14.4.2. Политическая теория католицизма

Прямо противоположный православию путь прошла церковь на Западе прежней Римской империи. Светская власть на Западе рухнула уже в 476 г., и в течение нескольких веков каких‑либо крупных государств в этой части христианского мира не было. Мелкие и мельчайшие королевства составляли политическую карту западной Европы раннего Средневековья. Но все эти мелкие государства объединялись христианством. Со времен Римской империи сохранились жесткое централизованное иерархичное устройство Церкви и латинский язык в качестве главного языка. При этом на Западе был только один город, архиепископ которого считался одним из самых влиятельных в христианском мире и который носил титул папы. В результате в средневековой Европе сложился папоцезаризм – идея превосходства церковной власти, представленной папой римским, над светской властью.

Правда, все это было в теории, а на деле папство оказалось в опасной зависимости от франкских королей. Самый знаменитый и могущественный их них, Карл Великий, даже короновался в 800 г. как император восстановленной Римской империи (заметим, не империи франков, а именно как император Рима).

Впрочем, вскоре империя Карла распалась, и папство попыталось подчинить себе светских властителей. Начиная с IX–X вв. формулируется так называемая теория двух мечей, согласно которой для защиты христианства Богом были даны два меча – церковный и светский. Оба они были отданы Церкви, которая, сохранив для себя духовный меч, светский передала монарху. Поэтому он должен подчиняться церкви. Однако сторонники независимой царской власти, напротив, утверждали, что императоры получили свой меч непосредственно от бога. Наиболее могущественные папы утверждали, что в соответствии с теорией «двух мечей» светские правители должны всего лишь выполнять повеления пап. Короля, не подчиняющегося папе, можно сместить, заменить, проклясть, даже убить. Его «меч» также принадлежит Церкви. Священническое служение рассматривалось как высшее, а императорское – как низшее и даже ему подчиненное, т. е. император возводится на престол «по воле Бога и святого ключника Петра».

Но такое положение сохранялось недолго. По мере формирования и укрепления национальных государств папство все больше само попадало под контроль светских властей. Теорию «двух мечей» стали использовать для оправдания полной самостоятельности светских королей. В дальнейшем эта теория перестала использоваться как светскими, так и церковными теоретиками.

Силу папоцезаризму придавали огромные земельные владения церкви, а также ее организация. Чисто католическим является догмат о непогрешимости, сделавший римского архиепископа высшим авторитетом в вопросах веры для католиков. С целью сохранения единства владений и богатств церкви в XI в. был введен целибат – безбрачие белого (приходского) духовенства. Это приводило к тому, что даже самые богатые и влиятельные иерархи церкви оставались лишь пожизненными пользователями ее богатств, будучи не в состоянии передать их по наследству. Одновременно в католичестве были созданы монашеские ордена – объединения монастырей с общим уставом. Ордена напрямую подчинялись папе и поэтому не зависели от местных церковных властей. Таким образом, даже в случае неповиновения какого‑нибудь короля, которого могло поддержать местное духовенство, ордена оставались верны папе. Наконец, на страже интересов церкви всегда была инквизиция.

Правда, после начала Реформации в северной Европе католицизм стал терять свое прежнее могущество. После Великой французской революции даже в католических странах начались процессы секуляризации.

Папство упорно сопротивлялось этому. Например, священники отказывались присягать на верность светским властям. Религиозные фанатики поднимали восстания в Испании и юге Италии, протестуя против антиклерикальных законов.

Однако в конце XIX в., убедившись, что жесткое противостояние светским властям проиграно, папство сменило тактику. В 1891 г. папа Лев XIII издал энциклику (послание по вопросам веры и политики) «Рерум новарум», в которой призвал католиков признавать светские законы, уважать конституционный строй, но вместе с тем – создавать свои партии, профсоюзы, общественные организации и активно участвовать в политической жизни.

Действительно, в католических странах стали возникать партии, обычно называвшие себя народными, или, несколько позднее, христианско‑демократическими. В XX в. христианская демократия стала одной из влиятельнейших политических сил во многих странах Европы. Правда, в наши дни христианско‑демократические партии уже нельзя назвать клерикальными. Для их идеологии характерно отношение к христианству не столько как к религии, сколько как к великой исторической традиции. В этом смысле христианско‑демократические партии могут считаться не религиозными, а консервативными. Неслучайно в ряде стран Европы христианско‑демократические партии являются интерконфессиональными, так как объединяют представителей разных конфессий и даже неверующих.

В целом католическая церковь и в наши дни остается одной из наиболее влиятельных сил в современном мире.