7. Концепции и модели личности в психодиагностике

Ранее уже указывалось, что используемые в психодиагностике концепции и модели личности не всегда разрабатывались на базе строго теоретических подходов и принципов. Самые ранние из таких концепций формировались на основе обобщения эмпирических данных, полученных в результате экспериментальных и прикладных исследований личности. Эти концепции концентрируют в себе практический опыт психологического изучения индивидуальных особенностей человека, проводимого в различных целях, и продолжают широко использоваться в современных исследованиях.

Мы будем обсуждать эти особенности в данной работе, поскольку они представляют собой некоторые психологические описания личности или, в принятой нами терминологии — психологические модели личности, — применяемые в решении проблем как теоретической, так и практической психодиагностики.

Рассматривая проблемы психодиагностики с точки зрения вероятных перспектив развития отечественной практической психологии [37], мы выделили различные виды практической психодиагностики, как процедуры измерения индивидуальных особенностей субъекта и последующей проекции полученных данных на систему психологического знания:

—   классификация с последующим отнесением к эмпирическому эталону;

—   измерение индивидуальных характеристик в системе многомерных пространств признаков;

—   измерение по отношению к теоретическому эталону — оценка параметров теоретической модели личности.

Все эти виды по-своему используют различные психологические представления о личности, своеобразные ее психологические модели: модели классификации (типологические модели), топологические (пространственные) модели признаков, структурные и динамические модели личности и т. д. Каждая из таких моделей в дальнейшем становится основанием психологической интерпретации психодиагностических данных, последующего объяснения и прогноза

85

вероятного поведения субъекта.

Наиболее известными среди психологических моделей, описывающих индивидуальные особенности человека, основанные на обобщении эмпирических данных, являются различные варианты классификационных моделей или модели — типологии. Идея типологизации всегда была привлекательной для практической психологии тем, что значительно снижала сложность выявления и оценки индивидуальных особенностей.

Если процедура определения психологического типа личности оказывается воспроизводимой, в частности, надежной и достоверной, то полученные с ее помощью данные позволяют достаточно быстро составить более или менее полное представление об индивидуальных особенностях обследуемого. Если, кроме того, в рамках психологической науки существуют сведения об особенностях поведения и отношений данного психологического типа, то можно составить некоторые предположения об устойчивых способах поведения и специфике отношений того или иного обследованного индивида. Правда, выделить так называемый "чистый тип" удается редко.

Кроме того, следует иметь в виду, что как и всякая другая классификация, психологическая типология строится по определенным процедурам, задается, исходя из априорно выбранных оснований, чаще всего, на основе сходства-различия, близости и подобия, или на основании признаков принадлежности. Процедура классификации позволяет определить главные признаки, по которым конкретная личность может быть отнесена к тому или другому психологическому типу.

Таким образом, содержательные описания того или иного психологического типа личности зависят от структуры выделенных признаков, от их классификационной мощности и от того, насколько устойчивы характерные для данного психологического типа закономерности психической регуляции поведения, отношений и деятельности субъекта. Это означает, что как сами измерение, сбор и обработка психодиагностических данных, так и порядок их интерпретации сильно зависят от первоначальных целей разработки такой типологии и от квалифицированного выбора оснований классификации.

Одним из наглядных и, видимо, уже хрестоматийных примеров указанной зависимости является описание типов темперамента.

86

предложенное Гиппократом [136]. Полезно напомнить, что первоначально это описание включало некоторое объяснение внутренних причин, вызывающих характерные проявления темперамента в поведении, вполне соответствующее научным представлениям того времени. Более того, описание каждого типа содержало более или менее устойчивые внешние характеристики и тенденции поведения, на основании которых, с одной стороны, можно было определить тип темперамента, а с другой — прогнозировать поведение субъекта в зависимости от его принадлежности тому или иному типу. Другими словами, такой вариант типологии содержал описания некоторых закономерностей и вероятных механизмов психической регуляции, а также соответствующих им индивидуальных особенностей отражения объективной реальности и реагирования на нее.

