Глава 2. Государство и право в период гражданской войны и интервенции (1918—1920 годы)

00.htm - glava10

§ 1. Гражданская война, интервенция, военный коммунизм

Октябрьская революция, как уже говорилось, обошлась малой кровью. Однако шок,, вызванный ею, скоро прошел, и недовольные взялись за оружие. Естественно, что помещики не могли примириться с потерей своей земли, фабриканты — с потерей предприятий и хотели все это вернуть.

Но не только они оказались противниками Советской власти. Крестьянство, которому революция дала землю, было довольно пока государство не потребовало от него хлеб по продразверстке, и тогда оно переметнулось в стан врагов новой власти. Правда, довольно, скоро выяснилось, что здесь им грозит возвращение помещиков со всеми вытекающими отсюда последствиями. Наиболее дальновидные из белых генералов — А. И. Деникин, Π.Η. Врангель — попытались подкупить крестьянство определенными уступками, в той или иной мере признавая «черный передел», произведенный революцией. Но полностью удовлетворить запросы крестьян они не могли — иначе терялся весь смысл белого движения'.

Особо следует сказать о такой специфической группе населения как казачество. До революции казаки были хотя и трудовым, но привилегированным сословием. Революция же намеревалась уровнять их со всем крестьянством, что раздражало казаков. Впрочем, казачество не было однородным и в нем по-разному относились к новой власти. Оно раскололось, и казаки воевали по обе стороны фронта, порой эти стороны меняя. Специфичной была проблема взаимоотношений северокавказского казачества и горских народов. Советская власть попыталась решить старую проблему здешнего малоземелья, вернув казачьи земли населявшим их когда-то горцам, преимущественно чеченцам и ингушам. Это, понятно, привлекло горцев на ее сторону, но соответственно отбросило казаков в белый лагерь².

¹ Цветков В. Ж. Аграрная политика белогвардейских правительств юга России (1918—1920 гг.)//Науч. труды Московского Педагогического Государственного Университета им В. И. Ленина. М., 1996. С. 92—101.

² См.: Жупикова Ε. Φ. Чтобы этого не повторилось. К истории переселения терского казачества в 1920 г. //Там же. С. 101—104.

==82

Глава 2. Государство и право в период гражданской войны

Важной силой в гражданской войне стало офицерство. Утратив свои привилегии уже после Февральской революции, а тем более после Октября, теперь унижаемое и оскорбляемое солдатами, в свою очередь досыта натерпевшимися прежних командирских зуботычин, офицерство в основной своей массе сплотилось вокруг наиболее авторитетных генералов и создало так называемую Добровольческую армию под руководством Алексеева и Корнилова, а затем включилось и в другие белые формирования. Эта внушительная военная сила стала ядром белого движения.

Новая власть восстановила против себя и еще одного мощного врага — церковь. Православная церковь не могла примириться с потерей своих земель, переданных революцией крестьянству, ее не устраивала также ликвидация того особого положения, которое церковь имела до революции, будучи идеологической опорой старого строя, своеобразной частью государственного аппарата. Избранный вскоре после Октября патриарх Тихон в специальном послании укорял председателя Совнаркома за все революционные преобразования и прежде всего за национализацию земель, фабрик, заводов и пр. Большевики, будучи бескомпромиссными идейными атеистами, не захотели искать и не смогли достичь какого-либо компромисса с духовенством. Наоборот, широко распространявшиеся формы антирелигиозной борьбы носили порой откровенно оскорбительный для верующих характер и тем неизбежно приводили их в антисоветский лагерь.

В ходе гражданской войны даже известная часть рабочих, которые материально стали жить хуже, чем прежде, также порой становилась в оппозицию, иногда и в вооруженную, к Советам.

Наконец, следует отметить и роль внешней контрреволюции. Западные державы, потеряв наряду с российскими предпринимателями свои фабрики и заводы в нашей стране, а также узнав об отказе революционной власти от долгов царизма и Временного правительства, разумеется все это хотели вернуть. Кроме того, пугало распространение пожара революции на Европу и другие континенты.

Наконец, и вчерашние противники, и вчерашние союзники России увидели в сложившейся в стране обстановке удобный шанс для решения своих собственных геополитических задач. Их объединяла общая цель — ослабление российского соперника, а по возможности и вообще путем раздробления устранение его с мировой арены. Англия, весьма опасавшаяся исторического продвижения России в сторону «жемчужины британской короны» — Индии, мечтала о том, чтобы отбросить российского конкурента подальше из среднеазиатского региона. Франция, хотя и видевшая в России проти-