Глава 10 Работа со сном и сновидениями

Нам, людям, очень много лет,

И наши сны – те сказки,

что породил туманный сад Эдема.

У. дв да Map

Что, если бы заснули и увидели сон, и что, если в этом сне вы полетели на небеса и там сорвали прекрасный неземной цветок, а когда проснулись, этот цветок был у вас в руке? Что тогда?

С. Т. Колридж

Давно доказано, что вся жизнь на Земле подчиняется определенным ритмам. Так весна, лето, осень и зима сменяют друг друга, образуя привычный сезонный цикл; солнце всходит каждый день, движется по небу и садится; луна прибывает и убывает; в океане приливы чередуются с отливами. Люди издавна замечали эти ритмические изменения, приурочивая к ним свою каждодневную деятельность и устраивая в их честь церемонии и празднества. Популярные в средневековой Европе «часословы» описывали различные виды сезонной и суточной активности и предлагали верующим для каждого случая специальные молитвы.

Человеческий организм также подчиняется своим ритмам, многие из которых связаны с земными циклами и даже приспособлены к ним. Основной суточный ритм человека, называемый циркадным¹, отражает ритм движения Земли, вращающейся вокруг своей оси вместе с обращением вокруг Солнца. Человеческому организму свойственно более ста таких рит-

¹ Ритмы, равные 24 и 8 часам, называют циркадными (от лат. circa – около и dies – день), или околосугочными. Их примерами могут служить цикл сна и бодрствования у человека, суточные колебания температуры тела, концентрации гормонов, спады и подъемы умственной и физической работоспособности. Ритмы с периодом более суток называются инфрадианными (от лат. infra – меньше, то есть цикл повторяется меньше одного раза в сутки). Например, менструальные циклы у женщин относятся к инфрадианным ритмам. Ритмы с периодом меньше суток – ультрадианные (от лат. ultra – сверх, то есть частота больше одного раза в сутки). Цикличность фаз, чередующихся на протяжении шести-восьми часов нормального сна у человека, – один из примеров подобных ритмов.

мов, и многие из них скоординированы с циклом «сон – бодрствование»¹.

С_оН __ специфическое состояние нашего организма с характерными особенностями и циклами мозговой деятельности. Это не перерыв в работе мозга, а особое состояние сознания, во время которого мозг проходит через несколько различных фаз' или стадий, активности, повторяющихся с примерно полуторачасовой активностью (см. приложение 6).

Для многих наших пациентов сон в той или иной степени является серьезной проблемой.

В одних случаях эти трудности связаны с ригидностью циркад-ных ритмов. Большинство из нас строит свою жизнь на основе каких-то внешних стандартов: мы имеем при себе часы, в определенное время едим, ходим на работу, в гости и т. п. И когда по каким-то причинам эти «времязадатели» сдвигаются и новый режим достаточно долго сохраняется, наступает явление десин-хронизации (несогласованности ритмов, которые обычно взаимосвязаны) и требуется определенное время для их восстановления, хотя цикл «сон – бодрствование» можно изменить немедленно².

Так, например, при авиаперелетах на дальние расстояния все люди в течение некоторого времени чувствуют усталость и раздражительность, плохо спят, иногда страдают расстройствами пищеварения. Это связано с тем, что человек вынужден спать тогда, когда его внутренние биологические часы запрограммированы на бодрствование; температура тела, уровень андреналина в крови и работа почек поддерживаются на высоком уровне, в то время как секреция мелатонина (гормона эпифиза – шишковидной железы) минимальна. В конце концов ритмы приходят в норму и синхронизируются, однако, поскольку одни ритмы восстанавливаются раньше, а другие позже, для полной их синхронизации требуется некоторое время. Какое именно – зависит от нескольких причин:

¹ Например, выделение мочи медленнее всего идет ночью, во время сна. Эго важный охранительный механизм, так как ежедневно средний человек Проводит около восьми часов в лежачем положении, ничего не потребляя. Еели бы ночью организм терял много жидкости, это грозило бы уменьшением объема крови.

² Говоря о воздействии «времязадателей» на человека, нужно всегда учитывать фактор индивидуальной мотивации. Например, эффективность одного назойливого «времязадателя» – будильника – зависит от того, в какой день недели раздается его звонок и что произойдет, если мы его проигнорируем. В будни люди почти всегда подчиняются его диктату и встают с постели, но в выходные они, несмотря на звонок, могут поспать дольше (что обычно и Делают). Выражение «понедельник – день тяжелый» отражает своеобразную ресинхронизацию, которая связана с тем, что в пятницу, субботу и воскресенье люди обычно ложатся и встают все позже и позже. Поэтому к утру понедельника в нашей циркадной системе происходит фазовый сдвиг относительно общепринятого времени и нам приходится вставать намного раньше по сравнению С rvfinj-w-

во-первых, от того, в каком направлении произошел сдвиг (при перемещениях в западном направлении биологические часы отстают по отношению к 24-часовому суточному циклу, и для того, чтобы приспособиться к распорядку дня в новом месте, нужна фазовая задержка, а при перемещениях в восточном направлении – фазовое ускорение); во-вторых, от индивидуальных адаптивных особенностей.

С гораздо более серьезными проблемами сталкиваются те, чья работа требует частой смены биоритмов. Шествие прогресса по планете привело к тому, что все больше предприятий и организаций функционируют 24 часа в сутки (например, вокзалы, больницы, заводы, магазины и пр.)- Поскольку большинство людей не любят постоянно трудиться в вечернюю или ночную смену, их график организован таким образом, что они работают одну неделю вечером, одну – ночью, одну – днем, а затем опять вечером. Естественно, это приводит к сдвигам в режиме сна, подобным «полетной дезадаптации», что сказывается на их работоспособности и может даже служить причиной происшествий¹.

Однако фазовый сдвиг ритмов может служить и эффективным методом терапии. Существует категория людей, которые обычно крепко спят в течение полных восьми часов и просыпаются вполне отдохнувшими, если только период их сна не разрушается жестким распорядком дня (например, необходимостью каждый день начинать рабочий день ровно в семь часов утра). Так как в силу разных причин они не могут ложиться спать в более раннее время и пытаются приспособиться к общепринятому режиму, такие люди постоянно страдают от недосыпания и усталости. Исходя из-этого, Чарльз Цейслер предложил следующую схему лечения: если человек не в состоянии передвинуть время отхода ко сну на более ранний час, то, может быть, ему следует ложиться сдать все позже и позже, постепенно перенося это время на утренние, потом на дневные часы и в конце концов лечь спать в нормальное время. Цейслер предписывал своим пациентам в течение недели каждый раз ложиться спать на три часа позже, чем накануне, пока время отхода ко сну не совпадет с желаемым. После этого пациенты должны были строго-настрого следовать новому распорядку дня, чтобы закрепить новую установку биологических часов.

Известно также, что когда исследователи изучили цикличность сна у людей, страдающих эндогенной депрессией (цикличного, кстати, заболевания), то они обнаружили существенные отклонения в характере электроэнцефалограммы: у многих больных

БДГ-ф_#аза наступала гораздо раньше, чем у здоровых людей. Создавалось впечатление, что у больных нарушены нормальные соотношения между «быстрым» сном и остальными фазами, а также ритм «сон –- бодрствование» (отметим, что эти ритмы, по-видимому, контролируются двумя разными ритмоводителями). Располагая этой информацией, Фредерик Гудвин и Томас. Уэр с коллегами решили посмотреть, смогут ли они восстановить нормальную синхронность этих ритмов и приведет ли это к снятию депрессивного состояния. Они стали укладывать пациентов спать на шесть часов раньше обычного, чтобы добиться соответствующего согласования их циклов. Дня ряда больных этот способ оказался эффективным: примерно через две недели после того, как установилось более раннее время отхода ко сну, признаки депрессии исчезли. Но всего лишь временно – фазы ритмов вскоре вновь разошлись, и депрессия вернулась.

Кроме того, люди, жалующиеся на избыточную потребность во сне (гиперсомнию), могут страдать нарколепсией (от греч. narko-sis – оцепенение, lepsus – приступ) – нарушением бодрствования, которое характеризуется дневными приступами непреодолимого сна. Основной симптом – неудержимое засыпание, возникающее несколько раз в день. После короткого сна человек просыпается, чувствуя себя свежим и бодрым. Приступы сна могут сопровождаться (хотя и не обязательно) и другими симптомами: внезапной мышечной слабостью – каталепсией (в типичном случае такая слабость возникает при сильных эмоциональных переживаниях, таких, как гнев, плач, хохот)¹, «сонным параличом», когда человек не может двигаться независимо от того, находится ли он в начале приступа или на выходе из него (от внешнего прикосновения этот симптом может исчезнуть), сноподобными переживаниями, которые иногда также сочетаются с тревожными ощущениями.

Нарколептические приступы могут возникать в самые неподходящие моменты (например, во время еды или полового акта), что приводит к понятным трудностям во взаимоотношениях с другими людьми, особенно когда это воспринимается не как болезнь, а как порок.

Это достаточно редкое заболевание может быть самостоятельным (эссенциальная нарколепсия), а может наблюдаться При органических заболеваниях головного мозга различной этиологии (менингоэниефалитах, опухолях, сифилисе) с локализацией в диэнцефальной области.

В других случаях проблемы со сном связаны с имеющимися у людей представлениями о том, что они «должны» спать опредс-

¹ Доказано, что большая часть несчастных случаев и техногенных аварий, произошедших в последние годы, была тем или иным образом связана с на-пушением пшжалных шггмов.

¹ У здоровых людей тоже иногда возникают ощущения «слабости в коленях», «подкашивающихся ног» со- испуга или дурных новостей. Похоже, что эта нормальная реакция патологически усилена у нарколептиков.

лепное время и если не будут спать достаточно, то на следующий день им грозят неприятности... они будут чувствовать себя усталыми, неспособными думать и т. п. Источником таких представлений бывают тревожные родители, которые стремились приспособить ребенка к своему собственному распорядку дня, дабы избежать нарушения своего собственного сна.

Между тем каждому возрасту и каждому биологическому типу свойственна разная продолжительность сна. В первые несколько дней после рождения младенец проводит во сне две трети времени. Сон распределен почти равномерно в течение суток: он просыпается с интервалами 2–6 часов, сосет молоко и вновь засыпает. К счастью, этот период, когда родителям приходится ночью то и дело вскакивать на крик ребенка, длится не слишком долго. Трехмесячный ребенок уже может бодрствовать в одиночестве; в возрасте шести месяцев он еще спит около 12 часов в сутки, но уже может бодрствовать несколько часов подряд.

Длительность дневного сна снижается в первые годы жизни ребенка. Большинство дошкольников еще спят днем, но с наступлением школьного возраста они уже бодрствуют целый день – так называемый полифазический (многоразовый) характер сна новорожденного сменяется монофазическим (одноразовым) сном взрослого¹.

¹ Однако необходимо отмстить, что монофазический характер сна :ie является биологической закономерностью, а представляет собой следствие культурных традиций. Например, в Северной и ЦЪггральной Европе и Северной Америке люди обычно работают-днем и спать после обеда не принято, в то время как в странах Средиземноморья, в Центральной и Южной Америке существует обычай – сиеста, который позволяет жителям проводить во сне жаркий период суток. После этого отдыха они вновь возвращаются к работе в более прохладные вечерние и ночные часы. Таким образом, климатические условия заставляют взрослых сохранять бифазический (двухфазовый) характер сна, как у дошкольников.

Кроме того, как показали в остроумной серии экспериментов Скотт Кэмп-беля и Юрген Цулли, если поместить здоровых людей на несколько суток в такие же условия, в каких находятся подопытные животные (небольшая пло-шадь, полная изоляция, вдоволь пиши и воды, но еда всегда одна и та же, никаких посторонних стимулов, двигательная депривация т. п.), то у человека постепенно восстанавливается «естественный» характер сна: монофазический сон сменяется полифазическим; качественные различия между сном в первую и вторую половину ночи стираются; сон становится более дробным, после каждого цикла возникает более-менее длительное пробуждение; общее время с] m возрастает до десяти часов в сутки и более. Авторы делают вывод – хорошо изученный сон взрослого человека далек от естественного и находится под жестким давлением цивилизации, требующей от человека поддерживать высокий уровень бодрствования большую часть суток для выполнения своих профессиональных и социальных обязанностей. Иными словами, каждые сутки из жизни взрослого человека представляют собой шестнадцатичасовую депри-вацпю сна, за которой следуют восемь часов его «отдачи» (А. Борбелп, \%9)-

Пожилые же люди стараются чаще поспать днем. Инге Штраух опросила людей в возрасте от 65 до S3 лет и нашла, что 60 процентов из них часто (или даже ежедневно) спят днем, соответственно меньше уделяя времени сну ночью. До сих пор неясно, уменьшается ли у пожилых общее время сна, однако можно говорить, что такой полифазический сон несколько напоминает сон младенцев.

Кроме того, у престарелых возникают трудности с засыпанием, они беспокойно спят и слишком рано просыпаются, чувствуя себя отдохнувшими. Однако это не означает, что они довольны своим сном, наоборот, жалобы на плохой сон резко возрастают в пожилом возрасте, что находит свое отражение в высоком уровне потребления снотворных средств людьми этой группы. Скорее это можно рассматривать как нормальный элемент процесса старения или как результат заболевания и соответствующих патологических изменений в организме.

«Кто рано встает – тому Бог дает», – гласит пословица. Рано ложиться и рано вставать, чтобы с утра приняться за работу, всегда считалось признаком правильного образа жизни, поэтому по отношению к молодежи подобное правило рассматривалось не только как нравственное, но и как здоровое. Так, основатель немецкой школы в начале века, профессор Теодор Штекманн, веря, что сон до полуночи обладает вдвое большей восстановительной силой, чем сон, возникший после этого магического часа, утверждал, что можно довольствоваться всего лишь четырьмя-пятью часами ночного сна, если ложиться в семь часов вечера. Последователь Штекманна Георг Альфред Тьенес писал: «Утро – наилучшее и самое удобное время для работы, потому что мы чувствуем себя как бы обновленными, гибкими и энергичными, более чувствительными к внешним стимулам; короче говоря, мы как бы молодеем с утра».

Но возможно, что вы принадлежите как раз к той категории людей, которые вовсе не рвутся петь дифирамбы по поводу раннего пробуждения. Тогда, вероятно, вы относитесь к тем, кто с трудом поднимается утром, преимущественно не в хорошем настроении, кого часто обвиняют в том, что он «встал не с той ноги». После подъема вы остаетесь в полусонном состоянии, у вас нет аппетита и поэтому на завтрак вы едите очень Мало (или вовсе не завтракаете). Все утро вы чувствуете себя «не в своей тарелке», разговариваете с окружающими раздраженным тоном, но около полудня ваше физическое состояние и настроение начинают постепенно улучшаться и вы ощущаете Прилив сил и бодрости, проявляя наивысшую работоспособность вечером и сохраняя активность допоздна.

Специалисты по сну называют такой тип людей «вечерним» Условно – «совами»). Он резко отличается от «утреннего» типа

(«жаворонка»), который соответствует доктринам Штекманна и Тьенеса. Люди «утреннего»типа просыпаются сами и встают без груда, чувствуют себя отдохнувшими и свежими, их трудоспособность максимальна в утренние часы. К вечеру запас энергии у них исчезает, нарастает утомление и, если обстоятельства позволяют, они рано ложатся спать¹.

Помимо этого, каждый из нас потенциально является коротко- или долгоспящим. Группа финских исследователей обследовала более двух тысяч идентичных близнецов с одинаковым генотипом и четырех тысяч неидентичных близнецов с различным генотипом, доказав, что наследственные факторы статистически значимо влияют на продолжительность сна и даже на его субъективную оценку (однояйцовые близнецы давали одинаковую оценку даже когда они жили далеко друг от друга).

Вместе с тем социо-культурные условия тоже играют важную роль, позволяя нам иметь большее количество сна в определенных обстоятельствах (например, в выходные дни, во время отпуска и т. п.) и очень малое его количество в других ситуациях (например, при выполнении срочной работы или при уходе за больным).

Наконец, не стоит забывать и о погоде, как о факторе, способствующем нарушению сна. Швейцарские исследователи показали, что резкие изменения погоды являются второй по частоте причиной непостоянных расстройств сна. Но как очень низкое, так и очень высокое атмосферное давление вызывает сонливость у людей.

В связи с этим, прежде чем приступить непосредственно к психотерапии проблем, связанных со сном, попробуйте выполнить несколько рекомендаций.

1. Поэкспериментируйте со своим режимом сна, позднее ложитесь, раньше вставайте, уменьшите общее количество часов, которое вы проводите в постели для того, чтобы чувствовать себя достаточно усталым и легко засыпать.

Особо обратите внимание на то, сколько часов сна действительно требуется вашему телу, и забудьте о том, сколько нужно человеку спать в среднем, о том, сколько спит ваш супруг, и о том, что вам говорили по этому поводу родители².

¹ Джим ,Хорн и Олоф Этсберг выделили всею пять категорий людей: «явно утренний и вечерний» типы, «умеренно выраженный утренний и вечерний» типы п «нейтральный» тип. Среди той группы населения, которую они изучали, типичный представитель «auifo утреннего» типа ложился спать в среднем нД полтора часа, а вставал – на два часа раньше, чем «явно вечерний».

² При планировании собственного «ночного расписания» все же не стоит забывать любопытные данные, полученные Дэном Крипке с сотрудниками о взаимосвязи уровня смертности (отношения действительного числа умерших к статистическому ожиданию числа умерших в популяции в целом) и длительностью сна. Уровень смертности оказался минимальным среди тех людей, кто спал семь-восемь часов за ночь и резко возрастал среди тех, кто спат как

2. .Если вы просыпаетесь до того, как «должны», не валяйтесь в постели, мучаясь от того, что не спите. Встаньте и сделайте что-нибудь полезное, например выпейте чай, настоянный на целебных успокаивающих травах.

