоваться одним словом на постоянно озабоченных пациентов. Таким образом, чтобы "snortie" означает говорить через стенки. Один из пациентов Юнга называется ее неологизмы "силовые слова"; она говорила о "двойной политехникум», который для нее означало саму суть всех своим мастерством, а также сопутствующих выгод. 24 пациент плюет "клетка погоду сок"; что она должна плевать столько потому, что она полна клетки-погоду, я. э., она заперта. Сестра женщиной-врачом расширяет понятие "коллеги" в своих семейных отношениях: Она является фраза, "Принц Уэльский в современном эго дяди" выражает мысль невозможно "коллега врача через ее сестру." здоровый дух, что дядя был преобразован в принца Уэльского. ("Он не стал князем, но на самом деле развитой личности принца.")

Новые выражения также придуман способ конденсации. Тем не менее, следует различать конденсации концепции который плавит несколько идей, и выражает их в одном слове, и словесной конденсации, который плавит различные выражения, эти слова обозначают ли ту же концепцию, или также соответствует сочетание слов в комбинации идей. Сокращение различных слов для обозначения и ту же мысль действительно часто видели в оговорках нормальных людей. 25

Особое путаница вводят в речи с тем, что идеи, назначенные правильно выбранных слов искаженной структуры предложения. Кроме того, в строительстве и эксплуатации неологизмов пациентов

24. Многие такие неологизмы назначить очень сложную идею, или даже патологический опыт расширенный в течение длительных периодов времени. По этой причине, они были призваны эллипсы, и были рассмотрены в знак давних пор болезни. Последнее понятие не совсем правильно; пациенты могут построить такие понятия и слова даже в начале их психоза.

25. В детских эссе, сгущения являются частая ошибка, особенно в живописные hgures речи.

153

may select the correct root but vitiate the meaning by use of incorrect suffixes, conjunctions, etc. My own observations do not permit, as do Kraepelin’s, the separation of acataphasic from agrammatic disturbances. Provisionally, I would designate all these distortions of grammar as paragrammatisms.

The thought “there is in my mind no presence of absent-mindedness” is abnormally but not incorrectly expressed. Distorted word construction is at the basis of the expression, “As a child I was already an apartment,” (that is, “apart,” different); also the phrase, “I am inheritant by three millions” (he has inherited three millions). A patient who has "Catholically insinuating pains” wishes to say that the Catholic attendants are painful to her. One patient’s persecutor “suffers from delusions of persecution”; this is here interpreted as an active, instead of the usual passive meaning. The patient who says, “Until the time of resourceful vocation, I am dependent on government charity,” employs the adjective “resourceful” incorrectly. The catatonic to whom belongs Lake Constance wants to say that she should drown herself in that lake.

The auxiliary verbs are similarly misused; “I am England” means “England belongs to me”; “I am the sun,” is equivalent to “I am the Lord and Creator of the Sun.” In all these examples, however, the basic thought is certainly not as clearly defined in the patient’s mind as it would be in a healthy one.

Just as the link between ideas, so the link between idea and word may be entirely accidental, and yet be subsequently retained by the patient. A paranoid used practically any foreign word he happened to hear to designate all or part of nis persecutory ideas: he is persecuted “by a dossier”; through the “cosmos, genital pains” are induced in him. In such instances, the patients actually believe that they have correctly and intelligibly expressed their ideas.

In most cases a variety of errors is concentrated in these pathological expressions.

“I don’t want any part of Turkey” means: “I won't be your harem-woman, or your whore, you polygamist!" Here we have a displacement of the meaning of the word “Turkey” and simultaneously a condensation of two ideas. “Friendly relations to all who belong” at the conclusion of a letter has likewise arisen through paragrammatism and condensation of various ideas normally used at that point. The masturbator who calls himself “penis-murderer” employs the word “murderer” in the sense of “sinner” or “corruptor” and then makes a paragrammatic contraction. The patient is “blued-off" because a letter was returned to him marked “addressee unknown” in blue pencil; the neologism is entirely paragrammatic. The patient suffering from “neuralgiers" owns Asia, Africa and

153

может выбрать правильный корень, но искажают смысл путем использования неправильных суффиксов, союзы и т.д. Мои собственные наблюдения не разрешать, как сделать Крепелин годов, разделение acataphasic от agrammatic нарушений. Предварительно, я бы назвал все эти искажения грамматики paragrammatisms.

Мысль "нет в моем сознании никакого присутствия рассеянности" ненормально, но не неправильно выразился. Искаженные строительство слово лежит в основе выражения, "В детстве я был уже квартира," (то есть, "кроме", разные); также фраза: "Я inheritant тремя миллионами" (он унаследовал три миллиона). Пациент, который имеет "Catholically Пряча боли" хочет сказать, что католические служители являются болезненными для нее гонитель одного пациента в "страдает манией преследования";.. Это здесь интерпретируется как активным, вместо обычного пассивного значения пациент, который говорит, "До времени находчивый призванию, я не завишу от правительства благотворительности", использует прилагательное "находчивый" неправильно. кататоническая кому принадлежит Боденское озеро хочет сказать, что она должна топиться в этом озере.

Вспомогательные глаголы подобным неправильно; "Я Англия" означает "Англия принадлежит мне"; "Я солнце," эквивалентно "Я Господь и Творец Солнца" Во всех этих примерах, однако, основная мысль, конечно, не так четко определены в сознании пациента, как это было бы в здоровой ,

Так же, как связь между идеями, так что связь между идеей и словом может быть чистой случайностью то, и все же впоследствии сохранил пациентом. Параноик используется практически любое иностранное слово, он случайно услышал назначить все или часть шек преследования идей: его преследуют "по досье»; через «космоса, генитальные боли" индуцируются в него. В таких случаях, пациенты на самом деле считают, что они правильно и доходчиво выразил свои идеи.

В большинстве случаев выбор ошибок концентрируют в этих патологических выражений.

"Я не хочу какую-либо часть Турции" означает: "Я не буду ваша гарема женщина, или твоя шлюха, вы многоженцев!" Здесь у нас есть смещение значения слова "Турция" и одновременно конденсации двух идей. "дружеских отношений, все, которые принадлежат" при заключении письма было также возник вследствие paragrammatism и конденсации различных идей, обычно используемых в этой точке. мастурбатор, который называет себя "пенис-убийца" использует слово "убийца" в смысле "грешника" или "Осквернителя", а затем делает paragrammatic сокращение пациент "вороненой-офф", потому что письмо было возвращено ему с пометкой «адресат неизвестен" синим карандашом.; неологизм полностью paragrammatic. Пациент, страдающий от "neuralgiers" владеет Азии, Африки и

154

Algiers. He substitutes a consonant word for the proper one and then continues to associate. New thoughts, new expressions and abbreviations were used by the padent analyzed by Riklin; he wrote and spoke as follows:

“Centraleurope andt centraleruopera No. 3258 Ernest Gisler Troth also the key to Mr. Minister Dr. Kaiser DDiv. etc., etc. Standdenbank pprr p. 96 or letter-post 3 vvia Imperially andt Royally also Imperially Royally business Titt, Rheinau. Mo work Badd goodd 3I8 Herr dr. N. C.

30(7 Bern 27I7 AD i8|7 short 30(7 318 Aa 1906 Datum. Tthey pay on presentadon of a receipt Frcs 8 thousandd in banknotes also Titt. Bernese Central bank in Berne or BCB frcs. 8000 cash, at 10 per cent. FRCS 8,800 equally 800 FRCS times 10 at eleven: Titte. Government chancellory Aaltdorf by reason of damage sustained through Mr. Aalt missionary and hotel-guest, living with Dr. Christaller in Bellevue Andder maddm Poag Francs c 12 half-Octav Trvel-work, travel-work = process verbal I qa 29(9 Ao 1889 Newspaper date the Neue Zurcher Zeitung. Shall Forel stone-healthy guggenbuel 330 FRCS b = anat FRCS half Dho coarse st 15 also added after 139 waiting years on Mr. Chief Attendant and minister Dr. he. vegetarian Steeiger Bro. ..

Exactly what the frequent doubling of letters may mean we still do not know. However, even after many years, the patient is consistent in this. He is the Emperor of Central Europe and counts the era from that particular event. His hospital number is 3251. He changes the last digit to 8 because otherwise it would not fit into “his system” in which the figure 8 plays a large part (Central Europe at that time consisted of 8 countries). E. is his own name. Gisler is the name of his imaginary sweetheart to whom he has been wed in his delirium. This fact is indicated by the word "Troth.” “Also the key is entrusted to him” means he wants the key. Pastor St. whom he promotes to Doctor was the hospital Chaplain. “Kaiser DDes Titt. standenbank” is another of his titles (Des= der = the). He changes the last letter of the word “Standdenbank,” an imaginary bank, which the patient pretends to use to pay for his small needs in the hospital, “p prr” = per = through. “3 wia” = triple = in 3 ways. “Mo work" = Monday, a work day. “Badd goodd” = after the pleasures of a bath. 3|8 = the date on which the patient is writing,

Aug. 3. “Mr. Dr. he. 30I7" = the day on which Mr. Doctor honoris causa (= the attendant) writes, the 30th of July. “Bern 2717” = the date July 27 on which the people of Berne write to him. “AO 18J7” = the average date according to his own peculiar reckoning. “30I7 318” expresses in an abbreviated fashion the various dates in accordance with his calculating system. “BCB” = Bernese Central Bank. The patient was first apprehended in the town of Andermatt. Therefore, he claims that the Govern-

154

Алжир. Он заменяет согласных слово для надлежащего один, а затем продолжает ассоциировать. Новые мысли, новые выражения и сокращения были использованы padent анализируемого Riklin; он писал и говорил следующим образом:

"Centraleurope ANDT centraleruopera No. 3258 Эрнест Gisler Трот также ключ к Г-н министра д-ра Кайзера DDiv. и т.д., и т.д. Standdenbank ГПРП р. 96 или письмо-сообщение 3 ВВИА Высочайше ANDT царски также Высочайше царски бизнес Titt, Rheinau. Мо работает Бадд goodd 3I8 господин DR. Н. С.

30 (7 Берн 27I7 AD i8 | 7. Короче 30 (7 318 Aa 1906 Datum Tthey платить на presentadon квитанции ЦФО 8 thousandd в банкнотах также Titt Бернский Центральный банк в городе Берн, или БКС FRCS 8000 наличные деньги, в размере 10 процентов... FRCS 8800 одинаково 800 FRCS раз 10 в одиннадцать:. Titte правительство канцелярия Aaltdorf по причине ущерба, нанесенного г-н Aalt миссионера и отель-гостя, гостиная с доктором Christaller в Bellevue Andder maddm ПОУГ франков с 12 пол-Octav Trvel-работы, Travel-работа = процесс словесного я QA 29 (9 Ао 1889 Дата Газета Neue Zürcher Zeitung. Должен Форель камень здорового guggenbuel 330 FRCS б = Анат FRCS половина Dho грубой ул 15 также добавил, после 139 ожидающих лет на г-н главный и сопутствующие министра Д-р он. вегетарианцем Steeiger Bro. ..

Именно то, что часто удвоение букв может означать, что мы еще не знаем. Тем не менее, даже после многих лет пациент последовательны в этом. Он император Центральной Европы и подсчитывает эру от этого конкретного события. Его номер больница 3251. Он изменяет последнюю цифру в 8, потому что в противном случае он не будет вписываться в "своей системы", в котором цифра 8 играет большую роль (Центральная Европа в то время состояла из 8 стран). E. его собственное имя. Gisler является имя его мнимой возлюбленной, к которому он был замуж в бреду. Этот факт указывает слово «Трот." "Кроме того, ключ, возложенные на него" означает, что он хочет, чтобы ключ. Пастор ул которого он способствует Доктор был госпиталь капеллан. "Kaiser DDes Titt. Standenbank" является одной из его Названия (Des = дер =). Он изменяет последнюю букву слова "Standdenbank," мнимая банк, который пациент симулирует, чтобы использовать для оплаты своих маленьких потребностей в больницу ", стр ПРР" = в = с помощью. "3 WIA" = тройные = 3 способами. "Мо работа" = понедельник, рабочий день. "Бадд goodd" = после удовольствий ванной. 3 | 8 = дата, на которую пациент пишет,

3 августа "Г-н Д-р он. 30I7 "= день, в который г-почетный доктор (= дежурный) пишет, 30 июля." Берн 2717 "= Дата 27 июля, на котором люди Берне написать ему." АО 18J7 "= среднее Дата, по его своеобразно расплаты. "30I7 318" выражает в сокращенном моды различные даты, в соответствии с его вычислительной системы. "ВСВ" = Бернский Центральный банк. пациент впервые был задержан в городе Андерматт. Таким образом, он утверждает, что прави-

155

ment Bureau of Altdorf was responsible for seeing that he was indemnified for his confinement in the hospital. The owner of the hotel was also to be held responsible. “C” = 3 billions that he claimed in damages. “Half-octav” is the toilet paper on which he used to write and of which he rarely got enough for this purpose. “Travel-work” is the work of getting his release so that he may travel again. “Process-verbal qa 29)9 Ao 1889” is similar to a legal document which the patient drew up concerning these objects (qa = these same objects). This very document was to be sent the day the Neue Zuricher Zeitung carried the date (Sept. 29, 1889). The head of the hospital at that time was Prof. Forel who is condensed with a former friend of the patient, a certain Guggenbuhl, and owes him 300 million (b) francs to which (“also added”) 816 (haf), 480 (Dho), 730 (Geo) millions. “St” = 15 figures (thus 816, 480, 730, 000,000). “139 waiting-years,” is not at all clear. He has conferred upon the chief attendant an honorary doctorate and Premiership. He is a vegetarian as are all good doctors (the patient has a sexual repulsion for meat.) Furthermore, he condenses the attendant with a man named Steiger. Bro ... is the attendant’s name.

Summing up, the piece of writing goes something like this:

“We, the Emperor of Central Europe, E. no. 3251 wed to Miss Gisler (whereby the right to be free was given). Possessor and Lord of the bank through which we satisfy our needs by using postal-notes, and owner of the factory in Rheinau, issue the following decree:

“You, or the Bernese Central Bank are to pay on demand on the presentation of a note, 8000 francs in cash plus 10 percent. This is to be drawn on the account of the Altdorf government bureau which owes me the sum for damages and injuries caused me both by the government and by hotel-keeper Christaller in Bellevue, Andermatt; each day you are to pay 3 billions and 12 pieces of toilet paper and my freedom, as we have already set forth in the procis-verbal and had published on the day that the Neue Zuricher Zeitung carried the dateline Sept. 29, 1889. Also Prof. Forel owes 330 million francs to which is to be added 816, 480, 730, 000, 000 francs. This is to be paid to our Prime Minister, the chief attendant of the hospital.”

In many instances, the phrases and expressions used cannot be understood, as for example, when a patient is “botanized" or tormented by “elbow-people,” or when instead of words, numbers are substituted (and 473 means “Do you understand?”). Some of these numbers are connected to the words for which they stand by a similarity of sound.

In advanced cases, there results a complete word-salad which is entirely unintelligible even though it may be built up, in the main, of ordinary words. The utterly inconceivable combination, both as to

155

ния Бюро Альтдорфа несет ответственность за то, чтобы он был возмещен за его заключения в больницу. Владелец отеля был также нести ответственность. "C" = 3 миллиарды, которые, как он утверждал в качестве возмещения ущерба. "Half-Octav" является туалетная бумага, на которой он используется для записи и которой он редко удавалось достаточно для этой цели. "Travel-работа" является работа становится его освобождения, так что он может путешествовать снова. "Процесс-словесное QA 29) 9 Ао 1889" похож на юридический документ, который пациент, составленному в отношении этих объектов (ОК = эти же объекты). Это очень документ должен был быть отправлен на следующий день Neue Zuricher Zeitung осуществляется дату (29 сентября 1889). Глава больнице в то время был профессор Форель, которые конденсируют с бывшим другом пациента, определенного Guggenbuhl, и должен ему 300 000 000 (б) франков которых ("также добавил, что") 816 (HAF), 480 (Dho), 730 (GEO) миллионы. "St" = 15 рисунков (таким образом, 816, 480, 730, 000 000). "139 очередников лет", вовсе не ясно. Он даровал главного оператора почетного доктора и премьер-министра. Он вегетарианец, как и все хорошие врачи (пациент имеет сексуальную отталкивание на мясо). Кроме того, он конденсируется оператору с человеком по имени Steiger. Bro ... это имя помощника в.

Подводя итог, сочинение идет что-то вроде этого:

"Мы, Император Центральной Европы, Е. нет. 3251 женился на мисс Gisler (в результате чего было дано право быть свободным). Обладатель и Повелитель банк, через который мы удовлетворяем наши потребности с помощью почтово-заметки, и владелец завода в Рейнау, выполните следующую указ:

"Вы, или Бернский Центральный банк должны платить по требованию о представлении записки, 8000 франков наличными плюс 10 процентов. Это должно быть обращено на счет правительства бюро Альтдорфа который обязан мне сумму за ущерб и травмы, вызванные мне и правительство, и отель эконом Christaller в Bellevue, Андермат; каждый день вы должны заплатить 3 миллиарды и 12 единиц туалетной бумаги и мою свободу, как мы уже изложены в procis-вербальное и опубликовал в тот день, Neue Zuricher Zeitung осуществляется датам 29 сентября 1889 года также Профессор Форель должен 330000000 франков, которые должны быть добавлены 816, 480, 730, 000, 000 франков. Это должно быть уделено нашего премьер-министра, главного служителя в больницу ".

Во многих случаях, фразы и выражения, используемые не может быть понята, как, например, когда пациент "botanized" или мучает "локоть людей", или когда вместо слова, цифры заменяются (и 473 означает "Вы понимаете, ? "). Некоторые из этих чисел связаны со словами, для которых они выступают на сходстве звука.

В далеко зашедших случаях, есть результаты полное слово-салат, который полностью непонятна, хотя это может быть застроен, в основном, из обычных слов. Совершенно немыслимо сочетание, как по

156

grammar and content creates the impression of an unknown language.

Up to the present time, I have not been able to get a shorthand transcript of a complete word-salad. In the following letter the sentence structure is, for the most part, still maintained by the patient:

“At Apell plain church-state, the people have customs and habits taken partly from glos-faith because the father wanted to enter new f. situation, since they believed the father had a Babeli comediation only with music. Therefore they went to the high Osetion and on the cabbage earth and all sorts of malice, and against everything good. On their inverted Osetion Valley will come and within thus is the father righteousness” (Hebephrenic production).

New words are often coined for the whole language, so that we may have an “artificial language,” as one of our patients called it. The neologisms may still be discemibly based on words in common usage, or they may be entirely new creations, often obviously pretending to imitate a specific language. In that case, the patients may themselves designate their language as French, Chinese, etc. Sometimes, at least, it may be shown that identical words are always used to express certain concepts. For the most part, however, the “artificial language” seems to be a product of the moment, and is soon replaced by another. It cannot always be determined just how seriously the patients take these “languages”; they often seem to have the meaning of a joke or mystification. However, in a few cases the patients really believe that they have expressed themselves correctly; they believe that they are speaking their usual or another existing language; or they may be conscious of their new creation. A patient, who despite her catatonic state is still very intelligent and self-observant, wanted to say “Give me a sedative.” Instead, she said “Give me 20,000,” or “I give you 20,000.” These two forms were identical in her mind, although she noticed the difference subsequently in a normal fashion.

The written productions of these patients correspond entirely to the oral ones, except that in the former certain peculiarities are even more obvious. Often the patients will write when they have nothing to say. Thus one may receive from educated people stories of all that goes on in the hospital—when they get up, at what time they wash, what this or that attendant does at a certain time. What is intended as a written communication may then appear like an exercise in composition, often purely stylistic and without any content. Words are formed into perfectly correct sentences whose purpose, however, is unintelligible.

It is not unusual for a piece of writing to founder in a mire of uncontrolled associations. Thus a catatonic who was delighted when we

156

грамматика и контент создает впечатление на неизвестном языке.

До настоящего времени, я не был в состоянии получить стенограмму стенограмму полное слово-салат. В следующем письме структура предложения является, по большей части, все еще поддерживается пациента:

"В APELL простой церковно-государственных, люди имеют обычаи и привычки, принятые частично из Глосс-веры, потому что отец хотел, чтобы войти новый F. Ситуация, так как они считали, отец имел Babeli comediation только с музыкой. Поэтому они пошли к высокой Osetion и на земле капусты и всевозможных злобы, и против всего хорошего. На их перевернутый Osetion Valley придет и в, таким образом, праведность отец "(гебефреническую производства).

Новые слова часто придуман для всей языка, так что мы можем иметь "искусственный язык", как один из наших пациентов это называют. Неологизмы все еще может быть discemibly на основе слов в обиходе, или они могут быть полностью новые творения, часто очевидно, делая вид, чтобы имитировать определенный язык. В этом случае, пациенты могут сами назначить свой язык как французский, китайский и т.п. Иногда, по крайней мере, это может быть доказано, что одинаковые слова всегда используются, чтобы выразить определенные понятия. По большей части, однако, "искусственный язык", кажется, продукт данный момент, и вскоре сменяется другим. Это не всегда может быть определена только как серьезно больные принимают эти "языки"; они часто, кажется, есть смысл шутки или мистификации. Тем не менее, в некоторых случаях пациенты на самом деле считают, что они правильно высказались; они считают, что они говорят свое обычное или другой существующий язык; или они могут быть сознательным своего нового творения. Пациент, который, несмотря на ее недвижимом государстве по-прежнему очень умный и самостоятельно наблюдательны, хотел сказать: "Дайте мне успокоительное." Вместо этого, она сказала: "Дайте мне 20 000", или "Я даю вам 20 000." Эти две формы идентичны в ее сознании, хотя она заметила разницу затем в нормальном режиме.

Письменные произведения этих пациентов вполне соответствуют устных них, за исключением, что в бывших некоторыми особенностями являются еще более очевидным. Часто пациенты будут писать, когда они не имеют ничего сказать. Таким образом, можно получить от образованных людей историй обо всем, что происходит в больнице, когда они встают, в какое время они моют, что тот или иной служитель делает в определенный момент времени. Что именно предполагается в качестве письменного общения, то может появиться как упражнение в составе, часто чисто стилистическая и без всякого содержания. Слова формируют в идеально правильных предложений, цель которых, однако, разобрать.

Это не является необычным для части записи основателя в болоте неконтролируемых ассоциаций. Таким образом кататоническая, кто был в восторге, когда мы

157

ordered her to write home concerning her eligibility for release, wrote as follows:

R. (her home address, instead of the hospital's) 27 April 1887. (Actual date 1906)

Dear Parents:

Be so kind and come and get me my sister washed for me and we must to the kitchen

(born 66) from your sister, L. S.

The patients' lack of purpose and appropriate thought is shown in the many deviations from the starting ideas; both the content and the sound of words lead them astray. A hebephrenic lists among the sources of information about himself: “My father in N., whose judgment is worth everything to me, even my life if he asked it of me.”

Inconsistencies, such as the above, where the letter starts with “dear parents” and then ends with “your sister,” are frequent in schizophrenia. Letters to different persons are written on the same sheet of paper. The same person will be addressed in various ways, formally or intimately, in one letter. A hebephrenic concludes every letter, no matter to whom it is addressed, with “affectionate love and kisses from your truly loving E. F. in W.” (though she does not live in W. but in the hospital).

Despite the presence of normal orientation, the use of incorrect dates and places is not unusual. An institutionalized catatonic always puts her home address on all her letters, even on those written to her mother.

Genuine anomalies of style are very common in hospitalized patients. The wording is preferably bombastic; indeed it is so not merely in the passages which are intended to convey emphasis or feeling. “The patients utter trivialities using highly affected expressions as if they were of the greatest interest to humanity.” Often the expressions are badly chosen so that one might believe to be listening to a pretentious school boy. In addition, there sometimes appears a preference for certain figures of speech which are then employed in a stereotyped fashion, regardless of their appropriateness. Besides the telegraphic style, we also find an inclination toward endless sentence structure containing the most varied mixture of ideas. A peculiarity not only of style but also of thought results in written elaborations of the obvious, e. g., "The undersigned writer of these lines takes the liberty of sending you this by mail. . . .” Multilingual patients freely intermingle different languages or use the

157

приказал ей, чтобы написать домой относительно ее права на освобождение, писал следующее:

Р. (ее домашний адрес, а больницы) 27 апреля 1887 года (дата фактического 1906)

Уважаемые Родители:

Будьте так добры и прийти и получить меня моя сестра промывали для меня, и мы должны на кухню

(Родился 66) от вашей сестры, Л. С.

Отсутствие пациентов цели и соответствующего мышления показано во многих отклонений от исходных идей; как содержание и звук слов привести их в заблуждение. А гебефреническую списки Среди источников информации о себе: «Мой отец в N., чье суждение стоит для меня все, даже моя жизнь, если бы он спросил меня об этом."

Несоответствия, такие как выше, где буква начинается с "дорогих родителей", а затем заканчивается на "вашей сестры," часто встречаются в шизофрении. Письма к разным лицам написаны на одном листе бумаги. И то же лицо будет решаться по-разному, формально или интимно, в одном письме. Гебефренический заключает каждую букву, независимо от того, к кому она обращена, с "ласковым любви и поцелуев от вашего действительно любящей EF в W." (хотя она не живет в W. но в больнице).

Несмотря на наличие нормальной ориентации, использование неправильных дат и мест не является необычным. Организационно кататоническая всегда ставит ее домашний адрес на всех своих письмах, даже на те, которые написаны с матерью.

Оригинальные аномалии стиле очень распространены у госпитализированных пациентов. Формулировка предпочтительно напыщенные; Действительно это так не только в проходах, которые предназначены для передачи упор или ощущение. "Пациенты произносят мелочи, использующие сильно пострадавших выражения, как если бы они были наибольший интерес для человечества." Часто выражения плохо выбраны так, что можно было бы верить слушать, чтобы претенциозным школьника. Кроме того, иногда возникает предпочтение определенных фигур речи, которые затем используют в стереотипной манере, независимо от их уместности. Кроме того, телеграфным стилем, мы также находим склонность к бесконечным структуры предложения, содержащий самые разнообразные смеси идей. Особенность не только стиля, но и результатов мышления в письменных разработок очевидным, е. г. ", нижеподписавшиеся автор этих строк берет на себя смелость отправки вам это по почте...." Многоязычный пациентов свободно смешиваются разные языки или использовать

158

foreign tongue with which they are least familiar. 26

Emotionally charged complexes are often expressed indirectly: a patient writes a long letter Ailed with church hymns and songs; all of these have some reference to the patient’s relationship to her lover whom she has identified with God. In other cases, the complexes are expressed by the choice of refined, obsequious, or childish prose style, or by the liberal use of diminutives.

Yet there are anomalies of style which cannot as yet be brought into connection with the complexes, and which must therefore be regarded as pathological whimsies. Thus a patient insists on speaking almost exclusively in participles accompanied by an auxiliary verb. Frequently, the patient’s style of writing or thinking is characterized by striking images. A paranoid with a wrinkled face writes: “My face is like a ceiling with heraldic and architectonic carvings.” The most heterogeneous objects are associated by content as well as by modes of expression, in a most unlikely and bizarre way. “The physical examination was not only very interesting, but seemed to me to cry out to heaven,’’ or “I not only delighted in hunting but also in being a burden to my father.” Such errors (as in the above example) have their source mainly in the writer’s lack of affect. Emotionally different concepts are placed on the same level. Even such constructions as the following are based on this kind of anomaly: “I have been here ten days, they want to starve me; I want to vomit on the whole world, and there is a bed made up for sleeping,” or “I feel very well and cheerful, relieved, I am tremendously hungry and homesick.”

The form, in the strict sense of the word, often demonstrates this lack of affect too. A well-bred girl writes her aunt a letter intended to show her devotion. But because of this lack of affect, the letter sounds extremely cold; the patient expresses her deepest feelings in the most impersonal of sentences. (“This is to thank. . .,” “It is desired. . . .”) Occasionally, “blocking” is expressed by an interruption of the sentence, after which there appears a completely new thought; in severe cases, the writing stops altogether. Occasionally a gap will indicate a suppressed thought as in the ending of the following letter:

Most affectionate and cordial greetings

J.W.

in the (large gap)

Address: Hospital, Zurich, Room 2

26. Translator’s note: It may be noted that in Switzerland with its three official languages (German, French and Italian) it is quite common for patients to be familiar with two or three languages in varying degrees.

158

иностранном языке, с которым они хоть немного знаком. 26

Эмоционально заряженные комплексы часто выражается косвенно: пациент пишет длинное письмо беспокоило церковных гимнов и песен; все они имеют некоторое отношение к отношений пациента к своему любовнику, которого она отождествляется с Богом. В других случаях, комплексы выражаются выбора изысканным, подобострастно, или детски стиле прозы, или либеральной использования уменьшительные.

Тем не менее, есть аномалии стиле, который пока еще не могут быть привлечены в связи с комплексами, и которые, следовательно, должны рассматриваться как патологические прихоти. Таким образом, пациент настаивает на говорить почти исключительно в причастий в сопровождении вспомогательного глагола. Часто, стиль пациента письма или мышления характеризуется яркими образами. Параноик с морщинистым лицом пишет: "Мое лицо, как потолок с геральдических и архитектурных резьбой." Наиболее гетерогенных объектов связаны по содержанию, а также способов выражения, в самых неожиданных и причудливым образом. "Физическая экспертиза была не только очень интересно, но мне показалось, взывать к небесам, '' или" я не только наслаждался охотой, но и в том, бремя для моего отца. "Такие ошибки (как в примере выше) имеют своим источником в основном в отсутствие писателя аффекта. Эмоционально разные понятия находятся на том же уровне. Даже такие сооружения, как следующее основаны на такого рода аномалии: "Я был здесь десять дней, они хотят, чтобы морить меня голодом; Я хочу, чтобы рвать на весь мир, и есть кровать сделал для сна ", или" Я чувствую себя очень хорошо, и веселый, с облегчением, я чрезвычайно голоден и по дому. "

Форма, в строгом смысле этого слова, часто демонстрирует этот недостаток влияет слишком. Хорошо воспитанный девушка пишет ее тетя письмо предназначено, чтобы показать свою преданность. Но из-за этого недостатка аффекта, звуки письма очень холодно; Пациент выражает свои самые глубокие чувства в самых безличного предложений. ("Это благодарность,..." "Желательно....") Иногда "блокирования" выражается перерыва приговора, после чего появляется совершенно новый мысли; в тяжелых случаях, написание останавливается совсем. Иногда разрыв будет указывать на подавленную мысли, как в финале следующее письмо:

Большинство ласковые и сердечные поздравления

J.W.

в (большой разрыв)

Адрес: Больница, Цюрих, номер 2

Примечание 26. переводчика: Следует отметить, что в Швейцарии с ее трех официальных языков (немецкий, французский и итальянский), что весьма характерно для пациентов, чтобы быть знакомы с двумя или тремя языками в той или иной степени.

159

The very appearance of a piece of writing often permits one to recognize the presence of schizophrenia. The use of space may be quite bizarre. The varying margins betray the writer’s changing mood. The letter may start at the bottom or side of the paper or very close to the top. Paranoids have the peculiar habit of leaving no margin and are inclined to fill the page completely. Conversely, a catatonic uses an entire sheet to write:

Zurich, July 28, 04

Mother:

Send sugar

A. 27

The script itself is often quite slanted, running in different directions all over the paper. In one place there may be a shaded square design, while in another place there is a circle with words written around it. All sorts of more or less bizarre figures are formed either by the script or are added by drawing. The letter paper is folded in a most complicated way so that one wonders how the patient obtains the desired form and size, despite his apparent lack of control.

The catatonic peculiarities of script are legion. Capital letters and small letters are employed without any apparent rules, the former even in the middle of a word. After each vowel, “something like an h” is placed (Pfister); slang expressions are spelled phonetically so that they are most difficult to decipher. The spelling itself will be changed in every conceivable way. The patient will divide words without any obvious motivation; punctuation may be wholly absent; after each word a comma may be inserted. Words may be agglutinated. Completely meaningless numbers may be written first in digits, then in words.

The catatonic peculiarity of stereotypy and mannerism are strikingly expressed in writing. We frequently observe written verbigeration, in random repetition of words and sentences, and particularly of single letter and punctuation marks, either in a characteristic pattern or mixed with crosses, circles, triangles and other figures. For many years a hebephrenic always wrote the same row of numbers whose zeros were always continued to the end of each line. Mannerisms are revealed in the affected and queer shapes of the letters and the various curlicues which themselves have a tendency to become stereotyped. Some patients invent an individual script (cryptography), which may be a caricature of known scripts or an entirely new invention.

Perseveration may influence the script, especially in acute phases

27. This the entire signature, somewhat ornamented.

159

Само появление сочинение что часто позволяет признать наличие шизофрении. Использование пространства может быть довольно странно. Различная поля предать меняется настроение писателя. Письмо может начать снизу или сбоку бумаги или очень близко к вершине. Параноики обладают специфическим привычку не оставляя маржу и склонны полностью заполнить страницу. С другой стороны, кататоническая использует весь лист, чтобы написать:

Цюрих, 28 июля 04

Мать:

Отправить сахар

А. 27

Сам скрипт часто весьма тенденциозным работает в разных направлениях по всему бумаге. В одном месте может быть в тени квадратный дизайн, в то время как в другом месте есть круг со словами, написанными вокруг него. Все виды более или менее странно фигур образуются либо в сценарий или добавлены рисовать. Почтовая бумага сложена в наиболее сложным образом, так что непонятно, как пациент получает желаемую форму и размер, несмотря на его очевидное отсутствие контроля.

Кататонические особенности сценария легион. Заглавные буквы и строчные буквы используются без каких-либо явных правил, бывших еще в середине слова. После каждого гласного, "что-то вроде ч" находится (Пфистер); сленг выражения написаны фонетически, так что они являются наиболее трудно расшифровать. Сам правописания будет изменен во всех мыслимых отношениях. Пациент будет разделить слова без какой-либо очевидной мотивации; пунктуации может быть полностью отсутствует; после каждого слова разделенные могут быть вставлены. Слова могут быть агглютинируются. Полностью бессмысленные цифры могут быть написаны в первую очередь в цифрах, то в словах.

Кататоническая особенность стереотипии и манерности поразительно выражена в письменной форме. Мы часто наблюдаем письменное verbigeration в случайном повторении слов и предложений, и, особенно, из одной буквы и знаки препинания, либо в характерной картины или в смеси с крестами, круги, треугольники и другие фигуры. На протяжении многих лет гебефренический всегда писал один и тот же ряд чисел, нули были всегда продолжается до конца каждой строки. Манеры выявлены в пострадавших и странных форм букв и различных завитков, которые сами имеют тенденцию стать стереотипным. Некоторые пациенты придумать индивидуальный скрипт (криптографии), которые могут быть карикатура, известными скрипты или полностью новое изобретение.

Персеверация могут влиять на сценарий, особенно в острых фаз

27. Вся подпись, несколько орнаментом.

160

of catatonia and in clouded states. It will then affect not only the words but single letters as well; the latter may crop up at inappropriate points (“would woush” instead of “would wish”). Even more frequently, we find contamination by subsequent words and letters which the writer already has in mind.

Condensations such as “notl" instead of “not at all” are usually encountered. Incompletely written words or the omission of letters also belong in this category (such as “attent” instead of “attendant,” “nt” instead of “not”). However, these distortions may also be caused by sudden “blockings.”

Some graphological aspects in their narrower sense, may often — though not in all cases — be so characteristic for schizophrenia that one can make the diagnosis from them. Kraepelin had already noted that in catatonic states the entire control of the script is uneven and irregular. In stupors, also, rapid and sometimes even powerful strokes are made. Thus, we can see powerful and weak, small and large, straight and slanted, careful and careless strokes intermingled in the same piece of writing. The same patient often uses wholly different handwriting styles on the same page.

Frequently, the shift of complexes during a train of thought may be demonstrated as the cause of these changes. 28 Generally, the constellations of complexes are more strikingly apparent in schizophrenics than in the healthy (through all sorts of irregularities, deviations from the lines, etc.).

When autistic catatonics who have completely lost contact with the outer world are prevailed upon to write, they at first often have difficulty in holding the pencil correctly, and then it seems as if the pencil will not write properly. Usually they will then make a few strokes in the air and finally on the paper itself. The lines are then very often much intertwined. If one is very patient, one may see how letters gradually evolve from these lines. Ultimately, intelligible, although incorrectly spelled words and even whole sentences may appear. By subsequent study, one may recognize that elements of the words were already contained in the first unrecognizable scrawl. Thus, the handwriting also develops in quite the same way as does automatic writing only more rapidly, sometimes in “one sitting.” By the same token, the results are completely lost by the time the next attempt to write is made. 29

28. For this reason, the study and deciphering of Lens's poetry to Friederike Brion was so difficult.

29. In quite an analogous way, patients will play the piano. At first, there is just a cacophony of chords and notes out of which a melody very gradually develops.

160

кататонии и в туманных государств. Это будет влиять не только слова, но и отдельные буквы, а; Последнее может возникать при неправильной точек ("бы woush" вместо "хотели"). Еще более часто, мы находим загрязнение последующих слов и букв, которые писатель уже имеет в виду.

Сгущения, такие как "Notl" вместо "вовсе не" обычно встречаются. Не полностью написанных слов или пропуском букв и принадлежат к этой категории (такие, как "внимательны" вместо "дежурного", "нт" вместо "не" ). Тем не менее, эти искажения могут также быть вызваны внезапным "блокировок."

Некоторые Графологический аспекты в их узком смысле, может часто - хотя и не во всех случаях - так характерны для шизофрении, что можно сделать диагностику от них. Крепелин уже отметил, что в кататоническими государств весь контроль сценария неравномерно и нерегулярно. В stupors, а также, быстрые и иногда даже мощные удары производятся. Таким образом, мы видим, мощные и слабые, маленькие и большие, прямые и наклонные, тщательно и неосторожные удары пересекающиеся в одной и той же части письма. Тот же больной часто использует полностью различные стили почерка на той же странице.

Часто, сдвиг комплексов во время мыслей может быть продемонстрировано, что причиной этих изменений. 28 Как правило, созвездия комплексов более бросается в глаза при шизофрении, чем в здоровой (через всевозможные нарушения, отклонения от линии, и т.д.).

Когда аутичные catatonics которые полностью потеряли контакт с внешним миром преобладают необходимо написать, они сначала часто испытывают трудности в проведении карандаш правильно, и тогда кажется, как будто карандаш не буду писать правильно. Как правило, они затем сделать несколько штрихов в воздухе и, наконец, на самой бумаге. Линии потом очень часто тесно переплетена. Если кто-то очень терпеливый, можно увидеть, как буквы постепенно эволюционировать от этих линий. В конечном счете, понятны, хотя может показаться неправильно написанные слова и даже целые предложения. По последующем исследовании, можно признать, что элементы слов уже содержится в первом нераспознаваемые почерком. Таким образом, почерк также развивается в совершенно так же, как это делает автоматическое письмо только более быстро, иногда в "один присест". К тому же, результаты полностью потерял к тому времени очередную попытку написать производится. 29

28. По этой причине, изучение и расшифровка поэзии Ленс к Фридерика Брион было так трудно.

29. В довольно аналогичным образом, пациенты будут играть на пианино. Во-первых, есть только какофония аккордов и отмечает, из которых мелодия очень постепенно развивается.

161

(f) The Somatic Symptoms

In schizophrenia we find a number of somatic symptoms, most of which, however, are not very pronounced and in some cases cannot be detected at all. Viewed in their totality, these symptoms suggest that the disease is based upon a more fundamental alteration of the brain, or perhaps even of the entire body.

In acute cases one encounters severe psychic symptoms reminiscent of those due to intra-cranial pressure. On the somatic side, tremulous and wavering movements may lead to the conclusion that there is some gross cerebral disturbance. According to Reichardt, there may be encountered an increase in brain weight in proportion to skull size, and even choked discs. 80 The pupillary disturbances should also be mentioned here. At times, the bodily state may resemble that seen in severe infections. In acute catatonic states, particularly, we often find a coated tongue, anorexia (even without physchogenic refusal of food), and poor assimilation of food. The patient’s physical and nutritional condition deteriorates rapidly, quite independently of any motor strain; his movements become tremulous. Often such conditions are accompanied by slight rises of temperature. Reichardt found up to five per cent of albumin in the urine of stuporous patients. We have found smaller quantities, temporarily, in various catatonic states. It is as yet impossible to say whether there is any connection between this symptom and the psychosis.

In acute forms of the illness the patient’s weight in particular is often subject to irregular and wide variations for which there is no known explanation. 81 A rapid gain in weight, without any corresponding

I improvement in the patient’s mental condition, has always been considered as a bad prognostic sign in an acute psychosis. We have, however, frequently been able to observe a marked gain in weight during the subsidence of acute episodes, in some instances of twenty-five kilograms and more, above the patient’s norm. Hence, this cannot be a matter of simply regaining the weight lost during an agitated state. Some patients maintain this abnormal gain in weight for a long period, while others return to their norm within a few months. Further investigations are needed to determine whether these cases have a less favorable prognosis than those with less marked variation in weight. Sometimes the weight varies with the mental condition; loss of weight occurs during agitated

30. See below, death resulting from catatonic cerebral paralysis, and also (be clouded catatonic states.

31. Loss of weight “at the beginning of the illness", as far as considerable differences are involved does not occur as a rule. The acute condition for which the patient was hospitalized may have been considered as the beginning of the illness.

161

(F) соматические симптомы

При шизофрении мы находим ряд соматических симптомов, большинство из которых, однако, не очень выраженными, а в некоторых случаях не могут быть обнаружены на всех. Рассматриваемых в их совокупности, эти симптомы позволяют предположить, что заболевание основана на более фундаментальном изменении головного мозга, или, возможно, даже всего тела.

В острых случаях встречаются серьезные психические симптомы, напоминающие те, из-за внутри-черепной давления. На соматической стороны, трепетные и колеблющимися движения могут привести к выводу, что есть некоторые валовой головного мозга нарушение. По Рейхардта, там можно встретить увеличение веса мозга в пропорции к размеру черепа, и даже душили дисков. 80 Нарушения зрачков, также должны быть упомянуты здесь. Время от времени, состояние тела может напоминать, что видел при тяжелых инфекциях. В острых кататоническими государств, в частности, мы часто находят обложенный язык, анорексия (даже без physchogenic отказ от пищи), и плохое усвоение пищи. Физическое и пищевая Состояние больного быстро ухудшается, совершенно независимо от любого штамма двигателя; его движения стали трепетный. Часто такие состояния сопровождаются небольшими подъемами температуры. Reichardt найти до пяти процентов альбумина в моче ступора пациентов. Мы нашли в меньших количествах, временно, в различных кататоническими государств. Это еще невозможно сказать, есть ли какая-то связь между этим симптомом и психоза.

В острых форм болезни вес пациента, в частности, часто подвергаются неправильной и значительные колебания, для которых нет никакого известного объяснение. 81 быстрое увеличение веса, без соответствующего

Я улучшение психического состояния пациента, всегда считалась плохим прогностическим признаком в остром психозе. Мы, однако, часто имел возможность наблюдать заметное увеличение веса во время опускания острых эпизодов, в некоторых случаях из двадцати пяти килограммов и более, выше нормы пациента. Таким образом, это не может быть дело просто вернуть себе потерянный вес во время возбужденном состоянии. Некоторые пациенты поддерживать эту ненормальную прибавлять в весе в течение длительного периода, в то время как другие возвращаются к их нормы в течение нескольких месяцев. Дальнейшие исследования необходимы, чтобы определить, являются ли эти случаи имеют менее благоприятный прогноз, чем те, с менее выраженной способности изменения в весе. Иногда вес колеблется с психическим состоянием; потеря веса происходит в течение перемешивают

30. Ниже, смерть в результате кататоническом церебральным параличом, а также (быть облачным кататонические государства.

