2.2. Развитие принципов системно-деятельностного подхода к психологическому изучению профессиональной деятельности

В начале 70-х гг. А.Н. Леонтьев [178] формулирует тео­рию деятельности на основе развиваемых ведущими со­ветскими психологами [60, 177, 185, 244] и физиологами [16, 31, 278] взглядов на системность строения психики, на психические функции как сложные функциональные дина­мические системы, включающие в себя различные процес­сы, и их разнообразные взаимосвязи. В основу этой тео­рии были положены принципы марксистско-ленинской философии, а также достижения отечественной теоретичес­кой, экспериментальной и прикладной психологии.

Деятельность в теории, сформулированной А.Н. Ле­онтьевым, рассматривается как философская категория. Она (деятельность) «входит в предмет психологии, но не

С.50

особой своей «частью» или «элементом», а своей особой функцией. Это функция полагания субъекта в предметной действительности и ее преобразования в форму субъектив­ности» [178, с. 92].

Психологический анализ деятельности, по мнению А.Н. Леонтьева, состоит «не в выделении из нее ее внут­ренних психических элементов для дальнейшего обособ­ленного их изучения, а в том, чтобы ввести в психологию такие единицы анализа, которые несут в себе психическое отражение в его неотторжимости от порождающих его и им опосредствуемых моментов человеческой деятельнос­ти» [там же, с. 12-13].

В общем потоке деятельности А.Н. Леонтьев выделил ее макроструктуру, представленную следующими едини­цами: отдельной (особенной) деятельностью, действием и операцией.

Единицы анализа деятельности в трактовке А.Н. Леон­тьева имеют четко очерченный психологический смысл, так как выделяются не только на основе объективно-пред­метных условий труда, а во взаимосвязи с интимно-лич­ностным отношением субъекта к реальным объективно-предметным условиям деятельности. Так, деятельность («особенная») «отвечает определенной потребности субъекта, стремится к предмету этой потребности, угаса­ет в результате ее удовлетворения...; ... предмет деятель­ности есть ее действительный мотив...», отвечающий оп­ределенной потребности [178, с. 102]. Действие — «процесс, подчиненный представлению о том результате, который должен быть достигнут, т.е. процесс, подчиненный созна­тельной цели» [там же, с. 103]. Причем действие рассмат­ривается в двух аспектах: интенциональном (что должно быть достигнуто) и операционном (как, каким способом это может быть достигнуто), последний «определяется не самой по себе целью, а объективно-предметными услови­ями ее достижения» [там же, с. 107]. Операционный аспект действия относится к операции, так как понятие операции, по А.Н. Леонтьеву, соотносится с условиями осуществле-

С.51

ния действий, определяющими способы его реализации [там же]. Особенность анализа, позволяющего выделить названные единицы, состоит в том, что он состоит не в расчленении живой деятельности на элементы, а раскры­вает характеризующие ее внутренние отношения. Это от­ношения, за которыми скрываются преобразования, воз­никающие в ходе развития деятельности, в ее достижении. Сами предметы способны приобретать качества побужде­ний, целей, орудий только в системе человеческой деятель­ности; изъятые из связей этой системы, они утрачивают свое существование как побуждения, цели, орудия. Иссле­дование деятельности требует анализа именно ее внутрен­них системных связей, так как отдельные «образующие» системы деятельности подвижны и изменчивы. Каждая из них может становиться более дробной или, наоборот, включать в себя единицы, прежде относительно самостоя­тельные. «Деятельность представляет собой процесс, кото­рый характеризуется постоянно происходящими трансфор­мациями» [там же, с. 110]. Например, то, что является це­лью деятельности, при изменении условий может стать ее способом, и наоборот, способы деятельности могут стать ее целью и т. д.

Указанные типы единиц соответствуют различным уровням (социально-психологическому, психологическо­му и психофизиологическому) строения деятельности, и каждая из них представляет собой систему взаимосвязан­ных единиц предыдущего уровня. В целостном же акте деятельности поуровневая и межуровневая организация реализуются в объединении функционально определен­ных процессов (элементов), подчиненных одному и тому же мотиву.

Таким образом, деятельность рассматривается А.Н. Леонтьевым как сложная динамическая, многоуровне­вая иерархическая структура.

