Роль случайности, индетерминизм

В реальном мире динамические законы необходимости не просто действуют в сочетании с законами случайности, но сама необходимость может подчиняться «функциям распределения» (например, Максвелла или Больцмана) или носить вероятностный характер. Статистические законы нельзя вывести на основе законов детерминированности, как это считали физики XIX века.

Илья Пригожин и Изабелла Стенгерс в книге «Порядок из хаоса» говорят о драматичности всей истории поисков рационального объяснения мира. Амбиции и притязания рационалистов полностью разбились о реалии мира: «Всюду, куда ни посмотри, обнаруживается эволюция, разнообразие форм и неустойчивости… такая картина наблюдается на всех уровнях — в области элементарных частиц, в биологии и в астрофизике с ее расширяющейся Вселенной и образованием черных дыр. Весьма примечательно, что неожиданная сложность, обнаруженная в природе, привела не к замедлению прогресса науки, а, наоборот, способствовала появлению новых концептуальных структур, которые ныне представляются существенными для нашего понимания физического мира — мира, частью которого мы являемся».

Развитие науки удостоверило, что фундаментальные процессы, которые было принято считать детерминированными и обратимыми, в лучшем случае, отвечают предельным ситуациям, тогда как реальность в целом так или иначе связана со случайностью, необратимостью, неравновесностью, флуктуациями и бифуркациями. Материя — не пассивная субстанция, описываемая в рамках механистической картины мира, но ей также свойственна спонтанная активность.

«Следует подчеркнуть, что вблизи точек бифуркации в системах наблюдаются значительные флуктуации. Такие системы как бы "колеблются" перед выбором одного из нескольких путей эволюции, и знаменитый закон больших чисел, если понимать его как обычно, перестает действовать. Небольшая флуктуация может послужить началом эволюции в совершенно новом направлении, которое резко изменит все поведение макроскопической системы. Неизбежно напрашивается аналогия с социальными явлениями и даже с историей» *. (* Автор цитирует книгу И. Пригожина и И. Стенгерс «Порядок из хаоса»).

О материальности мира

Тоталитарность науки заключена в ее претензиях на роль «единственно верного» и «материалистического» мировоззрения. Иногда к этому добавляют «диалектику», но это уже просто от полной неразвитости ума. Пожалуй, именно материализм и атеизм стали наиболее воинствующими видами тоталитаризма. Сегодня становится все яснее, что наука, не способная ограничиться «материализмом», не может активно развиваться и уподобляется церкви, не желающей реформировать догматы «отцов».

А. Ф. Лосев: «Наука и научность не есть признак материализма. Идеалисты тоже разрабатывают и создают науку; и научность построений прельщает их не менее, чем материалистов. “Реализм”, “жизненность”, “практика” и прочие принципы тоже не характерны для материализма. Это — чисто религиозные категории; и всякий религиозный человек также хочет утверждаться только на подлинно реальном бытии, только на жизненном опыте… Единственное и исключительное оригинальное творчество новоевропейского материализма заключается именно в мифе о вселенском мертвом Левиафане… Ведь это же подлинное чудо — появление вещей из материи».

Иисус сказал: «Если плоть произошла ради духа, это — чудо. Если же дух ради тела, это — чудо из чудес» (Евангелие от Фомы 34).

В. Гейзенберг уже на ранней стадии создания квантовой теории понимал ограниченность представлений о реальности как материальности: «Идея реальности материи, вероятно, являлась самой сильной стороной жесткой системы понятий XIX века; эта идея в связи с новым опытом должна быть, по меньшей мере, модифицирована» *. (* В. Гейзенберг Физика и философия. М.: Наука, 1989.) Это гениальное предвидение ныне привело не к «модификации», а к кардинальному пересмотру доктрины материальности, о чем будет идти речь в этой книге.

Сегодня мы близки к открытому признанию того, что квантовая теория уже приняла фактически: наличие в природе идеальной реальности, не сводимой к реальности материальной — я имею в виду не «идеальные сущности», которыми наука давно оперирует, но именно наличие явлений дематериализации и рематериализации, описываемых квантовой теорией и подробно рассмотренных в этой книге.

Построение квантовой теории с ее нарушением принципов причинности, установлением мгновенных нелокальных связей во Вселенной, дематериализацией и рематериализацией, исчезновением пространства и времени все еще идет в ногу с опровержением учеными-материалистами идеализма Пифагора, Платона, Беркли, мистических построений еврейской каббалы и индийской мистики. Такая вот странная логика рыцарей диалектического материализма…