Сванидзе А.А. (ред.) - Город в средневековой цивилизации Западной Европы. Т. 3. - 2000

блюдала чудеса, происходящие с орудиями палача - веревкой или лест­ ницей, - и могла подтвердить невиновность осужденного. В такие мо­ менты горожане, как бы вовлекались в судебную процедуру, с их мне­ нием чиновники обязаны были считаться. Если же этого не происходи­ ло, толпа могла взбунтоваться и помешать проведению казни. Видимо, именно такие действия толпы побудили парижского прокурора заявить в 1406 г.: “Те, кто мешает казни приговоренных к смерти, совершает тягчайшее преступление (hault crime maxima)”.

Впрочем, свидетельство зрителей о божественном вмешательстве в дела светского суда не сразу освобождало преступника от уголовной от­ ветственности. Горожане в данном случае были всего лишь свидетелями и могли требовать не отмены смертного приговора, а пересмотра дела, т.е. продолжения следствия. Однако единство мнений судебных чиновни­ ков, выносивших приговор, и горожан, собравшихся посмотреть на его исполнение, было необходимо. И те, и другие должны были прийти к вы­ воду о необходимости и справедливости смертной казни в каждом кон­ кретном случае. Только так достигалась третья цель подобной процеду­ ры - единение разобщенных индивидов с целью защитить жизнь свою и своих близких от опасности, исходящей от мира преступников.

Присутствие зрителей при экзекуции требовалось не только осуж­ денному. В неменьшей степени оно было необходимо и судебным вла­ стям, ибо наказание не оканчивалось в момент смерти преступника на виселице. Душа умершего человека продолжала страдать и после окон­ чания официальной процедуры. По закону труп нельзя было похоро­ нить на кладбище, и он оставался на виселице по многу лет до полного разложения. (Незнание этого обычая нередко порождает мнение, будто

всредние века смертная казнь была распространена наиболее широко, что свидетельствует об особой жестокости правосудия той эпохи. Дей­ ствительно, виселицы редко пустовали, но по другой причине).

Вособо важных случаях, когда состав преступления того заслужи­ вал, тело осужденного на смерть подвергалось расчленению, что симво­ лизировало невозможность воскрешения даже в Судный день. Напри­ мер, уже упоминавшемуся Колине дю Пюизо были отрублены голова, руки и ноги и выставлены на всеобщее обозрение “на главных воротах Парижа”, а тело в мешке вывешено на виселице. Части тела могли так­ же отправить на непосредственное место преступления, как поступили

вконце XIV в. с несколькими французскими сеньорами, перешедшими на сторону англичан. Их тела остались висеть в Париже, а головы “бы­ ли отправлены в Нант в Бретани для того, чтобы выставить на воротах за предательство по отношению к этому городу и на вечную память (а perpetuel memoire)”.

“Вечная память” о свершившемся преступлении и наказании за не­ го не только возвращала горожанам уверенность в том, что они восста­ новили нарушенный порядок, покарали виновного и вновь обрели мир

испокойствие. Созерцание на протяжении долгих лет полуразложившегося трупа на виселице в первую очередь должно было служить на­ поминанием о недопустимости повторения подобного преступления другими людьми. Смертная казнь в средние века выступала, таким об­

360

ЭТИ РАЗНЫЕ, РАЗНЫЕ, РАЗНЫЕ ГОРОДА-

ИЗ ЗАПИСОК ПЕРО ТАФУРА

Перо Тафур - кастильский идальго, предпринявший в 1436-1439 гг. путешествие по всему Средиземноморью, а также по немецким землям. Около 1453-1454 гг. он описал его в книге “Странствия и путешествия одного кастильского идальго”.