31. Потеря веса "в начале болезни", насколько вовлечены как значительные различия не происходит, как правило. Острого состояния, для которого пациент был госпитализирован, возможно, были рассмотрены в начале болезни.

162

periods, and a gain during quiet periods. Most of our hospitalized patients, however, differ very little from the healthy in respect to weight variations, except that in chronic conditions the fluctuations appear to be wider and more frequent.

Weight is by no means parallel to food intake. Particularly in acute phases, there may be extreme loss of weight, indeed, death from inanition, 82 even with ample or at least adequate intake. Conversely, many patients remain in a remarkably good condition despite a very low food intake even during periods of marked motor agitation. In the same patient, weight may for a time vary inversely with food intake. The irregular oscillations of body weight during one or several days, which Rosenfeld has shown to be due simply to unequal water retention, are not to be confused with fluctuations due to nutritional conditions.

Anorexia is frequently accompanied in acute states by symptoms of “gastric catarrh” (coated tongue, foul breath, sometimes mild elevations of temperature). In chronic states, anorexia more often occurs without these accompanying symptoms. Alternately with the anorexia (or by itself), we may observe bulimia, acutely or chronically. Such insatiable eating is very rarely accompanied by the corresponding and appropriate body weight.

As yet we know very little about gastro-intestinal secretory activity. Undoubtedly this activity is for the most part undisturbed, though there are exceptions. Now and then we encounter ptyalism, indeed in a very marked degree. In one case I have collected up to 3 liters of saliva on several occasions; this continued for months and was repeated several years later. 33 Some patients complain about a dryness of their mouths which as a rule disappears after a few weeks or months.

According to Leubuscher and Ziehen, there is a disposition to hyper-chlorhydria in catatonic and stuporous patients and a tendency to hypo-chlorhydria in cases of acquired mental deficiency, while acute paranoid states show a normal acidity. We have as yet no reason to conclude on the basis of these findings that these pathological phenomena are different in principle; the matter certainly needs further investigation.

In schizophrenia as in other psychoses, food intake as well as general intestinal activity, is dependent to the highest degree upon psychic factors. Delusions of poisoning, negativism, autism, agitation, etc. often prevent them or render them difficult. Furthermore, due to the extreme variability of these psychic conditions, intake may, intermittently, increase to the point of bulimia. In no other mental disease

32. Observed by Xosenfetd.

35. Ptyalism is not to be confused with the peculiar habit of many catatonics not to swallow their saliva but to retain it in the mouth as long as possible or let it drool out

162

периоды, и усиления во время тихих периодов. Большинство наших госпитализированных пациентов, однако, мало чем отличаются от здоровых в отношении веса вариации, кроме того, что при хронических условиях колебания кажутся шире и чаще.

Вес отнюдь не параллельно с приемом пищи. В частности, в острой фазе, могут быть экстремальные потеря веса, на самом деле, смерть от истощения, 82, даже при достаточно или, по крайней мере, адекватное потребление. И наоборот, многие пациенты остаются в удивительно хорошем состоянии, несмотря на очень низкий уровень потребления продуктов питания даже в периоды заметного двигательное возбуждение. В то же пациента, вес может в течение некоторого времени изменяются обратно с приемом пищи. Нерегулярные колебания веса тела в течение одного или нескольких дней, которые Розенфельд показал, что просто из-за сохранения неравного воды, не следует путать с колебаниями из-за условий питания.

Анорексия часто сопровождается при острых состояниях симптомами "катар желудка" (с покрытием языка, неприятный запах изо рта, иногда мягкая отметок температуры). При хронических состояний, анорексия чаще происходит без этих сопутствующих симптомов. Поочередно с анорексией (или на себя), мы можем наблюдать булимии, остро или хронически. Такой ненасытной еда очень редко сопровождается соответствующим и надлежащим массы тела.

Как же мы очень мало знаем о желудочно-кишечных секреторной активности. Несомненно, это деятельность по большей части невозмущенной, хотя есть и исключения. Время от времени мы сталкиваемся с ptyalism, действительно в очень заметной степени. В одном случае я собрал до 3 литров слюны в ряде случаев; Это продолжалось в течение нескольких месяцев и был повторен несколько лет спустя. 33 Некоторые пациенты жалуются на сухость рта их, которые, как правило, исчезает через несколько недель или месяцев.

По Leubuscher и Ziehen, есть склонность к гипер-chlorhydria в кататоническими и ступора пациентов и тенденцией к гипофункции chlorhydria в случаях приобретенного слабоумия, в то время как острые параноидные состояния показать нормальную кислотность. Мы не имеем пока еще нет оснований заключать на основе этих выводов, что эти патологические явления принципиально отличаются; Дело, конечно, нуждается в дальнейшем исследовании.

При шизофрении, как и в других психозов, прием пищи, а также общей деятельности кишечника, зависит в высшей степени от психических факторов. Бред отравления, негативизм, аутизм, перемешивания и др часто не позволяют им или вывести сложно. Кроме того, из-за чрезвычайной изменчивости этих психических состояний, потребление может, с перерывами, чтобы увеличить точки булимии. Ни в одной другой психической болезни

32. Наблюдаемые Xosenfetd.

35. Ptyalism не следует путать с особыми привычку многих catatonics не глотать слюну, но и сохранить его в рот как можно дольше или пусть он слюни из

163

does complete refusal of food occur so frequently and so persistently as in schizophrenia. Particularly in the catatonic conditions of more than average severity there is, as a rule, a more or less consistent abstinence. One of our patients had to be tube-fed for sixteen years, that is until her death.

Intestinal function. Some patients seem to retain their stools deliberately for the most varied reasons. Conversely, others defecate far more frequently than is necessary, partly because they employ the material for smearing, partly as a consequence of delusions, or for as yet unknown reasons. However, there does appear a true intestinal atony, especially in catatonic states. Among the schizophrenic symptoms, Masselon (p. 81) mentions merycism, which may, however, merely be an accidental accessory symptom.

Body metabolism as reflected in the urine has been more intensively studied, but so far without tangible results. It would appear that in chronic conditions the urine, on the whole, does not show any abnormalities; whereas in acute states and during activation of the illness the composition of urine varies, of course, much more widely, if only in view of the patient’s irregular food intake and expenditure of energy, etc. Therefore, it is quite understandable that many deviations from the normal are found. One must, however, be very cautious in ascribing such variations to the disease itself.

According to d’Ormea and Maggioto, the excretion of alkaline earths, especially magnesium, is somewhat decreased, most markedly in catatonics, less so in hebephrenics and paranoids; the acidity of the urine is

also apparently diminished. Dide and Chenais found that the amount of urine secreted is somewhat decreased in dementia praecox; secretion of urea is markedly decreased, that of phosphates unchanged, that of chlorides greatly increased; albumin and urobilin is rarely found. However, these findings should certainly not be generalized.

Urinary sugar does not feature prominently in the findings; according to d’Ormea, though, the amount of reducing substances in the urine is less than that in the normal. In those delirious states which we would include with schizophrenia some albumin seems to appear in the urine (cf. above, albumin in stuporous cases).

In the chronic states, the quantity of urine excreted seems to be in normal proportion to the amount of food and liquids ingested. In activations of the illness there may be marked irregularity, from excretion of large amounts of urine to oliguria. In a catatonic girl I have even found complete anuria lasting for two days (using the catheter). The rapid changes in body weight are therefore hardly surprising. Arndt (23) found in one patient salivation and polyuria with each appearance of

163

делает полный отказ от пищи происходит так часто и так настойчиво, как при шизофрении. В частности, в условиях кататонии более средней тяжести есть, как правило, более или менее соответствует абстиненции. Один из наших пациентов были быть трубка кормили в течение шестнадцати лет, то есть до ее смерти.

Функции кишечника. Некоторые пациенты, кажется, сохраняют свои стулья намеренно для самых разнообразных причин. И наоборот, другие дефекации гораздо чаще, чем это необходимо, отчасти потому, что они используют материал для смазывания, частично вследствие бреда, или еще неизвестным причинам. Тем не менее, оказывается, есть истинное атонии кишечника, особенно в кататоническими государств. Среди симптомов шизофрении, Masselon (стр. 81) упоминает merycism, которые, однако, могут просто быть случайным вспомогательное симптомом.

Обмен веществ, как это отражено в моче был более интенсивно изучал, но до сих пор это не принесло ощутимых результатов. Казалось бы, что при хронических состояниях мочи, в целом, не показывает никаких отклонений; в то время как при острых состояниях и при активации болезни состав мочи изменяется, конечно, гораздо шире, если только с точки зрения нерегулярного приема пищи пациента и затрат энергии, и т.д. Поэтому, вполне понятно, что многие отклонения от нормальное найдены. Надо, однако, быть очень осторожным, приписывая такие изменения в самой болезни.

По d'Ормеа и Maggioto, удаляются щелочных земель, особенно магния, несколько снижается, причем наиболее заметно в catatonics, в меньшей степени в hebephrenics и параноиков; Кислотность мочи

также, по-видимому уменьшилась. Дидье и Chenais обнаружили, что количество мочи, выделяемой несколько снижается в раннее слабоумие; секреции мочевины заметно уменьшилось, что фосфатов неизменными, что хлоридов значительно увеличивается; альбумин и уробилина редко встречается. Тем не менее, эти данные должны, безусловно, не может быть обобщена.

Мочевой сахар не видное место в выводах; в соответствии с d'Ормеа, тем не менее, количество восстанавливающего вещества в моче меньше, чем в нормальном. В этих бредовых состояний, которые мы хотели бы включить в шизофрении некоторые альбумин, кажется, появляется в моче (см выше, альбумин в ступора случаев).

В хронической государств, количество мочи выделяется, кажется, в нормальном количестве, пропорциональном количеству пищи и жидкостей внутрь. В активаций болезни могут быть отмечены неправильности, от выделения больших количеств мочи олигурия. В кататоническое девушка, которую я даже нашли полные анурии длительностью в течение двух дней (с использованием катетера). Стремительные изменения в массе тела, таким образом, не удивительно. Арндта (23) находится в одном слюноотделение пациента и полиурии с каждым появлением

164

catalepsy. Conscious retention of urine is very frequent but it rarely requires special intervention.

As yet we have no blood studies which take into account not only the systematic classification of the cases, but also correlations with their previous condition, the present clinical picture, the patients’ way of life, etc. No definite conclusions which might contribute to the knowledge of this disease can be drawn from what facts are now at our disposal.

Kahlbaum (346, p. 52) consistently found a high degree of oligemia or chlorosis in his catatonic cases. Others, however, such as Tschisch, found exceptionally good nutritional conditions, to which this blood picture corresponds. According to my own experience, which is not based on measurements, schizophrenics are much like others in this respect. Whitmore Steele claims to have found decreased hemoglobin (average 71 % ) and red blood corpuscles in his melancholics among whom he includes the depressed schizophrenics. However, Schultz (681) finds in his catatonics “a certain tendency to a decrease in the number of red cells in the blood of the main blood vessels,” and almost normal hemoglobin content. Vorster found the specific gravity and the hemoglobin lowered in his cases of melancholia attonita, in acute delusional states, but also in other acute psychoses. Pighini and Paoli claimed to have found juvenile forms of red cells (cf. Muggia, however). Obici and Bonon, as well as Agostini also have found a decreased isotonicity of the red blood cells in other mental disorders and in dementia praecox (especially at its beginning). Pugh has stated that in chronic cases (including, above all, schizophrenia), the alkalinity of the blood remains unaltered; Schultz makes the same statement for catatonics. Bruce notes that in catatonia and “acute mania,” the blood coagulates less readily. It is remarkable that this has not been observed in the frequent injuries and operations to which schizophrenic patients are subject.

Particularly noteworthy are the studies of the white blood cells; here, definite anomalies have been established. It is on this factor that Bruce, in particular, bases his theory of the infectious origin of diseases which we, for the most part, would designate as acute conditions of schizophrenia. His researches still need careful verification. It is impossible for us to summarize briefly his studies since they are based on an entirely different classification of the psychoses. The essence of his position is somewhat as follows: In acute phases of certain of these diseases, the white blood count rises to almost double the normal, and is greatest in the cases with a good prognosis; it is much smaller in the others. The polymorphonuclear cells are somewhat more numerous than the other types of white cells in the more favorable cases, while the percentage in the prognostically unfavorable cases seems to sink to about one third of

164

оцепенение. Сознательное задержка мочи очень часто, но это редко требует особого вмешательства.

Пока у нас нет никаких исследований крови, которые принимают во внимание не только систематической классификации случаев, но и корреляции с их предыдущее состояние, настоящим клинической картины, кстати жизни пациентов и т.д. Нет определенные выводы, которые могли бы способствовать Знание этого заболевания может быть обращено от того, что факты в настоящее время в нашем распоряжении.

Кальбаума (346, стр. 52) последовательно найдено высокую степень oligemia или хлороз в его кататонии случаях. Другие, однако, такие как Tschisch, нашел исключительно хорошие условия питания, которому соответствует эта картина крови. По моему собственному опыту, который не основывается на измерениях, шизофреники так же, как другие в этом отношении. Уитмор Стил утверждает, что нашел снижение гемоглобина (в среднем 71%) и красные кровяные тельца в его меланхоликов, среди которых он включает в себя депрессивные шизофреники. Тем не менее, Шульц (681) находит в его catatonics "определенной тенденции к уменьшению числа эритроцитов в крови основных кровеносных сосудов", и почти нормальным содержанием гемоглобина. Форстер нашел удельный вес и гемоглобин снижен в его случае меланхолии attonita, в острых бредовых состояний, но и в других острых психозов. Pighini и Паоли заявил, что нашел несовершеннолетних формы эритроцитов (см Muggia, однако). Obici и Bonon, а также Агостини также нашли снижение изотоничность красных кровяных клеток в других психических расстройств, а также в раннее слабоумие (особенно в ее начале). Пью заявил, что в хронических случаях (в том числе, прежде всего, шизофрении), щелочность крови остается неизменным; Шульц делает то же самое заявление для catatonics. Брюс отмечает, что в кататонии и «острой мании," кровь свертывается менее легко. Примечательно, что это не было отмечено в частых травм и операций, к которым у больных шизофренией подвержены.

Особого внимания заслуживают исследования белых кровяных клеток; Здесь, определенные аномалии были созданы. Именно на этот фактор, что Брюс, в частности, основывает свои теории инфекционного происхождения болезней, которые мы, по большей части, могли бы выделить как острых состояний, шизофрении. Его исследования по-прежнему необходимо тщательной проверки. Это невозможно для нас, чтобы кратко учебу, так как они основаны на совершенно иной классификации психозов. Суть его позиции несколько следующим образом: в острых фазах некоторых из этих заболеваний, уровень лейкоцитов повышается почти в два раза нормально, и является наибольшим в случаях с хорошим прогнозом; он намного меньше в других. В полиморфноядерных клеток несколько более многочисленны, чем другие типы белых клеток в более благоприятных случаях, в то время как процент в прогностически неблагоприятных случаях кажется, опускаться до примерно одной трети

165

the normal. After recovery, the leucocytosis persists markedly but the ratio of polymorphs to the other white cells goes back to normal; in unfavorable cases, this ratio may remain below normal for years. During exacerbations both counts are temporarily increased.

Most recently Heileman 34 found in twenty-four cases of various forms of dementia praecox marked and regular decrease in the number of polymorphs with a simultaneous increase in the number of other leucocyte forms.

Perhaps the most striking changes, independent of psychic conditions, are found in the cardio-vascular junctions. Even in quiet periods the pulse rate is quite variable, a fact which cannot be attributed to temperature changes (Moravcsik, Pighini) or to affective influences. In acute states, the pulse variations may be great and quite sudden. In a paranoid patient who subsequently was to develop catatonic symptoms the pulse rate changed abruptly several times during a single observation, e. g. from eighty to one-hundred and thirty, without any apparent reason. In a moderately stuporous patient, the pulse remained for some hours at one-hundred and forty, although usually it kept within normal limits. The pulse will show variability due to psychic influences, even though there may be no discernible changes in the patient. A changing pulse rate may be the sole indicator of psychic activity. A catatonic woman in complete stupor showed a pulse acceleration from 85 to 134 per minute as soon as the doctor entered her room. With all these irregularities there is far less complaint of palpitation than one would expect.

The vasomotor system is markedly altered. In catatonic conditions lividity and cyanosis are very common, particularly in the hands and feet but also in other skin areas. These conditions change very rapidly. One of our catatonics, for example, had very cold hands before noon; at noon, the head, hands and lower half of the forearms were very red and hot. She also developed warm hands, cold head and cold feet; or the head became warm and the hands cold, etc. All of this occurred without any change in the total body temperature. In another patient, the extremities and abdomen were often quite cold, both objectively and subjectively. Cyanosis is not merely a consequence of not moving the extremities, although in rigid patients, it is on the whole, more frequent and more marked than in others; in some cases, however, it seems to have no relation whatsoever with immobility. A patient may develop cyanotic hands only while working, and can therefore be employed only during part of the day. Not rare at all are transitory flushing or pallor, not only of the face but also of other portions of the skin surface.

34. Heilemann, "Blutuntersuchungen bei Dementia praetox", Allg. Zeitschrift fur Psychiairie, 1910, vol. 67, p. 413.

165

нормали. После выздоровления, лейкоцитоз сохраняется заметно, но отношение полиморфных к другим белых клеток возвращается в нормальное русло; в неблагоприятных случаях, это отношение может оставаться ниже нормы в течение многих лет. Во время обострений обоих случаях временно увеличивается.

Совсем недавно Хейлеман 34 находятся в двадцати четырех случаях различных форм раннего слабоумия обозначены и закономерное уменьшение числа полиморфных с одновременным увеличением числа других форм лейкоцитов.

Пожалуй, наиболее разительные изменения, независимо от психических состояний, находятся в сердечно-сосудистой переходов. Даже в спокойные периоды пульс очень изменчива, факт, который не может быть связано с изменением температуры (Моравчика, Pighini) или аффективные влияния. В острых состояниях, изменения пульса может быть большим и довольно неожиданно. В параноидальной пациента, который впоследствии должен был разработать кататонические симптомы пульс резко изменилась несколько раз в течение одного наблюдения, е. г. от восьмидесяти до ста и тридцати, без каких-либо видимых причин. В умеренно ступора пациента, пульс оставался в течение нескольких часов при сто сорок, хотя обычно это хранится в пределах нормы. Импульса покажет вариабельность в результате психических влияний, хотя может и не быть никаких изменений заметных в пациента. Изменение частоты пульса может быть единственным показателем психической деятельности. Кататоническая женщина в полный ступор показали ускорение пульса от 85 до 134 в минуту, как только врач вошел в ее комнату. С учетом всех этих нарушений есть намного меньше, жалоба сердцебиение, чем можно было бы ожидать.

Система вазомоторный заметно изменилась. В недвижимом условиях синюшность и цианоз, очень распространены, особенно в руках и ногах, но и в других областях кожи. Эти условия меняются очень быстро. Один из наших catatonics, например, были очень холодные руки до полудня; в полдень, голова, руки и нижняя половина предплечья были очень красный и горячий. Она также сложились теплые руки, холодной головы и холодные ноги; или голова стала теплой и руки холодные, и т.д. Все это происходило без каких-либо изменений в общей температуры тела. В другом пациента, конечностей и живота часто очень холодно, как объективно, так и субъективно. Цианоз является не только следствием не движется конечностей, хотя в жестких пациентов, это в целом, более частыми и более выраженными, чем у других; в некоторых случаях, однако, кажется, не имеют никакого отношения с неподвижностью. Пациент может развиваться Cyanotic руки только во время работы, и, следовательно, могут быть использованы только в течение части дня. Не редко вообще являются временными промывка или бледность, не только на лице, но и других участков поверхности кожи.

34. Heilemann, "Blutuntersuchungen бай Деменция praetox", Allg. Zeitschrift für Psychiairie, 1910, т. 67, стр. 413.

166

As a sign of abnormal irritability of the vasomotor system, we find frequently a moderate degree of dermographia; that is, a marked reddening following a slight stimulation; this rarely progresses to the point of welt formation although even this may sometimes be observed.

We do not yet know anything fundamental about the tensions within the vascular system, in psychoses. It would be important to study them in view of the possibility that they very well give us a clue to the influence of certain complexes on the patient. According to Pighini, the sphygmographic curves are somewhat lower in dementia praecox than in healthy individuals. Variations in elasticity are expecially pronounced and the secondary elevations are reduced to a minimum. All these are indications of increased vascular tension. According to Stoddart, blood pressure increases in catatonic stupor.

The tendency to edema is usually ascribed to poor circulation, but it must also have other causes. We find edema without demonstrable passive congestion, and conversely, marked degrees of passive congestion without edema. According to our views on pathology it is easy to see that patients who stand for decades should indeed often develop edemas of the ankles and the legs. Less understandable is the fact that others in the same circumstances remain free of them. In general, the edemas, too, develop independently of passive congestion and of the patient’s position. One may likewise find edemas in areas where congestive phenomena rarely occur, for example beneath the eyes. In this connection, Kraepelin speaks of a myxedematous thickening 35 ; on palpitation edemas at the ankle also appear myxedematous, and are often almost entirely non-pitting. Yet we have no real basis for considering these conditions as myxedematous. They may appear and disappear far more rapidly than do true myxedemas. In a physically strong female patient with a beginning mild schizophrenia, edemas were noted in the thigh area; they varied markedly in the course of a single day in size and intensity. In such cases, analysis of the urine provides no clue. At times, more severe edemas may make movements painful, probably because of the tension which they cause.

Besides edema, other trophic disturbances which may be related to the vasomotor system are found in schizophrenia. Susceptibility to frostbite is much more marked in schizophrenics than in the healthy. One may occasionally observe cases of pernio among our patients during a cool late spring or early summer. We must mention the disposition to

35. Trepsat (771) claims to find “pseudo-edemas” as Dide has called them, in all cases where sufficiently long observation has been possible. Fahrmann does not yet regard the facial edema at defined, and calls it pachydermia facialis. English authorities have called the somewhat succulent, glossy and (possibly as a result of lack of motion) completely unwrinkled skin varnished skin.

166

В знак аномальной раздражительность системы вазомоторного, мы часто находим среднюю степень dermographia; то есть заметное покраснение после небольшой стимуляции; это редко прогрессирует до точки подошвы формирования хотя и это иногда можно наблюдать.

Мы еще не знаем, ничего фундаментального о напряженности в сосудистой системе, в психозах. Было бы важно изучить их с учетом возможности того, что они очень хорошо дать нам ключ к влиянию определенных комплексов на пациента. По Pighini, что sphygmographic кривые находятся в раннее слабоумие несколько ниже, чем у здоровых лиц. Вариации упругости EXPECIALLY выраженным и вторичные высоты сводятся к минимуму. Все это признаки повышения сосудистого тонуса. По Стоддартом, повышением давления крови в недвижимом ступор.

Тенденция к отеку обычно приписывают плохое кровообращение, но он также должен иметь другие причины. Мы находим отек без очевидного пассивной носа, и, наоборот, отмечается степени пассивного заторов без отека. По нашим видом на патологии Легко видеть, что пациенты, которые стоят в течение многих десятилетий действительно должны часто развиваются отеки лодыжек и ног. Менее понятно то, что другие в тех же обстоятельствах оставаться свободным от них. В общем, отеки, тоже развиваться независимо от пассивного заторов и позиции пациента. Один также может найти отеки в тех областях, где застойные явления возникают редко, например, под глазами. В связи с этим, Крэепелин говорит о myxedematous утолщение 35; на сердцебиение отеков на голеностопных также появляются myxedematous, и часто почти полностью не-точечной коррозии. Тем не менее, у нас нет никакой реальной основы для рассмотрения эти условия как myxedematous. Они могут появляться и исчезать намного быстрее, чем делать истинные myxedemas. В физически крепкого пациентки с начала мягкой шизофрении, отеки были отмечены в области бедер; они значительно варьировать в течение одного дня в размере и интенсивности. В таких случаях, анализ мочи не дает ни малейшего понятия. Время от времени, более тяжелые отеки могут сделать движения болезненны, вероятно, из-за напряжения, которое они вызывают.

Кроме того, отеком, другие трофические нарушения, которые могут быть связаны с системой вазомоторного находятся в шизофрении. Восприимчивость к обморожению гораздо более заметным у больных шизофренией, чем в здоровой. Можно иногда наблюдать случаи озноблённой среди наших пациентов во время холодной поздней весной или в начале лета. Мы должны отметить склонность к

35. Trepsat (771) утверждает, что найти "псевдо-отеки", как Дидье призвал их, во всех случаях, когда достаточно долго наблюдение было возможно. Fährmann пока не рассматриваем отек лица в определены, и называет это пахидермия фациалиса. Английские власти назвали несколько сочные, блестящие и (возможно, в результате отсутствия движения) полностью без морщин кожи лакированной кожи.

167

decubitus although it is quite rare. I have, however, seen a young female catatonic, in good physical condition and clean in her habits, who developed a decubitus within 24 hours without any obvious external cause. 36

In most cases, wounds heal remarkably well, except in acute confusional states where the opposite is true. The tendency to infections is not pronounced. Scar formation is on the whole satisfactory.

The fragility of the blood vessels which appears in many schizophrenics, both acute and chronic, seems to indicate a real vascular pathology. Some of these patients, particularly the catatonic), are liable to subcutaneous hemorrhages, as a result of routine traumatisms, e.g., even from careful handling such as is necessary for ordinary care. Conjunctival hemorrhages also seem to be much more frequent than in the healthy; they may occur, for instance, as the patient washes his face. I have been definitely able to establish in some cases that otohematoma is not necessarily the consequence of external trauma. In one instance it likewise occurred as the patient washed himself; another patient constantly pressed his ear because of the voices he heard, and so provoked the bleeding. The hemorrhagic tendency may be temporary or may persist for longer periods of time. But in no case did I find that it was permanent. Death by cerebral hemorrhage is not especially frequent.

Disturbances in the function of the sweat glands are not part of the usual picture, yet they are not at all rare in the various types of the disease. In view of the wide physiological variation of activity of these glands, it is very difficult to demonstrate any inhibition of function. We may, perhaps, notice that patients lie in the blazing sun without sweating. On the other hand, abnormally increased sweating is frequent, particularly in connection with some psychic excitement. Sometimes, it may occur in attacks, particularly those which express sexual excitement, but often it is without any known cause. A female catatonic masturbated quite compulsively for many weeks by compressing her thighs; during this activity she perspired so profusely that the frequently necessary linen changes became a nuisance. Another catatonic would break into heavy perspiration thirty minutes after each tube-feeding which she never resisted. Localized sweating is even more frequent than in other nervous individuals; it may appear on any part of the body or unilaterally. Some of these phenomena are probably connected with the complexes, and certainly with psychic excitation. Hoche (309, p. 231) also mentions markedly increased secretion of the sebaceous glands.

Osteomalacia and bone fragility may be mentioned among other

36. Trepsat has described two cases of catatonic dementia with a pemphigus and an ulcer respectively, in both cases on the leg; he has attributed these to trophic disturbances. It remains questionable, however, whether there is a connection with the psychosis.

167

пролежни, хотя это довольно редко. Я, однако, видел молодую Кататонского, в хорошем физическом состоянии и чистоте в ее привычках, которые разработали пролежни в течение 24 часов без каких-либо очевидных внешних причин. 36

В большинстве случаев, раны заживают на удивление хорошо, за исключением острых состояния спутанности, где все наоборот. Тенденция к инфекциям не произносится. Шрам образование на весь удовлетворительное.

Хрупкость кровеносных сосудов, которая возникает во многих шизофреников, как острые, так и хронические, кажется, указывают реальную сосудистую патологию. Некоторые из этих пациентов, в частности, кататонии), подлежат подкожных кровоизлияний, в результате рутинных traumatisms, например, даже в осторожном обращении, например, как это необходимо для обычного ухода. Конъюнктивы кровотечения также, кажется, гораздо чаще, чем в здоровой; они могут возникнуть, например, когда пациент моет его лицо. Я был определенно в состоянии установить в некоторых случаях, что otohematoma не обязательно является следствием внешнего травмы. В одном случае он также произошли в пациента умылся; Другой пациент постоянно приложил ухо из-за голоса, которые он слышал, и так вызвало кровотечение. Геморрагический тенденция может быть временным или может сохраняться в течение более длительных периодов времени. Но ни в коем случае я не обнаружил, что это было постоянным. Смерть от кровоизлияния в мозг не особенно часто.

Нарушения функции потовых желез не являются частью обычной картины, но они вовсе не редки в различных типах заболевания. Ввиду широкого физиологического изменения активности этих желез, что очень трудно продемонстрировать какие-либо ингибирование функции. Мы можем, пожалуй, заметить, что пациенты лежат под палящим солнцем без потоотделения. С другой стороны, аномально повышенное потоотделение часто, особенно в связи с какой-то душевной волнения. Иногда это может происходить в результате нападений, особенно тех, которые выражают сексуального возбуждения, но часто это без какого-либо известной причины. Женщина кататоническая мастурбировала довольно навязчиво в течение многих недель, сжимая ее бедра; во время этой деятельности она потела так обильно, что часто приходится смена постельного белья стал помехой. Еще кататоническая бы ворваться в тяжелой пота тридцать минут после каждого трубки кормления, который она никогда не сопротивлялась. Локализованные потливость, даже чаще, чем в других нервных лиц; она может появиться на любой части тела или в одностороннем порядке. Некоторые из этих явлений, вероятно, связаны с комплексами, и, конечно, с психической возбуждения. Гоша (309, стр. 231) также упоминает заметно повышенную секрецию сальных желез.

Остеомаляция и хрупкость костей могут быть упомянуты среди других

36. Trepsat описал два случая кататоническом деменции с пузырчатки и язвы соответственно, в обоих случаях на ноги; он приписал их к трофических нарушений. Остается под вопросом, однако, есть ли связь с психозом.

168

trophic disturbances observed in old hospital inmates. Without reliable proof, these conditions have been linked with the mental state (Haber-kant). It may perhaps be due to unfavorable hygienic conditions, though we know little about such influences. In Rheinau, osteomalacia occurred in men and women who went outdoors too little, regardless of the type of their psychosis. Even an attendant who rarely left the hospital contracted it. The disease was cured by more outdoor living, but not by any of the usual methods of treatment. There may be similar factors at work in bone fragility, which must be distinguished from osteomalacia.

We might also mention Forel’s (229a) case of a catatonic woman, whose hair turned grey during the depressive stage at the beginning of her illness, but with a change in her psychic state again resumed its dark color. A similar case was noted by Urstein (p. 59). Bertschinger (p. 303) mentions a patient whose hair color alternated semi-annually between dark chestnut and light blond. The hair of one of our female patients became curly during a period of agitation and straight during one of remission.

Abnormalities of respiration are very difficult to study because psychic factors cannot be excluded. Catatonics often breathe very superficially. Occasionally, definite rhythms are maintained. Thus one of our catatonics would stop breathing entirely for a few seconds, and then would suddenly sigh very deeply; then she would breathe superficially, and finally, again hold her breath for a brief time. Observation of the respiratory pattern is, nevertheless, of importance during examination because its changes are among the most delicate indices of affective changes; particularly when a remark has touched upon a complex, this may very often become apparent in the breathing.

Menstruation is disturbed in perhaps the majority of cases in an acute stage of the disease. Usually it stops or becomes quite meager. Even in chronic conditions, however, menstruation may cease for many months or years. Abnormally frequent menstruation may also be connected with the psychosis. As a rule, however, menorrhagia will be conditioned by pathology of the genital organs. Subjective menstrual disturbances are much more infrequent than in the healthy female. Obviously, the patient’s indifference precludes auto-suggestibility in this direction.

Impotence and decreased sexual drive are frequent in male patients. For the most part, the temperature remains normal in chronic cases. Occasionally slight variations do appear. It is curious that these variations have a downward rather than upward trend, in relation to the normal. The temperature may even drop as low as 34 0 C. In stuporous states it remains in the lower limits of the normal.

168

трофические нарушения наблюдаются в старых заключенных больницы. Без надежного доказательства, эти условия были связаны с психическим состоянием (Haber-Кант). Это, возможно, будет из-за неблагоприятных санитарно-гигиенических условиях, хотя мы мало знаем о таких воздействий. В Рейнау, остеомаляция произошло у мужчин и женщин, которые пошли на открытом воздухе слишком мало, независимо от типа их психоза. Даже дежурный, который редко покидал больницу заразились. Болезнь была излечена путем дополнительной наружной жизни, но не с помощью любого из обычных методов обработки. Там может быть подобные факторы на работе хрупкости костей, которые следует отличать от остеомаляции.

Мы могли бы также упомянуть (229A) случай Фореля из кататоническое женщины, чьи волосы поседели во время депрессивной стадии в начале своей болезни, но с изменением ее психического состояния возобновил свою темную окраску. Аналогичный случай был отмечен Urstein (стр. 59). Bertschinger (стр. 303) упоминает пациента, у которого цвет волос чередуются каждые полгода между темно-каштанового и светлый блонд. Волосы одного из наших пациенток стал вьющиеся в период агитации и прямо во время одного из ремиссии.

Нарушения дыхания очень трудно изучать, потому что психические факторы не могут быть исключены. Catatonics часто дышать очень поверхностно. Иногда определенные ритмы поддерживаются. Таким образом, один из наших catatonics бы остановить дыхание полностью в течение нескольких секунд, а затем вдруг вздох очень глубоко; то она будет дышать поверхностно и, наконец, снова задержать дыхание на короткое время. Наблюдение за дыхательный рисунок, тем не менее, важно при обследовании, поскольку ее изменения являются одними из самых тонких показателей аффективных изменений; особенно когда замечание затронул комплекса, это может очень часто становятся очевидными в дыхании.

Менструация нарушается в возможно большинстве случаев в острой стадии заболевания. Обычно он останавливается или становится очень скудны. Даже при хронических состояниях, однако, менструация может прекратиться в течение многих месяцев или лет. Аномально часто менструация может быть также связано с психозом. Как правило, однако, меноррагия будет обусловлено патологией половых органов. Субъективные нарушения менструального цикла являются гораздо более редкими, чем в здоровой женщины. Очевидно, что индифферентность пациента исключает автоматическое внушаемость в этом направлении.

Импотенция и снижение полового влечения являются частыми у мужчин. По большей части, температура остается нормальной в хронических случаях. Иногда появляются незначительные изменения. Любопытно, что эти изменения имеют вниз вместо восходящего тренда, в связи с нормальным. Температура может даже понижаться до 34 0 С. В ступора государствах это остается в нижних пределах нормального.

169

usually explicable by some complication (gastro-intestinal disturbance, constipation, contusions, etc.). 37 The daily variations of temperature may be irregular. Particularly, typus inversus is at times noted; this is a frequent phenomenon in other mental disorders, also e.g. in melancholia.

Sleep is habitually disturbed, as in other psychoses, during acute agitated states. Yet a patient may seem very agitated, noisy and plaintive during the day, and still sleep well through the night. In chronic states sleep is, in the main, satisfactory, provided that it is not too disturbed by hallucinations. Many hospitalized schizophrenics can sleep very peacefully amid the loudest noise. Other patients continue to feel well despite months of irregular and inadequate sleep.

During acute thrusts of the disease, though rarely in the chronic conditions, we often encounter somnolence. Patients are asleep all night and most of the day. Indeed, they often fall asleep at their work. Frequently this somnolence is the only sign of a new thrust of the malady. Thus a female hebephrenic would, from time to time, pass through periods of such somnolence. One of our patients was affected by it at the time of his final examination in pharmacy, which he passed. He became a successful pharmacist. At the age of twenty-eight, this symptom reappeared, together with depression and withdrawal. At thirty-three, he had “neurasthenia,” which led him to give up his profession. At thirty-five, there were several confused paranoid attacks, with some deterioration.

Sleep, also, is subject to direct psychic influences. Many patients do not want to sleep because they want to know what goes on during the night, or because they fear some violence to themselves while asleep.

Symptoms of fatigue are varied. Many schizophrenics hardly ever tire. They move about noisily, day and night, or work endlessly, with hardly any sign of fatigue. In catalepsy the feeling of fatigue often seems to be entirely lacking. Other patients have an almost normal need for rest. Still others tire very easily, both physically and mentally, especially while the disease is progressing. Many patients are continuously tired (usually without morbid sleepiness). Every movement, at times even thinking, is an effort. Hence these patients cannot work even if they want to; they consider it an enormous presumption to be asked to get up; merely to give their age is for many of these patients such an effort, that they consciously or unconsciously try to avoid by not answering at all, or by giving an irrelevant answer.

Some of the patients experience as a great strain the preoccupation with their complexes which they cannot escape; they complain in all earnestness about their very hard work

37. "Deny et E. Roy signalent enfin l’existence de poussees febriles ephemeres qui passent souvent inapercues.“ (Masselon, 457, p. 27).

169

как правило, объяснимы некоторому усложнению (желудочно-кишечного нарушения, запор, ушибов и т.д.). 37 суточные вариации температуры может быть нерегулярным. В частности, Typus Inversus порой отметил, это частое явление в других психических расстройств, а также например при меланхолии.

Сон обычно нарушается, как и в других психозов, при острых взволнован государств. Тем не менее, пациент может показаться очень взволнован, шумно и жалобно в течение дня, и до сих пор хорошо спать всю ночь. При хронических состояниях спишь, в основном удовлетворительными, при условии, что это не слишком беспокоит галлюцинации. Многие госпитализированы шизофреники могут спать очень мирно среди громкого шума. Другие пациенты продолжают чувствуют себя хорошо, несмотря на месяцы неправильной и недостаточного сна.

Во время острых ударов заболевания, хотя и редко в хронических условиях, мы часто сталкиваемся с сонливость. Пациенты спят всю ночь и большую часть дня. Более того, они часто засыпают в своей работе. Часто это сонливость является единственным признаком новой тяги болезни. Таким образом, женщина гебефренический бы, время от времени, проходят через периоды такого сонливость. Один из наших пациентов страдают от этого в момент его окончательного рассмотрения в аптеке, которую он прошел. Он стал успешным фармацевтом. В возрасте двадцати восьми лет, этот симптом появился вместе с депрессией и снятия. В тридцать три года, он был "неврастения", который привел его отказаться от своей профессии. В тридцать пять лет, было несколько растерянные параноидальные приступы, с некоторым ухудшением.

Сон, также, подвергались прямой психические влияния. Многие пациенты не хотят спать, потому что они хотят знать, что происходит во время ночи, или потому, что они боятся некоторые насилие к себе во время сна.

Симптомы усталости разнообразны. Многие шизофреники вряд ли когда-либо в шинах. Они перемещаются шумно, день и ночь, или работать бесконечно, практически без знака усталости. В оцепенение чувство усталости часто кажется, полностью отсутствует. Другие пациенты имеют почти нормальную потребность в отдыхе. Третьи шины очень легко, как физически, так и психически, особенно во время болезнь прогрессирует. Многие пациенты постоянно устал (как правило, без болезненного сонливости). Каждое движение, порой даже не задумываясь, это усилие. Следовательно, эти больные не могут работать, даже если они хотят; они считают это огромная наглость попросить встать; просто чтобы дать их возраст многих из этих пациентов таких усилий, что они сознательно или бессознательно пытаются избежать, не отвечая на все, или давая неуместный ответ.

Некоторые из опыта пациентов в качестве великой деформации озабоченность со своими комплексами, которые они не могут избежать; они жалуются на всей серьезностью об их тяжелой работы

37. "Deny и E. Roy наконец сообщают о существовании обширной лихорадочного эфемерной, которые часто остаются незамеченными." (Masselon, 457, стр. 27).

170

and cannot understand why they are looked upon as idlers.

Abnormally rapid fatigue during actual work is a different matter, and appears less frequently. Yet we have noted fatigue during association tests, after about one hundred associations.

Patients who do not feel tired in advance usually are not fatigued even by examinations lasting many hours. This is a very striking difference from other psychoses, especially the organic ones.

Spasms and intensifications of idio-muscular contractions are the only two purely (not physically conditioned) motor symptoms which have been demonstrated with certainty. The idio-muscular contractions are rarely absent and in many cases are so obvious that upon a light percussion of the muscle of the pectoralis major, the muscle bundles under the pleximeter stand out in long bulges. Even in the most marked of these cases, examination of the spinal cord has never yielded any pathological findings, at least not with the methods used twenty years ago. Bernstein found idio-muscular contractions in 95.7 per cent of his dementia praecox cases, in 90 per cent of his paretics and 11.9 per cent of his manic depressive patients; whereas in healthy people it mostly appears in puberty only.

According to Curschmann (148), the idio-muscular contraction is a sign of intoxication which is favored by dehydration of the tissues and occurs especially in severe nutritional disturbances. An abnormal mechanical and probably also electrical irritability of the nerves is usually connected with it. Curschmann, Gatz and Rudolphson found that this was more common in men than in women.

Fibrillary contractions are particularly noticeable in the facial muscles, and “sheet-lightning” (as this phenomenon is called) has long been known as a sign of a chronically developing illness. Contractions of single muscles or of entire limbs are observed more rarely. The tremor, which may be traced even in the completely “cured” cases, may perhaps also be indicative of poisoning of the motor apparatus. In such cases, it is usually a rather regular, fine tremor which, on the whole, is independent of the psychic state. However, as in all nervous individuals, tremor may of course develop as a consequence of psychic excitement; in that case it is usually a coarse, irregular tremor which is a signal of the conscious or unconscious emotional agitation.

Indeed, for many observers the motor symptoms occupy an important place in the symptomatology. Catatonia, the group of schizophrenic disorders first recognized, got its name from what were considered to be pure motor-tension states. The Wernicke school and some French authorities still postulate disturbances of motility in the strict sense; and Schuele locates the origin of some of the motor symptoms in the deeper

170

и не может понять, почему они смотрят как на бездельников.

Аномально быстрое утомление во время фактической работы является другое дело, и появляется реже. Тем не менее, мы уже отмечали усталость во время проведения ассоциативных тестов, примерно через сто объединений.

Пациенты, которые не чувствуют себя усталыми заранее, как правило, не устали еще от экзаменов продолжительностью несколько часов. Это очень заметное различие от других психозов, особенно те, органических.

Спазмы и интенсификации idio-мышечных сокращений являются только два чисто (не физически кондиционером) моторные симптомы, которые были продемонстрированы с уверенностью. В idio-мышечных сокращений редко отсутствует и во многих случаях настолько очевидны, что на светлом перкуссии мышцы грудной мышцы, мышечные пучки под pleximeter выделиться в длинных выступов. Даже в наиболее заметным из этих случаев, экспертиза спинного мозга никогда не принесли каких-либо патологических изменений, по крайней мере, не с методами, используемыми двадцать лет назад. Бернштейн нашел idio-мышечных сокращений в 95,7 процента его раннее слабоумие случаях, в 90 процентов его paretics и 11,9 процента своих маниакальных депрессивных больных; в то время как у здоровых людей он обычно появляется только в период полового созревания.

По Curschmann (148), сокращение idio-мышечной является признаком интоксикации, которые способствуют обезвоживанию тканей и происходит, особенно в тяжелых нарушений питания. Ненормальное механическое и, вероятно, также электрический раздражительность нервов, как правило, связаны с ним. Curschmann, Gatz и Rudolphson обнаружили, что это было чаще встречается у мужчин, чем у женщин.

