2.1.7. Развитие общества как цивилизационный процесс

Существует несколько основных теоретико-методологических подходов к рассмотрению общества в его историческом развитии: историографический, культурологический, формационный, цивилизационный. Хотя последний полу­чил широкое распространение в современном обществознании, единого мнения о его сущности и методологических приоритетах не существует. Такую ситуацию неоднозначности обуславливают три обстоятельства. Во-первых, полисеман-тичность самого термина «цивилизация». Под ней понимаются культура, либо только материальная культура, либо материальное воплощение культуротвор-чества человечества, либо современное общество в целом, либо следующий за первобытным варварством этап развития человечества, либо стадия развития общества, характеризующаяся упадком культуры и сменяющая ее, и др. Во-вто­рых, неоднородность оснований типологизации цивилизаций. Чаще всего сто­ронники цивилизационного подхода (противопоставляя его формационному) закрепляют за ним способность характеризовать длительные этапы историчес­кого развития общества, взятого во всей совокупности материальных и духовных форм его существования. Однако в реальном исследовании подобная теоретико-методологическая «всеядность» не оправдывается и за основу анализа берется ограниченный набор параметров, чаще всего характер хозяйственной деятель­ности, властных отношений, техники и технологий, нормативного регулирования отношений, социализации, влияния религии и некоторые другие. Из-за этого (хотя и объяснимого) редукционизма цивилизационный подход лишается долж­ной строгости и обоснованности нормативов научного исследования общества. В-третьих, существование трех заметно различающихся версий цивилизацион­ного подхода, каждая из которых имеет свой оригинальный вариант рассмотрения социодинамики и опирается на собственное решение фундаментальных проблем философии истории. Речь идет о цивилизационно-стадиальной, цивилизационно-региональной и цивилизационно-локальной версиях.

Зачатки цивилизационно-стадиального подхода появились в XVIII веке, когда, собственно, и было введено в научную лексику понятие цивилизации, первоначально характеризовавшее закономерности развития и особенности социокультурного бытия Западной Европы. Показательно, что подавляющее большинство сторонников данного подхода, настаивая на единстве мировой истории, приняли цивилизационную западноевропейскую модель в качестве образца для других цивилизаций, поделив народы на исторические и неисто­рические. Возникнув в эпоху Просвещения, парадигма европоцентризма в XX — начале XXI века, несколько изменив и смягчив свою форму, осталась основой не только теоретического мышления, но и социально-практической стратегии Запада.

Согласно связанному с ней цивилизационно-стадиальному подходу, для единого мирового исторического процесса характерна поступательность и стадиальность развития.

В рамках данной версии цивилизационного подхода широкое распростра­нение получила типология, согласно которой выделяются доиндустриальный, индустриальный и постиндустриальный периоды развития человечества.

Доиндустриальное (аграрное, традиционное) общество характеризуется ведущей ролью аграрного сектора экономики, приоритетом натурального хо­зяйства, прямым насилием как опорой власти, сословной иерархией, главен­ствующей ролью моральных норм в качестве основного регулятора межлич­ностных и общественных отношений, верховенством семьи в социализации человека. В этом обществе технический прогресс носит эпизодический харак­тер и существенно не влияет на темпы социодинамики.

Начавшаяся в XV—XVI веках радикальная трансформация европейского общества, на которую решающее влияние оказала промышленная револю­ция конца XVIII—XIX века, способствовала возникновению индустриально­го (промышленного, техногенного) общества. Оно характеризуется ведущей ролью промышленного сектора экономики (прежде всего индустрии), пре­вращением капитала в рычаг власти, формированием наций и национальных государств, возникновением демократических институтов и превращением права в основной регулятор отношений в обществе, его урбанизацией и сни­жением роли семьи в процессе социализации подрастающих поколений. На­учно-технический прогресс (НТП) становится системообразующим фактором развития общества и индикатором социального прогресса в целом.

Дальнейшее развитие западного общества позволило сформулировать в 50—60-х годах XX века концепцию индустриальной цивилизации, первона­чально возникшую в двух вариантах:

концепция Р. Арона, трактовавшего индустриальную цивилизацию как общество такого типа, в котором ведущая роль принадлежит развитию тех­ники и технологий, а рационально организованная деятельность человека по активному воздействию на природную и социальную реальность определяет рост экономики, политики, культуры, цивилизации в целом. Главное, по мне­нию Арона, не количественный рост («бег на скорость»), а сбалансированное развитие общества, создание национальной системы экономики со свободной торговлей и общим рынком;

концепция У. Ростоу, выделившего пять последовательно сменяющих друг друга типов общества: традиционное (аграрное, иерархичное, в котором власть принадлежит землевладельцам), переходное (интенсифицируется сельское хозяйство и происходит разделение государств по национальному призна­ку), общество «стадии сдвига» (эпоха промышленной революции), общество «стадии зрелости» (бурное развитие экономики на основе вложений капитала, НТП, всплеск урбанизации), «эра высокого массового потребления» (начи­нает доминировать сфера услуг, развертывается широкое производство това­ров массового потребления и т.д.).