Венеция

...И в этот день Вознесения устраивается у них громаднейшее празд­ нество, и выставляют они на показ все свои сокровища, как казну Свя­ того Марка, так и множество драгоценностей по [всем] улицам в воро­ тах домов, а менялы - груды золотых и серебряных монет; мужчины и женщины одеваются очень богато, со множеством украшений огромной ценности. В этот день дож выходит во всем своем великолепии, с папски­ ми и императорскими церемониями, и считается, что именно в этот день завоевал он себе право на них, и устраиваются огромные шествия, и по­ сле мессы выходит со всем клиром и идет к морю, и все выходят в море; дож и синьоры плывут на фусте, которая называется Буцентавр, она на треть длиннее галеи и в два раза шире, и те, кто гребет, находятся под навесом, так что их не видно, и покрыта вся фуста очень дорогими зла­ тоткаными покрывалами, а пол - драгоценными коврами; и там, если случается быть там каким-нибудь иноземцам или людям, пользующимся почетом, везут их с собой, с крестами и развернутыми знаменами, бога­ то украшенными золотым шитьем; и кажется, что моря и не увидишь, так заполнено оно фустами; и подходят они с моря, и проплывают в ви­ ду замков, где вход в гавань, и там, произнеся определенные молитвы, прелат благословляет и кропит святой водой, и дож снимает кольцо, ко­ торое у него на пальце, и бросает в воду; и говорят они, что это древняя церемония, обручать землю с морем, чтобы смягчить его буйство, ибо посреди моря утвердились они, и все, что только есть у них, возится по морю. Ни один из находящихся [в Венеции] кораблей не может отплыть раньше часа [завершения церемонии], и вот, когда все это заканчивает­ ся, они, получив благословение, раскрывают паруса и отправляются в путь, и это прекрасное зрелище. А дож со всеми людьми возвращается к островку между Замками, где находится замечательный мужской мона­ стырь, и там сходят они все на землю, и пируют с дожем за его счет, и устраивают разные игры, и вечером возвращаются в город.

В этот день я ходил смотреть казну Святого Марка, и были со мной одни люди из города, которые сделали так, что показали мне всю каз­

362

ну, хотя оно все у них выставлено; и видел я там великое богатство, в особенности жемчуг и драгоценные камни, видел я там много рубинов,

имного алмазов, и много балахов, среди которых было три балаха в трех подсвечниках, таким образом вставленных, что можно было взять их в руку и рассмотреть, и было несколько митр, как у епископа, все ук­ рашенные жемчугами и каменьями, и семь или восемь вещей вроде серебряных палиумов, таким же точно образом покрытых каменьями и жемчугами, и множеством золота и серебра, и даже, говорят, был там кусочек карбункула, и такое это богатство, какого я никогда не виды­ вал; есть там как бы ретабло, которое называют они Пала, все покры­ тое золотом и драгоценными камнями; и не стоит больше писать об этом, потому что это очень растянет повествование. (...)

Город Венеция очень населенный, занимает весьма большое про­ странство, застройка в нем очень тесная; говорят, что в нем семьдесят тысяч горожан, но иностранцы и прислуга, в особенности рабы, в большом изобилии; у города нет стен и ни одной крепости, кроме тех двух Замков, закрывающих гавань с моря, ибо там все их укрепление,

иесть у них цепь от одного до другого [замка], на которую они пола­ гаются, и даже если бы навалился на них весь мир, они были бы в пол­ ной безопасности, затопив наву в канале между двумя замками. Город построен на море, и улицы созданы человеческими руками там, где плавают корабли, а в некоторых частях набережная, как улица, где люди ходят пешком, а на некоторых узких улицах, куда не могут вхо­ дить корабли, мосты; и, как в Кастилии у каждого есть лошадь, чтобы ездить верхом, у каждого из них есть кораблик и юнга, который гре­ бет, а также стережет [кораблик], и точно так же, как кичатся у нас хорошим конем и благородным хорошо экипированным оруженос­ цем, у них кораблики украшаются коврами, а если плывет больше двух человек, ставится палатка с сидениями. Дороги из города на ма­ терик созданы человеческими руками там, где могут плавать [только] маленькие корабли, ибо недостаточна та глубина для большого кораб­ ля из-за отмелей и банок, так что тяжелому кораблю не подплыть и ни выйти, а лошадям тем более, ибо там море, и потому считается, что это лучшая крепость в мире; и барки ездят на материк за всем необхо­ димым, даже за водой; и есть у них там огромные барки, наполненные песком, и есть у них в днище отверстие с затычкой, и когда находится барка в реке с пресной водой, вынимают они затычку и наполняется [барка водой] насколько хватает груза, и затем затыкают ее, и так привозят воду для своих нужд, хотя в городе по несколько цистерн в каждом доме, и много общих, построенных из кирпича над морем, и так хорошо устроено это, что от той воды из цистерн, которой я запас­ ся, когда отправлялся в Иерусалим, мне никогда не было плохо, и не воняла она, как иная; было бы долго описывать способ, как она у них хранится.

