Структура (боевые единицы) Красной Армии периода Великой Отечественной войны

Название войсковых формирований	Численность лично­го состава (штатных)	Командиры (воинские зва­ния)
Вооруженные Силы СССР	34 млн человек бы­ли призваны в дей­ствующую армию в годы войны	Верховный главнокоман­дующий Вооруженными Силами СССР Генералис­симус Советского Союза И.В. Сталин
Фронт (до войны - военный округ)	500 тыс. человек	Маршал Советского Со­юза, генерал армии, ге­нерал-полковник
Армия	100 тыс. человек	Генерал-лейтенант
Корпус (3 дивизии)	40-50 тыс. человек	Генерал-лейтенант, гене­рал-майор
Дивизия	14-16 тыс. человек	Генерал-майор
Бригада (2 полка)	3-4 тыс. человек	Полковник
Полк (мотострелко­вый)	1,5-2 тыс. человек	Полковник
Батальон (в полку обычно 3-4 баталь­она)	400-500 человек	Подполковник, майор
Рота (батарея - в артиллерии, эскад­рон - в кавалерии)	70-100 человек	Капитан
Взвод (в роте обыч­но 3-4 взвода)	20-25 человек	Старший лейтенант, лей­тенант, младший лейте­нант
Отделение (во взво­де приблизительно 3 отделения)	7-8 человек	Старший сержант, сер­жант, младший сержант

Ответственность за отступление советских войск, огром­ные человеческие и материальные потери несут высшее поли­тическое и государственное руководство СССР, Наркомат обо­роны и Генеральный штаб Вооруженных Сил СССР, командо­вание Западного фронта, командиры полков, дивизий, корпу­сов, войсковых соединений. Но обвинение было возложено только на командование Западного фронта и командиров вой­сковых соединений. Командующий фронтом Д. Павлов, на­чальник штаба В. Климовских, начальник связи А. Григорьев, командующий 4-й армией А. Коробков и другие военачальни­ки по приговору Военной коллегии Верховного суда СССР от 22 июля 1941 г. были расстреляны.

В сложной военно-стратегической ситуации в июле 1941 г. войска Западного фронта осуществили ряд контрударов. 6 ию­ля войска 20-й армии под командованием генерала П.А. Ку­рочкина нанесли контрудар в направлении Сенно - Лепель (Витебщина) и отбросили врага на 30-40 км. Произошел один из крупнейших в начальный период войны танковых боев, в котором с двух сторон было задействовано более 1500 машин. 13 июля войска 63-го корпуса под командованием генерал- лейтенанта J1.P. Петровского форсировали Днепр, освободили Жлобин и Рогачев и начали развивать наступление на Боб­руйск. 22 июля начался 12-дневный рейд по тылам врага кава­лерийской группы генерала А.И. Городовикова, в результате которого были освобождены Глуск, Старые Дороги, нанесен внезапный удар по Осиповичам. 30 июля был освобожден Кричев. Контрудары советских войск показали, что немецкая армия не является непобедимой. Однако не поддержанные об­щим наступлением контрудары отдельных войсковых соеди­нений успеха не имели.

Исключительно напряженными были бои на рубеже Днеп­ра. 14 июля 1941 г. под Оршей впервые нанесла могучий оше­ломительный удар по врагу батарея реактивных установок («катюш») под командованием капитана И.А. Флёрова. На протяжении 23 дней сдерживали советские войска натиск вра га под Могилевом. Больше месяца шли бои за Гомель. Однако, несмотря на упорное сопротивление советских войск, к нача­лу сентября 1941 г. вся территория Беларуси была оккупиро­вана немецко-фашистскими захватчиками. Западный фронт не смог остановить врага.

Северо-Западный фронт на территории Прибалтики, как и Западный фронт на территории Беларуси, также понес боль­шие потери в живой силе и технике и не смог организовать устойчивую оборону. 9 июля 1941 г. солдаты группы армий «Север» взяли Псков. Возникла угроза их прорыва к Луге, а да­лее к Ленинграду.

В Украине на Юго-Западном фронте под командованием М.П. Кирпоноса сложилась более удачная ситуация. Фронту удалось сковать под Киевом, на рубеже Днепра, вражескую группу армий «Юг». Стабилизировался фронт в Карелии. Жес­токие бои во второй половине июля развернулись в районе Смоленска и в междуречье Днепра и Березины.

