19. Характер поэзии с. Полоцкого. Сборники «Рифмологион» и «Вертоград многоцветный».

Создателем регулярной силлабической поэ­зии стал в Москве белорус Самуил Емельянович Ситнианович-Петровский (1629—1680), который двадцати семи лет принял монашество с именем Симеон и которого в Москве прозвали Полоцким — по его родному городу, где он был учителем в школе тамошнего православного «братства». Летом и осенью 1656 г. молодой полоцкий «дидаскал» (учитель) имел случай обратить на себя внимание царя Алексея Михайловича: царь ездил к войскам, стоявшим под Ригой, дважды останавливался в По­лоцке и слушал здесь приветственные вирши Симеона. В 1660 г. Симеон побывал в Москве и снова поднес царю стихотворения. Год спустя Полоцк захватили поляки.

Итак, у истоков барокко стоял православный белорус, изучивший «семь свободных художеств» в Киево-Могилянской академии и, может быть, слушавший курс лекций в Виленской иезуитской коллегии. Происхождение и образование Симеона По­лоцкого наглядно показывают, откуда и каким образом проникал в Россию стиль барокко.

В Москве Симеон Полоцкий продолжал начатую на родине деятельность «дидаскала», педагога. Он воспитывал государе­вых детей (одного из них, будущего царя Федора Алексеевича, он научил сочинять силлабические вирши), открыл латинскую школу неподалеку от Кремля, в Заиконоспасском монастыре, где обучались молодые подьячие Приказа тайных дел — собствен­ной канцелярии Царя Алексея Михайловича. Симеон Полоцкий также занял или, точнее, учредил еще одну должность — долж­ность придворного поэта, дотоле в России неизвестную. Любое событие в царской семье — браки, именины, рождения детей — давало Симеону Полоцкому повод для сочинения стихотворений«на случай». Эти стихотворения поэт к концу жизни собрал в огромный «Рифмологион, или Стихослов» (этот сборник дошел в черновом автографе и опубликован лишь в извлечениях).

Наследие Симеона Полоцкого очень велико. Подсчитано, что он оставил по крайней мере пятьдесят тысяч стихотворных строк.

Кроме «Рифмологиона», это «Псалтырь рифмотворная» (стихотворное переложение «Псалтыри», напечатанное в 1680 г.) и оставшийся в рукописях колоссальный сборник «Вертоград (сад) многоцветный» (1678) —своего рода поэтическая энцикло­педия, в которой стихотворения расположены в алфавитном по­рядке. В «Вертограде» насчитывается 1155 названий, причём под одним заглавием часто помещается целый цикл — от двух до двенадцати стихотворений.

Со слов Сильвестра Медведева (1641 — 1691), ученика и лю­бимца Симеона Полоцкого, мы знаем, как последний работал. В Заиконоспасском монастыре учитель и ученик жили в сосед­них покоях, соединявшихся общими сенями. Сильвестр Медведев, бывший постоянным «самовидцем» творческой работы Симеона, вспоминал, что тот «на всякий же день име залог (имел обыкно­вение) писати в полдесть по полутетради, а писание (почерк) его зело бе мелко и уписисто», т. е. что он каждый день испи­сывал мелким почерком восемь страниц нынешнего тетра'дного формата. Такая плодовитость отражала основную творческую установку Симеона Полоцкого. Как человек европейской ориента­ции, он невысоко ставил древнерусскую литературу. Он считал, что его задача — создать в России новую словесную культуру. 

Для нее нужны были потребители, способные ее оценить и воспринять. Хорошо понимая, что таких потребителей еще пред­стоит воспитать, Симеон Полоцкий стремился «насытить» быт царского двора и столичной аристократии силлабическими вир­шами. В праздничные дни публично исполнялись его стихотво­рения в жанрах «декламации» и «диалога», причем чтецами вы­ступали и сам автор, и специально обученные «отроки». Публично исполнялись также «приветства» — панегирики. Судя по составу «Рифмологиона» и по авторским пометам на его полях, Симеон Полоцкий старался использовать каждый мало-мальски подхо­дящий случай, когда казалось уместным произнести речь в сти­хах. Он сочинял такие речи и для себя, и для других — по заказу или в подарок. Они звучали на царских парадных обедах, в боярских хоромах и в церквах в дни храмовых праздников.

