3. Профессионально-этические системы и кодексы: некоторые исторические аспекты17

Как отмечал Ф. Энгельс¹⁸, каждая профессия имеет свою собственную мораль. Профессия формирует у ее носителей не только профессиональные навыки, но и определенные черты личности и отношение к содержанию своей деятельности.

Каждый вид профессиональной деятельности имеет сложную структуру: в нем легко обнаружить и организационные, и правовые, и психологические, и педагогические компоненты, и многие другие. Каждый вид профессиональной деятельности отличен от других содержанием этих компонент, и прежде всего отличен от них конечным продуктом, ради которого и организуется и осуществляется данная профессиональная деятельность. Конечно, конечный продукт каждого вида профессиональной деятельности находит применение в различных областях жизнедеятельности человека. Однако, не рассматривая здесь особенности каждого вида профессиональной деятельности, можно дать достаточно общий ответ: для того, чтобы удовлетворить потребности человека, а значит, принести людям добро, благо. Значит, в любом виде деятельности неизбежно присутствует этико-аксиологическая компонента. Но добро и благо не возникают сами по себе; они всегда есть результат некой совокупности действий. Для того, чтобы принести людям добро, необходимо таким образом подобрать и сформировать все структурные элементы профессиональной деятельности, чтобы благо стало неизбежным конечным результатом деятельности. Опираясь на эти рассуждения и зная, что благо – важнейшая этическая категория¹⁹, можно сделать вывод, что все структурные компоненты профессиональной деятельности носят подчиненный характер по отношению к этико-аксиологической, поскольку они выступают средствами для достижения конечной цели - блага. Не организационная, правовая, экономическая и др. компоненты определяют «лицо» профессиональной деятельности и ее сущность и содержание, а цель, сформулированная и поставленная перед исполнителями еще до начала деятельности, и ее конечный результат, то самое благо, которое в каждом конкретном виде профессиональной деятельности принимает специфический вид.

При формировании профессиональной деятельности каждый ее структурный элемент должен проходить своеобразную экспертизу, которая должна дать ответ на один вопрос: будет ли данный элемент содействовать достижению блага и каким именно он должен быть? Это значит, что каждый структурный элемент профессиональной деятельности подвергается этической оценке; с помощью этико-аксиологических критериев человек отбирает, формирует те средства, инструменты, условия, которые необходимы для достижения успеха в деятельности. Поэтому правомерен вывод, что профессионально-этическое учение должно лежать в основе всех других аспектов профессиональной деятельности, т.к. именно оно определяет их наличие, вид, форму, содержание и т.п. Вместе с тем мораль профессиональной группы (профессиональная мораль) является составной частью морали общества, поскольку каждый из специалистов является не только членом профессиональной группы, но и членом общества. А мораль, как известно, является одним из самых древних регуляторов поведения и действий, взаимодействия людей и их отношений, в том числе и в специфической профессиональной сфере.

Появление профессиональной морали предшествует созданию научных теорий о ней, т.к. профессиональная мораль, возникающая первоначально как явление обыденного сознания, в дальнейшем развивается уже на основе осмысления и обобщения практики представителей профессиональной группы. Эти обобщения систематизируются в виде кодексов (писаных и неписаных), содержащих этические требования не только к содержанию и результатам деятельности, но и к отношениям, возникающим в процессе деятельности. Она содержит также выводы, сделанные на основе обобщений. Таким образом начинает складываться профессиональная этика. При этом моральное сознание не может быть сведено только к логике. Выстраивая свои моральные суждения, человек не только пытается рационально объяснить или обосновать то или иное действие следованием определенному моральному принципу, норме и т.п., но еще и мыслит в рамках определенных стереотипов: привычных ему идеологем, обычно-традиционных подходов, а также испытывает определенные эмоции по этому поводу. Поэтому профессионально-этическое учение - это не только учение о профессиональной морали, но и нравственное самосознание совокупной профессиональной группы, ее идеология и психология.

Профессиональная мораль, как и мораль вообще, не разрабатывается, а вырабатывается постепенно в процессе повседневной совместной деятельности людей, систематизируя накопленный в процессе исторической практики опыт, характерный для данного вида деятельности, обобщая его и модернизируя в процессе совершенствования общественных и производственных отношений. Любые попытки искусственно внедрить в систему морали чуждые элементы, противоречащие ее духу, обречены на провал: чужеродные элементы, подчиняясь закону формирования и функционирования систем будут оставаться невостребованными, а затем окажутся естественным образом выведенными за пределы системы. Профессионально-этическое учение – это целостное учение, теория профессиональной морали, в которой элементы общей морали приобретают специфику в связи со спецификой профессиональной деятельности. Поэтому профессиональная этика может рассматриваться как подраздел общей этики, несущий в себе специфические черты, обусловленные видом и типом деятельности, т.е. является прикладной научной дисциплиной, изучающей профессиональную мораль. Вместе с тем, она может рассматриваться как прикладная теория нравственности, бытующей в профессиональной среде. Аналогичным образом профессиональная аксиология может рассматриваться как подраздел общей аксиологии.

