2. Предмет гражданско-правового регулирования.

В предмет гражданского права входят:

• имущественные отношения;

• личные неимущественные отношения, связанные с имущественными;

• личные неимущественные отношения, не связанные с имущественными.

Группы имущественных отношений:

Вещного характера (обладание вещами, имуществом) : статические

• - право собственности

• - иные вещные права (права на чужие вещи)

Обязательственного характера: динамические

• - договорные

• - деликтные (из правонарушений)

Наследственные

Имущественные отношения, составляющие предмет гражданско-правового регулирования, отличаются некоторыми общими признаками.

Во-первых, они характеризуются имущественной обособленностью участников, позволяющей им самостоятельно распоряжаться имуществом и вместе с тем нести самостоятельную имущественную ответственность за результаты своих действий.

Во-вторых, по общему правилу они носят эквивалентно-возмездный характер, свойственный нормальному товарообмену, стоимостным экономическим отношениям. Возможны, конечно, и безвозмездные имущественные отношения (например, дарение, безвозмездный заем, безвозмездное пользование чужим имуществом и т. д.). Они, однако, вторичны, производны от возмездных имущественных отношений и не являются обычной формой товарообмена.

В-третьих, участники рассматриваемых отношений равноправны и независимы друг от друга и не находятся в состоянии административной или иной властной подчиненности, поскольку являются самостоятельными товаровладельцами.

Среди имущественных отношений, регулируемых гражданским правом, законодатель особо выделяет предпринимательские отношения (ст. 2 ГК РФ). Они характеризуются следующими признаками:

• направленностью на систематическое получение прибыли;

• самостоятельностью и рискованностью действий субъектов.

б) понятие и виды личных неимущественных отношений, регулируемых гражданским правом;

• отсутствие экономического содержания

• нематериальные блага в качестве предмета отношений

• неотделимость их от личных

Действующий Гражданский Кодекс подразделил личные неимущественные отношения на регулируемые и защищаемые гражданским законодательством. Личные неимущественные отношения, связанные с имущественными, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников, регулируются гражданским законодательством (п. 1 ст. 2. ГК). Неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ (п. 2 ст. 2 ГК).

Нематериальные блага рассматриваются ГК в качестве разновидности объектов, по поводу которых могут возникать гражданские правоотношения. Статья 150 ГК дает примерный перечень юридически защищаемых нематериальных благ, подразделяя их на:

• - нематериальные блага, приобретаемые гражданами и юридическими лицами в силу рождения (создания),

• - нематериальные блага, приобретаемые ими в силу закона.

То, что ГК дает лишь примерный перечень материальных благ, пользующихся гражданско-правовой защитой, позволяет сделать вывод о том, что объектом гражданско-правовых отношений может оказаться и неназванное ГК нематериальное благо. К нематериальным благам, приобретаемым гражданами и юридическими лицами в силу рождения, ГК относит жизнь, здоровье, достоинство личности, личную неприкосновенность, честь и доброе имя, деловую репутацию, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну; к нематериальным благам, приобретаемым в силу закона, - право свободного передвижения, право выбора места пребывания и жительства, право на имя, иные личные неимущественные права. В качестве иных нематериальных прав, принадлежащих личности, могут оказаться право на жизнь, здоровье и пр. Личное неимущественное право, корреспондирующее нематериальному благу или существующее отдельно от него, оказывается как бы благом второго уровня, а сами жизнь, здоровье и пр. являются благом, предшествующим праву на него, и в этом смысле могут признаваться благом первого уровня.

По своему характеру личные неимущественные права являются правами абсолютными, т.к. управомоченному лицу противостоит неопределенный круг лиц, обязанных воздерживаться от каких бы то ни было нарушений личных неимущественных прав граждан. В литературе справедливо отмечается, что суть гражданско-правовой охраны личной жизни состоит в обеспечении свободы гражданина определять поведение в индивидуальной жизнедеятельности по своему усмотрению, исключающему вмешательство в его личную жизнь со стороны других лиц, кроме случаев, прямо предусмотренных законом.

