36. От «Делчева» к «Гингеру»

рот и, медленно, неуправляемо поворачиваясь вокруг всех трех осей тела, фактически — «кувыркаясь» в полете, демонстрировал свой трюк. При этом группированная поза не менялась на протяжении всего движения, и даже приход на маты происходил без предвари­тельного выпрямления тела. Вообще, знаменитый соскок Цукахары был своего рода «рулеткой»: до самого доскока зрителю (а, скорее всего, и самому гимнасту!) было не ясно, чем это закончится... Ко­нечно, подобные веши должны были щекотать нервы зрителей и су­дей, хотя на мастерство это было мало похоже.

Но победителей не судят. И несмотря на то, что уже скоро на меж­дународной арене появились исполнители технически гораздо более совершенных вариантов двойных сальто с поворотом, словцо «лун­ное» вошло в обиход, как и именной термин «цукахара», распростра­нившийся на все другие двойные сальто с поворотом.

Номы должны знать, что корректное двойное с поворотами долж­но делаться и давно делается совсем не так, как это впервые показал когда-то японский мастер. Прежде всего отметим, что технически виртуозное двойное сальто с поворотом на 360° в прогрессивной фор­ме «пируэт-сальто» раньше, чем Цукахара, демонстрировал в СССР блестящий турнист (впоследствии цирковой артист высшей катего­рии , автор книги «Гимнаст в воздухе», а затем и доктор наук, профес­сор) Николай Сучилин. Ауже через считанные месяцы после дебюта Цукахары двойные с поворотами стали делать многие советские гим­насты, притом сразу показывая более грамотное движение.

Как мы увидим вскоре же (35, 36), с исполнением поворотов в сальто вообще может происходить довольно много любопытного.

35. Андриановские игры

Выше нам уже доводилось говорить о том, что вращения «по саль­то» и «по винту» связаны лишь общим временем исполнения и неко­торыми косвенными признаками (33). Но давайте рассмотрим здесь еще один конкретный поучительный пример.

Энное число лет назад автор этих строк работал на очередном сбо­ре сильнейших гимнастов СССР и наблюдал как тренируются кан­дидаты на участие в Кубке Европы по гимнастике. Был среди них и тогдашний отечественный и мировой лидер Николай Андрианов. Комбинация Андрианова на перекладине была, в общем, уже обката­на, но что-то неясное оставалось с соскоком — двойным сальто назад с поворотом на 360°. Делал его гимнаст без проблем, достаточно уве­ренно приземлялся, но не было устойчивой картины с поворотом; он,

поворот, все время... смещался у Николая по времени, да как! За пол­торы недели до отъезда на соревнования поворот получался «ран­ним» — гимнаст быстро поворачивался сразу после отхода в полет (зона бнарис. 25). За три дня до отлета на соревнования пируэт ока­зался уже несколько за высшей точкой движения по траектории (в). Но каково же было видеть, что на самих соревнованиях в Барселоне Николай Андрианов делал свой поворотне просто на втором сальто, а в самый последний момент, незадолго до приземления (начало зоны д)\

Мы не знаем почему или зачем наш чемпион так «играл» с «пиру­этом» (или сам «пируэт» шутил с ним свои шутки). Дело в другом. Пример этот наглядно показывает, что поворот вокруг продольной оси — если только он основан на безопорной технике! — независим от вращения по сальто и может (при условии, что гимнаст свободно вла­деет техникой безопорного «винта»), произвольно смещаться по вре­мени и месту безопорного движения. При этом, строго говоря, ника­кой принципиальной привязки поворота к вращениям по сальто нет и быть не может. Так, в случае с Андриановым поворот вначале попа­дал на первое сальто, затем на границу между первым и вторым, а в итоге — на второе сальто.

Конечно, есть косвенные факторы, заставляющие делать пово­рот в определенной фазе сальто. Один из них — особенности ориен­тировки в пространстве (33), и тогда гимнасту вряд ли удастся так играть временем поворота, как это получалось у Н.Андрианова. Но это уже вопрос привычки и мастерства.