Энергия и энтропия

Такие привычные классические характеристики системы как координата, масса, скорость, импульс, пространство, время для нелокальных состояний неприменимы, но понятия энергии или информации можно использовать как в классических, так и в квантовых системах.

Каждому состоянию в квантовой теории соответствует определенное значение энергии, энергия квантуется в соответствии с различными состояниями системы, и поэтому состояния можно также, как в мистике, характеризовать на языке энергетики, не разделяя при этом тварный и нетварный миры.

Согласно С. Доронину, градиент энергии * (* Градиент энергии — величина, показывающая скорость изменения энергии в зависимости от какого-либо параметра) между подсистемами является тем механизмом, который «запускает» взаимодействие, приводящее к переходу виртуальных «заготовок» в реальные объекты. Это происходит как с материей, так и с образами сознания человека, которые могут стать предшественниками реальных объектов в ходе процесса рематериализации (декогеренции).

Многие мистические интуиции относительно изменения энергии находят прямые аналогии в квантовых системах. Скажем, процессы рематериализации и дематериализации идут соответственно с уплотнением или разуплотнением энергии соответственно — вплоть до полного «растворения» и потери их внутренней структуры — чистого нелокального состояния. Иными словами, возрастание квантовой запутанности (или степени проявленности) сопровождается снижением уровня энергии — этим, видимо, объясняется постепенное разуплотнение энергетических структур в таких состояниях. На языке мистики это можно интерпретировать как постепенную утрату информации квантовыми системами духовной сферы. Движение системы к равновесию всегда сопровождается снижением ее энергии (информационной емкости), так что предоставленная сама себе она стремится к нулевой энергии.

Наблюдатель

Важнейшим моментом квантового подхода, не имеющим аналогов в классической теории, является участие в результате эксперимента сознания наблюдателя. Как мы уже видели в парадоксе «кошки Вигнера», результаты анализа суперпозиции состояний квантовых объектов могут быть разными, если в эксперименте присутствует или отсутствует наблюдатель! То есть сам факт фиксации состояния квантового объекта может изменить конечный результат!

Здесь имеется аналогия с обыденной жизнью: то, что я наблюдаю, выделяя какие-то элементы суперпозиции, всецело определяется моим восприятием и умом, моими фиксациями, моими личными оценками и предпочтениями.

Мы совершенно недооцениваем искажающую роль наших чувств и нашего ума в деформации реальности. Наша психика, взаимодействуя с окружающим миром, меняет его состояние. Согласно квантовой теории только квантовый наблюдатель, не затрагивающий никаких внешних событий, не отождествляющийся с любыми структурами реальности, ощущающий себя неизменным центром бытия, способен увидеть сразу всю реальность. В мистике такое состояние именуется самадхи, не-участие, выключение чувств и разума, и именно в таком состоянии мистики считают возможным соприкосновение с высшей реальностью. В любом другом случае то, что мы именуем реальностью, будет иллюзией.

О том же свидетельствует современная квантовая теория: только при выключенном уме и отсутствии фиксаций я перестаю быть внешним детектирующим объектом по отношению к окружающей меня Вселенной, и могу рассчитывать на ощущение полного единства с миром и слияние с ним. Только в этом случае могут исчезнуть привычные метки, ориентиры, заслоны, оценки, дробящие мир или фиксирующие взгляд.

Это-то и будет состояние мистика, творца, художника, которому открываются глубины бытия! Можно выразиться по-иному: чтобы «схватить» реальность, наблюдателю следует отрешиться от любых ограничительных фиксаций, оценок, значимых объектов вне нас. Мы тем больше деформируем реальность, чем с большим количеством предрассудков подходим к ней. И только безоценочный взгляд мудреца, мистика, творца, художника, квантового физика имеет шанс узреть глубину!

Кстати, всё это прекрасно понимали древние: опыт, основанный на разделении субъекта и объекта, индусы называли майей — невозможностью отличить реальность от иллюзии: невозможно узнать объект, не взаимодействуя с ним. А любое взаимодействие с объектом «запутывает» результаты наблюдений! Вот вам пример необыкновенной проницательности древней мистики!

Отделите наблюдателя от мира, разделите сознание и бытие на самостоятельные сущности — и мир просто «рухнет», перестанет быть «квантовым», исчезнет как реальность, ибо само понятие «реальности» мыслимо по отношению к кому-то или чему-то — человеку, Богу, иной реальности.

Рассматривая роль субъекта познания в исследовании микромира, Ф. Капра пришел к выводу о том, что по мере дальнейшего проникновения в субмикроскопический мир мы «…придем к рассмотрению мира как системы неделимых, взаимодействующих компонентов с человеком как интегральной частью этой системы».

В связи с этим Дж. Уилер считает необходимым заменить понятие «наблюдатель» символом «участник»: «В некотором странном смысле квантовый принцип говорит нам, что мы имеем дело с соучаствующей Вселенной». «Соучастник» дает «миру возможность стать действительностью посредством придания значения этому миру». Дж. Уилер считает, что человеческое сознание актуализирует, придает значение самой Вселенной.

Д. Бом сформулировал новую «голокинетическую» парадигму космоса, в основу которой положена многозначная, подобная буддистской, голографическая логика, существенно напоминающая логику Будды. Специфика неальтернативного и несоизмеримого пространства Бома состоит в том, что две сущности могут совместно занимать одно и то же место в то же самое время. Согласно Д. Бому, наряду с «внешним порядком», проявляющимся в различных состояниях «материи-энергии», существует скрытый «внутренний или духовный порядок», подобный скрытому порядку в голограммах, к которому мы движемся духовно, и который отвечает высшим уровням сознания. Духовная сущность мира «лежит вне языка, и мы можем лучше всего схватить ее посредством метафор». С позиции Бома, субъект познания интегрирован в процесс познания.

Близкие идеи развивает К. Прибрам, в холокосмической парадигме которого «всякое мышление включает, помимо манипуляций знаками и символами, топографический компонент», определяющий такое отношение макрокосма к микрокосму, при котором наблюдатель и наблюдаемое составляют фундаментальное единство.