Таким образом, основным критерием социально-экономического развития в концепции индустриального общества выступает динамика техники и техно­логии. Кроме того, развитое индустриальное общество характеризуется спо­собностью использовать машинные технологии для оптимизации его развития и снятия напряженности между трудом и капиталом (Д. Белл), размыванием границ между буржуазией и рабочим классом и возможностью управления социальными конфликтами (Р. Дарендорф), возникновением техноструктуры и возрастанием функциональной значимости социальной организации техни­ческих, инженерных и управленческих специалистов (Д. Гэлбрейт).

Концепции индустриального и единого индустриального общества прони­заны ощущением близкого завершения очередной стадии цивилизационного развития и предчувствием наступления новой. Индустриальная цивилизация во многом исчерпала себя, выявив противоречивость НТП и утерю контроля над ним со стороны общества, свидетельством чего явилось осознание гло­бальных проблем современности, несоразмерности научно-технического и со­циального прогресса, кризиса самой стратегии индустриального развития че­ловечества. В итоге в конце 60-х — начале 70-х годов XX столетия появилась и завоевала популярность концепция с красноречивым названием «пределы роста» (Дж. Форрестер, М. Медоуз), начала разрабатываться идея грядущего постиндустриального общества.

Концепция постиндустриального общества сформировалась в двух основ­ных вариантах: радикальная и либеральная.

Радикальный вариант возник в работах французских социологов Ж. Фу-растье, А. Турена и Р. Арона, исходивших из потребностей преодолеть недо­статки индустриальной цивилизации и возвратиться к ряду ценностей тради­ционного общества — пригородному образу жизни, реабилитации религии, более соответствующему экологическим стандартам ручному или полуручно­му труду и, на этой основе, к «нулевому росту» производства и прекращению интенсификации труда, к созданию «экономики усдуг». Покааатедьно, что описанный вариант концепции закрепляет за новой цивилизацией ведущую роль не экономических, а социально-культурных факторов социодинамики и стабильности мирового порядка на основе сближения уровней развития различных стран.

Либеральный вариант, в основном, был разработан американскими со­циологами и футурологами Г. Каном, Дж. Гэлбрейтом, Д. Беллом. Работа по­следнего «Грядущее постиндустриальное общество. Опыт социального прогно­зирования» (1973) стала классикой идеологии постиндустриализма, отличаясь как оригинальной методологией, так и теоретической фундированностью.

Вычленяя в новом обществе три основные подсистемы — культуру, по­литику и социальную структуру — и подразделяя последнюю на сферы эко­номики, технологии и профессиональной системы, Д. Белл называет пять основных признаков, характеризующих новационность постиндустриальной цивилизации. Эти признаки (и соответствующие им объективные процес­сы) взаимосвязаны, но не равноценны. Одним из них («осевым принципом», имеющим для концепции американского социолога фундаментальное зна­чение) является доминирующая роль теоретического знания как источника инноваций и политических решений, а также средства осуществления со­циального контроля за развитием общества. Другие признаки постиндуст­риального общества: создание экономики услуг (в торговой и транспортной инфраструктуре, здравоохранении, образовании, управлении и т.д.); создание новой «интеллектуальной» техники и технологий; преобладание в социальной структуре технических специалистов; возможность планирования и контроля за техническим развитием и в целом возможность достижения новой ступени социального прогресса.

Сравнивая три исторических типа цивилизаций — доиндустриальный, ин­дустриальный и постиндустриальный, Д. Белл делает обобщающее заключе­ние о том, что их можно понимать как три самостоятельные формы сообществ: естественную (взаимодействие человека с естественной природой), техноло­гическую (взаимодействие человека с преобразованной им же природой) и со­циальную (взаимодействие между людьми как основной тип взаимодействия).

Парадигме постиндустриализма близка концепция информационного об­щества (Е. Масуда, О. Тоффлер).

Е. Масуда, в частности, считал, что понятие информационного общества раскрывает новые черты развивающегося постиндустриального общества и является его дополнительной характеристикой, фиксирующей доминирование сферы именно информационных услуг. Информационное общество связано с превращением информатики и кибернетики в основные средства социального управления и регуляции человеческой деятельности. Знание же как важней­шая форма интеллектуальной собственности превращается в главный ресурс общества. Инфосфера занимает ведущее место в обществе, определяя раз­витие экономики, политики, культуры, привносит радикальные изменения в социальную структуру.

О. Тоффлер — автор наиболее популярного варианта концепции инфор­мационного общества. Прослеживая цивилизационные сдвиги в развитии общества, он вводит метафору трех волн, каждая из которых способствовала становлению особого типа цивилизации. В их характеристике используются четыре параметра, позволяющие сопоставить и оценить цивилизационные сдвиги: техника, власть, богатство и знание.

Первая волна — аграрная, началась примерно 10 тысяч лет назад и харак­теризовалась ведущей ролью ручного труда (отсюда низкие темпы роста об­щественного продукта), властью в форме насилия, производностью богатства от власти, зависимостью знания от традиции.

