§ 2. Характер документа

«Клятва основателей» в текстуальном отношении является

чрезвычайно сложным и многослойным памятником17.

Ввиду этого прежде всего необходимо выяснить характер,

т. е. происхождение, формирование и историческую

достоверность, этого документа.

Как явствует из декрета (сткк. 18—20, ср. 5—7),

клятва была дана основателями Кирены, которым их

сограждане, остававшиеся на Фере, также принесли

клятву со своей стороны. Таким образом, составители

надписи претендовали на то, что записанная ими на стеле

клятва восходит ко времени отправления колонии

с Феры 18. Однако язык «клятвы основателей» целиком

не может соответствовать памятнику VII в., поскольку

в ней содержатся отдельные элементы, определенно

свойственные лишь документам IV—III вв.: Ioo?exai exxXipiai

(стк. 24)19, 6pioi:6v Soxsi 6i]paiois (сткк. 25—26)20 и,

вероятно, daviot|u>cM. Таким образом, основная задача

текстуальной критики надписи заключается в выявлении

характера того источника, который киреняне IV в.

использовали для записи на стеле «клятвы основателей».

в данном месте следует читать w Ьк eX[iHvtas uldsj хтХ.

Словом, чтение стк. 29 неясно и вплоть до осмотра подлинника

предложенное восстановление этой строки остается гипотетическим.

10 Оливерио восстанавливал лакуну в стк. 29 (а не 30, как

У меля) в соответствии с этим указанием Геродота о наборе

колонистов из числа жителей ферских округов (Op. cit., р. 224—225).

17 Предметом дальнейшего исследования является вторая часть

надписи, т. е. «клятва основателей».

18 Это событие имело место около 631 г. (Chamoux F. Op. cit.,

P. 121).

19 Экклесня засвидетельствована на Фере в IV в. (IG, XII,

3, № 1289.10). Вводные формулы как первой, так и второй частей

стелы синхронны и характерны для документов IV—III вв.

(например: IG, IV, N 917; Michel Ch. Recueil d'inscriptions grecques.

Bruxelles, 1900, N 21, 441, 442; Idem. Supplementum. Bruxelles,

1912, N 1453, 1457 и др.).

30 Graham Л. У. The Authenticity. . ., p. 107—108.

21 Встречается еще один раз в «Диаграмме Птолемея» из Ки-

рены (последняя четверть IV в.). См.: SEG, IX, 1, N 1. 53.

G7

5*

На мой взгляд, фиксируя этот источник, они частично

переиначили его текст применительно к языку своего

времени, сохранив, однако, не только смысл, но и

лексику и фразеологию прототипа 22.

Существуют две основные точки зрения на характер

«клятвы основателей». В течение многих лет

господствовало мнение об апокрифическом характере этой надписи,

т. е. сфабрикованной в качестве основания для

предоставления ферянам прав киренского гражданства 23. По

мнению Виламовица, этот документ по своему характеру

примыкает к придуманным магнетами надписям об

основании Магнезии и об отправлении ими совместно с

критянами колонии в Малую Азию 24, составленным в III в.,

но претендовавшим на аутентичность времени основания

полиса магнетов. В последнее время это мнение

поддержал Душанич. В 1960 г. такая точка зрения была

подвергнута сомнению: Грэйэм и мисс Джеффери

одновременно и независимо друг от друга пришли к выводу о том,

что «клятва основателей» в отдельных своих частях

аутентична действительно существовавшему документу времени

отправления колонии в Кирену25. Оба исследователя

высказали мысль о том, что клятва — подлинный документ,

переоформленный в редакции IV в.

Мысль об аутентичности памятника поддержали также

Мейггз и Льюис. Но их мнению, клятва является

отражением ферской традиции об основании Кирены, причем

внутри этой традиции подлинный архаический документ

подвергся долгой и сложной модуляции 26.

Решение вопроса о характере «клятвы основателей»,

на мой взгляд, может быть достигнуто прежде всего путем

сопоставления ее текста с рассказом Геродота об

основании Кирены. Геродот излагает две версии — ферскую

(IV, 150—153) и кирепскую (IV, 154—156), причем

последняя отличается лишь следующими моментами: 1. Батт не

просто происходит из знатного рода, как утверждает

22 Случаи" переписывания надписей с более древних стел

известны в греческой эпиграфике, например: Syll.3, N 1020; ML, N 86.

