Глагол и отглагольные формы

§ 100. Глагол вместе с отглагольными формами, обладаю­щий большим «набором» категорий, форм и оттенков значений, является одной из примечательных в стилистическом отноше­нии частей речи русского языка.

По своей природе глагол — одно из главных средств выраже­ния динамики. (Это не означает, конечно, что динамика не спо­собна передаваться именами. Известны случаи, когда именно пропуск глагола или перечисление подряд нескольких сущест­вительных ведет к усилению динамизма: Татьяна в лес, медведь за ней; Мелькают мимо будки, бабы, мальчишки, лавки, фонари... — Пушкин.) Отчасти поэтому научная и деловая речь противопо­ставляются художественной и разговорной по частоте употребле­ния глагольных форм: именному характеру первых противостоит глагольный вторых. Деловой речи свойственны именные обо­роты с окраской официальности: оказание содействия, по устра­нению недостатков, принимать участие в... и т.п. Художествен­ная, публицистическая и живая разговорная речь шире исполь­зуют глагольные формы, избегая именных конструкций. От этого во многом зависит общая динамичность речи. Если срав­нить научную речь в целом с художественной в отношении употребления глагола, то отчетливо выступает качественный характер глаголов в первой и динамический во второй. Не слу­чайно, например, именно в научной речи многие глаголы со­стояния, употребляемые в настоящем времени, обозначают не динамичное состояние в момент речи, как это свойственно, на­пример, разговорно-бытовой сфере, а качество. Ср.: Вода уже кипит и Вода кипит при 100°С, Горим! Горим! Пожар! и Уголь го­рит синеватым пламенем и т.п.

Стилистическими свойствами различных глагольных кате­горий и форм определяется разная степень их применения в функциональных стилях. Например, богатые экспрессией и эмоциональностью формы повелительного наклонения почти не известны научной и официально-деловой речи, зато широко употребительны в разговорной, художественной, церковно-ре­лигиозной, публицистической (Да здравствует обновление!).

Многие оттенки вида глагола и способы их выражения име­ют ограниченные сферы употребления. Например, глаголы многократного и однократного действия являются яркой при­метой разговорной речи (бивал, лавливал, саданул), но не свой­ственны книжной, в частности научной и деловой.

Глагольные категории и формы обладают богатой синони­микой, возможностями переносного употребления. Например, настоящее живого представления используется для выражения действий, происходивших в прошлом, или, напротив, прошед­шее время — для выражения действий в будущем и т.д. Все мно­гообразие этих возможностей представлено в художественной литературе. Для художественной речи характерно и то, что в пределах сравнительно небольшого контекста используются в целях выразительности самые разнообразные видо-временные формы и их значения, а также способы выражения наклонений, тогда как научной и особенно деловой речи свойственно упот­ребление форм какого-либо одного плана или двух.

§ 101. Чрезвычайно богата синонимика личных форм глагола, в частности возможности использования форм одного лица и числа для выражения значения другого, т.е. грамматико­семантические переносы; при этом обычно появляются допол­нительные смысловые оттенки, что увеличивает экспрессию выражения. Так, для обозначения действия говорящего могут использоваться: 2-е лицо единственного числа с обобщенным значением (С поляны сияющей входишь в темный лес, как в пеще­ру, но осмотришься — до чего хорошо! — Пришвин; Тотчас оско­мину набьешь — Крылов); 3-е лицо с оттенком как бы растворе­ния своего действия в действиях другого (Вам говорят! Вас про­сят!) или с оттенком объективизации (Запомните: никаких отговорок не признает Ваш покорный слуга'. Ну, бери, бери!., ему предлагают от чистого сердца, а он еще жеманится... — Боборы­кин); безличная форма (Мне хочется Вам сказать); инфинитив с обобщенным значением (Служить бы рад, прислуживаться тошно — Грибоедов); повторение формы 2-го лица в диалоги­ческой речи (Ты все ищешь? — Ищешь! Еще бы!) и др. Действие собеседника также может быть выражено не одним способом. Для этого используются формы 1-го лица множественного чис­ла (Ну, как экзамены сдаем?— в смысле: сдаешь, сдаете, с оттен­ком особой заинтересованности или сочувствия): 3-го лица (О! Наконец-то она пришла!); безличные формы (Как Вам здесь ды­шится?); формы инфинитива с частицей бы — с оттенком жела­тельности (Вам бы пойти извиниться!); возможно и экспрессив­ное выражение действий собеседника через 3-е лицо единствен­ного числа (Он еще сидит?!).

Все эти случаи употребления форм лица характеризуются не только смысловыми, но и экспрессивно-эмоциональными от­тенками; преимущественная же сфера их использования — раз­говорно-бытовая и художественная речь (чаще диалогическая).

