1.3 Об условиях устойчивого развития социально-экономического образования различного уровня иерархии

Сегодня многие из обсуждаемых понятий нуждаются в пояснениях и в конкретных примерах из российской и мировой практики. Философия аккумулирует и осмысливает результаты развития частных наук, близкие задачи решают и междисциплинарные подходы, в частности, синергетика и нелинейная динамика. Поэтому многие положения мы будем пояснять, опираясь на простейшие модели, схемы, результаты компьютерного моделирования. Мы в полной мере понимаем, насколько это неприемлемо для «настоящего» философского текста. Однако традиция опираться на математические образы в философском анализе, идущая от Пифагора, Лейбница, Декарта, Рассела, может служить нам некоторым оправданием.

Изучение специфики риска применительно к различным сферам общества - прерогатива частных наук. Однако общество - не простая механическая совокупность отдельных элементов. Развитие одних его сторон зависит от влияния других. И если сложить результаты многочисленных исследований, осуществляемых конкретными науками, то целостной картины общественного риска не получится. Она будет мозаичной, не дающей возможности реконструировать социальный механизм риска, и раскроет лишь его отдельные стороны, детали и элементы. Это обстоятельство также предопределяет целесообразность постановки вопроса о философском анализе риска.

Философский подход особенно важен еще и потому, что успешное управление риском на многих уровнях возможно только тогда, когда есть общее понимание ряда основополагающих ценностей.

Устойчивое развитие - это концепция, идеология, реакция мирового сообщества на кризисные явления в биосфере, экономике, области международных отношений.

Концепция устойчивого развития была выдвинута на конференции Организации Объединенных Наций по окружающей среде и развитию, состоявшейся в Рио-де-Жанейро в 1992 г. Тогда же был принят документ «Повестка дня на XXI век».

Эта концепция отличается от многочисленных документов, принимавшихся на международном уровне, несколькими принципиальными чертами.

• На глобальные проблемы, стоящие перед цивилизацией, авторы концепции смотрят с позиции не мирового сообщества, государства, региона, какой-либо организации, а с позиции отдельного человека.

• Концепция по своему замыслу не разделяет людей, а объединяет их, независимо от того, живут ли они на богатом Севере или бедном Юге, являются ли они клерикалами или либералами, социал-демократами или коммунистами. Она стоит выше этих различий, рассматривая всех, кто живет сейчас и кто придет на нашу планету в будущем, как граждан одной земной цивилизации.

• Концепция впервые помещает в центр внимания интересы не только нынешнего, но и будущих поколений. В соответствии с ней, будущим поколениям должны быть обеспечены приемлемые стартовые условия, сравнимые с теми, которые имеет поколение, живущее на Земле сейчас.

Эти стартовые условия трактуются не только как поддержание Удовлетворительного состояния окружающей среды, но и как сохранение культурных, духовных, информационных ресурсов. При этом передача следующим поколениям многих системообразующих смыслов и ценностей трактуется как одно из важнейших условий выживания и развития человечества.

Можно сказать, что эта концепция подводит своеобразный итог происшедшему во второй половине XX века пересмотру мировоззрения. В прошлом веке в известных «Тезисах о Фейербахе» высказывалась мысль о том, что философы объясняли мир, а задача состоит в том, чтобы его изменить. Сейчас можно сказать, что исследователи и политики„объясняли и изменяли мир, проблема же состоит в том, чтобы его сохранить По логике вещей, за принятием концепции должен был последовать пересмотр и осознанный выбор алгоритмов дальнейшего развития цивилизации. К сожалению, этого не произошло.

Большую роль в изменении мировоззрения сыграли ученые, с помощью компьютерных моделей изучавшие мировую динамику либо анализировавшие отдельные аспекты развития человечества.

Многие ученые с мировыми именами были привлечены к деятельности Римского клуба, созданного итальянским общественным деятелем А. Печчеи. На основе их докладов можно было сделать вывод, что при сохранении существующих тенденций научно-технического прогресса и экономического развития человечество в первой половине XXI века ожидает глобальная катастрофа.