Вэтом городе много церквей и монастырей, очень богатых, с вели­ колепными постройками, среди которых главная и старшая - церковь Святого Марка, которая самая старшая и глава всему; она построена на греческий манер, из капелл, покрытых сверху свинцом, с золотыми яб-

363

доками, и внутри изысканная и роскошнейшая золотая мозаика, и пол тоже из той же мозаики, только грубой и разноцветной; у главных врат, вверху над арками находятся четыре больших коня из позолоченной бронзы, и позолота весьма толстая; они привезли их и водрузили туда ради величия, когда завоевали Константинополь. И напротив этих врат находится обширная площадь, большая, чем в Медине-дель-Кампо, вся вымощенная кирпичом, а вокруг все дома с лоджиями и с портиками, и там каждый четверг устраивается базар, куда лучше, чем рынок в Тор- ре-дель-Кампо, селении близ Хаэна. На краю площади стоит башня, та­ кая же высокая, как в Севилье, увенчанная крестом из чистого золота, из какого делют дукаты, и это необыкновенно красивое зрелище; когда погода солнечная, оттуда видно на восемьдесят миль; и там висят коло­ кола, которые звонят, и все знают, какой к мессе, какой к ночному мо­ лению, какой к совету по прошениям, как называют они аюнтамьенто, какой для вооружения флота; обо всем этом они знают. На краю пло­ щади со стороны моря стоят две очень массивных и очень высоких ко­ лонны; на верху одной находится святой Георгий над драконом, а на другой святой Марк, герб и покровитель [Венеции]; эти колонны также были привезены из Константинополя, и говорят, что не могли их уста­ новить, и тогда один кастилец пообещал установить их и установил, и велели спросить его, чего он хочет, и дадут ему; и сказал он, что хочет лишь того, чтобы над тем, кто находился бы или прикасался к несколь­ ким ступенькам, что вокруг тех колонн, не имело бы власти правосудие, какое бы преступление он ни совершил; там пройдохи играют в кости, или занимаются другим плутовством, хваля того, кто дал им такую сво­ боду. Между этими колоннами и церковью Святого Марка находится большой дворец Синьории, и в одной его части размещается дож и все его семейство, а вторая открыта для тех, кто хотел бы ее осмотреть, и также та огромная зала, где, как я сказал, изображена в красках исто­ рия папы и императора, и здесь [дож] заседает с советом, и другие рос­ кошные залы, которые там есть, [тоже доступны]; и там вершится пра­ восудие, и там у них тюрьма, и есть там в галереях против большой пло­ щади несколько мраморных столбов, и на трех цветных вешают идаль­ го, а на остальных прочий народ; и в тех галереях иностранцы склады­ вают свое оружие, так же лежат там шкуры нескольких тварей, назы­ ваемых крокодилами, которых султан Вавилона в качестве удивитель­ ной вещи прислал в подарок Синьории; дворец этот замечателен.

У венецианцев есть закон, что избирать дожем и предоставлять службу в управлении можно только тому, кто является идальго по про­ исхождению, и пожизненно, если не совершит он чего-либо, за что ли­ шают его службы; и каждое воскресенье после обеда на той высокой башне, о которой я говорил, бьют в колокол совета по прошениям, то есть аюнтамьенто, и приходят все идальго, и там сообщают им обо всем, что произошло за прошедшую неделю, как в управлении, так и в отношении гражданских и уголовных дел, все, за исключением [вопро­ сов], большей частью военных, [находящихся в ведении] тайного сове­ та, состоящего из дожа и выборных; и похоже все это на королевский двор, и у ворот дворца столько барок и прекрасно экипированных юнг,

