характерен приоритет определенных познавательных механизмов, например, разума для философии, чувств для искусства, интуиции для религии и т. п.

5. Проблема истины

Истина выступает в качестве цели познавательной деятельнос­ти, характеризуя природу знаний как достоверной информации о действительности. Вместе с тем как определить достоверность наших знаний? Этот вопрос по-своему конкретизируется в различ­ных познавательных формах, однако наибольшее значение пробле­ма определения истины и ее критериев имеет для форм теорети­ческого познания (философии и науки).

Классическое определение истины восходит еще к Аристоте­лю, для которого истина - это соответствие (корреспонденция) знаний действительности. Возможность такого соответствия обес­печивалась следующими аргументами: а) существует объектив­ный мир, не зависящий от психологических установок субъекта; б) есть однозначное соответствие между предметом и его образом (сознание - это отражение объективных явлений); в) заблуждения и предрассудки преодолеваются посредством согласования мыш­ления с опытом (эмпиризм), либо с помощью логической проверки самого мышления (рационализм). Соответственно для классичес­кой (корреспондентской) концепции истины мир познаваем, а ис­тина существует как объективно-всеобщее, логически непротиво­речивое и абсолютное знание.

Начиная с И. Канта, философия приходит к выводу, что объект познания всегда скоррелирован с познавательными возможностя­ми и интересами субъекта, а истина описывает не столько объек­тивное положение дел, сколько сферу человеческой субъективнос­ти, учитывая динамизм которой проблематично говорить о вневре­менном и абсолютном характере истинных знаний. Особую роль в девальвации корреспондентской теории сыграл также кризис в физике к. XIX - нач. XX вв., разрушивший веру в объективно ней­тральный по отношению к субъекту статус физической реальности (теория относительности, квантовая физика).

В неклассической философии, с одной стороны, были предпри­няты попытки трансформации теории корреспонденции к новой интеллектуальной ситуации (марксистская концепция и семанти­ческое определение истины А. Тарского), с другой стороны -офор-

107

мляются новые неклассические концепции (когерентная, конвен- ционалистская, прагматическая, феноменологическая).

• Марксистская концепция говорит об объективном содержа­нии наших знаний, которые одновременно субъективны по форме, поскольку познающий субъект всегда ограничен своим собствен­ным кругозором и уровнем развития знаний на данный момент времени. Следовательно, истина исторически конкретна, но в каж­дой относительной истине есть элемент абсолютной. Критерием соответствия наших знаний действительности является практика, т. е. возможность на основе полученных знаний преобразовывать природу, достигая при этом ожидаемых результатов.

• Семантическое определение истины А. Тарского настаива­ет на необходимости сохранения таких критериев истины, как ее предметная адекватность и логическая непротиворечивость. Пред­метная адекватность достигается констатацией ситуации в форме объектного языка, истинность которого, в свою очередь, проверя­ется его переводом на формализованный метаязык. Достижение логической непротиворечивости истины возможно лишь на уров­не метаязыка, анализ которого, однако, предполагает наличие до­полнительного «метаметаязыка», и так до бесконечности.

• Когерентная (от лат. cohaerentia - связь) концепция (О. Нейрат, Р. Карнап и др.) делает акцент исключительно на логической не­противоречивости знания как критерии истины. Если ту или иную теорию можно редуцировать к системе взаимосогласованных ло­гических высказываний, следовательно, она является истинной.

• Конвенционалистская (от лат. convention - соглашение) кон­цепция (А. Пуанкаре, Т. Кун, П. Фейерабенд и др.) рассматривает истину как результат соглашения научных авторитетов, отдающих предпочтение одной гипотезе в ущерб другой.

• Прагматическая концепция (Ч. Пирс, У. Джеймс, Дж. Дьюи и др.) переводит проблему истины из компетенции науки в сферу обыден­но-практического мышления. Истина здесь - все то знание (даже заведомо ложное), которое, придавая уверенность, обеспечивает успех и практическую эффективность человеческих действий.

• Феноменологическая концепция (Э. Гуссерль, М. Хайдеггер, Ж.-П. Сартр и др.) также индивидуализирует истину, говоря о ней как о факте сознания, всегда конкретно-личностно конституиру­ющего истинный смысл того или иного явления. Истина здесь связана не столько со знанием, сколько с пониманием, в контексте которого интегрируются когнитивные, аксиологические и проек­тивно-творческие характеристики человеческого опыта.

108

В отличие от классики, неклассическая философия релятиви- зирует истину, рассматривая последнюю как зависимую от субъек­та, его практических и ценностно-мировоззренческих интенций, от языка как универсального познавательного средства. Говоря о невозможности абсолютной истины, неклассика одновременно преодолевает и классическую оппозицию «истина-заблуждение», предпочитая использовать такие понятия, как «степень истины», «правдоподобие», «вероятность» и т. п. Учитывая динамичность и сложность современной реальности (в особенности социальной), истина на сегодняшний день конкретизируется в дополнительнос­ти разных подходов и точек зрения.

В контексте пост неклассической философии проблема истины фактически переносится из гносеологии в социально-политичес­кий дискурс. Истина (в том числе научная) понимается как элемент идеологии, где к претензиям на исключительное право обладания истиной следует относиться весьма иронично. Максимально ре- лятивизируя истину (всякая позиция имеет право на существова­ние), постмодерн, однако, предлагает считать истинным то знание, которое способствует сглаживанию социального напряжения и конфликтов и достижению согласия (консенсус-теория истины - Ю. Хабермас, К.-О. Апель, Р. Рорти и др.).

109