По действующему ГК понятие «нематериальное благо» является собирательным, относящимся как к самому «благу», так и к личным неимущественным правом.

Выдержка из работы Щенниковой: ИМУЩЕСТВЕННЫЕ ОТНОШЕНИЯ В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА

« Возможно ли в дореволюционной истории развития теоретической мысли найти подходы, так необходимые к применению отечественным законодателем сегодня?

Сделаем два шага назад для того, чтобы оказаться в девятнадцатом веке, когда в мире активно развивался так милый нашему сердцу сегодня рынок и научная мысль не могла не откликаться на проблемы, им порождаемые. Кстати, и тогда среди представителей науки гражданского права, исследовавших предмет отрасли, можно было условно выделить «рыночников» и «нерыночников».

Среди «нерыночников» популярным был упрощенный подход к предмету, согласно которому гражданским правом называется совокупность норм, определяющих взаимные отношения людей в их частной жизни. Это определение, хотя и мало уязвимое, но абсолютно бесполезное, так как не содержит ни одного признака, указывающего на качественную специфику гражданского права. Наряду с названным, в дореволюционной цивилистике получила обоснование экономическая теория предмета гражданского права. Ее последовательным идеологом был К.Д. Кавелин. (Константи́н Дми́триевич Каве́лин (1818- 1885,) — русский историк, правовед, социолог и публицист. Общие вопросы истории освещал через призму правовых отношений и придавал изложению публицистическую форму. Наряду с Б. Н. Чичериным стал основателем государственной школы в русской историографии. Развивал идею о решающей роли государства в жизни народа. Государство, по мнению Кавелина, явилось высшей формой общественного бытия в истории России, а власть — инициатором и гарантом прогресса.)

И есть в кавелинской теории рациональные зерна, которые важно видеть и постараться взрастить на новой почве экономических реалий XXI века. Первым рациональным «зерном», очевидным проявлением ценности теории К.Д. Кавелина было то, что он сумел показать значение понимания специфики предмета отрасли гражданского права для построения добротного здания гражданского законодательства.

Ученый прозорливо подметил, что есть такие понятия в цивилистической науке, которые, считаясь общеизвестными, на самом деле абсолютно непонятны, так как каждый понимает их по-своему, придает им особый смысл. В числе таких обманчиво понятных понятий оказалось и центральное в гражданском праве – понятие предмета отрасли. Практическим итогом теоретического недоразумения явилось «здание» российского гражданского права, которое К.Д. Кавелин нелицеприятно называл «старой храминой» под влиянием недоразумений и случайностей. Перестраивать гражданское право К.Д. Кавелин предлагал по строгому плану, опираясь на общие начала, основополагающим из которых является предмет гражданско-правового регулирования.

Вторым рациональным зерном теории К.Д. Кавелина был вывод о том, что бесплодно характеристику предмета гражданского права строить на противопоставлении частного права публичному. Совершенно недостаточно назвать гражданское право партикулярным или приватным. Из этой посылки может показаться, что «до отношений, регулируемых гражданским правом, обществу и государству нет никакого дела». С этим выводом согласиться никак нельзя, доказывал К. Д. Кавелин, так как «во всех частях гражданского права оказывается много такого, что по своему значению и роли (влиянию) касается более или менее всего общества» [4, c. 768]. Не нуждается в единстве и проведении общих интересов, по К.Д. Кавелину, разве что толпа. Напротив, в сколько-нибудь организованных формированиях, пусть даже «каком-нибудь шахматном клубе», необходимо единство и целостность, которая обеспечивается с помощью правовых норм. Само регулирование законом, резюмировал К.Д. Кавелин, есть «выражение общественной потребности в виде общего обязательного правила» [4, c. 760]. Таким образом, гражданско-правовое регулирование выполняет наиважнейшую задачу оптимального выражения познания цивилистической наукой общественной потребности. Третьим рациональным звеном теории К.Д. Кавелина можно полагать собственно ее экономическую сущность. Ученый считал предметом гражданского права «общественные отношения по поводу материальных, вещественных ценностей в виде физических вещей, прав и услуг» . Таким образом, гражданское право виделось К.Д. Кавелиным как право на вещественные ценности или, по другому, право имущественное. Таким образом, в данной теории удачно было выведено на передний план главное звено в предмете гражданского права, которое составляют имущественные отношения.