Еще Ф. Энгельс отмечал, что “... представления о добре и зле так сильно менялись от народа к народу, от века к веку, что часто прямо противоречили одно другому”²⁰, что, по его мнению, связано с тем, что свои воззрения человек черпает из непосредственной практической деятельности, которая подвергается со временем существенным изменениям. Профессиональная деятельность входит составной частью в совокупную практическую деятельность человека и общества, поэтому замечание Ф. Энгельса может быть к ней отнесено вполне правомерно. Формы и содержание профессиональной деятельности меняются, меняются взаимоотношения внутри профессиональной группы, а значит, профессиональная мораль и профессиональные ценности не могут оставаться неизменными.

Но профессиональная мораль меняется не только под воздействием изменений в самой профессиональной деятельности. Развиваются науки, в частности, гуманитарные науки. В связи с развитием философского знания выделяются такие его области, как этика, аксиология, деонтология, аретология. Профессиональное сознание, профессиональная мораль, профессиональные ценности, ответственность и долг специалистов становятся значимыми областями философских этических и аксиологических исследований. Специалисты различных профессий все больше и больше внимания уделяют не только теоретическим и технологическим аспектам профессий, но и философским – этическим, аксиологическим. Сегодня профессиональная этика – признанная область научного знания, одна из значимых компонент подготовки специалиста в системе высшего и среднего профессионального образования. Довольно успешно развивается профессиональная аксиология.

В практике повседневной профессиональной деятельности и в сознании большинства специалистов-практиков профессиональная этика чаще всего выступает как профессионально-этическая система, совокупность взаимосогласованных элементов, в том числе ценностей, принципов, норм, требований к личностным качествам и т.п.. Эта система чаще всего знакома специалистам в виде профессионально-этического кодекса, где важнейшие элементы системы находят свое отражение.

Элементы профессионально-этической системы подвержены изменениям вод воздействием как внешних, так и внутренних по отношению к профессии факторов. Но в тоже время они сами непосредственно, в каждый момент времени влияют на поведение специалистов, побуждая их действовать определенным образом. В целом же профессиональная этика должна рассматриваться специалистами как адаптация общей, философской этики к определенным видам профессиональной деятельности, а не как нечто автономное, существующее само по себе в рамках профессиональной деятельности. Такой подход позволяет в развитии общественной морали и становлении этики как науки вычленить некоторые аспекты, имеющие отношение к развитию и становлению профессиональной этики и морали.

Профессионально-этические системы и профессиональная мораль как совокупность устойчивых норм и правил, которыми должен руководствоваться работник в своей профессиональной деятельности, начали формироваться в глубокой древности, когда этика не оформилась еще как отдельная, обособленная отрасль философского знания. Вместе с тем специализация практической трудовой деятельности уже происходила и, видимо, постепенно происходило различение деятельности профессиональной и деятельности обыденной, по крайней мере, на эмпирическом уровне, поскольку научное формирование этических учений даже в рамках философии произошло существенно позже.

Первые довольно конкретные требования к действиям специалиста, имеющие выраженный этический характер, можно встретить в древнеегипетском манускрипте “Наставления начальника города и визиря Птаххеттепа”, датируемых III тысячелетием до нашей эры. В числе разнообразных требований к работнику указывается на необходимость добросовестного и качественного выполнения своих обязанностей, поскольку такое отношение к труду - залог будущей высокой должности и богатства²¹. Из документа видно, что ответственное выполнение обязанностей, по мнению автора документа, должно гарантироваться не только нормативными документами, страхом наказания и т.п., но и отношением к выполняемой работе. Именно отношение к выполняемой работе должно в первую очередь привести к повышению качества результата деятельности, поскольку может исключить или свести к минимуму потери материалов, времени из-за ошибок, просчетов, небрежного и несвоевременного выполнения трудовых действий и т.п. и получить искомый результат с наименьшими затратами и в кратчайшие сроки. Значит, отношение к делу - это своеобразный гарант положительного конечного результата, и оно должно быть вознаграждено.

Назвать вышеупомянутый документ в полном смысле профессионально-этическим кодексом невозможно, поскольку в нем содержатся требования не только к профессиональному поведению, но и к поведению того же чиновника в быту. В него включены как этические требования, так и правовые и религиозные нормы и правила этикета. Но все же этот документ – первый известный нам свод норм и требований, куда, наряду с правовыми, религиозными и прочими требованиями, включены и профессионально-этические.

Как уже было сказано, профессиональная этика складывается путем постепенной специализации общих этических принципов, норм и правил в соответствии со спецификой профессиональной деятельности. Из данного документа можно видеть, что включенные в него профессионально-этические требования носят достаточно общий характер. Действительно, ответственное отношение к делу желательно всегда и во всем, не только в профессиональной деятельности, но и в быту. Но все же автор документа подчеркивает необходимость ответственного отношения к выполнению именно профессиональных обязанностей, а не декларирует ответственность вообще.

