17.3.5. Нация как продукт «социального инжениринга»

Акцентируя внимание на роли социальной инженерии в формировании современных наций как политических сообществ, Э. Хобсбаум подчеркивает, что это не означает возможности конструирования наций буквально из ничего. «Элемент искусственности, изобретательности и социальной инженерии» всегда присутствует в процессе формирования наций. Э. Хобсбаум в работе «Изобретение традиций» (1983) [165] характеризует нацию и связанные с ней феномены национализма, национального государства, национальных символов, историй и т. д. как относительно недавнее историческое изобретение, характерное исключительно для определенного, исторически близкого периода. Эти феномены являются продуктом политики, социальных технологий и социальных трансформаций и могут стать объектом манипуляций со стороны правящих элит, желающих «сохранения послушания и лояльности». В качестве примера он называет израильскую и палестинскую нации продуктами использования социальной инженерии, несмотря на древность религиозных традиций. Э. Хобсбаум предлагает выделять два уровня конструирования наций – сверху и снизу. Сверху нация конструируется посредством политики идентичности со стороны государства, усилиями правительств или активистами националистических (или ненационалистических) движений. Снизу – потребностями людей в реализации своих политических прав, сохранении своей этнической культуры, своего жизненного пространства, стремлением к консолидации и т. д., что не обязательно несет в себе дух национализма. По мнению Э. Хобсбаума, это можно объяснить как минимум тремя причинами. Во‑первых, официальные идеологии государств и движений не являются для их национального самосознания обязательными императивами. Во‑вторых, национальная идентификация для большинства людей нисколько не исключает существование других форм идентичности. И, в‑третьих, национальная идентификация может существенно меняться и сдвигаться во времени и даже на протяжении относительно недолгого периода. В то же время Хобсбаум выделяет три критерия, которые позволяют на практике классифицировать народ как нацию:

1) относительно продолжительная в прошлом времени связь с государством; 2) существование долговременной и стабильной группы культурной элиты, владеющей письменным национальным литературным и административным языком; 3) способность внедрить в сознание населения идею о необходимости его коллективного существования.

17.3.6. Нация как политическая общность

Один из представителей «модернистской» школы, британский исследователь Джон Брейлли, автор фундаментального труда «Национализм и государство», полагает, что нация – это сугубо современное политическое и идеологическое явление, формирующееся в тесной связи с территориальным, суверенным и демократическим государством. В «домодернистской истории» нация не обладала тем уровнем национального самосознания, который необходим для создания «нации‑государства». Дж. Брейлли выделяет два варианта соотношения нации и национализма. С одной стороны, модернизация создает нации как самостоятельные группы, а они, в свою очередь, производят национализм. С другой стороны, модернизация провоцирует формирование национализма или, точнее, оппозиционной интеллигенции, которая производит и использует национализм для создания нации‑государства, а оно, в свою очередь, формирует сознание национальности. При этом на первой стадии формирования наций‑государств в XIX в. образование государства предшествовало распространению массовой национальной идентичности. В XX в., когда существование наций‑государств стало нормой, национальная идентичность могла предшествовать формированию нации‑государства. Процесс манипулирования формированием нации здесь решается исключительно в инструменталистском ключе, о чем говорил и К. Дойч. Согласно К. Дойчу, мобилизованное своими лидерами (лидирующими политическими группами) население способно высказывать и выражать в политических формах свою социальную активность и, следовательно, быть массовой основой национального движения.

Именно наличие у лидеров населения желания подчинить активность масс своим целям и интересам составляет отличие национальности от народа, а наличие их способности сделать это свидетельствует о том, что национальность превратилась в нацию в рамках своего административно‑государственного образования.