Наконец, ценность теории К.Д. Кавелина заключается в том, что ученый сумел показать, что имущественные отношения в условиях рынка не могут быть пущены на самотек, отданы на произвол судьбы, на откуп отдельных лиц с их частными интересами и потребностями. Гражданское право, по К.Д. Кавелину, – это не есть область произвола и исключительной свободы индивидуальной воли. Напротив, оно должно создаваться из необходимостей разного рода. Необходимостей общественных, государственных, природных, физических. К.Д. Кавелин точечно наметил наиболее важные для решения посредством гражданско-правового регулирования вопросы: это вещи, исключенные из гражданского оборота, в том числе земля и природные ресурсы, это система вещных прав на земельные участки, это запрещенные к совершению сделки; это форма, предусматриваемая для торговых сделок и сделок с недвижимостью, это устройство коммерческих и некоммерческих организаций, включая университеты, и многое, многое другое. От решения всех этих экономически важных вопросов зависит общий итог экономического развития любой страны.

На чем «споткнулась» цивилистика советского периода в исследовании предмета гражданско-правового регулирования?

Своеобразным расцветом в развитии учения о понятии имущественных отношений были шестидесятые-семидесятые годы XX века. В этот период по сути все ведущие цивилисты страны высказались по поводу имущественных отношений в предмете гражданского права. В числе этих ученых можно назвать и С.С. Алексеева, и С.Н. Братуся, и В.Ф. Яковлева, и Ю.К. Толстого, и О.А. Красавчикова, и Тархов В. А. Интересный факт истории отечественной цивилистики: в эпоху нерыночной экономики имел место расцвет рыночной проблематики в предмете гражданского права. Вот почему представляется правильным выделить точку зрения, высказанную о понятии имущественных отношений А.В. Тарховым (Тархов, Виктор Алексеевич), поскольку она наиболее точно и научно обоснованно подвела черту под рассуждениями чисто теоретического характера, поставив перед законодателем вполне практические задачи. Итак, люди вступают по своей воле в имущественные отношения, – рассуждал А.В. Тархов. Их итогом являются отношения производственные, представляющие собой отношения в процессе труда, т. е. целесообразной деятельности человека. Данная деятельность тоже носит волевой характер. Каждый человек действует сознательно, а все индивидуальные действия складываются в определенный результат. Производственные отношения независимы в том смысле, что без них не может существовать человеческое общество. Этого объективного положения вещей изменить нельзя. Однако каждый человек действует в зависимости от множества обстоятельств абсолютно индивидуально. Все отдельные волевые действия индивидов сливаются в определенный объективный общественный результат. Этот общий итог может быть различным. В одном случае частнособственнические отношения развиваются стихийно, тогда процесс производства господствует над людьми. В другом сами люди ставят его под сознательный контроль и регулирование, тогда уже человек господствует над процессом производства. Следовательно, отношения имущественные, регулируемые гражданским правом, делал вывод А.В. Тархов, необходимо ставить под сознательный контроль законодателя. Таким образом, можно говорить об индивидуальной и общественной воле, что проявляется в производственных отношениях. Индивидуальная воля людей проявляется в их индивидуальных актах, производственного характера. Общественная воля находит свое выражение в общественном регулировании складывающихся между людьми отношений. Можно ли обойтись проявлением исключительно индивидуальных воль в экономическом развитии? На этот вопрос А.В. Тархов отвечал отрицательно. Выводом практического характера из приведенной теории может быть следующий. Для действенного гражданско-правового регулирования имущественных отношений необходимо последовательное, научно обоснованное формирование общественной воли. Тогда производственные отношения как система будут отношениями волевыми, поскольку в них естественным образом объединятся воли индивидуальные с волей общественной, проявляющейся в коллективном разуме законодателя. Обращаясь к теории имущественных отношений советского периода, нельзя не вспомнить С.Н. Братуся, внесшего весомый вклад в ее развитие. В наследии ученого можно обнаружить ряд выводов, которые непосредственно посвящены соотношению гражданского права и экономики. «Мы утверждаем, – писал С.Н. Братусь, – что воздействие на поведение участников общественного производства – это, в конечном счете, воздействие на производственные отношения, ибо тем самым осуществляется воздействие на итог, объективный результат деятельности участников». Регулируя поведение людей, воздействуя на их волю, рассуждал ученый, гражданское право тем самым закрепляет и развивает производственные отношения в том направлении, которое обеспечивает сохранение, упрочение и развитие данного общества. Гражданское право, резюмировал профессор Братусь, воздействует и на непосредственное производство, и на распределение, и на обмен, и на потребление. Таким образом, можно утверждать, что любое общество, с помощью государства осуществляющее гражданско-правовое регулирование, закладывает фундамент для развития экономики. Поэтому результаты экономического развития – это показатель эффективности гражданского права.