В последующем данный вариант типологии неоднократно уточнялся и модифицировался, подвергался теоретическому и эмпирическому анализу, что привело к выделению специальной области психологических исследований — изучению темперамента и его места в структуре психической регуляции поведения. Существует значительное число таких модификаций, которые подробно изложены в работе [82]. Их объединяет то, что в качестве психологических оснований классификации используются особенности формирования эмоциональных реакций и индивидуальная специфика в динамике эмоциональных состояний, которые сохраняются в целом, несмотря на многообразие вариантов описания психологических типов.

Причины довольно широкой распространенности типологии темперамента состоят, по-видимому, в том, что эта удобная модель индивидуальных различий оказалась полезной при изучении влияния ряда биологических факторов на поведение и развитие личности; признаки темперамента легко наблюдаемы и могут быть достаточно объективно измерены с помощью психометрических методов. С точки зрения современной психофизиологии темперамент является базовой характеристикой индивидуальности, и знание его особенностей даёт ключ к пониманию способностей, характера и многих других проявлений индивидуальности [17]. Однако, самым мощным аргументом в пользу типологических моделей темперамента стали теоретические и экспериментальные исследования И. П. Павлова [63], его учеников и последователей, которые убедительно доказали, что некоторые параметры поведения и деятельности человека (и поведения животных) определяются фундаментальными свойствами высшей

87

нервной деятельности — силой, динамикой и соотношением процессов возбуждения и торможения.

В качестве другого, менее аргументированного, но не менее известного примера можно привести также весьма древнюю типологию когнитивных структур [59], которая предполагает, что люди могут быть отнесены к одному из двух типов: мыслительному или художественному. Их психологическое описание включает характеристики собственно когнитивных процессов, связь с эмоциональными реакциями и состояниями, процессами целеполагания, особенностями поведения в общении и формирования межличностных отношений.

Специальные исследования функциональной асимметрии мозга [57; 102], по-видимому, подтверждают правдоподобие подобной классификации и дают некоторые обоснования её устойчивости. Во всяком случае, можно сказать, что — так же, как и типология темперамента, — она описывает устойчивые различия в деятельности и поведении субъекта, дает дополнительную возможность для дифференциальной оценки характеристик психических образований более высокого уровня, не имеющих непосредственной связи с когнитивной функцией, но оказывающих на нее определенное влияние.

В психодиагностике известны и другие варианты типологичес-ких классификаций, — которые с достаточно вескими основаниями можно рассматривать в качестве психологических моделей личности; они характеризуют психические процессы и образования достаточно высокого уровня. Примером такой классификации являются описанные К. Юнгом типы личности, построенные на тройном основании: ориентации на мир или на себя (экстраверты vsинтраверты), преобладания разума или чувства (мыслительный vs чувствующий), логики или интуиции (интуитивный vs рациональный) [94; 151].

Концепция и модель личности К. Юнга определяет 8 различных психологических типов, которые описывают индивидуальные закономерности формирования субъективных представлений об объективных фактах, событиях, обстоятельствах и других субъектах, которые в значительной степени влияют на формирование мотивов, целеполагание и выбор способов действия, то есть на структуру и параметры психологических механизмов регуляции индивидуального поведения.

Существуют и иные варианты типологии, в основание которых положены некоторые другие интегральные особенности личности или

88

ее поведения. Широко известны типологические классификации мотивационно-потребностной сферы. В социально-психологических исследованиях и разработках применяются различные концепции типов лидерства [13]. В психоанализе предлагается ряд вариантов типологизациибессознательного [88] и т. д.

Классификационные модели личности, принятые в современной прикладной и практической психологии, обладают известными достоинствами и недостатками всех типологических концепций.

