3. Основные категориальные планы исследования сознания

Они определяются четырьмя фундаментальными категория­ми: 1) онтологическое, 2) гносеологическое, 3) аксиологическое, 4) праксеологическое. Эти категории инвариантны по отноше­нию ко всем рассмотренным выше философским направлениям, конституируют структуру всякого философского знания, задают основные типы философских проблем.

Указанные категории не редуцируемы друг к другу, т.е. каждая из них не может быть логически выведена из другой или сведена к другой (в этом проявляется их фундаментальное значение). Вместе с тем они взаимополагаемы в том смысле, что рассмотрение про­блемы в одном категориальном плане предполагает (допускает, а в ряде случаев и настоятельно требует) ее рассмотрения в ос­тальных. Например, исследование онтологического вопроса (ска-

15

Проблема сознания: опыт обзора основных вопросов...

Дубровский Д. И.

жем, о существовании или несуществовании чего-либо) треб­ует гносеологической рефлексии, т.е. анализа тех познаватель­ных средств, с помощью которых мы пытаемся решить данный вопрос.

Все это относится к проблеме сознания, которая имеет четы­рехмерную структуру: необходимо включает онтологический, гно­сеологический, аксиологический и праксеологические планы ис­следования, которые взаимосвязаны, взаимополагаемы. Основа­тельная разработка проблемы сознания требует учета всех этих планов и их связи друг с другом. Это означает, что содержание са­мого понятия сознания в данном отношении четырехмерно: созна­ние есть реальность, которая включает параметры знания, ценно­сти и активности. Учет этого предохраняет от упрощенных трак­товок сознания, которые гипертрофируют какой-то один из параметров, оставляют другие в тени или попросту их игнорируют. В этом отношении чаще всего мы встречаем концепции, сводящие сознание к знанию, к «когнитивному содержанию».

Рассмотрим каждый из категориальных планов.

3.1. Онтологический план

Здесь обсуждается широкий круг вопросов под углом бытий­ных характеристик сознания (его места в мире, связи с физически­ми процессами, происхождения, способа существования, специфи­ческих свойств, структурных, системных, функциональных и дру­гих характеристик).

Поскольку в данной статье нет возможности касаться всего спектра вопросов онтологического плана, остановимся лишь на основных пунктах этой тематики.

Сознание есть несомненная реальность, без которой нет чело­века. Поэтому прежде всего требуется осмысление особенностей, существенных и необходимых свойств этой реальности. И оно не должно игнорировать или принижать те обыденные знания о соб­ственном сознании, которыми располагает каждый из нас.

Главное, специфическое и неотъемлемое качество сознания со-\ стоит в том, что оно является субъективной реальностью. Это качество обозначается в философской литературе разными, но близкими по значению терминами: «ментальное», «феноменаль­ное», «субъективный опыт», «интроспективно доступное состоя­ние», «квалиа» и др.

Понятие субъективной реальности (далее сокращенно - СР) \ обозначает осознаваемые психические состояния индивида, удо-\ стоверяющие для него факт его существования. Оно охватывает

16

как отдельные явления СР и их виды (ощущения, восприятия, чув­ства, мысли, намерения, желания, волевые усилия и т.д.), так и це­лостное персональное образование, представленное нашим Я, которое берется в его относительном тождестве самому себе, а по­стольку в единстве его рефлексивных и арефлексивных, актуаль­ных и диспозициональных регистров. Это персональное целостное образование представляет собой динамический (лучше сказать, исторический) континуум, временно прерываемый глубоким сном или случаями потери сознания и окончательно пресекаемый смер­тью. СР всегда есть определенное «содержание», в силу чего важ­нейшим свойством сознания является его интенционалъностъ. Это «содержание» дано индивиду в форме «текущего настоящего», т.е. сейчас, хотя оно может выражать прошлое и будущее.

СР в своем специфическом качестве присуща не только созна­нию человека, но и психике животных, о чем свидетельствует опыт общения с животными и данные зоопсихологии (например, выдающиеся результаты исследований К. Лоренца). Это отчетливо подтверждается широко известными опытами с воздействием гал­люциногенов на животных (галлюцинации у собак и др.).

Именно качество СР (которому нельзя приписывать физические характеристики) создает, как уже отмечалось выше, главные тео­ретические трудности материалистического объяснении сознания и прежде всего при попытках непротиворечиво вписать его в фи­зическую картину мира.

Со средины XX века проблема онтологического статуса СР за­нимала центральное место в аналитической философии¹. В ней до сих пор преобладает редукционистский способ объяснения созна­ния в двух его вариантах: физикалистском (когда явления СР редуцируются к физическим процессам) и функционалистском (когда они редуцируются к функциональным отношениям). В по-

¹ Ей посвящена поистине огромная литература - сотни монографий и сборни­ков, многие тысячи статей. Репрезентативная сводка работ авторов, представ­ляющих основные подходы к данной проблеме и дискуссии вокруг нее, содер­жится в антологии: The Nature of Mind. Ed. by David M. Rosenthal. N.-Y., 1991; См. также публикации, в которых отражены результаты более поздних исследований: Consciousness. New Philosophical Perspectives / Ed. By Q.Smith and A. Jokic. Oxford, 2003; Chalmers D. The Character of Consciousness. Oxford, 2006; Вильянуэва Э. Что такое психологические свойства? М.: Идея-Пресс, 2006; Дубровский Д.И. Созна­ние, мозг, искусственный интеллект. М., 2007. В этой моей книге содержится подробный критический анализ концепций таких ведущих представителей анали­тической философии, как Т. Нагель, Д. Денет, Дж. Сёрл, Д. Чалмерс.

