Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Геополитика Все Лекции.doc
Скачиваний:
0
Добавлен:
01.07.2025
Размер:
930 Кб
Скачать
☆

Литература:

1. Ашенкомпф н.Н. Современная геополитика: Учебное пособие / Н. Н. Ашенкомпф, С. В. Погорельская. - М.: Академический Проект, 2005. - 208 с. [Электронный ресурс.] - Режим доступа: http://www.humanities.edu.ru/db/msg/86346.

2. Геополитика: Учебник / под общ. редакторша В. А. Михайлова; отв. редакторша Л. О. Терновая, С. В. Фокин. - М.: Изд-во ЗАГС, 2007. - 368 с. [Электронный ресурс.] - Режим доступа: http://www.humanities.edu.ru/db/msg/86323.

Тема 10. Традиции и геополитика стран Африки и Латинской Америки

История наложила характерный отпечаток на традиции и геополитику стран Африки и Латинской Америки. Анализируя геополитические (региональные и субрегиональные) процессы, которые протекают на этих континентах, важно не упускати из вида время Больших географических открытий, многовековую историю колонизации и ее следствия, в частности искусственно созданные пределы после «отхода» англичан, французов, бельгийцев, испанцев, итальянцев, страшную нищету, неграмотность и другие социальные болезни, оставленные цивилизованными поработителями. Как правило, колонизаторы, идя, оставались, привязывая к метрополиям население прежних колоний и доминионов не силой оружия, а пуповиной финансового закабаления.

Север и юг : два мира

Геополитика наших дней под Севером понимает всю совокупность западной цивилизации, где главное внимание уделяется материальной, экономической стороне жизни. Север богат прежде всего потому, что строит всю свою жизнь, общественную систему на принципе максимальной выгоды, которую можно получить путем эксплуатации всех ресурсов (естественных, экономических, финансовых, человеческих и др.). Очень обстоятельно эта проблема рассмотрена в роботе М. Вебера «Протестантская этика и дух капитализма», а тема «Места физических рас» развитая в працях Ю. Еволи. Мы говорим об этих источниках потому, что успехи Севера в материальной сфере возведены некоторыми западными учеными не только в политический, но и в расовый, принцип. В таких странах, как Англия

США, Германия, нередко говорят и пишут о недоразвитости, варварстве, недочеловечности южного гондванического типа, который живет в окружении следствий. Человек Севера у них - это человек, который выделяет энергию, потоки творения, силы и мудрости. Это - признак нордизма. Подмена категорий сакральной географии категориями материальной или технической была самой вульгарной, негативной стороной национал-социализма, а теперь - разного хода мондиализма и атлантизма.

Своеобразно рассматривает эту проблему А. Дугин. Он пишет: «Суть Севера в сакральной географии - это примат духа над материей, окончательная и тотальная победа Света, Справедливости и Чистоты, над тьмой животной жизни, своеволием индивидуальных страстей и грязи низкого эгоизма. Материальный прогресс технической цивилизации сопровождался ужасным духовным регрессом, и богатство современного и «развитого» Севера не может служить критерием настоящего преимущества над материальной «бедностью» и технической отсталостью современного «примитивного Юга».

Действительно, за этой бедностью часто прячется духовное богатство: Китай, Индия, Россия, исламский мир, во многом противоположны в духовном плане Севера - «золотому миллиарду»1.

«Бедный Юг» - синоним третьего мира - появился во времена холодной войны, когда, по мнению мондиалистов, как первый мир выступали развитые страны Запада, второго, - страны социалистической системы, а третий мир - это территории, где много дешевых природных и человеческих ресурсов: прежде всего страны Африки, Латинской Америки, Азии и Среднего Востока.

Умело играя на религиозных и политико-идеологических расхождениях третьего мира, завоеватели Запада веками жилы за счет колоний и доминионов; новейшие формы колониализма - финансово-экономического - еще более утонченные, более жестокие, антигуманные. В итоге третий мир, или «бедный Юг», имея духовные преимущества перед Севером, не может быть серьезной альтернативой агрессору из Севера, а может стать союзником какого-либо нового геополитического силового поля, способного перекроить планетарное пространство. В 70-80-х гг. такой геополитической силой был второй мир, или лагерь социализма, но по ряду причин он потерпел поражение в «холодной войне» и был разрушен. Однако нелишне отметить, что конец второго мира значительно усложнил жизнь народов стран Африки и Латинской Америки.