Вторая волна — индустриальная, приходится на XIX — первую половину XX века и характеризуется ведущей ролью капитала, способствующего вы­сокому росту промышленного производства, научно-техническим прогрессом, ценностью знания как одного из определяющих социальных факторов, произ-водностью власти от богатства.

Третья волна — постиндустриальная, ведущая к созданию информацион­ного общества, начинается примерно в 1955 году и характеризуется господс­твом наукоемких и информационных технологий, а также превращением зна­ния в источник богатства и власти.

Сам О. Тоффлер неоднозначно оценивает перспективы информационного общества, считая, с одной стороны, что оно, возможно, будет первым в исто­рии гуманным обществом, где ценности будут создаваться вне сферы эконо­мики, однако отмечает, с другой стороны, возможные негативные последствия в форме «нового тоталитаризма» и «информационного империализма».

Переход к постиндустриальной, информационной цивилизации — одна из ярко выраженных тенденций в развитии современного мира, и она тесно связана с другой отчетливо проявляющейся тенденцией — его глобализацией. Эту связь проясним в форме вопросов: если мир объединяется, то в каком на­правлении он будет развиваться? И какова судьба отдельных цивилизаций?

Глобализация — объективный процесс. Он, по словам одного из влиятель­ных его аналитиков У. Бека, состоит в том, что «национальные государства и их суверенитет вплетаются в паутину транснациональных акторов и подчиня­ются их властным возможностям, их ориентации и идентичности». Тем самым глобализация затрагивает все стороны жизни общества.

Хотя глобализация — объективный процесс, но в обществе объективное всегда опосредовано субъективным. Поэтому глобализация может получать разные импульсы и развиваться по различным сценариям, и ее важно отли­чать от глобализма как идеологии осуществления глобализационного процес­са. Не вдаваясь подробно в анализ сценариев глобализации, отметим, что пока этот процесс происходит по сценарию «вестоксикации» — прививки всему мировому обществу ценностей западной цивилизации (а точнее, ценностей ат­лантического Запада). Не случайно (как бы в ответ) остро встали проблемы сохранения культурно-цивилизационной идентичности в современном мире; культивирования традиций и ценностей локальных и региональных цивилиза­ций; отетаивания их самоценности в едином, но многообразном мире. Полилог цивилизаций как равноправных субъектов глобализации является необходи­мым условием стабильности глобализирующегося мира и гарантом преодо­ления опасности возможного «столкновения цивилизаций», прогнозируе­мого С. Хантингтоном. Этот американский социолог, говоря о неизбежности конфликтов в обществе, отмечает смену их исторических типов: от конфликта правителей, а затем национальных государств — к конфликту социальных си­стем с разными идеологиями в XX века и от него — к конфликту цивилизаций, для которых особо значимой является религиозно-культурная самобытность, в XXI веке. Очевидно, он будет конфликтом между христианской цивилизацией

Запада (как лидером глобализационного процесса) и другими локальными ци­вилизациями. Наиболее острыми и фактически не поддающимися примирению представляются конфликты с китайско-конфуцианской и исламской цивилиза­циями. Учитывая мощь Запада, можно предсказать результаты этих конфлик­тов. Так, современная локальная версия цивилизационного подхода смыкается со ставшим уже классическим цивилизационно-циклическим подходом, акцен­тировавшим внимание на конечности существования локальных цивилизаций.

Региональная версия цивилизационного подхода преимущественно ак­центировала внимание на особенностях развития цивилизаций Запада и Вос­тока и механизмах их взаимодействия.

Западная цивилизация обычно характеризуется целерациональным сти­лем мышления, ориентированным на конкретный результат деятельности и эффективность социальных технологий, на изменение мира и самого человека в соответствии с человеческими представлениями и проектами. В соприкосно­вении с иными цивилизациями она обнаруживает тенденцию к социокультур­ной экспансии, причем часто проявляет нетерпимость к иным культурам как низшим и неразвитым. Научная мысль Запада всегда была обращена на по­знание и преобразование мира, что проявлялось в ее повышенном внимании к естествознанию, к фундаментальным исследованиям. Западной цивилизации свойственна установка на инновационный путь развития, для которого харак­терно сознательное вмешательство людей в общественные процессы, куль­тивирование таких интенсивных факторов развития, как наука и техника. В политической сфере для Запада характерны гарантии частной собственности и гражданских прав личности как стимула к инновациям и творческой актив­ности, стремление к установлению гармонии общества и государства, к фор­мированию институтов гражданского общества.

Восточная цивилизация чаще всего характеризуется как традиционалист­ская. При этом обращают внимание на социально-политические и духовные особенности конкретного региона. Среди последних отмечается господству­ющая авторитарно-административная система, характеризующаяся высокой степенью зависимости людей от властвующих структур и институтов. Такими обстоятельствами определяются научные и духовные ориентации Востока. Раз­витие научных знаний там характеризовалось не столько ростом теоретических компонентов, сколько формированием практических, рецептурных приемов деятельности, неотъемлемых от индивидуального опыта исследователя.