Первые состоят в том, что индивидуальные особенности психологических механизмов и закономерностей психической регуляции, выраженные в тех или иных психологических качествах жестко связаны с индивидуальными особенностями деятельности и поведения субъекта. Это позволяет, анализируя наблюдаемые действия и поступки индивида, делать заключения о наличии у него тех или других индивидуальных особенностей, относить его к тому или иному психологическому типу, а имея заключение о принадлежности к тому или другому типу личности, — формулировать выводы о наиболее вероятных формах поведения данного субъекта в различных ситуациях.

Вторые — в ограниченности возможностей практического использования типологии из-за уже отмеченной сложности определения "чистых типов". Частично это ограничение преодолевается рассмотрением промежуточных типов, но в целом оно сохраняется.

Серьезной причиной, затрудняющей использование психологической типологии в решении практических задач, является то, что индивидуальные особенности конкретной личности часто оцениваются и описываются в терминах различных частных типологий личности, и значит отображенные в них закономерности психической регуляции зачастую представлены в терминах и понятиях, которые не предполагают прямой взаимосвязи.

Поэтому становится практически неосуществимым психологический анализ взаимного влияния различных типологических признаков и личностных качеств и их сопоставление с психическими процессами и образованиями, не учитываемыми избранным вариантом типологии.

Одним из способов преодоления данного недостатка может быть объединение ряда интегративных психических качеств в основаниях некоторой более общей комплексной классификации, а также включение в содержательное описание психологических типов таких

89

индивидуальных особенностей личности, которые отражают различные свойства и закономерности психической регуляции. В таком случае возникает действительно многомерная и многоплановая классификация психологических типов, внутри которой используется несколько оснований классификации в рамках одного типологического комплекса.

Хорошим примером психологического комплекса может служить упомянутая выше психологическая классификация типов личности К. Юнга, в которой произведено объединение в качестве множественного основания классификации таких интегральных образований личности, как склонность к интраверсии или экстраверсии и тенденции в познавательной деятельности субъекта [94].

В указанном случае комплексная типология становится более дифференцированной: при оценке и описании личности учитываются не только множественность, но и иерархия психических процессов и образований, — и это существенно расширяет возможности практического применения такого рода комплексных типологий.

Вместе с тем, во всех вышеперечисленных случаях основные ограничения, присущие типологическим моделям личности, сохраняются из-за того, что в описаниях различных психологических типов, принятых в той или иной классификации, недостаточно представлены собственные структуры психической регуляции и те закономерности, в соответствии с которыми она осуществляется. Такое положение сложилось в связи с тем, что при разработке процедур и техник таких типологических классификаций личности эмпирические сведения очевидно преобладают — в ущерб теоретическому анализу.

В настоящее время в отечественной и зарубежной психологии.помимо психологических типологий классификационного вида, начинают все более широко использоваться различные теоретические психологические модели и концепции личности, в том числе, основанные на изложенных в предыдущем разделе теоретических подходах. Так же, как и в случае с классификациями, каждая из таких концепций по-своему описывает механизмы и закономерности психической регуляции деятельности и поведения, выделяя те из них, которые, по мнению авторов, являются наиболее существенными.

Изучение психологической литературы подтверждает: разнообразие подходов к исследованию личности в сочетании отмеченным только что различием мнений отдельных авторов порождает столь

90

большое количество концепций личности, что вряд ли его можно проанализировать в рамках одной публикации. В связи с этим мы полагаем целесообразным рассмотреть те из множества описаний, которые наиболее часто используются в психодиагностике для решения исследовательских и практических задач. Дополнительным основанием нашего выбора является наша приверженность к системному, динамическому функциональному анализу психических явлений, о чем мы уже говорили ранее.

Отобранные для последующего анализа и оценки психологические концепции и модели личности можно разделить на две группы:

— модели, явно выделяющие системную структуру личности, в которой определена иерархия психических образований;

— динамические (с элементами каузальности) модели, в которых дается описание психической регуляции как развернутого во времени процесса.