Фибриллярный схватки особенно заметно в лицевых мышц, и "лист-молния" (как это явление называется) уже давно известна как знак хронически развивающейся болезни. Схватки одиночных мышц или целых конечностей наблюдаются реже. Тремор, которые могут быть прослежены даже в полностью "отвержденный" случаях, может быть, также свидетельствует о отравления двигательного аппарата. В таких случаях, как правило, довольно регулярно, тонкой тремор, которые, в целом, не зависит от психического состояния. Тем не менее, как и во всех нервных лиц, тремор, конечно, может развиваться как следствие психической возбуждения; в этом случае, как правило, грубый, нерегулярный тремор, который является сигналом сознательной или бессознательной эмоционального возбуждения.

Действительно, для многих наблюдателей двигательные симптомы занимают важное место в симптоматике. Catatonia, группа шизофренических нарушений первым признал, получил свое название от того, что считались чисто мотор-натяжные государства. Школа Вернике и некоторые французские власти по-прежнему постулировать нарушения моторики в строгом смысле; и Schuele находит происхождение некоторых из двигательных симптомов в глубже

171

parts of the central nervous system. It has even been thought that individual muscle groups are affected preferably or singly. Although such views are based on routine observations, I could not convince myself of their accuracy. It is indeed possible that such phenomena occur; it is conceivable that the general tendency to dissociation may, at one time or another, be strongly felt along Wernicke’s bundle; but certainly neither idea has been proven as yet. Individuals who “cannot” even sit up are capable of carrying out complicated, powerful, and correctly coordinated locomotions upon some psychic stimulus. Before excluding psychogenesis, negativism (and the effect of hyoscine?) must be eliminated, apart from other possibilities. Even apraxic symptoms may be an expression of a general psychic disturbance. The frequent uncertainty of the patient’s movements may be a consequence of the aimlessness of their behavior in general, as well as of the single movement.

The gait is often especially striking. The coordination of arm and leg movements is often disturbed; some patients keep their arms stiff while walking. Particularly important however, is the fact that the feet are often set down quite irregularly, both in regard to time and space.

In the women’s divison of the hospital in Rheinau, many patients were able to circulate freely in a rather large garden with many hedges; these have been so trimmed as to give a view of them. From certain positions one saw the patients only up to the knee. Yet in many of them, one could make the diagnosis simply from their will-o’-the-wisp-like gait; it did not lose this peculiarity even when the patients were moving toward a definite goal. Monkemoller and Kaplan fixed the footprints of two catatonic patients and thereby obtained a graphic record of the spatial disturbances of their gait. Gross (390, II, p. 566) found a similarly disturbed rhythm in the handwriting.

Moravcsik found in all cases of catatonics tested a lowered electrical irritability with slow, inert contractions. Unfortunately, the report at my disposal, does not state what kind of current was used, nor whether muscles or nerves were stimulated. Ostermayer found the galvanic irritability of the motor nerves to be reduced but with no qualitative change.

Organic paralyses will hardly be manifested as partial symptoms of schizophrenia. On the other hand, I have now and then seen psychogenic (“hysterical”) paralyses, often of the greatest stubbornness. Astasia and abasia are also observed. A female patient could not open her eyes for several hours. The general or localized paralysis due to “blocking" does not differ in principle from the above-mentioned conditions. However, hysteriform contractures are very rare.

As for the reflexes, those of the skin (as in other types of psychoses)

171

части центральной нервной системы. Это было даже подумал, что отдельные группы мышц влияет предпочтительно или по отдельности. Хотя такие взгляды основаны на регулярных наблюдений, я не мог убедить себя в их точности. Это действительно возможно, что такие явления происходят; можно предположить, что общая тенденция к диссоциации может в тот или иной момент, может быть сильно ощущается по пачке Вернике; но, конечно, ни идея была доказана до сих пор. Лица, которые "не могут" даже сидеть способны проведения сложных, мощных и правильно скоординированных локомоций на какой-то психической стимуляции. Перед исключением психогенез, негативизм (и эффект гиосцин?), Должны быть устранены, помимо других возможностей. Даже apraxic симптомы могут быть проявлением общего психического нарушения. Частое неопределенность движений пациента может быть следствием бесцельности их поведение в целом, а также от одного движения.

Походка часто, особенно бросается в глаза. Координация рук и ног движений часто нарушается; Некоторые пациенты держать свои руки жесткими при ходьбе. Особенно важно, однако, является то, что ноги часто изложены довольно нерегулярно, как в отношении времени и пространстве.

В дивизия женской больницы в Рейнау, многие пациенты могли свободно циркулировать в довольно большой сад с множеством живых изгородей; они были так отделан, чтобы дать представление о них. Из некоторых положениях можно было увидеть пациентов только до колена. Тем не менее, во многих из них, можно было бы ставить диагноз, просто от их Блуждающие огни походкой; это не потерять эту особенность, даже когда пациенты двигались к определенной цели. Monkemoller и Каплан установил следы двух кататоническими пациентов и тем самым получил графический отчет о пространственных нарушений их походке. Гросс (390, II, стр. 566) обнаружили, столь же нарушается ритм в почерке.

Моравчик во всех случаях catatonics проверенных пониженную электрическую возбудимость с медленными, инертными сокращений. К сожалению, отчет в моем распоряжении, не указывается, что было использовано рода тока, ни того, были ли стимулировали мышц или нервов. Ostermayer нашли гальваническая раздражительность двигательных нервов, чтобы быть уменьшена, но без качественного изменения.

Органические параличи вряд ли будет проявляться как в частных симптомов шизофрении. С другой стороны, я то и дело видел психогенные ("истерика") параличи, часто из величайших упрямства. Астазия и абазия также наблюдается. Пациентка не могла открыть глаза в течение нескольких часов. Общее или локализованные паралич из-за "блокирование" не отличается в принципе от вышеупомянутых условий. Тем не менее, hysteriform контрактуры встречаются очень редко.

Что касается рефлексов, те из кожи (как и в других типов психозов)

172

are so difficult to test while excluding the psychic factors that we know nothing definite about them. Seglas 38 states that the skin and mucosal reflexes are diminished in the secondary forms of dementia. According to Maillard 39 the plantar reflexes are absent in 75 per cent of cases of dementia praecox and in 41 per cent of other psychoses; increased patellar reflexes plus lack of plantar reflexes appear in 70 per cent of dementia praecox, in 15 per cent of other psychoses. The pharyngeal and the gag reflex is frequently absent in both recent and old cases, as is well known to every practitioner. Tears and blushing can illustrate the preservation of sensitivity, while in other cases intense stimulation of the pharynx or even of the bronchial mucosa causes no unpleasant sensations. Phthisis without cough, even up to the time of death, may likewise occur. The conjunctival and even the corneal reflexes may sometimes be entirely absent, but as far as I have observed, only in severe cases of catatonia. As always in cases of diminished cerebral control, we regularly find the deep reflexes to be increased, especially those of the tendons. Sometimes one obtains a series of clonic contractions from the patellar. At times hyper-reflexia can also be recognized in the patients by the irritation of the flexors at the beginning of extensor movements, so that the leg rebounds like a tight spring. Frequently the contraction spreads to a number of other muscles; in the case of the patellar reflexes, it may extend to the other thigh. In one of our cases, there was a contraction of all muscles on one side of the head, neck, and chest when the comer of the jaw was tapped. Unilateral increase of tendon reflexes also belongs to the picture of schizophrenia (Kleist, 366, p. 76). The increased tendon reflexes are not correlated with the tonus of the musculature. I recall an early, moderate catatonic who had a marked degree of hypotonia of the musculature, yet her tendon reflexes were increased. In one single case I found a decrease of the tendon reflexes, without discovering any experimental error. Kleist (p. 43) reports decreased tendon reflexes in hypotonia.

The pupillary reflexes have been studied repeatedly and successfully. Pilcz’s lid-closing reaction is found in about one-half the cases. Bumke and Huebner have shown that the pupillary changes, such as the widening during intensification of attention, during fright, etc. as well as during sensory stimulation (particularly if unpleasant) are very often absent in schizophrenia. Bumke assumed this to be a regular phenomenon at the height of the catatonic state, whereas the second author noted the loss of psychic and sensory reactions in 75 per cent of his schizophrenics

38. In Ballet, p. 109.

39. Societe de Psychiatrie, Paris, 12-16-1909, in Neurologisches Centralblatt, vol. 10, p. 623.

172

так трудно проверить, исключая психические факторы, которые мы не знаем ничего определенного о них. Seglas 38 гласит, что кожа и слизистые рефлексы уменьшились в средних форм слабоумия. По Maillard 39 подошвенные рефлексы отсутствуют в 75 процентов случаев раннего слабоумия и в 41 процентов других психозов; увеличение рефлексов коленная плюс отсутствие подошвенные рефлексы появляются в 70 процентов раннего слабоумия, в 15 процентов других психозов. Глотки и рвотный рефлекс часто отсутствует в обоих последних и старых случаев, как известно каждому практикующему. Слезы и краснея можно проиллюстрировать сохранение чувствительности, а в других случаях интенсивная стимуляция глотки или даже слизистой оболочки бронхов не вызывает никаких неприятных ощущений. Туберкулез без кашля, даже до момента смерти, также может произойти. Конъюнктивы и даже роговицы рефлексы могут иногда полностью отсутствует, но, насколько я заметил, только в тяжелых случаях кататонии. Как всегда в случае пониженной головного управления, мы регулярно найти глубокие рефлексы, чтобы быть увеличена, особенно те из сухожилий. Иногда получается ряд клонических сокращений от надколенника. Иногда гиперрефлексия также могут быть признаны у пациентов с раздражением сгибателей в начале движения разгибателей, так что нога отскакивает как сжатые пружины. Часто сокращение распространяется на ряд других мышц; в случае коленного рефлексов, он может распространяться на другой бедра. В одном из наших случаев, было сокращение всех мышц на одной стороне головы, шеи и груди, когда посетитель челюсти был использован. Одностороннее увеличение сухожильных рефлексов также относится к картине шизофрении (Клейст, 366, стр. 76). Увеличение сухожильные рефлексы не коррелирует с тонусом мускулатуры. Я вспоминаю раннее, умеренный Кататонского, которые оказали заметное степень гипотонии мускулатуры, но ее сухожильные рефлексы повышены. В одном случае я нашел снижение сухожильных рефлексов, не обнаруживая никаких экспериментальных ошибку. Клейст (стр. 43) отчеты уменьшилось сухожильных рефлексов в гипотонией.

Зрачка рефлексы неоднократно и успешно учился. Реакция крышка закрывания Pilcz в находится в примерно половине случаев. Bumke и Хюбнер показали, что изменения зрачков, такие как расширение при обострении внимания, во время испуга, и т.д., а также во время сенсорной стимуляции (особенно, если неприятное) очень часто отсутствует при шизофрении. Bumke Предполагается, что это будет обычным явлением в разгар недвижимом состоянии, в то время как второй автор отметил потерю психических и сенсорных реакций, в 75 процентов его шизофреников

38. У Балле, стр. 109.

39. Societe де Psychiatrie, Париж, 12-16-1909, в Neurologisches Centralblatt, т. 10, стр. 623.

173

but could definitely substantiate his findings only in 8 per cent of his cases. However, these figures are as yet of little value since such factors as the testing method, the type of instrument, the strength of the light used, and the systematic conception of the disease itself must necessarily make for wide variation in the results. 40 It is certain, however, that the psychic reflexes are nowhere else as frequently absent or diminished as in schizophrenia. 41

Parallel to the absence of reaction one finds at times a strikingly intense reaction to psychic stimuli precisely as in the affective phenomena. In catatonic agitated states of all sorts, the pupils are very widely dilated, but still react to variations of light. In the most varied conditions, they are often found to be unequal without having lost their ability to react. This symptom often led to the unfounded diagnosis of paresis. But as distinct from paresis, this pupillary inequality is rarely persistent; it often varies within a few hours, becoming equal or reversed. I have only twice seen pin-point pupils in schizophrenia.

On occasion one may encounter such curiosities as the following: On admission a catatonic had small, equal pupils which were not quite round and did not react at all. After about 10 minutes, they were wide and reacted very normally. In a catatonic girl during a quiet period, we observed spontaneous widening and narrowing without any alteration in the light or accommodation. Now and then such anomalies appear to be connected with the psychic constellation although this can only rarely be proven by a repetition of the reactions. Thus the pupils of one of our paranoids once remained widely dilated and did not react to light for about one hour, while he eagerly talked about his delusions. 42

The “paranoid look” is well known. It appears when the patient thinks about certain complexes. In a few patients, this phenomenon can be evoked or made to disappear again momentarily by changing the subject of conversation. I do not know on what it is based. Often it remains perfectly recognizable even if a mask leaves nothing but the eyes visible.

Headaches of long standing are very often found among the sensory disturbances which are part of the somatic symptoms. Many of

40. Cf. Wassermeyer.

41. Cf. Weiler's important paper in the Zeitschrift für die gesamte Neurologie und Psychiatrie, 1910, II, p. 101.

42. Leeper (Journal of Mental Diseases, 1904, p. 320) found that the pupils may be widened in the morning and narrowed at night. I am very often able to demonstrate wide pupils in patients during evening clinics. Dide and Assicot claim to have found even Argyll-Robertson pupils but more often the opposite. Frequently, light and accomodation reactions were reduced. Blin claims to have found Argyll-Robertson pupils in 13.8 per cent of the cases, which is certainly remarkable. A. Westphal described irregular and oval-shaped pupils. I have encountered them as transitory phenomena.

173

но определенно может обосновать свои выводы только на 8 процентов его дел. Тем не менее, эти цифры еще мало значения, так как такие факторы, как метод тестирования, типа прибора, сила света используется, и систематическое представление о самой болезни должны обязательно делать для широкого разброса результатов. 40 Совершенно очевидно, однако, что психические рефлексы нигде так часто, отсутствует или снижается, как при шизофрении. 41

Параллельно с отсутствием реакции можно найти в разы поразительно интенсивную реакцию с психических раздражителей именно как в аффективных явлений. В кататоническими возбужденных состояний всех сортов, ученики очень широко расширены, но все-таки реагируют на изменения света. В самых различных условиях, они часто встречаются, чтобы быть неравным не потеряв их способность реагировать. Этот симптом часто приводило к необоснованному диагностики пареза. Но в отличие от парезов, это зрачков неравенство редко постоянен; это часто изменяется в течение нескольких часов, становится равным или наоборот. Я только два раза видел точечные зрачки при шизофрении.

По случаю можно встретить такие раритеты, как следующее: При поступлении кататоническая были маленькие, равные учеников, которые были не совсем круглая и не реагируют вообще. После примерно 10 минут, они были в ширину и реагирует очень нормально. В кататоническое девушки во время спокойного периода, мы наблюдали спонтанное расширение и сужение без каких-либо изменений в свете или размещения. Теперь и тогда такие аномалии видимому, связаны с психическим созвездии хотя это редко может быть доказано с помощью повторения реакций. Таким образом, учащиеся одного из наших параноиков раз оставался широко расширены и не реагируют на свет примерно на один час, в то время как он жадно говорил о своих заблуждениях. 42

"Параноидальный взгляд" хорошо известна. Похоже, когда пациент думает о некоторых комплексов. У некоторых пациентов, это явление может быть вызвано или заставить исчезнуть снова на мгновение, изменив тему разговора. Я не знаю, на что он основан. Часто это остается совершенно узнаваемый даже если маска не оставляет ничего, кроме глаз видны.

Головные боли давних очень часто встречается среди сенсорных нарушений, которые являются частью соматических симптомов. Многие из

40. См Wassermeyer.

41. См Важная статья WEILER находится в Zeitschrift für умереть gesamte Neurologie унд Psychiatrie, 1910, II, стр. 101.

42. Leeper (Журнал психических заболеваний, 1904, стр. 320) установлено, что ученики могут быть расширены утром и сужается в ночное время. Я очень часто в состоянии продемонстрировать широкие зрачки у пациентов во время вечерних клиник. Дидье и Assicot утверждают, что нашли даже Аргайл-Робертсона учеников, но чаще наоборот. Часто, легкие и размещения реакции уменьшается. Блин утверждает, что нашел Аргайл-Робертсона учеников в 13,8 процента случаев, что, безусловно, замечательно. А. Вестфаль описано нерегулярные и овальные зрачки. Я столкнулся с ними как временные явления.

174

our patients have suffered from headaches since their youth. During the period of manifest disease this symptom is found in the greatest variety of forms: as pressure in the entire head, behind the forehead, and especially frequently in the occipital region; as pulling, splitting, burning, burrowing pains which usually spread from some one spot to the entire head. It may also take on a migraine-like character and then disappear again, so that one cannot justifiably consider it as a complication. We do not know the causal factors which release these headaches, as far as the latter are a part of the schizophrenic symptoms. The occipital headache may have some relation to sexuality. Burning, roaring, buzzing, and knocking sensations in various parts of the head very frequently accompany these headaches, but may also appear by themselves.

Every possible variety of paresthesias and hyperesthesias are also observed. They resemble, mostly, those of neurasthenia, though they may often arouse the suspicion of an organic disease of the central nervous system. Sensations in the heart, stomach, and colon are quite common; mastodynia and ovarian pain have also been reported. Sensitive pressure points (without hysteria) are frequently found (Ziehen 840, p. 378). At times schizophrenics complain about vertiginous sensations, which may be persistent or episodic. The frequent analagesias have been discussed in another connection. In a case of absolute anesthesia to pain, there was no bleeding after deep needle punctures. Other disturbances due to absent sensibility hardly come into consideration. The contraction of the visual field which is sometimes found naturally has psychic causes (Klien). The dissociation of sensory impressions which has been observed in isolated cases (particularly in “dazed” states) is perhaps independent of attention. The patient may take the picture of a head of cabbage for that of a rose, by ignoring the color (as do delirious alcoholic patients), or a corncob for an ear of wheat, by ignoring its size.

The various fits of paroxisms which occur in schizophrenia are also included in physical symptoms. Many of them are certainly independent of the psyche; conversely others are entirely of psychogenic origin. The accompanying phenomena which are due to affective influences on heart, vessels and possibly even on the intestines and kidney activity, must be included as psychic, although they appear as physical symptoms. In between there are many intermediate phenomena to which the permanent state of the brain constitutes a general disposition, but the fit itself is released by a psychic event; or conversely, in an organic attack, the psychic symptomatology is determined by the complexes present. 43

43. Some paroxysms or fits are disguised sexual acts. Cf. Abraham, Jahrbuch fur psychoanalytische Forschung, vol. 11, p. 29.

174

наши пациенты страдали от головных болей, так как их молодости. В период манифеста болезни этот симптом встречается в самых разнообразных формах: в виде давления во всей головы, за лоб, и особенно часто в затылочной области; как вытягивать, расщепление, жжение, зарываясь боли, которые обычно передается от какой-то одной точке на всю голову. Он также может взять на себя мигрени, как символ, а затем исчезают снова, так что никто не может с полным основанием рассматривать его как осложнение. Мы не знаем, причинных факторов, которые выпускают эти головные боли, насколько последние часть симптомов шизофрении. Затылочная головная боль может иметь какое-то отношение к сексуальности. Жжение, рев, жужжание, и стучать ощущения в различных частях головы очень часто сопровождают эти головные боли, но может также появиться сами по себе.

Каждый возможный выбор парестезии и hyperesthesias также наблюдается. Они напоминают, в основном, те, неврастении, хотя они могут часто вызывают подозрение в совершении органического заболевания центральной нервной системы. Ощущения в области сердца, желудка и толстой кишки довольно часто; мастодинии и яичников боль также сообщалось. Точки Sensitive давления (без истерики) часто встречаются (Ziehen 840, стр. 378). Порой шизофреники жалуются головокружительных ощущений, которые могут быть постоянными или эпизодический характер. Частые analagesias были обсуждены в другой связи. В случае абсолютной анестезии к боли, не было кровотечение после глубоких проколов иглами. Другие нарушения, связанные с отсутствующим чувствительности вряд ли придет во внимание. Сокращение поля зрения, которая иногда встречается, естественно, имеет психические причины (Клин). Диссоциация сенсорных впечатлений, которые наблюдается в отдельных случаях (в частности, в «ошеломленные" государств), возможно, зависит от внимания. Пациент может сделать снимок головки капусты для этого розы, игнорируя цвет (как бредовые больных алкоголизмом), или кукурузный початок для уха пшеницы, игнорируя его размер.

Различные приступы paroxisms, которые происходят при шизофрении, также включены в физических симптомов. Многие из них, конечно, зависит от психики; наоборот другие полностью из психогенного происхождения. Прилагаемые явления, которые происходят из-за аффективные влияния на сердце, сосудах и, возможно, даже на деятельности кишечника и почек, должны быть включены в качестве психического, хотя они выглядят как физических симптомов. Между ними много промежуточных явлений, к которым постоянное состояние мозга представляет собой общее расположение, но сама посадка выпущен психической события; или, наоборот, в органическом атаки, психическое симптоматика определяется комплексов, присутствующих. 43

43. Некоторые пароксизмы или судороги маскируются половые акты. См Авраам, Jahrbuch мех psychoanalytische Forschung, об. 11, стр. 29.

175

Naturally, by “organic” we understand a change in the physiological activity of the brain whatever be its determinants.

At the physical end of the scale, there stand the apoplectiform attacks which are not too frequent in schizophrenia. Suddenly or gradually, with or without prodromes, the patients collapse like apoplectics. Speech becomes thick or fails completely; swallowing or ocular fixation and other functions may be distinctly disturbed; saliva may flow from the mouth; all movements of the body may become uncertain, etc.; incontinence of feces and urine is less frequent. Sometimes the symptoms have a clearly hemiplegic character, one half of the body slackening during the attack and seeming weaker afterwards. If the attack is accompanied by contractions, they may be unilateral or more marked on one side than on the other. Consciousness is for the most part clouded, but may also remain normal or be completely abolished; the same holds for subsequent memory. Such attacks usually last a couple of hours; occasionally they may pass more quickly or extend over some days. A patient, in whom neither the long observed course of his illness nor frequent examination indicated any diagnosis other than schizophrenia, often lapsed into a coma which lasted for several days, during which he even showed the Babinski reflex.

At times the failure of cerebral activity takes the form of fainting spells. These may, however, be psychically determined, as in nervous individuals. We may also observe states of irritability, such as cramps of isolated muscle groups, which are generally independent of the psyche. On the whole, the cramps may be due to either psychic or physical influences. It is important to note that they are often typically epileptiform (tonic, then clonic phases of short duration, rarely lasting more than a minute). Therefore, many of our patients were first sent to us with the diagnosis of epilepsy, and were so labeled in the clinics. These epileptiform attacks may remain isolated phenomena or may repeat themselves over a period of years and then finally disappear. In exceptional cases, they may even lead to a kind of status epilepticus. 44 The epileptiform attacks may appear at any stage of the disease. They may be the first manifestations of schizophrenia, or complete an old deteriorated condition. But I have not definitely observed them to become a permanent part of simple schizophrenia. Whenever these attacks persisted, the psychic symptoms of epilepsy would also appear so that we may regard such cases as a combination of both diseases (Morawitz). As in simple epilepsy, the attacks may be released by psychic factors, but

44. Tetzner reports a case in which the attacks increased greatly, ultimately becoming so frequent as to cause death. It appears to have been a case of catatonia in our sense of the term.

175

Естественно, на "органический" мы понимаем изменение физиологической активности головного мозга Каковы бы ни были его детерминанты.

На физическом конце шкалы, там стоят apoplectiform атак, которые не являются слишком часто при шизофрении. Внезапно или постепенно, с или без prodromes, пациенты свернуть как apoplectics. Речь становится густой или не полностью; глотания или глазной фиксации и другие функции могут быть отчетливо нарушается; Слюна может вытекать из полости рта; все движения тела может стать неопределенным, и т.д .; недержание кала и мочи реже. Иногда симптомы имеют четко гемиплегической характер, одну половину ослабления тела во время нападения и, казалось слабее после этого. Если атака сопровождается сокращений, они могут быть односторонней или более выраженным на одной стороне, чем на другой. Сознание, по большей части затуманен, но также может оставаться нормальной или быть полностью отменены; То же самое для последующего памяти. Такие атаки обычно длятся несколько часов; иногда они могут проходить быстрее или распространяться на несколько дней. Пациент, у которого ни долго наблюдали течение болезни и частых экспертиза показала, любой диагноз, кроме шизофрении, часто впал в кому, которая продолжалась в течение нескольких дней, в течение которых он даже показал рефлекс Бабинского.

Порой неудача мозговой деятельности принимает форму обмороками. Они могут, однако, быть физически определяется, как и в нервных лиц. Мы также можем наблюдать состояния раздражительности, такие как судороги отдельных групп мышц, которые, как правило, зависит от психики. В целом, судороги могут быть связаны с либо психических или физических воздействий. Важно отметить, что они часто, как правило, тройничного (тоник, а затем клонические фазы короткой продолжительности, редко продолжительностью более одной минуты). Таким образом, многие из наших пациентов были сначала послал к нам с диагнозом эпилепсии, и были так помечены в клиниках. Эти припадки атаки могут оставаться в изоляции явлений или может повторяться в течение года, а затем, наконец, исчезают. В исключительных случаях они могут даже привести к своего рода эпилептического статуса. 44 Нападения эпилептиформные может появиться в любой стадии заболевания. Они могут быть первыми проявлениями шизофрении, или завершить старый изношенном состоянии. Но я определенно не наблюдал их, чтобы стать неотъемлемой частью простой шизофрении. Всякий раз, когда эти атаки сохраняется, психические симптомы эпилепсии также оказаться так, что мы можем рассматривать такие случаи как сочетание обоих заболеваний (Моравиц). Как и в простой эпилепсией, приступы могут быть освобождены от психических факторов, но

44. Tetzner сообщает о случае, в котором нападения значительно увеличилось, в конечном счете становится настолько часто, чтобы вызвать смерть. Это, кажется, было дело кататонии в нашем смысле этого слова.

176

only in exceptional cases. An older schizophrenic had her first epileptiform attack immediately after having observed, with great interest, a fit in an epileptic patient. During the next ten years the attacks were repeated at irregular intervals. They ceased when the patient was transferred to another building and never recurred again.

At the psychic end of the scale, we find the purely hysteriform attacks which are not rare in schizophrenia. They show no symptoms indicating an organic factor. The disposition alone may be organic, even though we must assume that it may vary momentarily with the intensity of the schizophrenic process, so that the attacks are now more, now less, easily provoked. For reasons to be discussed in a moment, we must, in this connection, also consider the psychically determined attacks of cursing and confusion, which constitute the transition to the simple reaction of the schizophrenic psyche. Typical hysteriform attacks as well as all the other hysteriform symptoms are frequently encountered in our patients. We find all the forms of attack which occur in hysteria, from the most severe fits to the simple shaking spasms of single limbs. They may alternate with other types of attacks or appear by themselves.

In most cases, they occur singly or at least infrequently, though we often observe mild indications of such phenomena or abortive attacks. One of our patients predicted that she would die during the night. She then appeared for some time as if unconscious and breathed quietly; suddenly she began to scream and to shake. There was immediate improvement by the use of hydrotherapy.

The frequent laughing and crying spells, described by Kahlbaum as physical symptoms, may be considered as hysteriform phenomena. We regard them, of course, in most cases as an expression of unconsciously operating complexes. One might mention, as a curiosity, the patient who was sometimes seized with attacks of singultus while talking.

The most common attacks, which may at once be considered as the type-form of the schizophrenic fit, appear to us to be organically conditioned attacks of paralysis and irritability in which particularly the intrapsychic associations are altered. Thus they take on a close similarity to the attacks often observed in cases of gross brain disease or intoxication (such as uremia). They can be differentiated from the latter only through the accompanying symptoms. “Abortive," i. e. mild attacks of this kind tend to recur in contrast to the more severe ones.

Often the seizure opens with a tonic phase which, in distinction from true epilepsy, may last very long and does not attain the terrifying intensity of the morbus sacer. As a rule, there is rather a kind of generalized rigidity of the body; rarely does the patient fall down; respiration

176

только в исключительных случаях. Старше шизофреник был ее первый приступ эпилептиформная сразу после того, как наблюдается, с большим интересом, порыве в эпилептического пациента. В течение следующих десяти лет нападения повторялись через неравные промежутки времени. Они прекратили, когда пациент был переведен в другое здание и никогда не повторялись снова.

В психической конце шкалы, мы находим чисто hysteriform атак, которые не редки в шизофрении. Они не показывают никаких признаков, указывающих органический фактор. Расположение само по себе может быть органическими, хотя мы должны предположить, что она может варьироваться мгновение с интенсивностью шизофренического процесса, так что атаки теперь больше, теперь меньше, раздражается. По причинам, которые будут обсуждаться в данный момент, мы должны, в этой связи, а также рассмотреть психически определенные атаки злословия и путаницы, которые составляют переход к простой реакции шизофреника психики. Типичные приступы hysteriform, а также все другие симптомы hysteriform часто встречаются у наших пациентов. Мы находим все виды нападения, которые происходят в истерии, от самых сильных приступов до простых трясущимися судорогами отдельных конечностей. Они могут чередоваться с другими типами приступов или появляются сами по себе.

В большинстве случаев, они поодиночке или по крайней мере редко, хотя мы часто наблюдаем слабые признаки таких явлений или неудачных атак. Один из наших пациентов предсказал, что она умрет в течение ночи. Затем она появилась в течение некоторого времени, как если бы в бессознательном состоянии и дышал тихо; вдруг она начала кричать и трясти. Был безотлагательное улучшение путем использования гидротерапии.

Частые смеясь и плача заклинания, описанные Кальбаума как физические симптомы, может рассматриваться как hysteriform явлений. Мы рассматриваем их, конечно, в большинстве случаев как выражение бессознательно действующих комплексов. Можно отметить, как любопытство, пациента, который иногда изъятого с приступами singultus во время разговора.

Наиболее распространенные типы атак, которые могут быть сразу рассматривается как тип-формы шизофренического подходит, по-видимому, нам органично кондиционером атаки паралича и раздражительности, в котором в частности внутрипсихические ассоциации изменены. Таким образом, они принимают на близкое сходство с нападениями часто наблюдается в случаях грубого заболевания головного мозга или интоксикации (такие как уремии). Они могут быть дифференцированы от последнего только через сопутствующих симптомов. "Бесплодные", то есть мягкие атаки подобного рода, как правило, повторяются в отличие от более тяжелых из них.

Часто захват начинается с тонической фазы, которая, в отличие от истинного эпилепсии, могут длиться очень долго, и не достигает страшный интенсивность болезнь Sacer. Как правило, достаточно рода обобщенной жесткости кузова; редко делает пациент падают; дыхание

177

usually remains either relatively or absolutely free. A female catatonic, for example, suddenly ceased to react when spoken to and lay on her bed rigidly with eyes closed. There followed profuse sweating over the whole body. Her pulse was soft and full, at 100-110 per minute, her temperature rose to 38° C. Then she began to contract her hands spasmodically. Calls, appeals and threats elicited no reaction. Only pinching and direct illumination of the eyes caused some moderate defensive movements. The attack lasted for four hours. When the sweat and temperature had receded, the patient recovered rapidly. She cried, with little affect. Her speech “had been cut off by the machine, someone had wanted to kill her, and she had heard the thud of the executioner’s axe." An old hebephrenic, who had shown some catatonic symptoms in his fifties, was in a very mild twilight state for a few days when he suddenly became quite rigid but did not fall down. A moderate tremor of the entire body appeared. On being pricked with a needle he did not react with movements but only with a plaintive sound about two seconds after each prick. Simple commands to move his limbs were obeyed automatically. There was flexibilitas cerea-, the pulse was rapid. After a few minutes, the tension relaxed to be followed by strong perspiration. The patient was carried into his bed and sat there for several hours with outstretched arms. He remained confused and enuretic for some time. The tonic phase may also appear alone, as an abortive attack. While sitting in a chair, a catatonic suddenly became rigid. For some ten minutes she remained sitting in this fashion clenching her fists and gazing at the floor. Then she suddenly stood up and said: “Now it is over.”

In other cases, the tonic phase is absent. The patients merely show a dreamlike agitation accompanied by nervous weakness. While lying in bed, a manic hebephrenic suddenly began to roll, to groan and to vomit. There were irregular contractions of the extremities; he buried his head in the pillow. He was dazed, gave vague and confused replies. His face was pale and cool, its muscles slack, especially around the mouth which remained open and profusely salivating. He tried to swallow but could not close his mouth. He verbigerated slowly with a pause between each word: “horse-carrion 48—whore—horse-carrion—one—two-three—four—five—mother—not—die—.” Tendon reflexes were increased, eyes half-open with eyeballs rolling. Pupils were dilated and reacted to light. There was marked anxiety, with the patient clinging desperately to everything and everyone around him. A few hours later he fell asleep. The next day, he knew only that he had been very anxious and

45. The word “horse-carrion" (Translator's note: in the Swiss-German dialect, clieibe") it a kind of universal expletive, which still has a magic-religious significance in popular usage.

177

как правило, остается либо относительно или абсолютно бесплатно. Женщина кататоническая, например, вдруг перестал реагировать, когда говорил и лежал на своей кровати жестко с закрытыми глазами. Там после обильное потоотделение по всему телу. Ее пульс был мягким и полным, 100-110 в минуту, ее температура поднялась до 38 ° С. Затем она начала сокращаться руки судорожно. Звонки, призывы и угрозы не вызвало никакой реакции. Только щипать и прямого освещения глаз вызвало некоторые умеренные оборонительные движения. Нападение продолжалось в течение четырех часов. Когда пот и температура отступила, пациент быстро выздоровел. Она плакала, практически влияет. Ее выступление "был отрезан от машины, кто-то хотел убить ее, и она услышала стук топора палача." Старый гебефренический, который показал некоторые кататонические симптомы в своих пятидесятых годов, был в очень мягкой сумерках состоянии в течение нескольких дней, когда он вдруг стал довольно жесткая, но не падают. умеренный тремор всего тела появились. На время иглой с он не вступает в реакцию с движений, но только с жалобным звуком около двух секунд после каждого укола . Простые команды для перемещения его конечности были повиновался автоматически. Был flexibilitas cerea-, пульс был быстрым. Через несколько минут, напряжение расслабился, которым должны следовать сильным потоотделением. пациентка была проведена в его постели и сидел там в течение нескольких часов с распростертыми объятиями. Он оставался в замешательстве и enuretic в течение некоторого времени. тонической фазы может также появиться в одиночку, как неудавшегося нападения. Сидя в кресле, кататоническая вдруг жестким. Для некоторых десять минут она осталась сидеть таким образом сжимая ее кулаки и глядя в пол. Потом она вдруг встал и сказал: "Теперь это снова."

В других случаях, тонической фазы отсутствует. Пациенты просто показать сказочный агитацию в сопровождении нервной слабости. Лежа в постели, маниакально гебефренический вдруг начал катиться, стонать и рвота. Были нерегулярные схватки конечностей; он уткнулся лицом в подушку. Он был ошеломлен, дал расплывчатым и путать ответы. Его лицо было бледным и прохладно, его мышцы слабину, особенно вокруг рта, который оставался открытым и обильно слюной. Он пытался проглотить, но не мог закрыть рот. Он медленно verbigerated с паузой между словами: "лошадь-падаль 45 -шлюха лошадиных падаль-один-два-три-четыре-пять-матери не-диэлектрическая». Сухожильные рефлексы повышены, глаза полуоткрытые с Глазные яблоки прокатки. Зрачки были расширены и реагировали на свет. Был заметное беспокойство, с больной, отчаянно цепляющиеся за все и всех вокруг него. Через несколько часов он заснул. На следующий день, он знал только, что он был очень тревожным и

45. Слово "лошадь-падаль" (примечание переводчика: в швейцарско-немецкой диалекте, clieibe "), то вид универсального бранное слово, которое все еще имеет волшебную-религиозное значение в популярном использовании.

178

unable to speak. For several days after the attack he would suddenly change in the midst of a conversation, turn pale, roll his eyes and give irrelevant answers to questions.

Other examples: A catatonic woman, while in bed performs every possible twist, turn and change of position, groans during breathing, salivates, has a flushed face, and cold hands. Out of bed, she rotates rapidly on her toes; there is pupillary oscillation, pulse at 80 and full; duration of attack: two hours followed by a daze. She lies in bed as if asleep but can still perform some acts, e.g., go to the toilet, even though unsteady and wobbly; subsequently, full recollection of the episode. A hebephrenic had two identical attacks with shaking and twisting of his limbs, turning of the eyeballs, facial pallor, foaming at the mouth. Each attack lasted several hours, and was followed by total amnesia. A periodically catatonic patient with manic interludes suddenly developed contraction of the neck and arm muscles, while eating; his flexed arms I moved clonically towards each other; the head shook and nodded. There was no loss of consciousness; duration: thirty minutes. Somewhat later, he still showed some irregular contractions and refused to return to the table to eat, because he was apt to drop his dishes. Finally, he returned to his previous state. A catatonic woman: clonic contractions of all the extremities, maintaining, however, a given position passively for some time (prior to the attack this patient was not cataleptic); violent crying and marked flushing of the face; duration: thirty minutes. A hebephrenic began with grunts and belches, followed by rapid swinging movements of his body while frantically gripping the bedstead. A paranoid woman suddenly started to laugh loudly at the table, then stamped her feet and finally fell asleep; awakening some time later, she resumed stamping with one foot holding her arm in front of her eyes so that it could not be passively moved. There was no amnesia; she was simply unable to answer questions at the time, and had to act in this manner. Later she intermittently had a flushed face, and during these periods believed herself persecuted. A hebephrenic had “fits of trembling in her legs, which made her feel agitated inside, and unable to work." Another patient suffers irregular clonic contractions of her face and limbs. A catatonic patient rolls her eyeballs, kicks with her feet, and foams at the mouth; duration: about two minutes, with total amnesia. These attacks may also appear during sleep: one of our patients was awakened by an upward jerk of her body. A hebephrenic suddenly flushed in his face, and then woke up and began to curse.

The above examples show that there is a continuous scale of transitions, from the true organic cerebral attack to the agitated states. It is certain that some of the latter are exclusively psychic in that the patient’s

178

не в состоянии говорить. В течение нескольких дней после нападения он вдруг изменится в разгар беседы, бледнеют, закатил глаза и дать несоответствующие ответы на вопросы.

Другие примеры: кататоническая женщина, а в постели выполняет все возможные поворот, поворот и изменение положения, стоны во время дыхания, слюну, имеет покрасневшее лицо, и холодные руки. Из постели, она быстро вращается на цыпочки; есть ученический колебаний, импульс на 80 и полном объеме; Продолжительность приступа: два часа, после чего в тумане. Она лежит в постели, как будто спал, но все еще может выполнять некоторые действия, например, сходить в туалет, хотя зыбким и шатким; Впоследствии, полный воспоминание эпизода. Гебефренический было два одинаковых атаки при встряхивании и скручивания его конечностей, поворот глазных яблок, бледность лица, с пеной у рта. Каждая атака длилась несколько часов, и последовал полной амнезией. Периодически кататоническая пациент с маниакальным интермедии вдруг развитых сокращение шеи и мышц рук, во время еды; его сгибаемые руки я переехал clonically друг к другу; Глава покачал и кивнул. Там не было потери сознания; Продолжительность: тридцать минут. Несколько позже, он все еще показали некоторые нерегулярные схватки и отказался вернуться за стол, чтобы поесть, потому что он был склонен отбросить свои блюда. Наконец, он вернулся к своему прежнему состоянию. Кататоническая женщина: клонические сокращения всех конечностей, сохраняя, однако, в данном положении пассивно в течение некоторого времени (до нападения у этого пациента не было каталепсии); насильственный плач и заметное гиперемию лица; Продолжительность: тридцать минут. Гебефренический началось с пехотинцами и изрыгает с последующим быстрым качающихся движений своего тела, а отчаянно сжимая каркасах. Параноик женщина вдруг начала громко смеяться за столом, то топала ногами и, наконец, заснул; пробуждение через некоторое время она возобновила штамповки одной ногой держит ее за руку в ее глазах, так что она не может быть пассивно перемещаются. Там не было амнезия; она была просто не в состоянии отвечать на вопросы в то время, и должен был действовать таким образом. Позже она периодически была покрасневшее лицо, и в течение этих периодов считала себя преследованиям. Гебефренический было "приступы дрожи в ногах, который сделал ее чувствовать себя взволнован внутри, и не в состоянии работать." Другой пациент страдает нерегулярные клонические сокращения ее лица и конечностей. Кататоническая пациент закатывает зрачки, пинает ее ногами, и пены в устье; продолжительность:.. около двух минут, с полной амнезией Эти приступы могут появиться во время сна: один из наших пациентов был разбужен вверх рывком ее тела гебефренический вдруг вспыхнул в его лице, а затем проснулся и начал проклинать.

Приведенные выше примеры показывают, что существует непрерывный масштаб переходов, от истинного органического атаки головного к перемешиваемой государств. Совершенно очевидно, что некоторые из последних исключительно психическое в том, что пациента

179

train of thoughts or some external occurrence has touched upon a complex. However, if one considers the hallucinatory attacks which are so common among the older of our hospitalized schizophrenics, one gets the impression that the majority of these attacks are based on some organic process. One cannot influence either their origin or their course in any way; the most that one can do is to train the patients gradually to retain some hold of themselves even during the attacks; or one can bring them to the point where they will themselves ask to be isolated “when it comes,” so that they will not annoy the others.

Some abortive attacks cannot be differentiated from epileptic petit mal attacks: the facial expression of an ordinarily cheerful female hebephrenic suddenly assumes a sullen expression, as she mutters a few incomprehensible words; duration: a few seconds. A hebephrenic stands up very abruptly, grasps his head; “everything before his eyes is black, everything shimmers”; duration: a few seconds. A periodic catatonic remains prostrate and slack with eyes closed as if dead; pulse remains normal. Here again, psychic origin is not to be excluded.

Wernicke saw fits of rigidity which appeared particularly when something was wanted of the patient. I have seen externally similar attacks which were certainly sexual orgasms. Huefler also recognized fits of pain.

To my knowledge, there do not as yet exist any useful studies on the frequency of physical deformities (I deliberately avoid the term “signs of degeneration”) in dementia praecox. According to Laubi, with most of whose work I am familiar, far fewer deformities are found in the psychoses now considered to be schizophrenic than in idiocy or epilepsy, but some more than among the healthy. A very pronounced schizophrenic disorder need by no means express itself through such anomalies. Since among hospitalized schizophrenics, there is a relative predominance of individuals who were originally intellectually inferior, one cannot as yet say whether the non-imbecilic among them really show more deformities than the healthy.

Wintersteiner has observed congenital changes of the fundi in two thirds of his cases of “paranoia” (classified as such according to the Viennese school).

Many would also mention struma in this connection. There is no doubt that in the goitrous regions more large goiters are found among the schizophrenic than among the healthy population. The goiter may also enlarge and decrease, with the patients’ agitation (Bertschinger). However, there may be an external cause for this. (The goiters of our patients are treated only if they threaten to cause trouble. The patients’

179

поезд мысли или какого-либо внешнего возникновения затронул комплекса. Тем не менее, если рассматривать галлюцинаторные атак, которые так распространены среди старше наших госпитализированных больных шизофренией, создается впечатление, что большинство из этих нападений на основе какой-то органический процесс. Один не может влиять ни было их происхождение или их курс в любой форме; Самое большее, что можно сделать, это обучить пациентов постепенно, чтобы сохранить некоторые считают самих себя даже во время нападений; или можно довести их до точки, где они сами будут просить, чтобы быть изолированы ", когда речь идет", так что они не будут раздражать других.