§102. Времена глаголов обычно характеризуются со стороны их разнообразных значений. Этот аспект, конечно, представляет интерес для стилистики, однако специальным ее предметом здесь является стилистическая синонимика, пере­носное употребление форм с учетом сферы их применения и преобладающая частотность или, напротив, неупотребитель­ность форм в отдельных сферах общения.

Формы настоящего времени наиболее употребительны, с одной стороны, в разговорной речи и драматургии, с другой — в научной и деловой, однако в различных значениях. Для разго­ворной и художественной речи характерно настоящее историчес­кое, настоящее момента речи и настоящее в значении будущего; для научной — настоящее постоянное, или вневременное (типа Земля вращается вокруг Солнца); для деловой — настоящее пред­писания, или долженствования (По договору мены производится обмен — «Гражданский кодекс»; в смысле: «установлено про­изводить обмен»; «должен быть произведен обме н»).

Прошедшее время особенно употребительно в художествен­ной прозе и вообще при повествовательном способе изложения.

Считается, что многообразие временных оттенков характер­но для художественной и разговорной речи, а деловой и науч­ной не свойственно. Однако такое заключение не вполне верно, лучше говорить о разных семантических оттенках времен в одних и в других сферах. Так, настоящее время в научной речи преимущественно используется в качестве настоящего вневре­менного, но употребляется с двумя оттенками значения: каче­ственным (Человек дышит легкими; Вода замерзает при 0°С) и собственно постоянным вневременным (Кама впадает в Волгу; Полюс холода находится в Якутии). Кроме того, научной речи известно значение настоящего регистрирующего (Дарвин пишет, что... — Комаров; Аналогичную мысль проводит Н.П. Антонов — Шептулин); настоящего обобщающей конста­тации, синонимичного неопределенно-, обобщенно-личным и даже безличным формам: которое мы называем = которое назы­вается. Известно научной речи и настоящее предположения («ирреальное»): Допустим, существуют две точки D и С; Пусть на прямой имеем две точки (Погорелов).

Прошедшее время способно выражать значение настоящего вневременного, являясь синонимичным последнему. Ср.: PLCL и HgCL₂ не давали осадков (= не дают осадков) (Зелинский). Не­редко прошедшее синонимично настоящему регистрирующему, что и подчеркивается параллельным их употреблением в одном контексте: Дарвин полагал, что виною этому является.., ср. там же: Дарвин объясняет, что... (Комаров). Встречается и прошед­шее ирреальное, гипотетическое: Предположим, что газ прошел по некоторой кривой.

В научной речи в отличие от других функциональных стилей прошедшее время глаголов несовершенного вида используется для выражения смены последовательных действий, временной последовательности: Обмыливание мы вели при следу­ющих условиях... эфир растворялся в избытке крепкой серной кис­лоты, затем к раствору этому прибавлялась понемногу вода... и полученный таким образом эфир... подвергался кипячению (Зелин­ский).

Интересно широкое употребление в научной речи форм буду­щего времени в значении, синонимичном настоящему вневре­менному. Формы будущего и настоящего используются парал­лельно без особых смысловых мотивировок: Умножаем это урав­нение на X³ и Умножим обе части уравнения на Е (Погорелов).

Гамма разнообразных временных значений характерна для художественной речи; однако они, как правило, иные, чем в на­учной. Здесь в целях создания образности часто используется настоящее историческое, или живописующее, на фоне прошед­шего: Лиса, курятинки накушавшись досыта и добрый ворошок припрятавши в запас, под стогом прилегла вздремнуть в вечерний час. Глядит, а в гости к ней голодный волк тащится (Крылов). Употребление настоящего в значении будущего распространено в речи художественной и особенно разговорно­бытовой: Мы переезжаем туда в июне (Чехов)', Сегодня ночью мы выступаем... (Никитин).

Особенно многообразны в художественной и разговорной речи значения и функции прошедшего времени. Кроме обыч­ных — прошедшего несовершенного, выражающего длительное в прошлом действие (так называемое прошедшее описатель­ное), прошедшего совершенного с результативным значением и прошедшего повествовательного, формы этого времени могут выражать разнообразные значения, например: неосуществлен­ное намерение совершить действие (Я было хотел сказать, но...); подчеркнутую повторяемость действия — от многократных гла­голов (Бывало, писывала кровью она в альбомы нежных дев — Пушкин; И даже хаживал один на паука — Крылов); оттенки краткости и неожиданности действия имеет редкая форма, со­впадающая с повелительным наклонением (А он возьми да пря­мо и побеги... заробел, знать — Тургенев); прошедшее в значении будущего (Ну, я пошел). Все эти последние случаи в художе­ственной речи используются как отражение разговорной и по­этому чаще употребляются в диалоге или в речи повествователя (но не автора). Для разговорной речи весьма характерны гла­гольные междометия в функции мгновенного прошедшего. Эти случаи фиксируются и художественной литературой: Хвать дру­га камнем в лоб; ...А кочеток как взовьется да головой трах об стену (Паустовский).