Вначале выскажем несколько предварительных соображений. Из общих принципов системного анализа следует, что структура любой системы определяется совокупностью элементов и устойчивых связей между ними. Параметры этой структуры определяют конкретное состояние системы, и в пространстве подобных систем задают множество индивидуальных различий, тогда как взятые во времени значения этих параметров задают множество состояний данной системы. Указанные соображения позволяют ввести некоторый предварительный порядок диагностики сложных (многоуровневых) динамических систем:

— оценка функции системы как подмножества ее внешних взаимодействий, заданных ее системообразующим фактором;

— выявление структуры системы как множества элементов с устойчивыми связями (внутренними взаимодействиями) между ними;

— оценка параметров структуры с целью определения ее индивидуального своеобразия и оценки состояния;

— оценка чувствительности и эффективности системы, в которых обнаруживается или устанавливается взаимосвязь между факторами действия (на систему) и эффектами действия ("активностью" системы).

91

Применяя высказанные соображения к рассматриваемым далее описаниям и моделям личности, укажем, что для моделей, отнесенных к первой группе, как раз и характерно выделение в качестве элементов структуры личности различных психических образований и психических процессов различных уровней. Вместе с тем, реальные (или хотя бы гипотетические) взаимосвязи выделенных элементов просматриваются значительно менее четко.

Сошлемся для примера на один из распространенных в отечественной психологии вариантов структуры личности, который был предложен К. К. Платоновым [в версии, рассмотренной в работе 66]. Эта структура представляется автором в виде следующей иерархии основных элементов, по его мнению, составляющих личность:

— направленность, в которую включаются, в частности, влечения.желания, интересы, склонности, идеалы, убеждения, мировоззрение, потребности, мотивы и др.;

— опыт, включающий знания, умения, навыки, привычки, индивидуальную культуру;

— функциональные особенности психических процессов —эмоции, восприятие, память, мышление, внимание, воля;

— типологические особенности высшей нервной деятельности, темперамента; половые и возрастные особенности; специфика энергетических и регуляторных функции организма; патологические и органические отклонения и пр.

В изложенном описании структуры личности довольно четко определена иерархия четырех групп составляющих ее элементов, а психологическая ясность описания элементов структуры, по крайней мере, принципиально позволяет определить характеристики каждого из них. Однако, имеющая место в реальной жизни специфика взаимосвязи этих элементов (кроме факта объединения их в четыре упомянутые группы) по сути никак не отражается данной концепцией. Это весьма затрудняет практическую оценку влияния элементов предложенной структуры друг на друга. В результате возможности использования данного варианта модели личности становятся существенно ограниченными: психодиагностика индивидуальных различий структуры личности и ее параметров остается едва ли не единственной областью применения рассмотренной модели, и

92

за рамками остаются важнейшие вопросы оценки состояния и эффективности деятельности субъекта.

В отличие от рассмотренного варианта модели личности, взаимосвязь элементов в структуре личности значительно более полно отражена описанием, предложенным в работе [116]. Структура личности в этом описании во многом аналогична предыдущей и состоит из следующих элементов:

— направленность личности, проявляющаяся в потребностях, интересах, доминирующих мотивах, убеждениях;

— знания, умения и навыки, приобретенные различным образом и используемые субъектом в различных видах деятельности;

— индивидуально-типологические особенности, составляющие темперамент, характер и включающие способности.

И хотя сразу же следует заметить, что "индивидуально-типологические особенности", согласно нашему подходу, существуют на каждом из выделенных уровней и в каждом из элементов, тем не менее, нужно признать, что в этом варианте определены не только основные элементы структуры личности, но и их проявления в деятельности и поведении, что позволяет на практике оценивать взаимосвязь, иерархию указанных элементов, а также их влияние на конкретные характеристики действий и поступков. Нужно подчеркнуть, однако, что это не общие (каузальные), а индивидуальные (эмпирически установленные) взаимосвязи, и они отражают, скорее, индивидуальные особенности конкретной личности, чем учитывают обшие (генерализованные) закономерности и механизмы психической регуляции.