Африка - «кипящий континент»

Важной составной частью мирового сообщества является Африка. Перед этим континентом», который «просыпается, стоит гамма сложных геополитических проблем, одни из которых имеют давнюю, многовековую историю, например, колониализм, работорговля и так далее, другие зародились или заострились недавно, охватывают сравнительно небольшой период, например, с разрушением СССР изменился баланс мировых геополитических сил, меняются социально-экономические, политические, духовные области жизни этого континента. Народы Африки сравнительно недавно получили политическую независимость, но в экономическом и социальном плане многие из них как и раньше не испытали на себе реальных позитивных изменений.

Среди большинства африканских стран не нашла поддержки концепция вестернизации, то есть ориентации их на социальные институты, эталоны права Запада, в частности США. В то же время не получила широкого развития и идея геополитического тяготения Африки («острова») к Евразии, в частности к Советскому Союзу.

За Африкой достаточно крепко утверждалась репутация наиболее конфликтной геополитической сферы планеты. В последнюю четверть XX в. стабильность там имела стойкую тенденцию к понижению. На континенте было зафиксировано 35 крупных вооруженных конфликтов, в которых погибло больше 10 млн человек, больше 90% из них - гражданское население. На континенте насчитывается почти половина общемирового количества беженцев (по разным оценкам - от 7 до 10 млн человек) и 60% перемещенных лиц (около 20 млн. человек).

Это обусловлено сложным переплетением разных конфликтогенных факторов: этнического, кланового, конфессиональной враждой, противоречиями социально-экономического и политического характера и другими причинами. Есть немало работ, особенно на Западе, которые значительно упрощают эту проблему, порой возводя конвульсивное развитие Африки к банальной схеме. Так, например, одной из первых праць, что положили начало теории развития, стала книга С. Хантингтона «О новом политическом порядке в обществах», которые трансформируются, где он, в частности, говорит: «Вторжение масс в политику порождает напряженность, которая может создать угрозу для политической стабильности и, как следствие, для самого развития»1.

Каких-либо глубоких работ с анализом геополитического положения Африки в научной литературе СССР, России, западных стран, самой Африки, практически нет. Есть попытки осмыслить отдельные направления геополитики и политологии: изучение проблем выбора пути социально-политического развития африканских стран в конце XX в.; роль диктаторских режимов и армии в жизни континента; конфликты и их типология; роль религиозного фактора в этически политическому жизни; культура и общество - синтез традиционного и современного; перспективы геополитического развития Африки в XXI в.

В начале 90-х гг. в Намибии прошла конференция «30 лет независимость Африки: итоги и перспективы», где как обобщающий вывод был сказан, что 30 лет независимость не принесла континент ни демократии, ни процветания, но еще более углубила экономический и политический кризис, то есть геополитически этот «остров» так и остался заковываемым к странам Западной Европы и США. Новая геополитическая ситуация, которая сложилась после разрушения СССР и стран социалистического лагеря, наложила дополнительный негативный отпечаток на геополитическое расписание в мировом балансе сил.

Современные африканские государства имеют разную социально-политическую и социально-экономическую направленность. Вместе с тем независимо от социальной ориентации и степени общественного развития характерным пределом африканских стран является борьба за ликвидацию вековой отсталости, укрепления своего социального суверенитета, экономической независимости, социального прогресса, за право распоряжаться богатством своих недр, своими человеческими и финансовыми ресурсами.

Африка в течение столетий раздирается этническими противоречиями. Именно кровопролитное из них началось в 1994 г. в Руанде и длилось почти два года. Правительство, которое находилось у власти, из радикально настроенных представителей народности хуту решил навсегда «закрыть» национальный вопрос, организовав массовое уничтожение «враждебной» народности тутси. Инициаторы вырезали больше 1 млн. человек. Это можно сравнить только с геноцидом армян в Турции в 1915 г., с действиями карателей времен фашистской Германии или «красных кхмеров» в Камбодже.

Самый характерный предел развития стран континента - незавершенность формационных процессов: относительно короткий период после завоевания ими политической независимости. На континенте сложно, а порой причудливо переплелись разные типы экономических отношений - от общинно-патриархальных к капиталистическим и социалистическим. Слабая социально классовая дифференциация общества, социальная структура включает остатки общинно-племенных и даже родовых отношений. В политической системе господствуют разные виды власти: авторитарно-военно-диктаторские, однопартийные, многопартийные, демократические и монархические. В сфере духовной идеологической жизни - широкий спектр разных убеждений: от традиционных африканских культур и верований к мусульманской и христианской религиям, буржуазным и социалистическим идеям.

По-видимому, как никакой другой континент, Африка хранит политическую и экономическую зависимость от внешнего мира, особенно от стран Западной Европы и США, транснациональных корпораций, международных финансовых центров. Эта зависимость постоянно стимулируется глобальными социальными проблемами: голодом, нищетой, болезнями, неграмотностью, низкой политической и общей культурой народа, острыми экономическими и политическими кризисами, заострением межэтнических, религиозныхпротиворечий.