Сознательное культивирование правил, определяющих поведение человека, некоторые исследователи относят к периоду античности, поскольку именно в это время наблюдаются системные попытки обучения людей разумному, достойному, красивому поведению, приемлемому в обществе и обеспечивающему его (общества) стабильность, целостность. Гесиод, Протагор, Сократ, Платон, Демокрит, Аристотель и другие философы античной Греции обращались к проблемам взаимоотношений людей в обществе и формирования таких качеств личности, которые сделали бы человека достойным гражданином и членом общества. В этот период нормы повседневного поведения, а также поведения в конкретных ситуациях ориентировали человека на проявление его лучших качеств, давали общие направления его деятельности, оставляя при этом свободу выбора. Для античных греков, по мнению большинства философов, в правилах поведения главным было соблюдать во всем меру, “золотую середину”, жить разумно, в согласии со своей душой, быть достойным своего предназначения. При этом считалось, что наиболее важным является научить человека самостоятельно «правильно» мыслить и чувствовать, а это, в свою очередь, является основой и условием выбора и реализации правильного поведения. Таким образом, в античную эпоху выбор поведенческих реакций был ориентирован на осмысленную практичность и целесообразность поведения, поскольку признавалось, что форма поведения вторична относительно его содержания. Одновременно формировались представления о положительных личностных качествах человека и гражданина. Так, например, воспитанный, благородный человек, заслуживающий уважения и подражания, “...щедр и широк по натуре... Сам он оказывает благодеяния, но принимать их стыдится. За благодеяние он воздает еще большим благодеянием... Он не выказывает свою силу на немощных, это - черта плебейская. Он не возносится над теми, кто стоит ниже него, зато держится величественно с людьми высокопоставленными”²².

Но все же целостная профессионально-этическая система пока еще не была сформирована, наличествовали лишь отдельные элементы общей системы, которые могли быть успешно применены в профессиональной деятельности. Рекомендации, приведенные в этом отрывке, носили самый общий характер. Они могли применяться как в обыденной жизни, так и в профессиональной деятельности, например, в военной (в большинстве античных греческих городов-государств была уже профессиональная армия). Например, требование «не возноситься» над теми, кто «стоит ниже» и не выказывать над ними свою силу, чтобы не прослыть плебеем (не столько по рождению, сколько по духу), вполне уместно и в профессиональных отношениях, где всегда есть начальники и подчиненные и, к сожалению, руководитель порой демонстрирует поведение, противоположное данному требованию: «я – начальник, а значит, я – самый, самый, самый… и это дает мне право на любое поведение и отношение к подчиненным».

В этих требованиях можно видеть некие фрагменты будущей этической системы, поскольку требования заключаются в необходимости соблюдать собственное достоинство и достоинство других людей, уважать себя и других²³. Эти требования вполне могут быть применимы в практике профессиональной деятельности, особенно в тех ее видах, где специалист в силу специфики профессиональной деятельности получает определенную власть над клиентом, возможность влиять на его ситуацию, положение, судьбу.

Профессиональная этика, относящаяся к наиболее общим видам нормативной регуляции поведения специалиста в его профессиональной деятельности, прошла длительный путь развития от единичных и разрозненных конкретных этических норм, относящихся к определенным видам действий, до научно обоснованных и выверенных, целостных профессионально-этических систем, которые, наряду с другими видами регуляции профессиональной деятельности, составляют основу многих профессий. Начавшись включением в документы более общего характера отдельных этических требований и норм, она впоследствии прошла через этап эмпирического формирования профессионально-этических кодексов к осмыслению профессиональной этики и аксиологии как относительно самостоятельных разделов философского этического и аксиологического учения, позволяющих выявить и обосновать фундаментальные основания деятельности.

Вместе с тем формирование и официальное признание профессионально-этических систем, функционирующих в различных сферах профессиональной деятельности, происходило не одновременно во всех сферах трудовой и иной общественно-полезной деятельности. Не одновременно в различных видах профессиональной деятельности появлялись и становились признанными профессиональной группой некие своды правил, норм, требований и т.п., которые считались обязательными для выполнения каждым, входящим в профессиональную группу, и получившие впоследствии название «кодекс».

И дело не только в том, что обособление и профессионализация различных видов деятельности происходили различными темпами. Дело еще и в том, что для становления и оформления профессионально-этической системы необходимо формирование профессиональной группы как общности людей, связанных не только определенным видом деятельности, но и единой территориальной, сословной (на первых этапах формирования) принадлежностью, а также потребностью в профессиональном и обыденном общении, отношениях и функциональном взаимодействии друг с другом. Немаловажным является наличие возможности реализовать эту потребность.