В таких условиях командование группы армий «Центр», боясь окружения и уничтожения советскими войсками, при­остановило наступление на Москву, а 30 июля 1941 г. группа армий «Центр» перешла к обороне. 2-я танковая группа не­мецкого генерала Гуддериана и 2-я полевая армия повернули с восточного направления на юг, с тем чтобы нанести удар в тыл Юго-Западному фронту, войска которого удерживали ру­беж Днепра и обороняли Киев.

В конце августа немцы вышли к Днепру и захватили Пра­вобережную Украину за исключением небольших плацдармов в районе Киева и Одессы. 9 сентября 1941 г. немцы форсиро­вали Днепр и заняли плацдарм в районе Кременчуга. 2-я тан­ковая группа армий «Центр» прорвала оборону Брянского фронта в районе Конотопа. Появилась угроза окружения войск Юго-Западного фронта. Только 17 сентября И. Сталин позволил фронту оставить Киев. Однако с принятием этого решения высшее руководство страны опоздало. 15 сентября танковые группировки, которые шли навстречу друг другу, в районе Лохвица - Лубны замкнули кольцо окружения совет­ских войск Юго-Западного фронта. В окружении оказались 450 тыс. солдат, сержантов и офицеров, в том числе 60 тыс. че­ловек командного состава. При выходе из окружения в боях погибли командующий фронтом М. Кирпонос и начальник штаба В. Тупиков. Это была вторая крупная катастрофа совет­ских войск в начале войны.

После уничтожения советских войск в районе Киева немцы получили возможность возобновить наступление на Москву. Однако, по мнению командования вермахта, взятию Москвы должен был предшествовать захват Ленинграда. 8 сентября 1941 г. немцы блокировали Ленинград с суши, а в середи­не сентября вышли к Финскому заливу. Город был окружен, но взять его немцы не смогли. Героическая оборона Ленингра­да продолжалась 900 дней и ночей и стала символом мужества и героизма советского народа.

В условиях военных неудач были приняты чрезвычайные меры по укреплению боеспособности Красной Армии.

1. В июле 1941 г. в Красной Армии и Военно-Морском Фло­те был введен институт военных комиссаров, действовавший во всех полках и дивизиях; в ротах, батареях и эскадронах дей­ствовал институт политруков. Вместе с командирами комис­сары и политруки несли «полную ответственность за выпол­нение войсковой частью боевой задачи, за ее стойкость в бою и непоколебимую готовность драться до последней капли кро­ви с врагами».

2. 16 августа 1941 г. Ставка Верхновного Главнокомандова­ния издала приказ № 270, по которому надлежало «срываю­щих во время боя знаки различия и сдающихся в плен считать злостными дезертирами, семьи которых подлежат аресту как семьи нарушивших присягу и предавших Родину». Дезерти­ров расстреливали на месте. Это осуществляли созданные в июле 1941 г. особые отделы НКВД, вместо которых в апреле 1943 г. в составе Наркомата обороны СССР было организова­но Управление контрразведки СМЕРШ.

3. Для недопущения несанкционированных командовани­ем отходов и паники по приказу Верховного Главнокоманду­ющего в сентябре 1941 г. в каждой стрелковой дивизии вводи­лись заградительные отряды количеством до батальона. В край­них случаях им разрешалось применять оружие против «одер­жимых паникой военнослужащих».

3 июля 1941 г. начальник генерального штаба вооруженных сил Германии Ф. Гальдер в дневнике записал: «Не будет пре­увеличением, если я скажу, что поход против России был вы­игран в течение 14 дней». Безусловно, враг с заявлением о по­беде поспешил. Но для СССР ситуация сложилась критиче­ская. Над страной нависла смертельная угроза.

Причины неудач и поражений Красной Армии летом - осенью 1941 г. Как могло случиться, что Красная Армия в на­чальный период войны потерпела поражение?

Причины неудач и поражений Красной Армии были обу­словлены рядом экономических, политических и военных факторов - объективных и субъективных.

Начнем с рассмотрения объективных факторов неудач и поражений Красной Армии.

1. К началу Второй мировой войны Германия с помощью других капиталистических стран создала могучую военную экономику, перестроила свое хозяйство на военный лад, раз­вернула массовое производство всех видов современного во­оружения. К тому же фашисты распоряжались ресурсами 12 стран Европы. Перед нападением на СССР военно-экономи­ческий потенциал и людские ресурсы Германии, ее сателлитов и захваченных стран в несколько раз превышали воснно-эко- номический потенциал и людские ресурсы Советского Союза.