Весьма обстоятельный, глубокий обзор ситуации сложившейся в аналитиче­ской философии сознания, представлен в статье Н. С. Юлиной.

17

Проблема сознания: опыт обзора основных вопросов...

следнее время, однако, среди представителей аналитической фило­софии растет число противников этого способа объяснения; они убедительно показывают несостоятельность редукции сознания к мозговым физиологическим процессам, к поведению или языку (Т. Нагель, Дж. Сё'рл, Д. Чалмерс и др.). Однако никем из них пока что не предложена основательная концепция, противополагаемая редукционизму; у Д. Чалмерса же в последние годы вообще начи­нает преобладать точка зрения, согласно которой материалистиче­ское решение проблемы духовного и телесного невозможно, и ос­тается искать его на пути дуализма.

К этим вопросам я еще вернусь далее. Сейчас же хочу сказать лишь о том, что материалистическое решение указанной проблемы мыслится представителями аналитической философии, отвергаю­щими дуализм, как научное объяснение: «феноменальный реа­лизм» требует обоснования в качестве «натурального реализма», а последний, они полагают, должен удовлетворять стандартам физи­ческого объяснения. Установки парадигмы физикализма, как ни странно, продолжают в заметной степени проявляться даже в мышлении тех философов, которые отвергают физикализм и от­стаивают позицию функционализма, и даже тех, кто доказывает несостоятельность обоих видов редукции (например, Т. Нагель). Это проявляется в таком истолковании ими категории причинно­сти, при котором исключается разделение на физическую и ин­формационную причинность. Но если отрицается специфика ин­формационной причинности, то тогда нельзя объяснить каузаль­ную функцию явлений СР, и они остаются в роли «эпифеноменов».

Между тем на нынешнем уровне развития научного знания становится очевидной специфика тех объяснительных процедур (не противоречащих законам физики), которые используются в области исследования биологических и, шире, самоорганизующих­ся систем, имеют своим предметом информационные процессы, кодовые зависимости и герменевтические задачи, особенно ка­сающиеся биологической эволюции, геномики, эмбриогенеза, ра­боты мозга. Здесь открываются новые значительные перспективы для объяснения происхождения СР и ее места в системе матери­ального мира. Эти вопросы, разумеется, настоятельно требуют дальнейшей основательной разработки.

СР - находка биологической эволюции, означавшая возникно­вение психики, нового типа информационного процесса, вырабо­танного в ответ на усложнение живой системы и ее потребности самоорганизации, эффективного управления - чрезвычайно эконо­мичный, высоко оперативный способ получения, переработки и

18

а<як(Ы turn -»■ Дубровский Д. И.

и спользования информации в целях управления многосложным организмом, централизации его действий, которая (централизация) интегрирует нижележащие уровни управления (в клетках, внут­ренних органах и т.п.), сохраняя их определенную автономию. Тем самым решалась проблема поддержания целостности высокоразви­той живой системы и оптимизации ее поведения. Состояние СР, как способ непосредственной данности (представленное™) ин­формации живой системе, создает возможность емкого и эффек­тивного синтеза многоплановой информации о внешнем окруже­нии биологической системы и о существенных изменениях в ней самой (что видно уже на примере простого чувственного образа).

В ходе антропогенеза произошло качественное развитие СР, возникало сознание, а вместе с ним язык. Особенностью сознания, по сравнению с животной психикой, является то, что психическое отображение и управление сами становятся объектом отображения и управления. Это создает характерное для человеческой СР «двойное» отображение и управление, постоянно совершающееся в контуре модальностей «Я» - «не-Я». Возникает способность по существу неограниченного производства информации об информа­ции, возможность абстрагирования, высокой степени свободы «дви­жения» в сфере СР в смысле пробных мысленных действий, модели­рования ситуаций, прогнозирования, проектирования, фантазирова­ния, творческих решений, не связанных непосредственно с задачами выживания, возможность целеполагания и волеизъявления.

Всякое явление СР есть некоторое «содержание», т.е. информа­ция, воплощенная (закодированная) в определенной мозговой ней-родинамической системе. Но эта информация дана нам в «чистом» виде - в том смысле, что ее мозговой носитель нами не отобража­ется (когда я вижу дерево, мне дана информация об этом предмете и отображение мной этой информации, т.е. знание о том, что имен­но я вижу это дерево; но я не ощущаю, не знаю, что при этом про­исходит в моем головном мозгу). Вместе с тем в явлениях СР нам дана не только способность иметь информацию в «чистом» виде, но и способность оперировать этой информацией с высокой степе­нью произвольности (переключать внимание, направлять движе­ние своей мысли и т.п.). Именно данность информации в «чис­том» виде и способность управлять ею выражают специфические черты того, что именуется СР. Но способность управлять инфор­мацией в «чистом» виде означает не что иное, как нашу способ­ность управлять соответствующим классом собственных мозго­вых нейродинамических систем: ведь информация необходимо во­площена в своем носителе, и если я могу по своей воле управлять

. 19

Проблема сознания: опыт обзора основных вопросов...