23 Graham Л. /. The Authenticity. . ., p. 95.

24 Kern O. Die Inschriften von Magnesia am Maeandros. В., 1900,

N 17, 20; Abh. Ak. Berlin, 1925, S. 38—40 (примечание Виламовица

к статье Ферри).

25 Jeffery L. Я. The Pact of the First Settlers, p. 141 f.;

Graham A. J. The Authenticity. . ., p. 95 f.

*§ Мейггз констатировал эту мысль еще в 1952 г. в примечаниях

к кн.: Bury J. В. History of Greece. L., 1952, p. 861—862.

№

ферская версия, а через свою мать восходит к царскому

роду (эта генеалогия, разумеется, продиктована

патриотической амбицией). 2. Пифия повелевает самому Батту, а не

Грпнну, отправиться в колонию в Ливию (что отражено

и в надписи, сткк. 24—25). Сохранен опущенный феря-

нами нелестный для них рассказ о том, как они прогнали

своих сограждан, пытавшихся вернуться на родину после

безуспешных попыток основать колонию (аналогичный

случай произошел и с эритрейцами, основателями Me-

фоны) 27.

Далее, в гл. 157—158, следует рассказ, совпадающий

в обеих версиях.

Коли сопоставить изложение Геродота с текстом клятвы,

то обнаруживается интересное сходство, сопровождающееся

лсксико-фразеологическими совпадениями и

соответствиями28. Геродот: 0-r)pa{ot3i os eaoe a&eX<pe6v xs drc'd&sXcpewv20

тсерясш TcaXw Xa^ov-ca xal ctrco i&v jjcupcov «гта eavxeov avSpac,

stvat 8? a<j>su)v xai r^sp-ova xai paaiXsa Baxxov (IV, 153)30.—

Клятва: opicrcov SoxeT 07jpatOLC dwrorcipwrev e; rav Att36av Baxxojx

jjisv dp^ayrsav zs xal 3aatX7,a. . . tuXsv хата xov oixov, uw 8i Iva

xaxaXif ea&at. . . xal x&v... 07jpat(ov sXsoftspoc.. . rcXev (сткк. 25—

.40).

Как видно, помимо аналогичного содержания, в обоих

пассажах имеются общие лексические и фразеологические

соответствия:

1. Свойственный эпиграфическим документам прескрппт:

Btjpatotat 81 Ia8s. . . fcijxrceiv — opiativ SoxsT 07]paiot^ aro>TC5|ATCSv.

2. Батт назначается предводителем и царем

переселенцев: '/jyejiova xal |3a3iXsa Baxxov — Baxxou \xh ao^aysxav xs

xai pasuija.

3. Согласно рукописному тексту Геродота, в число

колонистов должен уходить каждый из двух братьев,

согласно же клятве — от каждой семьи в колоешсты должен

быть записан один сын. Конъектура Леграна хорошо со-

27 PluU, Мог., 293Ь.

28 Хотя надпись содержит близкие параллели к рассказу

Геродота, она очевидным образом не обнаруживает никаких

признаков зависимости от него. См.: ML, р. 8; Graham A. J. The

Authenticity p. 101—102.

29 afeX?ewv — конъектура Леграна (вместо рукописного

30 «Феряне постановили отправить (в качестве колонистов)

по одному из братьев, на которого падет жребий, а также мужей

из всех семи округов, причем предводителем и царем быть у них

Батту».

69

гласует текст Геродота с эпиграфическим документом

(между прочим, с выражением dtosX? sov xs arc' aSsXcpsmv у

Геродота ср. dSeXcpso; dSeXcpsov клятвы, сткк. 39—40).

4. Помимо рекрутируемой молодежи, из полиса в

колонисты могут пойти также добровольцы из остальных

ферян.

