5.3.2. Социальные пробы и опыты подростков

Девиз, которым руководствуется подросток, гласит: «Я сам себе хозяин». Под этим может пониматься многое и разное, но чаще что-то неопределенное. Тем не менее, в поведении появляются демонстрации независимости. Вероятно, важен сам принцип: заявить о своем стремлении к независимости («пусть весь мир знает»). Справедливости ради стоит отметить, что явно независимость демонстрируют не все подростки, у некоторых независимость проявляется лишь в мечтах. Но мотивы личной свободы пробиваются практически у всех.

В своем стремлении к независимости подростки покушаются на самое глубокое и священное – на привязанность к родителям. Жить без привязанности, без межличностной поддержки нельзя, поскольку потребность в общении (во внимании, понимании и принятии – см. 3.3.) продолжает требовать своего удовлетворения. А зависимость от родителей как от «базы» (см. 4.4.2.) уже сильно начинает тяготить. Поэтому естественным решением являются поиски новой базы – человека, который мог бы стать заменой родителям в той части, которая являет собой глубоко иррациональную опору в жизни существ. В доступных этому возрасту терминах поиски проявляются как «поиски друга (подруги)». Требования к «базе» в подростковой версии состоят в следующем:

1. Обеспечивать круглосуточный доступ к себе – искомый человек в любое время должен быть готов к беседе, поддержке, совместному действию. Если же по какой-то причине этот человек уклоняется от встречи, то доверие к нему как к другу (а в действительности как к «базе») заметно падает или даже полностью разрушается.

2. Поддерживать исключительную верность близким отношениям – никто другой не должен быть в столь же близких отношениях с ним. Поэтому подростки проявляют нетерпимое отношение к всякой конкуренции со стороны третьих лиц. Одна девочка расстроилась, когда ее подруга не захотела провести с ней выходной, сославшись на то, что едет к бабушке. И обиделась, когда в воскресенье из окна троллейбуса увидела свою подругу в компании с другой девочкой. На этом их «дружба» прервалась.

3. Оказывать безусловную поддержку. В отношениях с третьими лицами всегда и во всем быть на «моей» стороне, быть «за меня». В значимых контактах наедине – таких как доверительные разговоры, обсуждение дел и отношений со сверстниками и родителями – этот человек должен поддерживать позицию друга (подруги), в большинстве случаев соглашаться и т.п.

Хорошо виден экстремизм в требованиях: тотальный доступ, абсолютная верность, безусловная поддержка. Столь жестким требованиям, да еще и взаимно предъявляемым друг другу, очень трудно соответствовать. Поэтому у подростков часты разрывы в отношениях, но столь же часты и новые «дружбы». Столь частые контакты позволяют подростку получить богатый опыт конструирования межличностных отношений. Подростки проходят что-то вроде «социальных курсов», где они выступают экспериментаторами, которые учатся строить нужные им межличностные «конструкции» с заранее заданными личностными и коммуникативными характеристиками. Это социальное конструирование позволяет не только лучше понимать людей, но и лучше понимать себя. В этом заключается глубинный, почти не осознаваемый смысл экспериментирования с «базой» – уточнить требования к самому себе, стать действительным хозяином самому себе.

Второе направление социальных экспериментов – презентация себя в разных версиях: то одним, то другим. Создается впечатление, что какая-то внутренняя программа вынуждает подростков быть нелогичным, непоследовательным, спонтанным, резковатым. Если оценить такие проявления позитивно, то это, с одной стороны, поведенческая пластичность, гибкость, даже если не всегда поведение адекватно ситуации. С другой стороны, это опыт разной самоподачи с получением обратной связи от окружающих: по их реакции оценивая, насколько ему подходит то поведение, которое он предлагает им для символической «дегустации». Наблюдая реакцию различных людей, подросток использует их как некое «социальное зеркало».

Известно, что подростки немало времени проводят перед зеркалом, разглядывая и оценивая себя. Они высматривают в себе то что-то привлекательное, то расстраивающее, то настораживающее… Глядя в зеркало, они даже вносят в отражаемый образ желаемые изменения. Нечто похожее происходит и в социальном плане, они как будто активно собирают впечатления разных людей о себе, сознательно собирая образ себя (отраженное Я). Меняя свое поведение, он получает разные отклики, и так многие сотни раз. Примерно так же ребенок когда-то осваивал предметный, испытывая свойства вещей: бросая многократно игрушку, щелкая дверцей, ломая подарки и т.п. Теперь сменился предмет исследования, которым стали качества и отношения людей, тогда как стратегия изучения осталась примерно той же.