3. Спросите себя: «В чем преимущества того, что я страдаю от бессонницы?» Если вы затрудняетесь ответить на этот вопрос, войдите в легкое особое состояние сознания и попробуйте по очереди от имени каждого члена своей семьи ответить, что они чувствуют в отношении вашей «бессонницы». Возможно, бессонница для вас – это средство поддерживать дома покой, уменьшать активность ваших близких, добиваться внимания и симпатии.

4. Гордитесь! Вы принадлежите к счастливому меньшинству тех представителей рода человеческого, которые не нуждаются в семи-восьми часах сна. Среди них были такие выдающиеся люди, как А. Эйнштейн, Г. Стейниц, Т. Эдиссон.

5. Если вы все-таки чувствуете, что находитесь на самой грани сна, но вам все еще трудно заснуть, проделайте следующее упражнение. . ' .

Упражнение «Засыпание»

Сосредоточьтесь на своем дыхании. Проследите, как воздух входит в ваши легкие при вдохе и выходит при выдохе. Обратите внимание, какие части тела двигаются во время дыхания. Теперь при следующем вдохе сосредоточьте внимание на своем лбе. Он напряжен? Или расслаблен? Со следующим вдохом сосредоточьтесь на своих веках. Они неподвижны? Или немного подрагивают? Со следующим вдохом сосредоточьтесь на глазных яблоках, затем на щеках, носе (обратите внимание, какова температура воздуха, который вы вдыхаете через ноздри, чувствуете ли вы легкое колебание волосков в носу при вдохе?), рте (он открыт? сжат? губы влажные? сухие?), языке, зубах, ушах (такой ли они температуры, как остальные части лица? теплее? холоднее?), мускулах шеи, горла и т. п. Заканчивая упражнение, сосредоточьтесь на руках, кистях, туловище, ногах.

Необходимо все же заметить, что достаточно часто расстройства сна служат симптомом начальной стадии невроза, маскированной депрессии или соматического заболевания, когда на общий гнетущий фон накладываются неприятные ощущения в

меньше, так и больше. Но сон как таковой здесь ни при чем: необычно Длинный или необычно короткий сон отражает те или иные неспецифнческие нарушения в организме, которые и являются причиной повышенного уровня смертности (А. М. Вейн. 1989).

тех или иных органах и частях тела. Обычно они усиливаются к середине ночи, происходит нарастание эмоциональной напряженности, возникают явления никталгии (греч. пух – ночь algos – боль) – боли, возникающей в ночное время; головной боли или чрезвычайно тягостных и болезненных ощущениях в нижних конечностях, которые иногда могут трансформироваться в так называемый синдром «беспокойных ног», вынуждающий людей просыпаться через полтора-два часа после засыпания. Поэтому прежде чем приступать к психотерапии таких проблем, необходимо прежде всего четко дифференцировать диагноз.

В связи с этим особый интерес представляет феномен «ночной психики» – комплекс психических явлений, характерных для функционирования психики человека в ночное время (Л. П. Гримак, 1991).

Не случайно простое наступление темноты вызывает у большинства из нас неприятные ощущения и специфические реакции, вплоть до некоторых патологических изменений в психической сфере. Известный французский спелеолог Норберт Кастере в книге «Зов бездны» пишет: »Огромное большинство людей испытывает интенсивный страх перед темнотой, поэтому легко объяснить немалое их отвращение к пещерам... Боязнь ночи, ужас мрака, по-видимому, столь же древни, как и все человечество. Это атавистическое чувство, вероятно, унаследовано от наших доисторических предков. В те далекие времена в ночную пору человек перед лицом опасности был безоружным, он не мог отражать нападения диких зверей. Ночью малейший шум казался подозрительным, тревожным, угрожающим. Хорошо известно также, что ночью человек куда более мнителен, страхи овладевают им в большей степени, чем днем» (1970). Однако, с другой стороны, лабораторные исследования показали, что темнота помогает заснуть и хорошо спать: поскольку мы дневные существа, наличие света служит стимулятором, который неизбежно ассоциируется с дневным миром.

Кроме того, в особенностях функционирования нашей психики можно заметить две составляющие, связанные с функциональной асимметрией мозга. Одна из них – дневная, «бодрствующая» психика – представляет собой порождение цивилизации и ответственна за левополушарные функции. Другая составляющая- – «ночная психика» – несет в себе следы эволюционного прошлого (правое полушарие более «древнее», чем левое), присутствующего в настоящем биологическом содержании нашего организма, тонко и точно отражающего наши актуальные состояния и потребности, а также глубинные связи с окружающим миром. Поэтому «ночная психика», выражая филогенетически более глубокие связи и механизмы нашей биологии, ярче и острее воспринимает

потенциальные и реальные угрозы организму и в большей степени, чем «дневная», обладает прогностическими свойствами.

Ночные страхи (pavor nocturnus) – вторая по актуальности проблема, с которой обращаются к психотерапевту (особенно эта проблема характерна для детей). Подобные состояния также представляют рудименты проявлений инстинкта самосохранения у первобытных людей: ночь всегда была связана с большим числом опасностей, чем день, и для ночных опасений было больше реальных оснований, чем у современного человека. В ночные часы само существование природы становится ближе к человеку, поэтому его переживания отличаются какой-то глубиной и остротой. К тому же ночь оставляет человека наедине с самим собой и волей-неволей усиливает чувство одиночества¹.

Такое положение создает достаточно много проблем людям, страдающим неврозами и психосоматическими заболеваниями.

Так, например, может возникнуть не столько сама бессонница, сколько страх перед ней – тревожное ожидание с закрытыми глазами и «вибрирующими нервами» из-за своеобразного конфликта между желанием (часто носящим характер навязчивости) заснуть и подспудным убеждением, что заснуть все равно не удастся. Некоторые же люди, наоборот, не могут заснуть в связи со страхом «заснуть беспробудно» (недаром практически в фольклоре всех народов мира сон считается «малой смертью»). В таких случаях они насильственно заставляют себя не спать – ходят, читают по ночам, принимают определенную, заведомо неудобную позу, чтобы не спать крепко и не пропустить того приступа ухудшения состояния, который уже не даст возможности проснуться².

Коснемся еще одного порождения «ночной психики» – сомнамбулизма (снохождения – от лат. somnus – сон и ambulo – Бродить). Множество мифов создано вокруг этого состояния, которое, казалось бы, парадоксальным образом сочетает в себе признаки бодрствования и сна. Долгое время считалось, что сомнамбула (или как ее еще называют – лунатик) видит сон и выполняет то, что ему снится, однако проведенные исследования этого не подтвердили. Лабораторные записи показали, что это не так: снохождение возникает на фоне глубокого медленного сна, Когда сновидения редки. Если эпизод снохождения короткий, то глубокий медленный сон сохраняется; если же длинный, то появляются ЭЭГ-признаки бодрствования или дремоты. Выра-

¹ В этом отношении особенно тягостны два часа ночи – то, что И. Ефремов называл «часом быка» (час, когда, по понятиям древних, властвуют духи ~wa и смерти). Его окончание монголы Центральной Азии определяли так: «Час быка кончается, когда лошади укладываются перед утром на землю*.

² В «Скучной истории» А. П. Чехова очень ярко описано типичное поведение такого рода людей.

женность и длительность таких эпизодов значительно варьирует. В самом легком случае человек только садится на кровати, бормочет несколько слов (обычно нечленораздельных) и немедленно засыпает снова. Если эпизод более длительный, то сомнамбула встает, ходит по комнате и может даже одеться, проделывая все с закрытыми глазами и каменным лицом. При этом сомнамбула все видит, гак как обходит мебель и другие препятствия, иногда дает односложные ответы на простые вопросы, зачастую вновь укладывается спать уже совсем в другом месте (например, в ванной) и утром не может понять, как он туда попал.

Снохождение чаще встречается у детей; его даже можно вызвать, если во время глубокого медленного сна осторожно поднять ребенка и поставить на ноги. Если это не вариант бессудорожных пароксизмов при эпилепсии или органических поражениях головного мозга, а проявления невротического состояния, обычно приступы снохождения проходят сами по себе, когда ребенок вырастает.

Существует распространенное заблуждение, что у лунатиков повышенное ощущение опасности. Наоборот, несчастные случаи среди них очень часты и риск получить травму в этом состоянии весьма велик. Зная об этом, люди, за которыми такое водится, принимают меры-предосторожности: ставят возле кровати таз с холодной водой или привязываются веревкой к кровати. К сожалению, даже такие жестокие меры не всегда срабатывают, так как сомнамбула может обойти таз или развязать веревку не просыпаясь (подобное также может проделать почти любой загипнотизированный человек).

В определенном смысле можно сказать, что снохождение противоположно сновидениям, когда мы видим сны, то погружаемся в яркий и насыщенный красками мир, в котором происходят всякие фантастические события, однако в это время, за исключением коротких мышечных подергиваний и быстрых движений глаз, никаких движений быть не может, так как тонус мыши полностью исчезает. Сомнамбула же, наоборот, передвигается, как в бодрствовании, но при этом находится в особом состоянии сознания без сновидений, которое вообще не фиксируется в его памяти. Существование этих двух крайних явлений – снохождения и сновидений – показывает, что сон – это не одно особое состояние сознания, а, скорее, целый набор состояний, среди которых есть и глубокое погружение во внутренний мир, и демонстрация как бы в бодрствовании внешней активности.

Знакомство с историей духовной культуры человечества позволяет заметить, что не существует ни одной религиозной конфессии, ни одной целостной философской или психологической системы, ни одного вида искусства, которые бы в той или иной степени, форме не касались загадочного и многогран-

нрго мира таких особых состояний сознания, как сновидения, в его бесконечно разнообразных значениях, вариантах, смыслах, истолкованиях. Однако работ, рассматривающих сновидения с точки зрения современного научного медицинского и психологического знания, и поныне сравнительно немного. Современные психологические и медицинские словари до сих пор определяют сновидение либо как спонтанный, неуправляемый, субъективно переживаемый поток представлений, «преимущественно зрительной модальности» (Психология: Словарь, 1990), либо как «поток галлюцинаторных переживаний с определенной степенью связности, но большей частью запутанный и причудливый, совершающийся в состоянии физиологического сна или в сходных условиях». Даже психоаналитический словарь определяет сновидение как психическую активность во время сна, «серию картин и событий, представляющихся во время сна. Психоанализ полагает, что сновидения имеют психологический смысл, постичь который можно с помощью интерпретации» (Ч. Райкрофт, 1995).

Что же касается, в частности, украинского культурного ареала, то богатейший материал, так или иначе связанный со сновидениями, с позиций медицинской психологии, психодинамической психотерапии, психосоматической медицины до сих пор остается здесь почти неизученным. Как отмечают многие авторы, одной из причин такого положения являлись доминировавшие в предшествующие десятилетия всевозможные идеологические табу на творческое вольномыслие, равно как и отсутствие самого понятийного – научного, клинического и др. – аппарата, связанного со сновидческой феноменологией (В. Зеленский, 1997). Между тем достаточно давно выяснено, что люди сохраняют психическое здоровье в немалой степени из-за увеличения функциональной нагрузки системы «сон – сновидения» (В. С. Ротенберг, Б. М. Аршавский, 1984). При этом предполагается, что «качество» сновидений отражает их функциональную полноценность, благодаря которой лица с высокой сензитивностью остаются психологически адаптированными¹. В связи с этим мы хотим подробнее остановиться на теоретических аспектах места, механизмов и функций сновидений, так как они во многом позволяют лучше понять не только онейрическую деятельность в частности, но и особые состояния сознания вообще.

¹ В советской психиатрии систематическое научное изучение сновидений длительное время не предпринималось. Важный вклад в эту проблему внес В. Н. Касаткин (1967, 1983), представивший описание феноменологии сновидений, в частности при различных нервно-психических нарушениях. В работах М- И. Рыбальского (1983, 1989) приводится психопатологический анализ сновидений у психически больных.

Ханс Дикманн (1988) выделил три фундаментальных подхода к изучению сновидений.

Согласно первому, распространенному среди первобытных культур, сон оказывается представленным частью внешней реаль-' ности¹. Здесь нет ясного различия между бессознательной фанта-■ зией и реальностью. В этих случаях человек становится ответственным не только за то, что он делает в собственных снах, но и за поступки, совершенные им в снах других людей (X. Дикманн, в частности, ссылается на знаменитые труды Леви-Бргаля).

Второй подход заключается в том, что сам сон является сообщением, посланным от богов, и служит прежде всего предсказанием, оракулом, то есть обладает гадательными свойствами. Подобная точка зрения преобладала в античности и была постепенно оставлена лишь в эпоху Ренессанса, в период появления естественных наук. Здесь центральной является идея о том, что сновидения представляют зашифрованное сообщение, требующее своей расшифровки. На этой основе появились многочисленные толкователи сновидений, составлявшие, в свою очередь, разнообразные лексиконы сновидений и своеобразные «сонники» на базе коллективной символической интерпретации. Наиболее известной книгой этого периода является «Онирокритика» Артемидора Эфесского.

Третий подход – современный. Здесь на первый план в познании сновидений выходит индивидуальный аспект. Каждый сон и каждый мотив сновидения или его символ связываются с индивидуальной памятью, жизнью, семейной историей. В этом отношении сознательная ситуация практически не зависит от коллективных черт (которые тем не менее тоже должны приниматься во внимание). В данном случае один и тот же мотив сновидения может иметь совершенно иное значение для одного человека, чем для другого. В этом варианте толкования сновидений разброс возможных значений зависит от специфики психодинамики личностного мира, эмпирического опыта сновидца, слишком огромного и безграничного, чтобы так или иначе загнать его в прокрустово ложе какого-либо сонника или подобия «словаря».

В своей известной книге «Толкование сновидений» (1900) 3, Фрейд впервые изложил целостную научную теорию возникновения сновидений, их биологическую, психологическую и социальную сущность. Он раскрыл адаптивный смысл биологической функции сна для человека как способа восстановления психического равновесия через катарсическое действие сновидений, способствующих разрядке нереализованных и аффективно заряженных желаний, заменяющих действие. Психо-

' То же самое подозревается и у маленьких детей.

анализ, в отличие от искусства толкования сновидений в древности, не сосредоточивается на предвидении будущего, а стремится раскрыть прошлое с целью более глубокого понимания проблем человека в настоящем.

Основываясь на онтогенетическом¹ подходе, 3. Фрейд вначале сосредоточил внимание на анализе сновидений ребенка как более доступных и простых. В результате их изучения он пришел к выводу о том, что «сновидение – это как бы неизжитое желание».

При попытке понять смысл сновидения, объяснить его 3. Фрейд применял широко известный теперь метод свободных ассоциаций: при анализе сновидение раскладывалось на элементы, с тем чтобы пациент мог отдаться свободным ассоциациям по каждому элементу сновидения.

При этом во время анализа мысли, которые возникают при свободном ассоциировании в отношении каждого из элементов сновидения, собираются воедино благодаря соблюдению определенных правил:

а) не обращать внимания на явное содержание – оно не является препятствием для анализа;

б) анализировать каждый элемент сновидения, не связывая его сразу с другими или со всем сновидением; ждать, пока скрытое не возникнет в сознании.

В связи с этим 3. Фрейд выделял такие этапы работы со сновидениями:

1) расчленение;

2) сбор ассоциаций;

3) интерпретация на основе знаний о работе сновидений. 3. Фрейд относит само сновидение к явному содержанию, а

материал в результате анализа – к содержанию скрытому. Процесс переработки скрытого содержания в явное он назвал работой сновидения.

Работа сновидения по превращению мыслей в образные ситуации проводится посредством драматизации, а работа по преобразованию связных, явных мыслей и образов в бессвязные – с помощью механизма сгущения (наложение друг на друга различных составных частей приводит к выдвижению на первый план общих элементов и к взаимному уничтожению контрастирующих Деталей). 3. Фрейд считал, что сновидения посредством сгущения (конденсации) создают смешанные лица, образы и композиции и лишь с помощью анализа можно отыскать эти составные черты, слитые в одном объекте. Как от каждого элемента сновидения идут нити ко многим скрытым мыслям, так и каждая скрытая

¹ Онтогенез (от греч. on, род. падеж ontos – сущее, genesis – рождение, Происхождение) – в психологии понимается как формирование основных структур и проявлений психики в течение жизненных циклов.

мысль сновидения выражается обыкновенно не одним, а несколькими элементами сновидения.

Наряду с драматизацией и сгущением третьим существенным механизмом работы сновидения 3. Фрейд называл смещение, или 'переоценка, психических цешостей. В результате работы смеще-^г ния волнующий материал превращается в нейтральный, интересный – в безразличный. При смещении акцента с главного на второстепенное важнейший скрытый элемент представляется в явном содержании сновидения весьма отдаленными и незначительными намеками.

Следующим механизмом работы сновидения является вторичная обработка – перегруппировка и связывание элементов явного сновидения в более или менее гармоничное целое. Значительно реже отмечается так называемая истолковывающая переработка, делающая сновидение понятным, как бы хорошо сочиненным.

Логические отношения между скрытыми мыслями в сновидении выражаются различными средствами. Сновидение соединяет все части скрытых мыслей в общую ситуацию, оно выражает логическую связь сближением во времени и пространстве (вспомним симметричную и асимметричную логики): прямое превращение во сне одного предмета в другой указывает, по мнению 3. Фрейда, на отношение причины к следствию; противоречащие друг другу представления выражаются во сне преимущественно одним и тем же элементом. Противоположность двух мыслей и инверсия проявляются в сновидении через последовательное превращение одной части сновидения в свою противоположность. Переживание в сновидении затрудненного движения выражает противоречие между импульсами.

