Философия славянофильства.

Одним из важных моментов в истории русской философской и общественно-политической мысли следует считать дискуссию между западниками и славянофилами, протекавшую в середине 19 в. Споры шли об историческом пути развития России, но затрагивали попутно широкий круг проблем социальной философии, философского осмысления культуры, вопросов онтологии, гносеологии и пр. Сигналом к началу дискуссии между западниками и славянофилами стала публикация 1-го «Философического письма» Петра Яковлевича Чаадаева (1794 – 1856), в котором содержались весьма нелицеприятные суждения о прошлом, настоящем и будущем России[1]. С западнических позиций Чаадаев утверждал необходимость преодоления разрыва России и Европы путём приятия западных культурных норм. Споры вокруг «Философического письма» П. Я. Чаадаева переросли в масштабную дискуссию, продолжавшуюся несколько десятилетий, отголоски которой заметны и в современной отечественной философии и публицистике. Западничество – направление в русской общественно-политической мысли, представители которого считали, что Россия должна развиваться по единому пути со странами Европы (Запада).

 Славянофильство – противоположное западничеству течение, выступавшее за самостоятельный, особый путь развития России, по пути отличному от того, которым следует западная цивилизация. Славянофильство было ответом на неоправданно нигилистическое отношение к России Чаадаева и некоторых других западников. Отстаивая идею самобытного пути развития России, славянофилы утверждали, что Россия является со­вершенно особым культурным миром, для которого заимствование культурных норм европейской цивилизации не нужно, поскольку принесёт ей только вред. Расхождения между западниками и славянофилами исходили из основополагающих представлений о сути культуры. Западники выступали с утверждением о единстве развития мировой культуры и цивилизации. Все страны и народы должны подчиняться одним и тем же законам развития. Поскольку по пути прогрессивного развития наибольшие достижения выявились у стран Европы, остальные культуры следует считать отставшими и они должны догонять западную цивилизацию, принимая её нормы. Славянофилы же исходили из предпосылки, что не существует единой цивилизации, что на земном шаре есть множество различных культур, различных по принципам своего построения. Поэтому навязывать нормы одного культурного мира другому не следует. Большинство славянофилов были верующими, православными людьми и во многом с философией славянофильства связано развитие русской религиозной философии. Итак, Россия в представлении славянофилов была отдельной цивилизацией, отличной от западноевропейской. В приверженности русского народа право­славию, самодержавию и общинному началу они видели залог спа­сения самобытности русской культуры. Славянофилы учили, что русский народ религиозен и негосударственен по своей природе, не стремится участвовать в управлении, что он ищет лишь нравственной свободы мнения. Славянофилы отвергали «политический дух», идущий с Запада, и полагали, что русский народ не стремится к революциям и переворотам.

 Один из известнейших славянофилов Константин Сергеевич Аксаков (1817 – 1860) выдвинул принцип: государству – силу властвования, народу – силу мнения. Славянофилы весьма критично относились ко многим реалиям современного им русского общества (крепостному праву, засилью бюрократии, оторванности верхов от народа и пр.). За подобные высказывания славянофилы подвергались преследованиям со стороны властей. Славянофилы, так же как и западники, были увлечены гегельянством, но использовали его для обоснования не революционных потрясений, а необходимости возрождения национального духа и культуры. Одной из наиболее оживлённо обсуждавшихся тем в спорах за­падников и славянофилов были преобразования Петра 1. Западники, преклоняясь перед ним, считали, что Петр, повернув Россию на ев­ропейский путь модернизационного развития, спас её от угрожав­шей ей участи вечно находиться на периферии цивилизации. Славя­нофилы же, напротив, осуждали Петра за то, что он, пренебрегая глубоким национальным культурным своеобразием России, на­сильно навязал ей нормы и ценности чуждой ей европейской куль­туры, что привело к расколу бывшего прежде внутренне единым русского общества. Культура высших слоёв общества стала рази­тельно отличаться от культуры народа.

 Основным идеологом славянофильства был Алексей Степанович Хомяков (1804 – 1860). Хомяков был видным философом, публицистом, поэтом. Он являлся блестящим знатоком современной ему философии, прежде всего гегельянства. Знания и таланты Хомякова признавали даже идейные противники, называя его «бретёром диалектики».[2] Именно Хомяков ввёл в широкий оборот понятие «соборность», которое он считал главной характеристикой русской культуры и свойственного русскому человеку мировоззрения. Соборность – это симфоническая гармония, согласован­ность. Как писал Хомяков, соборность это «свободное единство живой веры, которое есть проявление Духа Божия. Таков догмат, лежащий в глубине идеи собора … Со­борное единство есть единство свободное и органическое, живое на­чало которого есть Божественная благодать взаимной любви». Соборность как свободное коллективное начало противопоставляется Хомяковым индивидуализму западной культуры. Будучи предшественником В. С. Соловьёва А. С. Хомяков выдвигает идею цельного знания, противоположного односторонней рассудочности, свойственной, по его мнению, западной философии. В своём основном труде «Записки о всемирной истории» Хомяков, утверждая, что все культурные различия определяются различием в сфере религии, делит религии на две группы кушитскую и иранскую. Кушитские религии (индуизм, буддизм, язычество) строятся на безусловном подчинении личности божественной необходимости, лишающей людей свободы. Выражением кушитского принципа в философии Хомяков считал рационализм. Иранские же по типу религии признают наличие свободы, интересующиеся не внешним ритуализмом, а внутренним духовным миром человека. Человек сам должен сделать свободный выбор между добром и злом. Христианство и православная философия рассматриваются Хомяковым как наиболее последовательное воплощение этих принципов.

