10. Социальное поведение человека в конфуцианстве.

Конфуцианство явилось прагматичным ответом на запросы окружающего мира. Оно пытается выработать ряд форм нравственного поведения, позволяющих людям достойно приспособиться к тому положению, в котором они оказываются. Посредством такого рода нравственного поведения человек затем пытается обрести понимание духовной природы самого окружающего мира.

Социальный идеал Конфуция В своей основе конфуцианство занято вопросами стабильности и целостности общества. Конфуций огромное внимание уделяет поведению людей. Он сконструировал некий эталон, объект для подражания (цзюнь-цзы). Этот высокоморальный эталон должен обладать двумя важнейшими достоинствами: гуманностью и чувство долга. Понятие гуманности (жень) трактовалось Конфуцием весьма широко и включало в себя множество качеств: скромность, справедливость, сдержанность, достоинство, бескорыстие, любовь к людям и т.п. Жень – это высокий, почти недосягаемый идеал, совокупность совершенств, которыми обладали лишь древние, по мнению философа. Однако и одной гуманности недостаточно для настоящего цзюнь-цзы. Он должен был обладать чувством долга (и), продиктованным внутренней убеждённостью, что следует поступать так, а не иначе. Долг – это моральное обязательство, которое гуманный человек в силу своих добродетелей накладывает на себя сам. Обусловлено чувство долга никак не может быть расчётом. Здесь очень важны знания, и потому в понятие «и» включались стремление к знаниям, обязанность учиться и постигать мудрость древних. Конфуций разработал и ряд других понятий, включая верность и искренность (чжэн), благопристойность и соблюдение церемоний и обрядов (ли).  В любой момент жизни, на любой случай, в счастье и горе, при рождении и смерти, поступлении в школу и назначения на службу – всегда и во всём существовали фиксированные и обязательные для всех правила поведения.

Социальный порядок по Конфуцию «Пусть отец будет отцом, сын – сыном, государь – государем, чиновник - чиновником», т.е. пусть всё в этом мире хаоса и сумятиц станет на свои места, се будут знать свои права и обязанности и делать то, что им положено. Упорядоченное таким образом общество должно состоять из 2-ух основных категорий, верхов и низов – тех, кто думает и управляет, и тех, кто трудится и повинуется. Критерием разделения на верхи и низы должны служить не знатность происхождения и тем более не богатство, которое Конфуций откровенно презирал, но только знания и добродетели, а точнее – степень близости человека к идеалу цзюнь-цзы.  Плата за обучение была символическая – «связка сушёного мяса», т.е. всё казалось очень просто, но на деле обстояло гораздо сложнее: сословие чиновников было отделено от простого народа труднопреодолимой преградой – грамотностью, которая и определяла социальное положение и имущественный ценз человека на протяжении всей истории Китая. Удачливые выходцы из низов, овладев грамотой, могли сделать карьеру и оказаться наверху. Но в принципе это ничего не меняло: получив образование и конфуцианское воспитание, человек становился опорой того порядка, к неизменности которого призывало само учение.  Конечной и высшей целью управления провозглашались интересы народа.  Культ семьи и клана Конфуций говорил, что лучше всего сплочения общества можно достичь посредством укрепления положения семьи и всяческого поощрения уважительного отношения к старикам и родителям.  Семья считалась сердцевиной общества, интересы семьи намного превосходили интересы отдельно взятой личности, которая рассматривалась лишь в аспекте семьи, сквозь призму её вечных – от далёких предков к отдалённым потомкам – интересов. Подросшего сына женили, дочь выдавали замуж по выбору и решению родителей, причём это считалось настолько нормальным и естественным, что проблема любви при этом вовсе не стояла. Любовь – на гораздо более низком уровне, чем интересы семьи, считавшиеся категорией высокого морального долга. Любовь могла придти после брака, а могла и не придти. Мужчины из состоятельных семей могли компенсировать её отсутствие выбором себе наложниц по вкусу – этому жена не имела права препятствовать, хотя на практике случалось по-разному.  Постоянная тенденция к росту семьи.

Конфуцианское воспитание и образование Начиная с эпохи Хань (она длилась с III в. До н.), конфуцианцы не только держали в своих руках управление государством и обществом, но и заботились о том, чтобы конфуцианские нормы и ценностные ориентиры стали общепризнанными, превратились в символ «истинно китайского». Практически это привел к тому, что каждый китаец по рождению и воспитанию должен был прежде всего быть конфуцианцем. Это не означало, что каждый был знаком со всей суммой конфуцианских истин. Это означало другое: с первых шагов жизни каждый китаец в быту, обращении с людьми, в исполнении важнейших семейных и общественных обрядов действовал так, как это было санкционировано конфуцианскими традициями  Культ формы в конфуцианстве По конфуцианским понятиям, очень важны церемониал, строгие нормы поведения, которые зачастую наносили урон чувству собственного достоинства человека (например, обычай уничижительного тона обеих сторон по отношению к себе).  Регламент сковывал возможности человека – воспитание помогало приспособиться, человек привыкал и исполнял церемониал автоматически. Но дело даже не в этом, а в том, что чем плотнее была сеть обязательного церемониала, чем больше человек приближался к состоянию автомата. Ни свободного волеизъявления, ни смелости и непосредственности в чувствах, ни стремления к гражданским правам – всё это замещалось, вытеснялось жёсткой тенденцией к конформизму, к полному и автоматическому соблюдению детально разработанной и веками апробированной формы.

Трансформация конфуцианства Превращение конфуцианства в официальную идеологию явилось поворотным пунктом как в истории этого учения, так и в истории Китая. Придя на службу, став чиновниками, взяв в свои руки управление страной с её сложившейся социальной структурой и мощным централизованным бюрократическим аппаратом, конфуцианские учёные стали по-иному относиться к собственной доктрине. В центре их внимания оказались теперь интересы сохранения и упрочения той системы, с которой они себя идентифицировали и которую считали реализацией заветов Конфуция. Это означало, что на первый план в трансформированном в Хань конфуцианстве должны были выйти те положения учения и в таких формах, какие способствовали бы сохранению и неизменности принятых всеми порядков.  Если раннее конфуцианство, призывая учиться у древних, предполагало за каждым право самому размышлять. То теперь входила в силу доктрина абсолютной святости и непреложности древних канонов и мудрецов, каждого их слова.

В отношении конфуцианства трудно решить, следует ли воспринимать его как религию или же исключительно как учение о нравственном поведении. Конфуций обладал верой с представлением о небесах, а также о божественной сущности, хотя истинная природа ее подробно не объясняется. Мы находим у него веру в благостную и нравственную природу божественного. Конфуций к тому же имел ясное представление о природе религиозного поведения. Он не думал, например, что в него должно входить использование обрядовых предметов. Неясно, воспринимал пи Конфуций собственное учение как религиозное в своей основе. Традиционно считается религиозным.