В работе сновидения используются отношения подобия и общности как опорные пункты для сгущения сна и связи в новое единство всего, что обнаруживает такое согласование. Нелепость в сновидении означает противоречие, насмешку, издевку в скрытых мыслях. Повторяющиеся сновидения часто отражают какие-то фрустрирующие события. Связь содержания сновидения с реальными событиями вытесняется из сознания. По существу, все сновидения представляют собой, как полагает автор психоанализа, детские сны, работают над инфантильным материалом, над детскими душевными движениями и при помощи детских психических механизмов. С точки зрения исполнения желаний, сновидения бывают трех родов.

Во-первых, сновидения, представляющие вытесненные желания в незамаскированном виде; это преимущественно детские сновидения, они редко встречаются у взрослых.

Во-вторых, большинство сновидений, которые выражают вытесненные желания в замаскированном виде.

В-третьих, сновидения, представляющие вытесненные желания, но без их маскировки или с недостаточной маскировкой.

Так называемые страшные (кошмарные) сновидения изображают откровенное исполнение вытесненного желания. Так как сновидению при этом не удается «исполнить» желания спящего, то часть мучительного аффекта сновидения сохраняется в его явном содержании. Иногда до полного осуществления дело не доходит, так как человек просто пробуждается, то есть цензура сновидения использует вместо искажения последнее оставшееся в ее распоряжении средство – прервать сон под влиянием нарастающего страха перед напором бессознательных желаний. Бывают и ясные сновидения со страшным содержанием, но без чувства страха. Однако они представляют хорошо замаскированное исполнение вытесненных желаний.

Толкование сновидения, то есть обнаружение скрытых мыслей в явном содержании сна, осуществляется с помощью ассоциативной техники и знаний о символике сновидений. Постоянное (повторяющееся) отношение между элементом сновидения и его значением 3. Фрейд называл символическим, а самый элемент сновидения – символом, соответствующим бессознательной мысли сновидения. Однако он подчеркивал, что символическое толкование может быть только дополнением ассоциативной техники. В сновидении образно выражаются только определенные элементы скрытых мыслей. Психоаналитику важно не вложить в чужое сновидение свой собственный смысл.

3. Фрейд выделил четыре вида взаимоотношений между элементами сновидения и их действительным значением: часть вместо целого, намек, олицетворение и символика. Фантазия взрослых в сновидениях располагает необъятным символическим материалом ассоциаций и воспоминаний. Количество объектов, изображаемых символически в сновидениях, невелико: человеческое тело в целом, родители, дети, братья и сестры, рождение, смерть, нагота и др. Элементы сексуальной жизни – гениталии, половые процессы и сношения – изображаются при помощи разнообразной и богатой символики.

В соответствии со взглядами 3. Фрейда, сновидение является искаженным представлением (репрезентацией) скрытого несовместимого желания, не согласующегося с сознательной установкой, в силу чего оно цензурируется, то есть искажается так, чтобы сознание его «не узнало». Работа сновидения – это процесс отбора, сгущения, искажения, трансформации, инверсии, перемещения, наглядного изображения мыслей и высказываний, символизации, вторичной обработки и других модификаций первоначального желания, поэтому сновидение представляется «царской дорогой» (via regia), большой дорогой, связывающей подсознательную жизнь с сознательной.

Методика анализа сновидений совпадает с психоаналитической – это прежде всего движение от актуального значения к прошлому (от так называемого «дневного остатка» к вытесненному содержанию). Во время анализа связываются воедино «случайные» мысли, которые возникают в процессе свободного ассоциирования по каждому элементу сновидения при соблюдении основного правила психоанализа. В контексте психоанализа психотерапевт помогает пациенту интерпретировать сон, чтобы облегчить ему обнаружение бессознательного материала. Итогом толкования в этом случае служит некая сводная фраза, отражающая? какое именно желание пациента удовлетворяется. Может быть также сверхистолкование – сновидение удовлетворяет несколько конфликтных желаний, в связи с чем возможны несколько интерпретаций.

В психоаналитической работе со сновидениями прежде всего важно развить способность пациента использовать компоненты сновидения как отправную точку для относительно свободного ассоциирования. В начальной фазе интерпретации сновидений психотерапевт обычно концентрирует внимание на поверхности пережитого пациентом, на так называемых «остатках дня», недавних событиях, послуживших материалом для явного содержания сновидений. Это позволяет больному узнать, что сновидения можно исследовать и пытаться понять. По мере осознавания пациентом действия механизмов сопротивления, защиты и переноса он обретает способность раскрывать все более бессознательные значения сновидения, отражающие вытесненные желания и страхи.

Сразу заметим, что некоторые сновидения вообще не поддаются полной интерпретации во время лечения; так как они проистекают из совокупности еще не знакомого до этого момента психического материала, то понять их можно только по окончании лечения.

Альфред Адлер, один из первых учеников 3. Фрейда, впоследствии разошедшийся во взглядах со своим наставником, считал, что функцией сновидений является, скорее, проработка задач, привнесенных в него из дневной жизни («дневного остатка»), нежели избавление от тех проблем, что подавлены и вытеснены в бессознательное. Причем Адлер считал, что проблемы индивида предстают перед ним в сновидениях открыто; кроме того, он ратовал за неразрывность дневной и ночной сторон психики. По его убеждению, сновидения выявляют тот стиль жизни, что присущ человеку вообще, поскольку сновидения являются интегрированной частью индивидуальной манеры мыслить. Поэтому и поиск решения проблем осуществляется теми способами, которыми пользуется личность в повседневной жизни.

Эти идеи получили развитие в работах Вальтера Бонима (1991), касающихся «культурологического» (или «межличностного») подхода к работе со сновидениями, где они рассматриваются в качестве открытого самовыражения человека. Запасы опыта, разделяемого всеми членами одного и того же культурного сообщества, сочетаются с личностными, иногда болезненными элементами, создавая из них сновидения. Сам факт, что подобный феномен одинаково присущ и пациенту, и психотерапевту, увеличивает в процессе работы со сновидениями готовность пациента к откровенности и сотрудничеству. Это не маскировка, а скорее не подвергнутые цензуре и потому гораздо более истинные саморепрезентации. В сновидениях отражаются индивидуальные сдвиги в представлениях о самом себе, в эмоциях, мотивациях, отношениях и действиях. В результате «приметы того нового, что материализовалось в личности, могут быть обнаружены в переживаниях сновидения» (1989).

Как известно, К. Г. Юнг отверг теорию сновидений 3. Фрейда как исполнения желаний, выделяя вместо этого функцию компенсации в бессознательных процессах и теологический характер последних. По его мнению, каузальная точка зрения 3. Фрейда на сновидение ведет к единообразию смысла и интерпретации, фиксированному значению символа, в то время как теологическая точка зрения «постигает в образе сновидения выражение измененной психологической ситуации и не признает фиксированного значения символа». В широком смысле К. Г. Юнг определяет сновидение как «спонтанное самоизображение действительной ситуации в бессознательном, представленное в символической форме».

К. Г. Юнг считал комплексы (отколовшиеся образования личности) «архитектором сновидений и царской дорогой к бессознательному». Поэтому он уделял особое внимание сновидениям в случаях, когда в ходе аналитической психотерапии возникапи затруднения. По мнению К. Г. Юнга, если достаточно долго и основательно размышлять над содержанием сновидения, то всегда что-то обнаружится для понимания проблем пациента. Нередко сновидения обращены к прошлому и напоминают о забытом и утраченном. В этом случае они способны помочь преодолеть застой, продемонстрировать возможности развития личности, сновидения могут также указывать на проблемные, конфликтные текущие жизненные ситуации, которые в таком аспекте никогда не воспринимались сознанием данного пациента.

Как полагал К. Г. Юнг, сновидение ничего не скрывает – мы просто не понимаем его языка непосредственно. При анализе сновидений он использовал филологический метод и логический принцип, называемый амплификацией (расширением), то есть поиск параллелей. С помощью амплификации

происходит увязывание личностного контекста сновидений с универсальными образами. Амплификация предполагает использование исторических, мифических и культурных параллелей, для того чтобы прояснить метафорическое содержание символов сновидения.

Важно, что этот подход к интерпретации сновидений позволяет сновидцу понять как уникальность проявлений бессознательного, так и его универсальный смысл, увидеть свою личность как синтез индивидуального и коллективного начал. Поэтому К. Г. Юнг считал осведомленность в вопросах психологии первобытных народов, мифологии, археологии и сравнительной истории религий важной для психотерапевта, так как в этих областях находятся аналогии, которыми можно обогатить идеи пациентов. Психоаналитик старается помочь больному разобраться в действенных моментах его сновидений и сделать для него ясным общий смысл содержащихся в них символов. Если сновидение основано на личностном материале, то и ассоциации носят индивидуальный характер, но если сон мифологичен по структуре, то его язык универсален и любой интерпретатор может использовать параллели для конструирования текста.

Когда в сновидениях проявлялись архетипические фигуры, К. Г. Юнг объяснял пациенту, что его случай не уникален и его психика функционирует на уровне, близком к общечеловеческому. Психическое страдание нередко изолирует человека от общества, и здесь немалую роль играет понимание или, как считал К. Г. Юнг, вера в то, что конфликт не индивидуальная трагедия, а одновременно страдание всех, общая ноша времени. Эта точка зрения поднимает человека над собой и объединяет со всем человечеством. Возведение болезни на общий, более высокий и безличный уровень имеет значительный лечебный эффект.

К. Г. Юнг подчеркивал, что сновидения являются своеобразным творением бессознательного и их нельзя истолковывать только в качестве симптома вытеснения. Он полагал, что сны – это каналы связи с бессознательной стороной психики, они передаются символическим языком, но совсем не обязательно обусловлены желаниями или представляют тот или иной способ скрыть неприемлемое. Чаще всего сновидения дополняют сознательную дневную жизнь, компенсируя ущербные проявления индивида. В ситуации невротического расстройства сновидения могут предупреждать о «сходе» с правильного пути-К. Г. Юнг предпочитал анализировать не единичные сновидения, а серии их, так как это позволяет выделить устойчивые информативные признаки. Обычно он спрашивал пациента о каждом элементе сновидения: «Каким образом эта вещь могла возникнуть в поле вашего сознания?» или «А каковы ваши ассоциации с... (например, с этим домом)?» Он часто предлагал

больным нарисовать то, что явилось им во сне или в фантазии, считая, что материальное оформление образа вынуждает к длительному рассмотрению его во всех деталях, благодаря чему он может полностью проявить свое воздействие.

Таким образом, интерпретация сновидений» по К. Г. Юнгу (А. Самуэлс, Б. Шортер, Ф. Плаут, 1994), включает следующие ■ положения:

1) интерпретация должна привнести нечто новое в сознание, но не повторяться и не морализировать; она может уловить компенсаторно-психологическое намерение процесса сновидения;

2) интерпретатор должен принимать во внимание личный контекст жизни индивида и его психобиографического опыта; эти факторы наряду с влиянием его социального окружения (которое иногда называют коллективным сознанием) выявляются путем ассоциации;

3) символическое содержание сна – вне зависимости от его сюжета – становится более ценным, если сравнивается с типичными культурными, историческими, мифологическими мотивами; они обогащают личный контекст сновидения и связывают его с «коллективным бессознательным»; подобные сравнения подразумевают трудоемкую работу по амплификации;

4) интерпреыгорам следует «оставаться верными образу сна», держаться как можно ближе к содержанию сновидения; ассоциация и амплификация рассматриваются как способы придания изначальному образу большей живости, значения и доступности; тем не менее образ сна принадлежит самому сновидцу и его следует соотносить с его собственной психической жизнью;

5) основной критерий «плодотворности» интерпретации – делает ли она возможным сдвиг в позициях сознания сновидца. Кроме того, К. Г. Юнг считал, что большинство снов может интерпретироваться на субъективном (подразумевается «глубина», или уровень, интрапсихического изменения личности) либо на объективном уровне (предполагается выход на поверхностный уровень, в мир реальных жизненных событий).

К. Г. Юнг добавил еще шесть новых механизмов сновидения.

Контаминация – связывание друг с другом очевидно не связанных предметов, событий, идей цепью ассоциаций, действующих в режиме ослабления сознательных ограничений в период физиологического сна.

Конденсация – более строгая форма контаминации: она не только связывает, -но и комбинирует в разных отношениях несвязные идеи, события и объекты.

Дублирование (мультипликация) – механизм, противоположный конденсации. Один и тот же образ может повторяться или же возникать в сдвоенной («близнецовой») форме с целью Подчеркнуть его значимость или возможную завершенность

в динамике содержательности образа, проступающего из бессознательного.

Идентичные образы могут свидетельствовать и о дуальности – ■ противоположности позитивного и негативного.

Конкретизация – использование фигурального пластического языка, включая представление комплексов в персонифицированной форме.

Драматизация – выражение содержания в форме драматического повествования.

Архаические механизмы – ряд механизмов, переводящих бессознательные содержания в архетипические формы.

Как мы уже отмечали, общая функция сновидений, по К. Г. Юнгу, состоит в попытке восстановить психическое равновесие (целостность) посредством производства бессознательных значений, компенсирующих интенции бессознательного. Частные же функции сновидений:

1) компенсаторная, которая восполняет общую установку сознания, типичные формы активности личности, а также особенности ее поведения и познавательных действий;

2) проспективная – появляющаяся в бессознательном антиципация грядущих сознательных достижений;

3) редуцирующая (негативно-компенсирующая) – разрушительные и изобличительные сновидения, появляющиеся у людей с устойчиво завышенной самооценкой, которую ее носители успешно навязывают окружающим;

4) реактивная ~ сны, являющиеся повторением, репродукцией значимого события или яркого аффективного переживания. Бессознательная переработка обычно подчеркивает символическую сторону случившегося, ускользнувшую от обычного сознания и понимания. Символика таких сновидений обращает внимание на вытесненную психологическую травму, отражает динамику формирования индивидуального комплекса и сущность связанных с ним проблем. В то же время реактивные сновидения почти всегда содержат намек на возможный способ совладания, несут информацию о том, как лучше поступить сознанию с отколовшимся, автономным куском психики. Сам К. Г. Юнг писал: «В этом отношении существует три возможности – если сознательная установка к жизненной ситуации в большей степени оказывается односторонней, сновидение принимает противоположную сторону; если сознание занимает позицию, близкую к «середине», сновидение удовлетворяется вариациями; если сознательная установка правильная (то есть адекватная), то и сновидение совпадает с ней и подчеркивает эту тенденцию, хотя и не лишается своей специфической автономии».

Аналитическая психология считает, что толкование сна лучше проводить через два-три дня после того, как он приснился.

Большинство психотерапевтов знают, что труднее всего интерпретировать собственные сновидения, а сны других людей лучше доступны анализу. К. Г. Юнг неоднократно отмечал, что смысл и значение многих своих снов он понял лишь через годы после того, как их увидел. Толкования могут сменять друг друга, причем каждое последующее обычно дополняет и расширяет предыдущее. В связи с потенциальной опасностью бессознательного для людей, не владеющих специальными техниками работы с ним, при интерпретации сновидений лучше заручиться профессиональной помощью психолога или психотерапевта. В любом случае обсуждение сна и его толкования с другом или близким человеком принесет больше пользы, чем работа в одиночку.

Один из последователей К. Г. Юнга, Р. А. Джонсон, выделил четыре основных принципа, или критерия, по которым следует оценивать истинность полученного толкования. Они таковы:

из возможных толкований следует предпочесть то, которое несет больше новой информации. Бессознательное не будет повторять то, что уже и так известно сознанию. Поэтому самой ценной и наиболее правильной будет та интерпретация, которая заставит сновидца совсем по-новому взглянуть на ценности, сомнения, достижения, проблемы и события своей жизни;

необходимо избегать льстивых толкований. Бессознательное никогда и никому не делает комплиментов. Сны заняты не успехами и свершениями личности, а ее неудачами, проблемами, незавершенными делами. Интерпретация – «поглаживание» – является просто еще одним наглядным свидетельством процесса психической инфляции;

толкование сна не должно развиваться в направлении, снимающем ответственность сновидца за то, что происходит в его Жизни. Сновидения не занимаются другими людьми – их недостатками, намерениями, мотивами и поступками. «Это вы можете предоставить снам других людей и их бессознательному, – пишет Р. Джонсон. – Вы можете предоставить это Богу». Если персонажами сна являются другие люди – близкие, знакомые сновидца – это не значит, будто содержание сновидения имеет к ним отношение. Черты личности и поведение Других людей метафорически олицетворяют различные аспекты жизнедеятельности сновидца, интенции его собственной психики;

нужно стремиться соотносить содержание сновидений не только с актуальными событиями жизни, но и с целостной картиной жизненного пути. Сновидения достаточно часто отражают те или иные аспекты процесса индивидуации, так что ^их смысл может быть понят только из цельного контекста

личностного развития. Бывают сны, родственные между собой внутренне связанные, хотя и снящиеся с продолжительными временными интервалами, или человек может время от времени видеть различные варианты одного и того же сна. Сны в жизненной перспективе отражают как частные, так и наиболее общие, глобальные тенденции бессознательного, уяснение которых бывает особенно важно.

К. Г. Юнг говорил, что сновидения, как правило, имеют определенную структуру, близкую к структуре драмы.

Первая часть – экспозиция – демонстрирует изначальную ситуацию сновидца. Содержит описание места и времени действия, исходное положение и основные характеристики действующих ЛИЦ.

