Тема 11. «Почвенническая критика» н. Н. Страхова

(1828 – 1896)

Парадоксальная личность. Естественник по образованию и мистик. Разночинец по происхождению и монархист. Знаток и переводчик западноевропейской философии и почвенник.

Парадоксальное сочетание верности основным эстетическим принципам Гегеля («незаинтересованное творчество»), интереса к работам фр. критика и теоретика искусства позитивиста И. Тэна и стремления продолжать традиции органической критики А. Григорьева. Философский эклектизм. Но такая гибкость критика позволила ему сделать интересные наблюдения относительно многих явлений русской культуры.

С. называл свой критический метод «чистой» критикой, имея в виду постоянное стремление выяснить авторскую мысль произведения, дать его толкование, не привнося ничего своего, по возможности не делая далеко идущих выводов. Будучи сторонником монархии, С. не пропагандировал ее. Будучи религиозным человеком, он не проповедовал веру в Бога. Отрицая материализм, он не формулировал свои философские взгляды. Вообще, С. не заявлял прямо о своей позиции, а представлял ее «от противного»). Кто одерживал верх в полемических столкновениях? Достоевский о С.: «… сидит особняком и речь ведет обиняком».

«Они все (критики) лезут в судьи, тогда как должны быть <…> толкователями. Но толковать трудно, а судить легко удивительно». Тем самым он противопоставлял свою критику «направленческой», «жесткой» - социологической (однако на практике нарушал этот принцип, напр., в своих антинигилистических статьях  (кн. «Из истории литературного нигилизма»).

Настоящий критик, утверждал С., «должен, прежде всего, брать, что ему дают, т.е. входить в произведение автора и рассматривать его создания, следуя свету, который он на них бросает, и лишь потом ценить их с общей точки зрения» («Заметки о Пушкине и других поэтах»).

«Почвенничество» (Ф.М. Достоевский, А.А. Григорьев, Н.Н. Страхов) - литературно-общественное направление, зародившееся в 1860-е гг. Трибуна почвенничества – журналы «Время» (1861 – 1863), «Эпоха» (1864 – 1865).

Критикуя оторванность образованных классов от народа, Достоевский утверждал: «Русское общество должно соединиться с народной почвой и принять в себя народный элемент». В области социально-экономической почвенники стремились избавить Россию от буржуазного пути развития, а также от революционных потрясений. В этом проявилась связь почвенничества со славянофильством. Однако почвенники не отрицали целиком и западничества. Они полагали, что синтезируют рациональные черты обоих направлений.

Почвенники вели полемику с «Современником». Обвиняли Чернышевского и Добролюбова в незнании народной жизни, в приписывании крестьянам готовности к революции, в утопичности социалистических идеалов.

В области эстетики почвенники упрекали «Современник» в упрощенно-утилитаристском подходе к искусству, в пренебрежении художественностью.

В литературной критике С.считал себя наследником А. Григорьева. С. разделял принципы органической критики, ибо само искусство жизненно, органично, в отличие от аналитической науки, синтетично, естественно. «Они (взгляды Григорьева) состоят в том, что каждое художественное произведение представляет собой отражение своего века и своего народа <…>» («Война и мир» Соч. гр. Л.Н. Толстого).

Литературный критик «должен обладать глубоким и многосторонним чутьем жизни, т.е. всякого рода сердечных движений, различных типов душевного склада людей, различных видов красоты и безобразия, силы и слабости в человеческом образе действий» («Критические статьи об И.С. Тургеневе и Л.Н. Толстом». 1862 – 1885).

Идея историзма является непременным условием понимания С. различных лит. явлений прошлого и настоящего. В наиболее последовательном виде она проявилась во втором томе сб. ст. «Борьба с Западом в нашей литературе» (1873), посвященном осмыслению русского литературного процесса от Ломоносова до современности.

Для критика-почвенника история литературы – не только постоянный прогресс в формах и методах освоения жизни, но и сохранение, укрепление лучших национальных традиций.

Свое понимание прогресса в литературе критик явно противопоставляет «прогрессистам»-радикалам, которые во имя успехов современного общественного и литературного движения подчас жертвовали ценностями прошлого. «Каждый писатель, в той или другой мере, в той или другой форме, есть выразитель народного духа», - утверждал С. И потому история литературы – это история «постепенного освобождения русского ума и чувства от западных влияний, постепенного развития нашей самобытности в словесном художестве».

Народность – нравственная и эстетическая норма, которой критик измеряет достоинство писателя и его творений и литературы в целом.

Основные темы работ С.: Борьба с западным влиянием в русской литературе. История русского нигилизма и борьба с ним. Творчество Пушкина, Достоевского, Тургенева, Толстого.

