V. ДЕНДИСТСКАЯ ТЕЛЕСНОСТЬ

Телесный канон XIX века

Подлинный дендизм - продукт сочетания артистического темперамента и прекрасного тела в границах моды.

Сэр Макс Бирбом.

Английский эссеист и критик Уильям Хэзлитт в своем очерке «On the look of a gentleman» (1821) дает весьма любопытное, можно сказать, культурно-антропологическое описание внешних физических признаков джентльмена: «Привычное самообладание определяет наружность джентльмена. Он должен полностью управлять не только выражением лица, но и своими телодвижениями. Иными словами, в его виде и манере держаться должно ощущаться свободное владение всем телом, которое каждым изгибом подчиняется его воле. Пускай будет ясно, что он выглядит и поступает так, как хочет, без всякого стеснения, смущения или неловкости. Он, собственно говоря, сам себе господин... и распоряжается собой по своему усмотрению и удовольствию»1... Описанный Хэзлиттом канон - идеал XIX столетия. Тело джентльмена по Хэзлитту - послушный инструмент, которым он владеет как профессионал: непринужденно и с приятностью. Но далее Хэзлитт, чувствуя, что это эффектное, но слишком общее определение, еще вносит дополнительные разграничения.

«Дело тут не только в легкости и в личном достоинстве. Требуется добавить retenue2, элемент обдуманного декора к первому и некоторую "фамильярность взгляда, гасящую внешнюю строгость"3 ко второму, чтобы соответствовать нашему пониманию джентльмена. Вероятно, благопристойность (propriety) - самое точное слово применительно к манерам джентльмена; элегантность необходима

133

утонченному джентльмену; достоинство - знатному человеку, а величие - королям»4. В этих афористических характеристиках Хэзлитта легко уловить, как он различает тип денди и джентльмена: денди у него соответствует «утонченному джентльмену», которому свойственна элегантность.

Пример подобной элегантности для Хэзлитта — лорд Уэллесли. Он поясняет: «Элегантность - нечто большее, чем отсутствие нескладности или стеснения. Она подразумевает четкость (precision), блеск и изысканность манер, что создает эффект живости и воодушевления, не нарушая учтивости»5. Как видим, общее впечатление от внешности джентльмена неразрывно связано с манерами, костюмом и умением преподнести себя. Поэтому практически невозможно говорить о красоте и владении телом в отрыве от историко-культурного контекста.