Современная Африка в политическом плане является в основном авторитарными режимами (до конца XX в. они господствовали в 38 с 45 держал тропической Африки). Поэтому есть внутренние и внешние причины. К первым принадлежат экономическая отсталость, слабая социально классовая дифференциация общества, наследство колониальной системы (диктаторы - вожди племен, народностей, - ставленники колониальной администрации), отсутствие элементов гражданского общества и правового государства, низкая политическая культура населения, межэтнические противоречия, архаичная инфраструктура: плохие дороги, связь и др.

Но кроме внутренних причин формированию авторитарных режимов способствовало и противоборство двух мировых систем - капитализма и социализма - в борьбе за сферы влияния на континенте. На протяжении 30 годов Африка была полем разных видов соперничества этих двух систем. Эти системы удерживали у власти и кормили разных диктаторов, которые проводили их интересы. Народ, как правило, беспрекословно подчинялся диктаторам, каким бы чином они не приходили к власти. Население, за исключением национальной элиты, было объектом, а не субъектом политики и геополитических отношений. Отсюда и нестабильность во всех областях жизни Африки: после 1960 г. в независимых государствах континента состоялось больше 100 военных переворотов. Порой их осуществляли сержанты и лейтенанты, если им была обеспеченная поддержка из-за границы.

Специфическим феноменом большинства африканских стран остается особенная роль армии и политической оппозиции в виде сепаратистских движений. В глазах народа армия - гарант и символ государственной независимости, организация, способная установить и поддерживать хоть какой-то порядок внутри страны и добиться более или менее равноправных отношений с внешним миром. Армия является опорой и рычагом власти практически во всех странах Африки - в больших, как Нигерия, Заир, Судан, Эфиопия, Чада, Сомали, и меньших размеров.

В геополитическом, региональном расписании сил в Африке, естественно, большую роль играют страны, которые располагают более могучей (многочисленной, наученной, вооруженной и так далее) армией и значительным человеческим потенциалом. В конце XX в. на этом континенте под ружьем находились приблизительно около 2 млн. человек. Наиболее крупные армии: Египту - 448 тыс. (при населении больше 61 млн. человек), Марокко - около 196 тыс. (больше 28 млн.), Алжира, - около 122 тыс. (больше 28 млн.), Эфиопии, - 120 тыс. (50 млн.), Анголы - 82 тыс. (больше 11 млн.), ЮАР - 79 тыс. (40 млн.).

В североафриканских странах, которые исповедуют, как правило, ислам, усиливается течение, стремящееся создать «исламскую государственность». Исламские группировки фундаменталистского толку с начала 90-х гг. откровенно встали на путь экстремистских действий, «священной войны», не только против светских форм государственности (Алжир, Египет, Судан), но и против других религий и народов.

Следующим специфическим фактором «черного континента», который оказывает большое влияние на его геополитическое положение, являются межэтнические отношения. Этнический состав Африки - пестрая мозаика наций, народностей, племен. На континенте живет приблизительно 50 наций и народностей, 3 тыс. племен, которые говорят на тысяче языков. В результате колониального разграничения территории Африки государственные границы не имеют ничего общего из естественно географическими и историческими пределами обитания населения. 44% пределов проведено по меридианам и параллелям, еще 30% - по прямым и дугообразным линиям. Такое деление территории было миной замедленного действия, основой межэтнических конфликтов и войн. Подогревали их противостояние между Востоком и Западом, выбор пути социального развития, геополитических ориентации. Этот фактор способствовал возникновению не только локальных межэтнических конфликтов, но и кровопролитных войн, о чем выше уже говорилось.

С начала 90-х гг. XX в. в общественном сознании на континенте начали укореняться идеи межрегионального, межконтинентального сотрудничества. В столице Танзании - Дар-ес-саламе создан Африканский центр по урегулированию конфликтов. Сделано это, по словам сотрудников Центра, чтобы побуждать африканцев самостоятельно решать собственные проблемы, вместо того, чтобы полагаться на иностранное посредничество1.

Однако многие представители мондиализма считают, что его влияние будет настолько большим, что втянет в свою орбиту население Африканского континента. Но С. Хантингтон, о работах которого мы говорили в предыдущих разделах, на этот счет пишет: «Было бы явной глупостью считать, что из-за краха советского коммунизма Запад завоевал навеки весь мир»2. По его мнению, мировую геополитику будет определять конфронтация разных цивилизаций, где решающую роль начнут играть западная и незападная цивилизации. К последним он относил, как мы знаем, конфуцианскую, славяно-православную, латиноамериканскую и африканскую. На распределение, взаимодействие силовых полей на субрегиональном, континентальном и межконтинентальном уровнях действуют много факторов. Но решающее значение, считает С. Хантингтон, имеет то, что народы разных цивилизаций имеют разные представления о взаимоотношениях между Богом и человеком, индивидом и группой, гражданином и государством, о соотношении прав и обязанностей, свободы и власти, равенства и иерархии. Эти отличия порождены многовековой историей. Они более глубоки, чем отличия политических идеологий и режимов.