Можно отметить, что формирование профессиональной морали и профессиональной этики в общих чертах повторяет процесс формирования морали и этики вообще. Когда возникает и начинает осознаваться потребность в регулировании поведения, отношений и действий людей, входящих в некую группу, начинают постепенно организовываться в систему принципы, нормы, правила, которые должен соблюдать каждый, чтобы быть приемлемым для всех, а значит, неизбежно упорядочиваются требования, которые члены группы (в данном случае профессиональной) предъявляют друг к другу. Эмпирически происходит отбор таких элементов будущей этико-аксиологической системы, которые, дополняя и обогащая друг друга, образуют целостность.

Показательным при этом является тот факт, что и в древности существенно большее, нежели в других областях, значение придавалось этичности действий специалиста преимущественно в тех сферах профессиональной деятельности, которые оказывали и оказывают весьма существенное непосредственное влияние на жизнедеятельность индивидов, групп и социума в целом - медицине, политике, военном деле и других. Это вызывало необходимость предъявления к личности и действиям специалиста специфических, порой более жестких и взаимно согласованных требований к его поведению, отношениям и деятельности, позже становящихся основой профессионально-этической системы.

Первые относительно целостные, хотя и немногочисленные, профессионально-этические кодексы известны с античных времен. Представители целого ряда профессий, имевших жизненно важное значение для всех членов общества, ранее других осознали необходимость этической регламентации своей деятельности. Именно в этих сферах профессиональной деятельности ранее, чем в других, сложились этические кодексы, опережая в своем становлении научное осмысление профессионально-этических основ деятельности. Поэтому такие профессионально-этические кодексы, как “клятва Гиппократа” и некоторые другие сложились относительно рано. В основном это профессии, направленные непосредственно на человека и имеющие высокую степень индивидуализации труда, профессии, где контакт специалиста и его клиента осуществляется непосредственно. Это профессии, которые непосредственно влияют на судьбу и жизнь человека.

Наиболее характерным примером можно считать «клятву Гиппократа» - документ, приписываемый легендарному древнегреческому врачу Гиппократу и представляющий собой первый дошедший до нас целостный профессионально-этический кодекс. Стал общеупотребительным, вышедшим далеко за пределы врачебной практики, сформулированный в этом документе важнейший принцип деятельности специалиста: «primum non nocere» - «главное - не навреди!», заставляющий врача, с одной стороны, делать все возможное для сохранения жизни и здоровья пациента, а с другой – помнить о том, что врач не всесилен; есть ситуации, когда больного не может спасти мастерство врача, а авантюрные, неквалифицированные, эмоциональные, и т.п. неоправданные логикой состояния действия могут привести к противоположному результату и ускорить смерть, сделать ее более мучительной, чем это могло бы быть. Данный принцип, который в широком смысле может быть признан и присвоен любой профессионально-этической системой, требует от специалиста не просто действий, а действий рациональных, продуманных, взвешенных, ответственных. Он ориентирует специалиста скорее не на действия сами по себе («что бы ни делать, лишь бы не сидеть, сложа руки»), а на последействие, т.е. на организацию деятельности с учетом конечного результата. Видно, что данный профессионально-этический принцип, как и вся профессионально-этическая система, отраженная в кодексе, повышает ответственность врача за лечение больного, его жизнь и благополучие.

Можно видеть, что в медицинской профессии в период античности преимущества введения профессионально-этической регламентации деятельности специалиста были оценены хотя и эмпирически, но все же основательно. Однако более массовое возникновение первых целостных профессионально-этических комплексов специалисты относят к позднему периоду ремесленного разделения труда и его официального организационного оформления, т.е. к периоду возникновения и оформления ремесленных цехов в XI - XII веках²⁴. Именно в этот период историками и специалистами в области труда и занятости констатируется наличие в цеховых уставах этических требований к члену профессиональной группы, оформление представлений о его долге и обязанностях по отношению к профессии, характеру труда, товарищам по труду - членам этой же группы и т.д. И хотя такого рода профессионально-этические комплексы – уставы – нельзя в полной мере считать профессионально-этическими кодексами в современной трактовке, поскольку значительная часть их положений и требований выходит за пределы предметного поля профессиональной этики, да и этики вообще, знаменательно, что этические требования все чаще и чаще в них представлены. Одной из важнейших причин этого явления можно считать стремление представителей профессиональной группы повысить ответственность за результаты профессиональной деятельности и таким образом оказать влияние на конечный результат труда, положение профессиональной группы в обществе, престиж профессиональной деятельности и т.п..

Однако при изучении средневековых цеховых уставов можно заметить, что потребность в этической регуляции профессиональной деятельности может быть обусловлена и другими причинами, связанными не только с заботой о качестве конечного результата, благополучии клиента как потребителя конечного продукта деятельности, и в этой связи – «благополучии» профессии и профессиональной группы.