Длительное время господствовали представления о несоизмеримости цивилизационных оснований Запада и Востока, нашедшие свое выражение в известных строчках британского поэта Р. Киплинга: «О, Запад есть Запад, Восток есть Восток, и с мест они не сойдут, пока не предстанет Небо с Землей на Страшный Господень суд». Однако события XX — начала XXI века показа­ли наличие точек взаимовлияния Запада и Востока: им есть что заимствовать друг у друга. Важным посредником в этом процессе является восточнославян­ская цивилизация, ибо для нее характерны многие ценности и приоритеты как цивилизации Запада, так и цивилизации Востока.

Восточнославянская цивилизация, этносоциальную основу которой со­ставляют русский, белорусский и украинский народы, обладает качественной спецификой, которая определяется геополитическим расположением, веками формировавшимся укладом жизни, общей историей, социально-психологи­ческой общностью, близкими культурно-историческими ценностями. Среди них — ценности коллективизма, государства, социальной справедливости, нестяжательства, веры, свободы и равенства, экосоциальные и др. Многие из них в современном мире воспринимаются как анахронизмы, как свидетельства непрактичности. На самом деле все отнюдь не так. Наши ценности значимы для всего мирового сообщества и могут сделаться основой стабильности гло­бализирующегося мира, играя роль связующего звена меж Востоком и Запа­дом. Но прежде того все ценности восточнославянской цивилизации должны быть сполна осознаны самими народами, в нее входящими. Это один из глав­ных факторов их консолидации.

Составная часть восточнославянской цивилизации — Республика Бела­русь, своеобразие которой обусловлено ее историческим наследием, наци­онально-культурными традициями, геополитическим положением Совре­менная Беларусь в своем историческом самоопределении ориентирована на построение социально стабильного и вместе с тем динамично развивающего­ся общества, органично сочетающего традиционные, прошедшие испытание временем ориентации на связи с братскими восточнославянскими народами и современные векторы социальной эволюции, позволяющие включиться в общеевропейский экономический, политический и культурный контекст в ка­честве равноправного партнера. Приоритетными ценностями в этом процессе являются государственно-правовая стабильность, культурно-национальная идентичность, эффективная, социально ориентированная экономическая по­литика, свободный выбор пути развития, равноправное сотрудничество и вза­имовыгодное партнерство.

2.1.8. Философия культуры

Формирование представлений о культуре первоначально было связано с осознанием различий между природным и человеческим мирами. В Древ­нем Риме этим термином обозначали «возделывание», «обработку» почвы, «разведение» сельскохозяйственных растений Содержание понятия «куль­тура» вбирало в себя все «искусственное», созданное трудом человека и в этом смысле отличное от «естественного», природного. Оно означало про­цесс освоения, гуманизации, облагораживания человеком не только приро­ды, но и всего того, что он находит естественно данным, стихийно возникшим в себе самом.

Эволюция термина в системе европейских языков сопровождалась посте­пенным перенесением представлений о культивировании, взращивании, об­работке чего-либо с естественно-природных процессов на развитие общества и человека, его знаний, способностей, умений. Начиная с Нового времени, слово «культура» указывает на необходимость воспитания личности, форми­рования определенных навыков поведения в обществе; под ним также под­разумевали совокупность условий жизни, соответствующую потребностям просвещенного человека. В тот же период понятие «культура» фактически сливается с понятием «цивилизация» и начинает выражать смысл историче­ского процесса, его прогрессивную направленность, совершенствование нра­вов, воцарение законности и порядка в обществе, а также духовное развитие человечества в целом, совокупность его интеллектуальных, художественных и научно-технических достижений.

В современную эпоху культура является объектом изучения не только фи­лософии, но и ряда частных социально-гуманитарных дисциплин. Среди них особое значение имеют культурология, социология, психология, этнология, социальная антропология, история, археология, лингвистика, семиотика, а также такие области эмпирического знания, как этнография, искусствоведе­ние, литературоведение, сравнительное языкознание, религиоведение и др.

Исследователи отмечают наличие около 600 различных дефиниций куль­туры. Сложность ее рационально-теоретической интерпретации объясняется многозначностью данного термина, невозможностью вывести «замкнутое» определение культуры, которое претендовало бы на исчерпывающую полноту и ясность. Так, в работе американских культурологов А. Кребера и К- Клакхо-на «Культура. Критический обзор концепций и дефиниций» (1952) осущест­влен анализ свыше 200 дефиниций. В результате их сравнительного анализа К. Клакхон предложил выделить шесть основных типов определений данного понятия: описательные, исторические, нормативные, психологические, струк­турные, генетические. Дальнейшие исследования показали: таких типов мо­жет быть гораздо больше.

Учитывая многозначность понятия культуры, многие современные филосо­фы выделяют несколько его важнейших смысловых проекций. Под культурой обычно понимают:

специфический способ организации деятельности, а также совокупность продуктов материального и духовного труда человека, результатов его соци­альной практики;

определенные качества и способности личности, которые положительно оцениваются обществом и самим индивидом, — качества ума, характера, во­ображения, памяти, полученные в процессе воспитания и образования;

совокупность знаний, навыков и умений, обеспечивающих построение де­ятельности, а также общественные установления, нормы, ценности и идеалы, регулирующие весь спектр социальных отношений.