Доли Африки исторически давно связаны с долями всего мира. Этот континент стал колыбелью человечества, дал щонайпотужніші цивилизации (Древний Египет, Арабский Халифат и др.), но колониальная эпоха значительно затормозила развитие его народов, изолировала их от влияния мира. Колонизаторы (страны Европы) прививали населению новый образ жизни, которая резко отличается от традиционных ценностей. По получении независимости каждая из стран Африки выбирала свой путь развития: капиталистический или социалистический.

Но, как показала жизнь, западная и советская модели развития, которые не учитывают реалию жизни континента, привели к еще большему углублению экономического кризиса, социальной и политической нестабильности, региональных и этнических (включая и военные) конфликтов, к усилению голода, нищеты, росту зависимости от стран-союзников. Например, в середине XX в. объем производства товаров и услуг стран тропической Африки равнялся объему производства маленькой европейской страны - Бельгии. По данным экономистов Института Африки РАН, уровень производимого ВВП на континенте на душу населения в конце XX в. был более чем в 20 раз ниже, чем в развитых капиталистических странах. Другими словами, XXI в. большинство африканских стран встречают в состоянии системного кризиса, следствием которого является недоедание и даже голод, неграмотность, ужасающая детская смертность, эпидемии, десятки миллионов жизней, которые относят и поражающие. Плюс к этому экология, которая катастрофически ухудшается, и почти полное отсутствие средств, для охраны окружающей среды.

Перечислены и другие социальные «болячки» заостряют гонку вооружений, военные конфликты. Например, ежегодная иностранная помощь странам континента составляет 11 млрд дол., а расходы на вооружение и содержание военных превышают 12 млрд. В сущности, на грани национальной катастрофы стоят Эфиопия, Ангола, Заир, где практически не утихают военные столкновения и даже войны: Эфиопия - Еритрея, в Анголе военная группировка УНИТА контролирует значительную часть территории, включая водное и воздушное пространство.

Военные столкновения происходят в Мозамбике, Судане, Сомали, и в некоторых других странах. Одной из основных причин столкновения есть слабость национальных экономик. Как считает профессор Жорж Нзонгола Нталажа (Заир), виновниками краха за-ирской экономики являются США, Франция и Бельгия. По его мнению, эти государства действовали в стране «исключительно в интересах правящей марионеточной клики, которая больше заботилась о личном обогащении, чем об интересах народа».

Геополитическое положение Африки, ее позиция в системе международных отношений во многом зависят от коренного изменения международного экономического порядка в интересах формирования лучших (льготных) условий для этого континента. Пока же этот

неоколонизации они могут только на базе объединения всех областей общественной жизни большинства стран континента: экономической, социальной, политической, духовной. Но решить эту задачу в начале XXI в. представляется нереальным в силу ряда причин (о большинстве из них выше сказано). Следовательно, в геополитическом плане Африка больше тяготеет к Западу, хотя процесс этот сложен, динамический и противоречивый.

Политика России относительно урегулирования африканских конфликтов пока еще остается пассивной, как и относительно стран Ближнего Востока. В Россию, как правило, не обращаются ни за помощью, ни с просьбами о посредничестве. Причин потому много, а самые главные же - ее экономическая и соответственно военная несостоятельность, а также низкий авторитет, в глазах народов этих и других регионов мира.

Латинская Америка : геополитические отношения и современность»

Сразу же можно отметить, что исторически - по мере укрепления экономической, военной, финансовой мощности и политического веса США - Латинская Америка постепенно втягивалась в геополитическое поле северного соседа. И в настоящий момент Соединенные Штаты занимают в абсолютном большинстве стран этого континента гегемонистское положение. «Прибирать к рукам» латиноамериканцев они начали еще в первой четверти XIX в.

В конце 1823 г. президент Соединенных Штатов Дж. Монро обратился к Конгрессу со специальным посланием, которое появилось результатом обобщения и развития теории и практики внешней политики США и получило название доктрины Монро. Эта доктрина была разработана на заседаниях американского правительства в связи со слухами об угрозе интервенции со стороны Священного союза (Россия, Австрия, Пруссия) к Латинской Америке с целью возобновления прошлого господства Испании в ее американских колониях. Вот такой надуманный повод был использован США для утверждения своей гегемонии в южном полушарии континента. В параграфе 7 доктрин выдвигался и развивался «принцип, который закрепляет колонизацию»: «Американские континенты ввиду свободного и независимого положения, которого они добились и которое они сохранили, не должны рассматриваться в дальнейшем как объект для будущей колонизации любым европейским государством».