Некоторые итоги или можно ли винить отечественное гражданское право в нуждах экономики?

Наши рассуждения о предмете гражданско-правового регулирования с точки зрения показателей качества или эффективности воздействия могут быть сведены в ряд важных выводов.

• Гражданское право является правом имущественным по своей сути, так как имущественные отношения составляют его фундамент, выступают основополагающими. Экономическая модель гражданского права является предпочтительной, поскольку обнажает его специфику.

• Относясь к ветви частного права, гражданское право не может быть уделом индивидуальных воль, правом произвола. В имущественных отношениях, помимо сугубо частного (партикулярного), есть многое общественно значимое, так сказать, необходимое для эффективного развития. Необходимости существуют общественные, государственные, природные, финансовые и т.п. Этот комплекс, служащий общей пользе, должен быть понят правовой наукой, и с учетом такого понимания должно строиться гражданско-правовое регулирование.

• Имущественные отношения являются волевыми. При этом индивидуальная воля проявляется в отдельном, конкретном, экономическом отношении. При этом в целостной совокупности имущественных отношений, называемых отношениями производственными, должна проявляться общая воля, получающая свое выражение в правовом регулировании. Для эффективного гражданско-правового регулирования имущественных отношений необходимо последовательное, научно обоснованное формирование общей воли.

• Гражданско-правовое регулирование имущественных отношений может быть хорошим, т.е. эффективным и, наоборот, плохим, не создающим стимулов к развитию. При этом влияние гражданско-правового механизма на имущественные отношения является всеохватывающим, так как обнимает и производство, и распределение, и обмен, и потребление. Хорошее гражданское право должно строиться на добротной экономической теории с понятными целями и задачами экономического развития.

Организационные отношения в предмете гражданского права РФ:

