25. Неклассическая наука, и ее особенности

Образцом для неклассической науки выступает квантово-релятивистская физика. Из проблемно-содержательной определенности объекта исследования релятивность (лат. relativus - относительный) вырастает в мировоззренческо-методологический принцип релятивизма.

Меняется объект научного познания. Он становится неоднородным, в нем появляются состояния, внутренние отношения, обратная связь, уровневая структура, самоорганизация, относительная автономия подсистем. Своей "либерализацией" объектная реальность обязана новым, поистине революционным открытиям в различных областях знания: электромагнитных волн, лучей Рентгена, радиоактивности - в физике, расширяющейся, пульсирующей Вселенной - в космологии, "наследственного вещества" (гена) и "счастливых случайностей" (мутаций) - в биологии. Механически-синхронный подход к анализу объектов дополняется теперь генетически-диахронным.

Усложняется и субъект познания. От прежней "разумной" чистоты мало что остается. Все больше ценятся воображения и интуиция, "иррациональные скачки ума". С помощью З. Фрейда ученые открывают для себя бессознательное, "работу" глубинных импульсов и желаний.

Относительность пронизывает также субъект-объектные взаимоотношения. Мир объектов уже не всегда и не во всем открыт познавательным усилиям субъектов. Природу приходится в прямом смысле пытать экспериментом. От изобретательности, даже изощренности как-вопроса зависит полнота и достоверность что-ответа.

В результатах познания начинают учитывать субъектные, или субъективные, инвестиции. Признается правомерным наличие различных (и равноправных) описаний одного и того же объекта, экспериментальной ситуации. Работа с объектами микромира окончательно убеждает исследователей в том, что субъект в процессе познания так или иначе искажает изучаемую реальность, что прибор фиксирует не только объектную ситуацию, но и свое собственное присутствие (возмущающее энергетическое воздействие) в ней.

Ставим один эксперимент - квантовый объект ведет себя как корпускула (мельчайшая частица), ставим другой - он уже волна. Перед учеными во весь рост встает так называемый корпускулярно-волновой дуализм. Впору говорить о "приборном идеализме" - полной зависимости результата познания от той идеи, которая материализована в приборе, системе приборов. Ситуацию разряжают сами ученые, предлагая считать средства и операции познавательной деятельности "системой отсчета", без которой считать что-то знанием нельзя, и еще, в лице Н. Бора, принцип дополнительности, которой гласит, что для целостного воспроизведения объекта можно и нужно пользоваться взаимоисключающими ("дополнительными") классами понятий.

Новые, неклассические черты приобретает и причинность. В общем плане она характеризуется как вероятностная. Вероятным - возможным, допустимым - становится переход от причины к следствию. На первый план выходят взаимозависимости, притом неоднозначные, элементов внутри системы, а не зависимость системы от внешних условий. Случайность не отбрасывается, более того, она становится условием внутренней динамики системы.

Мир в неклассической общенаучной картине мира предстает как сложная динамическая система, иерархически к тому же организованная. Наиболее существенные аспекты этой (такой) картины мира формируются под влиянием успехов, достигнутых наукой в изучении специфики законов микро-, макро- и мегамира, механизмов наследственности, общих законов управления и обратной связи.

Наука все увереннее превращается в непосредственную производительную силу общества. Отсюда и интерес последнего к ней. Появляется спрос на знание места и роли науки в развитии человеческой цивилизации, в жизни человека и общества. Этосом (ценностями, нормами и идеалами) своего сообщества явно озабочены и ученые.