Например, профессионально-этические системы, отраженные в кодексах средневековых ремесленных цехов, помимо повышения ответственности специалиста за конечный результат деятельности, преследовали и иную цель: как можно тщательнее охранять профессиональную тайну, секреты мастерства от «чужаков». Несомненно, что каждая профессиональная группа стремилась добиться того, чтобы потребители получали качественные товары и услуги – этого требует профессиональная гордость мастера. Но в этих кодексах видна также и забота о том, чтобы «посторонние» люди, не входящие официально в профессиональную группу – цех, не умаляли престижа и достоинства мастеров своего дела некачественным конечным результатом. Наконец, профессиональная группа надеялась таким образом исключить чрезмерную конкуренцию, держать под контролем рынок производства, а значит и сбыта продукции. Не случайно как профессиональная деятельность в целом, так и «секреты мастерства» в частности передавались внутри профессиональной, а зачастую – внутри семейной группы, от старших младшим членам семьи, что способствовало формированию профессиональной группы по династическому типу. Очевидно, что феномены «профессиональной тайны», «коммерческой тайны» и др., т.е. тех «тайн», которые не имеют отношения к потребителю, а касаются лишь членов профессиональной группы (корпорации), берут свое начало отсюда.

В единстве с правилами этикета, которые достаточно часто включались в профессионально-этический комплекс, цеховые уставы как обобщенные регламенты поведения, отношений и действий членов корпорации (и даже членов их семей) также способствовали тому, что группа профессионалов становилась своего рода замкнутой профессиональной кастой, корпорацией, отличающей себя от специалистов иных сфер деятельности и входящих в иные профессиональные корпорации и населения вообще по множеству признаков, как сущностных, содержательных, так и чисто внешних, формальных, порой мелких и мелочных: одежде, головным уборам, оружию, ритуалам, жестам. Профессиональная этика и профессиональный этикет в этот период также не разделялись, образуя порой противоречивое единство формы и содержания.

Цеховой устав (кодекс) необходимо было выполнять неукоснительно. Строгость кодексов той эпохи объясняется во многом тем, он служил своеобразным способом самосохранения определенного сообщества - профессионального или профессионально-сословного, и выступал в качестве своего рода знаковой системы, позволяющей отличать людей “своего круга” от чужаков.

Правила поведения, предписываемые для различных профессиональных групп, менялись с изменениями условий жизни и форм профессиональной деятельности. В средние века, например, представителям высших слоев армии (рыцарям) в зависимости от знатности их рода, наличия состояния, положения в рыцарской иерархии и личной доблести предписывалось соблюдение различных требований «кодекса чести», причем ряд этих требований (и этических, и этикетных) не соответствовал требованиям христианской морали, признанной в качестве официальной общественной морали. Например, гордость, благоговейная любовь к прекрасной даме (как правило, замужней), пренебрежительное отношение к опасностям и даже собственной жизни, порой граничащее с суицидальностью, нетерпимость к оскорблениям и обязанность «смывать оскорбления кровью» были непременными для рыцаря, заботящегося о своем добром имени и чести своего знамени, в то время как христианская мораль требовала смирения, отказа от прелюбодеяния и гордыни, всепрощения, а отнюдь не отмщения и не демонстрации своей силы. Рыцарям, как известно, подражали их оруженосцы, распространяя положения рыцарского кодекса в своей среде. Можно видеть, что мораль общества (в то время преимущественно христианская мораль) и мораль профессионально-сословная входили в противоречие. Это, однако, не мешало вышеназванным двум моральным системам относительно мирно сосуществовать в течение длительного периода времени.

Модели поведения, закрепленные рыцарским кодексом, становились образцом для подражания и постепенно проникали в другие слои общества, не обязательно связанные с военным делом, способствуя формированию нового типа общественных отношений, который до некоторой степени сохранен и до настоящего времени. Сложность норм и правил, требований к поведению, действиям членов группы, их личностным качествам требовала их упорядочения и записи, что привело к более широкому распространению «писаных» кодексов и уставов и разработки и введения определенных ритуалов, посредством которых неофит принимался в члены профессиональной группы. Естественно, что ввиду сложности правил и требований возникла и была осознана потребность обучения, воспитания членов группы, а значит, и потребность в учебной литературе в виде пособий, руководств.

Не осталась в стороне от проблем этической регламентации поведения, отношений и действий членов профессиональной группы и такая представительная профессиональная группа, как духовенство. Наиболее широко известным сводом религиозных норм и правил, распространяющихся и на этические основы человеческого существования, является Библия²⁵. Ветхий завет, священная книга иудеев, содержит в себе нормы и правила, регламентирующие не только светские нормы, которые должно соблюдать в обыденной жизни, но и чисто культовые, религиозные стороны жизни, в большей степени имеющие отношение к деятельности членов профессиональной группы. Особенно широко эти профессионально-этические требования представлены в ветхозаветных книгах «Левит» и «Второзаконие», входящих в Тору, четырех канонических евангелиях Нового Завета.

Христианство, базирующееся главным образом на Новом Завете, в отличие от иудаизма, не столь строго регламентирует повседневную жизнь человека, его поведение и действия в различных жизненных ситуациях (в Ветхом завете содержится 613 запретов и предписаний, которые должен выполнять верующий иудей) - оно скорее устанавливает этические и социальные критерии и нормы, руководствуясь которыми, верующий должен самостоятельно определять свое поведение. Традиции христианской этики, изложенные в Новом Завете, поддерживали и развивали, придавая им значение профессионально-этических требований, лучшие представители духовенства. Однако этические императивы Ветхого Завета христианством не отвергается, они рассматривается как исторический источник этики христианства.