В частности, в рамках данного варианта модели личности не представляется возможным оценить, и тем более — обсуждать влияние интеллекта на направленность и направленности на проявления темперамента и характера; соотношение интересов, ценностей и знаний и многое, многое другое. Наличие указанного "дефекта" структуры в данной модели личности затрудняет сравнительный анализ структуры личности в различных концепциях; не позволяет сопоставить индивидуально бнаруженные особенности психической регуляции с ее проявлениями в различных видах деятельности, а также — с более общими взаимодействиями между элементами структуры личности. Поэтому, в частности, рассматриваемое описание

93

не позволяет выявлять и сравнивать причины, побуждающие различных субъектов выбирать ту или другую конкретную стратегию деятельности и поведения.

Значительно отличающиеся от рассмотренных выше вариантов структурной модели личности предложены в работах [15; 59; 60]. Авторы описывают личность в виде большого числа подсистем, обладающих определённой иерархией и делают попытки связать структурные характеристики индивидуальности с психологическими механизмами регуляции поведения. При этом предполагается, что различные подсистемы могут формироваться на различных этапах онто-и филогенеза. В отличие от предыдущих такие описания выделяют многомерные связи между различными подсистемами и рассматривают особенности психических процессов, характеризующих различные формы отражения и регуляции, включая общие закономерности субъективной организации поведения. В то же время, выделение внутрисистемных связей осуществляется без указания тех признаков или параметров, которые раскрывают функции отдельных подсистем. Предложенные варианты описания личности, скорее, констатируют её многоуровневость и иерархичность, не определяя структуру полностью (состав и функции элементов, их устойчивые взаимосвязи и особенности этих взаимосвязей).

С упомянутой точки зрения более детально элементы структуры личности и их потенциальная динамика описаны в работе [92], где эта структура представлена следующим образом:

— подсистема формирования мотивов;

— подсистема целеобразования;

— информационная основа деятельности — опыт, знания;

— профессионально-важные качества.

Приведенный вариант структуры личности разрабатывался для решения задач профессиональной подготовки и психологического профессионального отбора. Он представляет собой ту теоретическую модель, на базе которой может строиться анализ профессиональных требований к субъекту деятельности. Выделение профессионально-важных качеств (ПВК) выступает как один из основных её элементов. Эти качества, взятые в рамках данной концепции, оказывают существенное влияние на успешность профессиональной деятельности (на социальную функцию субъекта).

94

Автор справедливо полагает, что в зависимости от содержания выполняемой деятельности набор указанных качеств — ПВК — может меняться. Аналогичным образом, по мнению автора, могут изменяться значимость и параметры отдельных составляющих информационной основы деятельности и т. п.. Все это делает обсуждаемый вариант структуры личности не столько общим описанием, сколько одной из возможных модификаций общей (генерализованной) психологической модели личности, применимой в решении задач профессионального отбора, обучения и оценки профессионализма.

Рассмотренные выше системные варианты концепции структуры личности объединяет то, что они выделяют психические образования и процессы в качестве подсистем более общего механизма психической регуляции поведения и деятельности субъекта. При этом мотивационно-потребностная сфера, по мнению указанных авторов, оказывает доминирующее влияние на другие подсистемы общего механизма.

Вместе с тем, им присущи и общие ограничения. Во-первых, следует отметить, что несмотря на использование деятельностного или системного подходов при разработке указанных описаний и структурных моделей личности, ни одно из них не отражает в явном виде связь параметров деятельности с закономерностями её психической регуляции. Во-вторых, в обсуждаемых моделях личности более или менее полно представлены лишь те закономерности психической регуляции, которые характеризуют регулятивную и когнитивную функции психики. Закономерности, связанные с коммуникативной функцией, в этих моделях практически не учитываются. Естественно, это снижает практическую полезность подобных описаний в решении психодиагностических задач, предполагающих анализ и оценку совместной деятельности, в которой коммуникативная функция имеет большое значение.

