29. Чтение

Чтение как социокультурная проблема. Чтение в истории развития человечества всегда играло важную роль. Оно является одним из главных способов социализации человека. Чтение – важнейший элемент непрерывного образования и развития человека. Чтение активно влияет на саморазвитие и самоидентификацию личности, выполняя функцию самовоспитания.

Благодаря чтению сохраняется преемственность в языковой культуре народа. Чтение относится к общенациональным проблемам, и от его состояния зависит духовное здоровье и будущее нации. Исследования, проведенные в разных странах, показывают, что «читатели» отличаются от «нечитателей» в своем интеллектуальном развитии. «Читатели» способны мыслить в категориях проблем, схватывать целое и устанавливать противоречивую связь явлений, более адекватно оценивать ситуацию, быстрее находить правильные решения, иметь больший объем памяти и активное творческое воображение, лучше владеть речью. Они точнее формулируют, свободнее пишут, легче вступают в контакты и приятны в общении, более критичны, самостоятельны в суждениях и поведении. Следовательно, чтение формирует качества наиболее развитого и социально ценного человека.

Развитие «общества читателей» возможно лишь в определенных социальных условиях. Чтение рассматривается социологами как «чуткий, надежный и даже универсальный индикатор состояния общества». Детское чтение – индикатор не только состояния общества, но и отношения общества к своему будущему. Вот почему во многих развитых странах проводится государственная политика в области чтения, и особые усилия прилагаются для поддержки и стимуляции чтения детей и молодежи.

Если в ближайшие годы в Британии не начнут адаптировать свою литературную классику к современному разговорному языку, уже следующее поколение жителей Альбиона не сможет прочесть не только Шекспира, но и Диккенса, Голсуорси и даже Конан Дойла. Столь неутешительный вывод напрашивается из исследования профессора лингвистики Ланкастерского университета Т. Макэнери.

Проанализировав сотни тысяч подростковых эсэмэсок, блогов и чатов, профессор обнаружил, что британские тинейджеры знают около 40–50 тысяч английских слов. Это приблизительно 1/20 часть от общего объема английского языка, который сегодня насчитывает более 1 миллиона слов. Однако даже такой скромный словарный запас чаще всего лежит мертвым грузом в их мозгах, в то время как активно используется не более 800 слов.

В подростковой среде сложился в последние годы свой специфический язык общения, который чаще всего не имеет ничего общего с литературным английским. Этот «тинспик», как его окрестили взрослые, прекрасно отражает потребность детей максимально упростить и ускорить общение по мобильникам и через Интернет.  

Но если этого квазиязыка с грехом пополам хватает на объяснения между подростками, то в классной комнате они зачастую не могут выразить себя. Еще хуже обстоит дело с устройством на работу. Глава одной из крупнейших британских супермаркетных сетей сэр Терри Лихи заявил недавно, что «крайне ограниченный лексикон, с которым молодые люди выходят из стен школы, является серьезным препятствием на пути их трудоустройства». По его словам, работодатели просто не могут заполнить имеющиеся вакансии, поскольку кандидаты не способны изъясняться с сослуживцами и клиентами на «нормальном английском».  

Ситуация настолько тревожна, что в 2009 году при правительстве создана специальная должность «советника по проблемам развития у детей языковых способностей». Назначенная на этот пост опытный психолог Джин Гросс планирует провести общенациональную кампанию, цель которой – помочь подросткам научиться объясняться на общепринятом языке. «Прежде всего мы должны объяснить этим ребятам, что 800 слов недостаточно для получения работы, – заявила она. – Мы должны помочь нынешним подросткам понять разницу между их жаргоном и формальным языком, которым необходимо владеть, чтобы найти работу и добиться успеха в жизни».

В рамках кампании предполагается посылать учеников старших классов на различные предприятия, где они смогут снимать на видео типичные деловые и производственные беседы, а потом разобрать их в классе. Знаменосцем кампании и главным пропагандистом литературного английского среди подростков станет известный английский писатель и артист Стивен Фрай.

В начале лета 2009 г. Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) провел исследование, в котором приняло участие 1600 человек. Согласно этим данным, 35 % опрошенных вообще не читают, «нечитатели» вместе с «почти нечитателями» составляют 77%.

1.Читаете ли вы книги?  Никогда, очень редко От случая к случаю Практически ежедневно  Затрудняюсь ответить

1996 г. (в %) 20 49 30 1

2009 г. (в %) 35 42 22 1

2. Какие жанры вы чаще всего выбираете для чтения? (возможны несколько вариантов ответа)

43% – российские боевики, «милицейские» детективы и детективы-стилизации;

26% – фантастика и фэнтези;

26% – классические историко-приключенческие романы;

25% – русская и зарубежная классика;

25% – зарубежные детективы;

25% – «женский» детектив;

16% – современная русская и зарубежная литература;

16% – современные романы об истории России, исторические романы прежних лет;

13% – переводные романы;

11% – поэзия.

В России набирает темпы процесс, который на Западе еще в 1980-е годы был назван «кризисом чтения».

По мнению академика С. П. Капицы, «мы наконец пришли к тому, к чему стремились все эти 15 лет, – воспитали страну идиотов. Если Россия и дальше будет двигаться этим же курсом, то еще лет через десять не останется и тех, кто сегодня хотя бы изредка берет в руки книгу. И мы получим страну, которой будет легче править, у которой будет легче высасывать природные богатства.

<…>Вы спрашиваете, зачем вообще человеку читать. … приведу пример: организмы человека и обезьяны очень близки по всем своим характеристикам. Но обезьяны не читают, а человек читает книги. Культура и разум – вот основное отличие человека от обезьяны. А разум основан на обмене информацией и языке. И величайший инструмент обмена информацией – именно книга. Раньше, начиная еще со времен Гомера, существовала устная традиция: люди сидели и слушали старцев, которые в художественной форме, через сказания и легенды прошедших эпох, передавали накопленные поколением опыт и знания. Потом возникло письмо, и вместе с ним – чтение. Традиция устного сказа угасла, а теперь угасает и традиция чтения. <…>

Вопрос потери интереса к чтению – это вопрос о том, что сейчас происходит с людьми. Мы уперлись в очень сложный момент развития человечества в целом. Темпы развития техники сегодня очень высоки. А наша способность это все осмыслить и разумно в этой технической и информационной среде жить от этих темпов отстает. Мир переживает сейчас очень глубокий кризис в сфере культуры. Так что ситуация в нашей стране довольно типична и для всего остального мира – в Америке и в Англии тоже мало читают. Да и такой крупной литературы, которая существовала в мире 30-40 лет назад, сегодня уже нет. Сейчас властителей умов вообще найти очень сложно. Возможно, потому, что никому не нужны умы – нужны ощущения.

Нам сегодня не к чтению нужно отношение менять, а коренным образом поменять отношение к культуре в целом. Министерство культуры должно стать важнейшим из всех министерств. А первоочередная задача – перестать подчинять культуру коммерции. Деньги есть не цель существования общества, а всего лишь средство достижения тех или иных целей. В науке прорывы делаются не за деньги, а для интереса. И с крупным искусством то же самое. Шедевры за деньги не рождаются. Если же все подчинять деньгам, то деньгами все и останется, не превратятся они ни в шедевр, ни в открытие.

Чтобы дети вновь начали читать, в стране должна сложиться соответствующая культурная обстановка.

Вопрос развития культуры – это вопрос будущего страны. Государство не сможет существовать, если не будет опираться на культуру.