Викулов Сергей Васильевич,

Гвардии-капитан, командир зенитно-артиллерийской батареи, воевал под Сталинградом, поэт.

Пúдемский Борис Михайлович (1918 г.р.), писатель, историк. Воевал в блокадном Ленинграде и на «Невском пятачке».

Я в гостях у Бориса Михайловича, май 2016 г.

Герасимов Александр Фёдорович (1901г.р.) - фронтовой

врач, член врачебной комиссии в Берлине,1945г.

Дороничев Василий Михайлович - воевал на «Невском

пятачке», был ранен снайпером в правое плечо,

потерял много крови, через сутки только добрался до

госпиталя, после которого был комиссован,

Ильичёв Илья Яковлевич - фронтовик, был в плену,

Капарулин Александр Дмитриевич – фронтовой врач,

Погодин Иван Васильевич - фронтовик,

Сущиков Алексей - фронтовик, гармонист…

Многие воины не вернулись с войны в родное село, а «осели» в городах, потянулись к цивилизации и городским девушкам. Вот так начали теряться родственные связи. Это показательно на примере моей родни Буровых-Дороничевых: три родных брата, четверо двоюродных, две двоюродных сестры воевали на ленинградском фронте, работали в блокадном Ленинграде. Никто не вернулся в село. Приезжали в село только в отпуске проведать родителей, погостить, да оставить детей на лето.

С началом войны в селе остались старики, старухи да малые дети. Некому было обслуживать технику, не было топлива для тракторов, дизель-генераторов, погасли электрические лампы в домах. Село вновь вернулось к свечам и керосиновым лампам на долгие годы.

Вот что рассказывает Борис Николаевич Бобылёв:

«Электричества (государственного) в селе не было никогда, тем более в Белозерске. В 1957г. в самом Белозерске стоял дизель-генератор в Затоне и, возможно, леспромхозовский на ул. 3-го Интернационала. Электростанция была на ул. Набережной – возле старой пристани (рядом с нашим общежитием на ул. Фрунзе). Они освещали город по частям. На ул. Коммунистической, 42 в углу двора был установлен трансформатор на эту часть города. Электроэнергия придёт из Череповца в Белозерск только в 60-е годы.

Только летом 1957года (это я помню) в Мегре появилось электричество. Жители села сами собрали деньги, закупили всё необходимое, поставили вновь столбы и в домах появился свет; в 22 часа мигнёт лампочка, это был сигнал, что через полчаса свет выключат, готовьте керосиновые лампы. Жить стало веселее… но не на долго - новая беда безжалостно накатилась крутой озерной волной …

З а т о п.

«Затоп», - так называли затопление села, происходившее в весенне-летний периоды. Большое затопление было в 1915 году, от которого пострадали крестьянские хозяйства в селе Мегра.

«Д. 1005. Дело о возмещении убытков крестьянам, пострадавшим от затопления их земель водами Белого озера (1916-1917 гг.). Резолюции заседаний правления Вытегорского округа путей сообщения при участии представителя государственного контроля о компенсации крестьянам средств за уничтоженное имущество и неполученный урожай в результате разлива Белого и переписка по этому вопросу (1916 г.). Ведомость крестьянами убытков в результате разлива Белого озера (1915 г.).

Приговор сельского схода крестьян с. Мегры Мегринского

сельского общества Белозерского уезда о бедственном положении членов сельского общ. ввиду разлива вод Белого озера (1916г.)» [22].

Слух о затоплении для белозёрских жителей донёсся в конце 50-х годов. Сначала он был воспринят спокойно – сколько раз село затапливало…пережили. Но когда в правлении объявили о скором затоплении и месте, куда предложено переселяться – АНТУШЕВО! - в селе задумались. Всю жизнь прожить у озера, на реке, лес и «…переехать в чистое поле, где вода-то только в колодце…». Мнения разделились и, когда-то дружные, мегорские стали действовать сами по себе. И разъехались селяне - кто в Казённый Хутор (Мегринский), кто в Антушево, кто в Маэксу, кто под Череповец, а многие - на все четыре стороны нашей необъятной России.

Государством были выделены каждой семье деньги на переезд, баржи на перевозку домов. Чтобы получить деньги на переезд, необходимо было зачистить своё подворье от строений, многие просто всё сжигали. Тем, кто не желал переезжать, тайком поджигали дома. Зрелище пожарищ было не из приятных - в огне безвозвратно сгорала прошлая жизнь…

В 1960г. моя бабушка Бурова Ульяна Дмитриевна с дочерью и зятем, получили на переезд 44тыс. руб. и перевезли на барже свой дом в деревню Пулово-Борисово, расположенную от Череповца на 4км выше по правому берегу Шексны.

В июне 1963г. я принимал участие в разгрузке баржи с домом Захаровых, переехавших туда же. Дом Захаровых был старый, его сожгли, а взяли для перевоза дом Анастасии Захаровой, двоюродной сестры Бориса Михайловича Захарова.

Летом 1965г. я с родителями проехал на теплоходе от Ленинграда до Череповца. Впечатление было удручающим, «завораживает нетронутость природы» (из путеводителя), особенно после Вытегры. Сказалась досрочная сдача стройки. На больших территориях лес стоят в воде (не вырублен, а рапортовали о 9 тыс. га), по ковжинскому разливу плыли торчком брёвна (топляки). Теплоход вынужден был идти медленно - матросы на носу баграми отталкивали эти топляки от бортов. Скорость движения судов была ограничена до 12,5 км/ч ещё и потому, что осыпались берега от волн, вызванных проходящими судами; постоянно работали земснаряды, углубляя фарватер. Бечевник Белозерского канала в узких местах размыло. Когда теплоход шёл по озеру, разглядели деревья на месте мегорского шлюза и кирпичный дом клуба. На месте села Мегра большой разлив, далеко вверх по реке…