Некоторые неудачные атаки не могут быть дифференцированы от эпилептических припадков Petit Mal: ​​выражение лица из обычно веселая женщина гебефреническую вдруг приобретает мрачный выражение, как она бормочет несколько непонятных слов; Продолжительность: несколько секунд. Гебефренический встает очень круто, схватывает его голову; "Все перед глазами черный, все переливается"; Продолжительность: несколько секунд. Периодическая кататоническая остается в прострации и провисание с закрытыми глазами, как будто умер; импульса остается нормальным. Здесь снова, психическая происхождение не должны быть исключены.

Вернике видел приступы жесткости, которые появились особенно когда что-то нужно от пациента. Я снаружи виден подобных нападений, которые были, конечно, сексуальные оргазмы. Huefler также признал приступы боли.

Насколько мне известно, там не еще существуют какие-то полезные исследования о частоте физических уродств (я намеренно избегаю термина «Знаки вырождения") в раннее слабоумие. По Laubi, причем большинство из которых работа Я знаком, гораздо меньше деформации находятся в психозов в настоящее время считается шизофреником, чем в идиотизма или эпилепсии, но некоторые больше, чем среди здоровых. Очень явно шизофреник расстройства его отнюдь не выразить себя с помощью таких аномалий. Так как среди госпитализированных больных шизофренией, есть относительным преобладанием лиц, которые изначально были интеллектуально уступает, не может пока сказать, является ли без imbecilic среди них действительно показать больше уродства, чем здоровым.

Wintersteiner отметил врожденные изменения в Фунди в двух третях его случаев "паранойи" (классифицируется как таковое в соответствии с Венской школы).

Многие бы также отметить, зоб в связи с этим. Существует никаких сомнений, что в струмозный регионах более крупные зоб среди шизофреник, чем среди здорового населения. Зоб может также увеличить и уменьшить при перемешивании пациентов (Bertschinger). Тем не менее, может быть внешняя причина для этого. (В зоб наших пациентов лечатся только если они угрожают причинить неприятности. Пациенты "

180

screaming may cause the goiter to swell.) In any case, there is no proof of a connection between goiter and schizophrenia or the schizophrenic predisposition.

(g) The Catatonic Symptoms

The term catatonic symptoms covers a number of the phenomena which Kahlbaum had found in his catatonia: peculiar forms of motility, stupor, mutism, stereotypy, mannerism, negativism, command-automaticity, spontaneous automatism, and impulsivity. I would not insist that all these symptoms are intrinsically more closely related to each other than to other symptoms. Nonetheless, the idea is a convenient one, and it corresponds to the most frequent combinations of the individual symptoms in that form of schizophrenia which we call catatonic. More than half of the institutionalized schizophrenics show catatonic symptoms either transitorily or permanently.

i. Catalepsy

The patient’s stiff facies often gives the impression of tense lines and features. Also, the persistently maintained forced posture suggests a state of muscular rigidity. We frequently sense a certain degree of resistance to passive motion which in the more severe cases may become absolutely insurmountable. However, in reality, we do not as yet know in schizophrenia of any condition which could be termed tonic muscular contraction in the real sense of the word. What has been described as such are complicated phenomena of primarily psychogenic origin.

Indeed it is not at all rare to meet with a patient who can assume and maintain a certain position for months at a time; he will seem quite rigid, too, when one attempts to move his limbs passively. This can go so far that one can move the patient’s whole body as if it were a piece of wood by using his arm, hand, or leg as a lever without changing in the least the relative position of the part grasped to the rest of the body. But if one observes such a case more closely, then one can always see that the muscular contraction adjusts to any external force applied and that the muscles flex exactly as much as is needed to maintain the assumed position. The preciseness of muscular control and the absolute fixation of the joints are indeed quite remarkable. A healthy person would hardly ever be capable of such resistance. As yet, I cannot prove that at any given moment, in order to maintain the desired position, the muscles are more strongly contracted than is necessary to resist the force of gravity or some other external influence. Yet, on the other hand, we do note in a few cases that the tension has spread over to

180

Крики может привести к зоб набухать.) В любом случае, нет никаких доказательств связи между зобом и шизофрении или шизофренического предрасположенности.

(Ж) Кататонского Симптомы

Термин кататонические симптомы охватывает целый ряд явлений, которые нашли Кальбаума в его кататонии: особых форм подвижности, ступор, мутизм, стереотипии, манерность, негативизм, командно-автоматизма, спонтанного автоматизма, и импульсивности. Я бы не настаивать, что все эти симптомы обладают более тесно связаны друг с другом, чем с другими симптомами. Тем не менее, идея заключается в том удобна, и это соответствует наиболее частых комбинаций отдельных симптомов в этой форме шизофрении, которую мы называем кататоническая. Более половины институционализированных шизофреников показать кататонические симптомы либо transitorily или постоянно.

я. Оцепенение

Жесткие фации пациента часто создает впечатление напряженной линий и функций. Кроме того, постоянно поддерживать вынужден поза предполагает состояние мышечной ригидности. Мы часто чувствуют определенную степень устойчивости к пассивной движения, в более тяжелых случаях может стать совсем непреодолимым. Однако, в действительности, мы пока еще не знаем, при шизофрении любого состояния, которое можно было бы назвать тонизирующее мышечное сокращение в реальном смысле этого слова. То, что было описано как такие сложные явления, прежде всего, психогенного происхождения.

Действительно, это вовсе не редкость, чтобы встретиться с пациентом, который может принимать и сохранять определенную позицию на несколько месяцев времени; он будет казаться довольно жесткие, тоже, когда кто-то пытается шевелить конечностями пассивно. Это может зайти так далеко, что можно двигаться все тело пациента, как если бы он был кусок дерева с помощью руку, руку, или ногу как рычаг без изменения в бы относительное положение части захватили в остальной части тело. Но если наблюдается такой случай более внимательно, то можно всегда видеть, что мышечное сокращение приспосабливается к любой внешней силы, приложенной и мышцы Flex ровно столько, сколько необходимо для поддержания предполагаемую позицию. Точность мышечной контроля и абсолютная фиксация суставов действительно весьма примечательно. Здоровый человек вряд ли когда-либо будет способен на такое сопротивление. До сих пор не могу доказать, что в любой данный момент, для того, чтобы поддерживать желаемую позицию, мышцы более сильно сократилась, чем это необходимо, чтобы противостоять силе тяжести или какого-либо другого внешнего воздействия. Тем не менее, с другой стороны, не отметить, в некоторых случаях, что напряжение распространилась к

181

muscles which are not directly involved in the action, exactly as in healthy people who are making a physical effort.

Ballet (38, p. 105) termed this tendency to muscle tension, catatonism; he and others (Kleist) assumed that certain muscle groups, especially the neck flexors, are in some way predisposed to this sort of reaction. As yet, I have not been able to convince myself that this phenomenon is confined to any definite muscle groups. It appears to me as far more likely that our patients persist in maintaining definite postures which are ordinarily employed such as, for example, the bending of the head in lying on one’s back. We prefer, therefore, to discuss this phenomenon under that of stereotypies of posture.

Far more common than complete rigidity is the “waxy or flexible” catalepsy: In typical cases, the patients make no, or hardly any, spontaneous movements. No matter where or how one places them, they remain motionless. Positions in which they are passively placed are maintained; apparently they are completely indifferent as to whether they are comfortable or not. It is possible to raise the leg of a standing patient, stretch out the arms horizontally, and even bend the trunk, yet the patient will remain in this position, occasionally for twenty minutes or longer. A feeling of fatigue seems to be lacking in these instances (always?). After some time, the outstretched limbs sink down or gradually, almost imperceptibly, change for another, equally bizarre position, or a sudden jerk will bring them into a more comfortable position, but in such a manner that the original position is still noticeable. The arms which were stretched forward remain raised forward a little as they hang down; the arms which were raised laterally still extend a little to the side of the body.

Often one scarcely senses any resistance to passive changes of posture; indeed, it is as if the patient wished to anticipate the intention of the examiner. The limbs seem to elevate themselves at the least touch and assume the desired direction as if they guessed what it was to be. If one proceeds rather rapidly, they often overshoot the mark.48 In other cases, one finds a distinct resistance so that one must at least raise the weight of the arms as if they belonged to the body of a dead person. In still other cases, it is necessary to overcome a mild degree of muscular resistance. One cannot categorically separate these various pictures from one another. Therefore, I prefer, like other authors, to include them in the rubric, flexibilitas cerea.

In most cases, this symptom is present to a limited degree only. The

181

мышцы, которые непосредственно не участвующие в акции, так же, как и у здоровых людей, которые вносят физические усилия.

Балет (. 38, стр 105) назвал это склонность к мышечного напряжения, catatonism; он и другие (Клейст) предположил, что некоторые группы мышц, особенно шеи сгибатели, в некотором роде, предрасположенных к такого рода реакции. Как же, я не был в состоянии убедить себя, что это явление ограничивается каким-то определенным группам мышц. Мне кажется, как гораздо более вероятно, что наши пациенты сохраняются в поддержании определенных поз, которые обычно использовал такие, как, например, изгиб головы в лежачем на спине. Мы предпочитаем, следовательно, чтобы обсудить этот феномен под этим из стереотипии осанки.

Гораздо более распространенным, чем полное жесткости "восковой или гибкий" оцепенение: В типичных случаях пациенты делают, нет, или почти не спонтанные движения. Независимо от того, где и как один помещает их, они остаются неподвижными. Позиции, в которых они пассивно, размещенные поддерживаются; по-видимому, они совершенно равнодушны относительно того, являются ли они комфортно или нет. Это позволило поднять ногу стоящего пациента, протянуть руки горизонтально, и даже согнуть туловище, но пациент будет оставаться в этом положении, иногда в течение двадцати минут или дольше. Чувство усталости, кажется, не хватает в этих случаях (всегда?). Через некоторое время, протянутой конечностей тонуть или постепенно, почти незаметно, переход на другой, не менее странное положение или внезапной рывок принесет их в более удобном положении, но таким образом, что исходное положение все же заметна. Руки, которые были вытянуты вперед остаются поднял немного вперед, как они свисают; руки, которые были подняты в поперечном направлении по-прежнему распространяется немного в сторону тела.

Часто то едва ощущает никакого сопротивления пассивных изменений осанки; В самом деле, это как если бы пациент хотел, чтобы предвидеть намерения экзаменатора. Конечности, кажется, возвыситься при малейшем контакте и считать нужное направление, как если бы они догадались, что это должно было быть. Если исходить довольно быстро, они часто перерегулирование mark.48 В других случаях можно обнаружить явное сопротивление, так что необходимо, по крайней мере повысить вес рук, как если бы они принадлежали к телу умершего человека. В других случаях, необходимо преодолевать умеренный уровень мышечной сопротивления. Никто не может категорически разделить эти различные картины друг от друга. Поэтому, я предпочитаю, как и другие авторы, чтобы включить их в рубрике, flexibilitas CEREA.

В большинстве случаев этот симптом присутствует только в ограниченной степени.

ВСТАВИТЬ ПРОПУСК

182

patients can move their limbs freely; but if one gives their limbs a certain position, they maintain it for some rime, often without letting this interfere with other movements of the same limb. For example, they make gestures or stereotyped movements with a hand; if one holds the same arm up in the air, they leave it there but continue with their previous hand motions above their heads.

The manner and way in which one moves the patient's limb usually makes some difference. Often catelepsy shows itself only when one brings the limb very abruptly into a new position as if one were suggesting that it should be held in this particular way. However, suggestion in the usual sense of the term is of no avail. The patient does not have to believe that one demands the maintenance of a certain position. I often successfully test for the presence of catalepsy in the following way: I take the patient's pulse and, as if inadvertently, hold his arm high and fully extended. Then after taking the pulse rate, I release the arm. Conversely, one can examine other patients or normal individuals with the usual methods of testing for catalepsy without being able to demonstrate this phenomenon.

In rarer cases, catalepsy expresses itself in the continuation of movements which the patient is asked to perform. If the patient is requested to rotate his hands around each other, he starts and cannot stop. When asked to copy a definite number of somersaults, they do far too many, etc.

In cases showing marked catalepsy, spontaneous movements are absent In the milder cases, the spontaneous movements are distinctly impaired; they are executed slowly and weakly. One often observes patients straining, for example, to open their lips when they wish to reply, but often only managing to utter soft low whispers after many attempts to speak, so that one thinks of inhibition. Others are still able to perform some activities; they are still able to get around, but even then, it is for the most part slowly, tremulously, feebly. The final movement in an act may become fixed, or the patient may become arrested and rigid in the very midst of performing a certain act or movement. Thus a patient wishes to bring the spoon to his mouth; half-way there he stops and for many minutes does not change this position. Then the hand may gradually sink down following the effect of gravity, or the action begun may be completed. This fixation can affect the entire body as well as a single limb.

Even the most intense degrees of catalepsy may be dissolved momentarily by internal or external psychic influences. As in every other catatonic stupor, the cataleptic who appears completely immobile can suddenly get up and knock a neighbor to the floor, bite or commit some

182

пациенты могут двигаться конечности свободно; но если человек отдает свои конечности в определенном положении, они поддерживают его в течение некоторого инеем, часто не давая это мешает другим движениям же конечности. Например, они делают жесты или стереотипные движения с руки; если один имеет тот же рукой в ​​воздухе, они оставляют его там, но по-прежнему с их предыдущими движениями рук над их головами.

Порядок и способ, в котором один движется конечности пациента, как правило, делает некоторые различия. Часто catelepsy проявляется только тогда, когда приносит конечности очень круто в новое положение, как если бы один был предполагая, что это должна быть проведена именно таким образом. Тем не менее, предложение в обычном смысле этого слова не имеет никакой пользы. Пациент не должен верить, что один требует технического обслуживания в определенном положении. Я часто успешные испытания на наличие каталепсии следующим образом: беру пульс пациента и, как бы случайно, удерживая его руки высоко и полностью продлен. Затем, после принятия пульс, я освобождаю руку. С другой стороны, можно рассмотреть и другие пациенты или обычные люди с обычными методами тестирования для оцепенение, не будучи в состоянии продемонстрировать это явление.

В редких случаях, оцепенение выражается в продолжении движений, которые пациент просят выполнить. Если пациент просил, чтобы повернуть его руки вокруг друг друга, он начинает и не может остановиться. Когда его спросили, чтобы скопировать определенное количество сальто, они делают слишком много, и т.д.

В тех случаях, показывающие заметное оцепенение, спонтанные движения отсутствуют в более легких случаях, стихийные движения отчетливо ухудшается; они выполняются медленно и слабо. Часто наблюдается у пациентов напрягаясь, например, открыть свои губы, когда они хотят, чтобы ответить, но часто только успевая произнести мягкие шепотом после многих попыток говорить, так что кто-то думает торможения. Другие все еще в состоянии выполнять некоторые действия; они все еще в состоянии обойти, но даже тогда, это по большей части медленно, робко, слабо. Заключительное движение в акте может стать фиксированным или пациент может стать арестован и жесткими в самый разгар выполнения определенной акта или движение. Таким образом, пациент хочет, чтобы принести ложку ко рту; на полпути он останавливается и в течение многих минут не изменить эту позицию. Тогда рука может постепенно опускаться вниз вслед действием силы тяжести, или действие началось, может быть завершена. Это фиксация может повлиять на весь организм, а также единую конечности.

Даже самые интенсивные степени каталепсии может быть растворен мгновение внутренними или внешними психических воздействий. Как и в любой другой кататоническом ступор, каталепсии, который появляется полностью неподвижен может внезапно встать и постучать соседа на пол, укусить или совершить некоторые

183

other unpleasantness, only to resume his rigidity after a few moments. They can also suddenly begin to talk very reasonably or hold a conversation with their hallucinations. At such moments, the patient’s movements do not show any evidence of disturbance; on the contrary, they I may be executed with great force and skill (cf. above, the dancing catatonic woman).

Certain patients become cataleptic only under definite conditions or circumstances. Whenever a patient thinks she is alone, she begins to sing merrily, laughs contentedly, or curses obscenely, only to become cataleptic immediately when she knows she is being observed. It is of little importance whether negativism is the explanation or not. Other patients move about quite freely while at work, but become cataleptic, when one wishes to examine them. One of our convalescents, who seemed to be free of catalepsy for some time, became quite cataleptic during a game in which a somewhat greater than usual demand on his attention was made.

Catalepsy may alternate with complete rigidity. In negativistic individuals, one can even provoke the latter. Between such periods of rigidity, such a complete and total relaxation of the musculature appeared in one of our patients that he collapsed like a cadaver. In other respects, the muscle tonus is quite good in flexibilitas cerea. We observed a patient who had many attacks of only right-sided catalepsy (combined with tremor, analgesia, and auditory hallucinations of that same side.)

The combinations of catalepsy and negativism are quite strange.

For example, one such patient, when one raised his right arm, very negativistically and abruptly pulled it down, but instead he would raise his left arm into the desired position. (I have already observed something quite similar without having any reason to assume the presence of negativism, with the only difference that the involved limb was brought into a normal position less abruptly.) Abraham also observed a case of flexibilitas on one side of the body, and negativisric stiffness on the other (of course, without suggestion).

In combined echopraxia and catalepsy, we may even have one side of the body imitating the other: a patient’s right arm was raised high while the left was extended slightly downwards. Then as both arms began to sink, the left arm took its natural position, while the right arm pressed closer to the head and finally came to rest on the back of the head; this position was imitated by the left arm from its hanging-down position. The patient remained like this for a long period of time.

In combination with the various catatonic conditions and only very rarely as an isolated phenomenon, we can observe another symptom:

a generalized and persistent, or at times a very capricious and fleeting,

183

Другое неприятности, только возобновить свою жесткость через несколько мгновений. Они могут также внезапно начинают говорить очень разумно или провести беседу с их галлюцинациями. В такие моменты, движения пациента не свидетельствуют о каких-либо доказательств нарушения; наоборот, они меня могут быть выполнены с большой силой и мастерством (см выше, танцы кататоническая женщина).

Некоторые пациенты становятся каталепсии только при определенных условиях или обстоятельствах. Всякий раз, когда пациент думает, что она одна, она начинает петь весело, смеется довольно, проклятия и неприлично, только чтобы стать каталепсией сразу, когда она знает, что она наблюдается. Это не имеет большого значения ли негативизм объяснение или нет. Другие пациенты двигаться совершенно свободно, находясь на работе, но становятся каталепсии, когда кто-то хочет, чтобы изучить их. Один из наших выздоравливающих, которые, казалось, быть свободным от оцепенения в течение некоторого времени, стал довольно каталепсией во время игры, в которой несколько больше, чем обычно, спроса на его внимание было сделано.

Каталепсия могут чередоваться с полным жесткости. В негативистична лиц, можно даже спровоцировать последнего. В промежутках между периодами жесткости, например полная и полная релаксация мускулатуры появился в одном из наших пациентов, что он рухнул, как у трупа. В других отношениях, мышечный тонус неплохо в flexibilitas Церее. Мы наблюдали пациента, который имел много атак только правосторонней оцепенение (в сочетании с тремором, обезболивания и слуховых галлюцинаций той же стороны.)

Комбинации оцепенение и негативизма довольно странно.

Например, один такой пациент, когда поднял правую руку, очень negativistically и резко потянул его вниз, но вместо этого он поднимал левую руку в нужное положение. (Я уже заметил нечто похожее, не имея никаких оснований предполагать наличие негативизма, с той лишь разницей, что пораженной конечности был доставлен в нормальном положении менее резко.) Авраам также наблюдали случай flexibilitas на одной стороне тела и negativisric жесткость на другой (разумеется, без внушения).

В сочетании эхопраксия и оцепенение, мы, возможно, даже одну сторону тела, имитируя друга: правая рука пациента была высоко поднята, а левая была расширена немного вниз. Тогда, как и обе руки начал тонуть, левая рука заняла свое естественное положение, в то время как правая рука прижалась к голове и, наконец, остановились на задней части головы; эта позиция была подражали левой руке от ее висит вниз положении. Пациент остается, как это в течение длительного периода времени.

В сочетании с различными кататоническими условиях и только очень редко, как изолированное явление, мы можем наблюдать еще один симптом:

обобщены и настойчивый, а иногда очень капризные и мимолетных,

184

difficulty or impossibility of movement. The patients have to make a great effort and strain to contract their muscles; the movements become weak, slow, trembly, indeed, often utterly impossible. The patients may feel as if their muscles and limbs were paralyzed or rigid, or as if some outside power were restraining them. Frequently the patients will falsely explain their condition by some hallucination or delusion. To be sure, akinesis may be caused in this way, but then we are not dealing with a disturbance of motility in the above sense of psychic paralysis or paresis. 47 Usually the patients are extraordinarily little concerned with or frightened by this condition; however some anxiety is often associated with it, but then it seems to be independent of the akinesis. In stuporous and clouded states, 48 the markedly decreased ability to move occasionally creates the impression of generalized cerebral torpor.

2. Stupor

A good many catatonics have been called stuporous. In Ziehen’s precise sense (aprosexia plus inhibition of thought plus immobility), however, we find stupor almost only in the clouded states, 49 obviously as a consequence of generally reduced psychic activity, or of total “blocking.” However all akinetic catatonics present an external picture of absent or markedly diminished reaction to the environment. Moreover, stupor may be brought about by generalized blocking, by intense inhibition (melancholic) of the psychic processes; by lack of interest, affect and will; by autism, by mechanisms producing twilight states; by negativism; and by numerous hallucinations which even without any systematic exclusion of reality, transplant the patient completely into his own fantasy-world. Naturally, the many forms of stupor easily combine, inasmuch as various causal factors are operative simultaneously. The stupor need not be a complete one. Many stuporous patients sort of wander about in a daze, but they can still enter into a simple conversation or even do some work. One of our patients wanted to look for something behind a haystack. He lit a match for the purpose and soon found the haystack in flames. At that period he was still able to do some work under his wife’s supervision. However, he could not judge that it would be extremely dangerous to light a match near a dry haystack, or take the proper precautions once he did so; he certainly was incapable of putting out the fire after it had started.

With the possible exception of the “clouded states” practically all

47. Often the "voices" commanding and forbidding the movements, and the impairment of motility are parallel consequences of a common cause.

48. Benommenheit.

49. Cf. following chapter on the acute syndromes.

184

Трудность или невозможность движения. Пациенты должны приложить немало усилий и напрягаться, чтобы заключить контракт их мышцы; движения становятся слабыми, медленными, trembly, действительно, часто совершенно невозможно. Пациенты могут чувствовать, как будто их мышцы и конечности были парализованы или жесткой, или как будто какая-то внешняя сила ограничивали их. Часто пациенты ошибочно объяснить свое состояние какой-то галлюцинации или бред. Чтобы быть уверенным, акинезия может быть вызвано таким образом, но тогда мы имеем дело не с нарушением моторики в указанном выше смысле психического паралича или пареза. 47 Обычно пациенты чрезвычайно мало заботился или напуганы этим состоянием; Однако некоторое беспокойство часто ассоциируется с ним, но потом, кажется, быть независимым от акинез. В ступора и туманных государств, 48 заметно снизилась способность двигаться иногда создает впечатление обобщенной головного оцепенения.

2. Ступор

Очень много catatonics были названы ступора. В точном смысле Ziehen (в aprosexia плюс торможение мысли плюс неподвижности), однако, мы находим ступор почти только в туманных государств, 49, очевидно, как следствие, как правило сниженной психической активности, или общего "Блокировка". Однако все акинетичных catatonics представить внешняя картина отсутствующего или заметно поубавилось реакции на окружающую среду. Кроме того, ступор может быть осуществлено с помощью обобщенной блокировки, путем интенсивного торможения (меланхоличны) психических процессов; из-за отсутствия интереса, аффекта и воли; аутизмом, с помощью механизмов, производящих сумеречные состояния; по негативизма; и многочисленными галлюцинациями, которые даже без какой-либо систематической исключения реальности, пересадить пациенту полностью в его собственной фантазии-мире. Естественно, что многие формы ступора легко объединить, поскольку различные причинные факторы действуют одновременно. Ступор не должно быть полной. Многие ступора больные рода бродить в тумане, но они все еще может вступить в простой разговор, или даже сделать некоторую работу. Один из наших пациентов хотел посмотреть на что-то позади стоге сена. Он зажег спичку для этой цели, и вскоре обнаружил, стог сена в огне. В этот период он был еще в состоянии сделать некоторую работу под наблюдением жены. Тем не менее, он не мог судить, что было бы крайне опасно зажечь спичку возле сухого сена, или принять соответствующие меры предосторожности, как только он сделал это; он, конечно, был не в состоянии потушить огонь после того, как начался.

С возможным исключением «туманных государств" практически все

47. Часто «голоса» начальствующего и запрещающие движение, и нарушение подвижности параллельные последствия общего дела.

48. Benommenheit.

49. См Следующая глава по актуальным синдромов.

185

schizophrenic types of stupor may partially or completely disappear under psychic influences. If one happens to touch upon the patient’s complexes, one often sees a marked reaction, be it as a tensing of muscles, or as a change in the innervation of blood vessels. Thus it is evident that the patients still grasp and assimilate what is going on. Riklin’s (612) stuporous catatonic answered and read only those ideas and words which were fully and directly connected with his morbid wishes. A completely rigid negativisdc patient immediately clenched her teeth when I told her that she was far too thin to have stolen some food, as she had insisted. A motionless patient broke out into hearty laughter when another patient dropped a piece of butter which he had hidden in a paper bag. Stuporous patients can very suddenly become perfectly capable of playing chess correctly, or of writing and playing the piano rapidly, etc. A visit from the family may often induce such patients to “wake up” completely. 50

3. Hyperkinesis

The akinetic symptoms of stupor and flexibilitas cerea stand in marked contrast to catatonic hyperkinesis. They have been described by Wernicke’s school as a separate disease characterized by hyper-irritability of the psycho-motor functions. Up to now, however, there is no proof that hyperkinesis is not merely a part-phenomenon of a general catatonic psychic condition. As other movements of catatonics, the “pseudo-spontaneous” movements appear to be arbitrary, automatic, and stereotyped in the most variegated patterns. Since hyperkineses may often completely dominate the external clinical picture of a catatonic excitement, they will be described in greater detail with the other acute symptom complexes.

4. Stereotypies

One of the most striking external manifestations of schizophrenia is the inclination to stereotypies. We find them in every sphere: that of movement, action, posture, speech, writing, drawing, in musical expressions, in the thinking and in the desires of the hallucinating patients.

We find patients rubbing their right hands over their left thumbs, intently and energetically for decades. Others will tap a saliva-moistened fingertip on every conceivable place, on tables, chairs, walls; or they will run their fingers along the edges of all the furniture and walls as if taking the dust off. Others beat on their beds rhythmically, clap their hands or perform all kinds of manipulations with their teeth, etc. Then

50, As for the mutism which is often described as a partial symptom of catatonic see below.

185

шизофренического типа ступора может частично или полностью исчезнуть под психических воздействий. Если происходит коснуться комплексов пациента, часто можно увидеть заметное реакцию, будь то в качестве напрягая мышц, либо как изменение в иннервации кровеносных сосудов. Таким образом, очевидно, что пациенты все еще понять и усвоить то, что происходит. (612) ступора кататоническая Riklin ответила и читать только те идеи и слова, которые были полностью и непосредственно связанные с его болезненных желаний. Полностью жесткой negativisdc пациент сразу же стиснула зубы, когда я сказал ей, что она была слишком тонкой, чтобы украсть еду, а она настояла. Неподвижно пациент разразился сердечный смех, когда еще один пациент упал кусочек сливочного масла, которые он спрятал в бумажный пакет. Ступора пациенты могут внезапно стать вполне способен правильно играть в шахматы, или письменной форме и быстро играть на пианино и т.д. Визит семьи часто могут вызывать у таких пациентов, чтобы "разбудить" полностью. 50

3. гиперкинезы

В акинетичных симптомы ступора и flexibilitas CEREA стоять резко контрастирует с недвижимом гиперкинезов. Они были описаны в школе Вернике в качестве отдельного заболевания, характеризующегося гипер-раздражительность функций психо-моторных. До сих пор, однако, нет никаких доказательств, что гиперкинезы это не просто часть-явление общего кататоническом психического состояния. Как и другие движения catatonics, "псевдо-спонтанное" движения представляются произвольными, автомат, и стереотипны по наиболее пестрых узоров. Поскольку гиперкинезы может часто полностью доминирует внешний клиническую картину кататоническом возбуждения, они будут описаны более подробно с другими острых симптомов комплексов.

4. Стереотипии

Один из самых ярких внешних проявлений шизофрении склонность к стереотипии. Мы находим их в любой сфере: что движения, действия, позы, речи, письма, рисования, в музыкальных выражений, в мышлении и в желаниях пациентов галлюцинации.

Мы находим пациентов потирают правой руки над левой пальцами, внимательно и энергично в течение многих десятилетий. Другие будут нажмите слюны, влажной пальца на каждой мыслимой месте, на столы, стулья, стены; или они будут запускать свои пальцы по краям всей мебелью и стенами, как будто принимая пыль. Другие бьют по их кроватях ритмично, хлопают в ладоши или выполнять все виды манипуляций с зубами, и т.д. Тогда

50. Что касается мутизм, который часто описывается как частичное симптом кататоническая см ниже.

186

again others walk about in a very special fashion, tapping a certain spot with their feet, dancing around, as if at a quadrille, nodding their heads, turning around when lying in bed or standing upright continually. Some always perform the same somersaults or other gymnastics. Often the stereotypies appear to be willed acts; some patients tear their hair out by the roots, frequently in a very definite pattern so that, for example, a fringe is left which may run down the middle of the scalp. They keep their finger stuck in their ani or smear feces in certain designs; they pull and knot their clothing, or twist the buttons off constantly.

The stereotypies of posture show somewhat less variability. Very many catatonics, while lying quietly in their beds, hold their backs and even their heads raised off the mattress or pillow in a position which a healthy person could not support for very long without tiring quickly. They curl up, sit or stand rigidly like an Egyptian mummy. They hold their legs spread apart with the hand held in a special manner on the cheek. They perch in the bath with their mouths barely held above water and their backs arched completely out of the water. For weeks they may gaze at the very same spot, often with the eyes in the most extraordinary position which a healthy person could not maintain for two minutes.

Stereotypies of position are expressed in two ways in that the patients always select the same corner of the room, the same place in the garden; and they will actually fight for these places if, accidentally or intentionally, someone else happens to claim their spot. Or, the patients always go to exactly the same place to carry on a particular activity; for example, always striking three times on the identical spot on the wall of the corridor.

Acts and behavior which per se need not be senseless are repeated incessantly, with an almost photographic sameness. The patient goes to bed always exactly in the same way, starting from exactly the same place, getting out of bed exactly in the same manner. In the garden, he will run around the same circle or square, so that before long, he has dug tracks in the earth which have to be filled in. Many years before his illness became manifest, a physician had made deep holes in the hardwood floor of his room because he always turned on his heels at exactly the same place on the floor. The walls and furniture of many a mental hospital bear the traces of such stereotypies.

Naturally, the different kinds of stereotypies very often combine to form complicated clinical pictures. A woman patient always stands in a specific place when she knits, with a particular orientation and posture. When the work is done for the day, she goes out into the corridor and places herself with her forehead against the dining room

186

снова другие ходят в очень особым образом, нажав на определенной точке с ногами, танцуя вокруг, как будто в кадрили, кивали головами, оборачиваясь, когда лежал в постели или в вертикальном положении постоянно. Некоторые всегда выполняют одни и те же сальто или другие гимнастику. Часто стереотипии, как представляется, волевые акты; Некоторые пациенты рвут на себе волосы от корней, часто в очень определенным образом, так что, например, бахрома слева, который может работать по середине головы. Они держат палец застрял в их Ани или мазка фекалий в некоторых конструкций; они тянут и узел одежду, или крутить пуговицы постоянно.

В стереотипии осанки показать несколько меньше изменчивости. Очень многие catatonics, а спокойно лежал в своей кровати, удерживая их спиной и даже их головы подняты матрас или подушку в таком положении, которое здоровый человек не может поддержать очень долго, не уставая быстро. Они свернуться калачиком, сидеть или стоять жестко, как египетская мумия. Они проводят свои широко расставив ноги с рукой, состоявшейся в особом порядке по щеке. Они садятся в ванну с их уст едва сдерживала над водой и спина их арочными полностью из воды. В течение нескольких недель они могут смотреть на том же самом месте, часто с глазами в самых необычных положение, которое здоровый человек не может поддерживать в течение двух минут.

Стереотипии из положения выражены двумя способами в том, что пациенты всегда выберите тот же угол комнаты, там же в саду; и они будут реально бороться за эти места, если, случайно или намеренно, кто-то еще, что утверждают, что их место. Или, пациенты всегда идут на то же самое место, чтобы нести на конкретного вида деятельности; например, всегда поражает три раза на одинаковом месте на стене коридора.

Акты и поведение, которое само по себе не должны быть бессмысленными повторяются непрерывно, с почти фотографической схожести. Пациент идет к постели всегда точно таким же образом, начиная с том же месте, выходит из кровати точно таким же образом. В саду, он будет бегать по тому же кругу или квадрату, так что в скором времени, он вырыл треки на земле, которые должны быть заполнены. За много лет до его болезнь проявилась, врач сделал глубокие отверстия в древесине пол своей комнаты, потому что он всегда повернулся на каблуках в одно и то же место на полу. Стены и мебель из многих психиатрическую больницу несут следы таких стереотипии.

Естественно, что различные виды стереотипии очень часто объединены с образованием сложные клинические картины. Женщина-пациент, всегда стоит в определенном месте, когда она вяжет, с определенной ориентацией и позы. Когда работа сделана в течение дня, она выходит в коридор и помещает себя с ней лбом столовой

187

door till the food is brought up, whereupon she goes in and eats her meal also in a very special way.

The expressive movements, too, become stereotyped. One patient grins; another makes a sad face, quite independent of his real mood. Often enough stereotyped yelling, screaming, roaring, or squeaking has the same significance, equally so the pursing of the lips (Schnauzkrampf). At this point, one might also mention the musical stereotypes. For years a patient plays the very same trill or chord, sometimes as often as a thousand times in succession; then again the same few notes. Usually it is the same song or a fragment of a song, which is sung repeatedly and monotonously, by one patient in the self-same shrill voice, by another very softly and delicately. It may be a self-composed melody or a well-known tune to which the patient may use every possible text for words. The same rhythm may be tacked on in answers to questions, or the identical rhythm may be retained in speaking.

The majority of severe cases, when they do trouble to express themselves at all, have the tendency to employ certain expressions of speech again and again, both in appropriate and inappropriate places. The same words or sentences are repeated innumerable times in their ordinary tone of voice, in screams, whispers, or sing-song; they are repeated regardless of context and without any intention of communicating an idea. AiFective expression may be entirely lacking; but if it exists it is highly artificial, exaggerated, and unrelated to the content (verbigeration). Thus one patient always repeats the sentence, “You steal the Saviour’s rights;” another, “Merci bien. Monseigneur.” Many women patients abuse the word, “love” in their verbigeration.

Utterly senseless combinations of sounds such as, “the crossed crux in a circumrex house” (Kraepelin) are quite common. In the main, however, the content of speech is not stereotyped in all its details. One patient calls and repeats the names of her children; another catatonic enumerates (in no definite sequence) the names of places, cities, towns, etc. A Miss Muller counts: “Twenty-one Mr. Mullers, twenty-two Mr. Mullers, twenty-three Mr. Mullers . . .” Another patient calculates aloud, “i times 4 is 90, 2 times 3 is 72, 2 times 1 is 24, 2 times 2 is 28." Still another enunciates softly, “A, o, u, e, e, a, u, e, a, o, etc.” in different variations. Another says, “I think, I will,” and in between he continues to conjugate the present tense of- the verb, “to love.” At times the patients will get a bit further with their themes: “Baba, ba ba ba ba, a, s, s are good people, s, s, s, are nice people, nice people, nice people, baba, bababa, ba, hm hm hm, yes, I slept, yes, I slept, I have slept. . . . What is this there, what is this, this, this, this? bababa ba." One of our patients rings the changes on one of her few themes, for many hours

187

двери до еды воспитан, после чего она идет в и ест ее еду и в очень особым образом.

Выразительные движения тоже, становятся стереотипной. Один пациент улыбается; другой делает грустное лицо, совершенно независимо от его реального настроения. Довольно часто стереотипно кричать, кричать, реветь, или скрип имеет такое же значение, равным образом на поджав губ (Schnauzkrampf). На данный момент, можно также упомянуть музыкальные стереотипы. В течение многих лет пациент играет ту же самую трель или аккорд, иногда так часто, как тысячи раз подряд; потом опять же несколько замечаний. Обычно это та же песня или фрагмент песни, которая поется несколько раз и монотонно, на одного пациента в самостоятельной же пронзительным голосом, другой очень мягко и деликатно. Это может быть составлены самостоятельно мелодии или известный настроиться на котором пациент может использовать все возможные текст слов. Же ритм может быть прикрепил на в ответах на вопросы, или идентичны ритм могут быть сохранены в разговоре.

Большинство тяжелых случаях, когда они делают проблемы, чтобы выразить себя на всех, имеют тенденцию нанимать некоторых выражений речи снова и снова, как в соответствующих и несоответствующих местах. Те же слова или предложения повторяются бесконечное число раз в их обычном тоне, в крики, шепоты, или петь песню; они повторяются вне зависимости от контекста и без какого-либо намерения общения идея. AiFective выражение может быть полностью отсутствует; но если он существует, то он является в высшей степени искусственно, преувеличены, и не имеет отношения к содержанию (verbigeration). Таким образом, один пациент всегда повторяет предложение, "Вы крадете права Спасителя;" другой ", Merci Bien. Монсеньер. "Многие женщины пациенты злоупотребляют слово," любовь "в своей verbigeration.

Совершенно бессмысленные сочетания звуков, таких как, "пересек суть в circumrex дома" (Крепелин) являются довольно распространенным явлением. В основном, однако, содержание речи не стереотипное во всех его деталей. Один пациент звонки и повторяет имена своих детей; еще кататонические перечисляет (ни в коем определенной последовательности) названия местности, городов и т.д. Мисс Мюллер причинам: "Двадцать один г-н Мюллер, двадцать два Г-н Мюллер, двадцать три Г-н Мюллер. , . "Другой пациент рассчитывает вслух:" Я раз 4 90, 2 раза 3 72, 2 раза 1 24, 2 раза 2 составляет 28 "еще один закрепляются тихо,", о, у, е, е, , и, е, а, о, и т.д. "в разных вариациях. Другой говорит:" Я думаю, что я буду ", а в промежутках между он продолжает сопряжены настоящее время OF-глагола," любить ". Порой пациенты будут получать немного дальше с их темами: "Баба, ба ба ба ба,, S, S хорошие люди, с, S, S, хорошие люди, хорошие люди, хорошие люди, баба, бабаба, Ba, хм хм хм, да, я спал, да, я спал, я спал... ". Что это там, что это, это, это, это? бабаба ба. Один из наших пациентов кольца изменения на одном из ее немногих тем, для многих часов

188

a day. For example, she talks endlessly about the “concierge," describing in greatest detail all the janitors she had ever known, as well as their homes, etc.

Verbigeration also combines with other kinds of stereotypies. Thus Neisser’s patient rocked herself back and forth as she verbigerated, “Pity us, pity us, etc."

Such stereotypies of speech as the following cannot quite accurately be considered as verbigeration: the insertion of stereotyped words as “Are you there, dear little protector, bumps, are you there, bumps?” or the insertion of mere sounds which need not even belong to the language spoken. For example, one of our paranoids tacks on to each word, as he speaks it, a sort of grunting sound. It is something else, however, when a patient answers each and every question put to him with the word, “pretty" using different tones each time. Exclamations which are not immediately repeated one after the other, are also stereotyped and dragged in independently of their proper sense. Thus every minute for thirty years, a patient says, “I don’t feel well,” as a sign of joy or displeasure or in an apparently completely indifferent mood; occasionally she translates some of the words into a foreign language (bene, bien, bueno, etc.).

Written verbigerations show the same characteristics as the oral. Words, sentences, and letters are repeated endlessly, whether they make sense or not, with or without variations. In addition, curlicues may be attached to the letters or written independently of them. Catatonics particularly love to play with punctuation marks. A definite number of periods are combined with dashes; figures are designed with them which are repeated, etc. A large number of pages may be written, and each page will be precisely like the other; they will match point for point, letter for letter (Antheaume).

Also their drawings show a tendency to stereotypy. They love to use the same monotonous theme over and over again, shortening it till it becomes unrecognizable. They do this regardless of whether they are scribbling a simple ornament with a few crochety lines and strokes, or drawing figures and other illustrations. Thus, one of our patients paints, quite skillfully, an endless number of overly-slim nude women in the crack of a rock, without ever varying his theme.

Stereotypies of thoughts and desires, which of course are always expressed in the same words, are to be distinguished from stereotypies of speech. To these belong the usually automatic requests for release which are repeated daily to us, in precisely the same words to which the patients hardly even expect an answer. Quite similar are those instances, when a patient will request daily that we hold a garden party, although

188

день. Например, она говорит без конца о «консьерж», описывая наиболее подробно все дворники она когда-либо известных, а также свои дома, и т.д.

Verbigeration также в сочетании с другими видами стереотипии. Таким образом, пациент Нейсера потрясли себя вперед и назад, как она verbigerated, "Жаль, нам, жаль нас, и т.д."

Такие стереотипии речи, как в следующем не может достаточно точно рассматривать как verbigeration: вставка стереотипных слов, как "Вы там, милая защитник, шишки, ты там, шишки?» Или вставка простых звуков даже не нужно принадлежать к языку. Например, один из наших параноиков гвозди на каждом слове, как он говорит это, своего рода хрюканье звук. Это что-то еще, однако, когда пациент отвечает каждый и каждый вопрос, заданный ему на слово, "довольно", используя различные тона каждый раз. Возгласы, которые не сразу повторные один за другим, также стереотипные и потащил в независимо от . их собственном смысле Таким образом, каждую минуту в течение тридцати лет, пациент говорит: «Я не чувствую себя хорошо", как знак радости или неудовольствия или в казалось бы, совершенно равнодушного настроения, а иногда она переводит некоторые слова на иностранный язык (Bene, Bien, Буэно, и т.д.).

Письменные verbigerations показывают те же характеристики, как и в устной форме. Слова, предложения и письма повторяются бесконечно, имеют ли они смысл или нет, с или без изменений. Кроме того, завитки, могут быть присоединены к букв или письменное независимо от них. Catatonics особенно любят играть с знаками препинания. Определенное количество периодов в сочетании с тире; Цифры рассчитаны с ними, которые повторяются, и т.д. Большое количество страниц может быть записана, и каждая страница будет точно, как другой; они будут соответствовать пункт за пунктом, буква за буквой (Antheaume).

Кроме того, их рисунки демонстрируют тенденцию к стереотипии. Они любят использовать тот же монотонный тему снова и снова, сокращая ее, пока она становится неузнаваемой. Они делают это, независимо от их писанины ли простой орнамент с помощью нескольких crochety линий и штрихов, или чертежи и другие иллюстрации. Таким образом, один из наших пациентов красок, довольно умело, бесконечное количество чрезмерно тонких голых женщин в трещине скалы, никогда не изменяя свою тему.

Стереотипии мыслей и желаний, которые, конечно, всегда выражаются в одних и тех же слов, следует отличать от стереотипии речи. К ним принадлежат, как правило, автоматические запросы на релиз, в котором будут повторяться ежедневно к нам, в одних и тех же слов, к которым пациенты вряд ли даже ожидать ответа. Близки эти экземпляры, когда пациент будет запрашивать ежедневно, что мы проводим вечеринку в саду, хотя

189

she must know that it is entirely impossible, if for no other reason than the fact that it is winter. It is much less comprehensible when over a long period of time, a patient answers each question with the counter question: “Wouldn’t it be a good idea to apply court plaster?”