Приведенные параллели очевидным образом

свидетельствуют о том, что оба пассажа могли быть

заимствованы Геродотом и составителями киренской надписи из

общего источника. Как известно, Геродот многократно

пользовался эпиграфическими документами, иногда

приводя в несколько модифицированном виде выдержки из

них 31. К числу последних принадлежит также

вышеприведенный пассаж, начинающийся с известного архаике

црескрипта e?jpa?o'.ai bk iaSs (ср. закон второй половины

VII в. из Дрероса: aS' eFaSs rcoXi)32. Следовательно,

пассажи из Геродота и «клятвы основателей» могут восходить

к подлинному документу, составленному ферянами в связи

с отправлением колонии в Ливию. К этому же документу

следует отнести и сткк. 37—40, в которых говорится

о наказании лиц, нарушающих содержащиеся в сткк. 25—

30 предписания.

К числу параллельных мест в рассказе Геродота и

«клятве основателей» относятся также следующие

пассажи. Геродот: ^pscofiivw 8k тй Tptwa).. . rapt dXXo&v ^pa tj

noSKiq xxiCs'-v sv Лфотг) rcoXiv (IV, 150, 3); «клятва»: 'АтсбХ-

X(ov arJ'0[AaxiSev Ворсин xai бтдааьок; drcoixc&xi Kopavav (сткк. 24—

25). Структура и содержание этих фраз очевидным

образом восходят к общему источнику. Краткое и емкое

'АгсбХХшу aoTOfJiiTiSev первоисточника, выражающее

внезапность прорицания до вопроса или вне связи с ним,

Геродот передает пространным ^решагуш os... тсер! aXXwv j^pa г,

ПЫКт], имеющим тот же смысл внезапности, несвязанности

31 См.: Graham А. /. The Authenticity. . ., p. 110 (с указанием

соответствующей литературы).

32 ML, № 2. 1—2. Конструкция 1лЬ& с зависящим от него dat.

personae свойственна эпиграфическим памятникам самого

различного времени. Параллель с законом из Дрероса указывает, таким

образом, лишь на возможность наличия этой формулы в

архаическом декрете ферян. У Геродота эта конструкция встречается еще

четыре раза (I, 151, 3; IV, 145, 5; 201, 2; VI, 106, 3). На мой взгляд,

в указанных пассажах следует видеть следы зависимости текста

Геродота от использованных им декретов (за исключением, видимо,

IV, 145, 5, о чем см. ниже, с. 72—73); ср.: Graham A. J. The

Authenticity. . ., р. НО.

70

с вопросом33. Остальные соответствия: 1. xriCeiv sv Лфбтд

TroXtv — dnotxiEat Kopavav. 2. xal 6if]patotg клятвы

соответствует aXXot to5v яоХ1г,теи>у предыдущей фразы Геродота.

Можно восстановить примерную структуру предложения

первоисточника: Аполлон (Пифия) — внезапно прорицает —

Гриппу — и свите — заселить Ливию. Аналогична

структура фразы и из киренской версии: т] Ьк ШЬщ acpt (феря-

нам) S^pTjoe aopctiCoyoi Вахтер Картрлр zr& Афщ<; (IV, 156, 2).

Отмеченные соответствия между рассказом Геродота об

основании Кирены и «клятвой основателей», как мне

представляется, определенно указывают на то, что в

основе обоих памятников лежал один общий источник

нарративного характера, в который был включен (в

какой-то степени, вероятно, уже модифицированный)

архаический декрет ферян об отправлении колонии в Ливию 34.

На нарративный характер этого источника прямо

указывает наличие в клятве не свойственной эпиграфическому

документу повествовательной части (сткк. 40-—46),

отличающейся по стилю от остального текста (который зависит

от прескрипта I8o?s xat bcxXrjofat). Очевидно, что этот

фрагмент является вставкой, заимствованной из нарративного

источника, которым могло быть ферское предание об

основании Кирены —* ктисис 35. Поскольку этим

источником пользовался Геродот, можно заключить, что он был

составлен не позже середины V в. С другой стороны,

упоминание в клятве Кирены (сткк. 25) может указывать на

то, что этот первоисточник был составлен после основания

Кирены, когда данное название стало известным

греческому миру. Однако в рассказе Геродота об основании

Кирены повсеместно употребляется название Ливия, т. е.