А в параграфах 48 и 49 обосновывался принцип разделения мира на европейскую и американскую системы. В доктрине подчеркивалось, что любая попытка со стороны Священного союза «распространить их систему на любую часть нашего полушария является опасной для нашего покоя и безопасности».

В данном документе в дипломатически завуалированной форме были заложенные интересы плантаторов - рабовладельцев Полдня и крупной буржуазии Севера в экспансии, создании благоприятных условий для расширения территории США и выдвижения лозунгов, теоретически реабилитирующих «подавляющие права» США на Американском континенте. «Подавляющие права» северного соседа возводились к простой геополитической идее: рост могущества и благосостояния страны связывался с расширением территории американских штатов. «Эта экспансия нашего населения и присоединения новых штатов оказали счастливое влияние на все высшие интересы Союза. Это в огромной мере увеличило наши ресурсы и прибавило нам силу и достоинство государства, признанного всеми. Абсолютно очевидно, что, расширяя базис нашей системы и увеличивая число штатов, сама эта система сильно укреплялась в обеих своих частях» - зафиксировано в документе.

«Подавляющие права» США, провозглашенные в доктрине Монро, реализовались в 1924-1926 гг. против Кубы и Пуерто-рико, когда силами Колумбии и Мексики американцы подчинили себе кубинцев и пуэрториканцев, а в 40-х годах XIX в. в Мексику в знак «благодарности» за ее усилие по закабалению Кубы американцы отторгли Техас, орегон и Калифорнию. На этот счет президент Д. Полк в грудных в 1845 г., обращаясь к Конгрессу, лицемерно утверждал, что только сам народ «имеет право определять свою собственную судьбу. Если какая-либо его часть, образовывая независимое государство, предложит объединиться из нашей конфедерацией, то этот вопрос будет решаться ими и нами без какого-либо вмешательства».

После более чем 150 лет США, действуя так же, сначала организуют «независимое государство», будь то в Латинской Америке, Африке, на Балканах, в Восточной Европе или в другой геополитической точке планеты, а затем вводят туда свои «миротворческие» войска. О решении осуществлять функции «международной полицейской силы» (сначала относительно стран Латинской Америки) США объявили еще в 1895 г. (доктрина госсекретаря Г. Одни), подтвердили в 1904 г., когда президент Т. Рузвельт прямо заявил, что в западном полушарии расположение Соединенных Штатов к доктрине Монро может заставить их в случае внутренних беспорядков и бессилия в латиноамериканских странах осуществлять функции «международной политической силы».

Реализовывая эту функцию, в начале XX в. США организуют многочисленные интервенции на Кубу, к Мексике, на Гаити, в середине века - в Доминиканскую республику, Никарагуа, в конце - в Гренаду, Панаму и другие страны. Начиная с 50-х гг. XX в. и до конца второго тысячелетия вмешательства США у жизни упомянутых, а также других стран континента, практически не прекращалось: национально-освободительное движение, которое растет, в Латинской Америке в первую очередь было направлено против бесцеремонного северного соседа и его ставленников («Самоса - прежний диктатор Никарагуа - сын суки, но наш сын» суки, - говаривал президент США Ф.Д. Рузвельт).

Большинство латиноамериканцев розга негативно относятся к доктрине Монро. По словам прежнего президента Гондураса П. Бонилья, даже «упоминание об этой доктрине считается в странах Латинской Америки обидой их достоинства и их суверенитета и в то же время угрозой их независимости».

Конец XX в., конечно, внес изменения в геополитическую систему силовых полей континента. Возникли и активизируются новые процессы в политике, экономике, которые во многом обусловлены ускорением научно-технического прогресса, формированием транснациональных компаний, то есть глобализацией всех областей общественной жизни планеты. Важной особенностью этих изменений является то, что в их орбиту втягиваются все страны мира. И Латинская Америка в полной мере испытывает на себе позитивное, а также и негативное действие новой обстановки. Страны континента, несмотря на противодействие США, в силу прежде всего объективных причин ищут пути интеграции в мировую экономику. Внутренними причинами интеграции появились: застой в экономике стран Латинской Америки (он характерен для большинства из них), неконкурентоспособность их продукции на мировом рынке, неустойчивое хозяйственное развитие, рост безработицы, инфляции, социальной напряженности и др.