Теория деятельности, сформулированная А.Н. Леон­тьевым, является методологическим основанием исследо­ваний по психологии труда, инженерной психологии и

С.52

эргономике. Но, по словам ее автора, теория не является завершенной, а требует дальнейшего уточнения и разви­тия, приближения ее применения к решению конкретных практических задач. И тем не менее, теория деятельности явилась одной из предпосылок формирования системно­го подхода в психологии.

Формирование теории деятельности послужило раз­витию целого ряда теоретических концепций [16, 53, 65, 74, 85, 99, 120, 155, 161, 183, 187, 189, 196, 198, 250, 269, 302, 307] и научно-практических работ [8, 12, 54, 75, 101, 103, 105, 131, 207, 266, 268, 281, 284, 292], которые представля­ют собой различные попытки реализации системного подхода в исследованиях профессиональной деятельнос­ти. В частности Э.Г. Юдин [302] показал, что системный подход задает новые принципы изучения объекта, новую ориентацию всего исследования, усложняет методы анали­за — от простейшей формы научного описания — «пара­метрического уровня» — к «морфологическому субстрат­ному описанию» объекта до его функционального опи­сания.

Новая ориентация психологических исследований в рамках системного подхода выражается в стремлении по­строить целостную картину объекта, которая наиболее отчетливо проявляется в следующих моментах:

1. элементы системы описываются с учетом их «места» в целом;

2. построение систем иерархичное, один и тот же «ма­териал», субстрат, выступает в системном исследо­вании как обладающий одновременно разными ха­рактеристиками, параметрами, функциями и даже разными принципами строения;

3. исследование системы неотделимо от исследования условий ее существования;

4. свойства целого порождаются из свойств элементов и, наоборот, свойства элементов порождаются из характеристик целого [302, с. 102-103].

С.53

Процесс исследования строения объекта может разви­ваться как «внутрь» объекта (анализ строения отдельных элементов), так и «вне» его (анализ объекта как элемента более широкого целого). Изучение объекта системного исследования проводится на трех уровнях анализа: «па­раметрическом», «морфологическом» и «функциональ­ном». «Параметрический уровень» — это исходная форма научного описания исследуемого объекта, основанная на эмпирическом познании его свойств, признаков и отно­шений объекта. «Морфологический уровень» позволяет выявить поэлементный состав строения исследуемого объекта и определить взаимосвязи свойств, признаков и отношений, установленных при параметрическом описа­нии объекта.

Для объяснения «жизни» объекта — принципов его организации, функционирования и развития — необхо­димо его функциональное описание, которое, в отличие от морфологического, не является жестко привязанным к пространственно-временной локализации элементов. Функциональное описание «может исходить из функци­ональных зависимостей между параметрами; между «частями» как элементами объекта или между парамет­рами и строением объекта». Причем «функция элемен­та или «части» (подсистемы) объекта задается на осно­ве принципа «включения», т.е. выводится из характери­стик и потребностей более широкого целого» [302, с. 101].

Рассматривая проблему системного подхода в психо­логии, Б.Ф.Ломов отмечает, что перспективным являет­ся подход, утверждающий принцип системности в анализе уже самих нейрофизиологических основ психики, разви­тый в теории функциональной системы П.К. Анохина и в теории динамической локализации психических функций А.Р. Лурия. «С позиций этого подхода целостные психи­ческие и элементарные нейрофизиологические процессы сопоставляются не прямо, а через анализ общемозговых системных механизмов, через системные процессы, объе-

С.54

диняющие элементы в одно целое: в функциональную си­стему поведенческого акта» [182, с. 84].

В качестве некоторых общих положений системного анализа психических явлений Б.Ф. Ломов [183, с. 47-49, 92-100] выделил следующие: 1) психические явления мно­гомерны. Рассмотрение психических явлений в какой-либо системе координат представляет собой как бы срез в ка­кой-то одной плоскости, раскрывающей лишь одну сто­рону психических явлений; 2) система психических явле­ний многоуровневая, построена иерархически, включает в себя ряд подсистем, обладающих различными функцио­нальными качествами; 3) системный анализ предполага­ет выявление оснований многообразных свойств изучае­мых объектов и требует рассматривать психику человека в динамике, в развитии; 4) детерминанты психических яв­лений следует рассматривать как сложную структуру.