Многомерность феномена культуры объясняет ее открытость для различ­ных исследовательских традиций. В каждой из них предпринимается попытка раскрыть сущностные особенности культуры, выявить ее основные характе­ристики, устойчивые связи и отношения с разнообразными аспектами чело­веческой жизни.

В качестве основных философско-методологических подходов к исследо­ванию культуры можно выделить следующие: аксиологический, системно-де-ятельностный, структурно-семиотический, психоаналитический, экзистенци­ально-герменевтический, игровой.

Аксиологический подход довольно долго считался общепринятым и был особенно популярен в 60—70-х годах XX века. Начиная с середины 60-х го­дов, в российской философии представления о культуре связывали с процес­сом духовного творчества, воспитанием личности (Г.Г. Карпов, А.А. Зворы­кин, Г.П. Францев, А.И. Арнольдов, Э.А. Баллер, Н.С. Злобин, В.М. Межуев и др.). В основу ее понимания были положены исторически активная творчес­кая деятельность человека, а также развитие его самого в качестве субъекта этой деятельности.

В рамках аксиологического подхода культура определяется как сово­купность материальных и духовных ценностей, созданных человечеством (Г.П. Францев). Ценности полагаются важнейшим системообразующим фак­тором культуры, определяющим ее строение, целостность, базовые функции и свойства. В этом контексте содержание культуры представляет собой область значимых для человека фрагментов действительности, нашедших отклик в его душе, вступивших в особые отношения с человеческими интересами, потреб­ностями и предпочтениями.

Системно-деятельностная концепция формируется в 70-е годы XX века. В контексте данного подхода культура определяется как специфический спо­соб человеческой деятельности (М.С. Каган, Ю.А. Жданов, В.Е. Давидович, Э.С. Маркарян). Под ней также понимают систему исторически развиваю­щихся надбиологических программ человеческой деятельности, поведения и общения, выступающих условием воспроизводства и изменения социальной жизни во всех ее основных проявлениях (B.C. Степин).

Системно-деятельностный подход позволяет рассматривать культуру в предельно широком смысле — как всеобщий (атрибутивный) признак любого общества безотносительно к уровню его развития. Ключевым понятием рас­сматриваемой концепции культуры является понятие способа деятельности, которое предполагает ответы на вопросы: каким образом она осуществляется? Благодаря какой системе средств? При этом подразумевается все многообра­зие человеческих умений и знаний, а также объективированных, опредмечен-ных результатов деятельности людей. Данная концепция акцентирует внима­ние на технологическом аспекте общественной жизни, раскрывает значение технологии в процессе активного и целенаправленного изменения человеком условий своего существования.

Структурно-семиотический подход формируется в русле структуралист­ской методологии исследования разнообразных феноменов культуры — язы­ка, литературы, мифов, религии, науки, власти, сексуальности и т.д. Основ­ные положения семиотической концепции культуры складываются в трудах таких известных лингвистов, языковедов, литературоведов, как Ф. де Соссюр, P.O. Якобсон, Н.С. Трубецкой, В.Я. Пропп, Р. Барт, получают обоснование и развитие благодаря исследованиям основоположника структурной антропо­логии и этнологии К- Леви-Стросса, развиваются в творчестве таких выда­ющихся философов, социологов, теоретиков культуры, как У. Эко, М. Фуко, Л. Гольдман, А. Моль, Ж- Деррида и др.

В российской философии наиболее известными вариантами семиотиче­ского подхода к исследованию культуры является концепция «семиосферы» Ю.М. Лотмана, а также знаково-символическая концепция, разрабатывае­мая В.В. Ивановым и другими представителями Московско-Тартусской семи­отической школы.

С точки зрения обсуждаемого подхода, культура — это универсальная знаковая система, основная функция которой заключается в накоплении, хра­нении, преобразовании и передаче социально-исторического опыта челове­чества. Специфика культуры раскрывается посредством таких понятий, как «информация», «коммуникация», «знание», «смысл», «значение», «текст», «знак», «символ», «структура», «код» и др.

В контексте этого подхода все феномены культуры рассматриваются как факты коммуникации, а сама она является знаковым универсумом, позволя­ющим снизить энтропию необозримых потоков информации. Основанием и системно-образующим механизмом культуры является язык (как естествен­ный, так и искусственный). Исследование связи языка и культуры позволило раскрыть в их строении и динамике определенные корреляции.