Печчеи следующим образом резюмирует результаты проведенных обсуждений: «Триумфальное развитие западной цивилизации неуклонно приближается к критическому рубежу... В основе ее философии и ее действий всегда лежал элитаризм. А Земля - как бы ни была она щедра - все же не в состоянии разместить непрерывно растущее население и удовлетворить все новые и новые его потребности, желания и прихоти. Вот почему сейчас в мире наметился новый, более глубокий раскол - между сверхразвитыми и слаборазвитыми странами... Все беспорядки и кризисы нашего времени есть одновременно и причина, и следствие неприспособленности человечества к новой реальности нашего времени. Проблемы демографии, безработица, недоиспользование социальных и экономических возможностей общества, дефицит ресурсов и нерациональное управление ими, неэффективность, инфляция, отсутствие безопасности и гонка вооружений, загрязнение среды и разрушение биосферы, заметное уже сегодня воздействие человека на климат и многие-многие другие проблемы, сцепившись друг с другом, подобно щупальцам гигантского спрута, опутали всю планету» .

Начиная с работ Дж. Форрестера, выполненных в 1971г. , и Д. Медоуза, выполненных в 1972 г., исследователи не раз обращались к компьютерному моделированию глобальных процессов. В Советском Союзе такие работы проводились в Вычислительном центре АН СССР, Институте прикладной математики, Институте системных исследований. Работы такого плана вызывали справедливую критику, поскольку, с одной стороны, мир достаточно трудно описать небольшим числом нетрадиционных макропеременных (среди них, например, встречаются такие величины как «политическая напряженность», «уровень загрязнения», «общая масса живого на Земле» и т.д.). С другой стороны, занимаясь моделированием явлений такого масштаба на больших промежутках времени, мы неизбежно прибегаем к экстраполяции известных в некоторой области тенденций и зависимостей на ту область, о которой достоверной информации нет. Математики показывают, что такая процедура некорректна: малые случайные отклонения могут существенно изменить результат. Вместе с тем, именно такие модели являются очень существенными с точки зрения стратегического прогноза, проектирования будущего и концепции устойчивого развития, хотя, разумеется, сделанные оговорки следует иметь в виду. этом случае, как и в моделях Дж. Форрестера и Д. Медоуза, возникает ресурсный кризис. Но как только ресурсы резко сокращаются, то уменьшается биомасса суши резко падает численность населения. Продолжительность жизни достигает предельно критического значения предположительно к середине XXI в. и дальше резко снижается, возникают демографический и экологический кризисы, связанные с превышением предельно допустимых значений загрязнения.

Базовый сценарий развития общества еще группой Медоуза был заменен на сценарий «устойчивого общества», в котором путем отбора ресурсосберегающих экологически чистых технологий, жестких ограничений на рождаемость и инвестиций в промышленность можно добиться стационарного состояния в модели. Другими словами, как бы возникает возможность создания «устойчивого общества». Однако если учесть только политическую напряженность, то развитие становится неустойчивым, а экологический кризис вновь приводит к катастрофе. (Катастрофический сценарий «Истощение ресурсов»)

Предотвратить глобальную катастрофу можно, последовав методике введения в модель достаточно больших затрат для искусственной очистки загрязнений и регенерации невозобновляемых ресурсов, сохраняя контроль рождаемости. Если ввести дополнительно к этому контроль и управление безопасностью, освоением новых видов ресурсов, то в результате, хотя и при очень существенных затратах на обеспечение такого управления, спад производства и остальные параметры оказываются в допустимых пределах .

По сценарию «Устойчивое развитие» (благодаря рациональному выбору затрат и управления) достигается устойчивое развитие. Но в центре внимания устойчивого развития должны находиться люди. Они имеют право на здоровую и плодотворную жизнь в гармонии с природой (принцип 1).

Право на развитие должно осуществляться так, чтобы обеспечить равенство возможностей развития и сохранение окружающей среды как нынешнего, так и будущих поколений (принцип 3).

Для достижения устойчивого развития защита окружающей среды должна стать неотъемлемой частью процесса раз условия его осуществления очень жесткие. Примерно 30% мирового валового продукта человечество ежегодно должно тратить на очистку загрязнений, на обеспечение безопасности, на регенерацию невозобновляемых, открытие и освоение новых видов ресурсов, на управление глобальными процессами, на ноосферное управление. Безусловно, можно и нужно искать другие, не столь дорогостоящие решения. Но на уровне предположений в модели видно, что сценарий глобального устойчивого развития возникает и дает надежду на выживание человечества при наличии политической воли и глобальной ответственности.