Stereotypy of thoughts is often so intense that the patient is incapable of thinking anything except a very few thoughts. To this group belongs the catatonic physician who invariably and unfailingly prescribed the identical medicament for each and every disease regardless of its nature.

The stereotypies of hallucinations are most obvious in the auditory sphere; the patient always hears the same words, the same curses and threats over and over again.

The stereotypies do not always become manifest spontaneously from within, without any external stimulation. As the patient relates a story, the stereotypies very often indicate certain definite constellations of his complexes. For many years, a catatonic made a certain circular motion with her arms which meant that she had millions of dollars; she not only made this motion while her thoughts were on such things as money, but even when speaking of other things as well.

The patient’s attitude toward the stereotypies is varied, indeed. The majority behave as if the stereotypies were something self-evident. Some try in vain to suppress them. Working patients interrupt their stereotyped movements while they are at work; some try to combine both together; others stop their work in order to carry out the movements.

Direct questioning rarely yields any information as to why the patients perform the movements. The patients will just give any explanation: “So as to have something to do,” “To save the church,” etc.; or they simply refuse to answer. However, very often all sorts of symptoms related to their complexes come to the fore in such investigations. Thus, a very torpid patient, who for months never made a single quick reaction, answered to the question as to why he constantly kept his fingers over his face: “It is my habit.” He responded far more promptly than a normal person would and with visible signs of agitation. Frequently such questions provoke negativism.

The stereotypies strongly influence the entire psyche: they inhibit other actions and often force the patient to maintain the most uncomfortable positions. In addition they may enforce their hold on the patient at the expense of the very integrity of his body. Even with a relatively healthy circulation, the fact that the same position is maintained for a long time may lead to decubitus ulcers. It is often extremely difficult to protect patients from wounds and infections if they

189

она должна знать, что это совершенно невозможно, если ни по какой другой причине, чем тот факт, что это зима. Это значительно меньше, понятной, когда в течение длительного периода времени, пациент отвечает на каждый вопрос с Встречный вопрос: "Не было бы неплохо применить лейкопластырь"

Стереотипия мыслей часто настолько сильным, что пациент не в состоянии что-либо думать, кроме очень немногих мысли. К этой группе принадлежит бессознательное врача, который неизменно и неизменно предписал идентичный лекарственного средства для каждого заболевания независимо от его природы.

В стереотипии галлюцинации являются наиболее очевидным в слуховой сфере; Пациент всегда слышит одни и те же слова, те же ругательства и угрозы снова и снова.

В стереотипии не всегда проявляются спонтанно изнутри, без внешней стимуляции. Как пациент связывает история, стереотипии очень часто указывают на некоторые определенные созвездия его комплексов. На протяжении многих лет, кататоническая сделал определенный круговые движения руки, которые означали, что у нее миллионы долларов; она не только сделала это движение, а ее мысли были о таких вещах, как деньги, но даже когда речь идет о других вещах, как хорошо.

Отношение пациента в сторону стереотипии изменяется, в самом деле. Большинство ведут себя, как если бы стереотипии были чем-то само собой разумеющимся. Некоторые безуспешно пытаются подавить их. Работа пациента прервать свои стереотипные движения, пока они находятся на работе; некоторые пытаются совместить оба вместе; другие остановить их работу в целях выполнения движений.

Прямая допрос редко дает никакой информации о том, почему пациенты выполняют движения. Пациенты будут просто дать какое-либо объяснение: "Так, чтобы иметь что-то делать", "Чтобы сохранить церкви", и т.д .; или они просто отказываются отвечать. Тем не менее, очень часто все виды симптомов, связанных с их комплексов на первый план выходят в таких исследованиях. Таким образом, очень оцепенение пациент, который в течение нескольких месяцев не сделала ни одного быструю реакцию, ответил на вопрос о том, почему он постоянно держал пальцами по его лицу: "Это моя привычка." Он ответил гораздо более оперативно, чем нормальный человек и с видимыми признаками агитации. Часто эти вопросы порождают негативизм.

В стереотипии сильно влияют на всю психику: они подавляют другие действия и часто заставляют пациента для поддержания самых неудобных позиций. Кроме того, они могут осуществлять свою власть на пациента за счет самого целостности его тела. Даже при относительно здоровой циркуляции, тот факт, что то же самое положение сохраняется в течение длительного времени может привести к пролежней. Это часто очень трудно защитить пациентов от ран и инфекций, если они

190

continually rub the same area of skin. Women patients who persistently hold the raised hem of their long skirts with their little finger often develop Dupuytren’s contractures. At the time when it was still customary to leave the patients to their own devices, contractures of the legs with the knees held near the chin were no rarity.

As we have already pointed out in some of the examples mentioned, die stereotypies are not always completely unalterable. They can be modified by external influences; indeed, they often adapt to circumstances. A patient had the strange habit of singing repeatedly a not at all unpleasant self-composed melody whenever a male person entered her ward. The tune went, “O, what a handsome, pleasant minister.” Once when I entered the ward with my shoes all dusty from the street, she sang, “O, what a handsome, filthy minister.” Very frequently patients will pick up some words or snatch at fragmentary notions and incorporate them in their original stereotypes. Also word combinations which have arisen through fortuitous associations are interwoven in a very novel fashion: “Hallelujah (five times), holla, holla, holla. Oh, la, oh, la, oh la, what has happened?”

Wishes and desires which are expressed in the verbigerations, may be further elaborated, and find new forms of expression.

The gradual abbreviation of the stereotypy is one of the most common phenomena. Movements, which at first served a sensible purpose— such as the imitation of a shoe-maker sewing, the pirouetting of a dancer—become abbreviated till they are unrecognizable. The verbi-gerated phrase, “going home,” gradually becomes, “go;” then simply “gg.” An entire story relating a journey to the beloved one may ultimately shrink to a single gulping sound such as, “hm.”

5. Mannerisms 51

Many patients take on a certain pose. This one runs around with his arms crossed on his chest, like a prime-minister whom he had once seen in a photograph. That one apes Bismarck including his handwriting. The majority are usually content imitating something special in a general way: a pose, a facial mien, clothing, speech, handwriting. Some remain consistent in their mannerism for decades; others are constantly stepping out of their roles. Almost always there is something artificial, stilted, and pompous about their conduct. It remains inappropriate to the occasion and inadequately modifiable. Thus almost always mannerisms soon become caricatures.

51. Mannerisms are striking alterations of ordinary activities. Ziehen has termed them "modified stereotypes." But not all mannerisms have to become stereotyped.

190

постоянно тереть тот же участок кожи. Пациенты Женщины, которые постоянно держат повышенной подол длинных юбок с их мизинца часто развиваются контрактуры Дюпюитрена. В то время, когда она была еще принято оставлять больных на произвол судьбы, контрактуры ног с коленями, проведенных рядом с подбородка не было редкостью.

Как мы уже отмечали, в некоторых из примеров, приведенных, умирают стереотипии не всегда полностью неизменным. Они могут быть изменены внешних воздействий; Более того, они часто приспосабливаться к обстоятельствам. Пациент имел странную привычку пение неоднократной вовсе не неприятно собственного сочинения мелодии, когда лицо мужского пола, вошел в нее палату. Настроить пошел, "О, что красивый, приятный министр." Однажды, когда я вошел в палату с моими ботинками все пыльные с улицы, она пела, "О, какой красивый, грязный министра." Очень часто пациенты подберут некоторые слова или вырвать у фрагментарных представлений и включить их в своих первоначальных стереотипов. Также словосочетания, которые возникли через случайных ассоциаций переплетаются в очень новым способом: "Аллилуйя (в пять раз), эй, эй, эй. О, ля, ой, ля, ой ля, что случилось? "

Пожелания и желания, которые выражаются в verbigerations, могут быть доработаны и найти новые формы выражения.

Постепенное сокращение стереотипии является одним из наиболее распространенных явлений. Движения, которые в первый обслужен разумный цель исследования, такие как имитация сапожник шитья, пируэты танцора-стала сокращенной, пока они не поддаются опознанию. Verbi-gerated фраза, "домой", постепенно становится ", перейти;" ". Гг", а затем просто вся история относящиеся путешествие к любимому в конечном итоге может сократиться до одного глотая звука, например, "гм".

5. Манеры 51

Многие пациенты принимают на определенном позе. Это один бегает с его руки скрещены на груди, как премьер-министра, которого он когда-то видел на фотографии. Это один обезьяны Бисмарк в том числе его почерк. Большинство, как правило, довольствуются имитирующие что-то особенное в общем виде: поза, лица выражение лица, одежда, речь, почерк. Некоторые остаются последовательными в их маньеризма в течение многих десятилетий; другие постоянно выходя из своих ролей. Почти всегда есть что-то искусственное, высокопарным и напыщенным об их поведении. Остается Пожаловаться на высоте и неадекватно изменению. Таким образом, почти всегда манеры скоро станет карикатуры.

51. Манеры поразительные изменения по обычным видам деятельности. Ziehen назвал их "модифицированный стереотипы." Но не все манеры должны стать стереотипным.

191

Most mannerisms, however, have become entirely incomprehensible to us. Everything one does may be modified in the sense of schizophrenic mannerisms without the reasons being apparent.

The gait changes; a hospital patient, still intelligent and diligent, no longer walks but gallops. Washing and dressing are done differently from the way it is done by the normal person. In eating, the spoon is held by its handle tip only or reversed. Before taking a mouthful of food, the patient knocks on the plate three times. The food is taken up on the fork and dropped back again seven times before it is taken into the mouth. The patient circles the toilet bowl three times before sitting down on it. A mason makes a waving gesture with both hands above every brick he lays.

Besides eating, speech offers the best opportunity for mannerisms. The patients not only employ all kinds of pathos, they speak in telegraphic style, in infinitives and diminutives. Foreign words are used with affected pronunciation or “ism” or “io” is added to every word. They scan their speech, use peculiar rhythms, write in rimes. For many years one of our patients barely opened his lips while speaking and was completely indifferent to the fact that no one could understand what he said. The voice may be altered. Over a period of ten years, I never heard a certain catatonic woman speak except in high falsetto or in squeaking tones.

The expressive gestures are also modified. Every conceivable stilted gesture occurs. Shaking hands is done very stiffly with the hand turned or only the little finger is presented; the hand may be shot forward quickly and withdrawn just as rapidly. Grimaces of all kinds, peculiar ways of shrugging the shoulder, extraordinary movements of tongue and lips, finger play, sudden involuntary gestures—all these peculiarities are the reason why some authors have spoken of choreic or tetanic movements in catatonia, quite mistakenly, though. On the other hand, many of these movements cannot be distinguished from tics.

6. Negativism

We subsume under the term, negativism, a number of symptoms which have the common characteristic that a reaction which would be expected in a positive sense occurs in the negative sense instead. The patients cannot or will not do what is expected of them (passive negativism); or they do just the very opposite or, at least, something else than what is expected (active or contrary negativism).

When the patients should be getting up, they want to stay in bed. When they are supposed to be in bed, they want to get up. They will

191

Большинство манеры, однако, стали совершенно непонятно нам. Все один делает, может быть изменена в том смысле, шизофренией манеры без объяснения причин очевидна.

Изменения походки; не стационар, все еще умный и старательный, больше не ходит, но скачет. Стиральная и обогащение сделали иначе, это делается по нормальным человеком. В еде, ложка проводится за ручку кончиком или единственного вспять. Прежде чем принимать глоток пищи, пациент стучит на тарелку три раза. Еда берется на развилке и упал обратно семь раз, прежде чем она попадает в рот. Пациент круги унитаз три раза, прежде чем сесть на нее. Каменщик делает размахивая руками с обеих рук выше каждый кирпич он лежит.

Помимо еды, речь предоставляет наилучшие возможности для манеры. Пациенты не только использовать все виды пафоса, они говорят на телеграфном стиле, в неопределенной форме и уменьшительные. Иностранные слова используются с пострадавшими произношение или "изм" или "IO" добавляется к каждому слову. Они просматривают их речь, использовать специфические ритмы, пишите в рифмы. На протяжении многих лет одним из наших пациентов едва открыл рот, в то время как говорить и был совершенно равнодушен к тому, что никто не мог понять, что он сказал. Голос может быть изменена. За период в десять лет, я никогда не слышал наверняка кататоническая женщина говорить за исключением высоким фальцетом или в писк тонах.

Выразительные жесты также изменяются. Все мыслимые высокопарным жест происходит. Поздоровавшись делается очень сухо с руки оказалось или только мизинец представлены; рука может быть прыгнул вперед быстро и изъяты как быстро. Гримасы всех видов, своеобразные способы пожимая плечом, необычные движения языка и губ, пальцев игры, внезапные непроизвольные жесты-все эти особенности причина, почему некоторые авторы говорят хореические или тетанических движений в ступор, совершенно ошибочно, хотя. С другой стороны, многие из этих движений не могут быть отделены от тиков.

6. Негативизм

Мы подвести под термином, негативизма, целый ряд симптомов, которые имеют общую характеристику, что реакция, которая, как ожидается, в хорошем смысле этого слова происходит в отрицательном смысле, а не. Пациенты не могут или не будет делать то, что от них ожидается (пассивный негативизм); или они просто очень противоположные или, по крайней мере, что-то другое, чем то, что ожидается (активный или наоборот негативизм).

Когда пациенты должны получать, они хотят оставаться в постели. Когда они должны быть в постели, они хотят, чтобы встать. Они будут

192

neither dress nor undress in accordance with the rules of the hospital. Neither will they go for their meals nor leave the table once they arc there. In short, they oppose everyone and everything and, consequently, become exceedingly difficult to handle. 82 They refuse food at mealtimes but eat avidly whatever they can cage in a roundabout way; for example, what they manage to take away from others. They may eat onlv secretly or at unusual times. They grumble about the food but when asked what they would like to have, their only answer is: “Something else, not what we have.” They do not go to the lavatory by themselves; if led there, they do not attend to their needs, but immediately after they have left the proper place for such things, they soil themselves, their bed, or their clothes. They turn away whenever anyone addresses them or close their eyes tightly. A patient did the latter so forcefully that, at times, the upper lid was partly everted without anyone ever being able to demonstrate any anomaly of the lid. To “Good day,” they say, “good-bye.” They do their work all wrong; sew buttons on the wrong side of the clothes. They eat their soup with a fork and their desert with a soup spoon. They continually sit down in somebody else’s place, enter every bed but their own. They call our children by their surnames (which they have picked up somehow) instead of by their nicknames. A hebephrenic is asked to saw some wood; he hauls some small boards instead, then he has to bring small boards, which he puts on the wrong stack. He is supposed to go down the staircase but resists; then suddenly takes the whole flight in one great leap.

A partial phenomenon of negativism is the already discussed muscular rigidity which maintains a stereotyped (or more rarely a transitory) attitude against every and all influences.

Many patients go beyond the stage of mere passive resistance and defend themselves with might and main, frequently with vilification and blows, against all measures. Any trifling request made of them may throw them into the greatest rage. Yet there are also cases, which are not at all rare, where the patient laughingly bites, scratches, and punches; or pursues the doctor, whom he has been so vigorously opposing, with friendly mien, showing that he really does not hold anything against the doctor but that the negativism is related only to what was requested of him. With a nasty remark, they refuse to shake hands, but at the same time give the doctor the cup from which they have been drinking.

Some patients invariably do exactly the opposite of what is asked; this fact can be utilized to manage them (“command-negativism”). Thus

32. The English speak of "mulish resistiveness."

192

ни платье, ни раздеться в соответствии с правилами больницы. Не будут ли они пойти на их питание, ни из-за стола, как только они дуги там. Короче говоря, они выступают против всех и вся, а, следовательно, становится крайне трудно справиться. 82 Они отказываться от еды во время еды, но есть жадно, что они могут клетка окольными путями; Например, то, что им удастся забрать у других. Они могут съесть onlv тайно или в необычное время. Они ворчат о еде, но когда его спросили, что они хотели бы иметь, их только ответ: Они не идут в туалет сами по себе; "Что-то другое, не то, что у нас есть." Если привел там, они не посещают их потребностям, но сразу же после того, как они оставили достойное место для таких вещей, они почва сами, их кровать, или их одежда. Они отворачиваются, когда кто-адреса их или закрывать глаза плотно. Пациент сделал последние так сильно, что, порой, верхняя крышка была частично вывернутые ни с кем когда-либо быть в состоянии продемонстрировать любой аномалии крышки. Для "Добрый день", они говорят, "до свидания". Они делают свою работу все не так; пришивать пуговицы на неправильной стороне одежды. Они едят их суп вилкой и их пустыню с супом ложкой. Они постоянно садятся в чужом месте, введите каждый слой, кроме их собственного. Они называют своих детей по фамилии (которые они подобрали как-то), а не по их прозвищам. Гебефренический просят увидел дрова; он тащит небольшие доски Вместо этого, то он должен принести небольшие доски, которые он ставит не на ту стека. Он должен идти вниз по лестнице, но сопротивляется; потом вдруг занимает весь полет в один большой скачок.

Частичная явление негатива уже обсуждали мышечная ригидность, которая поддерживает стереотипное (или реже преходящий) отношение против всех и всех влияний.

Многие пациенты выходят за рамки стадии простого пассивного сопротивления и защитить себя вовсю, часто с поношения и ударов, против всех мер. Любой пустяковая просьба, из них могут бросить их в наибольшей яростью. Тем не менее, бывают и такие случаи, которые вовсе не редкость, когда пациент со смехом кусает, царапины и удары; или осуществляет врач, которого он был так энергично противоположные, с дружественным выражением лица, показывая, что он на самом деле ничего не проведет против врача, но, что негативизм связано только с тем, что было предложено его. С противным замечание, они отказываются пожать друг другу руки, но в то же время дать врач чашу, из которой они были питьевой.

Некоторые пациенты неизменно делают в точности противоположное тому, что спросил; Этот факт может быть использован для управления ими ("Команда-негативизм»). Таким образом

32. Английский говорить о "упрямым resistiveness."

193

a patient’s wife had eventually elaborated this trait in her husband into a regular system. If she wanted to take a walk in a certain direction she would propose the opposite to her husband; in this way she could be quite sure of getting where she really wanted to go. Even in hospitals, it is often possible to get patients to do something by using this method: that is, by forbidding them to do it. If one wants to get them to go to the dining room for their meals, one says, “Don't go to eat."

If one wants them to move forward, one restrains them, holds them back a bit, etc., etc. A less objectionable way of utilizating negativistic tendencies is, if one has to move patients, to let them go backwards for a short distance; they will do this more readily than going forward.

Very little information can be obtained by questioning negativistic patients. They wrap themselves up in a deep silence, begin to curse or give answers to questions that have not been asked. One of our patients told us frankly that if she were aware of what we wanted to know, it would be precisely that which she would refuse to tell us. Others offer excuses; they can not answer because it involves a stupid, silly, or delicate matter. A very characteristic example of negation a tout prix is a patient’s reply to the question as to what her name was. She answered with, “That is not my name.” Although they seemingly answer everything, many are so skillful in dodging that one never attains one's purpose. To the repeated question as to how many years he had been persecuted, a patient answered first: “Since a certain law suit in which I lost 3 good deal of money;” then: “I had many such law suits;” finally: “I lost over 800 marks.”

Negativism is one of the roots of the schizophrenic “approximate answer.” Very often questions which touch on a complex are first negated almost without thinking, even when the patient has no conscious reason for not answering correctly, and even though subsequently he may give the desired information quite willingly. However, this symptom is also met with in non-negativistic schizophrenics and in a far milder way, even in normal people. In many complexes there is something that prevents any attempt at even touching on them; this often looks like negativism and also facilitates it as well.

Negativistic patients, who refuse to answer questions put to them, will at times respond to questions which are asked of others. Thus, for example, they will give the name of their own husband when one of their neighbors is supposed to answer that question.

Persuasion will overcome only the lighter cases of negativism; the ignore severe cases will only be made more stubborn and resistive. It is far better to ignore their behavior and to wait. Frequently, a request will “e complied with as soon as the proper time for it has gone by. The

193

Жена пациента были в конечном счете развил эту черту в своем муже в регулярной системы. Если бы она хотела погулять в определенном направлении она будет предлагать противоположное своему мужу; Таким образом, она может быть довольно уверены в получении, где она действительно хотела пойти. Даже в больницах, часто можно получить пациенты, чтобы сделать что-то с помощью этого метода: то есть, запрещая им сделать это. Если кто-то хочет, чтобы заставить их идти в столовую для своих блюд, кто-то говорит, "Не ходите, чтобы поесть."

Если кто-то хочет их двигаться вперед, один сдерживает их, сдерживает их немного, и т.д. и т.п. менее спорным способом utilizating негативистична тенденции есть, если нужно переместить пациентов, чтобы позволить им идти в обратном направлении на короткое расстояние; они будут делать это легче, чем идти вперед.

Очень мало информации можно получить путем опроса негативистична пациентов. Они заворачиваются в глубокой тишине, начинают проклинать или дать ответы на вопросы, которые не были заданы. Один из наших пациентов сказали нам откровенно, что если бы она была в курсе того, что мы хотели бы знать, что будет именно то, что она откажется, чтобы сообщить нам. Другие предлагают оправданий; они не могут ответить, потому что она включает в себя глупо, глупо, или тонкий вопрос. Очень характерный пример отрицания (любой ценой – по французски) является ответ пациента на вопрос о том, как ее зовут. Она ответила: "Это не мое имя." Несмотря на то, что они, казалось бы, ответить на все, многие так умело уклоняясь, что один никогда не достигает свою цель. Для повторного вопроса о том, сколько лет он подвергался преследованиям, пациент ответил первый: "С определенного судебного иска, в котором я потерял 3 много денег;", то: "У меня было много исков такого закона;" наконец: " Я потерял более 800 знаков ".

Негативизм является одним из корней шизофренического "приблизительный ответ." Очень часто вопросы, затрагивающие комплекса сначала ОТРИЦАЮТСЯ почти не задумываясь, даже тогда, когда пациент не имеет никакого сознательного причину не отвечать на правильно, и хотя впоследствии он может дать нужную информацию довольно охотно. Тем не менее, этот симптом также встречается в не-негативистична шизофреников и в гораздо более мягкой Кстати, даже в нормальных людей. Во многих комплексов есть что-то, что мешает любую попытку даже не касаясь их; это часто выглядит как негативизм, а также облегчает его.

Негативистична пациентов, которые отказываются отвечать на вопросы, поставленные перед ними, будет время от времени отвечать на вопросы, которые задают других. Так, например, они дадут имя собственного мужа, когда один из своих соседей, как предполагается, чтобы ответить на этот вопрос.

Убеждение будет преодолеть только легкие случаи негативизма; игнорировать тяжелые случаи будут только более упрямым и резистивный. Это гораздо лучше, чтобы игнорировать их поведение и ждать. Часто, запрос будет "электронной соблюдены, как только в нужное время для того, пошел мимо.

194

patients will withdraw their hands when they are greeted only to thrust their hand forward suddenly after one has turned to shake hands with another patient. Usually, however, they finally shake hands in such a way that the contact is as superficial as possible, or they miss the proffered hand. In the same fashion, they answer or wish to speak only when one is about to leave the room. They do not work when they are asked to, but start spontaneously if one does not say anything about working. A physician who still practices could not decide to get into the trolley-car at the conductor’s request but as soon as the car was in motion, he started to run after it. If one can yield to the patient the negativism often disappears. A patient refused to remain in his room when commanded; one merely had to open the door and he would stay put or return at once.

Indeed, often even in apparently mild cases of negativism, it is useless either to wait or to yield. There are cases in which the negativism seeks opportunities for its expression and degenerates into a highly unpleasant capriciousness. Such patients resist most vigorously eating their meals, getting up, going for a walk; yet they will complain, not only to strangers but to the hospital personnel as well, that they are forced to lie in bed all day, that they are forbidden to take a walk, etc. A patient, who had become deaf but who could speak very well, always wrote down everything she wished to say, but she insisted that we give her only oral answers, thereby making conversation completely impossible. She would also hide her own and other patients’ handkerchiefs whenever she could, and then complain and protest that the nurse had stolen them. The patient demanded baths of unusual temperatures and when given them, she raved and ranted that we were trying to scald or freeze her. For years these activities were her only occupation. These cases become so difficult because the patients always know how to put themselves in the best light with a third party, so that they easily find credence everywhere.

I have not yet discovered to what extent negativism falsifies these patients’ thinking and knowledge. Certainly they consider at least part of their complaints as justified; perhaps they lack entirely any awareness of being in the wrong.

We also have to count as negativism those processes in which not the demands of the external world but the inner strivings and feelings of the patients are denied (“inner negativism”). There is a well-known phenomenon which appears very frequently and in an exaggerated form in negadvisdc schizophrenics. It is the phenomenon that one always considers the things one has accomplished and done as wrong. Thus, we have a patient who eagerly promoted her engagement to a man;

194

пациенты будут выводить свои руки, когда они встречают только засунуть руку вперед вдруг после одного превратился пожать руку другому пациенту. Обычно, однако, они, наконец, трясти руки таким образом, что контакт как поверхностные, как это возможно, или они пропускают протянутую руку. Таким же образом, они отвечают или хотите говорить только тогда, когда вот-вот выйти из комнаты. Они не работают, когда их просят, но начать спонтанно, если ничего не знает о работе не говорить. Врач, который до сих пор практика не могла решить, чтобы попасть в троллейбусе автомобиля по просьбе дирижера, но как только автомобиль был в движении, он побежал за ней. Если можно дать пациенту негативизм часто исчезает. Пациент отказался оставаться в своей комнате, когда повелел; человек просто должен был открыть дверь, и он будет оставаться на месте или вернуть сразу.

Действительно, часто даже в очевидно легких случаях негативизма, это бесполезно или ждать или уступить. Есть случаи, в которых негативизм ищет возможности для его выражения и вырождается в очень неприятной капризности. Такие пациенты сопротивляются наиболее активно едят блюда, вставая, идя на прогулку; но они будут жаловаться, не только с незнакомыми людьми, но и персонала больницы, а также, что они вынуждены лежать в постели весь день, что им запрещено погулять и т.д. пациента, который стал глухим, но кто мог говорить очень хорошо, всегда записывал все, что она желает, чтобы сказать, но она настояла, чтобы мы дать ей только устные ответы, тем самым делая разговор совершенно невозможно. Она также скрыть платки своей и к другим пациентам », когда она могла, а потом жалуются и протестуют, что медсестра украла их. Пациент потребовал ванны необычных температурах и при введении их, она бредила и разглагольствовал, что мы пытались ошпарить или заморозить ее. В течение многих лет эти мероприятия были ее единственным занятием. Эти случаи стали настолько трудно, потому что пациенты всегда знают, как поставить себя в лучшем свете с третьей стороной, так что они легко найти доверие во всем мире.

Я еще не обнаружили, в какой степени негативизм фальсифицирует мышления и знаний этих пациентов. Конечно, они считают, по крайней мере часть своих жалоб обоснованными; Возможно, они не имеют абсолютно никакого осознания того, что в неправильном.

Мы также должны считаться негативизма те процессы, в которых не требования внешнего мира, но внутренние стремления и чувства пациентов запрещен ("внутренний негативизм"). Существует хорошо известный феномен, который выглядит очень часто и в преувеличенной форме в negadvisdc шизофреников. Это явление, которое всегда рассматривает вещи, которые совершил и сделали, как неправильно. Таким образом, у нас есть пациент, который с нетерпением способствовало помолвке с мужчиной;

195

but after having accomplished this, she reproached herself bitterly for being too hasty, and thereupon her illness became manifest. A hebephrenic knows that he is outdoors, but not why he went out', and when he stays inside the building, he does not know why he remained there. When the door is open, he gazes at it fixedly; when it is closed, he gets very angry that he did not take the opportunity to go out. The same phenomenon can also express itself in the form of a compulsion; after having finished a piece of knitting, a patient must unravel it again; one patient “always says what she does not want to say.” Thus many patients get to a point where they deny what they have said immediately after they have said it. “I have to deblock it, not debarrel (self-constructed words which the patient employs). I must debarrel it, not deblock it.” "I am Mr. Papa and not Madame Mama; I am Madame Mama, and not Mr. Papa.” Or, “I have come to Burgholzli to get a certificate. No, I don’t want any certificate, absolutely not.” In the first of the two cases, we are dealing with spontaneous verbigeration; in the third case, the statement was intended to express a wish. In all these cases there was a great deal of such talk (intellectual negativism, or intellectual ambivalence).

Often the “inner negativism” reveals itself in the antithesis between statement and act. Thus a patient (who had already eaten her meal) sits down in another patient’s chair and says to those present, “Don’t worry, I won’t have anything,” and straight away begins to eat.

The discrepancy between various “personalities” within the patient is not to be regarded as “inner negativism,” although the two phenomena obviously have much in common. A patient declares, “I am God in Heaven” then he corrects himself and says, “Don’t write that down; it is a damned lie that I am God.” In this instance, the contradiction is determined by the fact that the autistic delusion is followed by the healthier insight corresponding to the still normal fragments of the patient’s personality.

The inner negativism may spread to the hallucinations. The voices continuously tell the patient to do the very opposite of what he should do even according to his own opinion. Then also, when a patient does do something, the voices forbid it or at least declare it is not right. But when the patients obey the voices, it is not right either. Many patients, who are not yet in a state of complete indifference, are brought to a point of despair by these things. A patient with technical training called them, “the plus and minus voices.”

Inner negativism may also manifest itself in the patients’ actions to that they are incapable of doing what they want to (Kraepelin’s counter-will”).

195

но после того, как совершил это, она упрекала себя горько за то, что слишком поспешным, и в этой связи ее болезни проявились. Гебефренический знает, что он находится на открытом воздухе, но не то, почему он вышел », и, когда он находится внутри здания, он не знает, почему он остался там. Когда дверь открыта, он смотрит на него пристально; когда он закрыт, он очень сердится, что он не воспользоваться возможностью, чтобы выйти. То же самое явление можно также выразить себя в форме принуждения; после того, как закончил кусок вязания, пациент должен разгадать его снова; один пациент "всегда говорит то, что она не хочет сказать." Таким образом, многие пациенты получают до точки, где они отрицают, что они сказали сразу после того, как сказал это. "Я должен разблокировать его, не debarrel (Self-построен слова, которые использует пациент). Я должен debarrel его, не Деблокирующий его "" Я г-н Папа, а не мадам мама;. Я Мадам мама, а не г-н Папа ".. Или:" Я пришел, чтобы Бургхельцли получить сертификат Нет, я не 'т хотите какой-либо сертификат, абсолютно не "В первый из этих двух случаев, мы имеем дело со спонтанным verbigeration;.. в третьем случае, заявление должно было выразить пожелание Во всех этих случаях было много таких говорить (интеллектуальная негативизм, или интеллектуальной амбивалентность).

Часто «внутренний негативизм" проявляется в противоположности между утверждением и акта. Таким образом, пациент (который уже съел ее еду) садится в кресло другой пациент и говорит присутствующим: "Не волнуйтесь, я не буду иметь ничего", и сразу начинает есть.

Расхождение между различными "личностей" внутри пациента не должны рассматриваться как "внутренний негативизм", хотя эти два явления, очевидно, имеют много общего. Пациент говорит: "Я Бог на небесах», тогда он исправляет себя и говорит: "Не пишите, что вниз; это чертовски ложь, что я Бог. "В этом случае, противоречие обусловлено тем, что аутичный заблуждение с последующим здоровой понимания, соответствующей еще нормальных фрагментов личности пациента.

Внутренний негативизм может распространиться на галлюцинаций. Голоса постоянно говорим пациенту сделать очень противоположное тому, что он должен делать даже по его собственному мнению. Тогда же, когда пациент делает что-то сделать, голоса запретить его или, по крайней мере, объявить это не так. Но когда пациенты подчиняются голоса, это не правильно либо. Многие пациенты, которые еще не в состоянии полного безразличия, доводят до точки отчаяния этих вещей. Пациент с технической подготовки назвал их ", плюс и минус голоса."

Внутренняя негативизм может также проявляться в действиях пациентов к тому, что они не в состоянии делать то, что они хотят (против воли Крепелин в ").

196

Thus of their own free will they may go to the toilet, but once there do not tend to their needs; instead they will evacuate their bowels or bladder later, when they are in bed. They would like to eat the food placed before them but they can not take it. A patient wishes to read aloud. She takes visible pains to do so, but cannot open her mouth and develops an esophageal cramp. In this way, a few negadvistic individuals appear incapable of performing certain acts while they are being observed; but even healthy people cannot always perform before an audience.

At times, the negadvistic speech disturbance is localized more centrally, if I may use this figure of speech. The organs of speech are controlled by the will-power of the patient, yet negativistic expressions, quite contrary to the patient’s will, are uttered so that the very opposite of what the patient wants to say comes out. A certain patient is expected to mount the podium to give a lecture. She constantly protests that she will not “stand down there on the floor.” However, in some cases, negative phrases and expressions are employed where positive ones should have been used, without changing the sense of what they wish to say.

For example, a catatonic woman patient says, “not ugly” instead of “beautiful.” After some time, “not ugly” becomes for her a uniform positive expression; then she proceeds using “not, not ugly” when she means “ugly.” This expression soon becomes a rigid formula in which she no longer senses the negation involved, and the word, “beautiful” becomes “not not not ugly.” As the process continues to advance even further (not merely in this particular phrase but in others as well), the patient easily becomes confused since she may stop at the even number of negatives cancelling each other instead of the uneven one, or reverse herself, and then get lost completely. She will then complain bitterly that people are trying to confuse her.

The “counter-will” does not always produce the opposite of the desired action; action per se need not be inhibited completely. Often it merely leads to the patients’ inability to carry out what they wanted and to their substituting something else instead. The result is an external picture of apraxia. Instead of combing her hair, the patient runs the comb over her coat. I cannot immediately differentiate many such acts from organic apraxia. It is equally impossible for me in some cases to evaluate the part played by negativism, “Benommenheit” (mental clouding), and emotional stupor. I am convinced, however, that all these various elements represent concomitant influences.

The transition from common negativism to such apractic-like symptoms can be observed in cases in which only part of the muscles are

196

Таким образом, по своей доброй воле они могут пойти в туалет, но когда-то не склонны к их потребностям; Вместо этого они будут покинуть свои недра и мочевого пузыря спустя, когда они находятся в постели. Они хотели бы съесть еду поставил перед ними, но они не могут принять его. По желанию пациента, читать вслух. Она берет видимые усилия, чтобы сделать это, но не может открыть рот и развивается пищевода судороги. Таким образом, несколько negadvistic лица, как неспособного выполнять определенные действия, когда они наблюдаются; но даже здоровые люди не всегда могут выступать перед публикой.

Время от времени, negadvistic нарушение речи локализован ближе к центру, если я могу использовать эту фигуру речи. Органы речи контролируется силой воли пациента, но негативистична выражения, довольно вопреки воле пациента, произносятся так, что очень противоположное тому, что пациент хочет сказать выходит. Конкретного пациента, как ожидается, крепление на трибуну, чтобы прочесть лекцию. Она постоянно протестует, что она не будет "стоять там на полу." Тем не менее, в некоторых случаях, отрицательные фразы и выражения используются, где положительные должны были использоваться без изменения смысла, что они хотят сказать.

". Красивый" Например, кататоническая пациентка говорит, "не безобразно" вместо Через некоторое время, "не безобразно" становится для нее равномерное положительное выражение их; Затем она переходит с помощью "нет, не урод", когда она означает "уродливый". Это выражение вскоре становится жесткой формула, в которой она больше не чувствует отрицание участвует, и слово, "красивый" становится "не не не безобразно." Как Процесс продолжает продвигать дальше (не только в данном конкретном фразы, но в других, а), пациент легко запутывается, так как она может остановиться в четном числе отрицательных отмены друг с другом, а не из-за неравномерного один или обратный себя и затем получить полностью потеряли. Она будет жалуются на то, что люди пытаются запутать ее.

"Counter-будет" не всегда дает противоположное желаемому действию; действия сами по себе не должны быть запрещены полностью. Часто это приводит лишь к невозможности пациентов провести то, что они хотели, и их заменяющим что-то еще вместо этого. Результатом является внешняя картина апраксия. Вместо того, чтобы расчесывать волосы, пациент проходит гребень над ее пальто. Я не могу сразу отличить много таких актов из органических апраксия. Это же невозможно для меня в некоторых случаях для оценки роли, которую играют негативизма, "Benommenheit" (психическое помутнение), и эмоциональный ступор. Я убежден, однако, что все эти различные элементы представляют собой сопутствующие влияния.

Переход от общего негативизма к таким apractic-подобных симптомов могут наблюдаться в тех случаях, в которых только часть мышцы

197

employed to carry out a desired activity while other muscles hinder the success of the desired action by counter-contractions. Meschedes' patient, when he wanted to direct his gaze to the left, turned his head only to the left, whereas the eyes were turned in the opposite direction.

I have frequently seen the same kind of thing when asking patients to play the piano for us. The patients will make the necessary movements with the arms, often in a markedly exaggerated fashion and with great strength, but at the very same time they will dorsiflect the wrist and fingers so that the hands do not even touch the keyboard.

Intellectual negativism may even extend to orientation and comprehension of the environment. Thus a patient insisted that the Zurichberg (a hill) used to be West, while the Uetli (another hill) used to be in the East (in reality the hills are located in exactly the reverse positions).

There is no specific affect which causes negativism. Negativism may appear with every and any kind of manifest affect. We see negativism in manic excitements and in the indifferent euphoria of schizophrenia, but also in depressions or in affectless moods. Naturally, however, irritability and anger are very frequently both the cause as well as the consequence of negativism.

It must also be noted that reflection does not, primarily, play any role in negativistic phenomena. If delusions or fallacious concepts are the causes of the “negation,” then we are not dealing with negativism but rather with normal behavior under abnormal circumstances. This does not prevent the patients from using their delusions to justify their negativistic behavior. Of course, delusions and negativisms often influence and increase reciprocally.

The instinctual quality of negativism, its independence of intelligence, also manifests itself (as Bernstein has pointed out) in the utter indifference to pleasant or unpleasant, useful or injurious events. A very thirsty, negativistic patient will get quite angry even when some one offers him a drink.

Thus for the most part, the patients cannot give any reasonable grounds for their negativistic behavior. Often enough they offer excuses made up on the spur of the moment; they easily change when one repeats the question several times. At best, they only explain some isolated activity or attitude, never the whole behavior. The argument that it is the “voices” is obviously insufficient, since we are then faced with the same question as to why the “voices” are negativistic. The argument that the negativism is due to the delusion is also plainly insufficient in very many of the cases. In the first place, here too, one may ask why the delusions are negativistic. Secondly, the allegations involving delusions and excuses do not provide a really adequate ex-

197

используют для проведения желаемой активности, тогда как другие мышцы мешают успех желаемого действия по контр-сокращений. Пациент Meschedes ", когда он хотел, чтобы направить свой взор влево, повернул голову только влево, в то время как глаза были обращены в противоположном направлении.

Я часто видел такие же вещи, когда просят пациентов играть на пианино для нас. Пациенты сделает необходимые движения с оружием, часто в значительно увеличенном виде и с большой силой, но в то же самое время они будут dorsiflect запястье и пальцы так, что руки даже не прикасаться к клавиатуре.

Интеллектуальная негативизм, возможно, продлит ориентации и понимания окружающей среды. Таким образом, пациент настаивал на том, что Zurichberg (холм), используемый, чтобы быть Запад, в то время как Uetli (другой холм), используемый, чтобы быть на Востоке (на самом деле холмы расположены в точности наоборот позиций).

Существует никаких конкретных не влияет которая вызывает негативизм. Негативизм может появиться на каждый и любой вид декларации влияет. Мы видим, негативизм в маниакальных волнений и равнодушного эйфории шизофрении, но и в понижениях или в безразличное настроение. Естественно, однако, раздражительность и гнев очень часто как причиной, так и следствием негативизма.

Следует также отметить, что не отражает, в первую очередь, играть какую-либо роль в негативистична явлений. Если бред или ошибочные понятия являются причинами «отрицания", то мы имеем дело не с негативизма, а с нормального поведения в нестандартных условиях. Это не мешает пациентам использовать свои заблуждения, чтобы оправдать свое негативистична поведение. Конечно, бред и negativisms часто влияют и увеличить взаимно.

Инстинктивное качество негативизма, его независимость от интеллекта, проявляется также (Бернштейн указывал) в полное равнодушие к приятным или неприятным, полезных или вредных событий. Очень хотелось пить, негативизма пациент будет получать очень рассержен, даже если кто-то предлагает ему выпить.

Таким образом, для большей части, пациент не может давать какие-либо разумные основания для их негативистична поведения. Довольно часто они предлагают оправдания, составленные под влиянием момента; они легко изменить, когда один повторяет вопрос несколько раз. В лучшем случае, они только объясняют некоторые отдельные действия или отношение, а не за весь поведение. Аргумент, что это "голоса" явно недостаточно, так как мы тогда столкнулись с тем же вопросом, почему эти «голоса» являются негативизма. Аргумент, что негативизм связано с заблуждением является также ясно недостаточно в очень многих случаях. В первую очередь, здесь тоже можно спросить, почему бред негативизма. Во-вторых, утверждения, связанные с бредом и оправдания не дают действительно адекватный экспо-

198

Ex

planation, partly because normal persons would not react negatively to the same ideas, and partly because even the patients do not always act in accordance with their delusional ideas. Thus, one patient refuses to take a bath because she claims she is physically clean and has never bathed; another patient will not eat because she is unhappy, but secretly devours whatever she can get hold of. The situation is no better in those cases where the patients think they must not act differently. The fundamental symptom is always negativism and it is negativism that determines the form and the content of the other manifestations.

As unapproachable as our strongly negativistic patients may seem to be, even very pronounced negativism is not absolutely, invariably, and completely rigid. It is more conspicuously exhibited toward some people than towards others. Many patients are negativistic only in relation to the hospital physician; others include the attendant personnel. Patients who for years were negativistic often may have quite normal contacts with other patients, relatives, or even strangers, for a short time. Negativisms are closely related to the complexes. Many patients appear entirely uninhibited during a conversation until a complex is touched upon. Then the negativism becomes manifest, with or without “blocking;” and at least for that day, and often for longer periods of time, further contact cannot be established with them. But we can also observe exactly the opposite behavior: a patient may be negativistic until we happen to touch on one of his main ideas and then they become quite approachable although usually only for a short time.

7. Command-Automatism and Echopraxia

Command-automatism shows a striking external contrast to negativism. Many patients will more or less mechanically obey any and every suggestion and command coming from the outside. Occasionally, they are hardly capable of resisting such suggestions, even if they wish to. Short, authoritative orders are often immediately executed, even by patients who are otherwise resistive. Of course, the orders must deal with ample activities, such as getting up from the table or getting dressed, etc. A piece of continuous work, for example a composition, cannot be obtained from them in this way. Such patients will even comply with unpleasant orders: thus non-anesthetic patients will continue to stick out their tongue, although they know very well that each time it will be stuck with a pin.