364

как у нас лошадей; и после всего этого выходят они из дворца и разъез­ жаются по домам. В общественном управлении придерживаются они следующего образа действия: ни один гражданин не может купить вина и хлеба, муки и масла, других продуктов, но только иностранцы и бед­ ный люд, и им отдается это по такой цене, что кажется, что ничего не зарабатывают те, кто везет все это с края света, потому что Синьория оплачивает это, чтобы было изобилие и, как я уже говорил, чтобы не испытывали иностранцы и бедные недостатка в этом. Действительно, управление у них таково, что никогда не видывал я ни столь обеспечен­ ной земли, ни столь большого рынка пропитания; кажется, что плоды, родящиеся в Испании, у них столь же свежие и столь же дешевые; и то же самое с плодами, привозимыми из Сирии, или, например, из Индии, ибо плавают эти [венецианцы] по всему миру, и вместе с товарами все­ гда привозят и продовольствие для людей; это богатейшие люди, и ве­ дут они огромную торговлю, при небольшой выгоде получая очень много, а тот, кто покупает, получает это по хорошей цене.

Дома в этом городе весьма замечательные, очень высокие, с боль­ шим количеством комнат и множеством печей, и кичатся они богатыми порталами и окнами, обращенными на улицу, богато украшенными зо­ лотом и изразцами, облицованными мрамором; и есть государи из ближних, или даже дальних земель, которые гордятся тем, что стали го­ рожанами, рассчитывая на благосклонность [Венеции], когда будет в этом необходимость, как, например, король Кипра, маркиз Феррары, маркиз Мантуи, маркиз Монферрато; и многие другие сеньоры и ка­ бальеро имеют там великолепные дома. Я видел кардинала Кипра, бра­ та короля, который жил там в доме своего брата и собирался отбыть на Кипр, и галея, которая должна была его везти, была привязана у ворот его дома, и там взяла она его на борт и повезла его по городу; и также другие малые и большие корабли привязываются у ворот своих сеньо­ ров. Есть в этом городе замечательные монастыри, роскошные и вели­ колепно отделанные, и их в Венеции очень много, мужских и женских монастырей более восьмидесяти, а церквей более пятидесяти. Есть там также много реликвий и святых останков: тело святой Елены, святой Марины, часть ноги ниже колена святого Христофора, и множество ко­ стей Невинноубиенных Младенцев, и другие бесчисленные реликвии, привезенные из Константинополя, когда его завоевали. В общем это очень богатый народ, и видел я, как устроили они празднество на мас­ леницу в главном дворце дожа, и наделали они масок, и приплыли по морю две галеи, и изображали они, что на одной плывет император, и было с ним тридцать кабальеро, одетых в парчовые одежды, а на дру­ гой магистр Родоса, одетый в черный бархат; и они принимали дам, об­ лаченных в парчу и украшенных роскошнейшими драгоценностями, и видел я человека, который трижды менял наряд в тот день, и даже это не было слишком, и были то средние люди города, а не лучшие или са­ мые богатые, но праздник был так хорош, что лучше и не сделаешь.

Город этот столь чистый, что бродишь по нему словно по изыскан­ ной зале, потому что он хорошо вымощен каменными плитами и кир­ пичом; не проникает в него ни одна четвероногая тварь, зимой в нем не

365

скапливается вода, и потому нету там грязи, а летом - пыли; и море там приливает и отливает, хотя и не так, как на Западе, и уносит вовне не­ чистоты потайных мест, иначе не могли бы они жить от смрада; и даже, говорят, иногда заражается в городе воздух, и есть у них для этого, зи­ мой и летом, множество костров, и сжигают они много благовоний, и носят с собой большие курильницы, и даже размалывают на улицах пряности нежнейшего запаха. (...)

