Уровень общения психотерапевта

До сих пор мы говорили, главным образом, о присутствии клиента, но должно быть ясно, что его присутствие зависит от доступности и экспрессивности психотерапевта. Используя образ семи вуалей, которыми мы себя окутываем (с. 43-45),рис. 3.2 схе­матично представляет очень неглубокое присутствие клиента и психотерапевта (т. е. на уровне поддержания контакта). Как отмечалось выше, этот уровень не является ис­тинно психотерапевтическим. Рис. 3.3 иллюстрирует более интенсивное взаимодей­ствие, когда оба участника работают на уровне критических обстоятельств. Это под­линный психотерапевтический альянс1.

Естественно, клиент и психотерапевт не всегда достигают одного и того же уров­ ня, но в основном, желательно, чтобы они в этом отношении были близки, насколько это возможно. Напротив, рис. 3.4 дает картину ситуации, которую предпочитают не­ которые психотерапевты, но которая, в моем представлении, годится лишь для крат­косрочных и манипулятивных подходов. Клиент, который в течение многих месяцев Или даже лет трудится ради значительных жизненных изменений, обычно желает Искренности своего партнера по этому предприятию и нуждается в ней. Это не озна­чает, что их высказывания должны быть сходны по содержанию. Это значит, что пси­хотерапевт должен быть аутентично доступен и адекватно экспрессивен.

1 Maurice Friedman (1985) определенно расширяет представления Мартина Бубера о пси­хотерапевтической вовлеченности, как об отношениях«я—ты»и развивает направление, ко­торое он называет «диалогической психотерапией». —Примеч. авт.

72 Раздел II. Базовое искусство ведения беседы

Развитие чувствительности психотерапевта к направлению движения

Временами психотерапевты, слушая своих клиентов, обнаруживают вопросы, ко­торые требуют внимания:

Когда беседа продолжается довольно долго, как сейчас, то что произойдет — клиент погрузится еще глубже или, наоборот, станет более поверхностным? Будет ли он сам переходить на тот уровень, где мы смогли бы работать с проблемой более эффективно, или я должен как-то вмешаться в течение беседы, чтобы подтолкнуть это движение? Есть ли в том, как он сейчас мне отвечает, намек на то, что он испуган? Нужно ли мне изменить манеру своего участия в разговоре, чтобы снизить вероятность того, что он ослабит нашу вовлеченность?

Очень редко такие вопросы бывают столь же осмысленны, очевидны и многочис­ленны, как в этом примере. Они исподволь отражают попытки быть настороже и сле­дить за направлением, к которому склоняется партнер. Тенденция в процессе — очень тонкая материя, но она очень важна для эффективного ведения беседы. Когда психо­терапевта все время изумляют изменения участия в разговоре его партнера, он вряд ли будет эффективно продвигать работу.

Человек учится чувствовать тенденции в разговоре, участвуя в великом множестве бесед. Он должен настроить свои чувства на то, что происходит, на легкие, как прави­ло, невербальные намеки, намеки на то, что еще не появилось на горизонте. Если это возможно, то для развития интуиции психотерапевта полезно проверять свои впечат­ления. В этих случаях могут оказаться полезны такие формы интервенций:

•В тот момент я подумал, что мои слова вас задели. Это так?

•По мере того как мы говорим об этом, вы обнаруживаете в себе все больше и больше чувств, и, похоже, вас это удивляет. Я правильно понимаю?

•Когда вы в тот момент говорили, в вашем голосе был намек на чувства, которых я раньше не замечал. Расскажите мне об этом, пожалуйста.

•У меня такое впечатление, что то, что я только что сказал, не соответствует тому, что вы чувствуете. Это так?

Рис. 3.1. Неглубокое погружение в разговор

Глава 3. Присутствие психотерапевта и альянс

73

Рис. 3.2. Эффективные психотерапевтические отношения, при которых в процесс погружены оба — и клиент, и психотерапевт

Рис. 3.3. Односторонние отношения, в которых психотерапевт избегает полного погружения

Конечно, такие вопросы предполагают наличие в какой-то мере устойчивых отно­шений и общения на уровне, по крайней мере, стандартной беседы. Когда есть эти условия и вопросы заданы так, что видны искренняя забота психотерапевта и его го­товность принять прямой ответ, тогда такие вмешательства, скорее всего, будут оце­нены по достоинству и на них будут даны откровенные ответы. Это может само по себе помочь сдвинуть разговор на более глубокий уровень. Но открытость при этом долж­на быть искренней, и психотерапевт на самом деле должен быть настроен слушать и учитывать при этом (хотя бы про себя), что он мог неверно понять клиента.