Еще в 1940 году М. М. Агарков в своей работе «Предмет и система советского гражданского права» указывал, что советское административное право регулирует организационные отношения, которые складываются из организующей деятельности Советского государства и которые при этом представляют собой самостоятельный круг общественных отношений, не являющихся методом регулирования соответствующей деятельности.[1] В свою очередь С. Н. Братусь в рамках общего учения о предмете гражданского права, рассматривая проблему понятия имущественных отношений, входящих в сферу его правового регулирования, вообще не ставил вопрос о самостоятельности организационных отношений в рамках данной отрасли права, четко отграничивая тем самым имущественные отношения от организационных. По мнению С. Н. Братуся, основная задача заключается в том, чтобы установить правильное взаимоотношение между гражданско-правовыми и административно-правовыми нормами, а не в том чтобы объединять их с имущественными.[2] С иных позиций решает рассматриваемый вопрос С. С. Алексеев. Взяв за основу тезис о том, что выделение имущественных отношений строится по признаку объекта, а организационных по признаку содержания, автор пришел к выводу, что та группа организационных отношений, объектом которых являются материальные блага, должны именоваться имущественными и входить в предмет гражданско-правовой отрасли.

Основоположником самостоятельного рассмотрения организационных отношений, построенных на началах равенства и координации в предмете гражданского права, справедливо считается О.А. Красавчиков, обратившийся к разработке этой проблемы более тридцати лет тому назад. Автор выделил четыре группы гражданско-правовых отношений, которые, по его мнению, должны входить в сферу правового регулирования предмета гражданского права: 1) предпосылочные, служащие завязке или развитию имущественных отношений (например, специальные договоры авиатранспортных предприятий, навигационные договоры и др.); 2) делигирующие, наделяющие полномочиями одних лиц для совершения определенных действий от имени других (например, выдача и отозвание доверенности); 3) контрольные, позволяющие одному субъекту гражданско-правового отношения контролировать другого (например, контроль заказчика, авторский надзор проектных организаций и т. д.); 4) информационные, в силу которых стороны обязаны обмениваться определенной информацией (например, обязанность продавца предупредить покупателя о правах третьих лиц на проданное имущество и др.). Кроме того, автор отмечает, что поскольку имущественные отношения связаны со средствами или продуктами производства, постольку лишь те нормы, которые регулируют поведение людей, непосредственно направляемое на средства или продукты производства, имеют дело с имущественными отношениями. С последним, однако, нельзя согласиться уже потому, что гражданское право, как известно, включает в свой состав немалое число норм, не обладающих такой направленностью и лишь в конечном счете, при посредстве других гражданско-правовых норм, соприкасающихся с поведением имущественного содержания. Это означает, что отношения, непосредственно ими регулируемые, хотя и связаны с имущественными, выполняя для него своего рода служебную функцию, сами уже являются не имущественными, а организационными отношениями. Кроме того мы полагаем, что благодаря такому ходу рассуждений автора правилами об организационных отношениях следовало бы признать и многие другие гражданско-правовые нормы: к примеру о правосубъектности, которая выражает не сами имущественные отношения, а одну из их важнейших предпосылок (например, о представительстве, за исключением норм, предусматривающих компенсацию расходов и выплату вознаграждения представителю и таких примеров можно приводить сколь угодно много. Таким образом, в результате образовалось бы не незначительное количество гражданско-правовых организационных отношений, обозначенное О. А. Красавчиковым словом «некоторые», а огромное их множество, едва ли уступающее по своим масштабам имущественным отношениями уж во всяком случае не укладывающееся в ту четырехчленную классификацию, которую предложил ученый[5]. Впоследствии Н. Д. Егоров, полагая, что организационные отношения в том смысле, в котором имел их в виду О. А. Красавчиков, точнее именовать не организационными, а координационными, указал на связанность организационной деятельности с определенными затратами, которые в условиях товарного производства приобретают товарную форму. Отсюда координационно-стоимостные отношения рассматриваются им как вид имущественных отношений.[6] Однако автор, как нам кажется, смешивает отношения, объективно находящиеся в «вертикальной» и «горизонтальной» плоскостях правового регулирования, что по существу позволяет усомниться в сделанных им выводах.