Преодолевают отмеченное ограничение такие описания психологической структуры личности, которые, сохраняя доминирующую роль мотивационно-потребностной сферы, и отмечая ведущее значение когнитивной и регулятивной функций психики, в то же время опираются на данные социально-психологических исследований и разработок.

Примером такого варианта структуры личности может быть вариант психологической модели личности, предложенный в работе [56]. Автор рассматривает психику в виде сложной системы,

95

находящейся в постоянном взаимодействии с другой сложной системой — обществом. Это приводит его к дополнительному выделению следующих элементов структуры личности:

— цели, интересы и потребности, формируемые обществом (в том числе обусловленные классовыми, идеологическими, социальными, национальными и другими различиями субъектов);

— социальный контроль поведения, предполагающий соблюдение определенных правовых и социальных норм поведения, следование нормативным требованиям в деятельности и т. п.;

— ценностные ориентации, составляющие основание оценок субъектом объективной реальности.

Указанная концепция выделяет элементы, которые не рассматривались в проанализированных ранее вариантах моделей структуры личности. Однако, необоснованная абсолютизация роли социальных аспектов в организации индивидуального поведения исключает из неё важные закономерности индивидуальной психики, связанные с эмоциональными реакциями, интеллектуальными качествами, личным опытом и другими психическими образованиями, реализующими психическую регуляцию поведения субъекта. Последняя определяется не только особенностями социального контроля поведения, но и специфическими особенностями деятельности. Поэтому и данный вариант не обеспечивает достаточно полного описания иерархии элементов в психологической структуре личности. Связь индивидуальных параметров этой структуры с параметрами конкретной деятельности в рамках данной концепции даже менее отчетлива, чем в рассмотренных выше.

Все сказанное выше и подтверждает, и объясняет трудности развития теоретической психодиагностики: даже в рамках теоретической психологии нет таких общих (генерализованных) моделей личности, которые обобщали бы основные достижения каждого из специфических подходов к исследованию личности, и которые допускали бы сопоставительный анализ различия рассмотренных моделей в конструктивной плоскости. Прогрессивное развитие теории психодиагностики делает актуальной задачу обобщения и объединения разработанных ранее (в различных целях) вариантов психологической структуры личности. Не отвергающее, а интегрирующее

96

обобщение должно привести огромное количество эмпирических данных и теоретических разработок в соответствие с базовыми методологическими подходами и обеспечить построение обобщенной (генерализованной) психологической модели личности.

Такая генерализованная модель должна отвечать требованиям, рассмотренным в предыдущих разделах, но главная ее роль — выступить в качестве:

— конструктивной научной базы построения частных модификаций общей модели личности;

— меры при сравнении индивидуальных особенностей решения конкретных жизненных задач;

— понятийной основы реализации процедур интерпретации психодиагностических данных.

Построение генерализованной психологической модели личности должно преодолеть общий недостаток, присущий всем рассмотренным выше вариантам структуры личности. Напомним, что даже те из них, которые основаны на деятельностном подходе, не описывают в явном виде механизм психической регуляции поведения субъекта, понятого как процесс его активного взаимодействия с окружающей средой. В большинстве существующих психологических концепций это взаимодействие только предполагается, но содержание его, составляющее и предмет, и объект психической регуляции, остаётся за рамками психологического описания.

Кроме того, рассмотренные выше модели носят, в основном, структурный характер, — в них практически не выделяются динамические характеристики регуляции деятельности и поведения. Это понятно, так как структурные модели личности и ставят своей задачей рассмотреть только элементы структуры, не раскрывая их действительных функций и роли в процессах отражения объективной реальности и формирования поведения субъекта, его действий и поступков. Будучи реализованными в конкретных психодиагностических процедурах, такие варианты психологической структуры личности часто становятся некоторым аналогом анкеты, состоящей из отдельных пунктов, влияние каждого из которых на деятельность и поведение предполагается, но не описывается и тем более не анализируется как процесс взаимодействия данного субъекта с окружающей его средой.