Дубровский Д. И.

информацией, то это равнозначно тому, что я могу управлять ее носителем, ее кодовым воплощением. Здесь налицо особый тип самоорганизации и самодетерминации, присущий нашему «Я» (на­шей мозговой Эго-системе как особому, высшему уровню мозго­вой самоорганизации); это связано со спецификой психической причинности, которая является видом информационной причинно­сти (последняя отличается от физической причинности тем, что, в силу принципа инвариантности информации по отношению к физическим свойствам ее носителя, здесь причинный эффект оп­ределяется именно информацией, а не физическими свойствами ее носителя, т.е. на основе сложившейся кодовой зависимости).

Все это позволяет ответить на часто цитируемый вопрос из­вестного философа Д. Чалмерса, касающийся природы СР: «Поче­му информационные процессы не идут в темноте?», почему они сопровождаются «ментальной добавкой», «субъективным опы­том»? Потому, что явления СР вовсе не «добавка», не преслову­тый «эпифеномен» (некий никчемный дублер мозговых процес­сов), но актуализованная мозговой системой информация, выпол­няющая функцию управления другими информационными процессами и телесными органами, самоотображением и поведе­нием живой системы. Этим определяется онтологический статус СР, ее место в системе объективного мира. СР - источник и неус­танный производитель того, что ныне именуют виртуальной ре­альностью.

Разумеется, это лишь один из вариантов объяснения природы субъективной реальности, ее связи с физическими процессами, ко­торый нуждается в дальнейшем обосновании и предполагает воз­можность других концептуальных подходов. Однако пока, на­сколько мне известно, он не встречает опровержений и, следова­тельно, имеет право на существование.

Весь этот круг вопросов, касающийся возникновения и приро­ды сознания, его места в материальном мире, его связи с информа­ционными процессами в природе и обществе, разрабатывается у нас крайне слабо. Отсутствуют слаженные коллективы, которые бы систематически исследовали эту проблематику с участием представителей науки (среди философов ею занимаются считан­ные лица).

Следующий комплекс вопросов онтологического плана касает­ся изучения системы и структуры СР путем феноменологического анализа. Ряд аспектов этой тематики получил серьезную разработ­ку в трудах Декарта, Канта, Гегеля, Фихте, а в XX веке - у Гуссер­ля и экзистенциалистов. Нет, пожалуй, ни одного крупного фило-

20

софа, который не касался бы этих вопросов. Глубокие и ценные мысли высказаны об «устройстве» сознания Ницше, Шопенгау­эром, такими выдающимися русскими философами, как Соловьёв, Бердяев, Шестов, Шпет и др., представителями герменевтики, пси­хоаналитического направления, гуманистической психологии. Крайне актуальны специальные исследования, ставящие своей за­дачей анализ всего этого огромного наследия под углом вычлене­ния, сопоставления, систематизации, обобщения тех материалов, ко­торые касаются именно специфических свойств, системных и струк­турных характеристик сознания. Многое из этого ценного наследия как бы «распылено», не актуализуется в современных публикациях, предается забвению, а потом нередко всплывает в виде откровений новомодных авторов или используется без ссылок. Этим, зачастую ненамеренно, грешат многие, кто занимается проблемой сознания (не делаю исключения и для себя). Необходима организация квалифици­рованной работы в указанном направлении.

Ниже я попытаюсь наметить существенные свойства и структур­ные инварианты СР, которые могли бы представлять один из спосо­бов расчленения и структурирования этого сложного объекта и тем самым служить определению актуальных целей его исследования.

Системную структуру СР можно описывать такими общими характеристиками. Она:

1. динамична (т.е. образующие ее компоненты и их связи пре­ бывают в постоянном изменении, присущие ей формы упорядо­ ченности и ее стабильность реализуются лишь путем непрестанно совершающихся локальных и глобальных изменений;

2. многомерна, т.е. не является линейно упорядоченной, пред­ ставляет собой единство многих динамических «измерений», каж­ дое из которых выражает особое качество, не сводимое к другому, обладающее своим способом организации;

3. биполярна, т.е. основные ее интросубъективные отношения представляют единство противоположных модальностей «Я» и

«не-Я»;

4) является самоорганизующейся структурой (ее целостность и идентичность постоянно поддерживаются внутренними факторами и специальными регистрами, которые контролируют и обеспечи­ вают меру автономности локальных изменений и реконструкций, позволяющих сохранять целостность и идентичность; нарушение этих регистров способно приводить к тяжелейшей психопатологии в виде раздвоения личности и т.п.).

Выделенные общие признаки взаимосвязаны, могут опреде­ляться друг через друга. Это означает, что динамичность много-

21