В документе, принятом в Рио-де-Жанейро, был сформулирован ряд основополагающих принципов, конкретизирующих понятие устойчивого развития и не может рассматриваться в отрыве от него (принцип 4).

Для обеспечения защиты окружающей среды государства должны в соответствии с их возможностями шире применять принцип упреждающего принятия мер. В тех случаях, когда существует угроза серьезного или не обратимого ущерба, отсутствие полной научной определенности не может использоваться в качестве причины отсрочки принятия экономически эффективных мер по предупреждению ухудшения состояния окружающей среды (принцип 15).

Все государства и все люди в рамках важной задачи искоренения нищеты как необходимого условия устойчивого развития должны уменьшать различия в уровне жизни и полнее удовлетворять потребности большей части человечества (принцип 5).

Государства должны сотрудничать в духе глобального партнерства, чтобы сохранить, защитить и восстановить здоровье и целостность экосистемы Земли. Развитые страны признают ответственность, которую они несут в контексте международных усилий по обеспечению устойчивого развития с учетом масштабов воздействия, которое их общества оказывают на окружающую среду в целом, а также уровня технологий и объемов финансовых ресурсов, которыми они обладают (принцип 7).

Чтобы достичь устойчивого развития и более высокого уровня жизни всех людей, государства должны ограничить и ликвидировать не соответствующие устойчивому развитию модели производства и потребления, стимулировать соответствующую демографическую политику (принцип 8).

Устойчивое развитие требует более глубокого научного понимания проблем. Государствам следует делиться знаниями и новыми технологиями для достижения целей устойчивости (принцип 9).

Экологические проблемы решаются наиболее эффективным образом при участии всех заинтересованных граждан. Государства должны развивать и поощрять должное участие населения путем предоставления широкого доступа к экологической информации (принцип 10).

Государства должны сотрудничать в деле создания открытой международной экономической системы, которая могла бы вести к экономическому росту и устойчивому развитию во всех странах (принцип 12).

Национальные власти должны содействовать интернационализации экономических затрат с использованием экономических инструментов на основе принципа, гласящего: кто загрязняет окружающую среду, тот и должен нести финансовую ответственность за это загрязнение (принцип 16).

Для достижения устойчивого развития необходимо всестороннее участие женщин. Необходимы также творческие силы и мужество молодежи, знания коренного населения. Государства должны признавать и поддерживать самобытность, культуру и интересы коренного населения (принципы 20, 21 и 22).

Война неизбежно оказывает разрушительное воздействие на процесс устойчивого развития. Поэтому государства должны уважать международное право, обеспечивающее защиту окружающей среды во время вооруженных конфликтов, и должны сотрудничать в деле его дальнейшего развития (принцип 24).

Мир, развитие и сохранение окружающей среды взаимозависимы и неразделимы (принцип 25).

Общее понимание, достигнутое в Рио-де-Жанейро, представляется исключительно важным. Оно дает основу для будущих решений и действий. Одним из главных противоречий, которые требуют разрешения в XXI веке, является глобальный социальный и экономический диспаритет во владении и распоряжении материальными, интеллектуальными и информационными ресурсами. Одно из его проявлений - противоречие между бедными и богатыми. Если исчислять доход и капитал в долларах, то в мире сегодня насчитывается 157 миллиардеров, 2 млн. миллионеров, и в то же время у более чем 20% населения мира - 1,1 млрд. человек - доход составляет менее одного доллара в день.

При этом неравенство стремительно растет. Если в 1960 г. соотношение доходов у 20% наиболее богатых и наиболее бедных людей мира составляло 30:1, в 1970 г. - 32:1, то в 1980 г. этот показатель уже равнялся 45:1, в 1989 г. - 59:1. Рост неравенства ускоряется. По данным экспертов в 1990 г. уровень питания 786 млн. человек - 14% населения мира - был ниже физиологической нормы. Чтобы обеспечить голодающую часть населения мира хотя бы на уровне этой нормы (с учетом роста численности населения) к 2025 г. надо удвоить объем сельскохозяйственной продукции, а к 2050 г. - утроить. Вместе с тем используемые сейчас сельскохозяйственные технологии таковы, что из-за вредителей, сорняков и болезней потери урожая в последние десятилетия оставались на уровне 30-35%.