97

Необходимо отметить, однако, что в современной теоретической психологии, кроме структурных описаний личности, развиваются концепции, выделяющие динамические аспекты психической регуляции и разрабатывающие описания психики как процесса. В отечественной психологии начало теоретическим исследования в этом направлении было положено работами Ананьева Б. Г. [3; 4], Анохина П. К. [7], Бехтерева В. М. [16], Рубинштейна С. Л. [77;78], Сеченова И. М. [79] и др. Предложенные концепции, в отличие от основной массы "когнитивных" психологических моделей, не сводятся к изображению психики в виде последовательности каких-либо изолированных этапов психической регуляции. Они изначально, хотя и не всегда явно, предполагают проводить анализ психики как процесса непрерывного взаимодействия субъекта с окружающей его средой (физической, социальной и т. п.). В ходе такого анализа естественно выделяются те свойства и закономерности психической регуляции, которые изменяются и развиваются во времени. Временная организация поведения формирует принципиально запаздывающие, несмотря на процессы антиципации, реакции субъекта на воздействие внешних по отношению к нему факторов.

В частности, принцип рефлекторной дуги [79], в отличие от картезианского "рефлекса", открыл принципиальную возможность поиска общих, базовых закономерностей психической регуляции и оценки ее наблюдаемых характеристик. Это была одна из первых попыток изучения механизмов формирования реакций индивида на внешние воздействия, преодолевающая принципиальные ограничения интроспективного и бихевиористического подходов.

Последующие исследования показали, однако, что указанный принцип не является универсальным, так как даже на простейшие реакции оказывают влияние многочисленные факторы, в свою очередь, зависящие от "работы" высших психических функций. В число подобных факторов входит эмоциональное отношение субъекта к воздействию на него. Многочисленные экспериментальные исследования доказывают, что эмоциональное отношение может оказывать преобладающее влияние на регуляцию деятельности и поведения, даже в сравнении с предметной реальностью. Такое влияние многие связывают с особенностями взаимосвязи функционального состояния (активации) с мотивацией и эффективностью поведения. В этом смысле показательно утверждение Рубинштейна С. Л.: "...в отличие от восприятия, которое отражает содержание объекта, эмоции

98

выражают состояние субъекта и его отношение к объекту... " [77].

Фундаментальной важности фактором, который оказывает существенное влияние на психическую регуляцию, является субъективное отражение ожидаемых и реальных результатов действия, описываемое понятием "акцептор результатов действия", в механизме которого главнейшую роль играют так называемые "обратные афферентации" [73]. Указанная психологическая конструкция характеризует влияние мотивов, целеполагания. элементов самооценки на восприятие субъектом результатов собственных действий и поступков, которое, в свою очередь, сказывается на формировании последующих реакций или плана действий. Акцептор результатов действия, с нашей точки зрения, можно рассматривать как одну из функций психического отражения, с помощью которой осуществляется влияние предыдущих результатов на последующие — собственно психическая регуляция. В этой функции, по крайней мере, частично реализуется активность психического отражения: через акцептор результатов действия "замыкается обратная связь" в организации взаимодействия субъекта с окружающей его реальностью. При этом сохраняются общие закономерности, но проявляется индивидуальная специфичность психической регуляции.

Рассмотрение психики как процесса получило дальнейшее развитие в работах Ломова Б. Ф. [54] и его последователей. Используя понятие "психологических механизмов деятельности". Б. Ф. Ломов развил ананьевские представления о личности, описывая психическую регуляцию как процесс взаимодействия личности с окружающей средой. "Психологический механизм деятельности", выступая в форме своеобразной динамической модели личности, включает в себя:

— потребности,

— мотивы,

— образ-цель (субъективная цель),

— формирование программы действий,

— предвидение возможных результатов (антиципация), оперативный образ (отражение текущей ситуации),

— концептуальную модель (представление об исходной ситуации и возможных направлениях ее развития),

— принятие решения,

— оценка результатов совершенных действий и коррекция плана последующих.