Вместе с тем в очередной раз, подвергая резкой критике концепцию О. А. Красавчикова, хочется особо обратить внимание на следующие основные моменты: в целом любые общественные отношения, в том числе и имущественные, характеризуются как определенной степенью их организованности, так и прохождением через стадию становления, прежде чем они сформируются окончательно. Достаточно исключить организующие их элементы, как перестанут существовать и сами имущественные отношения. В рамках, очерченных законодательством, государство может при помощи юридических норм организовывать имущественные отношения по-разному. Можно обязать подрядчика информировать заказчика об обстоятельствах, угрожающих годности и прочности работы, но можно и не обязывать его к этому. Однако при исключении такой обязанности был бы нанесен урон имущественным отношениям заказчика, что отрицательно сказалось бы на правовой организации соответствующих отношений, а лишенные всяких моментов организованности, они не выступали бы уже ни как правовые, ни как чисто общественные отношения. Таким образом, ошибка О. А. Красавчикова, видится нам в том, что организованность, составляющую неотъемлемое свойство общественных отношений он, ссылаясь на конкретные способы правовой организации отдельных имущественных отношений, отсекает от последних и объявляет особым гражданско-правовым отношением.

Если обратиться к ныне действующему гражданскому законодательству, то не трудно заметить, что число организационно-правовых предписаний значительно возросло. В связи с этим еще раз подчеркиваем: наша позиция по этой проблеме однозначна – говорить об организационных отношениях как самостоятельном элементе предмета гражданско-правового регулирования не правильно, поскольку нельзя отрывать организационный элемент от имущественного и противопоставлять ему. Это относится в том числе и к ныне действующей правовой доктрине и законодательству. То есть одно дело, когда в предмете гражданского права рассматриваются имущественные отношения с имеющим место организационным началом как единое целое, не противопоставляются при этом указанные элементы друг другу и это, на наш взгляд, является вполне оправданным и логичным (с учетом всего сказанного выше), другое дело, когда организационный элемент все-таки пытаются противопоставить имущественному.

Кроме того, в учебной литературе последнего времени стали особо выделять т.н. «корпоративные отношения по управлению частным имуществом корпораций» - хозяйственных товариществ и обществ, а также производственных кооперативов, которые отличаются имущественным характером и противопоставляются корпоративным отношениям с преимущественным организационным, а потому личным неимущественным характером, существующим в некоторых некоммерческих организациях - общественных и религиозных организациях, объединениях юридических лиц и др.

Корпоративные отношения - это система отношений, складывающихся между участниками объединения (акционерами) и обособленным от акционеров аппаратом управления (менеджментом), а также между менеджментом и другими заинтересованными лицами такого объединения (работниками, партнерами, государственными органами) и являющихся результатом компромисса интересов объединения, его участников и менеджмента.

Корпоративные отношения - это отношения организационные. Концепция организационных отношений была выдвинута О.А. Красавчиковым. Выделяя организационные отношения, он считал, что они являются служебными по отношению к основным имущественным отношениям и имеют специфическую функцию - упорядочение имущественных отношений. По мнению других, корпоративные отношения как отношения собственности - прежде всего имущественные отношения, закрепляющие специфические формы присвоенности имущественных благ, характеризующиеся множественностью субъектного состава.

Они являются служебными по отношению к основным имущественным отношениям и имеют специфическую функцию упорядочение имущественных отношений. Корпоративные отношения как отношения собственности - прежде всего имущественные отношения, закрепляющие специфические формы присвоенности имущественных благ, характеризующиеся множественностью субъектного состава.

Вместе с тем имущественные отношения как "сторона" корпоративных отношений не могут быть реализованы без организационных отношений. Поэтому корпоративные отношения необходимо понимать как комплексные - имущественные и связанные с ними неимущественные (организационные) отношения. Корпоративные отношения являются также и смешанными имущественно-организационными отношениями. Все существующие позиции относительно понимания корпоративных отношений имеют право на существование, так как в каждом определении понятия корпоративных отношений за основу принимается тот или иной критерий и сами корпоративные отношения дифференцируются по этим критериям на разные виды. Внутри корпорации складывается целая система отношений, обеспечивающих функционирование корпорации как единой системы, имеющей единую цель (общий интерес). Корпоративные отношения – это, прежде всего, отношения внутри самой корпорации между различными группами участников корпорации, между ними и профессиональным менеджментом, между директорами и менеджментом.