Неравномерными являются и выбросы опасных отходов. Если в конце 80-х годов таковых на долю США приходилось более 260 млн. тонн в год, то на долю стран членов ОСЭР - менее 25, а на Восточную Европу и остальную часть мира - менее 50. Сегодня приходится говорить не только о квотах на чистый воздух и питьевую воду, но и о квотах на энергопотребление. Естественно, эти сложные проблемы порождают большую напряженность в международных отношениях. Путь к преодолению возникших трудностей, видимо, будет нелегким.

Исключительно важным представляется то, что концепция устойчивого развития не осталась на чисто «гуманитарном» уровне. В ней был предложен конкретный базовый набор индикаторов развития, среди них были выделены индикаторы тенденций, индикаторы текущего состояния, индикаторы корректирующих воздействий. В силу их принципиального значения мы приводим их в Приложении I.

На основе глобальной программы «Повестка дня на XXI век» в ведущих развитых странах развернулась интенсивная работа по составлению национальных стратегий.

Уже в январе 1994 г. премьер-министр Великобритании Джон Мейджор представил парламенту от имени правительства стратегию устойчивого развития своей страны, которая по сути дела является общенациональным планом развития с определением целей, критериев (показателей) и механизмов реализации. Разработаны стратегии устойчивого развития Нидерландов, КНР и ряда других стран.

В Соединенных Штатах Америки действует Президентский Совет по устойчивому развитию. В его официальных документах обозначены три главных ориентира-условия устойчивого развития: социальная справедливость, сохранность окружающей среды и экономическое процветание. Финал горький, хотя и закономерный.

В этой связи особого внимания заслуживает проект, предложенный исследователями Сибирского отделения Российской Академии наук в порядке обсуждения. Предлагаемые ими приоритеты национальной стратегии можно обозначить следующим образом [17].

С учетом особенностей переживаемого нашей страной времени, соотнесённости во времени первоочередных и стратегических задач необходимо обсудить и принять приоритеты национальной стратегии устойчивого развития. Их, в порядке обсуждения, можно обозначить следующим образом:

1. экономический достаток - создание условий, мотивов и гарантий для справедливо оплачиваемого труда граждан общества на основе функционирования смешанной экономики и рационального потребления материальных ресурсов;

2. народовластие - создание политической системы гражданского общества, контроля над государством, его институтами и высшими должностными лицами, исключающего возможность злоупотребления властью в личных или групповых целях;

3. социальная справедливость - установление гарантий равенства граждан перед законом, правосудия, обеспечения равенства возможностей достижения материального, экологического и социального благополучия;

4. здоровая окружающая среда - обеспечение всем гражданам возможности жить в здоровой природной среде с чистым воздухом и водой, создание системы правовых гарантий и этических норм, обеспечивающих защиту и восстановление биологического здоровья и разнообразия экосистем;

5. рациональное управление ресурсами - создание правовых основ государственной политики рационального использования материальных, интеллектуальных и информационных ресурсов на основе соблюдения национальных интересов страны;

6. население - принятие государством чрезвычайных мер по увеличению численности населения России, проведение активной демографической и социальной политики по отношению к молодой семье, материнству, детям и молодежи;

7. образование, наука, культура - государство должно рассматривать эти сферы как фундамент будущего страны, ее духовного и экономического развития;

8. международное сотрудничество — активная позиция России в международных организациях, двусторонних отношениях между странами, системе мировых экономических отношений по сохранению и рациональному использованию национальных и глобальных ресурсов.

Следует подчеркнуть два обстоятельства. Первое, «Повестка дня на XXI век» и другие документы мирового сообщества ни в коем случае не являются решением задачи о выживании человечества и обеспечения его глобальной безопасности. Это только постановка задачи, реакция на нынешние тенденции, указание пути, по которому разумно двигаться; т.е. это документы политического, а не управленческого уровня. Второе, само понятие «устойчивое развитие» является парадоксальным и многозначным. В частности, один из ведущих отечественных специалистов по глобальной динамике Н.Н. Моисеев считает :

«Выражение «sustainable development» трудно переводимо на русский язык (и, возможно, на другие языки). Я бы его перевел как развитие, «допустимое» или «согласованное с состоянием Природы и ее законами». Во всяком случае, его авторы, как мне представляется, имели в виду именно этот смысл. Но у нас в России его перевели словосочетанием «устойчивое развитие», что в обратном переводе может быть выражено словами «stable development». Такое толкование этого термина представляется мне лингвистическим нонсенсом. Не вдаваясь в детали, объясняющие, почему термин «устойчивое развитие» бессмыслен с научной точки зрения, скажу только, что понятие о развитии - антипод понятиям об устойчивости и стабильности. Устойчивого развития просто не может быть, если есть развитие, то стабильности уже нет! А между тем в России уже появилось такое выражение, как государственная «концепция устойчивого развития».