Кирена могла и не упоминаться в первоисточнике. Тем

не менее содержащееся в нарративной вставке выражение

Tu>v IX Atj36ai olxedvxcuv определенно свидетельствует о том,

что этот повествовательный источник был составлен после

основания Кирены; феряне VII в. не могли употребить

33 Этот же оттенок присутствует и в киренской версии (оракул

Патту, IV, 155, 3). Поскольку надпись составлялась в Киреие,

естественно, что Гринн порвоисточника в соответствии с местной

версией заменен Ваттом.

34 Hdt., IV, 153; Клятва, сткк. 25—30, 37—40.

36 Геродот излагает ряд аналогичных местных преданий об

основании, в том числе самой Феры (IV, 147—149). По мнению Шаму,

впрочем, высказанному им вскользь, общим источником для

Геродота и составителей «клятвы основателен» послужила ферскаи

хроника (Chamoux F. Op. cit., p. 111).

71

это выражение, поскольку еще не было ясно, утвердятся ли

колонисты в Ливии. Кроме того, упоминание как в

рассказе Геродота, так и в клятве имени царя Батта явственно

указывает на то, что первоисточник был составлен после

основания Кирены, т. е. в VI или первой половине V в.зв

Сам Геродот знал, что настоящее имя царя было другим

(IV, 155, 1—2), в то время как в обеих переданных им

версиях (resp. первоисточнике) царь и вождь колонистов

именуется Баттом37. Следовательно, сткк. 24—25 (ercei

. ..Kopivav) клятвы отражают нарративный источник38, из

которого, на мой взгляд, был заимствован также текст

сткк. 30—37 (at... rcoXiaia<;). На это может указывать

содержащийся в этих строках фразеологический оборот,

характерный для источников V—IV вв.: xat tcoXix^tac *a! ti-

fxafi. n&hiyev xal ^ag тас dSsoicoxa) dkoXafxavev (сткк. 32—33),

Ср. аналогичный оборот у Геродота (IV, 145, 4): минии

хотят поселиться у лакедемонян, [xotpav те xifjicov psziyovze*;

(=эолийско-дорийскому wsSspvteg) xal тт.д fr& drcoXaxovTsg.

Вопрос об аутентичности этого оборота (и,

следовательно, сткк. 30—37 в целом) ферскому декрету VII в.

чрезвычайно сложен. В пользу его положительного

решения как будто свидетельствует тот факт, что указанный

пассаж из труда Геродота (IV, 145, 4—5) может быть

определен в качестве реликта древнего устного договора —

ретры — минийцев и спартанцев, восходящего к началу

I тыс. до н. э. Если это так, то указанный оборот мог

быть присущ памятникам архаической эпохи. Кроме

того, предусматриваемая в сткк. 33—37 возможность

36 Первоначальное имя царя было Аристотель, которого уже

в Кирсне прозвали Баттом, что но-ливийски означало «царь» (//<#.,

IV, 155, 2). Сведения античных авторов об этом собраны Шаму

(Op. cit., р. 97). В одной из киренских надписей позднего времени

упоминается «высланный с Фсры Батг Аристотель» (Oliverio G.

Op. cit., p. 231). Но мнению Ю. Покорного, термин battos — :>то

средиземноморский субстратный реликт, родственпый груз, baton —

«господин», а также балканскому названию пастухов — bat§.

Производными от этой основы антропонимами могут быть также имя

ланпоиского царя Bato и троянское женское имя Ваттекх

(Рокоту J. — In: Mitteilungen der antrop. Gesellschaft in Wien. Sit-

zungsberichte, 1917, 47, S. 43).

37 Таким образом, упоминание имени Ватт в подлинном

документе времени отправления колонии (#АМ IV, 153; клятва,

сткк» 26) является позднейшей вставкой.

38 О ноаутептпчпостп этих строк подлинному документу VII в.

см. также: Parke Я. A Note on autofMttiC» in Connection with

Prophecy. - JHS, 1962, 82, p. 146.