Психоаналитическая концепция культуры складывается на основе фило­софской интерпретации идей 3. Фрейда, который понимал культуру как сферу символизации энергии либидо, механизм социального контроля и сублима­ции бессознательных психических процессов. В работах К- Юнга, Э. Фромма, Г. Маркузе, Т. Адорно, В. Райха, Г. Рохейма, К- Хорни, Г. Салливана и других культура предстает как внутренне противоречивый феномен, сфера симво­лической объективации извечного конфликта Эроса и Танатоса, инстинктов жизни и смерти. С одной стороны, акцентируется репрессивность культу­ры как отчужденной от человека системы принудительной индивидуации целью которой является защита общества от природно-биологического начала в человеке посредством установления не только нормативных запретов (табу), но и символических проекций (идеалов), ритуально снимающих страх и чувс­тво вины, возникающие в его сознании под влиянием этих запретов. С другой стороны, отмечается продуктивная сторона культуры, которая является про­граммой очеловечивания индивида, трансформирующей его инстинктивные влечения и агрессивность в разнообразные формы социокультурного бытия. Культура предоставляет человеку возможности преодолеть изначальную ан­тиномию его духовной свободы и биологической несвободы на пути творчества и культурной самоидентификации, сдерживая проявления агрессии и разру­шительного насилия. Специфичность культуры при этом выводится не только из природы человека, структуры его экзистенциальных потребностей, но и из особенностей социально-исторической ситуации.

Экзистенциально-герменевтическое понимание культуры (М. Хай-деггер, К- Ясперс, Г.-Г. Гадамер, Ж.-П. Сартр, П. Рикер и др.) центрировано вокруг проблемы бытия и обретает смысл в контексте поиска онтологических истоков жизни и свободы человека, раскрытия специфики его «экзистенции».

Рассматривая культуру как уникальный способ человеческого существо­вания, представители философии экзистенциализма признают в качестве ее важнейших характеристик историчность, целостность, неповторимость, ду­ховность, трансцендентность, укорененность в языке, межличностном об­щении, экзистенциальной коммуникации, неразрывную связь с человеческой свободой и творчеством.

Культура предстает особым, духовным измерением бытия, которое порож­дается стремлением человека к безграничной коммуникации, к свободному осуществлению его личности на основе экзистенции. Она возникает по мере наполнения природного существования человека духовным содержанием.

Основное предназначение и смысл культуры заключается в пробуждении человеческого духа, в указании на возможность и необходимость трансценди-рования за пределы предметного мира, круга обыденных забот, естественных привязанностей в бытийную основу вещей. Духовное содержание культуры возникает и существует только в диалоге между личностями как бесконечное движение к трансцендентному, поэтому она по своему изначальному смыслу диалогична. Сущность культуры представители этого подхода усматривают в экзистенциальной коммуникации, благодаря которой культура является усло­вием и возможностью подлинного существования человека.

Игровая концепция культуры складывается в межпарадигмальном про­странстве современной философии (И. Хейзинга, Г.-X. Гадамер, Г. Маркузе, Р. Барт и др.). В рамках игрового подхода под культурой понимается направ­ленность общества и индивида на утверждение и реализацию социально зна­чимых идеалов (Й. Хейзинга). При этом в качестве важнейших характеристик культуры отмечаются:

1. равновесие материальных и духовных ценностей, а также гармония меж­ду различными группами духовных ценностей: интеллектуальными, мораль­ными, эстетическими;

2. направленность культуры на благо, на реализацию позитивных религи­озных, моральных, социальных ценностей;

3. особый, человеческий образ жизни, регулируемый нравственными цен­ностями, идеями долга и служения, который предполагает вытеснение грубых эгоистических стремлений, покорение и обуздание животных инстинктов.

Конститутивную роль в понимании культуры выполняет понятие игры, которая рассматривается как основание и механизм развития культуры. Все формы и феномены культуры, все движущие силы культурной жизни: язык, миф, религия, мораль, право, культ, порядок, общение, предпринимательство, ремесло, искусство, поэзия, философия, наука — обнаруживают свои корни в игре. Она по отношению к культуре есть не просто ее представление и сим­волическое воплощение, но мистическое претворение, благодаря которому в культуре каждый раз заново восстанавливаются утраченные гармония, благо­денствие, порядок и безопасность. Благодаря своему игровому началу культу­ра становится формой гуманизации и социализации природы, обнаруживает ее скрытую гармонию, конструирует особый, эстетизированный универсум человеческой жизни.

В современной философии перечисленные подходы все чаще рассматрива­ются как взаимно дополняющие и обогащающие друг друга, в результате чего возникают синтетические концепции культуры.

В структуре культуры принято выделять две основные сферы ее существо­вания — материальную и духовную. Материальная культура включает в себя все созданные человеком материальные объекты — орудия и средства про­изводства, продукты трудовой, предметно-практической деятельности, пред­назначенные для удовлетворения физических потребностей и необходимые для воспроизводства и развития социума. Духовная культура представляет собой систему ценностей, являющихся продуктом интеллектуального и худо­жественного творчества. Она трактуется как совокупность знаний, навыков, умений, а также ценностей и норм, регулирующих различные виды человечес­ких отношений.

Если материальная культура возникает и развивается вследствие преоб­разования человеком своей биофизической среды (как внешней, так и внут­ренней), то духовная культура сопряжена с развитием человеческого созна­ния, направлена на формирование и совершенствование личности, раскрытие сущностных сил человека, обеспечивая регуляцию его поведения и деятель­ности. Разумеется, граница между материальной и духовной культурой весьма условна и подвижна, и их выделение в относительно самостоятельные сферы можно произвести лишь в абстракции, отвлекаясь от реальной сложности и многоплановости культурных явлений.

