6. Что происходит с героем на каторге

а) Раскольников и нравственное подсознание русского народа

В остроге Раскольников «строго судил себя», но своей «ожесточённой совестью» осуждён не был (кстати о «законе совести») и «теорию» свою не «опровергает» – считает, что просто сам оказался слаб для неё. Есть те, кто «вынесли свои шаги, и потому они правы, а я не вынес и, стало быть, я не имел права разрешить себе этот шаг». Осуждает он себя только за то, «что не вынес его и сделал явку с повинною».

Есть мнение, что «непроходимая пропасть» между Раскольниковым и его «каторжными товарищами», их ненависть к нему говорит об осуждении его «нравственным подсознанием народа»; ни о каких «теориях» Родиона они понятия не имеют, но подозревают, что он «безбожник», и готовы за это убить… Думаю, если не приседать перед «инстинктивной мудростью» народа и учитывать опыт 20 века, понятно, что мужики просто видят в нём «социально чуждого», а этого им достаточно для отторжения героя-«барина».

А что после финального объяснения с Соней при разговорах Раскольникова с каторжниками они «ему отвечали ласково», это произошло по воле автора.

б) Вещий кошмар

Потом ему снятся кошмары о эпидемии, которая охватила мир.

«…Всякий думал, что в нем в одном и заключается истина... Не знали, кого и как судить, не могли согласиться, что считать злом, что добром. <…> Люди убивали друг друга в какой-то бессмысленной злобе. <…> Начались пожары, начался голод. Все и всё погибало. <…> Спастись во всем мире могли только несколько человек, это были чистые и избранные, предназначенные начать новый род людей и новую жизнь, обновить и очистить землю, но никто и нигде не видал этих людей, никто не слыхал их слова и голоса».

В кошмарных снах герой видит, что экономика дезорганизована даже на элементарном уровне из-за неспособности людей хоть в чём-то друг с другом согласиться, что люди доходят до озверелого взаимопоедания…Вот что бывает, когда отстаивание человеком права на своё мнение доходит до крайности, до уничтожения «общего мнения».

Похоже, автор пугал своего героя последствиями оголтелого индивидуализма: если каждый вот такое о себе вообразит…

Не вообразит. Жизнь – процесс саморегулирующийся, и крайности им обрезаются. Наиболее прочно в обществе как раз наиболее «общее», что бы там кому ни грезилось. И сам Раскольников об этом, собственно, говорил Порфирию Петровичу. А «властелинам» такие кошмары неведомы и их не остановят.

«Теорию» Раскольникова этот бред не опровергает – но давит на его психику.

Однако не только «кнут» в его апокалиптических грёзах – есть и «чистые и избранные, предназначенные начать новый род людей и новую жизнь». Может, ему «знак» послан?

в) «Станьте солнцем»

Вспомним, что ему говорил Порфирий Петрович, убеждая прийти с повинною:

«Я вас почитаю за одного из таких, которым хоть кишки вырезай, а он будет стоять да с улыбкой смотреть на мучителей,– если только веру или бога найдёт…Почём вы знаете: может, вас бог для чего и бережёт. .. Вам бог жизнь приготовил… Станьте солнцем, вас все и увидят».

Раскольников таки «необыкновенный человек», хотя и иначе, чем было вообразил? Похоже, так думает сам автор, когда в последних строках романа пишет, что новую жизнь его герой должен «дорого купить, заплатить за нее великим, будущим подвигом...»

Можно увидеть здесь тему «двух бездн», которую считают важной для Достоевского?

«…Мы натуры широкие... способные вмещать всевозможные противоположности и разом созерцать обе бездны, бездну над нами, бездну высших идеалов, и бездну под нами, бездну самого низшего и зловонного падения» («Братья Карамазовы»).

г) «Их воскресила любовь…»

Решающим оказалось, что рядом с Родионом была Соня; любовь к ней «воскресила» его.

Любовь по Достоевскому – тема особая. Он резко разделяет «физическое» в отношениях мужчины и женщины и душевную человеческую связанность, как будто «бестелесную».

Не думаю, что такое противопоставление правильно. Но здесь любовь, практически вся состоящая из со-чувствия, нужна и героям романа – для душевной взаимоподдержки, и автору – для увода Раскольникова от его представлений к тем, которыми живёт Соня и которые хочет утвердить Достоевский. Родион думает: «Разве могут ее убеждения не быть теперь и моими убеждениями? Ее чувства, ее стремления, по крайней мере...»

Последнее важно: именно её чувства, стремления; с её «убеждениями» проблемнее. «Теорию» Раскольникова Сонечка опровергнуть интеллектуально не могла. Да и её религиозные убеждения, напряжённая вера в бога для него неубедительны: «Юродивая!»

д) «Вместо диалектики наступила жизнь…»

А на последних страницах романа Раскольников становится другим человеком .

Он не доказал себе ошибочность своей «теории» – он просто отбросил её, мучительницу. Для Родиона она теперь не своя – как и многое в нём прошлом. И преступление его кажется ему «каким-то внешним, странным, как бы даже и не с ним случившимся фактом».. Покаяния героя не видно – в чём каяться, если всё случилось «как бы даже и не с ним»? Он вообще не осмысливал ничего – «он только чувствовал. Вместо диалектики наступила жизнь…»

Диалектика, по изначальному смыслу слова – искусство вести спор, рассуждать (Даль в своём словаре называет это «умословием»). Т.е. герой Достоевского перестал рассуждать, что-то доказывать – и начал жить чувствами. «Душой», которая отторгла его «теорию»…

Такое случается. К этому привело психическое состояние Раскольникова сейчас – но способен ли он на это не в надрывном порыве, а окончательно?.

Он «примкнул опять к людям», соответственно авторскому замыслу?

Возможно, большинство людей и впрямь живёт не столько разумом, сколько эмоциями – но может ли мыслящий человек окончательно не «умословить»?

С другой стороны, теми ли чувствами «человечество» живёт, к каким должен приобщиться человек, способный на «великий подвиг»?

Вопросы, пробой ответа на которые стала «теория» Раскольникова, никуда не делись, они требуют таки осмысления – каким оно будет и составится ли у него иное представление о нравственных качествах людей вообще?

И финальные слова романа о некой «истории постепенного обновления» его героя для меня звучат слишком туманно. Почему-то не думаю, что автор сам ясно её представлял.