Действительно, христианская этика, хорошо известная и изученная, может в известном смысле рассматриваться не только как общая этика, а христианская мораль – не только как мораль общественная, господствовавшая в сознании людей длительный период времени. Это еще и этика и мораль специфической профессиональной группы. Поэтому те требования, которые в библейских и иных священных текстах, трудах отцов церкви предъявляются к христианину вообще, приобретают значение наиболее общих профессионально-этических требований к представителям профессиональной группы – духовенству. Основная доктрина христианской этики заключается в достижении мира в себе и вокруг себя, т.е. предполагает духовное совершенствование самого себя и мира вокруг себя, что может быть достигнуто не только молитвами и скрупулезным выполнением обрядов, но и в первую очередь смирением, кротостью, добротой, милосердием, честностью, добросовестным трудом. Это в полной мере относится и к представителям духовенства.

Священнослужитель – весьма заметная в эпоху средневековья личность, взаимодействующая с большим количеством прихожан-верующих и не только совершающая профессиональные манипуляции и тем самым влияющая на них, но и своими личностными качествами оказывающая воздействие на их мысли и чувства. Требования, предъявляемые профессией к своему носителю, должны были быть реализованы каждым членом профессиональной группы; причем профессионально значимые личностные качества, необходимые священнослужителю, должны быть воспитаны в нем.

Первый дошедший до нашего времени трактат о поведении был написан испанским священником Педро Альфонсо и назывался “Disciplina clericalis” (“Воспитание духовенства”). В этой книге, которую можно условно рассматривать как учебное пособие по профессиональной этике и этикету, излагались не только этические требования к личности, но и элементы этикета: правила поведения за столом, порядок приема гостей и посетителей, ведения беседы с ними и т.п.

Православное духовенство, которое также можно рассматривать как профессиональную группу, основывалось в своих профессиональных действиях и отношениях как на требованиях Нового Завета, так и на трудах православных религиозных деятелей²⁶. Этико-аксиологические идеи, изложенные в их трудах (или в записях, сделанных их учениками и слушателями), имеют самое непосредственное отношение к повседневной профессиональной практике священнослужителей всех рангов. В них не только изложена своеобразная теория, но и даны четкие указания, каким образом она должна быть воплощена в практике. Священнослужитель, как следует из текстов, не только формально должен именовать себя пастырем народа, но и в действительности заботиться о его благе, в первую очередь, духовном. В частности, от священника и монаха требуется не только знать заповедь милосердия, но и вполне конкретно заботиться об убогих, нищих, страждущих, оказывая им адекватную материальную и моральную помощь.

Вместе с тем именно эта профессиональная группа – духовенство – пожалуй, раньше и ярче других продемонстрировала феномен «двойной морали»: смирение и скромность на словах, распущенность и разнузданность в поступках; непримиримость в отношении грехов «мирян» и снисходительность к своим прегрешениям.

Широкое распространение в период средневековья писаных и неписаных уставов и кодексов говорит об осознанной потребности в регламентации поведения и действий специалистов. Этот период характерен тем, что профессиональная группа представляла собой, как правило, профессионально-территориальную группу, что вполне объяснимо: в период средневековья специалисты не могли рассчитывать на регулярное общение и взаимодействие с коллегами в другом регионе, поскольку коммуникативные возможности общества были недостаточно развиты; централизованность управления жизнедеятельностью общества также была недостаточной (т.н. «феодальная раздробленность»). Она в то же время являлась и профессионально-сословной по преимуществу: например, недворянин практически не имел шансов стать рыцарем²⁷. Пожалуй, только духовенство, подчинявшееся единому центру (Риму – католическое, Москве - православное) и поэтому лучше организованное, иерархизированное представляло собой профессиональную группу, не связанную жестко территориальными рамками.

Существовали в период Средневековья и светские кодексы и руководства. В России долгий период роль светского руководства по этике и этикету с середины XVI века играл “Домострой”, авторство которого приписывается монаху Сильвестру. Воспитание на Руси изначально было направлено прежде всего на совершенствование качеств личности; при этом правила поведения, т.е. этикет, являлись отражением содержания личности, ее духовности. “Домострой”, являясь в первую очередь этическим кодексом, и затем уже кодексом поведения, представляющим собой “обрядник всего, что делать и как жить”, устанавливает правила взаимоотношений людей и требует точного и строгого соблюдения порядка жизни и отдельных ее циклов и элементов. “Домострой” охватывает практически все стороны жизни и содержит правила воспитания детей, приема гостей или поведения во время пребывания в гостях, правила проведения различных церемоний - свадеб, похорон и т.д..