Но как важнейшая внешняя причина можно назвать глобализацию мировой экономики. Это один из ключевых мирохозяйственных процессов современности. Происходит качественная трансформация мировой экономики. Кроме того, глобализация выступает как одна из движущих сил научно-технического прогресса, обновления производства и ускорения темпов роста производительных сил, усиления взаимодействия всех форм международного экономического обмена (мировой торговли, вывоза капитала, научно-технического сотрудничества, и так далее). Но она же несет резкое заострение конкуренции во всех субрегионах континента, усиления экономической неустойчивости: учащение колебаний хозяйственной конъюнктуры, увеличения безработицы, роста банкротств, снижения оплаты труда рабочих и служащих.

Конечно, политика интеграции в мировую экономику принесла народам Латинской Америки и определенные выгоды: позволила снизить инфляцию и возобновить экономический рост, обеспечить сравнительно высокие темпы роста торговли (за десять лет - с 1987 по 1996 гг. экспорт вырос приблизительно в 3 раза, а импорт - в 4 раза), приплыл иностранного капитала за этот период составил почти 330 млрд. дол.

Но за фасадом видимого благополучия прятались много негативных явлений и тенденций: импорт по темпам роста опережал экспорт (отсюда пассивные сальдо в торговле больше). Особенно значительным оказался дефицит внешней торговли у Бразилии, Колумбии, Перу, Доминиканской республики. Развитие экспорта не стало мотором, движущим внутренний экономический прогресс. Страны региона не смогли занять крепкие позиции на мировом рынке. Темпы роста ВВП оказались значительно ниже, чем в 50- 70-х гг., когда экономика регулировалась государством (в 50 - 70-х гг. роста ВВП составляло 4,8 - 5,3%, в 90-х - 2,7%). Удельный вес стран региона в мировом товарообороте к середине 90-х г. снизил против уровня конца 70-х гг. на 0,5%.

Резкое увеличение импорта усложнило положение национальных производителей, вызывало волну банкротств, роста безработицы и социальных конфликтов. Особенно сильно это ударило по обрабатывающей и легкой промышленности (производство обуви, одежды, мебели, инструментов). Половина предприятий данной сферы производства обанкротилась. Начался процесс деиндустриализации и структурной перестройки экономики, то есть продолжение политики превращения стран Латинской Америки в сырьевой придаток США, Канады, Европы. Под воздействием мирового рынка регион все больше ориентируется на добычу и первичную переработку минерального сырья и сельскохозяйственной продукции. Металлообработка, машиностроение, электротехника и другие сферы передового промышленного производства, в большинстве стран переходят от замкнутого производственного цикла к монтажу и сборнику продукции из импортных деталей и узлов. В страны Латинской Америки США переводят другие предприятия, производства, и не только по экономическим, но и по экологическим, причинам.

До конца XX в. Россия усилила внимание к Латинской Америке. Но смотреть на этот континент придется не как на единственный центр силы, а, подобно Африке, как на конгломерат разнородных стран, но с учетом их стремления к интеграции и многосторонним организациям, которые сложились. Многосторонние формы взаимодействия должны подкрепляться двусторонними связками. Отношения между Россией и конкретными странами владеют своей спецификой. В основе всех связей, безусловно, должны лежать совпадающие геополитические, геостратегические интересы, которые включают всю гамму их составляющих. Определяет в их отношениях есть тот факт, что Россия и большинство стран Латинской Америки находятся в похожей фазе развития и решают похожие задания, - общественной модернизации, перекраивания мирохозяйственных связей. По своему экономическому весу РФ и такие региональные государства, как Бразилия, Аргентина, Мексика, оказались почти в ровном положении: их голоса страны «семерки» слушают, но в расчет почти не принимают. Поэтому государства континента стоят перед опасностью маргинализации в мире, что формируется, мегаблоков. Россия и юг Американского континента в геостратегическом плане оказываются поза тремя полюсами экономического, политического и другого развития: североамериканского, западно-европейского и тихоокеанского (наиболее динамического полюса).

Другой фактор, который объективно сближает интересы РФ и держал Латинской Америки, - незаинтересованность в однополюсном миропорядке, потребность в механизмах запрещения гегемонистских устремлений в геополитике США. Лидеры стран континента накопили в этом отношении некоторый опыт и все чаще приходят к выводу о необходимости создания общего латиноамериканского фронта борьбы против северного соседа. Например, в мае в 1996 г. «Группа Рио» (14 наиболее влиятельных государств континента) выступила с резким осуждением закона Хелмса - Бертона от 12 марта в 1996 г., который усиливает торгово-экономическую блокаду Кубы. «Группа Рио» рекомендовала Межамериканскому юридичес кому комитету, а также Международному суду, в Гааге дать данному закону правовую оценку.

Со странами Латинской Америки Россию сближает и похожая ситуация стран-должников, конкуренция, которая усиливается, на рынках товаров и услуг, близость подходов к проблемам международной безопасности, укрепления режима нераспространения ядерного оружия, урегулирования региональных и межгосударственных конфликтов и др.