Вторая фаза – завязка (развитие фабулы). Начальная ситуация начинает каким-то образом развиваться, напряжение растет, неизвестно, что случится дальше.

Третья фаза – это кульминация: резкое изменение, перелом в ходе развертывающегося действия, сопровождающийся максимумом напряжения. Обычно происходит решающее событие.

Наконец, последняя стадия – разрешение (лизис), демонстрирует результат или разрешение случившегося действия. Подводит итог всему сновидению. Иногда она оформлена как некоторый вывод, но может и отсутствовать вообще.

В этом отношении особый интерес представляет концепция Дж. Кемпбелла о «путешествии героя с тысячью лиц». Согласно его теории в сновидениях (как и в мифах) находят свое отражение символы, не зависящие от конкретной культуры, но имеющие глубинные корни в человеческой психике. Погружаясь в классические мифы, сновидец может проследить пути зарождения и развития человечества, -представленные в виде мифов в микрокосме его собственного сознания. Он выделяет следующую структуру «мономифа» (зачастую спонтанно проявляющуюся и в сновидениях).

1. Уход: зов;

игнорирование зова (боязнь покинуть старое); сверхъестественная помощь (старый мудрец или Божья Матерь); преодоление первого порога (первый шаг в неизвестность); невозможность повернуть вспять («чрево кита»).

2. Посвящение: преодоление опасностей; достижение цели («решающий подвиг»),

3. Возвращение: герой (сновидец) возвращается в обычный мир (мир бодрствования), принося с собой нечто, способное изменить не только его жизнь, но и жмзнь окружающих людей.

Дж.. Кемпбелл считает, что каждый, кто ищет истинный смысл в жизни, должен проделать подобное путешествие как на психологическом, так и на духовном уровне¹. Мы еще вернемся t этой теме при обсуждении использования сновидений для проработки личных мифов.

В аналитической психологии анализ сновидения начинают с индивидуальных ассоциаций сновидца по поводу образов и символов сновидения (К. Г. Юнг называл их наитиями) либо с исследования символики. При этом синтетический или конструктивный метод финального толкования предполагает не столько анализ в полном смысле этого слова (как разложение символов на составляющие, упрощение или редукцию), сколько расширение поля имен и значений всеми сознательными средствами. Амплификация, обогащение бессознательного материала дают возможность интегрировать его в систему осознаваемых смыслов.

Как мы уже отмечали, анализ сновидений посредством применения к ним различных психоаналитических концептуальных положений о природе и функциях бессознательного в системе психики – дело довольно непростое. Для этого требуется систематическое обращение к работам классиков (что затруднительно), необходимы специальные знания символики и т. п. При этом существуют несколько более простые способы, одним из которых является нетырехфазовый подход к работе со снами.

Первая фаза состоит в продуцировании возможно большего числа ассоциаций по поводу всех образов, встречающихся в сновидении. При этом необходимо записывать ассоциации, непосредственно относящиеся к элементам сновидения, избегая «цепочек», которые уводят прочь от его содержания. Не следует пытаться как-то оценивать ассоциации или производить отбор. Важны как личные, так и архетипические коннотации – сходство ситуаций или действующих лиц сна с сюжетами или героями сказок, мифов, художественных произведений и т. п. После того, как основные ассоциации записаны, нужно перебрать их все, ожидая интуитивной подсказки о том, какая из

¹ Выпускник Сейбрукского института Майкл Пьераччи в своей докторской Диссертации проанализировал мифологические мотивы в историях, рассказанных ему двадцатью бывшими клиентами, некогда проходившими психотерапию. При рассмотрении этих историй Пьераччи применил перечень мифологических тем, сведенных им в таблицу во время работы со сновидениями. Темы Располагались попарно, в виде полярных понятий, например, успех – неудача; -стование – лишение; созидание – разрушение; завершенность – отрывоч-ioctl; убежденность – цинизм; обретение силы – обессиливание; согласие – «Суждение; мудрость – невежество; близость – разделенность; поиски при-™Иочений – пассивность; верность – предательство; смерть – воскрешение, одиннадцати из двадцати рассказанных ему историй Пьераччи обнаружил '!QQm^{IOIlCKa п}Р^иключений, иными слонами – «странствие героини или героя»

них является правильной, наиболее подходящей¹. Такая ассоциация рано или поздно найдется, «щелкнет», и именно от нее необходимо отталкиваться в раскрытии смысла сновидения.

Вторая фаза состоит в соотнесении образов и действий сна с динамикой внутренней психической жизни сновидца, с его осознаваемыми и бессознательными мыслями, установками, интенциями. Наиболее важным является установление связей образов сновидения с архетипами структуры личности (Тенью, Персоной, Анимой, Анимусом), а его сюжета и замысла в целом – с вариантом процесса индивидуации, свойственным сновидцу.

В третьей фазе проводится собственно толкование, завершающее работу на двух первых стадиях. Сновидение предстает как целостная картина, связное послание, несущее вполне определенную и важную для сновидца информацию.

И, наконец, четвертой фазой является ритуал. Он предполагает совершение физических действий, символически выражающих то, к чему призывает сновидение. Ритуалы могут быть самыми разными, важно лишь, чтобы они совершились и тем самым знаменовали завершение работы над сном. Реальные действия помогут лучше интегрировать бессознательное послание сна в систему сознательной активности индивида.

Если психоанализ различает две категории сна, то есть явное и скрытое содержание сновидения по 3. Фрейду или значение сновидения на объективном и субъективном уровнях но К. Г. Юнгу, то в психодраме принимается во внимание третья категория – экзистенциальное содержание сновидения, или содержание действия по Я. Л. Морено. В нем скрытое и явное содержания сновидения совпадают. При психодраматической переработке сновидения оно не истолковывается на уровне рационального, а проясняется в процессе игры благодаря мореновскому синтезу действия и речи, пред сознательного и бессознательного в близком ко сну, но все же сознательном психическом состоянии пациента, все толкования исходят от самого протагониста, но к ним он подводится не через размышления, а непосредственно путем спонтанного действия и эмоционального переживания образов сновидения.

Г. Лейтц (1994) пишет, что, опираясь на свой огромный опыт психодраматической работы со сновидениями, Я. Л. Морено утверждал следующие постулаты:

1) человек глубже "всего способен почувствовать нечто на уровне психодраматического действия, потом на уровне реальности и только затем – на вербальном уровне непсиходрама-тической психотерапии;

¹ Здесь может оказаться полезной медитация «Лотос с тысячью лепестков" (см. дальше).

2) «вызывание» и осознавание в процессе психодрамотера- важных событий из прошлого и настоящего, сновидений и

фантазий находятся в прямо пропорциональном отношении с глубиной переживания, которой пациент достигает в психотерапии;

3) психотерапевтического изменения личности и стойкого-исцеления можно достичь только на уровне действия.

При психодраматической работе со сновидениями ведущий просит протагониста (пациента) представить на сцене, например в соответствии с содержанием сновидения, реальную спальню. Там, где стоит его кровать, протагонист ложится на пол. Сцена слегка затемнена. Протагонист закрывает глаза. Он сосредоточивается на приснившемся образе и описывает увиденное. «Сновидца» просят изобразить сон на сцене. Пациент выбирает из группы тех участников, которые будут действующими лицами его сновидения, затем расставляет на окно воображаемые декорации и приступает к воспроизведению сна в психодраме. Сновидение или его продолжение в виде сна наяву может выйти на уровень реального или оставаться в символической форме. После воспроизведения сна осуществляется ролевая обратная связь протагониста и партнеров. Они описывают чувства, пережитые ими в процессе изображения персонажей из сновидения.

Психо драм этическая работа со сновидением состоит из трех частей:

воспроизведения самого сна;

его продолжения

и спонтанной актуализации латентного желания, или обращения необратимого события.

Преимущество психодраматический работы со сновидениями по сравнению с психоанализом заключается в возможности символической драматизации продолжения сновидения, которое обычно прерывается в кульминационной точке конфликта или затруднительного положения. Для протагониста это психо-Драматическое продолжение представляет собой полемику со скрытым образом сновидения, которая почти всегда приводит К разрешению конфликта, пережитому в эмоциональном действии.

В отличие от психоанализа, в хештальт-терапии сновидения не интерпретируются – они «проигрываются» и используются Для интеграции личности. Ф. Перлз (1996) считает, что различные части сна являются фрагментами личности. Для того чтобы Достичь интеграции, необходимо их совместить, снова признать своими эти спроецированные, отчужденные части личности и скрытые тенденции, которые проявляются в сновидении. С помощью проигрывания объектов сна, отдельных его фрагментов

можно обнаружить содержание сновидения через его переживание, а не посредством анализа.

Каждый элемент сновидения рассматривается как потенциальный источник содержания, связанного с определенным аспектом реального существования пациента. Сущность работы над сновидением состоит в оценке его как актуального, а не прошедшего явления и как формы действия, а не основы для интерпретации. Поскольку идентификация представляет собой противоположность отчуждению, отождествление с отдельными элементами сновидения благоприятствует наиболее полному контакту с отделившимися фрагментами собственной личности, способствует их ассимиляции приводя к росту интеграции личности.

В онтопсихологии (буквально «бытийной» психологии) итальянского клинического психолога Антонио Менегетти считается, что сновидения – это ответ на какую-то потребность личности, которая таким образом заявляет о себе. С этих позиций сновидению не интересны ни политика, ни культура, ни религия; важна лишь бытийственная ситуация самого человека, причем главным образом ее биологическая сторона. «Сон – это прежде всего правда органической жизни», поэтому сновидение может быть проинтерпретировано только имагогическим (от лат. imago – образ) анализом¹ в контексте жизни личности и работы его Ин-се², а не на основании сознательных представлений и убеждений.

С точки зрения А. Менегегти, большинство образов сновидений имеет отрицательную, негативную семантику, так как их главное назначение – «поднять тревогу» в тех случаях, когда человек отклоняется от своей подлинной сущности и попадает под влияние монитора отклонений³.

¹ Имагогическлй анализ – осознание и интерпретация бессознательных содержаний путем анализа образов психической продукции (сновидений, галлюцинаций) с упором на психосоматические соотношения.

² «В каждом человеке имеется энергетическое ядро, образующееся собственной волей и проявляющее себя во всех физических и психических процессах человеческого организма. Это ядро, называемое Ин-се (сущность в себе), проявляется во всем человеческом существовании, хотя рождается вне его, и воплощается в повседневной жизни, оставаясь трансцендентным» (А. Менегетти, 1993).

³ Монитор отклонений »т специфическая негативная функция высокоразвитых отделов мозга (прежде всего коры больших полушарий), посредством которых чуждые социальные влияния воспринимаются сознанием человека как проекция его собственной реальности и реальности окружающей его среды-«Фактически монитор отклонений навязывает информацию, не соответствующую жизни. Это ложное сознание, посредством которого человек отчуждается от самого себя... Монитор отклонений свидетельствует о себе целым набором негативных ощущений, которые воспринимаются человеческим организмом как холод, страх, ограничение пространства» (А. Менегетти, 1993).

Таким образом, различия в понимании сновидений представителями разных направлений говорят о сложности и многосторонности этого удивительного феномена человеческой психики, необходимости дальнейшего его изучения и раскрытия возможностей использования в психотерапии.

Успех же и вообще результат толкования сновидений зависят прежде всего от того, насколько полно и точно передано его содержание. Поэтому успех работы со сновидениями во многом определяется умением их запоминать и проделывать так называемую первичную работу.

Начиная с VI века до нашей эры и по VI век нашей эры, в Греции и Риме практиковали метод инкубации сна, когда люди уходили в священные места, чтобы получить от Бога нужный им сон. (Вкратце мы уже упоминали о такой практике, когда говорили об истории особых состояний сознания). На каменных колоннах, найденных в Эпидавре, сохранились надписи о семидесяти больных и сновидениях, с помощью которых они исцелились. Метод вызывания сновидений в особых состояниях сознания с древнейших времен использовался в Египте, Китае, Японии, Иране и Индии¹.

У мусульман по сей день сохранилась традиция использовать Вызванные сновидения. Этот обряд называется «истиквара», и совершается он не в храме. Человек, стоящий перед трудной проблемой, вначале читает особую молитву по завету Мухаммеда. Затем ложится спать в ожидании сна, который ответит на его вопрос или подскажет решение проблемы. Так поступает путешественник, отправляясь в дорогу, писатель, прежде чем написать книгу, государственный деятель перед принятием важного политического решения².

Мы предлагаем следующие приемы инкубации сновидений.

Физическое стимулирование сновидений:

воздержание от «естественных» и «искусственных» наркотиков, вызывающих возбуждение (острой пищи, чая, кофе, какао, шоколада, алкоголя, табака, телевизионных передач, поп-музыки, чтения «массовой» литературы);

соблюдение умеренности в еде – употребление легкой пищи (предпочтительно растительной) не менее чем за 2–3 часа до отхода ко сну;

¹ Так, например, наиболее часто исполняемая на сякухацп (бамбуковой флейте) мелодия «Звон колокола в пустынном небе», являющаяся частью сакральной японской церемонии фуке, по преданию, написана дзэнским монахом в состоянии просветления, достигнутом в сновидении.

² Утверждают, что премьер-министр Ирана Мухаммед Мосаддык в 1950 году решил национализировать англо-иранскую нефтяную компанию именно после такого сна. Явившийся ему во сне сияющий дух сказал: «Не время спать, восстань и разорви цепи, сковавшие народ Ирана».

достижение внутреннего и внешнего спокойствия и гармонии с окружающим миром – прослушивание классической музыки, чтение духовной литературы, вечерние прогулки, занятия хобби, беседы с друзьями или родителями на темы вечного;

уединение – за полчаса до сна постарайтесь остаться в одиночестве и посвятите это время психологической подготовке ко сну.

Психологическое стимулирование сновидений:

уважение своего бессознательного и вера в него (если вы расцениваете свои сновидения как «чушь», «муть» и «бред*, неудивительно, что ваше сознание будет стремиться защитить вас от них);

совершение днем того, что вы собираетесь предпринять или увидеть ночью во сне;

четкая формулировка желаемого сновидения в виде ясной и краткой фразы, носящей позитивный характер¹;

концентрация своих мыслей на теме предстоящего сновидения (для этого рекомендуется вырабатывать соответствующие ритуальные мантры и метафоры, образно выражающие вашу установку);

многократное повторение своей установки на сновидение (можете выражать ее разнообразными способами – рисунком, мелодией, запахом, ощущением, ритуальным действием и т. п.);

визуализация желаемого сновидения².

Важную роль играет обстановка в том месте, где вы обычно спите. Ведь можно сказать, что обстановка – это та сцена, на которой разыгрываются события нашего сна (С. Данкелл, 1994). Особенно важна постель; как говорил Ги де Мопассан: «Постель, друг мой, – это вся наша жизнь, здесь мы рождаемся, здесь мы любим и здесь умираем».

Для наших первобытных предков, вероятно, постель выглядела просто небольшим углублением в земле, окруженным кучей земли и листьев. Но даже на этой ранней стадии развития человечества выбор места для сна определялся множеством условий, которые остаются с нами по сей день.

¹ Исследователями осознанных сновидений установлено, что чем больше вы думаете, пока бодрствуете о том, какое сновидение вы хотели бы увидеть, тем легче оно придет к вам во сне.

² Похожие виды «сонного» ритуала описаны зоологом Лизером Хассенбср-гом у многих животных. Было выявлено, что животное не может просто так взять и лечь спать; ему требуется подготовиться ко сну путем целой серии предварительных действий. Так, например, лисица, перед тем как улечься на землю, выбирает место, царапает землю и начинает вертеться сначала в одну сторону, потом в другую, так что морда касается кончика хвоста. Таким образом она делает небольшую ямку для лежки. Затем садится, обвивает себя хвостом к лишь после этого укладывается окончательно, сворачиваясь кольцом так,

' чтобы нос упирался в основание хвоста. Потом она делает несколько движений головой вверх-вниз и наконец кладет морду на хвост.

Во-первых, в этом выборе отражается принцип территориальности: обычно это пространство, ограниченное разнообразными способами, указывающими, что оно принадлежит определенному человеку. Это нашло свое отражение и в языке: мы говорим не просто о «постели», но о «моей постели» (или, если речь идет о паре, о «нашей постели»). Такой территориальный аспект присущ многим животным (например, гориллы обозначают место для сна изгородью из веток).

Во-вторых, постель, даже в самых своих примитивных формах, должна быть безопасным местом. Без этого не могут заснуть ни люди, ни животные. Например, хотя слоны обычно спят на боку, больной слон будет спать стоя, поскольку не чувствует себя в безопасности лежа: в расслабленном состоянии требуется больше времени и усилий, чтобы встать на ноги в экстренном случае, и это делает его более уязвимым.

Понятно, что для первобытных людей, живших на открытом воздухе, защищенность от угрозы нападения (будь это хищные звери или враги) – первое, что необходимо было обеспечить при выборе места для сна. Но даже за бетонными стенами современных многоэтажек постель до сих пор остается главным безопасным местом¹. Почти каждый из нас в тот или иной момент реагировал на возникшие проблемы «беседой с постелью»². Известно много выдающихся людей, чья привязанность к постели достигала почти патологических проявлений. Например, Марсель Пруст редко покидал спальню в течение многих лет, пока писал «В поисках утраченного времени». Одно из воплощений «загадочного русского характера» Илья Обломов вообще провел в постели большую часть своей жизни³.