Kraepelin includes flexibilitas cerea in command-automatism. We have described the former in another connection because, among other reasons, cataleptic symptoms may also appear without the patient having

198

объяснение, отчасти потому, что нормальных людей не будет негативно реагировать на одних и тех же идей, а отчасти потому, что даже пациенты не всегда действуют в соответствии со своими бредовыми идеями. Таким образом, пациент отказывается принимать ванну, потому что она утверждает, что она физически чистой и никогда не купался; Другой пациент не будет есть, потому что она несчастна, но тайно пожирает все, что она может достать. Ситуация не лучше в тех случаях, когда пациенты думают, что они не должны действовать по-другому. Основной симптом всегда негативизм и это негативизм, который определяет форму и содержание других проявлений.

Как неприступная, как наши сильно негативистична пациентов может показаться очень даже выражен негативизм не совсем, неизменно и полностью жестким. Это более заметно выставлены к некоторых людей, чем к другим. Многие пациенты негативистична только по отношению к врач больницы; другие включают обслуживающего персонала. Пациенты, которые в течение многих лет были негативизма часто могут иметь совершенно нормальные контакты с другими пациентами, родственниками или даже незнакомых людей, в течение короткого времени. Negativisms тесно связаны с комплексами. Многие пациенты появляются совершенно раскованно во время разговора, пока комплекс не коснулся. Затем негативизм проявляется, с или без "блокировки", и, по меньшей мере в течение этого дня, и часто в течение более длительных периодов времени, в дальнейшем контакта не может быть установлено с ними. Но мы также можем наблюдать прямо противоположную поведение: пациент может быть негативизма, пока мы не происходит коснуться одной из своих основных идей и тогда они становятся совершенно доступным, хотя, как правило, только в течение короткого времени.

7. командной автоматизма и эхопраксия

Command-автоматизм показывает поразительное внешнее контраст негатива. Многие пациенты более или менее механически подчиняться любому и каждое предложение и командном приходит извне. Иногда они вряд ли способны противостоять такие предложения, даже если они того желают. Короткие, авторитетные заказы часто выполняется немедленно, даже у пациентов, которые в противном случае резистивный. Конечно, заказы должны иметь дело с широкими деятельности, например, вставая из-за стола или одеваться и т.д. Кусок непрерывной работы, например состав, не может быть получена от них таким образом. Такие пациенты даже выполнять с неприятными заказов: таким образом, не анестезирующие пациенты продолжают торчать свой язык, хотя они очень хорошо знают, что каждый раз, когда он будет застрял с булавкой.

Крепелин включает flexibilitas CEREA в командной автоматизма. Мы описали бывший в другой связи, потому что, среди прочих причин, каталептические симптомы могут также появиться без пациент, имеющий

199

been given any suggestion that a certain position is to be maintained.

To be sure, the command to do a certain thing does not have to be given explicitly even in command-automatism. The motor element inherent in every idea is often sufficient for its execution. Thus, one of our patients would promptly close her eyes whenever someone mentioned sleep. The clearest and most frequent aspects of command-automatism are echopraxia and echolalia; that is, the imitation of impressions which have been gained unselectively. Slightly confused, but often even completely lucid, patients imitate and echo, usually without thinking and also without any evidence of resistance, the various actions which they see in others: facial expressions, gestures, cries, words, etc. Therefore, this symptom becomes quite an unpleasant one on the wards. In a hospital with poor discipline, I frequently saw a half-dozen plates flying through the air after one patient had thrown a plate off the dinner table. Cries and shouts are quite contagious, a single restless patient can easily provoke uproar in a whole ward. The bizarre gestures and stereotypies of one patient are imitated by other patients. Von Muralt described a catatonic who for years always copied another patient. If one asks questions the patients repeat them. In other instances, they copy particular movements, which impress them because, for example, they are very briskly carried out. As a matter of experiment, one can suddenly raise an arm or rub one's hands only to be imitated by the patients standing around. Even animal calls and pictures from books will be copied.

Particularly noteworthy is Riklin’s (612) case of a catatonic who from time to time answered questions concerning his complexes quite sensibly but repeated all other queries. In general, it is not at all clear why certain impressions are selected for echopraxia. In some cases delusions may be the determinants; thus for example, a patient repeats loudly each and every question asked of him, so that God may hear it and tell him what to answer. There are also transitions in the direction of compulsive behavior: whenever a hebephrenic hears talking, she has the feeling that voices come up from beneath her, and feels the impulse to repeat everything she hears. Ballet (38, p. 149) also describes a "mental echolalia” in which the patient must mentally repeat everything he hears; and an “hallucinatory echolalia” in which the patient must repeat his hallucinations.

Command-automatism appears in combination with negativism, simultaneously or alternately. One of Kraepelin's (389, p. 36) patients repeated whatever was said, but with closed lips because of negativism.

8. Automatisms

Internal stimuli may also lead to automatic behavior; but only the

199

было дано каких-либо предположение, что определенное положение должно быть сохранено.

Чтобы быть уверенным, команда делать определенные вещи не должны быть явно даже в командной автоматизма. Элемент, присущий каждой идеи двигатель часто бывает достаточно для ее исполнения. Таким образом, один из наших пациентов будет незамедлительно закрыть глаза всякий раз, когда кто-то упомянул сон. Наиболее ясный и частые аспекты командной автоматизма являются эхопраксия и эхолалия; то есть, имитация впечатлений, которые были приобретены unselectively. Немного смущает, но часто даже полностью ясный, пациенты подражать и эхо, как правило, не думая, а также без каких-либо доказательств сопротивления, различные действия, которые они видят в людях: мимика, жесты, крики, слова и т.д. Таким образом, этот симптом становится довольно неприятная в палатах. В больнице с плохой дисциплины, я часто видел полдюжины пластин летать по воздуху после одного пациента бросил тарелку с обеденным столом. Крики и возгласы весьма заразна, одного беспокойный пациент может легко спровоцировать скандал в целом палату. Странные жесты и стереотипии одного пациента имитируются другими пациентами. Фон Muralt описано в бессознательное, который в течение многих лет всегда копируются на другого пациента. Если задает вопросы пациентов повторять их. В других случаях, они копируют конкретные движения, которые штампуют их, потому что, например, они очень энергично осуществляется. В самом эксперименте, можно вдруг поднять руку или протереть свои руки только, чтобы быть имитируется пациентов, стоящих вокруг. Даже звуки животных и картинки из книг будут скопированы.

Особого внимания заслуживает (612) случае Riklin по кататоническое, которые время от времени отвечал на вопросы, касающиеся его комплексы вполне здраво, но которые повторяются все другие запросы. В общем, это не совсем понятно, почему некоторые впечатления выбраны для эхопраксия. В некоторых случаях бред может быть детерминанты; Так, например, пациент повторяет громко каждую вопрос, заданный его, так что Бог может услышать его и сказать ему, что ответить. Есть также переходы в направлении навязчивого поведения: всякий раз, когда гебефренический слышит разговор, она имеет ощущение, что голоса доносятся из-под нее, и чувствует импульс, чтобы повторить все, что она слышит. Балет (. 38, стр 149) также описывает «Психическое эхолалия", в котором пациент должен мысленно повторить все, что он слышит, и о "галлюцинациями эхолалия", в котором пациент должен повторить его галлюцинации.

Command-автоматизм появляется в сочетании с негативизмом, одновременно или поочередно. Один из (389, стр. 36) пациентов Крепелин неоднократные бы там ни говорили, но с закрытым ртом, потому что негативизма.

8. Автоматизмы

Внутренние стимулы могут также привести к автоматическому поведения; но только

200

simpler activities are caused in this way: insignificant movements, raising of the arms, assuming the position of the crucified, pressing the feet against the wall, walking in circles, creeping on all fours, screaming, animal cries, etc. Most of the motor-stereotypies are performed automatically. Much of the ordinary behavior exhibited by institutionalized patients has frequently become automatized; e. g. boxing of ears, tearing, smashing of window-panes, smearing, etc. On the other hand, patients outside a hospital may commit murder or arson. Yet despite the impulse, such crimes and acts are rarely carried out completely. The patients behave so awkwardly that they do not achieve their purpose; and often one gets the impression that they are not really in earnest or that an inner resistance prevents them from executing their intentions.

Self-injuries usually are carried out more successfully than crimes, although the majority of suicidal attempts do not achieve their goal. It seems that some fugues (see below under acute syndromes) also belong to the automatism; the majority, however, are hysteriform.

The degree of automatism varies with the number and forms of "split-off" associations.

1. The patient rips to pieces his clothes, fully conscious of what he is doing. He himself believes that he wants to do these things but he does not know the motives. He is quite ignorant of the motivation and purpose of his activity. On the other hand, the carrying out of an idea, the entire centrifugal part of the process, runs its course in combination with the conscious ego.

2. On the second level, to be sure, the patient also knows that he has knocked out a pane of glass but he really does not want to do it. The action appears to him as something beyond his voluntary control. In this case, not only the motive, but also the very translation into action, remain unrelated to the conscious personality. However, the latter is still so influenced that it regards the action as something indifferent. The patient does something which he really does not want to do; however, he does not offer any resistance. 53 The patient does not oppose his personality to the impulse; it is still too much bound up with the drive.

3. On the third level, the patient struggles against the emerging impulse. He senses it as a compelling force. The personality with its will and insight opposes the impulse. The compelling drive becomes a compulsive act when it is stronger than the personality. There are

53. Schreber simply "allows the screaming (which he himself is doing) to pass through.

200

простые мероприятия вызваны следующим образом: незначительные движения, в результате чего из оружия, вступая в должность распят, нажав ногами в стену, идя по кругу, ползая на четвереньках, кричать, крики животных и т.д. Большинство двигателя -stereotypies выполняются автоматически. Большая часть обычного поведения, демонстрируемого учреждениях больных часто становятся автоматизированная; е. г. бокс уши, разрывая, разбивая окна-панелей, размазывая, и т.д. С другой стороны, у пациентов вне больницы может совершить убийство или поджог. Тем не менее, несмотря на импульс, такие преступления и акты редко выполняются полностью. Пациенты ведут себя так неловко, что они не достигают своей цели; и часто создается впечатление, что они на самом деле не на шутку или что внутреннее сопротивление не позволяет им выполнять свои намерения.

Self-травм, как правило, осуществляется более успешно, чем преступления, хотя большинство суицидальных попыток не достигают своей цели. Кажется, что некоторые фуги (см ниже в острых синдромов), также относятся к автоматизма; Большинство, однако, hysteriform.

Степень автоматизма, зависит от количества и формы "отщепленных" ассоциаций.

1. Пациент рвет на куски его одежды, полностью сознавая, что он делает. Он сам считает, что он хочет сделать эти вещи, но он не знает мотивов. Он так же невежественна, мотивации и цели его деятельности. С другой стороны, проведение идея, вся центробежный частью процесса, протекает в сочетании с сознательным эго.

2. На втором уровне, что и говорить, пациент знает, что он выбил оконное стекло, но он действительно не хочет, чтобы это сделать. Действие кажется ему как-то за пределами его добровольного контроля. В этом случае не только мотив, но и очень перевода в действие, по-прежнему связаны с сознательной личности. Тем не менее, последний до сих пор так повлияло, что касается действия, как-то равнодушным. Пациент делает то, что он на самом деле не хочет делать; Однако, он не предлагает никакого сопротивления. 53 пациент не возражает против его личности в порыве; он по-прежнему слишком много связано с приводом.

3. На третьем уровне, пациент борется с формирующейся импульса. Он чувствует это как непреодолимой силы. Личность с ее воли и понимания выступает против импульс. Убедительным привод становится навязчивым действовать, когда она сильнее личности. Есть

53. Schreber просто "позволяет кричать (который он сам делает), чтобы пройти до конца.

201

fewer compulsive acts than compulsive drives or simple involuntary actions which appear most frequently.

4. An educated catatonic woman committed a number of silly acts during a phase of acute excitement; she said that she remembered everything as if it had been a dream. She seemed to obey a commandment or moral law but had no feeling of real compulsion. It all seemed very reasonable to her. Here the impulses influenced the intellectual functions which had been weakened in the trance-like state. Yet, the impulse still appeared as something foreign ("commandment"), but it was so bound up with the ego and so influenced the conscious thinking that the patient could not reason about it.

5. In a few cases, the patients will ask for food or shake hands like normal people; their acts correspond to their intentions, but they have the feeling that the arm moves by itself without their participation. "I don't do it, the hand proffers itself." Here the entire drive to action is bound to the ego in normal fashion; however, the discharge along the centrifugal paths has no relation to the ego-complex. The patients register the behavior of their own limbs with their eyes as well as with their kinesthetic senses. In my experience, one can observe this phenomenon most easily in sub-acute states. Such cases, however, are rare.

6. Often enough, the entire automatic action is split off from the conscious personality of the patient. The limbs do something, the lips say something, of which the patient is informed by his senses as if he were an observer during his action, as if he were a third person. In particular, writing and speaking often present themselves like this. Only these split-off actions are to be considered as automatisms in the full sense of the word. They are often designated quite erroneously as compulsive acts. But there is no opposition, therefore no compulsion. The patients are under compulsion only insofar as they cannot utilize the acting organ for anything else during the course of the automatic activity.

Numerous intermediary forms may be found between these various categories of automatic activity. But it is astonishing, how accurately even quite uneducated people can describe these anomalies if one refrains from making any suggestions.

Some melancholic schizophrenics may complain about being automatons, This should not be confused with automatisms, however. What these patients wish to express is the fact that they do not have their normal affects, that they have lost all feelings.

Automatisms also may interfere with willed activities. A somewhat complicated piece of knitting always gets worse. The patient asserted that she knew very well how the pattern should really go, but

201

меньше компульсивные действия, чем навязчивых влечений или простых непроизвольных действий, которые появляются наиболее часто.

4. образование кататоническая женщина совершила ряд глупых поступков во время фазы острого возбуждения; она сказала, что она вспомнила все, как если бы это был сон. Она, казалось, подчиняться заповеди, ни морального права, но не было никакого чувства реальных принуждения. Казалось, все было очень разумно с ней. Здесь импульсы влияние на интеллектуальные функции, которые были ослаблены в подобном трансу состоянии. Тем не менее, импульс еще появился как что-то чуждое ("заповеди"), но это было так связано с эго и так под влиянием сознательной мысли, что пациент не может рассуждать об этом.

5. В некоторых случаях, пациенты будут просить еды или пожать друг другу руки, как нормальные люди; их действия соответствуют их намерений, но у них есть ощущение, что рука движется сам по себе, без их участия. "Я не делаю это, рука протягивает себя." Вот весь диск к действию связан с эго в обычном режиме; Однако, разряд по центробежных путей не имеет никакого отношения к эго-комплекса. Пациенты регистре поведение собственных конечностей глазами, а также с их кинестетических чувств. По моему опыту, можно наблюдать это явление наиболее легко в подострым государств. Такие случаи, однако, редки.

6. Достаточно часто, вся автоматическое действие отщепляется от сознательной личности пациента. Конечности сделать что-то, губы что-то сказать, из которых пациент информируется своими чувствами, как если бы он был наблюдателем во время его действия, как если бы он был третьим лицом. В частности, писать и говорить часто представляют себя, как это. Только эти сплит-офф действия следует рассматривать как автоматизм в полном смысле этого слова. Они часто обозначаются совершенно ошибочно, как компульсивные действия. Но нет никакой оппозиции, поэтому никакого принуждения. Пациенты находятся под принуждением лишь постольку, поскольку они не могут использовать действующего органа для чего другого в ходе автоматической деятельности.

Многочисленные посреднические формы могут быть найдены между этими различными категориями автоматической деятельности. Но это удивительно, как точно даже вполне необразованные люди могут описать эти аномалии, если один воздерживается от каких-либо предложений.

Некоторые меланхоличные шизофреники могут жаловаться на автоматы, это не следует путать с автоматизмов, однако. То, что эти пациенты хотят, чтобы выразить то, что они не имеют их нормальное влияет, что они потеряли все чувства.

Автоматизмы также может помешать волевых действий. Несколько сложнее кусок вязания всегда становится хуже. Пациент утверждал, что она очень хорошо знала, как картина должна действительно идут, но

202

"it simply all goes awry." A bicycle rider has to dismount but he cannot lead the bicycle with his hand; it simply will not go the way he wants it to. "It is as if the bicycle had gone crazy." A paranoid patient desires to write a letter — against his better judgment he must include the word, "crazy" and then afterwards cross it out.

Automatisms of speech seem to have a special character. The patients themselves are surprised by what they have said or (which is not precisely the same) what their tongues have said. They grasp it only by means of their own auditory sense. At times, "the words are placed on their tongues, so that they must speak it out;" or the "mouth speaks without the patient willing it." The words, "come to the tongue, fully pronounced." 34 In schizophrenics, it almost never involves a long, connected conversation but usually single words, sentences, or fragments of confused nonsense. Cramer (141) has observed in bilingual catatonics that the compulsive speech appeared only in the mother tongue, not in the acquired language.

Here we might also mention coprolalia; often foul words are not merely uttered but substituted for words which make perfectly good sense.

Automatism also extends to the inner psychic processes. Willingly or unwillingly the patients direct their attention to external or internal processes; or "something goes on thinking inside," "ideas are made to come to their minds." Thinking is not experienced as a spontaneous process. In addition there is often a real compulsion to think (what and when they do not want to). "I must think a thousand, a million different things." Such statements are often accompanied by a sense of working and straining, by a terrible feeling of fatigue. Frequently simple memory pictures rather than elaborate thoughts emerge compulsively ("compulsive-remembering").

The thought-content may torture the patients: a patient is forced to imagine that her relatives are dying and subsequently feels guilty (transition to delusions). Another patient must think of chickens being plucked, an idea which disgusts her. In a paranoid, "the thinking-machine works," so that it is as if a voice were calling to him: "Do that!" (Transition to hallucinations; afterwards he developed a powerful murderous impulse at the behest of his hallucinations which he was able to resist.)

Some automatic thoughts may also have pleasant contents. The patients are preoccupied with their wish complexes which may be carefully concealed. Songs which well up are related to the beloved one.

34 Cf. Plersdorff (362):

202

"Это просто все идет наперекосяк." Велосипедиста должен спешиться, но он не может руководить велосипед с его стороны; он просто не будет идти так, как он хочет, чтобы она. "Это как если бы велосипед сошел с ума." Параноидальный пациент желает написать письмо - против его лучшего суждения он должен включать в себя слова, "сумасшедший", а затем после пересечь его.

Автоматизм речи, кажется, имеют особый характер. Пациенты сами удивлены тем, что они сказали или (что точно не то же самое), что их языки сказал. Они захватывают его только с помощью собственного слухового смысле. Время от времени, "слова находятся на своих языках, так что они должны говорить его;" или "рот говорит без пациента готовы это." Слова, "прийти к языку, полностью выражены." 34 В шизофреников, это почти никогда не включает в себя длинный, связанный разговор, но, как правило, отдельные слова, фразы или фрагменты путать ерунда. Крамер (141) наблюдал в двуязычных catatonics, что компульсивное речь появились только на родном языке, а не в приобретенной языке.

Здесь можно упомянуть также Копролалия; часто грязные слова не просто произнес, но заменить словами которые делают совершенно хороший смысл.

Автоматизм распространяется также на внутренних психических процессов. Волей-неволей пациенты направить свое внимание на внешних или внутренних процессов; или "что-то идет думать внутри", "идеи сделаны прийти в умах". Мышление не воспринимается как стихийный процесс. Кроме того, есть часто реальная принуждение думать (что и когда они не хотят, чтобы). "Я должен думать тысяч, миллион разных вещей." Такие заявления часто сопровождается чувством рабочих и напрягаясь, страшным чувством усталости. Часто простые картинки памяти, а не сложные мысли возникают навязчиво ("компульсивное-воспоминание").

Мысли содержание может мучить пациентов: пациент вынужден представить, что ее родственники умирают, а затем чувствует себя виноватым (переход к заблуждений). Другой пациент должен думать о куры время сорвал, идею, которая вызывает отвращение ее. В параноик, "мышление-машина работает", так что это как если бы голос называли его: "Сделай это" (Переход к галлюцинациям; после этого он разработал мощный убийственный импульс на воле его галлюцинаций, которые он смог устоять.)

Некоторые автоматические мысли также могут иметь приятные содержимое. Пациенты заняты своими пожеланий комплексов, которые могут быть тщательно скрывали. Песни, которые хорошо до связанные с любимой.

34 См Plersdorff (362):

203

The thoughts may also be simultaneously pleasant and unpleasant, ( i. e. ambivalent). One paranoid woman must think persistently, "i love you and your beautiful face but if you are not willing, I must use force." She has to imagine the beloved one at the very same moment.

The compulsive thinking (obsession) is the most common of all the automatic phenomena. It has its counter-part in the compulsive cessation of thinking. Even the ordinary blockings which are due to unconscious processes cannot be distinguished clearly from automatisms. However, when the patients' thoughts "slip away" or "are snatched away," then one must assume an automatic thought interference.

Even affective processes may be experienced subjectively as automatic, compulsive, or foreign. Many patients are merry or sad and do not know why; therefore they feel the "voices" as "having been produced" on the outside. Mimetic expressions without affect can originate in this way. Laughter without reason, or the occasional cramp-like sobbing are often automatisms. Sometimes, only the mere motion of laughing, not the complete act as such, is felt. Then the laughter strikes the patient as if it were a peripherally released muscle movement ("artificial laughter"). Frequently, the laughter occurs when some allusion to the patient's complex is made. In some cases, the patients themselves recognize the connection between the complex and the schizophrenic laughter.

Centripetal functions, too, may be experienced as foreign, yes, even as forced upon the individual. This phenomenon is well-known in hallucinations. One of our catatonics "is being forced to feel sick." Indeed, even dreams may seem to the patients as being a product of foreign, outside influences; subjectively they may have the same character as obsessive or compulsive thinking.

The patients conceive of the automatic processes in different ways. The majority hardly even trouble to reflect on the abnormality; but they are keenly aware of the loss of spontaneity, therefore they look upon these processes as something alien in themselves. Some less indifferent patients believe themselves to be under the influence of electro-magnetism or some other physical force. The superstitious persons naturally are bewitched or possessed, partly by good or evil spirits, partly also by men who have settled inside the patients; occasionally, even by various kinds of animals. Christ or the devil act or speak through the patients, move their limbs in certain positions, etc. Thoughts are "thrown at them" by some natural or supernatural means; thoughts "are pressed, squeezed into their heads" (Schuele).

The doctors, the parents, the lovers, the birds and all the vague

203

Мысли могут также быть одновременно приятное и неприятное (то есть двойственное). Один параноиком женщина должна думать постоянно, "я тебя люблю и свою красивое лицо, но если вы не готовы, я должен использовать силу." Она должна представить любимого человека в тот же момент.

Компульсивное мышление (одержимость) является самым распространенным из всех автоматических явлений. Он имеет свой контр-участие в компульсивного прекращения мышления. Даже обычные блокирования, которые из-за бессознательных процессов не может быть четко отличать от автоматизмов. Тем не менее, когда мысли пациентов "ускользнуть" или "расхватываются", то надо предполагать наличие автоматической помехи мысли.

Даже эмоциональные процессы могут быть субъективно, как автоматический, навязчивый, и иностранных. Многие пациенты веселый или грустный и не знаю, почему; поэтому они чувствуют себя "голоса", как "будучи произведены" на внешней стороне. Mimetic выражения без аффекта может происходить таким образом. Смех без причины, или случайные судороги, как рыдания часто автоматика. Иногда, только лишь движение смеясь, не весь акт как таковой, чувствуется. Тогда смех поражает больного как если бы это были периферии выпущен мышечные движения ("искусственный смех"). Часто, смех происходит, когда некоторые намек на комплекс пациента производится. В некоторых случаях, сами пациенты признают связь между комплексом и шизофренического смеха.

Центростремительные функции, тоже могут восприниматься как иностранных, да, даже навязывается личности. Это явление хорошо известно в галлюцинации. Один из наших catatonics "вынуждена чувствовать себя больным." В самом деле, даже сны могут показаться для пациентов, как быть продуктом иностранных, внешних влияний; субъективно они могут иметь такой же характер, как обсессивно-компульсивное или мышления.

Пациенты себе автоматических процессов по-разному. Большинство вряд ли даже проблемы, чтобы задуматься о ненормальности; но они хорошо осведомлены о потере спонтанности, поэтому они смотрят на эти процессы как нечто чуждое в себя. Некоторые менее безразличные пациентов считают себя под влиянием электро-магнитных полей или какой-либо другой физической силы. Суеверные человек, естественно, заколдованные или обладали, отчасти добрых или злых духов, частично и мужчины, которые поселились внутри пациентов; иногда даже с помощью различных видов животных. Христос или дьявол акт или говорить через пациентов, переместите их конечности в определенных положениях, и т.д. Мысли "бросили на них" некоторые природные или сверхъестественных сил; мысли "нажата, втиснулся в их головах» (Schuele).

Врачи, родители, любовники, птицы и все расплывчато

204

concepts by which the persecutions and the persecutors are designated become the ones who, out of evilness and for purposes of experimentation and with all sorts of machines and magic, impose, repress, or distract the patient's thoughts, movements and affects. Many patients distinguish between those automatic thoughts which are made and imposed by others and those which arise spontaneously. "The minute my thoughts are accompanied by a painful knee or a pressure on the shoulder, I know that the thoughts have been fabricated" (Schuele).

In any event, the personality senses that its inner and outer activities are no longer under its control, and that it is at the mercy of a foreign power. It has become "the merest slave of the will." Conscious feelings rarely accompany the automatisms, which are psychic manifestations split off from the personality. The patients can dance and laugh without feeling happy; can commit murder without hating; do away with themselves without being disappointed with life. Usually, the automatisms do not affect the fundamental mood and, in the main, are not influenced by the mood. Nevertheless, secondary emotions may be related to the automatisms. The automatic thinking is quite unbearable, directly or because the patients realize that they are not their own masters. Compulsive drives are felt as oppressive since they are connected with anxiety and provoke internal conflicts.

The patients' reaction to their own automatisms can be very varied. Many simply allow them to take place. They rarely lack a certain resistance to criminal impulses even though they may not be conscious of this inhibiting force. If all the various destructive drives which the patients have in the course of a day, if all those drives would lead to action, then the schizophrenics would constantly keep the world in suspense. Even an individual, who had already committed a murder, may be capable of resisting the impulse to kill the district attorney and regard his homicidal tendencies as an annoying foreign element. Some individuals invent protective devices against their compulsive drives. For example, one who was merely driven to sing managed to get hold of a small block of wood, which he would cram into his mouth in order to stop himself (or rather, his organs). Frequently patients will apologize after their automatisms have caused them to commit some blunder.

In more moderate cases, it may even be that obsessive ideas and compulsive drives are felt not only as something strange and alien, but also as something pathological. The reaction to them can then be similar to what we see in simple compulsion neuroses. Nevertheless, it is very rare that the presence of other symptoms, such as the indifference to the automatisms or even completely distorted concepts of them, does not permit us to recognize the existence of schizophrenia.

204

понятия, с помощью которых гонения и преследователи предназначены стать те, кто, из злобности и в целях эксперимента, так и со всеми видами машин и магии, навязать, подавляют, или отвлекать мысли, движения пациента и влияет. Многие пациенты различие между теми автоматических мыслей, которые сделаны и навязываемых другими, и теми, которые возникают спонтанно. "В ту минуту, мои мысли сопровождаются болевым колена или давления на плечо, я знаю, что мысли были сфабрикованы" (Schuele).

В любом случае, личность не чувствует, что его внутренние и внешние мероприятия больше не находятся под его контролем, и что он находится во власти иностранной державы. Она стала "Малейший рабом воли." Сознательные чувства редко сопровождать автоматика, которые психические проявления отделилась от личности. Пациенты могут танцевать и смеяться, не чувствуя себя счастливым; может совершить убийство без ненависти; покончить с собой, не будучи разочарован жизнью. Как правило, автоматика не влияют на фундаментальные настроение и, в основном, не зависит от настроения. Тем не менее, вторичные эмоции может быть связано с автоматизма. Автоматическое мышление совсем невмоготу, прямо или потому, что пациенты понимают, что они не сами себе хозяева. Навязчивые диски чувствовал, как гнетущее, так как они связаны с тревогой и спровоцировать внутренние конфликты.

Реакция пациентов на своих автоматизмов может быть очень разнообразным. Многие просто позволить им иметь место. Они редко хватает определенное сопротивление к уголовным импульсов, даже если они не могут быть осознанными этого ингибирующего силу. Если все различные деструктивные влечения, которые пациенты должны в течение дня, если все эти диски приведет к действию, то шизофреники бы постоянно держать мир в напряжении. Даже физическое лицо, уже совершил убийство, может быть способна выдерживать импульс, чтобы убить окружного прокурора и считают его смертоносные тенденции как досадную иностранным элементом. Некоторые люди изобретают защитные устройства от их навязчивых дисков. Например, тот, кто был просто вынуждены петь удалось заполучить небольшой блок из дерева, что он будет втиснуть в рот, чтобы остановить себя (или, скорее, его органы). Часто пациенты будут извиняться после их автоматизмы вызвали их к совершению промахнулся.

В более умеренных случаях, это может быть даже, что навязчивые идеи и навязчивые диски ощущается не только как-то странно и чужой, но и как-то патологического. Реакция на них может быть похож на то, что мы видим в простых навязчивых неврозов. Тем не менее, это очень редко, что присутствие других симптомов, таких как безразличие к автоматизмов или даже полностью искаженных представлений о них, не позволяет нам признать существование шизофрении.

205

The patients are completely powerless, of come, in face of their inner automatisms. However, some do react to the unpleasant feelings by occasional or continual cursing; others withdraw even more into themselves.

9. The Impulsiveness

The impulsiveness which often dominates the catatonic picture is not a homogeneous symptom. A large part of the so-called impulsive behavior is automatic in the previously discussed sense. Others are affective actions. A patient is completely at a loss as to what to do with himself; all his sensory impressions as well as his own thoughts torment and irritate him. He can no longer tolerate it; there must be a way out, something must happen — precisely how and what is irrelevant just as long as it is something else. After he has been in this sort of mood for a few days or weeks, he suddenly breaks loose, strikes out, destroys in the wildest fury and anger. Then after a few seconds to a few hours (very rarely does it last more than a few days) he calms down, sometimes quite suddenly, sometimes more gradually. The "discharge" has eased the "tension" for a time. The patient is relieved, both internally and externally. What he actually did during his outbreak is generally a matter of indifference to him. He discharges his fury on the first thing that comes to hand. In milder cases, outbursts of cursing are sufficient for their needs. Regrets after such releases are rare, of course, in schizophrenia. The patients feel their behavior is justified or they are too indifferent to desire it to be otherwise. Often they assert that it was the "voices" which drove them to fury; that is not, however, an adequate reason for the observer.

A second group of impulsive affective actions differs in degree only from normal affective actions. The patients are easily aroused; as in the process of splitting associations, the inhibiting components are not included. This factor leads to all kinds of rash behavior, physical attacks, unrestrained abuse and vilification, sudden interruption of work, alcoholism, and a variety of other pranks. In this sense a number of non-catatonic schizophrenics are impulsive. The friendly, cheerful card player suddenly turns on his neighbor and starts to beat him or smashes a bottle because the other player received better cards than he did.

In contrast to the affective actions we have actions due to pathological notions. The schizophrenic processes of associating bring into consciousness not only simple thoughts without adequate relation to the wasting ideas, but they also bring into awareness thoughts with prominent

motor components. "It kind of strikes the patient" to do this or that thing. Often he has no reason for or possibility of resisting the

205

Больные полностью бессильны, Приди, в лице своих внутренних автоматизмов. Тем не менее, некоторые реагируют на неприятные ощущения время от времени или постоянного злословия; другие вывести даже больше в себя.

9. Импульсивность

Импульсивность, которые часто доминирует бессознательное картина не однородна симптом. Большая часть так называемой импульсивного поведения автоматически в смысле обсуждалось ранее. Другие аффективные действия. Пациент полностью в недоумении относительно того, что делать с самим собой; все его чувственные впечатления, а также его собственные мысли мучают и раздражают его. Он не может больше этого терпеть; должен быть выход, что-то должно случиться - как именно и что не имеет никакого отношения так долго, как это что-то другое. После того как он был в такого рода настроения в течение нескольких дней или недель, он вдруг развалится, вычеркивает, разрушает в дикой ярости и гнева. Затем, после нескольких секунд до нескольких часов (очень редко это продлится дольше нескольких дней), он успокаивается, иногда совершенно неожиданно, иногда более постепенно. "Разряд" облегчили "напряжение" на время. Пациент освобождается, как внутри, так и снаружи. То, что он на самом деле во время его начала, как правило, безразлично к нему. Он выпускает свой гнев на первое, что приходит в руки. В более легких случаях, вспышки проклятия достаточно для удовлетворения их потребностей. Выражает сожаление по поводу после таких выбросов редки, конечно, при шизофрении. Пациенты чувствуют, что их поведение оправдано или они слишком равнодушны к желаете, чтобы это было иначе. Часто они утверждают, что это было «голоса», которые вынудили их в ярость; что, однако, не является достаточным основанием для наблюдателя.

Вторая группа импульсных аффективных действий отличается по степени только от нормальных эмоциональных действий. Пациенты легко вызывали; как в процессе расщепления объединений, ингибирующие компоненты не входят. Этот фактор приводит ко всем видам сыпи поведения, физические нападения, безудержное злоупотребление и диффамации, внезапное прекращение работы, алкоголизма, и множество других шуток. В этом смысле число не кататоническими шизофреников импульсивны. Дружелюбная, веселая игрок карта вдруг оказывается на соседа и начинает бить его или разбивает бутылку, потому что другой игрок получил лучшие карты, чем он.

В отличие от аффективных действий, которые мы имеем действий в связи с патологическими понятий. Шизофреник процессы ассоциирования привести в сознание не только простые мысли без адекватного отношения к пустой трате идей, но они также приносят в информационно мысли с выдающимися моторные компоненты. "Это своего рода поражает больного", чтобы сделать ту или иную вещь. Часто он не имеет никаких оснований для или возможность противостоять

206

impulse. The notion is immediately translated into action, whether it be to place the chamber pot on his head, to set fire to a house, or to tear the buttons off his clothes. The patient's consciousness knows neither affective nor intellectual motives for his actions.

Naturally in actual practice the various kinds of impulsive actions are not so clearly separated from one another; there are many mixed forms. Certain bad moods preceding the release of emotional tension may have some factual basis in unpleasant experiences. The prison bedlams which are so frequent in schizophrenics are affective outbursts motivated by both factors: the treatment accorded them in prison which is considered to be unjust, and the need for release of tension operate toward the same end. Bizarre notions may also be released by a specific event; or their content may be determined by the complexes so that, for example, a person will destroy his enemy's trees, although the patient is not conscious of any motive.

(h) The Acute Syndromes

The course of the disease is frequently interrupted by acute syndromes, transitory states of various kinds which for the most part, have been considered as independent pyschoses and designated by various names. These acute syndromes are very varied both in manifestations and in genesis. The following phenomena may be involved:

1. Thrusts of the pathological processes. Here belong the many catatonic hallucinatory forms, as well as some of the stuporous, clouded conditions (stuporose Benommenheiten).

2. Simple exacerbations of chronic states: for example, the hallucinatory excitements in chronically hallucinating patients; severe, acute catatonic states in patients who have been in chronic states with a mildly catatonic coloring. The hyperkinesis of the catatonics often seems to be merely an increase of the usual movements of the patients, while the akinetic catatonic appears as an exaggeration of the chronic lack of will power. In similar fashion, most of the acute syndromes may simply be intensifications of the chronic states.

3. Abnormal reactions of the sick psyche to emotionally charged experiences. Here we may include the hysteriform twilight states and many of the outbursts of screaming and cursing incident to external stimulations.

4. By-products of the disease processes whose connection with these processes we are not able to understand at the present time: perhaps part of the melancholic and manic moods.

5. Conditions which do not belong to the disease as such but are either released by the disease or complicate it: perhaps part of the

206

импульс. Понятие немедленно претворены в жизнь, будь то, чтобы поместить горшок на голову, поджечь дом, или рвать пуговицы своей одежды. Сознание пациента не знает ни аффективные, ни интеллектуальные мотивы своих действий.

Естественно, что в реальной практике различные виды импульсных действий не так четко отделены друг от друга; Есть много смешанные формы. Некоторые плохое настроение, предшествующие выпуск эмоционального напряжения может иметь некоторую фактическую основу в неприятных переживаний. Тюремные bedlams, которые так часто у больных шизофренией аффективные вспышки на почве обоих факторов: режима, предоставляемого им в тюрьме, который считается несправедливым, и потребность в освобождении напряженности работать в том же направлении. Причудливые представления также может быть освобожден конкретного случая; или их содержание может быть определено комплексов, так что, например, человек будет уничтожить деревья своего врага, хотя пациент не осознает какой-либо мотива.

(h) Острая Синдромы

Течение заболевания часто прерывается острых синдромов, переходных состояний различных видов, которые по большей части, были рассмотрены в качестве независимых pyschoses и назначенных разными названиями. Эти острые синдромы очень разнообразны как в проявлениях и в Книге Бытия. Следующие явления могут быть вовлечены:

1. Уколы патологических процессов. Сюда относятся многие кататонические галлюцинаторные формы, а также некоторые из ступора, туманных условиях (stuporose Benommenheiten).

2. Простые обострений хронических состояниях: например, галлюцинаторные волнения в хронически галлюцинации пациентов; тяжелые, острые кататонические состояния у больных, которые были при хронических состояниях с мягко кататоническом окраски. Гиперкинезы из catatonics часто кажется просто увеличение обычных движений пациентов, в то время как акинетический кататоническая выглядит как преувеличение хронической нехватки силы воли. Аналогичным образом, большинство острых синдромов может быть просто интенсификации хронических состояний.

3. Аномальные реакции больного психики эмоционально заряженных переживаний. Здесь мы можем включить hysteriform сумеречные состояния, и многие из вспышек крика и проклиная инцидент с внешними раздражениями.

4. Побочные продукты в болезненных процессах, связь которых с этими процессами мы не в состоянии понять, в настоящее время: возможно, часть меланхоличных и маниакальных настроений.

5. Условия, которые не принадлежат к болезни как таковой, а либо выпущенные заболевания или осложнить его: возможно, часть

207

periodic and cyclic forms of melancholic and manic moods seen in schizophrenia.

Yet these various conditions cannot be differentiated clearly, not only because of the present state of our knowledge, but also because in reality they tend to combine rather arbitrarily. They all grow in the same soil and are all symptoms of the same pre-disposition. An exacerbation of the disease processes can change a mild chronic symptom into an "acute psychosis." However, even in such cases the visible phenomena are to a large part also psychically determined. Conversely, therefore, a powerful psychic shock, even without any intensification of the disease process itself, can provoke the same or a similar clinical picture. Thus, it is quite obvious that the various conditions treated separately for purposes of description must fuse and combine in the most manifold ways, and that we rarely find entirely pure groups of symptoms. Mixtures of the different conditions, for example, melancholic, catatonic, twilight and clouded states, confusion, etc. are indeed quite common. Thus, it is a purely arbitrary procedure what particular symptom group we single out for the designation of a particular manifestation.

Consequently as far as the general manifestations are concerned, we can only lay down rules insofar as each established clinical entity necessarily includes certain symptoms and excludes certain others. We do not designate a clinical picture as catatonic if no catatonic symptoms are present; normal orientation cannot be found in twilight states. Moreover, in each clinical condition clarity and "splitting" of the consciousness can vary to a maximal and minimal degree; the same goes for distractibility and capacity for reaction to external stimuli.

We are not yet able to select, define, and delimit all the various acute disease pictures. Hence, it is not possible to classify all cases in the categories we shall describe, but we will cover most of the existing clinical pictures.

Acute episodes occur more frequently in the first years than in the later course of the disease. They may set in with or without prodromes (mood changes and other psychic symptoms, vasomotor disturbances as well as infections of the sclera, tremors, etc.) A given attack may last a few hours or years.

The subsequent memory for acute episodes is very variable. It is in the very nature of a twilight state that the patients remember very little (or nothing at all) of what transpired during the episode. (In distinction from hysteria and epilepsy, complete amnesia for the entire period is quite rare.) After clouded states (Benommenheit) amnesia is usually more or less prominent. In manic and melancholic syndromes

207

периодические и циклические формы меланхоликов и маниакальных настроений, наблюдаемые при шизофрении.

Тем не менее, эти различные условия не могут быть дифференцированы понятно, не только из-за нынешнего состояния наших знаний, но и потому, что в действительности они, как правило, сочетают достаточно произвольно. Все они растут в той же почве и все симптомы одной и той же предрасположенности. Обострение болезни процессов может изменить мягкий хронический симптом в «острого психоза." Тем не менее, даже в таких случаях видимые явления в значительной части также физически определяется. Наоборот, следовательно, мощный психический шок, даже без каких-либо интенсификации самого процесса заболевания, может спровоцировать такую ​​же или подобную клиническую картину. Таким образом, вполне очевидно, что различные условия рассматриваться отдельно для целей описания должны предохранитель и сочетают в самых разнообразных способов, и что мы редко находят совершенно чистые группы симптомов. Смеси различных условиях, например, меланхоличный, недвижимом, сумерки и туманных государств, спутанность сознания, и т.д. действительно довольно распространенным явлением. Таким образом, это чисто условный порядок, какой именно симптом группа мы выделяем для обозначения конкретного проявления.

Следовательно, насколько общие проявления, то мы можем только устанавливать правила, поскольку каждый создана клиническое состояние обязательно включает в себя определенные симптомы и исключает некоторые другие. Мы не назначают клиническую картину, как кататоническая если не кататонические симптомы не присутствуют; нормальная ориентация не может быть найден в сумеречных состояниях. Кроме того, в каждом клиническом ясности состояния и «расщепления» сознания может варьироваться в максимальной и минимальной степени; То же самое касается отвлекаемость и способности к реакции на внешние раздражители.

Мы еще не в состоянии выбрать, определить и разграничить все различные картины острого заболевания. Таким образом, это не позволяет классифицировать все случаи категориями, которые мы опишем, но мы будем покрывать большинство существующих клинических картин.

Острые эпизоды чаще происходят в первые годы, чем в более позднем течения заболевания. Они могут установить в с или без prodromes (изменения настроения и других психических симптомов, вазомоторные расстройства, а также инфекции склеры, тремор и т.д.), данной атаки может длиться несколько часов или даже лет.

Последующее памяти при острых очень изменчива. Он находится в самой природе сумеречного состояния, что пациенты помнят очень мало (или вообще ничего) о том, что произошло во время эпизода. (В отличие от истерии и эпилепсии, в комплекте амнезия в течение всего периода встречается довольно редко). После дымчатый государства (Benommenheit) амнезия обычно более или менее заметным. В маниакальных и меланхоличных синдромов

208

the capacity to remember is usually quite well preserved; in catatonic and paranoid episodes, ability to remember varies. In those instances where there is no amnesia, one is often amazed at the amount and accuracy of the material of inner and external events and experiences which the patients can reproduce even months after the attack. But in some of the most diverse clinical states we also find — apparently without rhyme or reason — chat certain events, a few weeks or a few months, are forgotten whereas the rest of the material can be reproduced.

1. Melancholic Conditions

The melancholic symptom triad of depressive affect, inhibition of thinking and of action is one of the most frequent acute disturbances in schizophrenia.

Insight into or vague feelings of the incapacity to accomplish things, as well as the lack of satisfactory rapport with the environment often occasion ill-humor and moodiness which are normal reactions to painful perceptions. In accordance with the very nature of the matter, they are more commonly encountered at the beginning rather than in the later course of the illness. Besides such physiological depressions, we also find those which somehow must stem from the disease process itself. These are probably the usual schizophrenic "melancholias." Aside from these, there are many cases which give us cause to think that a manic-depressive psychosis is complicating the situation. As yet, we have no criteria by which to separate the latter two forms symptomatically.

