1.3. Повести Петровской эпохи.

 Наиболее типичными среди оригинальных повестей Петровской эпохи являются следующие: «История о российском матросе Василии Кариотском», «История о храбром российском кавалере Александре», «История о некотором шляхетском сыне», «История о российском купце Иоанне».

Эти произведения – яркое порождение Петровской эпохи. Типичен их герой – незнатный молодой человек, чаще всего – обедневший мелкий дворянин. Типична его судьба: он достигает высокого положения в обществе благодаря не своему происхождению, а личным заслугам, «разуму», «наукам». Типична и форма этих произведений, где своеобразно сочетались художественные традиции русской и переводной литературы.

Все «Истории» существенно отличаются от повествовательных сочинений 2-й половины 17 в.

«Истории» – целиком светские произведения, их сюжеты вымышлены и развиваются по линии раскрытия характера главного героя, чья судьба – результат его поступков, а не действия неминуемой судьбы, как это было в повестях о Савве Грудцыне и Молодце. Новым в русских повестях начала 18 в. является развитие любовной темы, которая образует сюжет и служит для раскрытия характеров героев. Новым является и отображение просветительских идей Петровского времени, что сказывалось в таких качествах героев, как его природный ум и успехи в науках. В целом, в повестях ярко отразилась Петровская эпоха со всеми её характерными чертами общественной и бытовой жизни: поездки «за море в науку», ассамблеи, новая манера отношения между мужчиной и женщиной. В этих произведениях намечены черты будущего русского романа.

 

1.4. Стихотворство. Петровская эпоха с её светским, жизнерадостным началом, с утверждением права человека на земное счастье способствовала расцвету стихотворства.

Вирши Петровской эпохи имели сугубо книжный характер. Официальная поэзия этого времени подразделяется на два вида: духовную и светскую, причём, последняя представляет особый интерес. Наряду с философской, духовной и панегирической тематикой в начале 18 в. возникли стихи любовного содержания.

Изменения в общественной жизни и семейном быте, введение ассамблей, где мужчины и женщины вместе проводили праздничные встречи, освобождение женщин от домашнего рабства – всё это устанавливало новые отношения.

Многочисленные образцы любовных стихотворений начала 18 в., встречающиеся в различных рукописных альбомах, позволяют составить представления об их характере. Они отличаются наивной манерностью, чувствительностью и эмоционально приподнятой фразеологией, что свидетельствует об активном языковом воздействии переводной литературы.   

27. Личность Феофана Прокоповича. Его поэтическая, проповедническая деятельность.

Всякие биографии, опять же, читай в википедии.

29. Драматургия Ф. Прокоповича. Идейное и художественное своеобразие трагикомедии «Владимир».

Еще в Киево-Могилянской академии Феофан Прокопович написал трагедокомедию «Владимир». В основу ее сюжета легла история введения христианства на Руси киевским князем Владимиром Святославичем и та борьба, которую в связи с этим ему пришлось вести с языческими жрецами. Исследователи отмечают тесную связь трагедокомедии с произнесенной Феофаном незадолго перед этим проповедью в день святого равноапостольного князя Владимира. Жанр «трагедокомедии» был обоснован Прокоповичем в его «Поэтике», где он ссылается на авторитет Плавта с его «Амфитрионом» - пьесой, в которой «остроумное и смешное смешивалось с серьезным и грустным и ничтожные действующие лица – с выдающимися».

Этой пьесой Прокоповича закладывается в русской драматургии традиция строить произведения на материале отечественной (а не античной, как это чаще всего было в западноевропейской литературе) истории. Сюжетом пьесы является крещение Владимиром Руси в 988 году. Совершение этого акта осложняется борьбой с противниками новой веры – идольскими (языческими) жрецами, да и сам князь Владимир далеко не сразу отказывается от «прелестей» языческой жизни (у него, например, 300 жен), в его душе также происходит душевная борьба. Так, после того как верховный языческий жрец и волхв Жеривол обнаруживает полное невежество в прении о вере с греческим послом-философом, и Владимир склоняется к принятию христианства, он во сне и наяву терпит множество искушений. В конечном итоге необходимость обновления Руси, уничтожения невежества заставляет Владимира принять христианство. Герой пьесы Прокоповича прославляется прежде всего как правитель-реформатор, сближающийся в сознании современников писателя с образом Петра I, а своекорыстные невежественных жрецы с «говорящими» именами Жеривол, Курояд и Пиар давали возможность сопоставить их с ревнителями старины, противниками петровских преобразований (прежде всего, разумеется, среди духовенства). Действительно, Жеривол – обжора, развратник, жалкий трус, хвастун и самохвал (хвалится, что имеет власть совлечь солнце с неба, помрачить светила, претворить день в ночь и т.п.). В прологе он жалуется на ослабление веры, выразившееся в уменьшении дани, потом пытается запугать Владимира выдуманным им вещим сном. В споре с греческим богословом Жеривол ничем не может ему возразить и потому действует бранью, криком, бессмысленными угрозами и издевками. Под стать ему и его помощники.

Соединением высокой темы, апологии Владимира с осмеянием его противников объясняется автором выбор жанратрагедокомедии. Отмечается влияние поэтики барокко: в пьесе встречаются аллегории, используются житийные мотивы, хотя и в весьма ограниченном количестве. В то же время Феофан создал композиционно стройное произведение с четким сюжетом вместо случайного калейдоскопа разных сцен, господствовавшего в современной ему школьной драме. Вместо интермедийПрокопович органично вписал в контекст пьесы сцены комические и сатирические. В трагедокомедии соблюдается единство места и действия и наблюдается относительная свобода в вопросе о единстве времени, в ней 5 актов и не более 3-х лиц на сцене одновременно, стих ее ритмически разнообразен (при преобладании традиционного силлабического 13-сложника, количество слогов в строке может в отдельных случаях уменьшаться до 5) и в определенной мере приближается к разговорной интонации.

30. Русское сюжетное повествование начала XVIII в.