72

возвращения колонистов на родину имеет аналогию в

соответствующих предписаниях нозднеарханческого декрета

опунтян об эпойках в Навпакте (№ 3. 6—10). Однако

приведенные аргументы довольно спорны. Во-первых,

определение двух небольших фраз указанного пассажа как

реликтовых остатков предполагаемой древней ретры само

по себе проблематично. Ни фон Скала, ни Бенгтеон, ни

Грэйэм не включили этот пассаж в число договоров,

содержащихся в тексте Геродота 39. Во-вторых, передавая

отрывок из этой ретры, а точнее — из ферской ктисиссаги

(гл. 147—149), Геродот мог пользоваться фразеологией

своего времени. И в-третьих, отдельные элементы данного

фразеологического оборота вряд ли восходят к

памятникам архаической поры 40.

Приведенные данные, как мне представляется,

обнаруживают неаутентичность сткк. 30—37 подлинному

документу VII в., откуда следует, что клятвенное

обязательство предоставлять полные гражданские права

«прибывающим впоследствии сродственникам» было

сфабриковано ферянами VI—V вв. в связи с возрастанием их

интереса к своей богатой падчерице — Кирене 4г.

Массовое предоставление полных гражданских прав жителям

метрополии несвойственно эллинской колонизационной

39 Von Scala R. Die Staatsvertrage des Alter turns. Leipzig, 1898;

Die Vertrage der griechisch-r5mischen Welt/Hrsg. von H. Bengtson.

Miinchen, 1962; Graham A* J. The Authenticity. ., p. 110.

40 См.: LSJ, s. vv. ornoXcqxdvw, аВеатеото;. Эти слова,

отсутствующие в гомеровских поэмах и архаической лирике,

зафиксированы лишь в источниках V и последующего веков. Ср., впрочем:

LSJ, Supplementum, 1968, s. v. а5?аяото;. Любопытно

сопоставление статей о возвращении колонистов, содержащихся как в «клятве

основателей», так и в декрете опунтян о навпактских эпойках,

гласящем следующее: «Если гипокнемидские локры будут силой

(пия* ocvdvxac) изгнаны из Навпакта, то им дозволяется вернуться

обратно на прежпее место жительства без (внесения) пошлин»

(As 3. 6—10). В «клятве основателей» присутствует та же avdpia,

что и в декрете локров, однако роль ее прямо противоположна:

локридских эпойков она может вернуть домой, фереких же

колонистов она заставляет в течение пяти лет пребывать вдали от

родины. Возможно, однако, и иное понимание этой фразы. См.:

Graham A. J. Colony. . ., p. 53, 225.

4i Этот вывод может быть подтвержден отсутствием каких-либо

связей между Ферой и Киренон в течение долгого времени после

отправления колонистов. С другой стороны, ср. вымышленный

декрет критской койношш об отправлении колонистов в Магнезию,

составленный магнатами ок. 200 г. н. э. в силу их

заинтересованности в связях с критскими городами (Кет 0. Die InsehriJten von

Magnesia am Macandor, N 20).

73

практике, согласно которой лица, прибывшие после

основания города, получали неполные гражданские права и

меньшие земельные наделы 42. Учитывая это

обстоятельство, на мой взгляд, в VI в. или первой половине V л.

феряне и ввели в «клятву основателей» пункт,

предусматривающий получение ими в случае переселения в Кирену

одинаковых с колонистами и их потомками гражданских

прав: «. . .пусть сродственники, приплывающие

впоследствии в Ливию, получают равные гражданские права,

возможность занимать магистратуры и по жребию —

(наделы) из незанятой земли» (сткк. 31—33). С другой

стороны, поскольку в киренском предании прочно

сохранился нелицеприятный для ферян эпизод о том, как их

предки прогнали попытавшихся было вернуться домой

на Феру утомленных странствиями колонистов, не

сумевших основать город 43, в целях реабилитации перед кире-

нянами в текст клятвы был введен пункт о возможном

возвращении колонистов на родину по прошествии пяти

лет (сткк. 33—37; ср. 4—11 и примеч. 7).

Сомнительны в отношении аутентичности документу

VII в. также сткк. 46—51, поскольку они продолжают

по смыслу предыдущую нарративную вставку (сткк. 40—

46). Так как термин opxtov содержится именно в этой

вставке и ее продолжении (сткк. 40, 47, 49), наличие его

в тексте подлинного документа VII в. в свете

вышеизложенного представляется довольно проблематичным.