99

Такое развернутое содержание понятия "психологические механизмы деятельности" позволяет достаточно детально описывать основные закономерности психической регуляции.

В нашей интерпретации, смысл концепции, разработанной Б. Ф. Ломовым и его коллегами, состоит, в общих чертах, в следующем. В любой деятельности субъект исходит из определенных мотивов и предполагает достижение конкретных целей, удовлетворяющих его потребности. В процессе осуществления деятельности он планирует свои действия, ориентируясь на субъективные представления о ситуации, объединённые в концептуальную модель. Планируемые им действия и активность в целом направлены на достижение желаемых результатов, субъективным отражением которых является образ-цель. При планировании действий субъект предвидит возможные их последствия и принимает решения о целесообразности или нецелесообразности осуществления действий в зависимости от результатов оценки возможных последствий. Действия и поступки субъекта вызывают те или другие изменения в окружающей среде, которые отражаются в виде оперативного образа. Соотношение оперативного образа и образа-цели определяют оценку результатов действия и необходимость корректировки их программы, концептуальной модели или образа-цели.

Представленное описание психологических механизмов можно использовать для характеристики психической регуляции любой деятельности и поведения. Отдельные ее этапы и элементы могут не полностью осознаваться субъектом, но они всегда присутствуют. Конкретная специфика психической регуляции и ее закономерности определяется индивидуальными особенностями психических образований, составляющих структуру данной личности. Поэтому концепция психологических механизмов не только отражает динамические аспекты регуляции деятельности и поведения, но и позволяет в принципе связать особенности психической регуляции с индивидуальными особенностями иерархически взаимосвязанных элементов структуры личности.

Так, установлено, что на формирование мотивов значительное влияние оказывают доминирующие потребности и направленность личности. Планирование последовательности действий осуществляется в соответствии с опытом, знаниями, умениями и практическими

100

навыками, зависит от эмоционального отношения к внешним по отношению к субъекту обстоятельствам и от его функционального состояния. Антиципация связана с отношением к целям деятельности, и в то же время отражает особенности интеллекта и функционирования центральной нервной системы. Достаточно просто привести множество примеров, раскрывающих содержание и других взаимосвязей в общей регуляции поведения и деятельности субъекта. Здесь нет необходимости описывать их детально.

Важно констатировать, что концепция психологических механизмов психической регуляции принципиально допускает совместное описание структуры регуляции и структуры личности, реализующей этот процесс. В этом случае становится возможным описание общих и индивидуальных закономерностей психической регуляции для данного субъекта и для данной конкретной деятельности в рамках одной целостной модели — создание обобщенной (генерализованной) психологической модели личности.

Сочетание системных — структурных и динамических — концепций в рамках одной психологической модели предполагает разработку и применение функционального подхода, основы которого изложены в следующем разделе.

Основанием для постановки вопроса о развитии функционального подхода стали следующие прагматические обстоятельства: в задачах, связанных с практическим применением психологических знаний, почти всегда возникает необходимость в совместном описании наиболее важных компонентов реальной ситуации:

— внешних по отношению к субъекту условий, в которых осуществляется его деятельность и поведение;

— отражения этих условий, так же как и результатов своих действий или поступков;

— состояния субъекта, механизма формирования его действий и отношений к тому, что его окружает.

Как следует из представленных в данном разделе результатов анализа, ни одна из существующих в психологии концепций личности, ни один из рассмотренных подходов не предполагает такого совмещения. Поэтому и возникает парадоксальное, по нашему мнению, положение, когда детальная разработка структуры живой системы осуществляется без рассмотрения особенностей и механизмов

101

реализуемых ей функция и процессов, и наоборот, — когда углубление в изучение динамики процессов не сопровождается анализом осуществляющей их структуры.

102