К.Н. Костриков “Русская музыкальная культура с древних времен до конца XVIII века”
Текст и мелодия представляют в русском народном песнетворчестве единое органическое целое. Справедливо отмечали собиратели песен, что «для народного певца текст немыслим без напева, а напев без текста». В первую очередь это относится к древнейшим жанрам: эпическим сказам, старинам, причетам и плачам, в своей основе связанным с речевыми интонациями разговорной речи. Напевы героических былин «киевского цикла», а также похоронных причитаний в сущности не являются мелодиями в собственном смысле этого слова. Мелодической основой причетов и плачей служила обычно короткая характерная попевка. Многократное повторение таких попевок - всхлипываний, родящихся из интонаций взволнованной человеческой речи, составляли характерную особенность причитальных напевов, полуречитативного склада достаточно неопределенных в ритмическом отношений.
Бытовые песни
К бытовым жанрам принято относить песни лирические или «протяжные», шуточные, сатирические, плясовые, игровые, хороводные, посиделочные. В отличие от эпических песен, поющихся отдельными талантливыми сказателями, а также обрядовым, исполняющимся по какому-нибудь определенному поводу, - бытовые песни распевались в старину и всюду: стариками и молодежью, в одиночку и хором, за работой и на досуге.
22
К.Н. Костриков “Русская музыкальная культура с древних времен до конца XVIII века”
Основанные не столько на изложении сюжета (как песни эпические), сколько на выражении эмоций печали, горя или буйного праздничного веселья, подчас проникнутые острой задорной насмешкой, - бытовые песни тесно связаны с повседневной трудовой жизнью русского народа, являясь органической частью его быта.
Резкий контраст между «сердечной тоской» и «разгульем удалым» русских народных песен отмечал еще А.С. Пушкин. Русский народ даже в самые тяжелые времена не терял оптимизма и бодрости, основанных на уверенности в своей могучей силе. Именно поэтому, помимо скорбных, за душу хватающих «протяжных» песен, отразивших вековечное крестьянское горе, так много было создано народом песен веселых, бодрых, шуточных, брызжущих юмором и жизнерадостностью.
Значительная часть шуточных бытовых песен связана с движением - хороводным или плясовым, с разного рода играми. Интересны драматизированные песни - игры, представляющие собой своеобразное театрализованное действо, инсценировку, где роли бывают подчас заучены заранее, а участники выступают ряжеными. Исполнялись подобные драматизированные или «диалогические» песни - игры в досужее праздничное время: на святочных игрищах и потешниках, на посиделках и субботах, а также во время хороводных забав.
К бытовым песням правомерно отнести и хороводные, занимающие своеобразное промежуточное положение между бытовыми и обрядовыми жанрами. Обычно к хороводным песням относят все многообразные виды русского песенного фольклора, связанного с
23
К.Н. Костриков “Русская музыкальная культура с древних времен до конца XVIII века”
движением, игрой, даже пляской, на том основании, что они входят в цикл весенних или осенних хороводных забав. Так, шуточная бытовая песня «То - то горе мое, горевание», представляет собой интересный образец народной театрализованной игры - как святочная потешная.
И по содержанию, и по своим структурно-стилистическим особенностям хороводные песни весьма неоднородны, являя достаточно пеструю, разнохарактерную картину. Иные, в особенности наиболее старинные вешние, с их характерным припевом «Ой, Дид-Ладо», непосредственно примыкают к «сезонным» обрядовым песням (такова, например, мелодия весенней хороводной игры «Ходил барин, ходил бравый по хороводу, по всему народу»).
С календарными обрядовыми песнями вешние хороводные сближает и общее их содержание, связанное с поэтическими образами весенней природы: молодой зелени, липеньки и березаньки, широкие просторы полей и лугов. В лирических и протяжных песнях те же образы русской природы преломляются в радостном и непосредственном настроении, сквозь призму глубокого личного чувства. Чаще всего это связано с эмоциями горя, печали, а также хороводными песнями, отображающими жизнерадостное мироощущение деревенской молодежи.
Многие хороводные («Заинька», «Не спасет бог игумна того») близко соприкасаются с плясовыми или «скорыми» песнями. Связано это было с народным обычаем сочетать сравнительно медленное хороводное движение с быстрыми плясками. Об этом говорят тексты песен:
24
К.Н. Костриков “Русская музыкальная культура с древних времен до конца XVIII века”
Стой, мил хоровод, Стой, не расходись, Я в том хороводе Скакала, плясала, Скакала, плясала, Танец водила...
