Коллективное поведение в массовом обществе

14.1. Сущность коллективного поведения

По мнению многих ученых-социологов, вопросы, связанные с коллективным поведением, наиболее сложные в социологии. Дейст­вительно, очень трудно применять научные методы к таким малопо­нятным явлениям, как поведение толпы, бунт, паника или преклоне­ние перед лидером. Разве можно себе представить социолога, кото­рый берет интервью у человека в беснующейся толпе или во время паники. Каждый из нас ограничен возможностями нашего видения ситуации и участия в событиях. В основном социолог использует дан­ные, полученные от находящихся в спокойной обстановке людей, сво­бодных от влияния социальных групп. Еще сложнее понять приро­ду коллективного поведения, если ограничиваться информацией, по­черпнутой из газет, писем или других документов, где крайне редки опросы прямых участников событий, но и они могут говорить о про­явлениях коллективного сознания только в ретроспективе.

Изветно несколько определений коллективного сознания, хотя, на­до сказать, не все они полезны в практическом отношении. Так, со­гласно определению Н. Смелзера, коллективное сознание — это «мо­билизация на базе верования, определяющего социальное действие» [208, с. 29]. Мильграм и Точ считают, что коллективное поведение — это «поведение, которое проявляется спонтанно, относительно неор­ганизованно, непредсказуемо и непланируемо в отношении развития

и которое зависит от взаимной стимуляции участников», и включа­ет такие виды поведения, как паника, коллективное безумие, поведе­ние в толпе, массовая истерия, мода, массовые заблуждения, пропа­ганда, общественное мнение, восстания и революции. (Последние два вида коллективного поведения будут рассмотрены в последующих главах.) Следует отметить, что это определение вполне удовлетвори­тельно представляет коллективное поведение.

Определение Смелзера подтверждается перечнем основных детер­минант коллективного поведения.

Структурное участие. Финансовая паника, безумие моды не­возможны в примитивном, традиционном обществе. Урбанизирован­ное общество в значительно большей степени порождает феномены коллективного поведения, чем сельское население, вследствие от­сутствия социальных корней, анонимности, большого количества временных жителей, высокой мобильности.

Структурный стиль. Часто в основе коллективного поведения ле­жит утрата каких-либо ценностей или боязнь их утраты. Острое чув­ство несправедливости (реальной или вымышленной) провоцирует многие коллективные действия экстремистского характера. Такое чуство характерно для угнетаемых классов, притесняемых этнических меньшинств, групп с минимальными средствами существования и да­же привилегированные группы, которые теряют свои привилегии, — это не только объединяет людей, но и способствует возникновению феномена коллективного сознания.

Развитие и распространение обобщенных верований. Члены соци­альной общности, совершающие коллективные действия, обязатель­но разделяют идею или верование, которая идентифицируется с ис­точником тревоги, привлекательным и малодоступным культурным образцом или ценностью, со способом избегания неприятных по­следствий или, наоборот, с возможностями достижения источника удовлетворения устремлений.

Дополнительные факторы. Толчком к возникновению общего по­нимания ситуации, чувства общности устремлений и желаний всегда служат определенные драматические события, вовремя полученная ин­формация, некоторая совокупность действий, которые могут в конеч­ном итоге привести к проявлению коллективного поведения. Так, крик о жестоком поведении милиции неоднократно приводил к столкно­вениям, происходившим в России начале 90-х годов.

Мобилизация для совершения коллективных действий. Желания, устремления и осознание ситуации многими членами социальной

общности могут не дать эффекта коллективного поведения, если ус­тановки и ориентации не направлены на определенный объект.

Действие социального контроля. Циклы коллективного поведения могут быть изменены или прерваны действием пропаганды, власти, влиянием лидеров, правовых институтов и других образцов социаль­ного контроля.

Прежде чем приступить к изучению коллективного поведения в массовом обществе, необходимо дать определение этому типу обще­ства. Понятие «общество» в достаточной степени разработано многи­ми философами и социологами, в то время как понятие «массовое об­щество» относительно новое и применяется в научном мире доволь­но редко. Под термином «масса» обычно понимают не просто мно­жество людей, но «относительно большое количество людей, пространственно разделенных и анонимных, реагирующих на сходные стимулы, но действующих индивидуально, не считаясь с другими людьми» [135, с. 149]. Блумер так описывает массу людей: «Это не социальная организация, здесь нет общепринятых норм и традиций, нет установленной системы правил и ритуалов, нет организованных групп, нет структуры статусных ролей и более или менее постоянно­го лидерства. Это усредненная агрегация индивидов, которые разде­лены, разобщены, анонимны; отсюда мы можем сделать вывод о том, что массовое поведение гомогенно» [135, с. 86-87].

Следовательно, массовое общество — это такое общество, в кото­ром нормальные первично-групповые, общественные, традиционно-ориентированные взаимосвязи переходят во вторично-групповые, утилитарные. Для общества, определяемого таким образом, характер­ными чертами являются анонимность, высокая степень социальной мобильности, специализация статусов и социальных ролей, во мно­гом индивидуальный выбор поведения, который относительно неза­висим от существующих традиционных нравов и ценностей. До тех пор пока связи на уровне первичных групп и традиционно-ориенти­рованные связи остаются наиболее важными в современном общест­ве, массовое общество представляется как идеальный тип или модель, которая существует, но черты которой не служат основой поведения большинства людей. Однако закономерности развития социальной жизни в современных условиях показывают, что черты массового об­щества преобладают в нашей повседневности.

