§ 3. Место международного частного права в системе права. Система международного частного права

Вопрос о системной принадлежности норм международного част­ного права является в нашей науке дискуссионным. Основные под­ходы в определении места международного частного права в си­стеме права можно объединить в следующие четыре группы:

1) международное частное право вместе с международным пуб­личным правом входят в состав так называемого «международного права в широком смысле слова» (С.Б. Крылов, Д.И. Фельдман, Л.Н. Галенская и др.);

2) международное частное право - отрасль внутригосударственно­го права цивилистического плана наряду с гражданским, трудовым, семейным правом (Л.А. Лунц, А.Л. Маковский, О.Н. Садиков и др.);

3) международное частное право - самостоятельная правовая си­стема, существующая наряду с международным и внутригосударствен­ным правом (Ю.М. Колосов);

4) международное частное право - «полисистемный комплекс», состоящий из международного и внутригосударственного права, в том смысле, что одна часть международного частного права относится к внутригосударственному праву, а другая часть - к международному публичному праву (Р.А. Мюллерсон, развивший взгляды А.Н. Мака­рова).

Представляется, что наиболее обоснованной является последняя из приведенных точек зрения. С позиций концепции раздельного существования источников международного и внутригосударствен­ного права международное частное право можно рассматривать как «полисистемный комплекс», включающий два вида правовых норм - международные и внутригосударственные, которые не исключаются из международного и внутригосударственного права, но взаимодей­ствуют между собой. Двойственность источников международного частного права не позволяет рассматривать его ни в качестве отрасли внутригосударственного права (И.С. Перетерский, Л.А. Лунц и др.), ни в качестве отрасли международного права (В.Э. Грабарь, С.Б. Кры­лов и др.), ни в качестве самостоятельной правовой системы, сущест­вующей наряду с международным и внутригосударственным правом (Ю.М. Колосов). Г.И. Тункин считал, что международное частное право, «хотя... и имеет свой предмет регулирования - выходящие за рамки правовой системы одного государства отношения между субъектами различных национально-правовых систем, не является особой системой или отраслью права».

Разграничение международного частного права и международного публичного права обычно принято проводить по субъектам и пред­мету отношений.

Субъектами международного частного права являются, главным образом, физические и юридические лица различной государствен­ной принадлежности. В международном публичном праве изучаются отношения между государствами и другими субъектами международ­ного права (международными организациями, государственно-подоб­ными образованиями, нациями и народностями, борющимися за свою независимость и создание самостоятельного государства).

Предметом международного частного права являются отношения частноправовые, затрагивающие интересы отдельных граждан и юри­дических лиц. В международном публичном праве отношения носят преимущественно политический, межгосударственный характер, что находит свое отражение в структуре международного права (право международных договоров, право международной безопасности и т.д.). Соответственно договоры, являющиеся предметом изучения в между­народном праве, имеют, прежде всего, межгосударственное значение -о разоружении, военном сотрудничестве и пр.

Вместе с тем грани между международным частным и междуна­родным публичным правом подвижны и не совсем четкие. Например, международные соглашения, которые носят межгосударственный характер, имеют значение и для физических, и для юридических лиц. Так, торговые договоры в основном регулируют взаимоотношения государств по развитию двусторонних торговых связей. Однако такие договоры устанавливают и режим наибольшего благоприятствования, что имеет уже непосредственное отношение к физическим и юриди­ческим лицам. Основанием для сближения международного частного и международного публичного права является то, что международный договор как основной источник международного частного права действует в сферах правового регулирования национального законо­дательства.

С.Б. Крылов утверждал, что «всякий спор... в гражданско-правовой области... может в конечном счете перерасти в конфликт между государ­ствами». Л.А. Лунц замечал по этому поводу, что «с правовой точки зрения, в сущности, нельзя говорить о «перерастании» гражданского правоотношения в отношение международно-правовое». И далее: «...спор по гражданскому отношению (спор между гражданами и организациями различных стран) вовсе не есть межгосударственный спор, а, как прави­ло, лишь гражданско-правовой спор, для разрешения которого существу­ет путь не дипломатического вмешательства, а иск в суде или арбитраже какого-либо государства». Присоединяясь к точке зрения Л.А. Лунца, необходимо отметить, что практика таких международных учреждений, как Европейский суд по правам человека, свидетельствует, что спор между отдельными частными лицами может при определенных условиях пере­расти в межгосударственный и стать предметом разбирательства между­народного судебного учреждения.

Дж. Моррис отмечает, что «коллизионное право, или, как его иногда называют, международное частное право, не имеет большой связи с между­народным публичным правом. Коллизионное право всегда является частью права каждого отдельного государства, поскольку различные страны имеют различные юридические системы, содержащие различные право­вые нормы, в то время как международное публичное право предназна­чено главным образом для регулирования отношений между различными суверенными государствами. Международное публичное право имеет дело главным образом с отношениями между различными государствами, в то время как коллизионное право связано с различиями между право­выми системами различных стран». Государство в смысле международ­ного публичного права может совпадать или не совпадать со страной (или «юридическим подразделением», как иногда говорят) в смысле коллизи­онного права. Унитарные государства, такие как Швеция, Италия или Новая Зеландия, где действует единое право, в этом смысле являются «странами». Международному публичному праву не известны Англия или Шотландия, Нью-Йорк или Калифорния, которые рассматриваются лишь как составные части Соединенного Королевства и Соединенных Шта­тов. Однако каждое из этих образований является страной в смысле коллизионного права, поскольку каждое такое образование имеет само­стоятельную правовую систему. Поэтому необходимо четко представлять, как отмечает Дж. Моррис, что составляет страну, для целей коллизион­ного права. Вместе с тем Соединенное Королевство является единой страной для целей вексельного права (Закон о векселях 1882 г.), Велико­британия является единой страной для большинства вопросов права компаний (Закон о компаниях 1985 г.), Австралия выступает как единая страна в отношении брачного права (Закон о браках 1981 г.) и семейных дел (Закон о семейном праве 1975 г.), а Канада является единой страной для целей права разводов (Закон о разводах 1968 г.). С другой стороны, Уэльс не является страной, поскольку в нем действует та же правовая система, что и в Англии.

Международное частное право тесно связано с отраслями внут­реннего права, прежде всего гражданским, семейным, трудовым, гражданским процессуальным. Поскольку коллизионная норма мо­жет указать на применение иностранного права, возникает необхо­димость установления его содержания. Поэтому при решении кол­лизионных вопросов имеется потребность в изучении гражданского и торгового права зарубежных стран и методов сравнительного пра­воведения.

В системе международного частного права как учебного курса принято выделять три части. В общей части изучаются предмет, система курса, методы, источники международного частного права, коллизионное право, применение иностранного права, субъекты международного частного права. Особенная часть построена в со­ответствии с курсом внутренних отраслей права, прежде всего гражданского, но с анализом отношений с иностранным элементом. В частности, сюда входят такие разделы, как право собственности, договорные обязательства, международные расчеты, международные перевозки, интеллектуальная собственность, а также деликтные, на­следственные, трудовые, семейные отношения, осложненные иност­ранным элементом.

К третьей части международного частного права относятся международный гражданский процесс и международный коммерче­ский арбитраж.