И, наконец, в-третьих, комфорт в постели – третье условие, которое человечество предусматривало с самого начала. В первобытных человеческих сообществах комфорт, скорее всего, ограничивался банальной охапкой листьев, но по мере развития социума были сконструированы первые грубые ложа (чаще всего сделанные из дерева или специальных полосок шкур, натянутых на раму). Кроме того, приготовление ко сну носило

¹ Хотя подавляющее большинство из нас считает постель прежде всего местом для сна, ассоциация с убежищем (как считают многое специалисты – материнским лоном) заложена в нас с колыбели.

² Лечебный потенциал такого защитного способа реагирования зафиксирован и в русской народной мудрости: «Утро вечера мудренее», «С горем переспать – горя не видать» и т. п.

³ «Лежание у Ильи Ильича не было ни необходимостью, как у больного человека или как у человека, который хочет спать, ни случайностью, как у того, £го устал, ни наслаждением, как у лентяя: это было нормальным состоянием. Когда он был дома – а он был почти всегда дома, он все лежал, и все постоянно в одной комнате... служившей ему спальней, кабинетом и приемной» (И. Гончаров, «Обломов»).

отчетливо выраженный коммунальный характер: много членов племени или семьи спали в одной пещере, в одном гамаке или под одним навесом. Такая практика не только обеспечивала • безопасность, но и в холодном климате позволяла наиболее эффективно использовать тепло человеческого тела (подобный обычай до сих пор существует у эскимосов).

Лишь в истории последних веков мы начинаем находить описание спальни в нашем современном представлении. Так, примерно до XV столетия отдельная комната пля сна была исключительной привилегией королей¹; крестьяне обычно спали в той же самой большой комнате, где они готовили, ели, выполняли мелкую бытовую работу, часто разделяя эту комнату со своим скотом. В случае путешествия слуги спали подле хозяев, чтобы всегда находиться под рукой. Затем этот обычай был перенят высшей аристократией, а в дома людей среднего класса в Европе он пришел значительно позже.

Следующим этапом стало предоставление различным членам семьи отдельных спальных комнат с целью разделить на ночь детей и родителей. Таким образом подчеркивалась интимная природа всего, связанного со сном². Однако до сих пор многие дети не любят оставаться одни в своей комнате на ночь и им требуется успокоительный ритуал: чтение на ночь, присутствие в постели любимой игрушки (объекта, заменяющего одного из родителей).

Практически для всех людей важны и физические свойства самой постели. Наверное, каждый знает, как трудно бывает приспособиться к новой, непривычной кровати. Бывает и так, что важно, сколько в постели подушек и одеял или из какого материала простыни. Например, «подушечный чемпион» Энри-ко Карузо спал в окружении восемнадцати подушек. А Чарльз Диккенс, совершая турне "по Америке, всегда переставлял мебель в спальне так, чтобы спать головой к северу, устанавливая кровать по компасу (великий писатель был покорен популярной в то время теорией о том, что для хорошего сна постель должна располагаться соответственно магнитным токам Земли, циркулирующим между Северным и Южным полюсами).

¹ Одна из наиболее знаменитых спален принадлежала «королю-солнцу» Людовику XIV: она располагалась в самом центре дворца и являлась средоточием королевской власти. Пробуждение короля представляло собой ежеутрен-нюю церемонию, во время которой король давал аудиенцию, еще пребывая и постели, что считалось важнейшим придворным ритуалом. А его прадед, Людовик XI, даже появлялся перед парламентом, возлежа на кровати, поставленной на возвышение.

² В США эта практика зашла так далеко, что послужила основанием для многих психологов считать, будто этот фактор имел важнейшее значение для формирования независимого характера американцев.

Важным элементом является также температура. Так, резкое погружение в холодную постель (что не такая уж большая редкость зимой в наших домах) оказывает тонизирующее влияние на организм, снова возвращая его в состояние бодрствования¹. Однако справедливости ради отметим, что некоторое охлаждение способствует засыпанию. Когда мы засыпаем, фактически само наше тело охлаждается (его температура падает в среднем на два градуса в течение ночи)².

Вытекающая отсюда необходимость поддерживать комфортную температуру тела, очевидно, влияет на выбор ночной одежды. Но обычай спать обнаженными уходит своими корнями в самое начало человеческой истории. Удивительно, но до эпохи Возрождения привычка спать голыми была всеобщей. Декорированные, специально украшенные ночные одеяния, появившиеся позже, свидетельствовали скорее о моде и заботе о собственном престиже, нежели о стремлении к комфорту³.

Поэтому, прежде чем приступать к работе со сном и сновидениями, попробуйте поразмыслить о той психологической атмосфере, которая окружает вас во время сна: насколько находящиеся вокруг вещи и изображения могут влиять на ваши сновидения.

Упражнение

«Освящение окружающей обстановки*

Войдите в особое состояние сознания.

Задумайтесь, спите ли вы в тишине или ваш покой часто нарушается шумом проезжающих автомобилей или звуками от телевизора в соседней комнате?

Хорошо ли проветривается спальня?

¹ Раньше для того, чтобы исключить такой эффект, в постель помешали горячие кирпичи, завернутые во фланель, или бутылки с горячей водой. С приходом «эры электричества» их заменили электрогрелки.

² Температура тела на протяжении каждых суток изменяется примерно на 0,6°С. В дневное время она выше, достигает максимума во вторую половину Дня и снижается до минимума ночью – между двумя и пятью часами утра. Если вы вспомните те случаи, когда не-ложились спать до позднего времени, готовясь к экзаменам или ожидая ночного поезда, то обязательно вспомните и чувство озноба – сигнала, что в этот момент у вас самая низкая температура тела.

³ На самом деле сон без одежды может создать реальные трудности для людей в тропических странах, чьи примитивные жилища лишь минимально Защищают от многочисленных природных угроз джунглей и саванны. Так, некоторые африканские племена, обитающие в районе реки Нигер, спят, Например, в древесно-угольной пыли, так как считают, что это поможет им Уберечься от летающих и ползающих нарушителей сна.

Способствует ли ощущению уюта температура, которая в ней обычно поддерживается?

Действует ли цветовая гамма спальни успокаивающе на ваше настроение или вы находите ее чересчур возбуждающей или откровенно скучной?

Что может поведать обстаноька спальни о ваших личных взаимоотношениях и о ваших жизненных ценностях?

Что, глядя на нее, можно сказать о вашем отношении к сну и сновидениям?

А теперь попробуйте создать в своей комнате «святилище снов»... Интуитивно выберите место... уберите все раздражающие и явно неуместные предметы... поэкспериментируйте, украшая ее любимыми вещами, лучше всего отражающими стороны вашей личности... добавьте те вещи (рисунки, часы, постельное белье и т. п.), которые, по вашему мнению, могут стимулировать сон и сновидения¹.

Для «преднастройки» на запоминание сна необходимы следующие условия:

1) самовнушение в течение дня (например: «Я запомню свои сновидения»);

2) создание условий для запоминания;

3) «ритуШ1ьные» и «магические» процедуры (постановка «якорей», разработка сценария для сеанса самогипноза и т. п.);

4) внимательное и бережное отношение к собственным сновидениям, а также их постоянное обсуждение в течение дня с другими людьми;

5) планомерная работа с ними в рамках программирования. В основе планирования сновидений лежат теория и практика

целевой установки². Мы предлагаем вам следующий алгоритм.

1. Выбирайте конкретные, ясные и осуществимые цели и сроки. Помните, что реальность выбранных вами целей зависит от ваших потенциальных возможностей, а сроки их выполнения – от вашего опыта.

2. Ставьте себе цели трудные, но достижимые. Помните, что ваше мастерство будет расти пропорционально сложности задач, с которыми вам предстоит справляться.

3. Ставьте себе как близкие, так и перспективные цели.

4. Записывайте и оценивайте (свои достижения лучше изображать наглядно, в виде диаграмм, ведя при этом определенную статистику).

¹ Русские дворяне обычно брали в постель маленькую «подушечку-думо'¹" ку», которая «нашептывала мысли».

² Отметим, что исследователи, обобщившие более ста работ по проблемам установки, пришли к выводу, что «полезный эффект установки на выполнение поставленной задачи явился одним из наиболее серьезных и наиболее воспроизводимых в литературе по психологии».

Часто запоминание сновидения в значительной степени зависит .от «правильности» выхода из состояния сна. Мы предлагаем несколько правил, способных сделать его максимально эффективным:

. когда бы вы ни очнулись от сна, будь то в середине ночи или утром, не открывайте глаза и не шевелитесь. Замрите и, сконцентрировав внимание, попытайтесь оживить в памяти сновидение. (Помните, что, когда вы самостоятельно просыпаетесь, это происходит сразу после БДГ-фазы, то есть сразу после сновидения);

. расслабьтесь, дайте волю чувствам – этого часто достаточно для того, чтобы образы только что закончившегося сновидения возвратились;

• учтите, что эпизоды минувшего сна обычно возникают в обратном порядке. Чаще всего последняя сцена стоит во главе всего сновидения;

• вспомнив одно сновидение, постарайтесь воссоздать в памяти все виденное этой ночью;

. НЕ ДУМАЙТЕ И НЕ АНАЛИЗИРУЙТЕ;

• если в течение нескольких минут вы ничего не припомните, попробуйте выполнить следующее: позвольте своей памяти блуждать среди образов близких вам людей, вашей семьи, друзей, других значимых для вас людей – это позволит вызвать ассоциации с недавним сном;

• не забывайте, что дополнительные воспоминания о сновидении часто приходят после изменения положения тела. Поэтому, когда вы чувствуете, что больше ничего не можете вспомнить в том положении, в котором находитесь, не открывая глаз, осторожно повернитесь. Если удается вспомнить что-то новое, позже поэкспериментируйте с позами;

• в течение дня записывайте все фрагменты сна, которые будут «случайно» всплывать;

• в случае, если вы совсем не можете ничего вспомнить, попробуйте просто задавать себе вопросы: «О чем я только что думал?», «Что я только что чувствовал?» и т. д.

Кроме того, существует ряд условий, позволяющих почти полностью запоминать и сохранять в памяти увиденные сновидения.

1. Просыпайтесь в строго определенное время естественным путем.

2. Для пробуждения используйте как можно более мягкие Раздражители (медитативную музыку, записи звуков природы ^и т. д.) или попросите членов семьи осторожно будить вас.

3. Если вы обычно спите вместе (в одной комнате) с другим человеком, попросите его не беспокоить вас до тех пор, пока вы утром не поднимитесь с постели.

4. Всегда держите рядом с собой материал для записей.

5. Рассчитывайте свое время так, чтобы давать себе возможность вспомнить сновидение, позволить ему «настояться» и затем спокойно перейти к дневной реальности.

Проснувшись утром и запомнив сон, но еще пребывая в просоночном состоянии, поработайте с увиденным¹. Например, это можно делать, задавая вопросы какому-то конкретному образу или эпизоду («Кто ты?», «Что ты делаешь в моем сне?» и »Почему ты делаешь это?») либо вопросы ко всему сновидению в целом («Почему мне приснилось то-то и то-то?», «Что ты мне хочешь сказать или подсказать?», «Что мне с этим делать в реальной жизни?») или к своим прошлым, непонятным сновидениям.

В системе гештальт-терапии сновидящему предлагают ставить себя на место каждого образа в сновидении, представляя его чувства, мысли, действия. При этом одни образы будут играть доминирующую роль, другие – конфликтовать, третьи -г нападать и защищаться, что будет иллюстрировать конфликты внутри самого сновидца. Считается, что, когда человеку удается разгадать и уладить эти разногласия, тогда он объединяет все уровни своего существа, формируя целостный Гештальт.

При такой работе огромное значение имеет диалектика «воплощения» и «отстранения», о которой в свое время спорили К. С. Станиславский и Б. Брехт.

Работа человека с образом сновидения (как и работа актера над ролью) включает два противоположных процесса. С одной стороны, человек должен воплотиться в образ, начать жить его жизнью, прийти, говоря словами К. С. Станиславского, от ощущения «себя в роли» к ощущению «роли в себе»². Только поставив себя на место персонажа, представив себе его характер и ситуацию сновидения, человек может проникнуть в него так, что действия и коллизии сновидения, какими бы странными и нелепыми они ни выглядели с точки зрения бодрствующего сознания, стали понятными, естественными и единственно возможными³.

Но «вжиться в образ» («войти в роль») – не означает полностью раствориться в нем и потерять собственное Я. По замечанию

^! Многие люди используют дремотное состояние перед сном, задавая вопросы своим предыдущим сновидениям.

² К.С. Станиславский подчеркивал, что переживание «роли в себе» стимулирует в актере самоанализ, заставляя задавать себе вопрос, какие именно присущие ему как личности живые, человеческие помыслы, желания, положительные качества и недостатки могли бы заставить его относиться к людям и к событиям пьесы так, как относилось изображаемое действующее лицо.

³ «Только побывав на месте Софьи, узнаешь, оценишь силу удара по ее избалованному самолюбию после того, как обнаружился оскорбительный обман Молчалина!.. Надо самому встать на место Фамусова, чтобы понять силу его гнева, озлобление его при расправе и ужас при финальной его фразе: «Ах-Боже мой! Что станет говорить княгиня Марья Алексевна!» (К. С. Станиславский. 19581

Б. Бректа, тот, «кто вживается в образ... и притом без остатка, тем самым отказывается от критического отношения к нему и к самому себе». В этом смысле, чтобы понять и оценить потенциальные возможности сновидной ситуации или персонажа, необходимо отстраниться, рассмотреть их в несколько различных ракурсах, порвав с привычным сознательным убеждением, будто' данный объект не нуждается в объяснении.

Так, исходя из принципа «отстранения», Брехт ставил актеру задачу показать своего героя не только таким, каков он «в-себе» и каким он сам себя представляет, но и в перспективе, каким он мог бы стать: «наряду с данным поведением действующего лица... показать возможность другого поведения, делая, таким образом, возможным выбор и, следовательно, критику» (Б. Брехт, 1965). И как «отстранение» от сценического образа помогает актеру увидеть и раскрыть нечто существенное в самом себе, так и «отстранение» от образа сновидений помогает прояснению внутреннего мира проснувшегося индивида.

Замечательным примером-метафорой подобной работы может служить ответ Иннокентия Смоктуновского на вопрос, как повлияли на него сыгранные роли, особенно князя Мышкина и Гамлета. Сначала артист отвечал, что под их воздействием он стал добрее, а потом пояснил, что Достоевский и Шекспир помогли ему найти в себе доброту и еще какие-то иные качества, о которых он раньше и не подозревал.

Необходимость такой двусторонней рефлексии подтверждает и кибернетика. С точки зрения теории информации, человеческая личность принадлежит к классу саморегулирующихся целеустремленных систем, функционирующих на основе соотнесения информации двух типов: о состоянии среды (ситуации) и о собственном состоянии системы. Таким образом, «воплощение» и «отстранение» – необходимые предпосылки функционирования такой системы (И. С. Кон, 1984).

Если вы преисполнены особого желания, то можете внушить себе просыпаться в течение ночи каждый раз, когда заканчивается сновидение (то есть с периодичностью БДГ-фаз, которые наступают приблизительно каждые полтора часа). При длительной практике вполне возможно, что вы начнете просыпаться после нескольких следующих одно за другим сновидений, вспоминая каждое из них. Хотя, возможно, вы не захотите регулярно выполнять такое требующее значительных усилий упражнение, имейте в виду, что иногда оно приводит к неожиданным прозрениям, значительно увеличивая способность вспоминать сновидения¹.

Как сказал однажды К. Клстансда, «сновидящий способен использовать сны как. выход из ловушки или как щель в бесконечность».

Существует несколько вариантов выполнения этого.

Вариант 1. Попробуйте использовать будильник. Заводите его на время, кратное полутора часам с того момента, как ляжете спать. Это значит, что для пробуждения в отдаленной БДГ-фазе будильник должен зазвонить через четыре с половиной часа, шесть или семь с половиной часов после того, как вы легли слать.

Вариант 2. Вы можете попросить друга следить за вашим сном в течение ночи. Посторонний наблюдатель способен заметить повторяющиеся движения глаз, показывающие состояние сновидения, без всякого прибора и будить вас.

Сновидение лучше записывать сразу же после пробуждения, так как в этом случае сознание сохранит больше деталей и подробностей. Для этого необходимы как минимум две тетради: дневник сновидений и дневник работы со сновидениями.

При выборе этих тетрадей следует соблюдать определенные правила:

тетради должны вам нравиться (или по крайней мере не вызывать негативных эмоций или ассоциаций);

они должны предназначаться исключительно для реализации поставленной цели;

для записи в них лучше использовать разноцветные ручки (еще лучше фломастеры, так как ими можно писать находясь в любом положении) или карандаши со старательной резинкой и пользоваться ими исключительно для работы со сновидениями;

в тетрадях предпочтительно иметь специально отведенные места или вклеенные конверты для вкладывания вырезок, заметок, записок, ксерокопий ит. п.;

и, наконец, тетради должны предназначаться только для личного пользования и всегда быть под рукой в необходимый момент.

Сам дневник сновидений ведут следующим образом.

1. Перед сном вверху страницы ставят дату минувшего дня и предположительное время засыпания. Ниже при желании пишут сформулированную в одном предложении предполагаемую (желаемую) тему будущего сновидения (если это возможно, и ее художественное оформление – рисунок, название возникшей мелодии, запаха и т. п.).

2. После пробуждения описывают сновидение¹, чуть пропустив место для заглавия.

При этом важно придерживаться таких правил: I) если вы запомнили лишь фрагмент сна, все равно запишите его, каким бы бессвязным он ни казался;

¹ Записывать сновидение пред почтительно с закрытыми глазами в настоящем времени, как если бы они происходили в данный момент.

