46 История финансовых пирамид и денежных маний

не исповедовавший никакой иной религии, кроме заповедей профессионального игрока, охотно согласился и был конфир- мован аббатом де Тенсеном в Меленском кафедральном собо- ре в присутствии огромной толпы наблюдателей *.

На следующий день Ло избрали почетным церковным ста- ростой прихода Сен-Рош, по случаю чего он пожертвовал цер- кви пятьсот тысяч ливров. Его благотворительные деяния, всегда величественные, не всегда были столь показными. Он жертвовал огромные суммы частным образом, и ни одна исто- рия о реальной нужде не достигала его ушей напрасно.

В ту пору он был влиятельнее любого человека в государстве. Герцог Орлеанский настолько верил в его прозорливость и успех его планов, что консультировался с ним по любому текущему делу. Ло не проявлял никакой излишней помпезности в связи со своим тогдашним процветанием, а оставался таким же простодушным, приветливым и здравомыслящим человеком, каким он проявлял себя в не лучшие для него времена. Его галантность, всегда очаро- вывшая ее прелестных объектов, была по своей природе столь любезной, столь приличествующей джентльмену и столь почти- тельной, что даже влюбленные в объекты его галантности муж- чины на нее не обижались. Если в каком-либо случае он и проявлял признаки надменности, то она относилась к раболепным дворя- нам, расточавшим ему льстивые похвалы, в которых чувствова- лась фальшь. Он часто получал удовольствие, видя, как долго он может заставлять их ходить перед ним на задних лапках ради од-

* В связи с этим событием имела хождение следующая эпиграмма:

Foin de ton zele seraphique,

Malheureux Abbe de Tencin,

Depuis que Law est Catolique,

Tout le royaume est Capucin!

Она в какой-то степени вольно и парафрастично воспроизводится Жюстансо- ном в его переводе «Мемуаров Людовика XV»:

Tencin, a curse on thy seraphic zeal, Which by persuasion hath contrived the means To make the Scotchman at our altars kneel, Since which we all are poor as Capucines!

(«Тенсен, будь проклято твое ангельское рвение, которое, поддавшись угово- рам, ухитрилось найти способ заставить шотландца преклонить колени у на- шего алтаря, и с той поры мы все бедны, как капуцины!») Прим. автора

МИССИСИПСКИЙ ПЛАН 47

ной-единственной услуги. К своим же соотечественникам, слу- чайно посетившим Париж и искавшим встречи с ним, Ло, напро- тив, был сама вежливость и внимание. Когда Арчибальд Кэмпбелл, граф Айлейский, впоследствии герцог Аргайллский, приехал к нему на площадь Вандом, ему пришлось пройти через вестибюль, заполненный особами высочайшего ранга, жаждущими встре- титься с великим финансистом, дабы тот вписал их первыми в какой-нибудь новый подписной лист. А Ло между тем преспо- койно сидел в своей библиотеке и писал письмо о высаживании кочанной капусты садовнику отцовского поместья в Лористоне! Граф пробыл у него довольно долго, сыграл с соотечественником партию в пикет* и уехал, очарованный его непринужденностью, здравым смыслом и хорошими манерами.

Из дворян, за счет тогдашнего людского доверия наживших суммы, достаточные для поправки их пошатнувшихся финан- совых дел, можно упомянуть имена герцогов: де Бурбона, де Гуиша, де ла Форса (de la Force)**, де Шолнэ и д'Антена; мар- шала д'Эстрея; принцев: де Рогана, де Пуа и де Лиона.

Герцог де Бурбон, сын Людовика XIV от маркизы де Мон- теспан, был особенно удачлив в результате спекуляций с Мис- сисипскими ценными бумагами. Он заново отстроил с небывалым великолепием королевскую резиденцию в Шанти- льи и, будучи страстным любителем лошадей, построил не- сколько конюшен, которые долго славились на всю Европу. Герцог импортировал сто пятьдесят самых лучших скакунов из Англии для улучшения породы во Франции. Он купил боль- шой участок земли в Пикардии и стал владельцем почти всех полезных земель между Уазой и Соммой.

Если уж сколачивались такие состояния, то неудивительно, что деятельная часть населения чуть ли не молилась на Ло. Ни

* Карточная игра. Прим. перев.

** Герцог де ля Форс нажил значительные суммы не только биржевой игрой, но и сделками с фарфором, специями и т.д. Долгое время в парижском парламен- те обсуждался вопрос, не потерял ли он, как торговец пряностями, право на звание пэра. Вопрос был решен отрицательно. Была нарисована карикатура, на которой он, одетый как уличный носильщик, тащит большой тюк с пряностя- ми, на котором написано «Admirez La Force».*) Прим. автора. *) Admirez la Force — полюбуйтесь на силу (фр.) (в карикатуре обыгрывается имя герцога де ля Форса, которое переводится как «сила»). Прим. перев.