Касается он и форм профессионального поведения - например, поведения слуг, торговцев и т.п. в определенных профессиональных ситуациях. Особое внимание в “Домострое” уделяется аккуратности, опрятности одежды, чистоте и уюту помещения. Как свод правил поведения, “Домострой” предписывает вежливость, кротость, послушание и уважение к старшим (в том числе и по чину) и умеренность во всем. “Домострой” содержит и обобщенные предписания по отношению к профессиональной деятельности независимо от ее специфики: всякое дело надо делать “...с молитвою и с доброй беседою или с молчанием...”, а не “...со смехом, скверными и блудными речами...”²⁸. Видно, что, по мнению автора, профессиональная деятельность требует ответственности, серьезности, добросовестности. Таким образом, с древнейших времен в России развитие этики, по примеру античного мира, шло в неразрывной связи с развитием этикета, объединенными по принципу “разумно - нравственно - красиво”²⁹. Профессиональная мораль первоначально не различалась с обыденной, лишь гораздо позднее выделившись в относительно обособленную сферу знаний и практики.

Характерно, что в этот период становления профессионально-этических систем в кодексах практически нет упоминания об аксиологических основаниях деятельности в современном понимании (т.е. о ценности человека как цели и смысле профессиональной деятельности), хотя ценности профессии и профессиональной группы показаны, как правило, хотя и в неявном виде, но достаточно ярко. И это не только потому, что аксиология как относительно самостоятельная область знания сложилась позднее и слово «ценность» еще не являлось философской категорией. Дело в том, что профессиональная деятельность, будучи по существу открытой системой уже потому, что ее конечный продукт потреблялся в основном вне ее, все же стараниями членов профессиональной группы максимально «замыкалась» в себе самой целым рядом ограничений, субъективных и объективных. Поэтому в этот период профессиональная этика может именоваться скорее этикой корпоративной, будучи довольно замкнутой системой, преследующей в первую очередь цели корпорации (и в этих целях регулирующей поведение, отношения и деятельность членов профессиональной группы между собой), и только во вторую – интересы конкретных потребителей результатов профессиональной деятельности.

Потребность в кодификации профессиональной деятельности в тот период была неодинаковой для различных профессиональных групп, как и ранее. Помимо причин, называвшихся ранее, следует отметить еще две. Это, во-первых, публичность, визуальность профессии, привлекательность ее внешней атрибутики, благодаря которой члены профессиональной группы были постоянно на виду, в центре внимания сограждан и поневоле обязаны были заботиться о соответствии ожиданиям сограждан, их представлениям о личностном облике представителя профессиональной группы. Это обстоятельство требовало уделять большее внимание внешней стороне поведения, этикету, нежели собственно содержанию, его моральности, которое при желании может быть скрыто от посторонних глаз. И это, во-вторых, идеология и философия профессиональной деятельности (например, религиозная), требующая от члена профессиональной группы наличия и реализации личностных качеств, приближающих его к профессионально-этическому идеалу.

Значительный вклад в становление профессиональной этики и соответствующей ее кодификации внес в ХVIII - ХIХ веках английский философ-утилитарист Иеремия Бентам (1748-1832гг.). Термин “деонтология” (от греч. deon – долг, deonthos - должный) был введен им в научный лексикон для обозначения учения о долге и должном поведении, поступках, образе действий и мышления. Исследуя место и роль морали в жизнедеятельности человеческого общества, И. Бентам сделал вывод о том, что она, как и законодательство, является способом регуляции человеческого поведения с целью обеспечения счастья, благополучия и пользы наибольшему числу людей посредством приведения поведения каждого в соответствие с представлениями об общем благе и пользе³⁰. Первоначально И. Бентам вкладывал в понятие «деонтология» довольно узкий смысл, имея в виду прежде всего долг и обязанности верующего перед Богом, религией, религиозной общиной, но затем расширил и употребил его для обозначения теории морали в целом («Деонтология, или наука о морали»). Вскоре термин “деонтология” начал применяться философами несколько в ином, более специфическом смысле - он стал использоваться для обозначения учения о должном поведении, поступках и действиях любой личности или группы как части учения о морали вообще. Таким образом, сегодня деонтология как учение о долге и должном поведении рассматривается как важнейшая составная часть учения о морали – этики. И в то же время деонтология имеет место в любых частных этических учениях, рассматривающих проблемы долга и должного поведения людей вообще и их различных объединений, а не только верующих по отношению к их религиозным обязанностям. Деонтология позднее стала различаться с аксиологией - учением о ценностях.

В настоящее время термин «деонтология» используется довольно широко и в профессиональной этике для обозначения теории о долге и должном поведении специалиста в процессе выполнения им профессиональных обязанностей. Именно в этом значении он используется и в профессионально-этических учениях. В целом содержательно деонтология представляет собой систему смыслов, понятий, норм, установлений и предписаний о долге специалиста, коллектива конкретного учреждения и совокупной профессиональной группы перед обществом и государством, своей профессией как специфическим видом профессиональной деятельности вообще и особым социально-профессиональным институтом, перед коллегами, клиентами (потребителями конечного продукта деятельности) и перед самим собой. В настоящее время трудно найти профессионально-этическое учение или профессионально-этический кодекс, в которых не были бы раскрыты проблемы долженствования специалиста, его ответственности за результаты, содержание деятельности.