2)* записывайте все, что только сможете вспомнить (даже если это всего лишь ускользающее ощущение);

3) даже если у вас не осталось никаких воспоминаний, спокойно садитесь и начинайте писать: «Я проснулся(-ась)... Я не помню никаких снов. Я чувствую...» Рано или поздно, если вы будете соблюдать это правило, что-то обязательно всплывет в памяти.

4) НЕ ЗАСТАВЛЯЙТЕ СЕБЯ НАСИЛЬНО ВСПОМИНАТЬ

СНЫ;

5) относитесь серьезно, бережно и внимательно к любому

своему сну;

6) отмечайте приблизительное время виденного сна;

7) отдельно для каждой ночи указывайте, какие сны вы видели раньше, а какие позже (то есть в том порядке, в котором они вам припоминаются);

8) озаглавьте ваши сновидения, исходя из их особенностей. После того, как вы записали сновидение, попробуйте проделать с ним следующую работу:

1) отметьте свое эмоциональное состояние после сна и свое актуальное отношение к увиденному сновидению;

2) запишите вопросы к сновидению;

3) зафиксируйте ассоциации и факты предыдущей жизни (особенно предыдущего дня), на ваш взгляд, так или иначе имеющие отношение к увиденному сну,

4) зафиксируйте ассоциации и воспоминания, возникающие в ответ на увиденный сон;

5) дайте краткую интерпретацию;

6) попытайтесь выразить сновидение каким-либо другим способом (в виде рисунка, музыки и т. п.);

7) записывайте в дневник все происходящее в течение дня. что более или менее связано со сновидением¹;

Желательно фиксировать:

1) полное описание процесса и результатов четырехфазовой (или иной) аналитической работы со снами;

2) все ваши размышления, интерпретации, чувства и другую продукцию на тему сновидений;

3) свой персональный сонник с символами ваших снов и их особым, важным только для вас значением;

4) все посторонние материалы, имеющие значение для работы со сновидениями (чужие рисунки, внешние стимулы сновидений, вырезки и т. д.);

5) каталог признаков сна – с целью большего взаимопроникновения сновидения и реальности обыденной жизни, для размывания границ между ними.

1 V.

Признаки сна классифицируются в соответствии с ощущениями спящего по четырем основным категориям.

1. Внутренняя осведомленность – включает то, что Эго спящего воспринимается как происходящее внутри него, то есть как собственные мысли и чувства.

2. Действия – включают действия и движения всех персонажей сновидения. В свою очередь подразделяется на действия Эго (например, «Я иду домой»), действия других лиц («Меня преследует чудовище») и действия объектов («Загорается лежащий на дороге камень»).

3. Форма – делится на форму Эго (например, «Я робот, сделанный из ржавых консервных банок»), форму других персонажей («Красавица из хрусталя, чье лицо меняется каждую минуту»), форму места («Тропинки кривы, как турецкие ятаганы») и форму объектов («Гигантское черное облако»).

4. Обстоятельства – необычное сочетание элементов сна (персонажей, ситуаций, сюжетов и пр.), в то время как в каждом из них в отдельности нет ничего странного. Включает: роль Эго (например, «Мы скрываемся от фашистов»), роли других персонажей («Моя девушка становится ведьмой»), местонахождение персонажей («Умерший человек беседует со мной в нашем доме»), местонахождение объектов («Ванна оказалась на многолюдной улице»), место действия («Я один в открытом космосе»), время действия («Я в детском садике»), ситуация («Я присутствую на сатанинской мессе»).

Полезно применять статистическую методику: записывая сновидения, отмечайте признаки сна, распределяя их по своему каталогу и в конце ранжируя с точки зрения частоты встречаемости¹. Получившаяся иерархия базовых категорий и их основных признаков будет показывать качественные закономерности происходящего актуально психического процесса.

Индивидуация – термин, введенный К. Г. Юнгом для описания процесса, посредством которого человек становится уникальным существом, становится самим собой, тем, кто он есть на самом деле. Аналитическая психология предлагает для достижения этого действовать в двух направлениях.

Во-первых, человек должен избавиться от фальшивых одежд персоны¹.

Во-вторых, необходимо прийти к соглашению с исконными образами (или архетипами) коллективного бессознательного, чтобы они больше не могли «втемную» влиять на поведение.

³ Если несколько категорий встречается одинаково часто, выберите ту, которая вам больше всего нравится.

² Термин, также введенный К. Г. Юнгом для обозначения внешнего со-

ПИЛПКНПГП

Как злы помним, это те мифы и символы, которые согласно К. Г. Юнгу универсальны для всех людей независимо от культуры и исторической эпохи. В отличие отличного бессознательного, содержание которого первоначально осознавалось, но потом было забыто или вытеснено, содержания коллективного бессознательного никогда не были сознательными и приобретены человеком не в ходе личного опыта, а получены как некие родовые качества.

Аналитики юнгинианского направления выделяют особые сны (чаще всего у зрелых и пожилых людей), в которых находят свое отражение различные этапы процесса индивидуации.

Начало такого процесса обычно отмечено снами о наводнениях, землетрясениях, катастрофах и подобных стихийных явлениях, символически отражающих начавшуюся трансформацию психики.

Затем появляются сны о тени^]. В снах отвергаемые особенности или свойства проецируются на другого, которым часто становится «черный человек» (преследование евреев, дискриминация «цветных», остракизм гомосексуалистов – примеры непризнанной тени)². К. Г. Юнг был убежден, что всем нам очень важно вновь признать своей эту тень. Чтобы проработать свою тень, нужно в духе описанного уже метода гештальт-тера-пии отождествиться с каждой зловещей фигурой ваших снов. (Помните, мы сами создали их в своих снах. И любое зло, которое они творят, – это тоже наше порождение). Цедь если человек не признает этого зла как части себя, своей психики и продолжает лицемерно осуждать его в других, с ним происходит странная и печальная трансформация: он сам превращается в того, кого осуждает и отвергает. Именно в раскрытии этой истины и заключается смысл евангельской притчи о «непротивлении злу»³.

Тенью может быть друг, которого вы втайне презираете или которому завидуете. Если вы сексуально раскрепощенный человек, вашей тенью может стать тот, кого вы считаете пуританином. Если вы романтик и непоседа, то очень вероятно,

*" Тенью К. Г. Юнг называл «темные» стороны конкретного человек;! и человеческой природы вообще, которые он отвергает и отказывается признавать в себе.

² Понятие тени вовсе не является открытием XX или XIX века. Еще Платон в сочинении «Республика* писал: «Даже в самых достойных из нас живут чудовищные и совершенно аморальные желания, которые порой обнаруживаются в наших снах».

³ Мы все прекрасно осознаем, что одна из трагедий нашей истории заключается в том, что очень часто люди, желающие добиться социальной справедливости, смотрят на стоящих у власти как но врагов и олицетворение зла. Но как только они побеждают на выборах и сами приходят к власти, то приобретают все те черты, которые раньше осуждали.

что роль вашей тени для вас будет играть скучный человек, живущий прозаической жизнью мелкого чиновника. Если вы добровольно установили для себя шестидесятичасовую рабочую неделю, тогда ваша тень будет томиться в очереди безработных.

Мужчинам может сниться их Анима, не находящая выражения (Таинственная Незнакомка, Беатриче и т. п.). Анимус¹ в женских сновидениях может появляться в виде таинственного чужестранца, рыцаря в блистающей кольчуге, Вячеслава Бутусова или Джонни Деппа, а нередко и в виде целой группы мужчин.

Понаблюдайте, что делает Анима или Анимус в ваших снах... Представьте себе, что вы делаете то же самое в жизни... Мы не можем быть цельными личностями, пока не признаем право на существование той части нашего существа, которая представляет начало противоположного пола. Так, мужчине необходимо принять свою мягкость, заботливость, артистизм, а не стараться спроецировать эти качества на свою Аниму (и тщетно искать ее в реальной жизни). Женщине нужно принять собственную агрессивность, логичность, силу, а не выискивать постоянно эти черты в своем Анимусе и в мужчинах, которые встречаются в ее жизни.

По мере продвижения процесса индивидуации в снах может появляться символика развития – путешествия, дороги, развилки, брод через реку.

На этом этапе в снах непременно участвуют фигуры «мудрого старца» или «мудрой старой женщины». Появление этих архетипов свидетельствует о том, что вы уже почти готовы довериться голосу мудрости вашего внутреннего гуру и перестать приписывать всю мудрость внешним авторитетам, будь то Аристотель, Иисус Христос, Будда, ваш научный руководитель, Эйнштейн или Вселенский Разум.

И, наконец, появляются сны, которые символизируют чистую энергию, или единство всей жизни.

Для работы с процессом индивидуации, проявляющимся в сновидениях, П. Гарфильд рекомендует методику создания персональной мандалы сновидений². Такой подход помогает как

¹ Анима – архетип бессознательной женственности у мужчин; Анимус – архетип бессознательной мужественности у женщин.

² Впервые психотерапевтический мир с идеей мандалы познакомил К. Г. Юнг. В его понимании мандата была чем-то вроде «магического крута», символизирующего стремления человека к обретению единства своей личности. В своих работах он опубликовал несколько рисунков мандал (в основном это были круги, разделенные на четыре части с отчетливо обозначенным центром), сделанных его пациентами, а также им самим. Однако в индийском и D тибетском тантрическом буддизме маидалы предстаачяют собой изобра-

_0Пределенным образом систематизировать образы своих снов, так и прийти к гораздо лучшему пониманию себя. Она пишет: «Процесс изучения нашего персонального языка сновидений и его организации в форме архетипической мандалы может привести к синтезу. Путь мандалы сновидений – это путь внутренней мудрости. Я убеждена, что системы образов, которые рождаются внутри нас, – наши внутренние мандалы – будут являться на свет с тем большей свободой, чем большее внимание мы станем им уделять. Придав образам наших сновидений форму, зримую наяву, мы лучше поймем их богатство, глубже проникнем в их символический смысл и яснее представим себе их связь с конкретной человеческой личностью в ее целостности» (1998).

Если вы хотите поэкспериментировать, то вам в первую очередь понадобится «коллекция» снов,

Упражнение , «Построение мандалы сновидений»

Просмотрите дневник сновидений и найдите образы, которые в свое время произвели на вас наиболее сильное впечатление {вызвали восхищение, страх или прилив вдохновения). Именно такие образы способны оказывать трансформирующее воздействие.

Попробуйте перевести словесные описания этих образов обратно в визуальную форму. Это не значит, что вы должны стать художником. Просто полистайте журналы, книги, альбомы и постарайтесь найти подходящие иллюстрации, пробуждающие чувства, аналогичные тем, которые вы испытали, когда впервые увидели ваших персонажей во сне. Используйте эти фотографии и рисунки или их копии для вашей мандалы сновидений.

Если вы хотите сами нарисовать персонажей своих снов, стремитесь больше передать чувство, которое они вызывают, Нежели их внешний вид. Очень важно, чтобы рисунки эмоционально волновали вас и были связаны с образами ваших снов... Они должны быть выражением ваших внутренних ощущений, ^а не «картинками», подобранными по чисто внешним признакам.

Женне группы божеств, занимающих внутри круга определенные места, соответствующие их взаимоотношениям, В этой связи мандалы в изобразительной _чюрме повествуют о пути через различные уровни сознания – к мистическому единению с источником жизни. Таким образом, мандала выражает Целое эзотерическое учение и служит руководством (тайным кругом медита-Ции) которое можно использовать для осмысления опыта особых состояний

Поразмышляйте над символическим смыслом каждого такого изображения, основанного на образе вашего сна... Обдумайте разные аспекты этого образа и решите, что он для вас значит... Отметьте, какие детали особенно привлекают ваше внимание и какой эмоциональный отклик они у вас вызывают.

Распределите ваши изображения-образы по категориям... Доя этого можно использовать те категории, которые описывались выше, а можно и те, что используются в тибетской буддийской мандале:

Ненависть и гнев (или боязнь того и другого)

Гордыня

Похоть

Жадность, зависть или ревность

Невежество

Восточный Квартал Южный Квартал Западный Квартал Северный Квартал Сакральный Центр

Может быть, в ваших снах встречаются образы, которые, как вам кажется, представляют не сами эти «грехи», а наоборот, «победу» над ними... Используйте их.

Если же предложенная система категорий представляется вам плохо приложимои к вашим собственным снам или вообще неправильной, попробуйте распределить свои сновидческие образы по первоэлементам: вода (например, сны о морских волнах), земля, огонь, воздух и пространство. Или по цветам: синий, желтый, красный, зеленый и белый. Ориентируйтесь на свои внутренние ощущения.

Вы можете начать с одной схемы, пользоваться ею какое-то время, а затем поэкспериментировать с другой или придумать свою собственную. Найдите такую классификацию, которая наиболее близка вам, соответствует текущей стадии вашего внутреннего развития.

Создайте мандалу-обрамление -(пустую матрицу мандалы) для ваших сновидческих образов. Для этой цели можно использовать любой материал¹. Например, вы можете увеличить рису-

¹ П. Гарфильд говорит о том, что мандалы сновидений могут быть изготовлены практически из любых материалов: вытканы на ковре, нарисованы на ширме или на свитке, выложены с помощью изразцовых плиток или в виде мозаичного узора на столешнице либо на полу, вышиты на подушках, одежде, скатертях и т. д. Тибетские буддисты рисуют свои мандалы красками – на ткани или на стенах (в технике фрески). Они делают и временные мандзлы (из цветного песка, кучек риса), а иногда просто изображают мандалы символическими жестами рук. Некоторые мандалы обретают зримую фор!кгу в фигура" танца. Другие представляют собой трехмерные сооружения из дерева или бронзы: они напоминают крошечные храмы; из окон выглядывают божества, похожие па обитателе!! кукольных домиков.

нок пустой мандалы, приведенный в приложении 7, или просто начертить контуры мандалы на бумаге... или нарисовать в цвете, наподобие рекламных щитов... или с помощью компьютера сделать многомерное изображение...

Поместите свои изображения-образы в матрицу мандалы... форма, которую при этом примет ваша мандала, будет зависеть только от вашего воображения и от того, как вы захотите использовать готовый продукт своего творчества.

К одним людям озарение приходит непосредственно в процессе построения мандал... Для других более значимой оказывается последующая работа с мандалами...

Если вы хотите использовать мандалу как вспомогательное средство для медитации, помните, что визуализация всегда начинается с центра. Сосредоточьтесь на центральной точке и представьте себе, что главное божество (изображение сновид-ческого образа) увеличивается в размерах; потом вообразите, что от центральной фигуры отделяются другие божества. Когда сеанс медитации закончится, вся визуализированная вами картина должна опять сжаться в одну центральную точку и как бы раствориться.

П. Гарфильд отмечает: «Мы должны помнить, что завершенная мандала – это всего лишь моментальный снимок одного из моментов нашего развития. Ее можно сравнить с фотографией шестилетнего ребенка: фотография не меняется, тогда как ребенок продолжает расти и развиваться. Все новые и новые образы наших сновидений обретают форму и вновь растворяются в небытии: мы постоянно творим внутри себя постоянно меняющуюся мандалу... и сами путешествуем по ней. В этом и состоит наша связь с великим рисунком Вселенной» (1998).

В 1954 году психоаналитик Эрнст Крис ввел в психотерапевтическую литературу понятие «личный миф», используя его для описания некоторых, ускользающих от наблюдения сторон человеческой личности, на которые психоаналитику следует обратить внимание, если он желает добиться долговременных изменений в поведении. В 1979 году Давид Файнштейн создал концепцию личной мифологии в качестве основного измерения личности, связанного как с устойчивыми мифами конкретной культуры, так и с внутренней психодинамикой человека.

Дик Маклистер рекомендовал использовать сновидения для обнаружения личного мифа человека, определяемого как «повесть, которую мы рассказываем собственной жизнью, то, что пронизывает смыслом и связностью нашу повседневность» (1976). Первыми, кто начал широко применять концепцию личного мифа ^в групповой работе со сновидениями, были Монтегю Ульман и Нэн Циммерман (1985). Они указывали, что одна из функций сновидения – выявление и устранение утративших связь с реаль-

ностью личных мифов путем высвечивания стратегий самообмана, которые человек использует для того, чтобы избежать перехода к новым, более адекватным моделям поведения. Самыми распространенными сюжетами неадекватных личных мифов являются: личная неуязвимость («Я могу справиться со всем, что мир поставит на моем пути»); излишняя самозащита («Любознательность опасна, безопасность – в покорности»); боязнь неудачи («Едва ли я преуспею, не стоит даже и пытаться»). Ульман и Циммерман указывают, что «зазор между истинным и ложным, известным и неизвестным создает субъективную ткань наших сновидений. Некоторый аспект нас самих, который мы считали само собой разумеющимся, теперь подвергается критической оценке. Часть нашей личности, которую... мы считали неуязвимой и нерушимой, теперь оказывается негодной. Личный миф лопнул».

Личные мифологии состоят из постоянно меняющихся систем взаимодополняющих и противоречивых личных мифов – тех устойчивых комплексов мыслей, образов и чувств, что придают смысл прошлому, определяют настоящее и указывают направление для будущего. Личный миф служит человеку для руководства, объяснения и сакрализации опыта аналогично тому, как культурные мифы когда-то обслуживали те же потребности первобытного и античного общества в целом¹. Личная мифология включает в себя все взаимодействующие, порой – взаимоисключающие, мысли и чувства, которые человек питает по отношению к миру как осознанно, так и бессознательно. Эти мифы формируют характер действий, совершаемых людьми, равно как и манеру истолкования ими своего опыта. Миф работает, пока он дает эмоционально удовлетворительное отображение реальности. Он может оказать плохую услугу человеку (и целой культуре), если затушевывает существующие пробелы между чувствами и реальностью (Д. Файнштейн, С. Криппнер, 1988).