 Деятельность классических славянофилов протекала в середине 19 в., во второй половине столетия появляются учения мыслителей традиционно называемых поздними славянофилами. К ним обычно относят Николая Яковлевича Данилевского (1822 – 1885), а также Константина Николаевича Леонтьева (1831 – 1891). Доказывая историческое своеобразие развития русского общества и культуры, поздние славянофилы находились на более консервативных позициях, чем их предшественники. Поздние славянофилы выступали против любых реформ, за сохранение в неприкосновенности принципов самодержавия. Н. Я. Данилевский и К. Н. Леонтьев считаются основоположниками получившей своё развитие в мировой философии культуры теории локальных цивилизаций (культурно-исторических типов). Н. Я Данилевский в книге «Россия и Европа» противопоставляет Россию и западную (европейскую) цивилизации, делая вывод об изначальном антагонизме России и западного мира, обусловленного различием принципов, лежащих в их основе. По мнению Н. Я. Данилевского существуют несколько видов деятельности: 1. Религиозная, 2. Культурная (эстетически-художественная), 3. Политическая, 4. Экономическая. Соответственно все культуры подразделяются по преобладанию в них того или иного типа деятельности. Культуры делятся на: 1. Первичные (подготовительные) культуры – они не проявились ярко в какой-либо деятельности – египетская, китайская, индийская. 2. Одноосновные культуры – они характеризуются преобладанием одного вида деятельности. Так, в еврейской культуре превалирует религиозная деятельность, в греческой – культурная; в римской – политическая. 3. Двухосновные культуры. Они проявились в нескольких видах деятельности. Европейская культура, например, соединила политическую и культурную деятельность. Русская цивилизация, считает Данилевский, должна будет в дальнейшем соединить в себе высшие достижения всех типов культур и стать четырёхосновной. Западная цивилизация клонится к упадку и должна будет уступить место русской цивилизации.

 Сходные идеи выдвигал и К. Н. Леонтьев в ряде работ, главной из которых признаётся труд «Византинизм и славянство». Леонтьев, по сути, отбрасывает принцип главенства общности по национальному признаку (славянства) и заменяет его принципом византинизма, который заключается в приверженности традициям византийской (не славянской) цивилизации: исповедании православия и безоговорочному подчинению самодержавной власти. Будучи крайним консерватором и монархистом, Леонтьев выступал против любых преобразований, в частности, против реформ Александра II. К. Н. Леонтьев предлагал в одной из статей «подморозить» Россию во избежание её гниения. Гуманистическое православие Ф. М. Достоевского, основанное на милосердии, представлялось идейному реакционеру Леонтьеву слишком мягким, «розовым». В обоснование своих консервативных воззрений Леонтьев приводит оригинальную теорию развития, уподобляющую существование любой социальной и культурной общности закономерностям функционирования биологического организма. К. Н. Леонтьев выделяет в развитии каждой общности 3 этапа: 1. Период первичной простоты. На этом этапе общность ещё слаба, явления её ещё не индивидуализированы. 2. Период цветущей сложности. Это этап высшего расцвета общности, когда каждое её проявление характеризуется максимальной силой, сложностью, индивидуализацией. 3. Период вторичного упрощения. Это время истощения созидательных возможностей общности, определяемых ослаблением, утратой своеобразия составными частями. Это период «старости» и «умирания» отдельной социокультурной общности. Прогрессом сопровождается, как считал Е. Н. Леонтьев, лишь переход от первого периода ко второму, от простоты к сложности, расцвету культуры. После этого начинается регресс общности, ее старение, ведущее к её упрощению, деградации и в конечном итоге к её гибели. И если при переходе от первого этапа ко второму необходимо «быть парусом», ускоряя процесс развития, то на этапе деградации культуры следует быть консерватором, «якорем», быть тем, что всячески тормозит, задерживает сползание общества к разложению. Срок жизни каждой социокультурной общности, по мнению К. Леонтьева, составляет 1000 – 1200 лет. К. Н. Леонтьев не принимал европейской цивилизации преимущественно по эстетическим причинам, считая, что современная ему Европа стремится к максимальной усреднённости и подавлению разнообразия во всех сферах жизни.

 [1] Например, Чаадаев пи­сал: "Мы «ничего не восприняли из преемственных идей рода чело­веческого … Одинокие в мире, мы ничего не дали миру, ничему не научили его, мы не внесли ни одной идеи в массу идей человече­ских». Согласно Чаадаеву, причина столь незавидного положения России заключается в отрыве её от Европы, произошедшем вследст­вие того, что Россия приняла православную, (а не католическую) ветвь христианства от «жалкой, всеми презираемой Византии».  [2] Бретёр – страстный дуэлянт (в данном контексте - спорщик)