The schizophrenic depression has all the various characteristics which we have come to know in other diseases: simple, painful feelings and emotions independent of events; anxiety mounting to panic, more rarely crying, but often loud screaming and desperate lamentations, and finally depressive inhibition up to complete immobility. Many patients insist also that they are entirely without feelings and complain bitterly about it.

The melancholic clinical picture becomes obscured and troubled not only by the schizophrenic symptoms but also because at times one part of the personality is not at all melancholic, ignores the painful anxious ideas, and goes so far as to criticize or joke about these melancholic ideas; depressed schizophrenics can laugh about their own melancholic delusions and behavior. Whereas the patient is unable to do anything useful, often even unable to eat, he is in constant motion which may often enough seem monotonous, but is not an expression of dissatisfaction and inner restlessness as it is in the agitated forms of organic melancholias. True, the patient groans, laments, repeats the same thing

208

способность помнить, как правило, довольно хорошо сохранились; в кататоническими и параноидальных эпизодов, способность запоминать меняется. В тех случаях, когда нет нет амнезии, один часто поражены количеством и точность материала внутренних и внешних событий и переживаний, которые пациенты могут воспроизводить даже месяцев после нападения. Но в некоторых из самых разнообразных клинических состояний мы также находим - по-видимому, ни с сего - чат определенные события, несколько недель или несколько месяцев, забываются в то время как остальная часть материала может быть воспроизведена.

1. Меланхолические Условия

Меланхоличны симптомом триада депрессивного аффекта, ингибирование мышления и действия является одним из наиболее частых острых нарушений при шизофрении.

Insight в или расплывчатые чувства неспособности выполнить вещи, а также отсутствие удовлетворительного взаимопонимания с окружающей средой, часто поводом дурное настроение и капризность, которые являются нормальной реакцией на болезненные восприятия. В соответствии с самой природой материи, они чаще встречаются в начале, а не в более поздней стадиях заболевания. Кроме таких физиологических впадин, мы также находим те, которые каким-то образом должны вытекать из самого болезненного процесса. Они, вероятно, обычно шизофреник "melancholias." Наряду с этим, есть много случаев, которые дают нам повод думать, что маниакально-депрессивный психоз, усложняет ситуацию. Пока у нас нет никаких критериев, по которому можно отделить две последние формы симптоматично.

Шизофреник депрессия имеет все различные характеристики, которые мы узнали в других болезней: просто, болезненных чувств и эмоций, не зависящими от событий; тревога монтажа паниковать, реже плачет, но часто громко кричать и отчаянные стенания, и, наконец, депрессивный торможение до полной неподвижности. Многие пациенты настаивают также, что они совсем без чувств и горько жаловаться на это.

Меланхоличный клиническая картина становится затемняется и тосковать не только симптомов шизофрении, но и потому, что порой одна часть личности вовсе не меланхоличным, игнорирует болезненные тревожные мысли, и идет так далеко, чтобы критиковать или шутка об этих меланхоличных идей; депрессивные шизофреники могут смеяться над собственными меланхоличных заблуждений и поведения. В то время как пациент не в состоянии сделать что-нибудь полезное, часто даже не в состоянии съесть, он находится в постоянном движении, которые могут достаточно часто кажется однообразным, но не выражение недовольства и внутреннее беспокойство, как это в возбужденных форм органических melancholias. Правда, пациент стонет, жалуется, повторяет одно и то же

209

a thousand times: that his head ought to be knocked off, that he wants to go home, that he is the worst of men, that he is going straight to hell — but with all this, he goes on doing any number of things which cannot be explained by the depression. He tears his shirt, his bedclothes, scratches not only himself but also the wall; leaves his bed a hundred times; hinders and disturbs the attendants in their care of the other patients; smears his feces, smashes dishes, etc. He makes brutal attempts at suicide by ramming his head against a wall, jumping out of bed headfirst on to the floor; inflicting all kinds of mutilations on himself. Sometimes these suicidal attempts have a playful quality: for days the patient will keep stuffing a pillow into his mouth in the presence of the attendants. A woman patient tries to throttle herself by using her long braids in an impossible fashion; she stuffs her fist into her mouth in order to choke off her wind. The refusal of food is quite common; nevertheless the use of the feeding tube is not always necessary.

Even if the affect does seem to dominate the entire personality, its expression, as a rule, still has something of the typical schizophrenic stiffness, superficiality, and exaggeratedness; one cannot quite believe in the presence of deep feelings. Yet, we do find genuine states of melancholic depression even in schizophrenics of long standing. These patients may be painfully conscious of their sad situation, their inability to act. Many will then try to obtain some clarity about themselves and their state but do not achieve this goal.

The melancholic motor inhibitions are often mixed with the symptoms of blocking and catalepsy so that it becomes most difficult to analyze the total picture into its various components. The inhibition of ideas betrays itself not merely in the slow thinking process and marked indecision, but especially in an extreme form of monoideism which, in contrast to that seen in simple melancholias, may here be almost absolute. Often for long periods there seems to be no trace of any other thought except the constantly repeated wishes, complaints or maledictions. Every attempt to change the theme or even to elaborate the monoideic one usually fails utterly.

Delusions and especially hallucinations are rarely absent. Threatening and accusing voices, poisonous vapors, electrical currents, and fire are often perceived. The patients believe they are tortured in every conceivable way. They are being killed; their children's eyes pierced; they are forced to spend the night in subterranean torture chambers. They are handed over to the other patients to be torn to pieces; they have committed every earthly sin; they have ruined and rendered their ones miserable and unhappy.

Frequently, the delusions are purely hypochondriacal. The "hypo-

209

в тысячу раз: то, что его голова должна быть сбил, что он хочет вернуться домой, что он худший из мужчин, что он идет прямо в ад, - но при всем этом, он идет делать любое количество вещей, которые не может быть объяснено депрессии. Он рвет рубаху, его постельное белье, царапины не только себя, но и стены; оставляет его кровать в сто раз; препятствует и мешает присутствующих в их заботе о других пациентов; мажет его фекалии, разбивает посуду, и т.д. Он делает жестокие попытки самоубийства таран головой об стену, выпрыгивая из кровати вниз головой на пол; нанося все виды увечий на себе. Иногда эти суицидальные попытки игривый качества: в течение нескольких дней пациент будет держать начинку подушку в рот в присутствии обслуживающего персонала. Пациентка пытается задушить себя, используя ее длинные косы в безвыходное моды; Она наполняет ее кулак в рот, чтобы задушить ее дыхание. Отказ от пищи является довольно распространенным; тем не менее, использование питающей трубки не всегда необходимо.

Даже если влияет, похоже, доминировать весь личности, ее выражение, как правило, по-прежнему есть что-то типичного шизофреника жесткости, поверхностность, и exaggeratedness; никто не может поверить, в наличии глубоких чувств. Тем не менее, мы находим оригинальные состояния меланхолической депрессией даже у больных шизофренией давние. Эти пациенты могут быть болезненно осознает их печальной ситуации, их неспособности выполнять свои функции. Многие затем попытаться получить некоторую ясность о себе и своей государства, но не достигают этой цели.

Меланхоличный мотора запреты часто смешивают с симптомами блокировки и оцепенения так, что она становится наиболее трудно анализировать общую картину в ее различных компонентов. Ингибирование идей выдает себя не только в медленном процессе мышления и заметное нерешительности, но особенно в крайней форме monoideism, которые, в отличие от, что видел в простых melancholias, здесь можно почти абсолютным. Часто в течение длительного времени, кажется, нет никаких следов какой-либо другой мысли, кроме постоянно повторяющихся пожеланий, жалоб или проклятий. Любая попытка изменить тему или даже разработать monoideic обычно не удается полностью.

Бред и особенно галлюцинации, редко отсутствует. Угрозы и обвиняя голоса, ядовитые испарения, электрические токи, и огонь часто воспринимаются. Пациенты считают, что они подвергаются пыткам во всех мыслимых отношениях. Они убивают; их детские глаза пронзили, они вынуждены провести ночь в подземных застенках. Они переданы другим пациентам растерзание; они совершили все земное грех; они разорили и вынесли их них несчастен и несчастным.

Часто, бред чисто ипохондрического. "Гипо-

210

chondriacal melancholia" of other authors is usually a schizophrenic melancholia when it is not an organic one. Particularly Cotard's symptom-complex, when it is non-organic, is nearly always schizophrenic. In this condition, ideas of grandeur unhampered by logical contradictions, may exist side by side with the most appalling fears and terrors. The greatest of sinners is simultaneously Queen of Night; she fills the universe and is eternal, but even these ideas are charged with negative feelings.

2. Manic Conditions

In contrast to the various kinds of melancholic conditions are the manic conditions which are characterized by euphoria, flight of ideas, pressure of activity. They may appear alone or, more rarely, in cyclic form alternating with melancholic conditions, but they also combine readily with mild catatonic features.

Ordinarily the schizophrenic manic is capricious rather than euphoric. The patients delight in all kinds of silly tricks, stupid and bad jokes. These pranks are quite typical of hebephrenics. They make silly puns and jokes; tease, laugh at everything and everyone in their family, ridicule the most cherished human values, etc. These patients curse, fume, label everything with a nickname, stick out their tongues, roll their eyes, speak loudly and in bizarre tones, gesticulate a great deal, exaggerate, caricature. Their speech becomes inappropriate, snappy. They turn somersaults, stand on their heads, twist themselves like snakes, declaim, sing, pray. Day and night, every and all unpleasant little habits are practiced; they are destructive, scream and smear. Outbursts of wild rage are even more common in these people than in the usual type of manic; much rarer are the transient shifts to tearful sadness. The frenzies may set in without any apparent cause or occasion. In many of these cases one sees very little of euphoria. In his cheerful moods the patient remains mechanical as if he were ordered to be gay. The behavior, but not the facial expression or the speech, is that of a cheerful child. Manic schizophrenics may also be incommunicative, almost mute. In general, they do little to enter into relationships with their environment; they close their eyes, in some cases continuously for weeks or months at a time. Distractibility may be absent for short periods or at all times. These patients go through their tricks, speeches, gyrations, quite oblivious to their surroundings. Often the flight of ideas is mixed with confused schizophrenic associations; indeed, the former may be completely concealed by these schizophrenic associations.

Often the manic pressure of activity becomes a mere compulsion to move. In our examples the activities still seemed to serve a certain

210

chondriacal меланхолия "других авторов, как правило, шизофреник меланхолия, когда это не органическую. Особенно Cotard в симптомокомплекс, когда он не является органическим, почти всегда шизофреник. В этом состоянии, идеи величия стесненный логических противоречий, может существуют бок о бок с самыми ужасными страхами и ужасами величайшим из грешников одновременно Королева Ночи;. она заполняет Вселенную и вечен, но даже эти идеи взимается с отрицательными чувствами.

2. Безумные Условия

В отличие от различных видов меланхоличных условиях являются маниакальные состояния, которые характеризуются эйфории, полете идей, давление деятельности. Они могут появляться отдельно или, реже, в циклической форме, чередующихся с меланхолическими условиях, но они также объединить легко с мягкой кататонии функций.

Обычно шизофреник маниакально капризничает, а не эйфории. Пациенты наслаждаться всеми видами глупых трюков, глупые и злые шутки. Эти шалости весьма типичны hebephrenics. Они делают глупые каламбуры и шутки; дразнить, смеяться над всем и всеми в их семье, насмешки самые заветные человеческие ценности, и т.д. Эти пациенты проклятие, дыма, этикетка все с прозвищем, высовывают языки, закатывают глаза, говорят громко и причудливых тонах, жестикулировать Многое, преувеличивать, карикатуру. Их речь становится неуместным, быстро. Они кувыркаются, стоять на голове, крутить себя, как змеи, декламируют, поют, молятся. День и ночь, каждые и все неприятные маленькие привычки практикуется; они разрушительны, крик, и мазок. Вспышки дикой ярости даже более распространенным в этих людях, чем в обычного типа маниакально; гораздо реже являются переходные сдвиги в слезной печали. В ажиотаж может начаться без всякой видимой причины или случая. Во многих из этих случаев можно увидеть очень мало эйфории. В своих веселых настроений пациент остается механическими, как если бы он был приказал быть геем. Поведение, но не выражение лица или речи, является то, что жизнерадостный ребенок. Manic шизофреники могут быть также необщительный, почти немой. В общем, они мало вступать в отношения с окружающей их средой; они закрывают глаза, а в некоторых случаях непрерывно в течение недель или месяцев за один раз. Отвлекаемость может отсутствовать в течение коротких периодов, или в любое время. Эти пациенты идут через их уловки, выступлений, вращения, совершенно не обращая внимания на их окружение. Часто полет идей смешивается с смешивать шизофренией объединений; В самом деле, первое может быть полностью скрыт этих шизофренических объединений.

Часто маниакально давление деятельности становится просто принуждение двигаться. В наших примерах деятельности все еще, казалось служить уверен,

211

purposefulness, yet to an observer they may appear to be wholly senseless, mere motions and movements. The patient twists and turns, throws his legs in the air, then his arms. He starts to sing, swings his towel, bangs on the chair, picks it up and throws it. He wraps himself up in his clothing, sits down; then throws himself to the floor crying and shouting. Such cases form the transitional states to a full-blown catatonic excitement which itself need have nothing manic about it. This process shows itself as the many movements begin to be constantly repeated and finally become moderately or completely stereotypied. In some instances the schizophrenic diminution of the need for activity becomes manifest in a particularly striking way. Although these people show the flight of ideas and euphoric-like moods, make plans and shower us with letters, one never succeeds in getting them to undertake any task or work. Equally striking is the tendency to withdrawal. Whereas the manic of the manic-depressive illness absorbs the world around him passionately and is most avid and eager to busy himself with the whole world, the schizophrenic manic more or less ignores the world.

Here also we frequently see the appearance of hallucinations; but it is usually very difficult to obtain information as to their content. When delusions are present, they are usually transitory, and of a persecutory or grandiose character. They appear for a moment, only to disappear in the next. Yet, particularly, ideas of persecutions are often continually maintained; the same can be said for erotic ideas.

In schizophrenia I have not as yet seen manic-depressive mixed states, in Weygandt's sense, but it is very possible that they also exist

3. Catatonic Conditions

As a rule, catatonic symptoms mix with the manic and the melancholic conditions, in some instances to such a marked degree that the catatonic symptoms dominate the clinical picture and one can speak of a manic or a melancholic catatonia. The old "melancholia attonita," insofar as it deserves this name, belongs here. However, the following discussion will deal only with those acute groups of catatonic symptoms which cannot be considered as part of the affective psychoses, in the old sense of the term. We are dealing here with a variety of clinical pictures which are diverse, not only in their external manifestations, but also in their psychological mechanisms. They are only held together by the catatonic manifestations which may appear in different groupings.

The external clinical picture of these forms can best be described by two extreme types which correspond to Wernicke's akinetic and hyperkinetic motor psychoses. The akinetic conditions of stupor, of

211

целеустремленность, но для наблюдателя, они могут оказаться совершенно бессмысленно, просто движения и движения. Пациент повороты, броски ногами в воздухе, а затем руками. Он начинает петь, размахивает полотенце, стучит на стул, поднимает его и бросает его. Он оборачивает себя в своей одежде, садится; затем бросается на пол плачут и кричат. Такие случаи составляют переходные состояния в полномасштабный кататоническом возбуждение, которое само по себе необходимо нечего маниакально об этом. Этот процесс проявляется как много движений начинают постоянно повторяться и, наконец, стать умеренно или полностью stereotypied. В некоторых случаях шизофрения уменьшение потребности в активности проявляется в частности поразительным образом. Хотя эти люди показывают полет идей и эйфории, как настроения, планы и душем нас с письмами, никто никогда не удастся заставить их предпринимать какие-либо задачу или работу. Не менее поразительным является тенденция к изъятию. В то время как маниакально-за маниакально-депрессивного психоза поглощает мир вокруг его страстно и самых придирчивых и готовы возиться со всем миром, шизофреник маниакально более или менее игнорирует мир.

Здесь мы также часто видим появление галлюцинаций; но это, как правило, очень трудно получить информацию относительно их содержания. Когда заблуждения присутствуют, они, как правило, преходяще, и в преследования или грандиозного характера. Они появляются на мгновение, только чтобы исчезнуть в следующем. Тем не менее, в частности, идеи преследования часто постоянно поддерживается; То же самое можно сказать и о эротических идей.

При шизофрении я пока еще не видел маниакально-депрессивный смешанные состояния, в смысле Weygandt, но это очень возможно, что они существуют

3. Кататонского Условия

Как правило, кататоническую симптомы смешать с маниакально и меланхоличных условиях, в некоторых случаях до такой заметной степени, что кататонические симптомы преобладают в клинической картине и можно говорить о маниакально или меланхоличный кататонии. Старый "Меланхолия attonita", поскольку оно заслуживает это имя, принадлежит здесь. Тем не менее, после обсуждения будет иметь дело только с теми острыми групп кататоническими симптомов, которые не могут быть рассмотрены в рамках аффективных психозов, в старом смысле этого слова. Мы имеем здесь дело с многообразием клинических картин, которые носят разнообразный, и не только во внешних проявлениях, но и в их психологических механизмов. Они проводятся лишь вместе с кататоническими проявлений, которые могут появиться в различных группировок.

Внешний Клиническая картина этих форм лучше всего можно описать двумя крайними типами, которые соответствуют акинетичных и гиперкинетических моторных психозов Верника. В акинетичных условия ступор, из

212

"attonita," and flexibilitas cerea have been known of old. The patients lie, perch or sit all curled up in some peculiar position. Flexor action of the musculature usually predominates. In severe cases, movement is reduced to almost zero. These patients do not even swallow the saliva but let it run down from the corner of the mouth, or let it accumulate in the mouth for long periods of time. The many other psychically affected reflexes function only in exceptional cases. It is here that we find the most frequent and the most stubborn types of the various irregularities of evacuation of bladder and rectum. Food is often not swallowed or must be administered by tube usually with marked resistance from the patient. It is hard to determine the frequency of true alimentary tract disturbances; a coated tongue, even fulgio, is often seen in confused catatonics. Otherwise the physical findings are usually not greatly altered; but most of the patients have a rather bloated appearance, even when they have lost weight. The skin color is often significantly or suggestively livid. Sleep is ordinarily disturbed if not entirely lacking.

We may find numerous intermediary phases on the continuous scale from reduced to hyperkinetic reactions. Complete akinesis as described above is quite rare; a few isolated movements or even certain routine performances are usually still present. The patients may change their posture somewhat, albeit slowly, unsteadily, hesitatingly, moving on their toes in some bent-over, cramped fashion. Many slowly chew the food if it has been pushed into their mouths. Sometimes they even answer, softly and haltingly. Often more active catatonic symptoms inject a little more life into the picture. The patient may verbigerate loudly or softly; he may make stereotyped movements or defend himself vigorously against any change of his position (whereas he may remain unresponsive to needle-punctures or other far more unpleasant sensations). The spontaneous movements or actions of patients with generally decreased motility have a typically catatonic stamp. The patient's entire activity for many weeks consists of merely leaving his bed to go to the toilet and back again, all of which takes a half-hour or at times, an hour to perform. He moves slowly, raises the toilet seat and closes it again without taking care of his needs; he returns to his bed and then repeats the whole thing over and over again many times, until he finally uses the toilet. If he be disturbed during this activity (or even spontaneously), he draws up his toes in a cramped, claw-like fashion and walks back and forth with his head sunk, his eye-lids squeezed together but only half-closed. He reminds one of a bored crane in an aviary, a drop of secretion dangling from the tip of his nose. If someone disturbs him, he very angrily evades. But if one should attempt to hinder him or merely follow him, he retreats to a specific place near his bed, utters a piercing

212

"Attonita", и flexibilitas Череа были известны в древности. Пациенты лежат, окунь или сидеть весь свернулся в какой-то особой позиции. Flexor действие мускулатуры обычно преобладает. В тяжелых случаях, движение сводится практически к нулю. Эти пациенты даже не глотать слюну, но пусть это бежать вниз по углу рта, или пусть он накапливается в полости рта в течение длительных периодов времени. Многие другие психически пострадавших рефлексы функционировать только в исключительных случаях. Именно здесь мы находим наиболее частых и самых упрямых типов различных нарушений эвакуации мочевого пузыря и прямой кишки. Пища часто не проглатывании или должны быть введены трубки, как правило, с выраженной сопротивление пациента. Трудно определить частоту истинных нарушений желудочно-кишечного тракта; обложенный язык, даже fulgio, часто видели в запутанных catatonics. В противном случае физические данные, как правило, не сильно изменили; но большинство пациентов имеют довольно раздутый вид, даже когда они потеряли вес. Цвет кожи часто существенно ниже, или с намеком в ярости. Сон обычно нарушается, если не полностью отсутствуют.

Мы можем найти множество промежуточных этапов на непрерывной шкале от сводится к гиперкинетических реакций. Полный акинез, как описано выше, довольно редки; несколько изолированных движений или даже некоторые рутинные представления, как правило, по-прежнему присутствует. Пациенты могут изменить свою позицию несколько, хотя и медленно, пошатываясь, неуверенно, двигаясь на цыпочках в какой-то согнутом, тесной моды. Многие медленно пережевывать пищу, если она была выдвинута в рот. Иногда они даже ответить, мягко и нерешительно. Часто более активные кататонические симптомы придать немного больше жизни в фотографии. Пациент может verbigerate громко или тихо; он может сделать стереотипные движения или защищаться энергично против каких-либо изменений своего положения (в то время он может остаются безучастными к игольчатых проколов или других гораздо более неприятных ощущений). Спонтанные движения или действия больных с обычно уменьшение подвижности имеют, как правило, бессознательное штамп. Вся деятельность пациента в течение многих недель состоит из просто оставив свою кровать, чтобы пойти в туалет и обратно, все из которых занимает полчаса или время от времени, час, чтобы выполнить. Он движется медленно, повышает сиденье для унитаза и закрывает его снова, не заботясь о его нуждах; он возвращается к своей кровати, а затем повторяет все это снова и снова много раз, пока, наконец, не использует в туалет. Если он будет нарушен в ходе этой деятельности (или даже спонтанно), он рисует свои пальцы в тесной, коготь, как мода и идет назад и вперед с головой затонуло, его Веки сжатых вместе, но только наполовину закрыты. Он напоминает скучающего крана в вольере, падение секреции свисающей с кончика его носа. Если кто-то нарушает его, он очень гневно уклоняется. Но если надо пытаться препятствовать ему или просто следовать за ним, он отступает в определенном месте возле его кровати, произносит пирсинг

213

cry and begins to sob as if he were deeply unhappy.

At times, the peace and quiet is broken by the appearance of a catatonic raptus. Suddenly the patient springs up, smashes something, seizes someone with extraordinary power and dexterity, or moves some object in the room so that it is placed otherwise than it had been. A catatonic arouses himself from his rigidity, runs around the streets in his night shirt for three solid hours, and finally falls down and remains lying in a cataleptic state in the gutter. Even external stimuli may suddenly evoke prompt and even reasonable reactions; a sudden answer or unexpected bit of conversation may astonish the persons present. A highly stuporous innkeeper suddenly picks up a cork which had accidentally fallen to the floor. Some mute patients will answer in writing or they may even spontaneously fill whole pages with writing.

The hyperkinetic cases (as the term suggests) are constantly in motion without really doing anything (pressure of activity, "flight of activity" as Fuhrman called it). They clamber about, move around, shake the branches of the trees in the garden, hop over the beds, bang on the table twenty times, and then on the wall; they bend the knees, jump, strike, break, twist their arms into impossible positions between the radiator and the wall, totally unconcerned about the burns which they receive. They cry, sing, verbigerate, laugh, curse, scream and spit all over the room. They grimace, showing sadness, happiness or horror. They pick up some object, move it, turn it over and put it down some place else. They make a thousand and one other movements which are usually limited to a definite number as far as each single patient is concerned. The motions always have something abnormal about them. If a patient picks up an object, he always does so in a peculiar way, in a way that is not ordinarily done. When they get into bed, they always do so from the head-side of the bed with an unusual twist and turn, etc. The movements are often executed with great strength, and nearly always involve unnecessary muscle groups. They may show as much disregard of themselves as of other living and lifeless things around them. They seem to have lost control of measure and power of their movements. In stuporous cataleptic individuals, vague lifeless move¬ments predominate. Then again, all actions may be executed with far too much power and energy for the purpose. A simple gesture accompanying speech is readily repeated always more extensively and more energetically. Some phrase, some meaningless figure of speech the patient may have uttered, easily becomes a loud scream in the course of c«atonic repetitions. But even isolated, non-repeated movements are executed with maximal strength. The other signs of catatonia — verbigeration, sterotyped repetitions, caricaturing of facial expressions,

213

плакать и начинает рыдать, как если бы он был глубоко несчастен.

Время от времени, мир и покой нарушается появлением кататоническое Raptus. Внезапно пациент вскакивает, ломает что-то, хватает кого-то с необычайной силой и ловкостью, или движется какой-то предмет в комнате, чтобы он помещен иначе, чем это было. Кататоническая вызывает себя от жесткости, бегает по улицам в ночном рубашки для трех твердых часов, и, наконец, падает и остается лежал в каталепсии в канаве. Даже внешние раздражители может внезапно вызвать оперативные и даже разумные реакции; Внезапное ответ или неожиданное немного разговора может удивить лиц, присутствующих. Очень ступора хозяин вдруг поднимает пробку, которая случайно упал на пол. Некоторые немые пациентов ответят в письменной форме, или они могут даже спонтанно заполнить целые страницы с письменной форме.

Гиперкинетических случаях (как термин предполагает) постоянно находятся в движении, действительно не делать ничего (давление деятельности ", полет деятельности" как Фурман ее называл). Они карабкаются о, передвигаться, потрясти ветви деревьев в саду, прыгать на кровати, стучать по столу двадцать раз, а затем на стене; они согнуть ноги в коленях, прыгать, удар, перерыв и крутить их руки в невозможных позиций между радиатором и стеной, полностью заботясь о ожогов, которые они получают. Они кричат, поют, verbigerate, смеяться, проклятие, кричать и плеваться по всей комнате. Они гримасу, показывая печаль, счастье или ужас. Они забирают какой-то объект, переместите его, переверните его и положил его какое-то место в другом месте. Они делают тысячу и одну другие движения, которые, как правило, ограничивается определенным числом, насколько каждый отдельный пациент обеспокоен. Движения всегда есть что-то ненормальное о них. Если пациент подбирает объект, он всегда делает это весьма своеобразно, таким образом, что обычно не делается. Когда они попадают в постели, они всегда делают это из головы сторону кровати с необычным изгиб и поворот, и т.д. движения часто выполняются с большой силой, и почти всегда связаны с ненужных мышечных групп. Они могут показать, как много игнорирование себя от других живых и неживых вещей вокруг них. Они, кажется, потерял контроль над мерой и власти их движений. В ступора каталептических лиц, смутные безжизненные движения преобладают. Опять же, все действия могут быть выполнены с слишком много сил и энергии для этой цели. Простой жест сопровождающих речь легко повторяется всегда более широко и более энергично. Некоторые фразы, некоторые бессмысленно фигура речи пациент может произнесли легко становится громким криком в ходе с «атонических повторений. Но даже изолированные, неповторяющиеся движения выполняются с максимальной силой. Другие признаки кататонии - verbigeration, sterotyped повторений, выставляя мимики,

214

empty pathos, etc. — are never absent. These patients talk less than do other excited or agitated manics, often they are even mute. Parts of their actions and behavior apparently make some sense; for example, imitations of the preacher, of a soldier or of a bad girl, etc. But one rarely sees complete imitations. Even when such an idea seems to recur again and again, it is constantly interrupted or broken into by other extraneous behavior or actions. We can rarely deduce the purpose of their behavior: the patients barricade themselves in very special ways behind the bed; they make themselves a cave out of their bedding, they arrange whatever comes to hand in very odd but very definite ways. Such actions tend to be repeated, usually in the same way.

Aside from the constant repetition, we find a common denominator in the admittedly weak schizophrenic affect which seems to permeate everything. A number of these patients are manifestly manic (with demonstrable flight of ideas); others are melancholic; still others are irritable, anxious, or feel themselves persecuted. However, many catatonics roam about like automatons showing no definite or proper affect; or they may constandy change their caricatured affective expressions. Hallucinations frequently accompany these episodes but they need not be present. Delusions too may be absent.

The hyperkinetic form may also be interrupted suddenly by periods of calm which are usually of short duration and complicate the clinical picture.

In the akinetic catatonics especially, but in others also, we often note vascular disturbances (livor, edema, etc.). Of course, the constant movement and activity usually tends to wear down the patients' strength. Others are able to support this activity remarkably well, so that one is forced to assume some abnormality of the metabolism as in many cases of hysterical agitations and excitements. Naturally, the nutritional intake is very irregular; often there is abstinence from all food. Sleep is always poor and frequently entirely absent for a period of time.

Analgesias are quite common. They may be simulated by the simple lack of reaction on the part of the patients. I have never observed the presence of anaesthesia; and I suspect that the catatonic anaesthesias of which many authors speak are merely analgesias.

For the most part, the patients are rather unconcerned about their peculiar condition. Certainly many of them think very little about anything, a few perhaps do not think at all, as Brosius believes. Nevertheless, much of what goes on around the patients is passively registered. There is no doubt, however, that vigility of attention is for the most part markedly reduced, particularly so in the hyperkinetic forms.

A rather large proportion of acute catatonic patients simultaneously

214

пустой пафос, и т.д. - никогда не отсутствует. Эти пациенты меньше говорить, чем другие возбужденные или взволнованный Manics, часто они даже немой. Части свои действия и поведение, видимо, какой-то смысл; например, имитация проповедника, солдата или плохой девочкой, и т.д. Но редко можно увидеть полные подделки. Даже тогда, когда такая идея кажется повторяются снова и снова, она постоянно прерываться или вломились других посторонних поведения или действий. Мы редко вывести цель своего поведения: пациенты баррикаду себя в очень специальных путей за кроватью; они делают сами пещеры из их залегания, они устраивают то, что попадается под руку в очень странные, но очень конкретные пути. Такие действия, как правило, быть повторена, как правило, в той же образом.

Помимо постоянного повторения, мы находим общий знаменатель в заведомо слабой шизофреник влияет которая, кажется, пронизывают все. Некоторые из этих пациентов являются явно маниакально (с очевидного полета идей); другие меланхоличный; третьи раздражительны, тревожное или чувствуют себя преследованиям. Тем не менее, многие catatonics бродить как автоматы не показывая никакого определенного или надлежащее отношение; или они могут constandy изменить свои карикатурном аффективные выражения. Галлюцинации часто сопровождают эти эпизоды, но они не должны присутствовать. Заблуждения слишком может отсутствовать.

Гиперкинетический форма может быть прервана внезапно в периоды затишья, которые, как правило, непродолжительны и усложняют клиническую картину.

В акинетичных catatonics особенно, но и в других тоже, мы часто отмечают сосудистых нарушений (livor, отек, и т.д.). Конечно, постоянное движение и деятельность, как правило, имеет тенденцию изнашиваться силы пациентов. Другие способны поддержать эту деятельность на удивление хорошо, так что мы вынуждены предположить некоторую ненормальность обмена веществ, как и в многих случаях истерических волнений и волнений. Естественно, что пищевое потребление очень нерегулярно; часто возникает воздержание от всякой пищи. Сон всегда бедным и часто полностью отсутствует в течение периода времени.

Analgesias являются довольно распространенным явлением. Они могут быть смоделированы с помощью простого отсутствия реакции со стороны пациентов. Я никогда не наблюдали присутствие анестезии; и я подозреваю, что кататонические anaesthesias из которых многие авторы говорят всего лишь analgesias.

По большей части, пациенты, а не заботясь о их своеобразной состоянии. Конечно, многие из них думают, что очень мало о чем-либо, мало, возможно, не думаю, что вообще, как полагает Brosius. Тем не менее, большая часть того, что происходит вокруг пациентов пассивно зарегистрированы. Существует никаких сомнений, однако, что vigility внимания, по большей части заметно снижается, особенно так в гиперкинетических форм.

А большая часть острых кататоническими пациентов одновременно

215

find themselves in a more or less marked twilight state and in some other hallucinatory or delusional world. They attempt to explain their immobility by falling back on notions about being surrounded by moats, holes, threatening voices which invoke horrible punishments if they dare so much as to move, or promise them every paradisical joy if they do not move; they dare not swallow, must not tend to their physical needs, etc. Often they subjectively sense their inability to move as a kind of stiffness, rigidity, or paralysis.

Often, but not invariably, massive hallucinations seem to determine the behavior of the hyperkinetic forms. Frequently it is a matter of movements of defense, flight, and aggression; however these movements appear to be purposeless, even apraxic and uncoordinated. The patients will explain their peculiar activities as well as their inactivity, in terms of hallucinations. However, from the viewpoint of normal logic these explanations are not very satisfactory or adequate; take for example, the patient who hammers on his bed because somebody poisoned him.

The "faxen 55 - psychosis" is a special form of hyperkinetic catatonia. The patient constantly makes disconnected, caricatured grimaces and gestures. One has the impression that these patients want to play the buffoon, though they do this in a most awkward and inept fashion. 56 They contrive any number of stupidities and sillinesses, such as beating their own knees, interchanging pillows for blankets when they go to bed, pouring water out on the floor instead of into a cup, lifting doors off their hinges. The patients will do all this while they are seemingly well oriented. As a rule they speak very little or not at all and what they have to say is, in the main, completely illogical cursing or other nonsense. Undoubtedly the "faxen-psychosis" has an origin similar to that of the Ganserian twilight state. It usually involves individuals who for some unconscious reason pretend to be mentally deranged.

4. Delusion

Hallucinations and delusions often dominate the picture. Manic, depressive, or catatonic elements may also be present but in many cases they may be entirely lacking. We term these conditions, delusional forms. Most of the manic and melancholic delusions of earlier writers belong tare since manic-depressive delusions are rare. Such "acute paranoias" are rarely characterized exclusively by the

55. Buffooneries.

56. The buffooneries of spiteful hebephrenics are something entirely different and

only a few isolated symptoms are at all comparable to what we see in the faxen-psychosis" of the catatonics.

215

найти себя в более или менее выраженной способности сумеречного состояния и в некоторых других галлюцинаторный или иллюзорный мир. Они пытаются объяснить их неподвижность при падении назад на понятиях о том, в окружении рвов, ям, угрожая голоса, которые ссылаются на ужасные наказания, если они посмеют так много, как двигаться, или обещать им все райскую радость, если они не двигаются; они не смеют глотать, не должны, как правило, их физических потребностей и т.д. Часто они субъективно ощущать свою неспособность двигаться как своего рода жесткость, жесткость, или паралич.

Часто, но не всегда, массивные галлюцинации, кажется, определяют поведение гиперкинетических форм. Часто это вопрос движений обороны, авиации и агрессии; Однако эти движения, кажется, бесцельная, даже apraxic и скоординированным. Пациенты будут объяснять свои специфические виды деятельности, а также их активности, с точки зрения галлюцинаций. Тем не менее, с точки зрения нормальной логики эти объяснения не очень удовлетворительным или адекватной; Взять к примеру, пациент, который молотки на своей кровати, потому что кто-то отравил его.

"Faxen 55 - психоз" является особая форма гиперкинетического кататонии. Пациент постоянно делает отсоединен, карикатурном гримасы и жесты. Создается впечатление, что эти пациенты хотят играть шута, хотя они делают это в самых неудобных и неумелое моды. 56 Они умудряются любое количество глупостей и sillinesses, таких, как избиение свои колени, местами подушки для одеял, когда они ложатся спать, наливая воду на полу вместо в чашку, поднимая двери с петель. Пациенты будут делать все это время они, казалось бы, хорошо ориентируется. Как правило, они говорят очень мало или не на всех, и что они должны сказать, это в основном, совершенно нелогично проклятия или прочую ерунду. Несомненно "faxen-психоз" имеет происхождение, аналогичный по Ganserian сумеречного состояния. Это, как правило, включает в себя лиц, которые по каким-то бессознательным причине делают вид, что психически невменяемым.

4. Заблуждение

Галлюцинации и бред часто доминируют картину. Manic, депрессивные или кататонические элементы могут также присутствовать, но во многих случаях они могут быть полностью отсутствует. Мы называем эти условия, бредовые формы. Большинство маниакальных и меланхоличных манией более ранних авторов принадлежат тары с маниакально-депрессивным бредом редки.

Такие «острые паранойя" редко характеризуется только

55. балаганами.

56. балаганами злобных hebephrenics являются чем-то совершенно разные, и

лишь единичные симптомы вообще сопоставимы с тем, что мы видим в faxen-психоза "из catatonics.

216

delusional ideas since hallucinations are absent only in exceptional cases. Usually they predominate, crowding in on the patient, persistently and massively, making him appear confused, particularly when they are changing rapidly. "Now I am being pierced; here it squeezes me; now it is gone again; now someone is calling me; now the cloud is drawn over me. . . ." The hallucinations are less stereotyped in very acute cases then they are in the chronic conditions. In the former the visual hallucinations are usually more prominent. The patient hears numerous voices in a most confusing and persistent fashion; there is a band of men under his window who want to catch him, burn him, behead him. They lie in wait for him, threaten to enter through the walls, climb up and hide under his bed. Then there are others who want to help him; it times God is a protector, at other times, even He is part of the plot. His nearest relatives are being murdered, the patient himself is being electrocuted, sexually assaulted and abused. In these states the reaction is usually a very lively one. It is difficult to keep the patients in bed; they wander about, climb up the windows, crawl into odd corners, engage in fights, etc. In sharp contrast to the catatonics the behavior of these patients is quite comprehensible in terms of their delirious ideas because we are confronted with actions and not with buffooneries (faxen). The patients flee, defend themselves, or attack. The pleasantly toned hallucinations, on the other hand, enable the patient to enjoy some festivity, to ride to heaven, or to participate in other entertaining activities.

In the very same patient the delusional forms may pass over into other acute disturbance or develop from these. Other intermediary forms develop in the direction of the chronic conditions. In chronic hallucinators, these acute delusional forms may give the impression of being merely an exacerbation of hallucinatory state. But in other cases, they differ sharply from the usual deteriorated (demented) states which may be interrupted by limited episodes.

The Viennese school would designate these cases as amentia. However, I do not employ this term because its meaning varies from school to school in terms of the particular frame of conceptual reference which is not compatible with our theories.

5. Twilight State

The twilight states, like those in hysteria, are waking dreams which portray desires, wishes, or fears in a direct or symbolic way as already fulfilled. The typical instance is that of the maiden disappointed and unhappy in her love affair who now in her pathological state sees all

216

бредовые идеи начиная с галлюцинациями отсутствуют лишь в исключительных случаях. Как правило, они преобладают, вытесняя в на пациента, настойчиво и повсеместно, что делает его выглядел растерянным, особенно, когда они быстро меняются. "Теперь я, как пирсинг, здесь он сжимает меня, а теперь она снова исчезла, теперь кто-то зовет меня, а теперь облако обращается за меня...." Галлюцинации менее стереотипны по очень острых случаях, то они находятся в хронических условиях. В первом случае зрительные галлюцинации, как правило, более заметным. Пациент слышит многочисленные голоса в самых запутанных и упорной моды; есть группа людей, находящихся под его окном, которые хотят, чтобы поймать его, сжечь его, отрубить ему голову. Они подстерегают его, угрожать, чтобы войти через стены, подняться и спрятать под кроватью. Тогда есть другие, которые хотят, чтобы помочь ему; это раз Бог покровитель, в другие времена, даже он является частью сюжета. Его ближайшие родственники убивают, сам пациент на электрическом стуле, сексуальному насилию и жестокому обращению. В этих государствах реакции обычно очень оживленно. Трудно держать в постели пациентов; они бродят, подняться окна, лезут в нечетных углах, участвовать в боях, и т.д. В резком контрасте с catatonics поведение этих больных вполне приемлемо с точки зрения их бредовых идей, потому что мы сталкиваемся с действиями, а не с балаганами (faxen). Пациенты бежать, защищаться или атаковать. В приятно тонированные галлюцинации, с другой стороны, дать пациенту возможность насладиться праздник, покататься на небо, или участвовать в других развлекательных мероприятий.

В том же пациента бредовые формы могут переходить в другой острого нарушения или развиваются из них. Другие промежуточные формы развиваться в направлении хронических заболеваний. При хронических hallucinators, эти острые бредовые формы могут дать впечатление просто обострение галлюцинаторный государства. Но в других случаях, они резко отличаются от обычных ухудшилось (деменцией) состояний, которые могут быть прерваны ограниченными эпизодов.

Венский школа будет обозначить эти случаи как слабоумие. Тем не менее, я не используют этот термин, потому что его смысл меняется от школы к школе с точки зрения конкретного кадра концептуального ссылкой, который не совместим с нашими теориями.

5. Сумерки государство

В сумеречные состояния, как и при истерии, просыпаются сны, которые изображают желания, пожелания, или страхи в прямой или символической, как уже выполнены. Типичным примером является то, что девицы разочарованы и недовольны в своей любви, которые в настоящее время в ее патологическое состояние все видит

217

her desires and hopes attained. She is now in hallucinatory communication with her sweetheart, becomes engaged, marries, gets pregnant and finally delivers a child. The entire environment is then interpreted in accordance with these delusions. The hospital inmates are turned into members of the family or guests at the wedding; at other times they are considered as obstacles and enemies of the dearest wishes and hopes. The ward, too, is misinterpreted in the same sense. A woman patient with marked religious aspirations regarded the hospital ward was a church.

Still, the base idea of the delusion only gives us the leitmotif of the whole dream which is further elaborated in all its vivid details: the patient must eat a good deal in order to be able to breast-feed her children properly. She must pick some flowers to decorate herself. By other remarkable maneuvers, she prevents her enemies and those of her husband from injuring the children. Thus the kernel of the delusion is concealed under a mass of incidental and superfluous details. Altogether, the wishes are not always clearly expressed. The patient may dream of a battle or a war instead of a love scene. The many inconsistencies and impossibilities which are ordinarily present even in the dreams of healthy people are woven into the twilight delirium and perhaps many more things as well.

The ecstatic twilight states have received particular attention at all times. They often obscure the schizophrenic character of the clinical picture, more or less concealing it behind the common peculiarities of the religious complexes: the marked tendencies to visions, to rigid posturing in ceremony and worship, to ecstatic, trance-like states leading to the exclusion of the o-ter world to the point of complete analgesia. However, not all twilight states with religious content lead to ecstasy; often enough the patients, who are in communication with the holy saints, are still in part on earth; therefore they experience the evil of this world more keenly and constantly struggle with it.

The patient's experience of his actual environment may be fused with his religious notions. He recognizes people around him for what they are but still has the idea that they will prove to be other persons (God, Judas, the Apostle), who merely chose to appear in the guise of doctors and nurses.

In a certain case of abortive ecstasy, the patient, after taking communion, felt, "Bathed for two whole days in an infinite, heavenly happiness so that all he could do was cry with sheer joy." The schizophrenic ecstatic mood can also be transferred to quite insignificant things, Thus a catatonic with ecstatic expression verbigerates, "I have knittted, I have knitted, I have knitted, yes, indeed, I have knitted (she

217

ее желания и надежды достигнута. Она сейчас находится в галлюцинаторный связи с ее возлюбленным, становится занимались, женится, забеременеет и, наконец, рожает ребенка. Вся среда интерпретируется в соответствии с этими заблуждениями. Заключенные больницы превращаются в членов семьи или гостей на свадьбе; в других случаях они рассматриваются как препятствия и врагов самых заветных желаний и надежд. Уорд, тоже неверно интерпретируется в том же смысле. Пациентка с отмеченными религиозных устремлений считали больничной палате была церковь.