Средства массовой информации то и дело напоминают людям, что они окружены чрезвычайно талантливыми соплеменниками, искушенными в тех сферах, о которых прочим смертным мало что известно. При сравнении себя с подобными знаменитостями люди слишком легко склонны оставлять без внимания или преуменьшать собственные творческие возможности. Человек может основательно знать ту область, в которой он является специалистом, но она уже могла перестать быть новой, необычной или вдохновляющей. Умения принимаются как нечто само собой разумеющееся, тогда как уникальные

¹ Антрополог Барбара Тедлок (1991) обнаружила, что в разных культурных сообществах сновидения играют значительную роль в освоении нового эмоци-

способности остаются без внимания. Странствие героя или героини – общераспространенная тема культурных мифоло-рй _ обходится стороной ради тех мифов, что подчеркивают благо привычного и пассивного существования.

Сновидения постоянно вдохновляют человека на свободное самовыражение, на вопиющие преувеличения, на терпимость к неоднозначности. Они нередко разрешают сновидящему совершать ошибки, отбрасывать старые обычаи и предаваться явно непрактичным, необдуманным, безответственным, глупым и грешным занятиям. Сновидения показывают всю нелепость ограничивающих творческое выражение барьеров. Им нет дела до мнения других людей и до тех традиционных способов, которыми они оценивают проекты. Поэтому использованный в сновидении подход к проблеме даже может открыть ранее упущенную стратегию, способную принести успех (С. Криппнер, Дж. Диллард, 1997).

Вообще взаимосвязь состояний сознания, относящихся к сновидениям и к творческому процессу, почти ни у кого из исследователей не вызывает никакого сомнения. Так, Монтагю Ульман (1965), психиатр, получивший международное признание за работу со сновидениями, привел четыре довода в пользу того, почему любое сновидение имеет характер творческого процесса. Во-первых, все сновидения оригинальны. Во-вторых, в них соединяются разнородные элементы, тем самым создавая новые структуры. В-третьих, как и многие другие творческие акты, сновидения являются непроизвольным переживанием. И, наконец, в-четвертых, сновидения содержат символы и образы; способность человека производить их спонтанно демонстрирует творческий потенциал сновидений.

Другое дело, что у слова «творчество» есть множество возможных значений. Для большинства людей творчество означает способность вызывать к жизни что-то новое. Для других оно – не способность, а психологический процесс, посредством которого ранее неизвестные и полезные вещи обретают форму. Для третьих творчество не процесс, а результат. Поэтому определения творчества охватывают широкий диапазон: от идеи о том, как проще справиться с той или иной задачей, до концепции творческого акта как полного осуществления и выражения всех Уникальных возможностей человека. Обобщая их, можно сказать, что имеются по крайней мере четыре аспекта, в которых сновидения пересекаются с творчеством: творческая ситуация, творящая личность, творческий процес и результат творчества.

И. Торренс (1962) дал определение творчества, которое, по-видимому, соответствует тому, что происходит в сновидениях. Он считает, что творчество – это процесс, в основе которого 1 восприимчимость к возможным проблемам, недостат-

кам, пробелам в знаниях, отсутствию необходимых составных частей и несоответствиям. Во время этого процесса выявляются проблемы, происходит поиск их решений, делаются догадки и ■ формулируются общие гипотезы относительно этих проблем. Гипотезы подвергаются многократной проверке, в них вносят необходимые изменения, вновь проверяют и, наконец, сообщают результаты.

Разнообразный опыт изобретателей, деятелей искусства и ученых наглядно показывает, какую роль сновидения могут играть в творческом процессе. Гарднер Мерфи (1958), замечательный исследователь в области психологии личности, построил одну из наиболее полезных для понимания творческого процесса моделей.

Первое: для того чтобы творческий процесс мог начаться, восприимчивый ум готовится к долгому погружению в специфическую среду, такую, как цвет, тон, движение, пространство, время, язык или общественные отношения. У сновидящих этот процесс происходит перед засыпанием, по мере того как они собирают относящийся к делу материал, более избирательно сосредоточиваются на проблеме и могут даже воспользоваться предваряющим засыпание внушением, чтобы вызвать во сне нужный сюжет.

Вторая фаза творческого процесса протекает в форме организации в долговременной памяти своего рода «хранилищ», пополняемых за счет информации и переживаемого опыта, которые структурируются в виде паттернов, находящихся за пределами осознающего ума. Эти «хранилища» могут содержать в себе сочетания цветов, равно как и сочетания линий, которые изображают мир карандашом, пастелью и кистью. Они могут содержать паттерны пространственно-временных отношений, связанных с механикой и технологией. Это также могут быть и общественные взаимодействия, модели лидерства и организации. Как и в случае банков данных, информация из этих живых «хранилищ» не может быть одновременно извлечена в полном объеме, и потому они организованы в находящиеся за пределами сознания системы, из которых люди могут черпать данные по мере необходимости. В творческих, разрешающих проблемы сновидениях эти данные вынашиваются, оставаясь подвижными и легко адаптируемыми.

Третьей стадией творческого процесса согласно Мерфи является озарение. Архимед пережил озарение, когда он выскочил из ванны с криком: «Эврика!» («Нашел!»), обнаружив, что золото вытеснило меньше воды, чем равный по весу кусок серебра. Мерфи замечает, что озарение не обязательно происходит бессознательно. К «хранилищам» опыта, которые он описывает, можно обращаться и осознанно. Но когда озарение

случается в сновидении, ему, как правило, предшествует длительный период погружения в какую-то конкретную проблему _Или область деятельности.

Многим кажется, что инсайтом, или озарением, творчество и завершается. Однако не менее важна четвертая часть – проверка. Работает ли идея? Приводит ли она к большей продуктивности или эффективности? Дает ли она чувство удовлетворенности собой, своей деятельностью? Можно ли доходчиво передать ее другим людям, чтобы и они могли наслаждаться ею? Использовать ее? Воспроизвести ее? Когда сновидения содействуют творческому акту, они не творят чудес сами по себе. Они могут облегчать две средние стадии творческого процесса, но они не подменяют собою таких абсолютно необходимых, как тщательная подготовка и строгая проверка. Когда подготовка материала, его организация,, озарение и проверка используются в единой последовательности, то преимущественно логические, объективные и словесные построения первой и четвертой стадий уравновешиваются по большей части эмоциональными, субъективными и визуальными процессами второй и третьей стадий. Действуя согласованно, они увеличивают вероятность успешного разрешения личных и профессиональных проблем.

Эдуард де Боно (1969), один из самых неутомимых исследователей познавательной деятельности человека, определял понятие «проблема» как разницу между тем, что имеется, и тем, что желательно иметь. Согласно де Боно существуют три вида проблем: те, которые требуют проработки наличной информации или увеличения ее объема; те, которые решаются путем преобразования структур, в которые организована информация, и те, где отвергается само существование проблемы.

Дс Боно замечает, что к решению проблем первого типа можно подойти с помощью логического мышления и/или сбора большего количества информации. Логическое, или «вертикальное», мышление ограничено, поскольку ему нелегко дается порождение новых идей. Два других типа проблем требуют «обходного» (или веерного) способа мышления – скорее, обновления методов использования уже имеющейся информации, нежели сбора все новых и новых данных. «Обходное» мышление реорганизует доступную информацию таким образом, что она образует новый и более действенный паттерн. Подобная реорганизация дает тот же результат, что и интуитивное прозрение.

«Вертикальное» мышление предполагает выбор одного из Двух возможных способов подхода к проблеме. При «обходном», или веерном, мышлении порождается как можно больше вариантов. Мысля «вертикально», движутся только тогда, когда /Шествует напоавление. В «обходном» мышлении движутся для

того, чтобы это направление обрести; человек может не знать, чего он ищет, до тех пор, пока он этого не обнаружит. Творческое решение проблем в сновидениях могло бы быть примером «обходного» мышления.

Как бы там ни было, ведущий специалист в области нейрофизиологии сновидений Хобсон утверждает: «Поскольку сновидения – явление универсальное, они служат доказательством и универсальности художественного переживания. Мы все в наших сновидениях становимся писателями, художниками, кинорежиссерами, соединяя необычные сочетания персонажей, событий и мест, где происходят события, в вязь причудливого переживания... Поэтому я резко возражаю против утверждений о том, что художественные переживания во сне и наяву в своей основе патологичны и являются невротической защитой и бегством от действительности» (1988).

Одну из первых попыток изучения сновидений в контексте творческого подхода к решению проблем предпринял М. Е. Майе (1968), который разослал специальные анкеты восьмидесяти математикам и получил от них ответы. Четверо опрошенных математиков непосредственно изложили сновидения, приведшие их к решению математических проблем, восемь отметили, что правильный вариант решения иногда начинался со сновидения. Пятнадцать человек сообщали, что иногда они просыпались с полным или частичным решением задачи, даже если и не помнили сновидений на соответствующую тему. Еще двадцать два математика заявляли, что осознают важность математической интуиции, хотя сами они не могли припомнить специфических сновидений, относящихся к их проблемам.

Роберт Дейв (1979) попытался определить, могут ли сновидения содействовать решению творческих проблем, собрав для эксперимента группу из двадцати четырех человек, оказавшихся в тот период времени в тупиковой творческой ситуации. Одну группу из восьми испытуемых подвергали гипнозу, вызывали у них «гипнотические сновидения» и внушали им, что ночью они увидят сон, в котором будет содержаться решение их задачи. Участникам другой группы из восьми человек давали инструкции по решению их проблем с помощью рационально-познавательных упражнений мысли. Восемь оставшихся участников просто опрашивали относительно того, что представляют собой их проблемы, они служили в качестве контрольной группы.

Дейв отметил достижение успеха у шести из восьми участников группы «гипнотических сновидений», у одного участника «рационально-познавательной» группы и ни одного случая успеха в «группе опроса».

Майкл В. Барриос и Джером Л. Сингер (1982) опросили сорок восемь испытуемых-добровольцев об их творческих затруд-

нениях, длившихся у большинства, как выяснилось, в течение трех и более месяцев. В перечень проблем входили, в частности, завершение литературных или живописных произведений, реализация профессиональных или образовательных проектов, решение научных или технических задач. Участники эксперимента прошли тестирование, а затем были разделены на четыре группы по двенадцать человек. Для каждой из групп случайным образом выбирался один из четырех вариантов условий эксперимента.

Испытуемым из группы «активного воображения» предлагалось десять предварительных упражнений, а затем они последовательно создавали три воображаемых сюжета, имеющих отношение к их творческой деятельности. Испытуемые из группы «гипнотических сновидений» вводились в гипнотическое состояние, а затем последовательно продуцировали три гипнотических сновидения, касавшихся их творческих проблем. Испытуемые из группы «рационального обсуждения» проходили весьма концентрированную логическую коллективную проверку их творческих проектов. В течение этого обсуждения полностью исключались любые отвлекающие и не относящиеся к поставленной задаче мысли. Испытуемых «контрольной группы» просто косвенным образом поощряли к обсуждению их творческих планов.

Результаты эксперимента показали, что состояния «активного воображения» и «гипнотического сновидения» более.всего способствуют снятию блокировки с творческого процесса. Когда были изучены данные психологического тестирования, то выяснилось, что люди, умеющие управлять своим вниманием и обладающие низким уровнем негативных грез (включающих фантазии вины и враждебности), оказались более других участников способны продемонстрировать положительные сдвиги. Например, находившаяся в группе «гипнотического сновидения» писательница уже публиковала поэзию и документальную прозу, но испытывала трудности с написанием беллетристики. Однако после каждого последующего гипнотического сновидения сюжет и диалоги в ее предполагаемой новелле становились все более совершенными; начали проявляться изначально полностью отсутствовавшие элементы конфликта между персонажами, что наделило сюжет произведения живой плотью. Впоследствии писательница выражала большое удовлетворение написанной вещью.

Таким образом, и сновидения, и личные мифы имеют источником своего развития творческие способности человека. (Д. Файнштейн, 1986). При этом сновидения играют активную роль в постоянно идущем пересмотре личной мифологии человека. Хотя они, возможно, предназначены для выполнения Многих физиологических и психологических функций, одна из

них привлекает к себе наибольшее внимание при работе с личными мифами, а именно – роль сновидений в синтезе , существующей мифологической структуры сновидящего с данными его жизненного опыта. Ульман (1979) замечает: «Наши сновидения служат нам своего рода корректирующими линзами, которые, если научиться правильно ими пользоваться, дают нам возможность видеть самих себя и мир вокруг нас более точно и с меньшими искажениями».

Нередко конфликт в личной мифологии воздействует на поведение, мысли и чувства человека, и в его развитии становится явным кризис мифа. Этот кризис, как правило, происходит, когда преобладающий миф становится столь устаревшим или почему-либо еще неадекватным, что психика порождает контрмиф для того, чтобы по-другому упорядочить восприятия и реакции. Этот процесс долгие годы наблюдался специалистами по возрастной психологии и психологии творчества, хотя они использовали для его описания разную терминологию (С. Криппнер, 1994). Когда это случается, психика оказывается в конфликте: каждый миф становится отдельной психологической сущностью, которая стремится подчинить себе ситуацию, воспринимая и реагируя на свой собственный лад. Обычно этот конфликт между мифом и контрмифом проходит неосознанно. Контрмиф может выкристаллизовываться, развиваясь внутри познавательной системы человека, и всплывает как реакция на ограничения старого мифа. Контрмиф бросает вызов старому мифу, оба они вовлекаются в диалектический процесс, где старый миф представляет собой тезис, а контрмиф – антитезис. Интеграция тезиса и антитезиса называется синтезом¹.

С. Криппнер и Дж. Диллард (1997) выделяют девять различных способов, которыми сновидения обращаются со старыми мифами и контрмифами.

Три из девяти являются попытками с помощью сновидения укрепить старый самоограничивающий миф – особенно в тех случаях, когда он испытывается на прочность.

Во-первых, такие сновидения могут подчеркивать прошлый опыт, который укрепляет старый миф. Например, человеку

¹ А. Маслоу (1976) обращал внимание на то, что отличительной чертой творческих людей, которых рн изучал, была их способность разрешать противореча. «Великий художник может сочетать кричащие цвета, сталкивать борющиеся между собой формы, диссонансы любого рода, сводя все это в гармоническое единство. В сущности, то же делает и великий ученый-теоретик, когда сводит вместёнепонятные и несовместимые факты в стройную теорию. Это справедливо и для великого государственного мужа, и для великого врача, великого философа, великого родителя, великого изобретателя. Все они – интеграторы, способные сводить разрозненные и даже противоречивые элементы в единое целое». Тот же самый процесс характеризует и твор''^сски''

™ытч-1 nmrv ппптПнпгтпятих ЯИЧНЫХ МИ<Ъон_

говорится во сне: «Ты – неудачник, всегда им был и будешь, хоть тебя и повысили в должности».

Второй способ заключается в том, что сновидение может пытаться втиснуть вновь полученный опыт в рамки старого мифа. Например, задержавшаяся в гостях девочка-подросток видит во сне, что ее бранят родители (старым мифом предполагается, что она вполне это заслужила), хотя в реальной жизни се родители никогда себя так не вели.

- Третий способ предполагает, что сновидение предсказывает будущее согласно прописям старого мифа, зачастую – с оттенком неумолимости судьбы. Так, молодой человек, собирающийся покинуть дом подавляющих его родителей, видит сон о самом себе десять лет спустя, по-прежнему живущем в родительском доме. Многие люди неверно истолковывают подобные сновидения, считая их подтверждением старых мифов, хотя они всего-навсего выражают их наличие, а часто даже окарикатуривают их.

С другой стороны, существуют три способа, которыми сновидения укрепляют выросший из слабостей старого мифа контрмиф.

Во-первых, сновидение может вновь проработать старый опыт и истолковать его менее самоограничивающим и более позитивным образом, создающим альтернативу прежнему восприятию реальности. Например, молодой человек, проработавший несколько лет у недалекого и придирчивого руководителя, видит сон о том, что он использует ситуацию наилучшим образом, узнавая на практике, на что он способен, прежде чем поменять работу.

Во-вторых, сновидение может приспособить старый миф к новому опыту, установив тесную связь мифа с контрмифом. Например, только что окончивший вуз специалист может быть разочарован тем, что свою первую практику он получит, по всей видимости, в маленькой сельской больнице. Во сне он видит, сколь многому сможет научиться, работая в «полевых условиях».

В-третьих, сновидение может дать представления о будущих возможностях, придавая им качество исполнения желаний. Например, ребенок, только что попавший в новую школу, может видеть во сне те интересные (или пугающие) возможности, которые ему сулит жизнь с новым классом.

И, наконец, существуют три способа, которыми сновидение может облегчить интеграцию двух мифов. По мере того как текущий опыт сводит их вместе, делая более совместимыми, существенные элементы обоих мифов начинают интегрироваться. Их объединяют силы, борющиеся с диссонансом.

Во-первых, сновидение может высвечивать переживания ^прощлого, где был явный конфликт между мифами, показывая, каким образом оба мифа могли бы быть интегрированы в то

время. Например: пациенту, работающему над разрешением новых проблем, помогает сон, в котором он видит психотерапевтический сеанс, разрешивший некогда в прошлом подобные ¹ трудности.

Во-вторых, сновидение может высвечивать конфликт, по мере того как он возникает в текущих переживаниях, и показывать пути его разрешения. Так, пациенту снится ссора с партнером и способы ее разрешения; внутренний голос советует ему попытаться применить один из них.