По-видимому, такой подход является слишком радикальным. И «устойчивости», и «развитию» можно придать смысл в контексте устойчивого развития. Обратимся к этим понятиям.

УСТОЙЧИВОСТЬ - это фундаментальное понятие характеризует одну из важнейших черт поведения различных систем в экономике, социологии, биологии, физике. Поэтому ему можно придать смысл и в философском контексте. Понятие «устойчивость» применяется для описания постоянства какой-либо черты изучаемой системы, т.е. ее неизменности. Это может быть постоянство состояния системы, постоянство некоторой последовательности состояний, в которых оказывается система, и т.д.

Строгое определение устойчивости, получившее широкую известность, было введено русским ученым A.M. Ляпуновым в конце прошлого века. В соответствии с ним траектория будет называться устойчивой, если для сколь угодно малого предельного отклонения, определяющего коридор устойчивости, можно указать такие ограничения для возмущений, при которых система не выйдет из этого коридора. Другими словами, говоря об устойчивости, мы должны отдать себе отчет, постоянство каких черт системы для нас существенно и в какой мере. Кроме того, надо охарактеризовать возмущения, относительно которых система будет устойчива. Очевидно, что чем больше возмущение, тем в меньшей степени мы сможем сохранить желаемые черты.

К сожалению, все это имеет отношение к глобальной динамике. Естественный коридор устойчивости - это такое состояние биосферы и общества, которое позволяет сохранить нашу цивилизацию. Сегодня мы не вполне представляем, насколько велик этот коридор и насколько существенны уже имеющиеся отклонения. Обычно в работах по экологии и глобальной динамике часто упоминают пророческие слова В.И. Вернадского о том, что человек стал силой геологического масштаба и с неизбежностью должен взять на себя ответственность за дальнейшее развитие биосферы. Однако количественная характеристика интенсивности воздействия человечества на биосферу и реакции биосферы, поиск адекватных индикаторов в большой степени является открытой задачей.

Особого внимания требуют допустимые воздействия. В самом деле, представим себе, что мы вынуждены защищать техносферу и биосферу не только от «естественных» аварий, бедствий и катастроф, но и от терроризма. Естественно, это коренным образом меняет наш мир и коридор возможностей человечества. В последние годы широко обсуждается несколько сценариев террористических актов с межнациональными или глобальными последствиями. Среди них - ядерный терроризм. При этом речь идет уже не только об уничтожении отдельных городов, но и о серьезных климатических изменениях. Технически это вполне осуществимо -взрыв нескольких водородных бомб, заложенных в океанские хребты, вполне может изменить конфигурацию течений. В результате этого могут быть «подморожены» огромные регионы. Другой вариант связан, например, с подводным ядерным взрывом в Черном море и выбросом больших масс сероводорода в атмосферу, что также может привести к большим жертвам. Разрушение некоторых плотин может унести до полумиллиона жизней.

Много возможностей открывается для терроризма в информационном пространстве. Широко обсуждавшаяся «проблема двухтысячного года», связанная с опасностью отказа электронного оборудования при наступлении 2000 года из-за представления дат лишь двумя последними цифрами, показывает, насколько уязвимой может оказаться техносфера по отношению к непродуманности технических стандартов.

И в настоящее время, и в обозримом будущем человечество будет уязвимо относительно небольших радикальных групп, готовых играть «не по правилам». Если же все это выносится на межнациональный или государственный уровень, то опасность многократно возрастает. По-видимому, имея в виду концепцию устойчивого развития, следует ясно представлять, против каких действий мировое сообщество как целое будет бороться, используя все находящиеся в его распоряжении ресурсы, а какие действия оно будет считать приемлемыми.