Традиционное общество (в том числе и родоплеменное) управля­ется небольшими элитными группами, которые изолированы от дру­гих членов общества, причем управление осуществляется в соответ­ствии с обычаями, нравами и традициями, на основе принятых и ус­военных ценностей. В массовом обществе традиции и нравы не слу­жат основой для принятия решений и элитные группы не изолиро­ваны в такой степени от чувств и мыслей неэлиты. Однако элитные слои могут испытывать давление со стороны других, неэлитных сло­ев общества, оказываемое через выборы в демократических общест­вах и через восстание или неповиновение (а также через другие фор­мы давления) в «жестких» политических системах. В условиях мас­сового общества элитные слои способны успешно противостоять воз­действию неэлитных слоев. Доказано, что различные части элиты пытаются пропагандировать, организовывать и манипулировать по­ведением членов неэлитных слоев для поддержания собственных це­лей и интересов [170, с. 238]. Современные компьютерные средства позволяют избирательно определять проблемные для целей элиты группы в современном обществе, воздействовать персонально на чле­нов общества (например, посредством писем, публичных выступле­ний или с помощью рекламы) и постоянно отслеживать степень влияния на общественность различных средств воздействия.

Большинство ученых, разрабатывающих научные проблемы, свя­занные с массовым обществом и массовой культурой, описывают эти социальные явления в весьма мрачных тонах, сожалея о потере прошлых ценностей, забвении старых, добрых устоев и традиций. При этом многие из них делают упор на контрасте современных предста­вителей массового общества и наших ближайших предков. В ходе та­кого сравнения обычно рисуют представителей нескольких ближай­ших поколений данного общества как людей, наделенных высокими моральными качествами, с развитыми чувствами чести, долга и дос­тоинства, принципиальных и достаточно жестких в отношении сохра­нения прошлых традиций и опыта предков. Напротив, представитель массового общества представляется как лишенный культурных кор­ней, с вульгарными вкусами, болезненными или непристойными на­клонностями и все более развивающимся презрением по отношению к проявлениям разума и интеллекта. Эта грустная картина, как пра­вило, сопровождается рассуждениями о гибели культуры и вырож­дении человека как вида вследствие невозможности сохранения био­логического и культурного генофонда.

Однако жизнь в современном обществе, видимо, не стоит пред­ставлять в столь мрачном свете. Во-первых, изучение истории пока­зывает, что разговоры о гибели культуры велись еще в Древней Гре­ции, а периоды снижения разнообразия и действенности культурных норм чередуются с периодами расцвета культуры. Во-вторых, интел­лектуальные интересы и культивируемые (высокие) вкусы всегда свой­ственны лишь ограниченному кругу людей. Л.Н. Гумилев, исследуя развитие прошлых культур отмечал, что: «...при жизни концепции Де­мокрита, Платона, Горгия, Аристотеля были достоянием немногих их собеседников... Конечно Аристотель — гений. Кто спорит?! А где его знали в IV в. до н.э.? В просвещенных Афинах, на родине — в Эвбее и при дворе македонского царя. Вероятно, его труды читали в Сира­кузах, Таренте, может быть, даже в Ольвии, но кто? Небольшая куч­ка снобов и правдоискателей, число коих составляло, допустим, де­сятки людей, а скорее — единицы. А основа населения — два миллио­на эллинов?! Беотийские крестьяне, этолийские разбойники, ионий­ские торгаши, спартанские воины, аркадские пастухи? Да им было некогда, и незачем!» [33, с. 454].

В некоторых отношениях «массовый» человек даже превосходит представителей «немассового» общества. Так, например, представи­тели массового общества гораздо более разнообразны в проявлени­ях своего поведения, чем их предсказуемые и ригидиые предки, они располагают множеством способов восприятия и переработки различ­ной информации, свободой передвижения и даже имеют возможность жить в другой культуре. Но представители массового общества дей­ствительно сталкиваются с некоторыми проблемами, которые самым отрицательным образом сказываются на условиях их социальной жизни и на поведении. Отметим эти проблемы.

1. Современное массовое общество характеризуется высокой ком­пактностью проживания населения, высоким уровнем урбанизации. Скученность индивидов в ограниченном физическом пространстве не­избежно порождает такие негативные явления, как агрессия, конфликтность, переизбыток противоречивой информации, что разрушает су­ществующий социальный порядок и негативно влияет на процесс фор­мирования личности.

2. Одной из самых худших социальных черт современного мас­сового общества можно считать неопределенность в выборе оптималь­ной линии поведения. Высокая степень изменчивости социальных об­разцов и условий существования способствует возникновению чув­ства неуверенности, несправедливости, что приводит к аномии. След­ствиями этого являются недоверие к существующим социальным институтам, культурным образцам, отказ от планирования собствен­ной жизни (например, лозунги «живи сегодняшним днем», «нам нужно не завтра, а сейчас»).

Следовательно, говоря о массовом обществе, мы будем иметь в ви­ду крайне противоречивое социальное явление, характеризуемое не­которыми специфическими чертами поведения, которые мы в сово­купности будем называть массовым поведением в отношении членов данного общества.