Одной из форм диалога России со странами Латинской Америки стали контакты с Организацией американских государств (ОАГ). Эта организация постоянно усиливает свое влияние в процессах политической и экономической интеграции в западном полушарии. Поэтому статус постоянного наблюдателя в ней, которого РФ приобрела в 1992 г., расширяет возможности русского сотрудничества с регионом на многосторонней основе, хотя Вашингтон делает все от него зависимое, чтобы эти возможности ограничить. Почти півстолітній опыт работы ОАГ при наличии хорошей воли лидеров РФ и зарубежья ближнего, может полностью стать в случае для организации деятельности СНГ.

Производительной может очутиться сотрудничество России с двумя такими крупными экономическими объединениями, как НЕФТЬ и МЕРКОСУР.

НЕФТЬ - Североамериканская ассоциация свободной торговли создана в 1992 г. В нее вошли США, Канада и Мексика. Предусматривалось, что до 2005 г. в нее войдут все страны континента от Аляски к Огненной Земле, но очень «разные весовые категории» оказались у стран - участниц проекта, и создание наибольшего общего рынка застопорилось. Об этом говорилось на встрече лидеров американского континента в начале XXI в. в Ванкувере. Можно считать, что влияние НЕФТЬ на расстановку сил в мировой геополитике (прежде всего через экономику) будет расти.

МЕРКОСУР создана в 1991 г. Сначала в нее вошли Бразилия, Аргентина, Парагвай и Уругвай. Присоединение к группе в 1996 г. Чили значительно изменило ее геополитическую внешность: она вышла в Тихоокеанский регион, выросли ее политические и экономические возможности, потенциал противостояния мегаблокам. В перспективе МЕРКОСУР и «союз четыре» - Россия, Беларусь, Казахстан, Киргизия, - могут объединить усилие для совместимого противостояния на севере континента и в Тихоокеанском бассейне. Пока еще РФ и латиноамериканские государства находятся вне интеграционных процессов в азиатско-тихоокеанскому регионе. Их стремление активно войти в АТР может стать хорошей основой для взаимной поддержки, совместимых действий. Для этого сделаны некоторые ходы: Россия, Мексика, Чили и Перу, является членами Совета Тихоокеанского экономического сотрудничества. Совет объединяет представителей правительственных, научных и деловых кругов и может служить хорошим инструментом для разработки и реализации совместимых проектов.

Кроме того, Мексика и Чили как члены Ассоциации азиатско-тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЕС) заняли нейтральную позицию при вступлении России в эту организацию свободной торговли и инвестиций.

Большая возможность сотрудничества РФ открывается в сфере новых тонких технологий. В Латинской Америке есть немало покупателей русских технологий, и особенно из сферы ВПК, в частности вооружений. Можно считать, что именно это встретит наибольшее сопротивление со стороны США. Но южноамериканцы хорошо подстраховали эту программу. Закупки тонких (особенно военных) технологий финансирует Межамериканский банк развития (МАБР) - второй по величине международный банк с уставным капиталом в 4 млрд. дол. Он спонсирует ассоциацию «Программа Боливар», которая занимается покупкой тонких технологий. Военная техника - одна из немногих на сегодняшний день высококонкурентноспособных статей русского экспорта. Спрос на нее в регионе, особенно в Бразилии, Перу, Колумбии, очень большой. Армии этих стран активно реформируются, технически переоснащаются. Значит, это начало цепной реакции, стимул для военных реформ в других странах континента.

Пока же объем торговли РФ со странами Латинской Америки сравнительно небольшой - около 1 % общего внешнеторгового оборота. Наибольший удельный вес приходится на торговлю с Кубой. В русско-кубинских отношениях в настоящий момент преобладает прагматичное начало, учитываются геополитические интересы России. Например, несмотря на сильный натиск со стороны США, угрозу применения экономических санкций, Москва сохранила за собой пользование на условиях аренды стратегическим объектом - радиоэлектронной станцией в Лурдесе, то есть Россия заявила в данном случае о себе как о сильном геополитическом субъекте, а не объекте влияния. Поддержка Россией Кубы усиливается, что в перспективе дает большой шанс приему Острова Свободы в НЕФТЬ. Два других члена этой Ассоциации - Канада и Мексика - занимают первое и второе места по объему инвестиций в экономику Кубы. Таким образом, Куба может рассматриваться Россией как надежный торговый партнер с большими возможностями и как мост (ворота) на север и юг западного полушария.

Хорошие перспективы укрепления всесторонних связей есть у России с Мексикой, особенно в области газовой и горнодобывающей промышленности, энергетики и транспорта, в аэрокосмической сфере.