Принесение клятвы колонистами и их соотечественниками

засвидетельствовано локридским декретом об эпойках,

отправленных в Навнакт (№ 3, первая четверть Vb.).

Однако в отличие от киренской надписи эта клятва

содержала лишь один пункт, а именно обязательство колони-

42 Это явление имело место на самой Фере, а также в других

городах. См.: Arist, PoL, IV, 3, 8, № 4. 9—10, Черная Керкира,

III в. Ср.: Arist., Pol., V, 2, 10—11 (вставка, отмеченная Иммишем

скобками, поясняет, что причиной раздоров между потомственными

жителями городов и вновь прибывающими колонистами была

борьба последних за полные гражданские права). Ср. также: 1G,

IV, № 917, IV в.: эпндаврийцы предоставляют своим колонистам

и эвергетам астипалеянам лишь свободу от пошлин я

неприкосновенность, но не гражданские права. Только в эллинистическое

время некоторые метрополии эпизодически предоставляли

отдельным жителям своих колоний гражданские права, т. е. в том числе

и земельный участок (IG, IX, 1, № 173, Этолия, середина III в.),

или заключали договоры об исополитии.

« Hut., IV, 156, 2-3.

74

стов не отпадать добровольно от метрополии (§1), причем

это условие имело силу в течение 30 лет, после чего с

согласия обеих сторон клятву можно было возобновить.

На основании этой аналогии можно заключить, что если

основатели Кирены и принесли клятву ферянам, то в ней

вряд ли содержались пункты о предоставлении полных

гражданских прав прибывающим в последующее время

ферянам, о необходимости пятилетнего пребывания

колонистов на чужбине и т. д.

Проведенный текстуальный анализ «клятвы

основателей)) показывает, что этот памятник состоит из двух

разных по времени и характеру пластов ит Основной пласт

отражает нарративный источник — сложившееся в VI—

первой половине V в. ферское предание об основании

Кирены (сткк. 24—25: faesl... 8oxei; сткк. 30—37: а! ...

KoXiawc; сткк. 40—51: кп\ ... f&eic). В основе этого

предания лежал подлинный документ VII в. — декрет

ферян об отправлении колонии в Ливию, который на

протяжении VI—V вв. оброс вставками апокрифического

характера, среди которых основное место занимало

обязательство предоставлять «прибывающим впоследствии»

ферянам полные гражданские права. Составленному

таким образом документу был придан вид «клятвы

основателей», связывавшей киреняп определенными

обязательствами по отношению к своей малоимущей метрополии.

Другой пласт составляет текст подлинного декрета

ферян, принятого около 631 г. в связи с отправлением

колопии в Ливию (сткк. 25—30: e^pasoi; . . . rcXiv,

сткк. 37—40: 6 ... rcXev). Данные текстуального анализа,

на мой взгляд, позволяют представить текст этого

подлинного декрета в следующем (отвлеченном от диалектных

особенностей VII в.) реконструированном виде:

e-rjpatoic eaSe45 drcorcsp/icev eg xav Aiftoav 'АрютотвХц4e p.cv

ap^afexav те xal paaiX^a, itatpo'jg bk xoog бтдеаьоод itXev kizi

t5i taai xal zga 6potai (?)47 rcXev хата xov olxov, utov Ы iva

xaTaXsfeo&ai* ход 8s sXeu&spog uio; xai xo!>; r§mxcv; xal xffiv

X(Dpo)v e^ipaicov eXs'j&lpog avBpag rcXsv. 6 Ы xa fi?| Xvjt rcXiv drco-

44 Прсскрппты в сткк. 24—25 были введены составлявшими

надпись киренянами и ферянами, очевидно, по типу современных

им постановлений народного собрания Феры (см. выше примеч.

19-20).

45 Форма прескрипта сохранена Геродотом (IV, 153).

46 См. выше, примеч. 36-

47 По поводу этой формулы см. ниже, с. 82.

75

GxeXXotcas хае wSXws, ftavioipoc tsvwii xai та ypiipaw 1охш

aaxoo Sajxoaia. 6 81 агсооехоцеуос ^ dSifjiCcov ^ тахтпр olov tj a&e

X<p6; d8eX<peov icatoel'cai cwuep 6 (atj Xe«)v ftXev.