В-третьих, сновидение может предвещать разрешение конфликта. Например, женщина, обеспокоенная тем, что ее дети вот-вот покинут родительский дом, видит во сне, как она использует свободное время, как только они переезжают от нее.

Эмоциональная окраска и телесные ощущения зачастую дают сновидящему ключ к пониманию смысла того или иного сновидения. Внушенные старым мифом сновидения обычно ощущаются как пессимистические и безнадежные, они будто бы высасывают энергию и жизненные силы. Контрмиф ощущается как нечто обнадеживающее, оптимистическое и воодушевляющее. Сновидения, связанные с интеграцией или синтезом, обычно дают чувство спокойствия, приятия и уверенности. Разумеется, эмоции и ощущения во сне зависят от мыслей и чувств сновидящего.

Нередко сегодняшний синтез уже назавтра может стать старым мифом, верованием, темой или сценарием, постепенно теряющими пригодность по мере того, как человек продолжает развивать свои скрытые возможности. Сновидения способны обеспечить человеку доступ к процессу его текущего развития, позволяя ему творчески использовать каждый шаг на пути самопознания.

Как только обучишься на этом основании истолковывать сновидения, можно быстро определить наличие любого из девяти возможных вариантов¹. Бывает, что не появляется ни один из них, а иногда в сновидении присутствует сразу несколько вариантов. Кстати, эта система наглядно показывает пользу работы с сериями сновидений, поскольку борьба между старым мифом и контрмифом по времени продолжается дольше, чем один сон.

¹ Эта система отчасти соприкасается с другими теориями сновидений. Так, с точки зрения адлерианцев, можно было бы сказать, что контрмиф – это попытка психики разрешить трудности, возникшие вокруг дилемм, созданных старым мифом. Фрейдовский тезис об «исполнении желаний» сходен с контр-ХЯфом в той же мере, что и компенсаторные сновидения Юнга, в которых якобы проявляют себя недоразвившиеся стороны психики. Воззрения геш-тальт-психологов на элементы сновидения как на конфликтующие структуры психики сосредоточиваются именно на аспекте конфликта.

Однако нельзя утверждать, что абсолютно все сновидения вращаются вокруг личной мифологии. Оснований для этого не больше, чем для заявлений, будто сексуальные сны клиентов психоаналитиков доказывают справедливость теории Фрейда, а компенсаторные сны клиентов Юнга – положения его теории. М Ульман (1978) предполагает, что все теории сновидений в своей основе являются метафорами бодрствующего сознания, служащими для выражения в сжатой форме того, как психотерапевт предпочитает воспринимать и понимать трудности своих клиентов. Если метафорические конструкции терапевта хорошо сочетаются с метафорическими образами в сновидениях его пациента, между ними возникает чувство взаимопонимания.

Разумеется, Ульман считает, что профессиональная помощь необходима в тех случаях, когда самообманы, выражающиеся в личных мифах сновидца, столь навязчивы, что человек не способен понять того, что видит во сне. Но человек, знакомый со своими внутренними процессами, может воспринимать личные мифы, проявляющиеся в сновидениях, как неисследованную часть своей психики, побуждающую к развитию. Личные мифы подчеркивают достоинства и возможности человека, реалистически подходя к имеющимся у него недостаткам. Они могут разрешать полярные противоречия и способствуют развитию здорового диалектического процесса, приводящего сновидца к более высоким уровням синтеза.

Если увиденный вами ночью сон оставил от себя ощущение огромной важности или значимости, попробуйте проделать следующее упражнение.

Упражнение «Воспоминание сновидения»

Сидя в одиночестве где-нибудь в общественном месте в Период наибольшего затишья в ваших повседневных делах, наблюдайте за собой и за окружающими.

При желании (если это будет уместно) можете войти в легкое особое состояние сознания.

Наблюдайте за другими людьми вокруг вас и повторяйте про себя: «Все люди видят сны».

Обдумывайте смысл этой фразы и пытайтесь представить себе, что именно окружающие вас люди могли увидеть в своих снах прошлой ночью.

А теперь задайте себе вопрос: «А что я видел (-а) во сне прошлой ночью?..»

Можно также вступить в разговор с «отсутствующим» сном.

Упражнение «Диалог с отсутствующим сном»

Войдите б особое состояние сознания.

Обратитесь к исчезнувшему сну. Скажите ему, что вы думаете по поводу того, что не можете его вспомнить. Скажите ему, чего вы от него хотите.

Побудьте в роли сна. Возможно, вам захочется оправдаться, обвинить спящего, сказать ему, что он сам не хочет помнить сон, и пр.

Смените несколько раз роли.

В этом случае существует еще одно упражнение, которое лучше всего проводить в группах.

Упражнение «Придумывание сна»

Войдите в особое состояние сознания.

Придумайте сон, который мог быть у каждого из присутствующих.

Поработайте над каждым из этих «снов», как будто этот «сон» на самом деле приснился.

В принципе, можно научиться не только запоминать сны, но и вызывать их «по заказу». Если, положим, вам не удалось разгадать смысл какого-то сна, то вы можете обратиться к Источнику Снов (на самом деле это условное имя – вы вольны назвать его как-то иначе), чтобы он послал вам другой сон, объясняющий первый. В этом случае, так же как и при запоминании сновидения, нужно перед сном дать себе установку.

Упражнение «Заказ сновидения»

Войдите в особое состояние сознания.

Скажите себе: «Мой сегодняшний сон объяснит мне значение вчерашнего. Как только я проснусь, я сразу же запишу его».

Вы также можете попросить у Источника Снов, чтобы он повторно послал вам какой-то важный или приятный сон. Кроме того, к Источнику Снов можно обращаться и с просьбой дать ответ на определенный вопрос или помочь принять какое-то решение. Необходимо учитывать, что Источник Снов –

очень.творческая натура. Идеи многих изобретений и художественных произведений возникли именно во сне¹.

Мы думаем, ни у кого не вызовет сомнения важность работы с такой распространенной проблемой, как «кошмарные» сновидения. Иногда они вызываются враждой между различными субличностями человека. Если удается обнаружить такой конфликт и отыскать пути примирения и удовлетворения потребностей противоборствующих сторон, то происходит огромное высвобождение заблокированной до этого энергии².

Как советует известный психотерапевт американка Дж. Рек-ну-отер (1992), если вам снится кошмар и вы каким-то образом осознаете, что это лишь сон, обязательно продлите его действие... Не говорите себе: «Это всего лишь сон»... Не просыпайтесь... Посмотрите прямо в лицо опасности...Не убегайте... Если ваш противник увидит вас исполненным силы и стойкости, он может отступить и превратиться в «бумажного тигра»... А может, вам придется вступить с ним в смертельную схватку... И если такое случится, знайте, что вы можете призвать себе на помощь друзей или сказочную крестную мать (в конце концов, во сне возможно все)... Еще лучше, если вы сумеете обратить врага в своего союзника... Очень важно, чтобы вы остались целым и невредимым... Из опыта такой борьбы, на которую вы пошли, зная, что реально вам ничего не угрожает, можно извлечь очень ценные уроки³.

Для этого нам бы хотелось порекомендовать систему отношений к сновидениям, выработанную у индейцев племени сенои (Малайзия).

Это племя активно изучалось в ЗО-х годах К. Стьюартом и X. Д. Нуном; они выявили, что для синоев была характерна

¹ Августу Кекуле во сне пришла идея представить формулу бензола в виде , Кольца («змеи, кусающей саму себя за хвост»), что положило начало химии Красителей и фармацевтических соединений. Д. И. Менделеев открыл таким образом свою периодическую систему элементов. Огто Леви получил Нобелевскую премию за открытие механизма, с помощью которого нервная система регулирует сердечные сокращения, – оно было результатом двойного сна. «Божественная комедия* Данте, вторая часть «Фауста» Гете, «Кубла хан» Колриджа были навеяны снами. Есть достоверные доказательства, что именно Под влиянием снов творили В. А. Моцарт, Р. Шуман, Р. Вагнер, Л. Н. Толстой, Э. По, К. Сеп-Саис, В. Ван Гог, Г. Гейне, Вольтер.

² Отметим одно из неприятных последствий приема барбитуратов в качестве снотворного (и привыкания к ним): когда человек вдруг отказывается от них, возникает эффект «маятника быстрого сна», другими словами, резко Увеличивается количество кошмарных сновидений в течение ночи. Чтобы подобного не происходило, нужно сокращать прием снотворного постепенно (примерно на одну терапевтическую дозу за семь-десять дней), стремясь полностью избавиться от таблеток и вызываемых ими вторичных нарушений сна.

³ Дж. Кришнамурти писал: «Мы нуждаемся в энергии не только для того, чтобы совершить тотальную революцию в самих себе, но и для того, чтобы исследовать, видеть, действовать».

жизненная философия сотрудничества, у них не было душевнобольных, и огромное внимание они уделяли снам. Каждый день за завтраком взрослые поощряли детей рассказывать о своих снах. Затем детям давали советы, как вести себя в сновидениях на следующую ночь.

Основные правила синоев, касающиеся контроля над сновидениями, гласят:

1) в сновидении всегда необходимо противостоять опасности;

2) обязательно нужно настраиваться на приятные ощущения;

3) всегда следует добиваться позитивного и творческого результата.

Синои выделяют пять видов взаимодействий в сновидениях и соответственно правил поведения.

Агрессивные взаимодействия

1. Если вы являетесь жертвой, вам следует стать «ответно агрессивным»: атаковать своего врага в сновидении, если необходимо, сражаться насмерть, призывать на помощь друзей (а пока они не прибудут, бороться самостоятельно).,

2. Любой образ сновидения, который агрессивен по отношению к вам или просто отказывает в помощи, должен считаться врагом.

3. Персонажи, которые объявляют себя друзьями, но затем атакуют вас или не хотят помогать, лишь маскируются под таковых.

4. Враги в сновидениях живут до тех пор, пока вы их боитесь.

5. Если образ сновидения аморфен, вы можете двигаться по направлению к нему.

6. Если в сновидении образ друга агрессивен, то сообщите об этом другу, когда проснетесь, чтобы он мог исправить положение.

7. Если вы сами были агрессивны или не хотели помочь другу в сновидении, то после пробуждения проявите свое расположение к нему.

8. Если в сновидении знакомый вам человек подвергается опасности, то после пробуждения предостерегите его (в следующих снах убейте агрессора, прежде чем у того появится возможность атаковать).

9. Правильные конкретные действия в сновидении позитивно отражаются в реальной жизни.

Подарки

1. Если вы победили врага в сновидении, потребуйте от него подарок, который может быть изобретением, решением проблемы или произведением искусства (стихотворением, какой-то историей, песней, рисунком и т. п.).

2. Торгуйтесь, если это необходимо, чтобы получить подарок.

3. Ценность подарка будет такой, какую вы ему придадите после пробуждения.

Сексуальные контакты

1. Если вы ощущаете приятный сексуальный контакт, продлите и усильте его.

2. Если во сне происходит половой акт, доведите его до оргазма.

3. Не бойтесь того, что может показаться неприличной или извращенной любовью, так как это часть вашего Эго, которое нуждается в воссоединении.

4. Попросите подарок у своего любовника в сновидении.

Полеты или падения

1. Если вы падаете, заставьте себя продолжать спать, расслабьтесь и приземляйтесь.

2. В следующих снах постарайтесь больше летать, чем падать.

3. Если вы летаете в сновидении, попробуйте продлить это состояние, более полно переживая приятные ощущения.

4. Независимо от того, летите вы или падаете, постарайтесь прибыть в какое-нибудь интересное место.

5. Ищите и запоминайте прекрасное или полезное в этом месте.

Дружба

1. Если образы сновидения дружественны вам, примите их помощь.

2. Выразите признательность за их дружественность.

3. Попросите у них подарок.

4. Используйте подарок и делитесь с окружающими тем, что вам подарено.

5. Попросите наиболее дружественный образ стать вашим

Хранителем.

6. Если вам снится еда, поделитесь ею с дружественным персонажем сна.

В ситуации, когда сновидения пациента бедны, его можно научить видеть сны в трансе или во время нормального сна (с помощью постгипнотического внушения). Этой цели служит Методика внушенных лечебных сновидений по К. И. Платонову ('930). Содержание внушенного сновидения отвечает содержанию патогенетических факторов, способствуя образованию

у пациентов новых, положительных установок¹. Так, например содержание внушенных сновидений, применяемых при алкоголизме для воздействия на остаточные явления влечения к ал-' коголю, противоположно алкогольным сновидениям (Г. В. Зе-невич, С. С. Либих, 1965). Больным с фобиями внушаются сновидения, в которых они видят себя легко и свободно выполняющими действия, которые в клинической картине связаны у них со страхами.

Понятно, что посредством внушения содержание сна можно связать с теми или иными общими или частными проблемами. Если желаемого удается добиться хотя бы однажды, обычно оказывается, что пациент обретает способность видеть сны и вне особого состояния сознания. Особые состояния сознания можно использовать также для воспроизведения забытых элементов сна, выяснения деформаций, цель которых состоит в сокрытии значения сна («вторичная обработка»), и для того, чтобы облегчить папиенту постижение (через значение снов) его отношения к другим людям и компонентам его повседневного бытия.

Особые состояния сознания могут спонтанно актуализировать те сны, которые оказались забытыми, поэтому он показан пациентам, которые не могут запомнить свои сны. Сновидения в особом состоянии сознания бывают спонтанными и отражают неосознаваемые установки, воспоминания, чувства и конфликты. Они могут раскрыть пациенту значение пережитого в тран-совом состоянии, а также деформацию его отношения к психотерапевту, обусловленную тем, что он путает последнего с авторитетными лицами из собственного прошлого.

Со сновидениями возможна и групповая работа. Так, М. Ульман (1996), считая главным компонентом работы со сновидениями образование терапевтического социального поля, предлагает следующую методику обсуждения сновидений в малых группах.

Первая стадия – один доброволец обсуждает сон, представляя насколько возможно полный отчет о сновидении, как оно вспоминается, без ухода в ассоциации и без интерпретативных комментариев. Следует подчеркнуть, что решение обсуждать сон – свободный выбор сновидца. Никто не препятствует обсуждению сна, не ограничивает время, какое оно займет. Единственное препятствие, которое может возникать, состоит в обычных проявлениях динамики во время работы в группе.

¹ Аналогичные методы существовали и в прошлом: так, более тысячи лет назад буддийские священники шептали на ухо спящим монахам религиозные тексты, которые те были не способны усвоить наяву. В Эфиопии сыщики в состоянии сна успешно осваивали подробное описание примет преступников. В 1922 году в США успешно предпринимались попытки обучения во сне тслешаФному kojiv.

Вторая стадия – это упражнение или игра, где каждый делает сон своим собственным. Члены группы обсуждают друг с другом нюансы чувств и настроений, возникающие фантазии и, таким образом, вдыхают метафорическую жизнь в сон, предлагая из своего собственного опыта и воображения идеи о том, как воображение может быть связано с возможным жизненным' опытом. Они говорят о сне в первом лице, адресуются друг к другу, а не к сновидцу, и все, что происходит, рассматривается как их собственные проекции. Проецируя мысли и чувства на образы, они создают резервуар возможностей в надежде, что некоторые из них могут иметь значение для сновидца. Сновидец не участвует активно, но его психика совершенно свободна принимать и отвергать все, что приходит от группы.

В конце этой стадии сон возвращается к сновидцу, которого затем приглашают отреагировать. Сновидец волен высказывать свой ответ любым способом, какой выберет, и обсудить его на самом комфортном уровне самораскрытия. В этот период сновидец все время отвечает за расстановку границ.

К этому времени он обычно начинает двигаться дальше в сон. Если сновидец хочет продолжать, возникает диалог, при этом члены группы просят его извлечь как можно больше ассоциаций, связанных с образами сна. Вопросы только помогают сновидцу исследовать свою психику, поэтому он волен отвечать или не отвечать на них. Первая задача вопросов – дать возможность реконструировать и исследовать эмоции, которые переживал сновидец ночью во сне.

Затем сновидец зачитывает сон, одну сцену за другой. Он имеет теперь первоначальную информацию, собранную, когда сон был первый раз возвращен, плюс дополнительную информацию относительно текущего жизненного контекста, который члены группы использовали на первой стадии диалога. При большей контекстуальной ясности сновидец теперь может построить дальнейшие смычки между сновидным воображением и недавними эмоциональными остатками. Цель игры со сном, таким образом, – контекстуализировать сон дальше до степени, когда сновидец осознает те аспекты своего жизненного опыта и личности, которые скрыты за визуальными метафорами, развившимися во сне.

Конечная стадия наступает тогда, когда члены группы свободно предлагают «оркестрирующие» проекции сновидцу. Если кто-то в группе видит связь между образами сна и информацией, сообщаемой сновидцем, а связь еще не увидена самим сновидцем, он может ее предложить. Она будет оставаться проекцией, пока не подтвердится сновидцем.

Во время всей работы члены группы ориентируются на Удовлетворение двух основных потребностей сновидца: потреб-

ности в чувстве безопасности и потребности открыть, «что сон говорит такое, что было бы трудно открыть самому». Общая цель заключается в том, чтобы помочь сновидцу получить всю подходящую информацию и таким образом создать возможность, чтобы такая связь возникла сама. Во всех отношениях группа функционирует как катализатор в попытках помочь сновидцу извлечь наружу то, что скрыто в его воображении. Реальность, схватываемая во сне, привносится в режим бодрствования через социальный процесс, который предлагает поддержку и стимулирует сновидца. По мнению М. Ульмана, это ведет к значительной и полезной перерегулировке самовосприятия сновидца.

Как видно, еще одним способом работы с бессознательным в особых состояниях сознания является активное воображение (Active Imagination).