«Вертоград многоцветный» носит иной характер. Это действительно поэтическая энциклопедия, в которой Симеон Полоцкий хотел дать читателю широчайший свод знаний — прежде всего по истории, античной и средневековой западноевропейской. Здесь соседствуют мифологические, сюжеты и исторические анекдоты о Цезаре и Августе, Александре Македонском, Диогене, Юстиниане и Карле Великом. Во многих стихотворениях использована «Естественная история» Плиния Старшего. «Вертоград» дает сведения о вымышленных и экзотических животных — птице-фениксе, плачущем крокодиле, страусе, о драгоценных камнях и проч. Здесь мы найдем также изложение космогонических воззрений, экскурсы в область христианской символики. По словам И. П. Еремина, стихотворения «Вертограда» «производят впечатление своеобразного музея, на витринах которого расставлены в определенном порядке... самые разнообразные вещи, часто редкие и очень древние. Тут выставлено для обозрения все основное, что успел Симеон, библиофил и начетчик, любитель разных «раритетов» и «куриезов», собрать в течение своей жизни у себя в памяти».

Этот «музей раритетов» отражает несколько основополагающих мотивов барокко— прежде всего идею о «пестроте» мира, о переменчивости сущего, а также тягу к сенсационности, присущую барокко. Однако особенность «музея раритетов» в том, что это музей словесности. Развитие культуры в представлении Симеона Полоцкого — это нечто вроде словесной процессии, парада слов. На первый взгляд в этой процессии участвуют и вещи. Но сфинкс и саламандра, феникс и сирена, пеликан и кентавр, магнит и янтарь сами по себе Симеона Полоцкого не интересуют. Интересна только их умопостигаемая сущность, только скрытое в них Слово,— ибо Слово, по глубокому убеждению Симеона Полоцкого,— главный элемент культуры.

 Незадолго до смерти он собрал написанные и стихотворения в огромные сборники-«Рифмологион» и «Вертоград многоцветный». Его напряжённый труд был связан с задачей укоренения на русской почве новой словесной культуры, барочной по своему характеру. Созданный им «вертоград» поражал читателя своим «многоцветием)). Стихотворения были посвящены самым разным темам и расположены в сборнике по тематическим рубрикам, где располагались по алфавиту названий. В этих сборниках он обличал то, что расходилось с его представлением об идеале, и неустанно восхвалял царя, т.к. считал, что в этом состоит его «служба» России. Симеон Полоцкий-поэт-экспериментатор, обращавшийся к средствам живописи и архитектуры, чтобы придать стихам наглядность, поразить воображение читателя. В «Орле российском» встречается форма «акростиха», начальные буквы которого образуют предложение: «Царю Алексею Михайловичу подай, Господи, многа лета», а также стихи-ребусы, «эхо» с рифмующимися вопросами и ответами, фигурные стихи. Это требовало от поэта умения и остроты ума. В поэзии барокко также культивировались «многоязычные» стихотворения, что отразилось в стихотворении Полоцкого, посвящённом Рождеству, которое он написал на славянском, польском, латинском языках. Традиции барокко проявлялись и через высокий стиль, ориентированный на церковнославянский язык с пристрастием к сложным словам. Симеон, например, использовал сложные прилагательные, нередко им самим придуманные: «добротворный», «богодухновенноцветородные» и т.д. Изображаемые им вещи и явления часто имели и иносказательный смысл, они «говорили», поучая. Иногда поучение облекалось в форму занимательного, сатирического рассказа. Например, стихотворения «Пиянство» (пьяница, придя домой, увидел вместо 2-ух сыновей, 4-х, т.к. в глазах у него двоилось; он начал обвинять жену в распутстве и приказывает взять в руки раскалённый кусок железа, чтобы доказать свою невиновность. Но жена просит мужа подать ей кусок из печи, после чего, обжёгшись, он трезвеет и всё понимает. Завершается всё моралью), «Жабы послушливых» (жабы на болоте кричали и беспокоили «молящымся иноком». Один из них идёт на болото и говорит жабам: «Именем Христовым завещаю вам...не быти таковыми», после чего жаб больше не было слышно. В конце приводится мораль, где крик жаб сравнивается с «сокотанием» баб и говорится о том, что заставить замолчать их можно так же). Учёные выделяют 3 основные тенденции в творчестве Симеона: дидактико-просветительская («Вертоград многоцветный»), панегрическую («Рифмологион») и полемическую (трактат «Жезл правления», направленный против раскольников).