Будущее время в разговорной, а также в художественной ре­чи может выступать как синоним прошедшего внезапного (Герасим глядел, глядел да как засмеется вдруг — Тургенев); как повторяющиеся в прошлом действия (Так всегда было: она лишь взглянет на него, увидит, что он весь сжался, промолчит); в каче­стве синонима настоящего постоянного с оттенком неизбежно­сти результата действия (Что посеешь, то и пожнешь; Поспе­шишь — людей насмешишь); в значении невозможности осуще­ствления действия с оттенком обобщенности (Из дуги оглоблю не сделаешь); в качестве повторяющегося однократного действия (То как зверь она завоет, то заплачет как дитя — Пушкин). Кроме того, для выражения действия будущего с оттенком не­избежности события может использоваться инфинитив (Не уйти тебе от людского суда; Вам не видать таких сражений! — Лермонтов). Этот прием известен и публицистике, ср.: Не оста­новить движения вперед! Не погасить веру в человека!

§ 103. Богата у глагола и синонимика наклонений. Здесь наблюдаются весьма экспрессивные формы выражения. Упот­ребительны они преимущественно в разговорной речи и как отражение последней — в художественной; некоторые из них известны публицистике. Так, изъявительное наклонение ис­пользуется в значении повелительного (К двум часам ты непре­менно вернешьсяI); Повелительное в значении сослагательного (Да будь я и негром преклонных годов, и то без унынья и лени я рус­ский бы выучил... — Маяковский); сослагательное в значении повелительного (Вы бы чего-нибудь покушали, Пульхерия Иванов­на — Гошль) и т.п. В значении повелительного наклонения ис­пользуется инфинитив — для выражения особой категоричнос­ти: Унять старую ведьму! — сказал Пугачев (Пушкин). Эта же форма используется и в газетной речи, особенно в заголовках статей: Остановить руку убийц! В живой разговорной речи уси­лению экспрессивности глагола в повелительном наклонении способствуют частицы да, ну, же, ка и другие: Да отвори же! Ну, открой же! Сядь-ка со мной! Частицами пусть, да с глаголами бу­дущего времени выражается интенсивность, активность побуж­дения: Пусть сильнее грянет буря!; Да будет мир на земле! Частица давай(те) с глаголом будущего времени означает приглашение: Давайте закурим, ребята; Попробуйте-ка моего табаку.

В некоторых соответствиях видов глагола также обнару­живаются стилистические возможности. Например, формам на -ну-, -ану-, выражающим мгновенность действия, свойствен разговорно-просторечный характер: сказанул, агитнул, руганул. Формы на -ыва-, -ива-, означающие многократность действия, также носят разговорный характер: сиживал, лавливал, делывал. В видовых парах: видеть — видать, слышать — слыхать, подни­мать — подымать, мучить — мучать, лазить — лазать и в раде других — вторые варианты несут на себе окраску разговорности.

§ 104. Причастия и деепричастия, как известно, обладают оттенком книжности. (По данным Т.А. Вишняковой, причастия в разговорной речи составляют 0,1 %, а в книжной (по Йоссельсону) — 6%.) Некоторые из них, например страдатель­ные причастия на -ом-, наряду с их архаичностью имеют книж- но-торжественное звучание: Несомый верными слугами в качалке, бледен, недвижим, страдая раной, Карл явился (Пушкин).

Поскольку причастия и деепричастия в общем не свойствен­ны устно-разговорной речи, усвоение этих форм в школе связано с определенными трудностями, а использование их сопровожда­ется типичными ошибками, которые следует предупреждать (см. главу «Понятие стилистической нормы», а также: Гвоздев А.Н. Очерки по стилистике русского языка. М., 1965. С. 159—172).

Действительные причастия прошедшего времени, образо­ванные от приставочных глаголов, близки по значению прила­гательным: посиневший — посинелый, запотевший — запотелый, оробевший — оробелый, загоревший — загорелый и т.д. В живой речи они нередко взаимозаменяются; при этом следует учиты­вать разговорный характер форм прилагательных.

Деепричастия имеют в своем составе синонимичные соот­ветствия, например: формы на -в и -вши (взяв — взявши, дав — давши) (формы на -вши при этом более употребительны в разго­ворной речи и нежелательны в книжно-письменной). В целях бла­гозвучия следует избегать сочетания нескольких форм на -вши, а также причастий на -вший, -ший. В вариантах высунув — высу- ня и т.п. вторая форма (архаичная) обычно употребительна лишь во фразеологических оборотах.

Деепричастные образования на -учи (-/очи): глядючи, гуляю- чи, едучи, идучи — несут на себе окраску народно-поэтической речи и архаичности и потому используются в целях стилизации. Чаще, чем эти формы, употребляются наречия на -учи, -ючи (де­лать что-либо играючи, умеючи, жить припеваючи).