Пляска проникала в хоровод благодаря тому, что в медленно движущемся или неподвижном кругу один, двое или целая группа вступали в перепляс, а не участвующие в пляске отбивали ритм хлопками в ладоши.
Если значительная часть напевов обрядовых песен (коляд, веснянок) основана на варьировании коротких попевок, лаконичных мелодических формул, то в хороводных песенное начало выявлено отчетливо. Напевы их отличаются большим разнообразием; нередко в них встречаются элементы колоратуры. Таковы песни «Ай, во поле липенька» и «Катенька веселая» с характерным извилистым рисунком мелодии.
Лирические песни,
называемые в народе «долгими», «протяжными» или «проголосными», также относятся к бытовым. По содержанию они чрезвычайно разнообразны. На первом месте семейно-бытовые песни, из которых особенно выделяются песни типа «Лучины» и белорусской бытовой «Человек жану бьець», повествующие о бесправном положении
25
К.Н. Костриков “Русская музыкальная культура с древних времен до конца XVIII века”
молодухи в чужой семье, всяческих притеснениях со стороны нелюбимого мужа и лютого свекра со свекровью. В лирических песнях звучали также горькие проникновенные слова о подневольном труде и бесправном положении крепостных крестьян, о рекрутской, солдатской, бурлацкой, ямщицкой жизни и т.п. Во многих из них, как, например, бурлацких, «разбойничьих», содержались социальный протест бунтарской стихии, едкая ирония по отношению к царскому строю, роднящие их с историческими песнями о вождях крестьянского восстания - С. Разине и Е. Пугачеве. Тем более, что большинство исторических песен о крестьянских восстаниях XVII и XVIII веков стали замечательными образцами лирических песен.
Общей для бурлацких, «разбойничьих», а также ямщицких песен, является основа их поэтического стиля, связанная с излюбленным образами русской природы: леса дремучего, степи широкой, дальней дороженьки, Волги-матери, ночи темной, солнца красного.
Характеристике протяжной русской песни посвящено немало строк великих русских писателей: А.С. Пушкина, Н.В. Гоголя, Н.А. Некрасова, А.П. Чехова, М. Горького и др. Так, в стихотворении «Зимняя дорога» А.С. Пушкин пишет о «разгулье удалом» и «сердечной тоске» ямщицких песен.
В рассказе «Певцы» И.С. Тургенев рассказывает о своеобразном состязании двух народных исполнителей-мастеров. Буквально потрясающее впечатление произвело на него протяжная песня «Не одна во поле дороженька пролегла»: «Певец пел и от каждого звука его голоса, - отмечал великий писатель, - веяло чем-то родным и
26
К.Н. Костриков “Русская музыкальная культура с древних времен до конца XVIII века”
необозримо широким, словно знакомая степь раскрывалась перед нами, уходя в бесконечную даль. У меня, я чувствовал, закипали на сердце и поднимались к глазам слезы...».
Утонченную характеристику женской протяжной песни находим мы в рассказе А.П. Чехова «Степь»: «Неожиданно послышалось тихое пение. Где-то не близко пела женщина, а где именно и в какой стороне, трудно было понять. Песня тихая, тягучая и заунывная, похожая на плач и едва уловимая слухом, слышалась то справа, то слева, то сверху, то из-под земли, точно под степью носился невидимый дух и пел ... ему стало казаться, что это пела трава: в своей песне она, полумертвая, уже погибшая, без слов, но жалобно и искренно убеждала кого-то, что она ни в чем не виновата, что солнце выжгло ее понапрасну; она уверяла, что ей страстно хочется жить, что она еще молода и была бы красивой, если бы не зной и не засуха».
Музыкальный язык протяжной песни необычайно выразителен. Это точная, строгая и прекрасная речь, в которой нет ненужных длинных нот, лишних или бессодержательных оборотов. Лучшие лирические песни, бытующие, быть может, многие десятки и сотни лет в том виде, в каком мы их знаем, являются результатом длительного отбора наиболее ярких, выразительных и необходимых интонаций и попевок. Мелодика лирических песен, сравнительно с бытовыми обрядовыми и эпическими, отличается более обобщенным, синтетическим характером, она песенна в настоящем смысле этого слова.
27