2. После завоевания Европы фашистская Германия имела опытную, проверенную в боях армию, находившуюся в пол­ной боевой готовности, хорошо налаженную работу штабов, отработанное почти по часам взаимодействие пехоты, артил­лерии, танков и авиации. Немецко-фашистская армия была сконцентрирована в трех мощных компактных группировках, развернутых вдоль западных границ СССР, хорошо обеспече­на технически, почти целиком моторизована, чему в значитель­ной степени содействовали трофейная техника и вооружение, захваченные в оккупированных странах Европы. Вермахт ис­пользовал вооружение и технику 180 дивизий (92 немецкие дивизии были обеспечены трофейными автомашинами). Толь­ко во Франции фашистские войска захватили до 5 тыс. танков и бронетранспортеров и 3 тыс. самолетов.

Красная Армия не имела богатого опыта ведения современ­ной войны. Более того, не был сделан глубокий анализ воен­ных операций Германии против Польши и Франции. В декаб­ре 1940 г. нарком обороны С.К. Тимошенко заявил, что «в смысле стратегического творчества опыт войны в Европе, по­жалуй, не дает ничего нового». Хотя по количеству танков и самолетов мы превосходили Германию (у СССР к июню 1941 г. было 7,6 тыс. танков и 17 тыс. самолетов, у Германии - 6 тыс. танков и 10 тыс. самолетов), большую их часть составляли ма­шины старых конструкций, с выработанным ресурсом, кото­рые требовали ремонта или списания. Например, в общем парке боевых самолетов 82,7% были старого типа. В начале войны в советских войсках было недостаточно противотанко­вых и зенитных установок, средств связи и транспорта. Плохо было и с боеприпасами.

3. Значительные военные силы Советский Союз был вынуж­ден держать на Дальнем Востоке (40 дивизий - против японских милитаристов) и в Закавказье (против угрозы со стороны Тур­ции). В связи с этим Советский Союз не мог все силы и средства направить на отпор гитлеровского нашествия.

Наряду с объективными существовали и субъективные причины неудач и поражений Красной Армии. Вот некоторые из них.

1. Неудачи и поражения Красной Армии объясняются не только тем, что советские войска были атакованы неожидан­но, что они были вынуждены вступать в бой без необходимо­го стратегического развертывания, что многие полки и диви­зии не были укомплектованы по штатам военного времени, имели ограниченные материальные и транспортные средства и средства связи, часто действовали без воздушной и артилле­рийской поддержки. Все это нельзя переоценивать, так как 22 июня 1941 г. подверглись ударам только 30 советских диви­зий первого эшелона армии прикрытия. Трагедия поражения главных сил Западного, Северо-Западного и Юго-Западного фронтов проявилась во время контрбоев 23-30 июня 1941 г. между новой и старой границами.

Ход приграничных боев показал, что наши войска на всех уровнях - от Ставки Верховного Главнокомандования до ком­состава тактического звена не были подготовлены к ведению современной войны с массовым использованием артиллерии, танков, авиации. Овладевать навыками ведения современной войны Красной Армии пришлось в ходе боев с большими по­терями в живой силе и технике. Недостатки в боеготовности наших войск, выявленные в битвах около о. Хасан, на р. Хал- хин-Гол и в советско-финской войне, не были и не могли быть ликвидированы в короткий срок. В 1937 г. были расформиро­ваны механизированные корпуса, что не соответствовало тре­бованиям современной войны. Только в 1940 г. их вновь на­чали создавать, но до начала войны их формирование завер­шить не смогли. Не было завершено также формирование авиационных соединений и вооружение их новейшей техни­кой, техническое перевооружение всей Красной Армии. Не уделялось достаточного внимания боевой подготовке броне­танковых войск и авиации, взаимодействию родов войск в ходе современной войны. В германской армии, наоборот, на иоле боя наблюдалось взаимодействие танков с пехотой, ар­тиллерией и авиацией.

2. Негативную роль сыграли просчеты И. Сталина и его ближайшего окружения в оценке военно стратегической си­туации и в определении возможных сроков нападения Герма­нии на СССР. Поворот в политике фашистской Германии, ко­торый фактически отрицал договор о ненападении от 23 авгу­ста 1939 г., не был своевременно замечен советскими руково­дителями, поэтому считалось, что военное столкновение можно оттянуть.