Обратим внимание на то, что устойчивость по Ляпунову - далеко не единственный образ, используемый в математике и компьютерном моделировании. Очень существенным понятием является так называемая структурная устойчивость. Она характеризует качественное сходство различных систем при изменении разных параметров. К обсуждению данной проблемы и оно имеет прямое отношение. Дело в том, что и отдельному государству, и мировому сообществу в целом в XXI веке придется принимать нелегкие решения об отказе от определенных технологий, стандартов потребления, целей развития. Встает вопрос о том, что необходимо сохранить обществу в качестве потенциала для своего будущего развития. Это предмет для серьезного междисциплинарного анализа, а не для конъюнктурных дискуссий об «общечеловеческих ценностях» и «открытом обществе», представляющих собой скорее предмет политической журналистики. К моменту, когда решения такого масштаба придется принимать, они должны быть детально проработаны исследователями.

Особо следует отметить структурно-функциональную устойчивость, основанной на проявлении закона сохранения целостности, о котором мы поговорим ниже

Обычно под развитием в кибернетике понимается переход целеустремленной системы ко все более эффективным методам, сферам и масштабам деятельности. Это перекликается с известным положением Аристотеля о том, что «благо везде и повсюду зависит от двух условий: 1) правильного установления конечной цели и 2) отыскания соответственных средств, ведущих к конечной цели».

В связи с необходимостью устойчивого развития возникает ряд вопросов, на которые исследователи не могут дать сегодня удовлетворительных ответов. Один из них связан с расширением масштабов деятельности человека. Эра количественного процесса проходящего под девизом «выше, дальше, быстрее»,заканчивается. Если бы развивающиеся страны жили по стандартам развитых, то невосполнимых ресурсов пришлось бы добывать в десятки и сотни раз больше, чем теперь, и тогда, как показывает анализ, разведанных и доступных запасов хватило бы не более, чем на десяток лет. Поэтому о расширении масштабов деятельности говорить не приходится.

Не следует забывать и о новых сферах деятельности. Человечество поставлено перед объективной необходимостью постоянного освоения нового, однако сейчас эти процессы происходят особенно быстро. Радиоактивные отходы, порождаемые атомной промышленностью, будут представлять опасность в течение сотен тысяч лет. Микроорганизмы, являющиеся продуктом генной инженерии, могут глобально и необратимо изменить биосферу. Заметим, что биомасса всех млекопитающих на Земле на много порядков меньше биомассы всех микроорганизмов. Оперируя на этом уровне, мы получаем совершенно новые риски. По-видимому, по многим экстенсивным параметрам человечество уже достигло пределов своего развития.

Наглядным образом развития, которым часто пользуются математики, является переход к пространствам все большей размерности. В ходе истории биосферы и человечества при исчерпании возможностей, доступных в данном пространстве, обычно происходил переход к следующему пространству с большим числом измерений. Поэтому один из наиболее важных вопросов - каковы будут наши следующие измерения?

При этом «устойчивость» развития можно понимать не только с математической, но и с антропоцентрической точки зрения. Этот взгляд уже в 60-е годы настойчиво высказывал лауреат Нобелевской премии Алвин Тоффлер. Согласно его концепции, существует предельная скорость восприятия человеком перемен, так же как есть очевидное ограничение по скорости роста численности человечества, приводящее к демографическому переходу.

Говоря о развитии, мы сталкиваемся с такими важными категориями как направление прогресса, направление эволюции, смысл истории. Их исследование еще не так давно могло быть отнесено к «вечным проблемам». Однако сейчас вопрос о том, каково то «благо», которое мы хотели бы получить от развития при условии, что его получит и следующее поколение, оказывается совсем не простым и совершенно конкретным. Сегодня, когда всерьез обсуждается идея нового Средневековья, в котором, по выражению Н.Н. Моисеева, «золотой миллиард» играет роль феодалов или новой Античности с ее рабовладением, выбор вектора развития в долговременной перспективе становится очень существенным.

Этот вопрос становится особенно острым в связи со сбывшимся пророчеством Станислава Лема о замедлении технического прогресса и падении влияния науки на общество. Человечество сегодня не в состоянии вести исследования по всем перспективным направлениям, поэтому обществу приходится искать задачи, наиболее важные для будущего развития, на которых ученые могли бы сосредоточить основные усилия.