Развивая методологические принципы анализа дея­тельности, В.П. Зинченко [72, с. 116] рассматривает воз­можности применения структурно-функционального ана­лиза к анализу психической деятельности. В качестве ком­понентов такого анализа выделяются «направленные и локализованные в реальном времени и пространстве дей­ствия, операции или иные фазы процесса деятельности, причем понятие направленности имплицирует установки, мотивы, потребности, личностный смысл и т. д.» [там же, с. 140].

Каждый из названных компонентов может «попере­менно выполнять функции системообразующего фактора детерминировать осуществление деятельности и служить условием ее целостности» [там же, с. 146]. Для реализации структурно-функционального анализа при решении задач инженерной психологии и эргономики В.П. Зинченко [116, 118] дополняет концептуальную схему макроанализа дея­тельности А.Н. Леонтьева единицами микроанализа (ста­дии: программирования, реализации, контроля и коррек­ций), раскрывающими регуляцию протекания макроеди­ниц исполнительной деятельности. Под руководством

С.55

В.П. Зинченко группой сотрудников разрабатывается ме­тод исследования функциональной структуры исполни­тельной деятельности [74, 75]. Данный метод позволяет выделять отдельные действия по преобразованию предме­та, по оценке результатов, а также определять способ ко­ординации операций. Посредством метода микрострук­турного анализа можно изучать переходы от единиц мак­роструктуры деятельности (действий, операций) к единицам ее микроструктуры (стадиям действий и опера­ций) и определять характер их взаимоотношений на раз­ных уровнях сформированности.

Наряду с методологическими принципами системно­го анализа психических явлений рассматриваются и воп­росы системной организации методов психологического исследования. Б.Г. Ананьев [10, с. 296-298] предлагает «ра­бочую классификацию методов», соответствующую опре­деленному целостному циклу психологического исследо­вания, и раскрывает порядок применения методов в науч­ном исследовании. Предлагаемая классификация включает группы методов: 1) организационные (сравнительный, лонгитюдинальный, комплексный); 2) эмпирические (на­блюдение и самонаблюдение, экспериментальные, психо­диагностические, приемы анализа процессов и продуктов деятельности, моделирование, биографические методы); 3) приемы обработки данных: количественный (математи-ко-статистический анализ), качественный анализы; 4) ин­терпретационные методы.

Б.Г. Ананьев считает, что данная классификация за­дает стратегические линии исследования и регулирует взаимодействие всех других методов, вводимых в иссле­дование.

В результате развития системного подхода появились попытки его применения при решении конкретных при­кладных задач. Так, Г.М. Зараковский и В.И. Медведев [112], развивая концепцию психофизиологического иссле­дования деятельности оператора, сформулировали функ­циональную гипотезу изучения профессиональной дея

С.56

тельности для решения задач инженерной психологии. В рамках этой гипотезы деятельность включает в себя че­тыре компонента: интенциональный, операциональный, активационно-регуляторный и базовый. Между данными компонентами существует тесная связь, все они отличают­ся друг от друга. В качестве основной функциональной единицы данной гипотезы рассматривается действие. Структура деятельности раскрывается через логическую «композиционно-временную организацию» действий, а действия — через организацию операций. Критериями выделения психологического содержания действий и структуры деятельности являются следующие [112, с. 117]:

1. характер задачи (содержание задачи с точки зрения соотношения между объективно заданными путями достижения цели и имеющимися в концептуальной модели оператора средств ее решения);

2. содержание технологических операций, «отразив­шихся в сознании оператора»;

3. комплекс объективных характеристик, которые можно зарегистрировать в процессе деятельности.

Для осуществления структурно-функционального ана­лиза «одноконтурного процесса осознанного регулирова­ния сенсомоторной деятельности в конкретных видах тру­да О.А. Конопкин [155] построил общую принципиаль­ную модель, отражающую внутреннюю функциональную структуру процесса саморегуляции, и выделил следующие компоненты данной структуры: принятая субъектом цель деятельности — «субъективная модель значимых условий деятельности»; «программа собственно исполнительских действий»; «система критериев успешности деятельности»; «информация о реально достигнутых результатах»; «ре­шение о коррекции системы» [там же, с. 205]. В данной концептуальной схеме представлены специфические функ­ции выделенных звеньев и связи между ними в целостном процессе регуляции. Цель деятельности определяется как системообразующая функция, так как «именно цель дея-; тельности — в том ее виде, как она понята и принятая

С.57

субъектом, — определяет не только общую осознаваемую направленность деятельности, но в результате этого и мно­гие особенности конкретной реализации других отдельных звеньев процесса саморегуляции» [там же, с. 206-207].