Перед угрозой войны Наркомату обороны удалось добить­ся от Сталина разрешения частично призвать в армию 500 тыс. запасных и передислоцировать в западные военные округа четыре армии. Разрешения на приведение в боевую готовность войск приграничных округов Сталин не дал. При нарушении германскими самолетами воздушного пространства СССР (только за первую половину 1941 г. было зарегистрировано 324 нарушения) категорически запрещалось их сбивать. В ночь на 22 июня 1941 г. под давлением новых сведений И. Сталин позволил Наркомату обороны дать в округа директиву о воз­можном неожиданном нападении немцев 22-23 июня и о при­ведении всех частей в полную боевую готовность. Однако в войска директива поступила с большим опозданием, факти­чески после появления врага на советской территории.

3. Неудачи Красной Армии были обусловлены ошибочно­стью советской военной доктрины, недостатками и просчетами в стратегической и тактической подготовке советских войск. В соответствии с советской военной доктриной Красная Ар­мия в случае нападения на СССР должна была остановить врага на границе, а далее вести боевые действия в условиях на­ступления. У советского командования отсутствовал надежный план стратегической обороны, а в начале войны пришлось именно обороняться. К сожалению, командиры и солдаты не умели делать это профессионально.

Высшее советское руководство в первой половине 1941 г. с центральных регионов СССР на территории Беларуси, Украи­ны и Прибалтики передислоцировало 4 армии, перекинуло большое количество боевой техники, боеприпасов, горюче­смазочных материалов, военного снаряжения, с тем чтобы в случае агрессии остановить врага на границе, а затем перене­сти боевые действия на территорию агрессора.

4. Нехватка кадрового, профессионального командного со­става и профессиональных штабов, от Ставки, наркомата обо­роны и генштаба до командиров полков, батальонов и началь­ников штабов полков, отсутствие у них необходимых военных знаний и боевого опыта - еще одна причина неудач и пораже­ний Красной Армии. Из-за репрессий, проходивших в стране, к началу войны 70% командного состава Красной Армии име­ли опыт службы на должности от 1 до 6 месяцев, 50% коман­диров батальонов были выпускниками 6-месячных курсов, они не окончили даже военного училища. Только около 15% командного состава владели опытом ведения боевых действий в 1938-1940 гг. Не было необходимого опыта и у Ставки. Ее приказы любыми средствами удерживать занятые рубежи, даже в условиях глубокого флангового обхода противника, часто становились причиной того, что под ударами врага ока­зывались целые группировки советских войск. Это приводило к ведению боев в условиях окружения, большим потерям в живой силе и технике, усиливало панические настроения.

Советские военачальники и командиры имели лучшего в мире солдата, который во время советско-финской войны 1939­1940 гг. при 40-градусном морозе, 2-метровом пласте снега, в лесистой местности со множеством озер и рек взял штурмом линию Маннергейма. По мнению экспертов, этого сделать не смог бы ни один солдат мира. Советский солдат продемонстри­ровал свои лучшие качества и в годы Великой Отечественной войны, но в начале ее по вине прежде всего военачальников и командиров разных уровней он был вынужден отступать.

5. В Красной Армии катастрофически не хватало подготов­ленных профессиональных младших командиров (сержантов и старшин) и младших офицерских кадров — от младшего лей­тенанта до капитана включительно. Генералов и высших офи­церских кадров, несмотря на репрессии, в Красной Армии было достаточно, а вот младших командиров и младших офи­церских кадров ощущалась острая нехватка. Это было вызва­но увеличением Вооруженных Сил СССР с 1,9 млн человек в 1939 г. до 5 млн в начале 1941 г., после принятия Закона о всеобщей воинской повинности. Если взять пехотный полк в 1500 человек по штату военного времени, то высших офице­ров (майор - подполковник - полковник) необходимо было несколько десятков, командиров взводов (младший лейте­нант - лейтенант - старший лейтенант) - более 60 человек, а сержантов и старшин - более 200 человек.

В связи с увеличением Вооруженных Сил СССР в 1941 г. им дополнительно потребовалось еще 550 тыс. офицеров. Не ге­нералов и полковников, а командиров взводов, рот и батальо­нов. На подготовку командира стрелкового взвода (лейтенан­та) требовалось минимум 3 года (2 - в военном училище и хотя бы 1 год в войсках), а командира роты (капитана) - еще 3 года. В Красной Армии низшие офицерские должности занимали люди, не имевшие никакого опыта службы. Дело усложнялось тем, что младших командиров и офицеров готовили часто на краткосрочных офицерских и сержантских курсах из людей с очень низким уровнем общего образования и культуры. Ар­мия росла количественно, но не качественно. Точно известно, что от младших командиров и офицеров во многом зависел успех операции на каждом конкретном участке фронта.