Объектом корпоративного правоотношения - отношения собственности внутри хозяйственной организации, например отношения собственности между учредителями организации в отношении долей складочного капитала. Особенностью объектов является то, что объектами корпоративных правоотношений выступают поведение субъектов и последствия такого поведения. В ряде случаев в результате определенного поведения субъекта корпоративного правоотношения появляется юридический факт, имеющий определенные правовые последствия для субъекта. Субъекты корпоративных правоотношений - это субъекты конкретных отношений, наделенные правами и обязанностями.

Корпоративные отношения регулируются нормами гражданского права и учредительными документами корпораций, существуют только между корпорацией и ее участниками на протяжении всего периода членства участника в корпорации. Иными словами, корпоративные отношения входят в предмет гражданского права в качестве его самостоятельной составной части. Корпоративные права являются правами гражданскими, на них распространяются все общие положения гражданского права, в частности, касающиеся возникновения, осуществления и защиты гражданских прав.

Проблемы предмета и метода гражданско-правового регулирования.

Вопрос о предмете и методе гражданского права носит дискуссионный характер. В литературе высказываются и другие суждения. В частности, спорным является само понятие имущественных отношений, регулируемых гражданским правом. Ряд авторов полагают, что необходимо ограничить имущественные отношения от материальных, производственных и экономических.[30] Необходимость такого разграничения обычно объясняется так, что материальные, производственные и экономические отношения носят объективный характер и поэтому не могут регулироваться нормами права. Между тем человек не в состоянии изменить законы, по которым развиваются материальные, производственные и экономические отношения. Однако он может либо ускорить их развитие в соответствии с существующей объективной закономерностью, либо затормозить развитие этих отношений, что неоднократно имело место в истории развития общества. Сделать это можно, лишь оказывая определенное воздействие на рассматриваемые отношения, в том числе и посредством их правового регулирования.

Более обоснованной представляется позиция тех авторов, которые считают, что понятия производственных, материальных, экономических и имущественных отношений с разных сторон отражают различные свойства одних и тех же общественных отношений, возникающих в процессе производства, распределения, обмена и потребления материальных благ.[31]

Так, термин «материальные» отражает тот факт, что характер указанных отношений определяется материальными условиями жизни людей. Поскольку рассматриваемые общественные отношения возникают в процессе производства, их называют производственными отношениями. Термин «экономичекие» употребляется в тех случаях, когда важно подчеркнуть, что складывающиеся в процессе производства общественные отношения составляют экономический базис общества. Чтобы отразить связь этих отношений с материальными благами (имуществом) их называют имущественными отношениями.

Различные критерии предлагаются и для отграничения имущественных отношений, регулируемых гражданским правом, от имущественных отношений, входящих в предметы других отраслей. Так, С.Н. Братусь специфический признак имущественных отношений, входящих в предмет гражданского права, усматривает в имущественной самостоятельности их субъектов.

Сергей Никитич Братусь ( 1904-1997, Москва) — советский и российский юрист, учёный-правовед, специалист по гражданскому праву. Доктор юридических наук, профессор (с 1943 года). Научные интересы С. Н. Братуся были сосредоточены на проблемах советского гражданского права. В частности, в круг его интересов входили такие вопросы как природа и статус юридических лиц (Братусь отрицал т. н. «хозяйственно-правовую концепцию» юридического лица, противопоставляя ей «теорию коллектива»), система и структура гражданского права (Братусь выступал против обособления хозяйственного права как самостоятельной отрасли), проблемы юридической ответственности (Братусь полагал, что сущность юридической ответственности заключается в государственном принуждении, отрицая таким образом концепцию «позитивной юридической ответственности»). Интересовали учёного также и некоторые вопросы общей теории государства и права, в частности, систематизация и кодификация законодательства.