Это еще одна сторона социальных экспериментов – испытание. Вероятно, первым, даже основным, объектом испытания является сам подросток, пытающийся определить границы своих возможностей. Испытание себя – это часть работы по самопознанию, которое в перспективе устремлено к самоопределению. Подростки уже знают, что есть границы их возможностей, но каковы именно эти границы, еще нет. Поэтому они и стремятся дойти до предела своих границ. Это ведет их порой к довольно опасным действиям.

Но испытательная активность не ограничивается направленностью только на себя. Поймав новую волну, школьники начинают направлять свою тестовую (оценивающую) активность на кого и на что угодно. В фокус тестирования быстро попадают главные авторитеты – родители и особенно учителя. В некотором смысле это вторая волна «тестового» непослушания, на новом уровне развития повторяющая кризис раннего детства. В результате «тестирования» подросток получает, как минимум, двойной результат: испытывает пределы своих возможностей по «доставанию» взрослых, и узнают пределы выносливости последних. Моральные соображения о том, допустимо ли такое тестирование и в каких пределах, похоже, чаще всего не волнует подростков.

В том же направлении работает и тестирование подростками своих отношений как со сверстниками, так и со взрослыми. «Подростки, формируя клики и стереотипизируя себя, свои идеалы и своих врагов, не только помогают друг другу временно справляться с тяжелым положением, в которое они попали, но к тому же, извращенно испытывают способность друг друга хранить верность» [Эриксон 1996, с. 368]. Отсюда порой неожиданные или нелогичные поступки, резкие повороты и т.д. Похоже, подростки впадают в раж тестирования, поскольку они овладели процедурой, которая позволяет оценивать людей. А оценка, как мы уже обсуждали, является очень сильным средством воздействия на людей (см. 5.1.2.).

В подростковом возрасте наблюдается частая смена рода занятий. Значительная часть школьников поочередно ходят в различные кружки и спортивные секции, надолго не задерживаясь в них. Принято истолковывать это непостоянство как проявление любопытства и слабой целенаправленности. Вместе с тем, позитивный смысл смены увлечений состоит также в том, что подросток и здесь проводит испытание, своей личности в том числе. В частности, в практических пробах подросток узнает, нравится ли ему то или иное занятие. А это имеет прямое отношение к тому, что в учебниках называют направленностью личности. Под последней следует понимать устойчивые интересы и жизненную устремленность, которые характеризуют данного человека.

Тестовая активность имеет еще одну особенность. Многие подростки испытанию подвергают даже свою судьбу. Небольшая часть из них увлекается исследованием границы между опасным и неопасным, рискуя своей жизнью. Другие же на деле пробуют иные «особые темы»: суицид, демонстративный разрыв значимых отношений, депрессивные погружения, сексуальные крайности, противоправные поступки и т.д. По внутренней (личностной) логике это то же самое испытание себя, но с важным дополнением – переживанием специфического чувства особенности, почти избранности, особенной индивидуальности. Действительно, разве простые люди способны на такие переживания, чувства, поступки и т.п. Такое упоение своей исключительностью, с одной стороны, оказывает поддержку индивидуальности, понимаемой как отличие от других, а с другой стороны, наполняет жизнь «адреналиновой» энергетикой, набрасывая на нее флер романтизма. Как же при этом не полюбоваться собой – героем историй, так похожих на мифы, легендарные истории и кино.

Необходимо отметить и еще одно направление социальных экспериментов, сильно замешанных на испытании. Это универсальный протест против всего. В этом протесте сплавились сразу несколько линий. Это и стремление к независимости, особенно ее демонстрация, поскольку «выступить против» переживается как не быть в подчинении. Это и особая самопрезентация себя как смелого и принципиального. Это и тест, позволяющий подросткам оценить степень устойчивости системы, определить запас ее прочности, допустимые границы ее нарушения. Так же, как свойства вещей изучаются через попытку их разрушения, свойства социальной системы также исследуются через неподчинение правилам.