6. Уже в первые недели и месяцы войны Красная Армия по­несла огромные потери в живой силе и технике. Кроме того, в первые месяцы войны были утрачены многочисленные склады с боевой техникой, боеприпасами, войсковым снаряжением, склады горюче-смазочных материалов, которые сооружали по­близости от театров возможных военных действий на террито­рии агрессора, как того требовала советская военная доктрина. Возобновить потерянное за короткий срок было невозможно.

7. В предвоенные недели шмели место факты, с которыми нельзя было не считаться. Это частые, открыто провокацион­ные нарушения немецкими самолетами наших границ, пере­мещение па территорию СССР диверсионных и разведыва­тельных групп, массовое выселение германскими властями поляков из приграничных районов, подвоз понтонных средств к рекам, выгрузка боеприпасов, снятие проволочных заграж­дений. Такого рода факты всегда служат сигналом, что до на­падения врага остаются уже не недели, а дни и даже часы. Од­нако ни политическое руководство страны, ни военное руко­водство не приняло правильных решений.

В этом суровая правда трагической истории начала Вели­кой Отечественной войны. Тем не менее в ходе оборонитель­ных боев советских войск летом 1941 г. стратегический план «молниеносной войны» гитлеровского командования был со­рван. Враг не смог уничтожить основной потенциал Красной Армии на пути наступления ударной фашистской группиров­ки армий «Центр». За время боев в Беларуси советское коман­дование собрало и сконцентрировало резервы, укрепил обо­рону на московском направлении.

Военно-политическое и международное значение разгро­ма немецко-фашистских войск под Москвой. 30 сентября 1941 г. началось первое «генеральное» наступление немецко- фашистских войск на Москву. В районе Вязьмы в окружение попали 4 советские армии, под Брянском — 3 советские армии. Враг приближался к столице СССР, но в конце октября 1941 г. был остановлен на подступах к Москве.

15-16 ноября 1941 г. началось второе «генеральное» наступ­ление немецко-фашистских войск на Москву. Как и первое, оно закончилось неудачей. Хотя враг и подошел к столице на 25-30 км, но взять ее не смог. Впервые за всю войну, исчерпав почти все свои резервы, вермахт столкнулся с фактом своего бессилия перед противником и невозможностью прорвать оборону советских войск.

5-6 декабря 1941 г. советские войска перешли в контрна­ступление и отбросили врага на запад на 350^400 км. Были освобождены Московская и Тульская области, ряд районов Калининской области. Контрнаступление советских войск продолжалось до апреля 1942 г. Разгром ударной группировки противника под Тихвином (Ленинградская область) сорвал планы Гитлера и Маннергейма о соединении немецко-фашист­ских и финских войск для захвата Ленинграда.

Разгром немецко-фашистских войск под Москвой и успеш­ное наступление Красной Армии зимой 1941-1942 гг. имели большое военно-политическое и международное значение. Победа Красной Армии завершила крах гитлеровской страте­гии «молниеносной войны» против СССР. Был развеян миф о непобедимости гитлеровской армии, подорван ее моральный дух и боеспособность. Победа советских войск под Москвой вдохновила народы мира на усиление освободительной борь­бы и партизанского движения в порабощенных германским фашизмом и японским милитаризмом странах Европы и Азии, на активизацию движения Сопротивления. Победа под Моск­вой оказала воздействие на правительства Японии и Турции, ожидавших удобного момента для нападения на СССР.

Разгром немецко-фашистских войск под Москвой ускорил процесс формирования антигитлеровской коалиции. Еще в июле - августе 1941 г. правительства США и Англии приняли решение «оказать все возможное экономическое содействие с целью укрепления Советского Союза в его борьбе против воо­руженной агрессии». На конференции трех стран - СССР, США и Англии в Москве 29 сентября - 1 октября 1941 г. об­суждались конкретные вопросы о помощи СССР со стороны союзников и о взаимных поставках. 26 мая 1942 г. Советским Союзом был подписан договор с Англией, all июня 1942 г. - соглашение с США о союзе в войне против фашистской Гер­мании. Этими документами был окончательно оформлен союз СССР, США и Англии в войне. Процесс создания анти­гитлеровской коалиции завершился.