В структуре культуры выделяют различные формы (элитарная, народная, массовая), а также две разновидности: субкультуру и контркультуру.

Элитарная культура формируется благодаря появлению письменности и развитию «книжной» формы передачи культурного наследия. Она предпо­лагает стройную иерархию ценностей и норм, наличие кодифицированных культурных текстов (философских, религиозных, научных, художественных), а также детально разработанных и жестко регламентированных культурных практик, церемоний, обрядов, ритуалов, норм светского этикета, владение которыми становится основанием социальной стратификации и культурной идентификации различных социальных групп (аристократических, военных, религиозных, художественных, научных элит). Такая культура канонична, для нее характерен особый язык, часто непонятный для «непосвященных», а так­же набор специфических социокультурных кодов, являющихся атрибутами элитарной социализации индивидов.

Народная (или «популярная») культура, напротив, демократична. Она вырастает на основе этнической культуры, фольклора, традиционных мифо­логических верований, языческих культов, крестьянского быта. Передается из поколения в поколение в форме преданий, легенд, устного народного творче­ства, благодаря непосредственному общению поколений в семье, в контексте повседневной бытовой и трудовой жизни народа. Взаимодействие элитарной и народной культур рассматривается как непременное условие исторической целостности и продуктивного развития любой национальной культуры.

Специфическим феноменом культурной жизни современных обществ яв­ляется массовая культура. Она представляет собой тиражируемую и распро­страняемую СМИ и другими институтами «культурной индустрии» социальную информацию, обращенную к многомиллионным аудиториям разнообразных потребителей усредненной и стандартизированной культурной продукции.

Массовая культура — противоречивое явление XX века, порожденное ин­дустриализацией, урбанизацией и быстрым прогрессом информационных тех­нологий. Она обладает диффузным характером, быстро распространяется и разрушает локальные общности посредством размывания традиционных сис­тем этнической и культурной идентификации.

В качестве важнейших особенностей массовой культуры называют мо-заичность, фрагментарность, поверхностность, стереотипность. Среди ее негативных черт отмечают индивидуализм, нравственный релятивизм и кон­формизм, агрессивность, ориентацию на коммерческий успех, культивирова­ние ложных форм престижеобретения, подменяющих потребность личности в творчестве и саморазвитии потребностью в развлечениях и материальном комфорте. Следствиями распространения массовой культуры обычно яв­ляются размывание традиционных ценностей, «усреднение» и унификация культурного пространства, стереотипизация мышления масс, позволяющая легко манипулировать их сознанием и поведением, воздействуя на примитив­ные формы чувственности, подсознательные структуры менталитета и архе­типы коллективного бессознательного.

Под субкультурой понимают культуру специфической социальной группы, система ценностей и образ жизни которой существенно отличаются от обще­принятых стандартов и норм. Субкультуры, как правило, имеют локальный, замкнутый характер и отличаются особым языком, особыми нормами поведе­ния, односторонним развитием тех или иных культурных практик, представ­лений и ценностей; формируются вследствие неполноценного, затрудненного доступа ряда социальных субъектов (преступных и мафиозных групп, нацио­нальных и сексуальных меньшинств, эзотерических религиозных сект, коммун, исповедующих утопические социальные идеалы) к культурному наследию че­ловечества, а также из-за наличия определенных препятствий для их свобод­ного творческого развития и самовыражения.

Субкультуры являются следствием дифференциации культурного про­странства, которая обусловлена урбанизацией, профессиональной специали­зацией различных видов деятельности, усилением социальной мобильности, что приводит к формированию гибридных культурных форм, оторванных от традиций и обладающих рядом особенностей, отделяющих субкультуру как от национальной, так и от общечеловеческой культуры.

Контркультура — такая субкультура, которая не просто отличается, но противостоит, находится в открытом конфликте с доминирующей культурой, отвергает или опровергает характерные для нее систему ценностей, образ жизни, нормы и правила поведения. Контркультура отличается подчеркнутым нон-конформизмом, неприятием и разрушением культурных стереотипов и норм, идеологическим и политическим экстремизмом, раскрепощением чув­ственности и подчеркнутым либертинизмом.

Структурное разнообразие культуры позволяет выделять в ней другие фор­мы и разновидности: мировую и национальные культуры, общечеловеческую и классовую, религиозную и светскую, глобальную и локальную, восточную и западную и т.д.

В качестве важнейших социальных функций культуры выделяют: негэнт-ропийно-адаптивную; нормативно-регулятивную; социально-интегративную; информационно-коммуникативную.

Культура упорядочивает и организует отношения общества с природной средой и его социальным окружением (другими обществами в их социально-исторической конкретности). Она объединяет людей, устанавливая прочные социальные связи, выступает мощным механизмом этнической, религиозной, политической и т.п самоидентификации. Культура формирует личность как органичную часть социального целого, устанавливает правила и нормы пове­дения в обществе, регулирует весь спектр общественных отношений, обеспе­чивает межличностную и социальную коммуникацию. Культура может неогра­ниченно аккумулировать, хранить и преобразовывать информацию, является механизмом ее селекции и упорядочения, благодаря чему обеспечивает на­копление, развитие и передачу совокупного социально-исторического опыта человечества от одного поколения людей к другому.