Тем не менее, база идея иллюзии только дает нам лейтмотив всей сон, который более подробно рассматривается во всех его ярких деталей: пациент должен съесть много, чтобы быть в состоянии кормить грудью своих детей должным образом. Она должна нарвать цветов для украшения себя. Иными замечательных маневров, она предотвращает ее врагов и тех, мужа от повреждения детей. Таким образом, ядро заблуждения скрывается под массой случайных и лишних деталей. В целом, пожелания, не всегда четко выражена. Пациент может мечтать о битве или войне, а не любовной сцены. Многие противоречия и Запрещенности, которые обычно присутствуют даже в мечтах здоровых людей сплетаются в сумерках бреду и, возможно, многих других вещей.

Экзальтированные сумеречные состояния получили особое внимание во все времена. Они часто скрывать шизофреник характер клинической картины, более или менее скрывая его за общими особенностями религиозных комплексов: отмеченные тенденции к видениям, жесткой позы в церемонии и поклонения им, в восторге, транс-подобных состояний, ведущих к исключению из о-тер мира до точки полного обезболивания. Однако, не все сумеречные состояния с религиозной содержание свинца в экстазе; достаточно часто пациенты, которые находятся на связи с святых угодников, еще частично на земле; поэтому они испытывают зло этого мира более остро и постоянно бороться с этим.

Опыт пациента о его реальной среде могут быть слиты с его религиозными представлениями. Он признает, людей вокруг него за то, что они есть, но все еще есть идея, что они окажутся другие лица (Бог, Иуда, апостол), которые просто выбрали появляться в облике врачей и медсестер.

В определенном случае неудачной экстаза, пациент, после того, общение, войлок, "Купались целых два дня в бесконечной небесной радости, так что все, что он мог сделать, это плакать радости." Шизофреник в восторге настроение также могут быть переданы довольно незначительные вещи, что кататонические с экстатическим verbigerates экспрессии ", я knittted, я трикотажные, я трикотажные, да, действительно, я трикотажные (она

218

had never as yet done any work in the hospital); it was beautiful, wonderful! These beautiful embroidered curtains! (there were no curtains at all). When the curtains were parted, how they did sing! ("Who was there?") Mother was there, everyone was there, etc., etc. I follow the Lord God!"

The behavior of patients in twilight states varies considerably. Many of them go through all sorts of experiences while actually lying quietly under the blankets in their beds. Others act in full accordance with their ideas which brings them into continual conflict with their environment. They climb around, talk loudly or softly to their hallucinations, make all kinds of incomprehensible gestures and motions the meaning of which can be understood only after a more thorough analysis. They want to leave the hospital, tear open the doors, repeat making the same demands which are impossible to grant, or in pleading tones they call out sentences which to our ears do not contain any pleas or any demand at all. A woman patient believed she was wandering in a meadow guarding the horses. She refused to leave her bed because then the horses would be left unwatched and would wander away.

"Double registration" of external events (that is she registered the events of her dream world and those of reality) is commonly seen even in severe cases. Thoughts from both series of events often fuse; the patients plead for their release from the hospital giving evidence that they have correcdy understood the hospital situation, but their reasons for wanting to leave are derived from their dream life.

The schizophrenic twilight states may persist longer than others. Six months' duration of such states is quite common. Many patients, during the remainder of their lives, appear as if they had never completely come out of their twilight state. But then we are dealing with severe catatonic-like conditions which we have not yet been able to analyze sufficiently in order to form a definite opinion concerning the inner processes operating in these people. With time, the patients tend to become calmer; if negativism does not feature too prominently they adjust themselves to the environment so that they get into little or no conflicts with their surroundings. In the main, however, they live in another world and care only for their most immediate needs; they eat when food is placed before them; go to the toilet when necessary. Although they are able to dress and undress themselves, even such ample routines represent an accomplishment and cannot always be expected of them.

Fragments of delusions originating in twilight states may persist into the chronic conditions. Thus, for one such patient the hospital became permanently the "house with the black shutters;" she had first

218

никогда еще не делал любую работу в больнице); это было красиво, замечательно! Эти красивые вышитые занавески! (Не было шторы на всех). Когда шторы были разделены, как они поют! ("Кто там был?") Мать была там, все были там, и т.д. и т.п. Я следую Господи! "

Поведение больных в сумеречных состояниях значительно варьируется. Многие из них идут через все виды опыта, а на деле спокойно лежал под одеялом в их кровати. Другие действовать в полном соответствии со своими представлениями, которые приносит их в постоянном конфликте с окружающей их средой. Они поднимаются вокруг, громко разговаривать или тихо их галлюцинациями, сделать все виды непонятных жестов и жестом, значение которых может быть понято только после более тщательного анализа. Они хотят, чтобы покинуть больницу, рвать открыть двери, повторите делать те же самые требования, которые невозможно предоставить, или в умоляя тона они называют приговоров, которые для наших ушей не содержат каких-либо просьбы или любой спрос на все. Пациентка полагала, что она бродила на лугу, охраняющие лошадей. Она отказалась встать с постели, потому что тогда лошади остались бы без присмотра и будет блуждать.

"Двойной регистрации" внешних событий (то есть она зарегистрирована события мира ее мечта, и те реальности) обычно наблюдается даже в тяжелых случаях. Мысли обеих серий событий, часто сливаются; пациенты просят освободить их из больницы дает доказательства того, что они correcdy понимал ситуацию больнице, а причины для оставлять выводятся из их жизни во сне.

Шизофреник сумеречные состояния могут сохраняться дольше, чем другие. Продолжительность Шесть месяцев таких состояний является довольно распространенным. Многие пациенты, в течение оставшейся части своей жизни, появляются, как будто они никогда полностью не выйдет из их сумеречного состояния. Но тогда мы имеем дело с серьезными кататоническими, как условия, которые мы еще не были в состоянии проанализировать достаточно для того, чтобы сформировать определенное мнение о внутренних процессах, протекающих в этих людях. Со временем, пациенты, как правило, стали спокойнее; Если негативизм не есть слишком заметно, они приспосабливаются к окружающей среде, так что они попадают в маленьких или не вступает в противоречие с их окружением. В основном, однако, они живут в другом мире и заботятся только о своих самых насущных потребностей; они едят, когда пища находится перед ними; сходить в туалет, когда это необходимо. Хотя они могут одеваться и раздеваться самостоятельно, даже такие широкие процедуры представляют собой достижение и не всегда могут быть от них ожидается.

Фрагменты заблуждений, происходящих в сумеречных состояниях может сохраниться и в хронических условиях. Таким образом, для такого пациента больница стала постоянно "дом с черными ставнями;" она впервые

219

referred to a prison in this way and then carried the same idea over to the hospital.

Occasionally, these twilight states may last only a few minutes. Thus a patient suddenly became very agitated about his surroundings and just as quickly calmed down again. He was able to relate that he had believed himself to be in a forest where he had had to defend himself against wild animals, especially against an orangutan. These episodes differ in degree only from the hallucinatory excitements of our patients on the chronic, "disturbed" wards.

Conversely, the twilight states may be interrupted by periods of lucidity which, in turn, may last any where from a few minutes to several days. If these clear periods last for as long as several weeks, then it is preferable to consider them as an improvement in the patient's condition. It may also happen that clear periods and twilight states are almost equally balanced, so that the patient is clear one day and in a twilight state the next day.

Schizophrenic twilight states may also take on some characteristics of the Ganser syndrome, whereby complete, although negative, rapport with the environment is maintained in accordance with the delusions preoccupying the patient. The Ganser syndrome in schizophrenics is released by the same causes as in the hysterics. Prisoners being detained for judicial or medical examination are particularly afflicted with this syndrome. Although they seem to be making every effort to meet our requests, these patients answer even the simplest questions incorrectly. Usually they proceed rather systematically, so that one recognizes at once the (unconscious) intention. Two times two usually becomes 5, or 3; 4 o'clock is read as 8 o'clock; 12 o'clock is 6 o'clock, etc. Ordered to open a lock, the patient attempts to push the wrong end of the key into the lock, or holds the key wrong side up. He attempts to find the lock above the door knob. Should the key be in the lock already, then he is sure to turn it the wrong way. Given a package of cigarettes, he attempts to open the side instead of the top. Asked to strike a match, he uses the wood end of the match stick on the sand paper; or he uses the proper end on the paper side of the box and not on the sand-papered side. However, only very mild schizophrenic patients behave as consistently as this. The majority of our cases, in marked contrast to the hysterics, often fall quickly out of their role. While many things arc done quite correctly or at least not essentially wrong, they appear "confused" only during examinations; but in dealing with other persons they immediately behave quite normally. Frequently a sharp dividing line between the twilight state and ordinary behavior is absent altogether. The patients are incapable of disсussing their abnormal condi-

219

говорится в тюрьму в этом пути, а затем несли ту же самую идею к больнице.

Иногда эти сумеречные состояния могут длиться только несколько минут. Таким образом, пациент вдруг стал очень взволнованным о его окружении и так же быстро успокоился снова. Он был в состоянии связать, что он считал себя в лесу, где он должен был защищать себя от диких животных, особенно в отношении орангутанга. Эти эпизоды различаются по степени только из галлюцинаторных волнений наших пациентов на хронических, "нарушенных" подопечных.

С другой стороны, сумеречные состояния может быть прерван периоды ясности, которые, в свою очередь, может длиться в любом месте от нескольких минут до нескольких дней. Если эти четкие периоды длятся до тех пор, как несколько недель, то предпочтительнее рассматривать их в качестве улучшению состояния пациента. Это также может произойти, что четкие периоды и сумеречные состояния почти одинаково сбалансированы, так что пациент ясно в один день и в сумеречном состоянии на следующий день.

Шизофренические сумеречные состояния могут также взять на себя некоторые характеристики синдрома Ганзера, в результате чего в комплекте, хотя отрицательный, связь с окружающей средой осуществляется в соответствии с манией предметом обеспокоенности пациента. Синдром Ганзера у шизофреников выпущен теми же причинами, что и в истерике. Заключенные под стражу в судебном или медицинского обследования особенно страдает этим синдромом. Хотя они, кажется, делает все возможное, чтобы удовлетворить наши запросы, эти пациенты ответить даже на самые простые вопросы неправильно. Обычно они исходят, а систематически, так что признает сразу (бессознательного) намерения. Два раза два, как правило, становится 5, или 3; 4:00 читается как 8:00; 12:00 6 часов вечера, и т.д. приказал открыть замок, пациент пытается подтолкнуть неправильный конец ключа в замок, или держит ключ Хроники обыкновенного безумия. Он пытается найти выше дверной ручки замка. Если ключ находится в замке уже, то он обязательно включите это неправильный путь. Учитывая пачку сигарет, он пытается открыть сторону, а не сверху. Отвечая на вопрос, чиркнуть спичкой, он использует конец древесины спичек на наждачной бумагой; или он использует собственный конец на бумажной стороне коробки, а не на песке, оклеены стороне. Тем не менее, только очень мягкие больных шизофренией ведут себя как последовательно, как это. Большинство наших случаях, резко контрастирует с истерике, часто быстро выпадают из их роли. Хотя многие вещи дуги сделано совершенно правильно или, по крайней мере, по существу, не так, они появляются "путать" только во время экзаменов; но в общении с другими людьми, они немедленно ведут себя совершенно нормально. Часто острый разделительная линия между государственной сумерки и обычной поведения вообще отсутствует. Пациенты не способны disсussing их аномальные условия

220

The patients are incapable of disсussing their abnormal condition after the episode has passed, although they do remember something about it. For the most part, other schizophrenic symptoms are present too."

A very special sort of unconscious disease simulation was shown by a patient who was accused by her supervisor of being crazy. From that moment on, she behaved as if she were "crazy;" while still living at home, she insisted that the house janitor was an attendant of an insane asylum; refused to take food, etc. After one tube-feeding, there was a sudden cure.

The twilight states can show a good deal of variability. In some cases we find a consistently carried out dream-activity. The twilight state is then essentially the reaction of a mildly schizophrenic personality to a psychic trauma; an external event appears to be the main determinant. The schizophrenic symptoms hardly obscure the hysteriform picture. In other instances, the essential element is the advance of the disease itself with its splitting and fragmenting of associations; some perhaps ever present desire suddenly gains dominance over the non-logical thought processes. There are a whole series of transitional forms leading, on the one hand, to the previously mentioned hysteriform twilight state and, on the other hand, to diverse confusional conditions which because of the lack of uniformity can no longer be termed twilight states.

Besides the real twilight states, there are an infinite number of various psychic conditions manifesting the same pattern, but they only strike us when they are markedly pronounced or when they change very rapidly. They have their intermediary forms in every direction.

A latent hebephrenic, who had vagabonded about for many years, was admitted to the hospital with the following condition which had already been present for a long time: on the whole he was negativistic, mistook his surroundings for the Devil, conversed with his "voices," continually crossed himself, and executed other unusual acts. At times he showed some insight, except that the illness was due to "being touched by evil spirits." Recollection of his previous condition was scanty. At other times he could be approached quite easily. Then again we find various misconceptions: the hospital became a naval barracks; the doctor was the God of war. The patient held long conversations with the stars partly in his own native Italian, and partly in a self-invented jargon which was supposed to be Italian.

57. Of course, we must bear in mind, that the Ganser syndrome it something entirely different from the approximate answers given by negativistic or indifferent patients.

220

Пациенты не способны disсussing их ненормальное состояние после эпизод прошел, хотя они-то вспомнить об этом. По большей части, другие шизофренические симптомы присутствуют слишком ".

Очень особый вид моделирования бессознательного заболевания было показано пациента, который был обвинен в ее руководителем быть сумасшедшим. С этого момента, она вела себя так, как будто она была "ума"; еще при жизни у себя дома, она настояла, чтобы дом дворник был служитель психушке; отказывался принимать пищу и т.д. После одной трубки кормления, было Внезапное излечение.

В сумеречные состояния могут показать хорошую сделку изменчивости. В некоторых случаях мы находим последовательно проводил сон-активность. Сумеречное состояние, если перейти реакция мягко шизофренического личности к психической травмы; по-видимому, основным фактором, определяющим внешнее событие. Шизофреник симптомы вряд ли скрывать hysteriform картину. В других случаях, важнейшим элементом является продвижение самой болезни с ее расщепления и фрагментации ассоциаций; некоторые, возможно, всегда присутствует желание вдруг получает господство над нелогических процессов мышления. Есть целый ряд переходных форм ведущий, с одной стороны, ранее упомянутом Государстве hysteriform сумерек, а с другой стороны, к различным спутанности условиях, которые из-за отсутствия единообразия больше не может быть называемых сумеречных состояний.

Кроме реальных сумеречных состояниях, есть бесконечное число различных психических состояний, проявляющихся по той же схеме, но они только кажутся нам, когда они заметно выраженный или когда они меняются очень быстро. У них есть свои посреднические формы в каждом направлении.

Скрытая гебефренический, которые vagabonded о в течение многих лет, поступил в больницу с условием, которое уже наблюдается в течение длительного времени: в целом он был негативизма, принял его окружение для дьявола, беседовал с его «голоса , "постоянно перекрестился, и выполняется других необычных действий. Порой он показал некоторое представление, кроме того, что болезнь была из-за "прикосновения злых духов." Воспоминание о его прежнем состоянии была мизерной. В других случаях он может подходить довольно легко. Тогда мы снова найти различные заблуждения: больница стала военно-морской казармы; Доктор был бог войны. Пациент вел долгие беседы со звездами, частично в его родном итальянском и частично в себя изобрел жаргон, который должен был быть по-итальянски.

57. Конечно, надо иметь в виду, что синдром Ганзера это что-то совершенно отличается от приближенных ответов на негативизма или безразличных пациентов.

221

I propose to consider "Benommenheit" as a special form of the symptom-complex of the stuporous conditions, at least until we know more about these states. Not all stuporous patients are "benommen" and the great majority of the "benommen" patients hardly appear stuporous. In most forms of stupor, the patients can still think and act insofar as they have the desire to do so, and only very few sense any defect at all. However, there is a condition characterized by a slowing up of all psychic processes. It usually occurs in conjunction with an incapacity for dealing with any relatively complicated or unusual situation. Since will power seems to be relatively well, or completely, preserved, we are not dealing with the ordinary cases of stupor. Because of the absence of depression and evidences of a very mild degree of confusion, this condition cannot be considered an instance of melancholic inhibition. It is this condition that I wish to designate tentatively by the term, "Benommenheit."

The external behavior of such patients is rather diverse. Many of them idle about, others scratch themselves or keep themselves amused with equally non-strenuous tasks. Still others are somewhat agitated and indulge in various catatonic stupidities. Some may still be capable of helping a little around the house; usually they are able to do a bit of sewing or knitting although with many errors. Generally, the difference from other catatonics usually becomes clearly manifest in experiments or tests. The patients answer questions very slowly, if they answer at all, although they try to understand what is being demanded. These patients will often repeat the first sound of a word many times before they succeed in uttering the rest of the word's sounds, yet there are no other signs which give us reason to assume the presence of either inhibition or blocking, in the usual sense of the words.

They follow only simple directions, and even then make many mistakes. If they are asked to stick out their tongue, they first gaze at the doctor blankly. After repetitions of the command, they attempt to do what is asked, but still do not get the tongues out. They merely move their lips, or even their eyes which they prefer to close. Asked to place a spoon in the dish, they take the spoon, turn it around or put it in their mouth or elsewhere; they may confuse it with a fork. In short, they demonstrate what appears as marked apraxia. A patient required five hours to dress herself; she substituted the blouse for the skirt or the slip. She picked up the shoe

58. Translator's Note: There does not appear to be an adequately appropriate term for this in English. Terms such as "clouded," doped" or "mental inertia" do not quite convey its full meaning. I have retained the German term in some instances or used clouded" or "abstracted" state as its equivalent, albeit they are hardly satisfactory.

221

Я предлагаю рассмотреть "Benommenheit" как особой формы симптома комплекса ступора условиях, по крайней мере, пока мы не узнаем больше об этих состояниях. Не все ступора пациенты "benommen" и большинство из "benommen" Пациенты вряд ли появятся ступора. В большинстве форм ступора, пациенты могут все еще думать и действовать постольку, поскольку они имеют желание сделать это, и только очень немногие чувствуют какой-либо дефект вообще. Однако, есть состояние, которое характеризуется замедлением до всех психических процессов. Это обычно происходит в сочетании с неспособностью к работе с любой относительно сложной или необычной ситуации. С силой воли, кажется, довольно хорошо, или полностью, сохранились, мы имеем дело не с обычными случаях ступор. Из-за отсутствия депрессии и свидетельств очень слабой степени смешения, это условие не может считаться примером меланхолика торможения. Именно это условие, что я хочу, чтобы назначить ориентировочно до срока ", Benommenheit."

Внешнее поведение таких больных весьма разнообразны. Многие из них простаивает о, другие чешутся или держать себя смешно с носящие напряженных задач. Третьи несколько взволнован и заниматься в различных кататоническими глупости. Некоторые все еще может быть способен помочь немного вокруг дома; как правило, они в состоянии сделать немного шитья или вязания, хотя с большим количеством ошибок. Как правило, отличие от других catatonics обычно становится отчетливо проявляется в экспериментах или испытаниях. Пациенты ответить на вопросы очень медленно, если они отвечают вообще, хотя они пытаются понять то, что требовали. Эти пациенты часто повторяют первый звук в слове много раз, прежде чем им удается, произнося остальные звуки этого слова, и все же нет никаких других признаков, которые дают нам основание предполагать наличие либо торможения или блокирования в обычном смысле слова.

Они следуют только простые указания, и даже тогда делают много ошибок. Если они просят, чтобы торчать свой язык, они сначала смотреть на врача тупо. После повторений команды, они пытаются делать то, что просят, но все еще не получают языки из. Они просто шевелят губами, или даже их глаза, которые они предпочитают закрывать. Отвечая на вопрос, чтобы поместить ложку в чашке, они принимают ложку, переверните ее или положить его в рот или в другом месте; они могут спутать его с вилкой. Короче говоря, они демонстрируют то, что кажется как отмечено апраксия. Пациент нуждался в пять часов, чтобы одеться; она заменила блузку для юбки или скольжения. Она взяла обувь

Примечание 58. переводчика: Там, кажется, не быть адекватно соответствующий термин для этого в английском языке. Такие термины, как "дымчатый", легированного "или" психическое инерции »не совсем передают свой полный смысл. Я сохранил немецкий термин в некоторых случаях или использовать дымчатый" или "абстрактную" государство как его эквивалент, хотя они вряд ли удовлетворительным.

222

brush to brush her teeth, but brushed her clothes instead and spread tooth paste on the shoes. Only after years of vain trials, I finally succeeded in getting her to close a door on command. Spontaneously she could do such little things very well, but on command she usually failed and became more and more confused. Instead of closing the door as asked, she would pass through it or open it even wider. When she finally had succeeded in closing it, she would usually find herself on the outside of the room instead of within. Thus, all their acts seem to be disturbed by cross-purposes or cross-impulses (Trommer).

At first one is inclined to think of negativism: and perhaps negativism is involved in some cases of this kind of schizophrenic apraxia, but it is certainly not the essential cause of the symptom. We are dealing with a similar type of confusion as in emotional stupors. The patients cannot combine the necessary ideas. They do things contrarily like a very frightened person at a fire who throws clocks and porcelains out the window but very carefully carries down some old rags. Thus they are also not to be considered parabulic in Kraepelin's sense of the term.

Echopraxia appears most frequently in these clouded states, but can also be observed in other conditions.

The comprehension of external impressions is very inadequate. Complex phenomena are not grasped at all; only a few details of a picture are understood. Orientation becomes considerably impaired; patients cannot find their own room when minute changes have been made. They do not understand even the very simplest of stories when reading. The patients will proceed to read another story in the same tone, or begin another paragraph without noting that something new has appeared. They make many mistakes in reading: "feet" instead of "fleet," "suckle" instead of "sucked;" they remain fixed in the middle of a simple word, read the commas, etc. One patient could not reproduce any part of the tale entitled, "A Donkey Loaded with Salt." Asked what the story was about, she finally said, "About a shepherd;" (And about an elephant?) "Yes." (Or about a horse?) "Yes." (About a donkey?) "Yes, yes, yes." Thus she finally did remember when at last the donkey was mentioned. Even those things which she knew very well prior to the illness could be recalled and reproduced only fragmentarily and gradually.

A hebephrenic met an acquaintance (in the hospital) who had recently killed another of the patient's old friends. The patient recalled that he had also known the murdered man. (What happened to him?)

He also had an accident." (Then after a long pause and much thinking,

it came to his mind,) "He shot someone". Then, "I knew the man he killed, К. He was a neighbor." Not once did this important story come

222

кисть, чтобы почистить зубы, но коснулась одежды, а и распространено зубная паста на обувь. Только после нескольких лет тщетных испытаний, я, наконец, удалось получить ее, чтобы закрыть дверь на команды. Спонтанно она могла сделать такие мелочи очень хорошо, но по команде она обычно не удалось, и становился все более и более запутанной. Вместо того чтобы закрыть дверь, как просили, она будет проходить через него или открыть его еще шире. Когда она, наконец, удалось закрыть его, она, как правило, найти себя на снаружи помещения, а не в. Таким образом, все их действия, кажется, быть нарушена кросс-целей или кросс-импульсов (Троммера).

В первой склонен думать, негативизма, и, возможно, негативизм принимают участие в некоторых случаях такого рода шизофренической апраксия, но это, конечно, не важно причиной симптома. Мы имеем дело с подобного рода путаница в эмоциональных stupors. Пациенты не можете объединить необходимые идеи. Они делают вещи Наоборот, как очень испуганным лицом при пожаре, который бросает часы и фарфор из окна, но очень тщательно носит вниз некоторые старые тряпки. Таким образом, они также не должны рассматриваться parabulic в смысле Крепелина срока.

Эхопраксия чаще всего появляется в этих туманных государств, но также может наблюдаться и при других условиях.

Понимание внешних впечатлений очень неадекватно. Сложные явления не понял вообще; А некоторые детали картины понятны только. Ориентация становится значительно ухудшается; пациенты не могут найти свою собственную комнату, когда путевки были внесены изменения. Они не понимают, даже очень простой историй при чтении. Пациенты будут перейти к чтению еще одну историю в том же тоне, или начать новый абзац без отметив, что что-то новое появилось. Они делают много ошибок при чтении: "ноги" вместо "флот", "сосать", а не "сосать"; они остаются неподвижными в середине простым словом, читать запятые и т.д. Один пациент не может воспроизвести любую часть сказки под названием "Осел, груженный солью." На вопрос, что рассказ был о, она, наконец, сказал: "О пастуха;" (И о слон?) "Да". (Или около лошади?) "Да". (О осла?) "Да, да, да." Таким образом, она наконец-таки вспомнить, когда в последний осел был упомянут. Даже те вещи, которые она знала очень хорошо до болезни могут быть вызваны и воспроизводятся лишь фрагментарно и постепенно.

Гебефренический встретил знакомого (в больнице), который недавно убил другого из старых друзей пациента. Пациент вспомнил, что он также известен убитого. (Что с ним случилось?)

Он также попал в аварию. "(Тогда после долгой паузы и долгих раздумий,

он пришел, по его мнению,) "Он выстрелил кто-то". Затем, "Я знал, что человек, которого он убил, К. Он был соседом." Ни разу не это важная история приходят

223

to the patient as a whole; only little by little was he able to recall it.

Benommenheit can most easily be observed in the patients' writings. Words and sentences remain incomplete; some words are omitted; false corrections are made which are noted, and new efforts made to correct them which in turn do not succeed. Words are crossed out, rewritten and the last effort is usually the best. Sentences such as the following appear: I lie almost constantly in bed, where I can wo home (that is, whereas I can work so well at home). Frequently found are hints of perseveration and anticipation of letters of words which are to come later in the same sentence.

In the only case that I was able to analyze up to a certain point, affectivity was preserved, in fact it was quite strong and labile. The patient insisted she was getting better, did her own housework correctly and well. Yet she was unable to repeat correctly, "round the rugged rock, etc." or "the third artillery brigade" without making many (psychic) slips.

Clouded states do not appear only in acute states, or as an acute condition. Benommenheit as such has the tendency to linger, and can even persist for decades in the way we have described it above, or in more attenuated forms. The underlying cause of this condition may be a uniform impairment of all the psychic processes. 59 Apparently however, it is again a question of various causal determinants. In acute clouded states with catatonic symptoms, one gets the impression of a gross disturbance of the central organ with a uniform impediment of all the psychic processes, including those of motility. Complex functions or rapid performances are very rarely seen. In other instances, particularly in chronic cases, it is difficult to differentiate this condition from severe, long persisting cases of perplexity. However, in the latter case some activities are performed promptly. 60

In any event, there are all sorts of transitional and mixed forms involving pyschic and organic factors, in the sense that organic disturbances may very well increase or evoke the disposition to psychic perplexity. It is possible, however, that there are also other disturbances which lead to the same picture.

7. Confusion, Incoherence

Most disturbances of association, if sufficiently pronounced, lead to confusion. Special attention has to be given to these confusional states

59. Increased intracranial pressure, toxic injury, or something similar.

60. Thus we observed a catatonic woman painter who was perfectly capable of ecuting many difficult tasks, but once she was simply incapable of drawing a chair in Perspective. The converse is indeed more frequent; that is, it is the common, ordinary, and simple tasks which can be performed, whereas anything unusual, even though simple, cannot be carried out.

223

для пациента в целом; только мало-помалу он смог вспомнить.

Benommenheit может быть, наиболее явно наблюдается в работах пациентов. Слова и фразы остаются неполными; некоторые слова опущены; корректировки ложных сделаны, которые отметили, и новые усилия, которые предпринимаются для их устранения, который, в свою очередь, не удастся. Слова зачеркнуто, переписать и последнее усилие, как правило, лучше. Предложения, такие как представляются следующие: я лежу почти постоянно в постели, где я могу WO дома (то есть, в то время как я могу работать так хорошо дома). Часто встречаются намеки персеверации и ожидании букв слов, которые должны прийти позже в том же предложении.

В единственном случае, я был в состоянии анализировать до определенной точки, эмоциональность была сохранена, на самом деле это было довольно сильным и лабильной. Пациент настоял, чтобы она становилась лучше, сделал свою собственную домашнюю работу правильно и хорошо. Тем не менее, она была не в состоянии правильно повторить, "круглый прочный камень, и т.д." или "третий артиллерийская бригада" без много (психические) скользит.

Clouded состояния не проявляются только в острых состояниях, или, как острого состояния. Benommenheit как таковой имеет тенденцию задерживаться, и даже может сохраняться в течение десятилетий в том, как мы описали его выше, или в более ослабленных формах. Основной причиной этого состояния может быть однородным нарушение всех психических процессов. 59 Очевидно, однако, что это снова идет о различных причинных детерминант. В острых туманных государств с кататоническими симптомов, каждый получает впечатление грубого нарушения центрального органа с единой препятствия всех психических процессов, в том числе подвижности. Сложные функции или быстрые выступления очень редко. В других случаях, особенно в хронических случаях, трудно дифференцировать это состояние от тяжелых, долго сохраняющиеся случаях недоумении. Тем не менее, в последнем случае некоторые виды деятельности выполняются в кратчайшие сроки. 60

В любом случае, есть все виды переходных и смешанных форм, связанных с pyschic и органические факторы, в том смысле, что органические нарушения могут очень хорошо увеличить или вызвать предрасположенность к психическим недоумении. Это возможно, однако, что существуют и другие нарушения, которые приводят к той же картине.

7. Путаница, несогласованность

Большинство нарушений ассоциации, если они достаточно выражены, приводят к путанице. Особое внимание должно быть уделено этих состояния спутанности

59. Повышение внутричерепного давления, токсический травмы, или что-то подобное.

60. Таким образом, мы наблюдали в бессознательное женщина художник, который был вполне способен использовании функции многих трудных задач, но как только она была просто не в состоянии нарисовать стул в перспективе. Обратное действительно чаще; то есть, это общие, обычные и простые задачи, которые могут быть выполнены, в то время как что-то необычное, хотя просто, не может быть осуществлена.

224

which are a direct consequence of the fragmentation of the associations. This type of incoherence represents an acute syndrome in almost all cases. The patients speak completely disconnectedly, often in half-broken sentences. They are quite restless and constantly busy doing something, but their activities lack purpose and are not carried through to the end, even such simple actions as leaving a room. We see merely fragments of their behavior, as we do of their thinking, even though certain emotionally charged ideas, such as fear of misfortune or the joy of some dreamed happiness may to some extent become intelligible in terms of their total behavior. Physical symptoms, such as a coated tongue or a coarse tremor, are often present in these cases.

One such patient felt much better the day after being examined and seemed better able to manipulate her fund of information. She remembered only fragments of the examination itself which she subsequently could reconstruct in part. She knew she had been in a room with a number of gentlemen; that there had been a sofa in the room; that one of the men sat on the same sofa with her. She could later identify who it had been and partly describe the doctors who were present at the time, but she was entirely unaware of the fact that one of those doctors was her own ward surgeon. This sort of fragmentation differs strikingly from the usual catatonic excitement in which, even during the wildest outbreaks, the patient is able within a few minutes to identify the names of a whole room of patients, attendants, doctors, etc.

All forms of confusional states may combine with melancholic, manic, and particularly catatonic symptoms, but they need not do so.

8. Fits of Anger

We also have to mention the fits of anger, cursing and vilification which are released usually by some external event or experience. These patients may begin to curse, not only if one has said something unpleasant to them, but also after a friendly greeting or even in the very midst of what appears to be a congenial conversation. At that moment, it is absolutely useless to attempt to correct any misunderstandings. No matter what one says, they still feel insulted, and only become more angry. The picture is frequently complicated by the emergence of hallucinations and delusions of which there may have been no indications during the quiet periods. After the patient is left to himself, the attack usually persists for a while, often for hours, sometimes for a few days. Such episodes rarely result in permanent aggravation of the patient's condition.

The fits of anger just described differ strikingly from the endogenous, mainly hallucinatory, excesses of fury which appear frequently in many chronic conditions. Under the influence of hallucinations, very

224

которые являются прямым следствием фрагментации объединений. Этот тип несогласованности представляет собой острый синдром практически во всех случаях. Пациенты говорят совершенно бессвязно, часто в полтора сломанной приговоров. Они довольно беспокойным и постоянно занят чем-то, но их деятельность не хватает цели и не доведена до конца, даже такие простые действия, как выходить из комнаты. Мы видим лишь фрагменты их поведения, как мы делаем их мышления, хотя некоторые эмоционально заряженные идеи, такие как страх несчастья или радости-то мечтал счастье может в какой-то степени становится понятным с точки зрения их общего поведения. Физические симптомы, такие как с покрытием, языка или грубого тремора, часто присутствуют в этих случаях.

Один такой пациент чувствовал себя гораздо лучше день после того, как изучили и, казалось, лучше манипулировать своим фонд информации. Она вспомнила лишь фрагменты самой экспертизы, которая впоследствии она может восстановить частично. Она знала, что она была в комнате с рядом господ; что имело место диван в комнате; что один из мужчин сидел на том же диване с ней. Она впоследствии может определить, кто это был, и частично описывает врачей, которые присутствовали на время, но она была полностью знают о том, что один из этих врачей был ее собственном приходе хирург. Этот вид фрагментации разительно отличается от обычного кататоническом возбуждении, в котором, даже в самых смелых вспышек, пациент может в течение нескольких минут, чтобы определить имена целого комнате пациентов, обслуживающий персонал, врачи и т.д.

Все формы состояния спутанности могут объединяться с меланхолической, маниакальных и особенно кататоническими симптомов, но они не должны делать.

8. Приступы гнева

Мы также должны упомянуть приступы гнева, злословия и поношения, которые выделяются, как правило, каким-то внешним событием или опыта. Эти пациенты могут начать проклятия, а не только тогда, когда один сказал что-то неприятное для них, но и после дружеского приветствия или даже в самый разгар что, кажется, по душе разговор. В тот момент, это абсолютно бесполезно пытаться исправить любые недоразумения. Независимо от того, что кто-то говорит, что они до сих пор сильно обидеться, и станет только злее. Картина часто осложняется появлением галлюцинаций и бреда из которых может и не было никаких признаков во время тихих периодов. После пациент, оставленный в небрежении, атака обычно сохраняется в течение некоторого времени, часто в течение нескольких часов, иногда в течение нескольких дней. Такие эпизоды редко приводят к постоянной обострения состояния пациента.

Приступы гнева Описанные разительно отличаются от эндогенных, в основном галлюцинаторный, эксцессов ярости, которые часто встречаются во многих хронических заболеваний. Под воздействием галлюцинации, очень

225

rarely without it, the patients may suddenly begin to curse profusely or even become violent at times. These episodes may last anywhere from a few minutes to several weeks and show characteristic patterns for each individual patient.

9. "Anniversary" Excitements

We are concerned here with an etiological group. Many episodes of agitation appear only on definite calendar days. The patients celebrate special days on which something happened that had some connection with their complexes. On these particular days they become agitated, irritable, hallucinating, stuporous, etc. On the seventeenth day of each month a still employable hebephrenic always had olfactory hallucinations, many delusions, and masturbated compulsively; he was born on the seventeenth. The patients themselves are ignorant of the reasons for their moodiness before one has analyzed the situation with them. Days on which the patient lost or won a husband or sweetheart, the marriage anniversary of a sister, or even days on which the patient may have celebrated certain sinful "orgies" in the past can give occasion for these outbursts of excitement. These episodes may disappear with the passing of the special day or persist for longer periods once they have been provoked. Generally these attacks of excitement disappear after a few repetitions. We observed only two cases in which the periods of excitement lasted longer.

10. Stupor

Acute stupors occupy a very prominent and important place in the descriptions of mental disturbances of many a psychiatric authority. However, since stupor is not a uniform symptom, but rather the external manifestation of many very different disturbances of will, thinking, and rapport with environment, it can not properly be given any special place at this point. A summary of the anomalies which may appear as stuporous manifestations has already been given earlier in the volume.

11. Deliria

How many of the hallucinatory conditions of schizophrenia should be designated by the term delirium is purely an arbitrary matter in view of the fact that it is not a clearly defined term. However, it should be remembered in this connection that states resembling the fever deliria also occur in the terminal stages of fatal catatonic states. Since the patients do not react to the environment at all at that time, a characterization or investigation of this condition is not possible.

225

редко без него, у больных может внезапно начать проклинать обильно или даже становятся агрессивными в разы. Эти эпизоды могут длиться от нескольких минут до нескольких недель и показать характерные модели для каждого конкретного пациента.

9. «Юбилейный» Волнения

Мы имеем здесь дело с этиологической группе. Многие эпизоды агитации появляются только на определенных календарных дней. Пациенты отмечают особые дни, в которые случилось то, что какую-то связь со своими комплексами. На этих конкретных дней они заволновались, раздражительным, галлюцинации, ступора, и т.д. На семнадцатый день каждого месяца все еще трудоспособного гебефренический всегда обонятельные галлюцинации, многие заблуждения, и мастурбировала навязчиво; он родился семнадцатого. Сами пациенты не знают о причинах их капризность, прежде чем проанализировал ситуацию с ними. Дни, на которые пациент потерял или выиграл мужа или возлюбленного, брак летие сестры, или даже дни, в которые пациент может отпраздновали определенные греховные "оргии" в прошлом, могут дать повод для этих вспышек возбуждения. Эти эпизоды могут исчезнуть с течением особый день или сохраняются в течение более длительных периодов, когда они были спровоцированы. Как правило, эти приступы возбуждения исчезают после нескольких повторений. Мы наблюдали только два случая, в которых периоды волнения продолжались дольше.

10. Ступор

Острые stupors занимают очень заметное и важное место в описаниях психических нарушений многих психиатрической власти. Однако, поскольку ступор не является однородным симптом, а внешнее проявление многих очень разных нарушений воли, мышления и отношения с окружающей средой, оно не может должным образом придать любую особое место в этой точке. Резюме аномалий, которые могут появиться в качестве ступора проявлений уже был дан ранее в объеме.

11. Deliria

Как многие из галлюцинаторно условиях шизофрении должны быть обозначены термином бред чисто произвольный того, в связи с тем, что она не четко определены Термин. Тем не менее, следует помнить, в связи с этим, что государства, не похожая на Deliria лихорадки также встречаются в терминальных стадиях смертельных кататоническими государств. Поскольку пациенты не реагируют на окружающую среду на всех в то время, характеристика или расследования этого условия не представляется возможным.

226

12. Fugue States

Intercurrent episodes of agitation and excitement can also assume the form of fugues. Some patients may have been quite dependable in many respects, led a life devoid of desires and interests, yet suddenly they may run off, often getting quite far away. Some return spontaneously but the majority have to be sought for and brought back. Many different conditions are at the basis of this symptom. It may be no more than a sudden feeling of discontent appearing with or without occasion. They run off, giving no thought to the consequences or to their destination, intent only on getting away. Often the patients are driven on by genuine feelings of unhappiness or even fear. From this situation it is only a small step to the hallucinatory excitement in which the patients suddenly receive the command to clear out of the hospital. Occasionally, the symptom is obviously motivated by some pathological notion. Other fugues may be based on a twilight state. A final category of these running away episodes may be formed by compulsions or some other automatic type of action.

The patients' behavior varies as much on their travels as it does otherwise. Some may give the impression of being normal, although in the hospital they may have been rather asocial or bizarre. Others run off without any suitable clothing or even entirely nude, create disturbances, attack people, etc. The subsequent explanations and memories are, of course, variable: they differ for each patient in accordance with the various causal factors involved. Schizophrenic fugue (or wandering) states often give occasion for desertions from military units.

13. Dipsomania

Some, though not many, schizophrenics suffer attacks of dipsomania. As far as their drinking is concerned, they do have a certain degree of insight into their difficulties. If they are not too severely ill, they will even make fine resolutions not to drink anymore. But from time to time, they are subject to tense, anxious moods which drive them to obtain alcohol, by any and all means, until after a few days of heavy drinking, they are found lying somewhere completely exhausted.

226

12. Фуга Штаты

Интеркуррентные эпизоды агитации и возбуждения также может принимать форму фуги. Некоторые пациенты, возможно, были вполне надежны во многих отношениях, вел жизнь, лишенную желаний и интересов, но вдруг они могут бежать, часто получая довольно далеко. Некоторые вернуться спонтанно, но большинство должны искать и привез. Много различных условий на основе этого симптома. Это может быть не больше, чем внезапное чувство недовольства, возникающие при или без случая. Они убегают, не задумываясь о последствиях, или к месту назначения, намерение только на получение от отеля. Часто пациенты приводятся на подлинные чувства несчастья или даже страха. Из этой ситуации это только небольшой шаг к галлюцинаторный волнения, в которых пациенты вдруг получает команду, чтобы убрать из больницы. Иногда симптом, очевидно, вызвано какой-то патологической понятия. Другие фуги может быть основан на сумеречном состоянии. Последняя категория этих убегающих эпизодов могут быть образованы путем принуждения или каким-либо другим автоматического типа действия.

Поведение больных зависит как от их путешествий, как это делает иначе. Некоторые могут создать впечатление нормальное, хотя в больнице они, возможно, были довольно асоциальным или странным. Другие бежать без подходящую одежду или даже полностью обнаженной, создавать помехи, нападают на людей и т.д. последующие объяснения и воспоминания, конечно, переменная: они отличаются для каждого пациента в соответствии с различными причинно-следственных факторов. Schizophrenic фуга (или блуждание) государства часто дают повод для дезертирства из военных частей.

13. алкоголизма

Некоторые, хотя и не много, шизофреники страдают приступы запоя. Насколько их питьевая, то, что они имеют определенную степень понимания в своих трудностях. Если они не слишком сильно заболел, они даже делают прекрасные резолюции не пить больше. Но время от времени они могут быть напряженный, тревожный настроений, которые управляют им получить алкоголь, всеми и любыми средствами, только после нескольких дней пьянства, они не будут найдены, лежа где-то полностью исчерпаны.

227

SECTION II

THE SUBGROUPS

INTRODUCTION

At the present time, we cannot solve the problem of dissecting schizophrenia into its natural subdivisions. Nonetheless, we do have the practical need of characterizing the various clinical pictures that present themselves to us in this disease by terms corresponding, at least, to rather broad and crude subdivisions. This much is possible, but not much more.

Yet, others have gone a good deal farther than this. Charpentier recognized eleven subgroups. We prefer to adhere to the already quite current labels used by Kraepelin, in view of the fact that nothing better has as yet been established to take their place. 1

Even then, however, it is not a question of defining and delimiting different disease entities, but of grouping symptoms. This sort of classification corresponds in a way to the division of pulmonary tuberculosis into cases with or without fever, with or without hemoptysis, with or without intestinal tuberculosis, amyloidosis, etc. A case which begins as a hebephrenic may be a paranoid several years later.

The symptom combinations are endless, but since many syndromes repeat themselves so frequently and in so similar a manner, one can select a few of these forms as examples. They are most easily arranged in four main categories. 2

The Kraepelinian groups, catatonia and hebephrenia, are about equally represented in our hospital population. The paranoid group is somewhat less numerous. The simple type is hardly ever seen in hospitals, but outside the institutions it is perhaps the most frequent type.

1. Cf. below for characterization of the four groups.

2. When we observe one catatonic symptom, we can also expect others with a certain degree of probability. However, a more definite or a more accurate correlation of symptoms, in the sense that from the presence of one phenomenon, one can reckon on the absence or presence of others, is not as yet possible at this time.

227