Укрепляются связки России с Венесуэлой. Начало им положило лист президента Венесуэлы Хосе Тадео Монагаса императору России Александру II 22 марта 1856 г., в котором высказывалось пожелание открыть взаимные торговые и дружественные отношения. Наиболее полными отношения России с Венесуэлой были с 1975 по 1991 гг., когда действовало известное соглашение о сотрудничестве между СССР, Венесуэлой и Кубой, о снабжении нефти. В 1996 г. к Венесуэле нанес визит министр иностранных дел России Е. Примаков. Он вывел двустороннее сотрудничество на качественно новый уровень. Подтверждение этому - возобновление деятельности нефтяного четырехугольника: Россия - Венесуэла - Куба - Европа. Венесуэла снова поставляет нефть на Кубу, а Россия - в Европу. Координация снабжений нефти и газу в начале XXI века, когда усилилось противоборство стран «золотого миллиарда» и ОПЕК.

Другим хорошим геополитическим ходом во время того же визита к Латинской Америке было провозглашение концепции многополярного мира. На этот призыв сразу же отозвалось руководство Колумбии, которое пригласило РФ вступить в международную группу государств «друзей Колумбии» (у нее уже входят Испания, Венесуэла, Мексика и Коста-Рика).

Один из старых и наибольших торговых партнеров нашей страны в Латинской Америке - Аргентина. Связки с этой страной за последние пять лет значительно усилились. Товарооборот вырос в 2 раза. В перспективе вырастет сотрудничество в области атомной энергетики, тонких научно-технических технологий и космоса. Расширяются также связки на региональном уровне.

Бразилия проявляет интерес к сотрудничеству в сфере вооружений, особенно к противовоздушным зенитно-ракетных комплексов «Игла», С-300 и С-400, а также совместимого строительства экспериментальной аэродинамической трубы.

По оценкам специалистов Института Латинской Америки РАН, если связки России из южнее американскими государствами будут развиваться темпами конца XX в., то в начале тысячелетия, которое наступило, объем ее внешней торговли с этими государствами может составить 7-10% русского экспорта.

Но несмотря на противодействие США, авторитет и влияние России, в Латинской Америке в конце XX в. постоянно рос. Подтверждениям потому может служить Всемирный конгресс латиноамериканистов и карибологов (ФИЕАЛК), что впервые за последних в 23 году прошел в Москве в конце июня в 2001 г. На него приехало рекордное число участников - около 1,5 тыс. человек из 53 стран. В рамках конгресса прошел Деловой форум Россия - Латинская Америка, в котором приняли участие около 200 бизнесменов из России и приблизительно 100 - из Латинской Америки. На Деловом форуме констатировалось, что торговый потенциал у России и стран Латинской Америки огромен, хотя в начале XXI в. товарооборот между двумя субъектами составляет мизерную часть от товарооборота в 1985 г. Да, в стоимостном выражении объем экспорта СССР к Латинской Америке и странам Карибского бассейна в 1985 г. был 46 млрд. дол., а в 2000 г. - только 699 млн., импорту - соответственно 49 млрд. и 933 млн.

Поддерживает торговые отношения с эквадорскими и колумбийскими фирмами «Автоваз», Владимирский тракторный завод поставляет детали для сборника к Венесуэле. Но для улучшения отношений необходимо наладить прямые контакты - через Тихий океан, а не через Атлантику, как это делается в настоящий момент. Наиболее перспективными странами в налаживании прямых торгово-экономических связей является Чили, Перу и Мексика. Чили - страна с экономикой, которая стабильно развивается. Ее ключевые отрасли: горно-рудная, сельскохозяйственная и рыболовецкая. Перу заинтересованная в развитии судоходства, рыболовства и горно-рудной промышленности. Но наибольшим партнером России в Тихоокеанском бассейне может стать Мексика. Она готова к сотрудничеству в нефтяной и газовой промышленности и сельском хозяйстве.

Тихоокеанское сотрудничество может стать намного шире, вобрав у себя вопрос культуры, экологии, образования, науки, и так далее Проблема налаживания такого сотрудничества приобретает особенную актуальность в связи с будущими встречами в верхах АТЕС в 2002 и 2004 гг. в Мехико и Сантьяго.

Следовательно, очевидно, что геополитические контакты России с южноамериканскими странами идут «вглубь», переходят на уровень регионов. Однако большая роль в реализации проекта усиления связей с африканскими и латиноамериканскими государствами принадлежит государственным органам, которые выходя прежде всего из геостратегических интересов России должны подготовить федеральную программу развития связей с этими континентами. Тогданынешние побеги сотрудничества дадут в XXI в. весомые плоды- не позволят хранить нынешний монополярный мир.