О Тургеневе. «Отцы и дети» («Время». 1862). С. рассматривал образ Б. в том же ключе, что и Достоевский. (Ср.: Достоевский Ф.М. «Зимние заметки о летних впечатлениях»). Образ Базарова в русской критике понимался либо как карикатура на новое поколение (Чернышевский, Антонович), либо как апологетика новых людей (Писарев, консервативная критика). С. подчеркивал трагизм Б.: «Б. это титан, восставший против своей матери-земли; как ни велика его сила, она только свидетельствует о величии силы, его породившей и питающей, но не равняется с матернею силою» С. увидел в романе не только социальный, но и вечный смысл.

О Чернышевском. Статья «Счастливые люди» («Библиотека для чтения». 1865) написана о «Что делать?». С. не разделяет тех представлений о счастье, которые есть у героев и автора романа. «Я думаю, что тонкий холод ужаса должен прохватить каждого человека, когда он прочтет это приглашение к счастью». «Есть человеческий тип, который не подходит под то, что до сих пор называлось человеком».

О Некрасове. «Некрасов и Полонский» (1870). Некрасовское направление С. оценивает отрицательно, противопоставляет ему «жрецов чистого искусства»: Я. Полонского, А. Майкова, А. Фета, Ф. Тютчева, А. Толстого. «В Некрасове есть нечто большее, чего нет <…> во всем направлении» (но об этом С. не говорит).

О Герцене. В Герцене С. видел «одно из самых крупных имен в нашей литературе». Г., по характеристике С., «отчаявшийся западник». Пессимизм Г. – следствие его оторванности от родной почвы» («Борьба с западничеством в нашей литературе»).

О Пушкине.. С. писал о П. в той обстановке, когда его имя вызывало равнодушие, а иногда даже подвергалось прямым нападкам, напр., со стороны «Русского слова» («Заметки о Пушкине и других поэтах». 1883). С другой стороны, С. отмечал «холодность славянофилов к П.»: «Они равнодушно, без боли отбрасывают родное явление <…> разрушающее, как резкое исключение, их свято уважаемую теорию» (т.к. П. - явление послепетровской эпохи).

«Пушкинский праздник» (1888) Вслед за Достоевским («Пушкинская речь») С. писал о всеотзывчивости Пушкина. В Пушкине С. видел залог больших возможностей русского человека и великого будущего России. (Ср. Григорьев: «П. – наше все»).

О Достоевском. Заслуга Достоевского, по мнению С., в постижении глубинных психологических основ нигилизма.

В статье «Преступление и наказание» (1867) С. подчеркнул у Д. «способность к очень широкой симпатии, умение симпатизировать жизни в очень низменных ее проявлениях, проницательность, способную открывать человеческие движения в душах искаженных и подавленных, по-видимому, до конца».

С. отметил умение Д. изображать «все виды страданий, порожденных нравственною неустойчивостью».

«Это не смех над молодым поколением, не укоры и обвинения, это – плач над ним. несчастный убийца-теоретик, этот «честный убийца» <…> выходит тысячекратно несчастнее простых убийц. Ему было бы несравненно легче, если бы он совершил убийство из гнева, из мщения, изревности, из корысти, из каких хотите житейских побуждений, но не из теории». (Ср. «Борьба за жизнь» Писарева. Или: Суворин: «Раскольников вовсе не тип <…> причины, побудившие Р. на преступление, чисто индивидуального свойства, а вовсе не из тех, которые носятся в воздухе»).

Раскольников – убийца-теоретик. 1. Гордый, презрительный взгляд на людей, отрицание у них права на человеческое достоинство. 2. Взгляд на историю как на цепь насилий, лишенных правды и смысла. «Взять все за хвост и стряхнуть к черту». 3. Раскольников разрешил себе все средства, чтобы изменить свою судьбу и судьбу своих близких ( ход всемирной истории).

Преступление Раскольникова – «убийство принципа». «Я не человека убил, я принцип убил». Убив «принцип», Раскольников убил свою душу. Он страдает. «Сожаление – вот то отношение, в которое встал автор к нигилизму». (Ср. антинигилистические романы: брань, насмешка, карикатура).

О Толстом. «Война и мир» Соч. гр. Л.Н. Толстого» (1869). «Вера в жизнь – признание за жизнью большего смысла, чем тот, какой способен уловить наш разум, - разлита по всему произведению Толстого. Он постиг«таинственную глубину жизни».

С. раскрыл смысл «Войны и мира» как русской героической эпопеи: «Художник дал нам новую формулу русской героической жизни». Эта формула основана на уяснении русского идеала – духа простоты, добра и правды.

Воплощение этого духа – Платон Каратаев. «Мы сильны всем народом, сильны тою силою, которая живет в самых простых и смирных личностях – вот что хотел сказать Толстой, и он совершенно прав». «Смирный героизм» проявляется не во внешних поступках, а в жизни по законам долга и чести».

Самым дорогим откровением Толстого для С. стало то, что писатель при всем внимании к душевным качествам личности акцентирует интерес на проблеме надындивидуального – семейного, общинного сознания. С. охарактеризовал жанровые особенности произведения. Это не роман, в центре которого находятся «похождения одного лица», а семейная хроника, т.е. «простой, бесхитростный рассказ, без всяких завязок и запутанных приключений».