Традиции и новации в исторической динамике культуры обеспечивают ее преемственное развитие, сохранность и пластичность культурных форм. В современной философии под культурной традицией понимают выражен­ный в социально организованных стереотипах групповой опыт, который путем пространственно-временной трансляции аккумулируется и воспроизводится в различных коллективах. Она представляет собой иерархически упорядочен­ную совокупность семантических констант, социокультурных кодов, органи­зующих информацию в культуре и обеспечивающих фрагментацию и интег­рацию смысла.

В содержательной проекции традиция — это совокупность социально признанных стандартов поведения и деятельности, которые являются исто­рически устойчивыми элементами культурного наследия. С функциональной точки зрения, традиция определяется как формальный алгоритм связи между исторически различными срезами культуры, обусловливающий неизменность воспроизведения доминирующей системы ценностей в новых культурно-ис­торических условиях жизни общества. Традиция является особым типом от­ношений между последовательными стадиями развивающейся социальной системы, при котором на новом уровне бытия этой системы стереотипно и инвариантно воспроизводятся структурные и функциональные характерис­тики предшествующего уровня. Традиция обеспечивает единство социально-исторического опыта народа, связывая его прошлое, настоящее и будущее в нерасторжимое целое.

Поскольку традиция воспроизводит предшествующие характеристики об­щества в новых исторических условиях, она должна допускать возможность модификаций содержания культуры, чтобы обеспечить адаптацию последнего к требованиям времени. Инвариантность, стабильность, устойчивость куль­турной динамики — только одна сторона исторического развития культуры.

Другой стороной диалектически единого процесса культурной динамики является новация. Культура не может существовать без постоянного обнов­ления своей формы и содержания. Новации обеспечивают динамизм культур­ной жизни, пластичность культурных форм, возникновение качественно новых элементов культуры.

Историческая динамика культуры рассматривается как постоянный про­цесс преодоления одних видов социально организованных стереотипов и об­разование новых, процесс, который выступает в качестве стержня социальной самоорганизации. При этом традиции и новации оказываются взаимно обусло­вленными ветвями единого ствола культурной жизни.

Культура и духовная жизнь общества. Наряду с понятием культуры на­иболее сложным и неопределенным концептом философии является понятие духовного. Дух — термин, означающий нематериальное начало. Интеллекту-алистская трактовка духовного в европейской философии отождествляла его с разумом, мышлением, знанием, а также с идеальной субстанцией, источником и основанием, законом и рационально организованной структурой мироздания.

Аксиологический ракурс постижения духовного изначально был сопряжен с религиозной трактовкой духа как надприродной божественной сущности, про­тивостоящей всему тварному, материальному, телесному, что наделяло поня­тие духовного абсолютно положительными квалификациями. Оно неизменно ассоциировалось с религиозными ценностями, моральными императивами, творческими достижениями литературы и искусства, возвышающими человека над будничностью повседневного существования, тяготами материальной жиз­ни. Ценностная оппозиция духовного и материального в философии культуры наиболее рельефно проявилась в противопоставлении культуры и цивилиза­ции (О. Шпенглер, Н. А. Бердяев).

В современной философии духовность понимается как особая способность человеческой души воспринимать, усваивать и отстаивать общечеловеческие ценности. Она связана с потребностью человека в глубоких эмоциональных привязанностях, в общении с другими людьми и Богом, с потребностью в творчестве, способностью к самопожертвованию ради спасения жизни других людей и утверждения высших моральных или религиозных идеалов.

В марксистской философии появился термин «духовное производство», под которым понимают сложившуюся в определенном обществе систему про­изводства, воспроизводства и распространения знаний, духовно-нравственных и художественных ценностей, а также процесс формирования общественного сознания, воспитания и образования личности. Результатом духовного произ­водства выступают различные формы общественного сознания — наука, фи­лософия, религия, мораль, искусство, а также право и политика.

Итак, даже краткий экскурс в проблематику философии культуры пока­зывает, что культура является особым измерением человеческого бытия, без­граничным универсумом смысла, сферой объективации человеческого духа, а также органичным единством материального и идеального. Она предстает в качестве сложной совокупности разнообразных способов поведения и де­ятельности людей, является предпосылкой и необходимым условием нашей свободы, труда и творчества.

Современная философия и науки о культуре последовательно раскрывают в ней предметно-содержательную и структурно-функциональную проекции; исследуют ее с точки зрения генезиса и исторической динамики, экзистенци­альной глубины и объективированных институциональных форм, внутренней спонтанности и социальной обусловленности; выявляют универсальные сущ­ностные характеристики культуры; описывают специфику различных, несво­димых друг к другу локальных культур и культурно-исторических типов. Все эти задачи решаются в плюралистическом пространстве современного знания, средствами различных, конкурирующих и дополняющих друг друга философ­ских традиций и парадигм.