С.С. Алексеев – в имущественно распорядительной самостоятельности участников имущественных отношений.

Серге́й Серге́евич Алексе́ев ( 1924, Орёл — 12 мая 2013, Санкт-Петербург) — российский правовед, доктор юридических наук, член-корреспондент РАН (1991; член-корреспондент АН СССР с 1987 года). Труды по общей теории права, по гражданскому праву

Ю.К. Толстой считает, что в качестве искомого признака выступает равенство участников имущественных отношений, регулируемых гражданским правом.

Толстой Юрий Кириллович, академик Российской академии наук, заслуженный деятель науки Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор Санкт-Петербургского государственного университета. Много лет изучает жилищное законодательство и практику его применения, участвует в подготовке законов и подзаконных нормативных актов в области жилищного, гражданского и иных отраслей права. Автор работ по жилищному праву (учебников, комментариев, монографий), вызвавших широкий общественный резонанс. Автор учебника по гражданскому праву. Некоторые из этих взглядов нашли отражение в действующем законодательстве.

Для изложенных выше позиций характерна одна общая черта: в качестве предметного признака гражданского права в них используются свойства не самих общественных отношений, а их участников или имущества, по поводу которого возникают эти отношения. Между тем специфический признак (положение) участников имущественных отношений определяется характером этих отношений, а не наоборот. Экономические же признаки имущества существуют не сами по себе, а предопределяются особенностями тех общественных отношений, которые складываются по поводу этого имущества. В силу этого предметный признак гражданского права правильнее искать в специфике самих имущественных отношений, а не в особенностях положения, занимаемого их участниками, или имущества, по поводу которого эти отношения возникают. В качестве такого специфического признака может быть использован стоимостный характер имущественных отношений, входящих в предмет гражданского права.

По-разному в литературе объясняется и включение в предмет гражданского права личных неимущественных отношений. Одни авторы полагают, что личные неимущественные отношения регулируются гражданским правом в силу их связанности с имущественными отношениями. Однако связанность различных общественных отношений не означает их однородности и сама по себе не может служить основанием для включения указанных отношений в предмет одной и той же отрасли права. Так, отношения по поводу предоставления гражданам жилой площади и отношения найма этой жилой площади неразрывно связаны межу собой. Однако регулируются они различными отраслями: первые – административным, вторые – гражданским правом. Наоборот, между дарением и договором строительного подряда нет тесной связи, но тем не менее они входят в предмет одной и той же отрасли гражданского права. Другие ученые полагают, что личные неимущественные отношения, будучи нетипичными для гражданского права, оказались втянутыми в сферу гражданско-правового регулирования, так как для них стало возможным использовать уже сложившийся метод гражданско-правового регулирования. Однако и в этом случае возникает вопрос, почему именно личные неимущественные отношения обладают таким общим свойством с имущественно-стоимостными отношениями, которое и  позволило распространить на них гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений. В качестве такого обобщающего признака Ю.К. Толстой рассматривает равенство сторон в имущественно-стоимостных и личных неимущественных отношениях. Между тем положение, в котором оказываются участники регулируемых правом общественных отношений, зависит от того, какой метод правого регулирования избран законодателем. Если признать, что сторона общественных отношений, входящих в предмет гражданского прав, находится в равном положении и без их правового регулирования, то становится бессмысленным само правовое регулирование указанных отношений методом равноправия, который, как считает Ю.К. Толстой, является специфическим методом гражданского права. Обобщающим признаком, позволяющим объединить имущественно-стоимостные и личные неимущественные отношения в предмете одной отрасли, является их взаимооценочный характер, который и предопределяет применение к ним единого метода правового регулирования – метод юридического равенства сторон.