119. Конь-хронометр

Сходство махов на коне с маятником далеко не только образное. Тело гимнаста, работающего на этом снаряде, действительно облада­ет определенными свойствами физического маятника.

Одно из таких кардинальных свойств — стремление к изохрон­ности, то есть к сохранению одного и того же — своего — периода колебания. Именно на этом явлении основано действие часовых механизмов, стабильно отмеряющих отрезки времени благодаря па­раметрической устойчивости возвратно-колебательных движений маятника.

Такими же качествами обладает, до известной степени, и тело гимнаста; и чем свободнее, инерционнее махи, в данном случае на коне, тем точнее выдерживается постоянный период колебания, свойственный движениям данного гимнаста на этом снаряде.

Мы уже отмечали, что круг на коне длится около 1-й секунды. Но это лишь порядок величины. Между тем, у разных исполнителей этот показатель может быть чуть большим или меньшим, и это «чуть» — весьма существенно, оно означает индивидуальные различия в темпе кругов. Разный темп улавливается не только визуально (или ухом, по ритму постановки рук на опору), но и чрезвычайно важен для каждого гимнаста, который должен выработать для себя свой технический стандарт круга. Достаточно сказать, что в норме ни один гимнаст не может уверенно работать на коне не в своем темпе. Только найдя свой естественный темпоритм работы, гимнаст будет

чувствовать себя на этом снаряде легко, свободно, станет меньше ус­тавать и реже ошибаться.

Однажды на кафедре гимнастики Центрального института физ­культуры в Москве (ныне — РГАФК) был осуществлен интересный эксперимент²⁴. Стандартный конь был оснащен пьезоэлектрически­ми ручками, которые позволяли записывать на магнитофон звуко­вую ритмограмму, соответствующую картине взаимодействия гим­наста с опорой. Для работы на этом снаряде была сформирована однородная группа гимнастов; они были близки не только по квали­фикации, но имели и практически одинаковый показатель скорости круга. Все эти гимнасты разучивали в тот период подготовки одну и ту же комбинацию на коне (новое обязательное упражнение для мастеров). Причем всеми необходимыми элементами упражнения уже владел каждый член группы, но «связывали» комбинацию лишь отдельные продвинутые исполнители. И вот, у лучшего «умельца», овладевшего целостным упражнением, была записана эталонная ритмограмма, которую можно было воспроизводить через динамики (начиная с условных вводных сигналов, позволявших точно вклю­чаться в работу). Под этот «аккомпанемент» и было предложено ра­ботать тем, кто еще не справился с полной комбинацией. Эффект оказался впечатляющим: вскоре уже целый ряд ранее отстававших гимнастов стал успешно овладевать крупными блоками, а затем и целой комбинацией, столь благотворной оказалась организующая роль правильного ритма на основе своего темпа.

Итак, казалось бы, ясно: тело гимнаста на коне — своеобразный хронометр, точно отмеряющий время круга, индивидуальное для каждого исполнителя.

Так-то так, но было бы ошибкой думать, что правильная подго-овка гимнаста на коне нацелена только на выработку идеально очного темпоритма работы. Действительно, гимнаст обязательно олжен чувствовать этот'темпоритм и хорошо владеть им. Это осно­ва. Но...

Но если бы гимнаст был способен работать исключительно в од­ном, и только одном «своем» темпе, он... попросту не смог бы управ­лять действиями на коне.

Дело втом, что любое повторяющееся движение, даже самое при­вычное, автоматизированное, никогда не воспроизводится — раз от разу — абсолютно стереотипно. Всегда есть случайные факторы (их множество), которые заставляют движение варьировать независимо

Проведен доцентом Л. К. Антоновым.

288

289

конь

от воли исполнителя. И чтобы сохранять «статус кво», спортсмен должен уметь непрерывно реагировать на эти неожиданные измене­ния, то есть — выходить за пределы привычного темпоритма работы, где нужно замедляя или ускоряя его²⁵.

Из сказанного вытекают два очень важных для гимнаста вывода.

Первый: система технической подготовки на коне должна пре­дусматривать тщательную отработку круговых движений на предмет освоения «своего», предельно естественного темпа кругов, при кото­ром гимнаст (выполняя необходимые технические требования) дви­жется наиболее свободно, точно, с минимальным напряжением сил (так, обычно, «крутят» круги «на количество»).

Второй: гимнаст должен учиться и, в конечном итоге, владеть техникой управления скоростью круга так, чтобы можно было по же­ланию (необходимости) быстро изменять темп движения, как в сто­рону его ускорения, так и замедления. Чем больше подвластный гим­насту диапазон таких изменений, тем выше может быть надежность его работы.

Принципиально то же относится и к управлению отдельными действиями, входящими в состав махов. Гимнаст должен владеть тех­никой эпизодических ускорений или замедлений движения в его избранных фазах, когда усредненный темп махов может быть посто­янным, но будут меняться акценты действий, позволяющие гибко регулировать процесс кругового движения. Это особенно важно при возникновении сбоев и необходимости срочно скорректировать дви­жение во избежание срыва. Это, собственно, и есть навыки, обеспе­чивающие надежность работы.

Наш внимательный читатель тут же скажет: что-то у автора концы с концами не сходятся: с одной стороны, он утверждает, что гимнаст ну просто не может работать не в своем темпе, а с другой—дает насто­ятельный совет учиться произвольному изменению скорости круго­вого движения...

Все так, дорогой скептик, все так, и нет здесь никакого противо­речия! Пока движение идет нормально, самый лучший темп тот, что подсказывает гимнасту его собственное тело. Если же есть какие-то

²⁵ Здесь мы сталкиваемся с проблемой «стабильности-надежности». Важно по­нять, что стабильность может быть ненадежной, а надежность обеспечивается вовсе не стабильностью, а как раз целесообразной вариативностью действий-движений. Так, велосипедист может долго ехать по прямой только при условии, что он — держась в одном направлении — тем не менее, все время немного «виляет» рулем из стороны в сторону, исправляя случайно возникающие откло­нения от нужной траектории.

290