Здесь есть верфь, лучше которой нет, как в отношении артиллерии, так и в отношении необходимого для навигации; внутри нее морская во­ да, где корабли спускаются на воду после того, как они выходят из зам­ ка; там рассказали мне, что всего там военных, торговых и прочих та­ лей, спущенных на воду, и других, что на стапелях, восемьдесят, и так­ же несколько нав. И однажды, когда я выходил, отслушав мессу, из цер­ кви Святого Марка, увидел я, что идет по площади около двадцати че­ ловек, одни несли скамьи, другие столы, иные кресла, иные мешки с мо­ нетами; потом зазвучала труба и ударили в большой колокол, который называют полдневным, и через час площадь заполнилась народом, и по­ лучили они жалованье, и отправились на верфь. Перед ее воротами с одной и с другой стороны - широкая улица, а по середине - морская во­ да, и по одной стороне окна зданий верфи, и по другой тоже; и [вдоль улицы] шла галея, которую тянул на буксире корабль, и из одного окна выдавали такелаж, из другого запас хлеба, еще из одного оружие, из иного арбалеты и пушки, и так из всех [окон выдавалось] все необходи­ мое, и когда [галея] дошла до конца улицы, внутри уже были нужные люди и все весла, и была оснащена она от носа до кормы; и таким обра­ зом вышло десять оснащенных галей с третьего до девятого часа, и про­ сто уж не знаю как похвалить то, что видел я там: и устройство [галеи], и людей, которые работали внутри нее; я не видел ничего лучшего и не думаю, чтобы было где-нибудь в мире, и не сомневаюсь, что если захо­ тели бы [венецианцы] распространить свою власть, то у врагов веры, находящихся в тех краях, не найдется ничего противопоставить их ог­ ромной власти, ни на море, ни на суше, и не отважатся они выйти в море.

Бывало в те давние времена, что не проходило нескольких недель и даже дней без того, чтобы не вытаскивали рыбаки своими сетями мерт­ вых младенцев; говорят, что было это из-за длительного отсутствия купцов, жены которых, жаждая плотских утех, добивались своего и бе­ ременели, и, желая сохранить свою репутацию, рожая, выбрасывали младенцев из окон в море, чему также способствовало расположение города; синьоры, видя столь чудовищный грех, посовещались об этом, и основали большую, очень богатую и хорошо отделанную больницу, и постоянно находилось там сто кормилиц, дававших детям молоко, и ту­ да приносят растить детей бесстыдниц; и добились они такой буллы от папы, что каждый, кто будет посещать детей и ту больницу, получит от­ пущение определенных грехов; и ходят туда как мужчины, так и жен­ щины, чтобы получить прощение, посещая своих детей; и без сомнения, это очень благочестивое дело, пользующееся большим уважением...

366

Кёльн

...Я провел в этом городе упомянутое мною число дней, получая большое удовольствие и заменяя лошадей, ибо те, которые у меня были, очень утомились. Это главный, самый богатый и самый красивый город в Германии; с одной стороны протекает Рейн, с другой - большие равни­ ны и луга на немецкий манер. Город хорошо укреплен стенами с хоро­ шим рвом и палисадом, там очень приятные улицы, множество мастеров во всяких механических искусствах, дома очень приятны изнутри и еще более снаружи, и гостиницы, столь благоустроенные, что, если бы пона­ добилось, можно принять и короля. Собирается несколько богатых лю­ дей, каждый вкладывает свою долю, и в соответствии с тем, что вложил, получает доход, и выбирают в качестве хозяина человека способного и благородного, ибо, как говорят они, тому, кому принимать хороших лю­ дей, самому подобает быть хорошим; иногда бывает, что какой-нибудь сеньор, желающий на старости лет удалиться от мира, приходит в гости­ ницу и договаривается с хозяином, что на всю [оставшуюся] жизнь выде­ ляется ему комната с кроватью и двумя столами, завтрак с ужином и мес­ са, оплачивает оговоренную сумму и проводит без забот всю [оставшую­ ся] жизнь. Эти, а также многие другие услуги, о чем долго было бы пи­ сать, оказывают в этих гостиницах; насколько я понял, деятельность их весьма обширна и распространяется на многие важные дела.

