4. Зрительное восприятие формы предметов

Всякий предмет имеет объемную форму. Кроме того, предмет можно охарактеризовать по его контуру, или, иначе говоря, по его границам, очертаниям.

Для восприятия объемной формы и контура предмета необхо­димо взаимодействие зрительного анализатора с кинестетиче­ским, которое складывается в практическом действии с предме­тами, при передвижении среди предметов, схватывании их рукой, ощупывании и одновременном рассматривании глазами. Кроме того, для нормально развивающегося ребенка выделение и раз­личение форм предметов, так же как и всех других свойств, об­легчается благодаря овладению соответствующими словесными обозначениями и последующей практике их применения.

Исследование А. И. Дьячкова, проведенное более 30 лет тому назад(1) с глухими детьми, которые по тем или иным причинам не обучались в специальной школе и совсем не владели словесной речью, т. е. были глухонемыми, отчетливо указало на заметные затруднения в различении форм предметов у таких детей. Вместе с тем исследование продемонстрировало большую роль практи­ческой деятельности и мимико-жестовой речи для развития вос­приятия у глухих детей.

В этих опытах использовались специально изготовленные предметы одинакового цвета, примерно равные по величине, но различающиеся по форме. Среди них были шары, кубы, парал­лелепипеды и цилиндры, а также плоские предметы в форме кру­га, квадрата, треугольника и прямоугольника.

Перед испытуемым клали один из этих предметов и просили найти такой же среди других.

Опыты показали.что глухонемые дети 7—8 лет, не владевшие мимико-жестовыми обозначениями форм предметов (эти дети жили в семьях слышащих, где совсем не пользовались мимико-жестовой речью), очень плохо различали предметы по форме. Они часто подбирали к предмету одной формы предмет другой формы или отказывались от выполнения задания. Выделение формы шара, круга и треугольника среди других форм осущест­влялось более успешно, чем выделение куба, параллелепипеда и цилиндра, квадрата и прямоугольника. Другую группу испыту­емых составляли глухонемые дети того же возраста, но значи

(1) Результаты опытов опубликованы в книге А. И. Дьячкова «Воспитание и обучение глухонемых детей». М., Изд-во АПН РСФСР, 1957.

45

тельно лучше знавшие мимико-жестовую речь. Глухонемые дети этой группы подбирали предметы по форме в 2—3 раза точнее, чем это делали глухонемые дети первой группы. Оки почти во всех случаях правильно отличали шар, круг и квадрат, несколь­ко труднее — куб, а параллелепипед, квадрат и прямоуголь­ник—в половине случаев. При этом степень различения форм у них прямо зависела от степени знания мимико-жестовых обозна­чений.

Умение различать форму предметов значительно совершен­ствовалось с возрастом у глухонемых детей, не обучающихся в специальной школе. Развитие было связано с тем, что глухоне­мые дети овладевали выполнением таких практических заданий, которые требовали тонкого различения форм, вместе с тем они все больше узнавали их мимико-жестовые обозначения. Глухо­немые подростки, находящиеся в среде слышащих и относитель­но слабо владеющие мимико-жестовой речью, все-таки знали в одной трети случаев мимико-жестовые обозначения для форм предметов, использованных в опытах. Они различали формы много точнее (в 1,5—4 раза), чем дети 7—8-летнего возраста, так же, как и они, живущие в семьях слышащих. Глухонемые же подростки, находящиеся в среде глухонемых, знали мимико-же­стовые обозначения всех предъявляемых форм. Они различали формы предметов почти без ошибок, заметно лучше, чем их глу­хонемые сверстники, слабо владеющие мимико-жестовой речью.

В целом исследование А. И. Дьячкова свидетельствует о сле­дующем:

1) если глухонемой ребенок не знает словесных и мимико-жестовых обозначений для форм предметов, то он испытывает тем большие трудности при различении форм по сравнению с нормально развивающимися детьми, чем меньше объективные различия между формами;

2) знание мимико-жестовых обозначений сильно помогает различению форм;

3) различение форм у глухонемых детей значительно совер­шенствуется с возрастом.

Трудности в различении форм заметно уменьшаются, когда глухие дети с раннего детства находятся в условиях специально­го обучения словесной речи и их приучают сравнивать и разли­чать предметы по форме и словесно обозначать разные формы. Глухие дошкольники, воспитывающиеся в специальном детском саду, оказываются в состоянии различать многие предметы по форме (А. А. Венгер, А. Л. Венгер, 1970).

Для точного, дифференцированного восприятия формы объем­ного предмета очень важно уметь выделять его контур. Роль контура особенно возрастает при восприятии не натуральных предметов, а их изображений.

Умение узнавать предмет по контуру (например, по теневому изображению предмета на стене, по контурному изображению на

46

бумаге и т. п.) возникает на основе предшествующих зрительных восприятий предмета. Оно формируется в раннем детском воз­расте, однако позднее, чем узнавание натуральных предметов. Уже дети дошкольного возраста одинаково успешно узнают на­туральные предметы и их контурные изображения в том случае, если узнаваемые предметы неоднократно воспринимались преж­де и имеют точно очерченный, ясно выступающий контур. Уме­ние узнавать предметы по контуру значительно совершенствует­ся в дошкольном и школьном возрасте. Детям постепенно становится доступным узнавание контурных изображений пред­метов в разных ракурсах, узнавание изображений предметов со слабо выраженным контуром. Вместе с тем узнавание некото­рых контурных изображений предметов оказывается трудной задачей даже для взрослых.

У глухих детей умение узнавать предметы по их контурному изображению формируется несколько позднее, чем у слышащих. Это было показано в исследовании А. П. Гозовой (1957), где сопоставлялось, как глухие и слышащие дети школьного возра­ста узнавали объемные предметы и их контурные изобра­жения.

Исследование было проведено с глухими и слышащими деть­ми 1, V и IX классов (7—8, II—12 и 15—16 лет). В качестве пред­метов для узнавания были использованы блюдце, детская пира­мида, игрушечный пластмассовый осел и груша (муляж). Их контурные изображения были выпилены из плексигласа и окра­шены в серый цвет, поэтому контур служил единственным опоз­навательным признаком предметов. Предметы были хорошо знакомы слышащим детям. Однако узнавание их контурных изо­бражений вызывало заметные трудности у слышащих детей млад­шего школьного возраста: они не узнавали около одной трети всех предъявленных изображений. В отдельных случаях не узна­вали предметы и дети среднего школьного возраста, и только старшеклассники равно успешно узнавали как объемные пред­меты, так и их контурные изображения.

Предметы, используемые в опытах, были знакомы и глухим детям. Только в редких случаях отдельные испытуемые не узна­вали какой-нибудь из предметов. Однако узнавание контурных изображений предметов вызывало у них еще большие затрудне­ния, чем у слышащих. Особенно это обнаружилось у детей млад­шего школьного возраста. Они не смогли узнать три четверти всех предъявленных контурных изображений. Дети среднего школьного возраста узнавали контурные изображения лишь не­многим хуже слышащих сверстников. Еще меньшие различия были обнаружены между глухими и слышащими старшеклассни­ками.

Эти результаты свидетельствуют о том, что к младшему школьному возрасту глухие дети в меньшей степени, чем слы­шащие, овладели умением узнавать предметы по их контуру, а

47

следовательно, и выделять контур в воспринимаемых предметах. В период же обучения в школе это умение значительно совершен­ствуется как у глухих, так и у слышащих детей, причем у глухих еще более интенсивно, чем у слышащих, так что с возрастом они по развитию этого умения все более приближаются к слышащим детям.