Выявление взаимосвязей между миром профессий, многообразием интересов и возможностей людей положе­но в основу современных принципов психологической классификации профессий, разработанных Е.А. Климовым [151]. Основными компонентами данной классификации являются предмет труда, цель, орудия и условия труда. В качестве системообразующего признака данной класси­фикации можно выделить предмет труда, рассматривае­мый как динамическая «система свойств и взаимоотноше­ний вещей, явлений, процессов, которыми человек, рабо­тающий на определенном трудовом посту, должен мысленно или практически оперировать (распознавать, учитывать, упорядочивать, преобразовывать, сохранять или отыскивать их» [152, с. 72]. Именно этот признак по­зволяет сформировать представление о целях и задачах профессии, выделить конкретные цели и средства труда, а также условия осуществления деятельности.

А.А. Крылов [161] раскрывает динамическую картину функционирования информационных процессов на осно­ве реализации системного подхода. Исходя из «концепции включения» (включение новых информационных процес­сов в текущий процесс), он предлагает систему частных принципов организации информационных процессов при­менительно к деятельности оператора. К этим принципам относятся совместимость, динамизм структуры, актуали­зация информационных функций и др.

Попытка формулирования системной концепции произ­водственного обучения была сделана В.Д. Шадриковым [292]. Рассматривая деятельность как многоуровневое поли­структурное образование, он выделяет следующие уровни анализа деятельности: личностно-мотивационный; компо­нентно-целевой; структурно-функциональный; информаци­онный; психологический; индивидуально-психологический.

С.58

Н.П. Ерастов [103] предпринял попытку выделить не­которые методические пути решения проблемы рацио­нальной организации труда на основе метода «структур­но-психологического анализа» деятельности. Он разгра­ничивает подходы к деятельности как к объекту и как к предмету исследования, предлагая общую схему рассмот­рения деятельности: «внешние действия — внутренние ус­ловия — характер деятельности — результаты деятельно­сти» [там же, с. 4].

Г.В. Суходольский [266, с. 17] выделил три основных требования к психологическому изучению профессиональ­ной деятельности. Первое — это психологическая адекват­ность описания содержания, обусловленное выделением взаимосвязей предметной, орудийной и процессуальной сторон конкретной деятельности. Второе — это полнота психологического отображения реальной действительно­сти, обеспечиваемая включением в описание следующих характеристик: 1) морфологии (состава и структуры внеш­него и внутреннего планов деятельности); 2) системы мо­тивов и функций, раскрывающих цели и результаты дея­тельности; 3) динамики развития и функционирования деятельности и ее подсистем в их взаимосвязи; 4) особен­ностей существования форм и компонентов деятельности; 5) целостных и парциальных характеристик, определяю­щих специфику этих форм и разнообразие деятельностей. Третье требование — требование конструктивности описа­ния деятельности, структурирование определенной после­довательности описания действий и операций.

Итак, можно заключить, что к 80-м гг. XX в. в отече­ственной психологии сложилось основное методологичес­кое направление развития подходов к психологическому изучению профессиональной деятельности, которое ори­ентирует на разработку ее системного познания. Но кон­цептуальный аппарат теории деятельности А.Н. Леонть­ева задает общую ориентацию исследования профессио­нальной деятельности как системного объекта только на операторно-психологическом уровне, обеспечивающем

С.59

изучение мыслительных, исполнительных, перцептивных и коммуникативных характеристик человека. Что позво­лило значительно обогатить знания психофизиологичес­ких механизмов регуляции профессиональной деятельно­сти человека. Изучение же субъектно-личностного уров­ня анализа профессиональной деятельности еще не было обеспечено методическим инструментарием.

Вопросы для обсуждения

1. Почему деятельность в теории А.Н. Леонтьева рассматри­вается как философская категория?

2. В чем заключается психологический смысл единиц анализа деятельности, выделенных в теории деятельности А.Н. Ле­онтьевым?

3. Что характеризует деятельность как систему с позиций те­ории деятельности?

4. В чем заключаются особенности психологических исследо­ваний с позиций системного подхода?

5. Какое влияние оказало развитие системно-деятельностной методологии на разработку теоретико-методического инст­рументария для решения практических задач в сфере про­фессионального труда?