Главная церковь этого города весьма замечательна, очень роскош­ ной постройки, и в ней все еще идут работы; и в центре ее главной капел­ лы находится маленькая капелла из железных брусьев, где лежат три волхва; и говорят, что несколько дней назад случилось там великое чудо, и было это так, капелла была уже закрыта, так что оставалась только большая каменная плита, которой должны были ее закрыть, и когда ее уже готовились положить, сорвалась она с канатов и должна была упасть прямо на святые тела волхвов, и капелла волхвов сдвинулась почти на шаг оттуда, где находится сейчас, и камень ударился рядом с ней. Лежат там эти три тела так, чтобы любой мог увидеть их от ног до головы, все целиком, [это] несомненно великая святыня, и они там великолепно уб­ раны, и относятся к ним с величайшим благоговением. Есть в городе женский монастырь, где находится дева святая Урсула с одиннадцатью тысячами [дев], умерших вместе с ней; и приняла она мученичество здесь, в этом городе; этот монастырь весьма замечательный, и там место боль­ шого паломничества. И сколько был я здесь, была в городе ярмарка, и привезли много хороших вещей, но скакуны и упряжные лошади из Анг­ лии понравились мне больше всего. Немцы народ очень умный, особен­ но в тех механических искусствах, о которых я говорил...

Антверпен

...Я выехал из Гента и отправился в город Антверпен, что в Брабан­ те, владении герцога Бургундского. Город этот велик, в нем шесть ты­ сяч домов, он укреплен хорошей стеной со рвом и палисадом, с приня­ тыми домами и улицами, с хорошей морской гаванью, куда поднимают­

367

ся корабли вверх по реке, и галеи привязывают к городской стене. Яр­ марка, которая там проводится, лучшая, что есть во всем мире, и, несо­ мненно, кто захотел бы увидеть весь мир сразу, или большую часть его, собранными в одном месте, мог бы увидеть здесь. Сеньор герцог Бур­ гундский всегда приезжал на эту ярмарку, и здесь при дворе его видно особое благородство, ибо стекаются туда люди множества разнообраз­ ных наций: немцы, которые совсем рядом, также англичане, приезжает много французов, и приезжают, потому что сбывают там много вещей и много привозят; венгры и пруссаки удостаивают ярмарку своими ло­ шадьми; конечно, итальянцы, я видел там галеи, как из Венеции, так и из Флоренции, и навы из Генуи; конечно, из Испании, наводняют ярмар­ ку так, как и другие, даже больше, в особенности кастильцы; там встре­ тил я бургоссцев, которые постоянно живут в Брюгге, и встретил там Хуана де Морильо, воспитанника короля дона Хуана. Это одно из са­ мых красивых зрелищ в мире, и величайшее богатство, и величайшее великолепие, и порядок, которого они придерживаются в торговле; в одном монастыре святого Франциска продается всякого рода живопись, а в церкви святого Иоанна всяческие арраские ткани, а в монастыре святого Доминика - ювелирные изделия из золота, и так распределено у них все по церквам и монастырям, а затем все остальное по улицам; а за городом, у одних ворот, находится длинная дорога, на одной стороне которой большие конюшни, а на другой - другие, весьма большие по­ стройки, и на той дороге торгуют упряжными, верховыми и прочими лошадьми, и на все это стоит посмотреть; и о чем могли бы спросить, чего бы не было здесь? И не знаю, как можно было бы описать столь великое дело, как ярмарка в этом городе; и хотя видел я другие, как, на­ пример, в Женеве, что в Савойском герцогстве, во Франкфурте, что в Германии, или в Медине, что в Кастилии, но кажется мне, что и все они вместе не стоят этой...

Брюгге

...Город Брюгге - большой, очень богатый город с лучшей торгов­ лей в мире, ибо говорят, что в торговле соперничают два города, один из них - Брюгге во Фландрии на Западе, другой - Венеция на Востоке; но, как мне кажется, да и все так говорят, что значительно большая торгов­ ля ведется в Брюгге, чем в Венеции, и вот почему: на всем Западе нет другой торговли, только в Брюгге (хотя она немножко ведется в Англии), и стекаются туда все народы мира, и, говорят, был день, когда вышли из порта Брюгге семьсот кораблей; Венеция же наоборот, какой бы бога­ той ни была, торгуют в ней только венецианцы. Город Брюгге находит­ ся в графстве Фландрия и является его главным городом, это большой го­ род, с приятными домами и очень приятными улицами, целиком заселен­ ными ремесленниками, с очень приятными церквами и монастырями, весьма хорошими гостиницами, прекрасным управлением как в правосу­ дии, так и в остальном. Здесь сбываются товары из Англии, Германии, Брабанта, Голландии, Зеландии, Бургундии, Пикардии и даже большой

368