Деонтология в профессионально-этическом учении занимает центральное место, однако в зависимости от вида, содержания профессиональной деятельности «доля» формального долженствования может быть различной. Очевидно, что чем большую социальную значимость имеют результаты профессиональной деятельности и чем больше влияние профессиональной деятельности на судьбу, благополучие общества и конкретных личностей, тем большая часть поведения, отношений и деятельности специалиста может регулироваться с помощью деонтологических принципов.

Еще одна важнейшая составляющая профессионально-этического учения – аксиология профессиональной деятельности (праксеология), или учение профессионально значимых ценностях. Начало аксиологии как науки связано с именем немецкого философа Р.Г. Лотце (1817-1881), впервые введшим в научный лексикон понятие «значимости» (ценности). В настоящее время аксиологические исследования посвящаются вопросам происхождения и типологии ценностей, их разнообразным изменениям в связи с изменением условий жизнедеятельности человека, факторам, влияющим на содержание, иерархию ценностей, влиянием ценностей на жизнедеятельность человека и общества и т.п. Однако различные группы ценностей, в связи с многозначностью и широкой представленностью ценностей в человеческой жизнедеятельности, изучаются не только аксиологией. Например, этические ценности изучаются этикой, эстетические ценности – эстетикой, культурные – культурологией, экономические (материальные) - экономикой и т.д. Большое значение имеют исследования в области праксеологии – учении о ценностях практической деятельности человека или, более узко, ценностей профессиональной деятельности, поскольку системы профессиональных ценностей играют существенную роль в формировании и поддержании смысла профессиональной деятельности.

Праксеология сегодня – признанная, важнейшая часть профессиональной этики. В каждом конкретном профессионально-этическом учении значительное внимание уделяется выявлению, обоснованию профессиональных ценностей. В каждом профессионально-этическом кодексе можно найти раздел или пункт, в котором представлено содержание профессионального долга.

Видно, что становление профессионально-этических учений прошло длительный путь. Этот путь включает в себя этапы, характеризующиеся наличием разрозненных этических требований, внесенных в различные регламентирующие документы и рекомендации, ознаменованные появлением первых целостных документов этико-этикетного характера, появлением первых профессионально-этических идей и теорий. В различных сферах деятельности временные рамки этих этапов могут не совпадать, что по большей части обусловлено спецификой профессиональной деятельности и, соответственно, потребностью в ее профессионально-этической кодификации. Потребность в создании специфических систем морали - кодексов - для различных сфер профессиональной деятельности не одинакова и в настоящее время. Особо остро она ощущается тогда, когда деятельность специалистов направлена непосредственно на человека, когда человек является объектом деятельности, причем степень индивидуализации труда специалиста высока.

Обращение в настоящее время представителей различных профессиональных групп к проблемам этизации профессиональной деятельности неслучайно. Профессиональная деятельность человека не только специализировалась и усложнилась многократно, но и во многом стала иной. Например, деятельность современного специалиста в некоторых видах профессиональной деятельности оказывает влияние не только на непосредственного потребителя конечного продукта деятельности, но и на все общество, человечество. Понятна озабоченность представителей таких профессиональных групп проблемами повышения ответственности специалиста за то, что и как он делает. Для сегодняшнего специалиста недостаточно быть ответственным за успешность выполнения только той операции или иной части деятельности, которую он осуществляет лично. Тщательное и ответственное выполнение одной только операции еще не гарантирует успеха деятельности в целом. Если специалист участвует в совокупном процессе деятельности, он должен быть ответственным хотя бы отчасти и за конечный результат и, возможно, за то, каким образом этот результат будет использован – во благо человека или во зло.

В настоящее время можно видеть, что специалисты самых различных сфер профессиональной деятельности обращаются к проблемам профессиональной этики. Огромное количество специальной литературы посвящено изучению, обсуждению, выявлению профессионально-этических проблем. И практически везде подчеркивается, что в настоящее время от действий каждого конкретного специалиста порой зависят, и очень существенно, судьба и жизнь человека, а иногда и судьбы общества и человечества.

Профессионально-этическая регуляция деятельности становится необходимой и осознается как таковая, когда от решений, действий специалиста зависит судьба человека и человечества, но любые неэтические способы регулирования бессильны. В этом случае моральная ответственность специалиста и профессиональная мораль вообще имеет огромное значение, т.к. нравственность представителей таких профессий, их отношение к выполнению профессионального долга, во многом определяют качество их работы и конечный результат. Однако для выработки привычного в рамках профессиональной этики поведения необходима предварительная работа по выявлению, систематизации, анализу и формулированию, взаимному согласованию содержания конкретных норм и правил, обоснование этического кодекса и его легитимизация.